Жанр: Философия
Место беспорядка. Критикатеорий социального изменения
...уществующей "системой".
Словом, можно без труда привести примеры и аргументы, обосновывающие
противоположный приведенному нами "структурный"
закон, согласно которому структурные характеристики А, B
и т.д. могут привести к созданию класса интеллигенции, не только
не являющегося оппозиционным "системе" (F), но, напротив,
интегрированного в ее механизм (F'), несмотря на присущую этому
классу чувствительность к социальной несправедливости, порождаемой
системой. И действительно, такой альтернативный закон
был предложен^. Развернулась дискуссия с целью, установить
' Waxman С. (ed.). The End of Ideology Debate. N.Y., Simon et Schuster. 1968.
120
истинность одного из двух законов. Разумеется, истинным нельзя
признать ни тот, ни другой. Каждый из них является истинным
при определенных обстоятельствах. В зависимости от рассматриваемого
случая структурные элементы А, B и т.д. создают ситуации, в
которых потенциальные оппозиционеры могут либо интегрироваться
в систему, либо быть отторгнутыми ею. И совершенно невыполнимой
задачей была бы попытка алгебраического суммирования этих
противоположных по своей направленности результатов.
Впрочем, необходимо отметить, что не одни лишь "структурные"
элементы заслуживают того, чтобы их принимали в расчет.
В ином случае, при равенстве всех прочих условий, многое будет
зависеть, например, от того, пополнят ли потенциальные оппозиционеры
ряды профсоюзов революционной ориентации или
войдут в профсоюз реформистской направленности. Идентичные
структурные элементы будут иметь различные последствия в зависимости
от существующей системы профсоюзов. В первом случае
процесс рекрутирования может вовсе не ограничиться одними лишь
речами, восхваляющими идею разрыва с существующей системой.
В полном противоречии с одной из основных претензий социологии
познания стала широко распространяться (что довольно
опасно) склонность искать причины появления идеологических
феноменов в структурных переменных. Структурные элементы могут
по-разному и даже противоречиво влиять на ситуацию, в которой
оказывается интеллигенция, так что в одних случаях
F=MmS(A, B, ..., М), а в других F'=MmS(A, B, ..., М'). При
этом у нас нет никакой возможности определить a priori, к какому
из этих двух вариантов будет склоняться конечный результат. В ситуации
подобного рода высока вероятность развертывания дискуссии,
в ходе которой будут выдвинуты два конкурирующих и противоположных
друг другу структурных закона (что действительно
и произошло в рассматриваемом нами случае). Но эти законы будут
выражать не столько реальность, сколько чувства и ощущения
тех, кто их выдвигает. Истина заключается в том, что даже "структурные"
факторы способны порождать разные ситуации, побуждающие
акторов из класса интеллигенции занимать столь же разные
позиции, вследствие чего ни один из двух конкурирующих
законов не будет истинным.
Другой способ выразить эту же идею - признать то, что в крайне
редких случаях сами по себе "структурные" элементы несут детерминирующую
функцию. Их действие всегда связано с действием
либо институциональных, либо случайных элементов. Результат
действия институциональных факторов (например, развитие институтов,
относящихся, по терминологии Белла, к "четвертично121
му сектору") вполне представлен в описанной выше дискуссии.
Что же касается результатов действия элементов случайного порядка,
то пример подобного рода привести нетрудно.
В начале века Зомбарт предложил свое объяснение причин отсутствия
социализма в США. Имевшиеся возможности мобильности,
вера в ценности индивидуальных поисков выхода из собственных
трудностей, которую "усиливала" мобильность, являвшаяся
следствием "пограничного характера" страны, - все эти факторы
обусловили слабую приверженность американцев к идеологиям легитимизации
стратегий коллективного протеста. Но в предшествовавшие
Второй мировой войне годы социалистические идеологии
достаточно прочно укрепились и в США^ Американская коммунистическая
партия располагала влиянием и значимостью. Интеллигенция
заявляла о своей приверженности марксизму. Причем это
касалось не только той части интеллигенции, в обязанности которой
входили наблюдение, оценка и, в случае необходимости, обсуждение
проблем функционирования социальных институтов и,
даже шире, - всей социальной, экономической и политической
системы, но также художников, писателей, деятелей кинематографии,
артистов и т.п. Что касается профсоюзного движения, то
оно пребывало в нерешительности. Одна его часть считала, что
профсоюзы должны быть вне политики и ориентироваться исключительно
на защиту прав своих потенциальных членов. По мнению
других, если профсоюзное движение хочет расширить свои ряды,
оно должно искать возможности установить связь с левым движением
и даже подчеркивать эту связь.
То, что эти факты "опровергали" сделанные ранее выводы Зомбарта,
объясняется достаточно просто. "Новый курс" (New Deal)
узаконил понятие социальной политики, и с тех пор декларирование
"ответственности" государства в области социальной защиты
индивида и обеспечение этих деклараций стало "нормальным"
явлением. Речь теперь идет не только о защите жизни и собственности
гражданина, но и о том, чтобы в случае, если наличный
уровень благосостояния является "социально" недостаточным, обеспечить
его повышение. Что касается американской коммунистической
партии, то, хотя она упорно заявляла о своей приверженности
марксизму (этой достаточно чуждой американцам доктрине),
тем не менее ей вполне удалось создать впечатление, что она
ориентируется на недогматический и не четко фиксированный
вариант доктрины, который по сути ограничивался теперь несколькими
общими направлениями, полностью совместимыми с
" Bell D. The End of Ideology. Glencoc, The Free Press, 1960. cd. Rev. 1965.
принципами "Нового курса". В то же время как значительно уступавшая
по численности традиционным партиям и не включенная
непосредственно в политическую игру коммунистическая партия
вынуждена была значительно меньше заботиться о поиске компромиссов.
Вследствие этого она все больше приобретала образ бдительного
стража принципов и неусыпного борца за то великое дело,
которое две крупнейшие партии якобы если не предали, то и не
защищали с должной решительностью. С присущим ей прагматизмом
американская коммунистическая партия была готова поддержать
любое дело, если оно, хотя бы по видимости, основывалось
на принципах социальной справедливости.
Таким образом, в 30-40-х годах набор факторов привел к тому,
что марксизм стал и точкой опоры, и точкой отсчета как для той
многочисленной группы людей, чьей профессиональной обязанностью
было наблюдение и оценка наличного состояния общества,
так и для тех, кто был способен рассматривать "социальный
вопрос" в качестве источника артистического и литературного вдохновения.
Но к 1945 г. американская интеллигенция отвернулась от марксизма.
Утверждение Зомбарта вновь и до середины 60-х годов обрело
былую истинность: в США снова исчез социализм, во всяком
случае, внимание американской интеллигенции к марксизму значительно
снизилось по сравнению с предвоенным периодом. Причина,
между прочим, заключалась и в том, что американская коммунистическая
партия имела тесную связь с Москвой и в свое
время поддержала советско-германский пакт. Последнее стоило ей
немедленной утраты влияния. Более того, с этого времени уже не
социальные вопросы, а проблемы международной политики начали
определять политическую жизнь, именно они стали предметом
расхождений и конфликтов. С другой стороны, будучи дискредитированной,
коммунистическая партия лишилась поддержки
профсоюзов. Вновь усилились позиции тех, кто выступал за деполитизацию
профсоюзного движения. Тяжелые времена прошли, и
опасность слишком тесной связи с такой организацией, как американская
коммунистическая партия, была столь четко осознана
руководящими органами профсоюзов, что это послужило причиной
установления подчеркнуто выраженной дистанции между марксистской
партией и профсоюзным движением. В конце концов,
конъюнктура сменилась на полностью противоположную той, которая
имела место в 30-х годах. Темы социальной справедливости
лишились своего приоритетного характера; социалистические доктрины
в целом утратили свою привлекательность в глазах интеллигенции.
Это особенно касалось марксизма, который не только утратил
свое прежнее влияние, но и начал восприниматься как нечто
подозрительное: ни один из влиятельных социальных институтов
больше не проявлял к нему интереса. Американская компартия
потерпела полное фиаско - ее покинули многие прежние сторонники,
отвергло профсоюзное движение, заявившее о своей
деполитизации и не желавшее иметь дело с коммунистами. В этих
условиях интеллигент, который заявил бы о своей приверженности
марксизму, мог рассчитывать на положение изгоя или, по меньшей
мере, на потерю всякого влияния, а ведь в самой роли интеллигента
заложено стремление к расширению собственного влияния.
Конечно, он может менять способ и манеру реализации своего
влияния, может стремиться к нескольким разным целям. Он,
несомненно, может пренебречь престижем, почетом и деньгами.
Но если он не отрекается от своей роли, то он не сможет отказаться
от стремления к расширению своего влияния.
В тот же период, т.е. сразу после окончании войны, ситуация, в
которой находился французский интеллигент, была совершенно
иной. Идеологии правого движения были надолго дискредитированы^.
Коммунистическая партия сыграла большую роль в движении
Сопротивления, вследствие чего получила кредит доверия и
легитимность. Значительная часть профсоюзного движения была
ориентирована на марксизм и не скрывала своих связей с ФКП.
Другая крупная партия левого направления, Французская объединенная
социалистическая партия (ФОСП), сыгравшая значительную
роль в политической жизни III Республики*, плохо перенесла
кризисные предвоенные годы". В тот период сторонники Поля Фора
и Леона Блюма боролись друг с другом, выдвигая противоположные
оценки и суждения по поводу основных моментов движения.
Некоторым сторонникам Поля Фора была близка идея националсоциализма
о необходимости раздавить большевизм, однако большинство
все-таки были пацифистами и приветствовали мюнхенское
соглашение. С другой стороны, будучи плохо знакомыми с
ленинскими идеями организации работы в условиях подполья,
социалисты в годы войны не смогли трансформировать свои структуры
мирного времени в подпольные организации Сопротивления.
Вследствие такого сочетания факторов тогда, когда американский
интеллигент утратил свою убежденность в том, что отправную точку
* Bourncaud F. Le bricolage ideologique. Op. cit.
* 1871-1899 гг. - Прим. перев.
" Sadoun М. Les facteurs de la conversion au socialisnie collaborateur/Revue Fran^aisc
de Science Politique. XXVIII. 3. 1978. P. 459-487: Les socialistes sous l'occupation. Paris,
Presses de la Fondation nationale des sciences politiques, 1982.
можно найти в марксизме, французский интеллигент был вынужден
искать ее именно в нем.
Догматическая сущность ФКП (известно, что в те времена значительно
строже, чем сегодня, соблюдалось правило абсолютного
принятия новичком всех догм) достаточно наглядно объясняет,
почему членство в ФКП в тот период, по свидетельству современников,
воспринималось не иначе, как обращение в веру. Но ни
степень убежденности, ни "внутренний" характер самого акта вступления
в партию ни в коей мере не свидетельствуют об отсутствии
у новообращенных способности оценивать ситуацию. Французский
интеллигент 50-х годов, подобно своему американскому собрату
эпохи 30-х, имел все основания, несмотря на различие причин,
сформировавших такое отношение, считать марксизм "бескрайним
горизонтом", а свою приверженность догмам воспринимать
как следствие внутреннего акта веры.
Уточним, что данный анализ вовсе не ставит целью выдвинуть
какую-либо утилитаристскую теорию формирования политических
убеждений. Концепция подобного рода была бы столь же необоснованной,
как и противоположная точка зрения, рассматривающая
политические взгляды индивида как результат "ангажированности",
причины которой неизвестны. То, что "ангажированность" с субъективной
точки зрения может выглядеть как озарение или обращение,
вовсе не означает, как следует из нашего примера, что она была
лишена рациональных оснований. Так, наиболее часто встречавшийся
вариант выбора американских интеллигентов 30-х или 50-х годов,
равно как и французских интеллигентов 50-х годов, мы сможем понять
лишь при учете характеристик ситуаций, в которых находились
те и другие. Эти характеристики ситуаций, сами являющиеся следствием
действия макроскопических факторов, определяют параметры,
задающие поле действий индивида. Разумеется, эти параметры
определяют не поведение самого индивида, а лишь мотивации и
причины его действий.
Однако основной урок, который можно извлечь на основе приведенных
примеров относительно интересующего нас в данной
главе вопроса, заключается в том, что параметры, характеризующие
структуру ситуации, в которой действуют акторы, в определенных
случаях могут в значительно большей степени определяться
институциональными или случайными элементами, нежели структурными.
Оба обстоятельства, т.е. возможность смешения случайных и
структурных элементов, а также то, что структурные элементы
могут иметь следствием локально меняющееся воздействие на структуру
ситуации акторов, требуют взвешенного и осторожного под125
хода к структурным законам, которые в эксплицитной или имплицитной
форме, под этим именем или под каким-либо другим
(а то и вообще анонимно) постоянно выдвигают социальные науки,
считая это своим долгом.
Причины структурного порядка далеко не всегда обладают приписываемой
им действенностью, и их следствия отнюдь не всегда
имеют тот знак, который им приписывается. Более того, эти следствия
большей частью не обладают ожидавшимся уровнем когерентности.
Когерентность структур перед лицом изменений
Понятие структуры и понятие структурного закона с настоятельностью
требуют когерентности составляющих систему элементов
A, B, C, ..., N. Если A, B, C, ..., N или A', B', C', ..., N' являются
типичными, вероятностными структурами, то все прочие должны
рассматриваться как нетипичные, отклоняющиеся или переходные.
Такова имплицитная концепция всех классических типологий, будь
то деление обществ на Gemeinscliaft и Gesellschaft, на современное и
традиционное, на народное и урбанизированное и т.д. Вследствие
этого если изменение затрагивает один из элементов, то должна
иметь место тенденция влияния его и на все остальные.
Совсем нетрудно умножить число примеров, показывающих
надуманный характер данной концепции. Изменение типа А -"А'
скажется на B, а тем более на всей сумме элементов B, C, ..., N
только в том случае, если данное изменение повлияет на поле
действий индивидов таким образом, что вынудит их избирать тот
стиль поведения, следствием которого явится большая вероятность
наступления B', C', ..., N', нежели B, C, ..., N. Естественно, возникновение
подобного эффекта вовсе не является следствием трансцендентной
необходимости, это зависит от характеристик той системы
взаимозависимости, в рамках которой действуют акторы.
В соответствии с природой этих характеристик А вызывает или
не вызывает изменение на уровне либо отдельных элементов комплекса
B, C, ..., N, либо всего комплекса в целом. Эту особенность
мы проиллюстрируем на следующем примере.
Накануне Второй мировой войны индийское правительство разработало
широкомасштабную программу ирригации. С. Эпстейн
посвятила свою замечательную работу'" последствиям экзогенного
изменения на примере Вангалы и Далены - двухдеревушек штата
"' Epslein S. Ор. cit.
Мисор, расположенных неподалеку от города Бангалор. Ситуация
сложилась таким образом, что расширение ирригации непосредственно
сказалось на благосостоянии жителей Вангалы. Для жителей
же деревни Далена, чьи земли в большинстве своем располагались
значительно выше того уровня, на котором предполагалось
проводить ирригационные работы, правительственная программа
не представляла особого интереса. Выбор данных деревень при всей
своей простоте дал отличный "план наблюдения": предполагалось
одновременно определить как непосредственные последствия экзогенного
изменения в деревнях, где ирригационные работы проводились,
так и его опосредованные последствия в тех, где такие
работы не могли быть проведены.
В исследованиях, затрагивающих вопрос последствий экзогенных
изменений в традиционных обществах, часто встречаются два
типа доказательств, или моделей. Иногда эти исследования претендуют
на подтверждение какой-либо модели воспроизводства,
В своей работе "Культурные формы и технологические изменения"
("Cultural Patterns and Technological Change") Маргарет Мид"
создала вневременной, застывший образ индийской деревни: традиции
в ней укоренились настолько глубоко и настолько тесно
переплелись друг с другом, что сделали деревенскую структуру
недоступной какому-либо изменению. Впрочем, М. Мид всего лишь
вернулась к недвусмысленно сформулированной Марксом мысли
об азиатской деревне, управляемой неумолимым законом экзогенного
воспроизводства. Этот же подход характерен (хотя он разрабатывался
в рамках иной терминологии) для многих исследователей,
особенно для Хозелитца^. Другой моделью является модель изменения
по принципу снежного кома, или принципу цепной реакции
(соответственно - модель цепной реакции, т.е. кумулятивная модель):
с того момента, как какое-либо изменение экзогенного характера
в чистом виде не отвергается, но и не воспринимается традиционным
обществом, однако затрагивает его отдельные элементы,
оно начинает постепенно влиять и на его остальные элементы.
Модель воспроизводства, как и модель трансформаций, обозначаемая
термином "цепная реакция", как бы на первый взгляд они не
противоречили друг другу, тем не менее основываются на одном
общем постулате, а именно на убежденности в существовании связи
между составляющими "структуру" традиционного общества элементами,
т.е. на уверенности в наличии их тесной взаимосвязи.
" Mead М. Cultural Patterns and Technological Change. Paris, Unesco. 1953.
^ Hose!itz B. F.. Moore W.E. Industrialisation et Societe. Paris/La Haye. Mouton.
1963.
Исследование Эпстейн представляет огромный интерес: на
примере азиатских деревень оно показывает, что, с одной стороны,
обе модели могут быть ложными и упрощать ситуацию, а с
другой - что последствия конкретного изменения могут быть весьма
многообразны (в деревнях, напрямую затронутых ирригацией, и в
тех, которые этот процесс затронул лишь косвенно, они различны).
Кроме того, оно свидетельствует о том, что изменение не
может воздействовать с равной интенсивностью и однонаправленно
на все элементы структуры. Наконец, исследование наглядно
демонстрирует тот факт, что последствия изменений невозможно
понять и определить иначе, как с помощью анализа экзогенного
влияния на ситуацию акторов.
Суммируя выводы проделанного Эпстейн анализа, можно отметить,
что в Вангале (деревне, на землях которой была проведена
ирригация) экзогенное изменение А -" А' имело, по крайней мере
в области наблюдаемых социальных процессов и явлений, разносторонние
и, во всяком случае, некогерентные последствия. В одних
случаях экзогенное изменение меняло порядок вещей (передадим
этот процесс символами X -" X'), в других - подтверждало
его (в символическом виде Y -" Y').
С самого начала деревня, находившаяся под экзогенным воздействием,
перешла от экономики натурального обмена к товарной
экономике (B -" B'). Вслед за этим взаимоотношения между
отцами и сыновьями стали весьма отчетливо меняться в направлении,
предсказанном теоретиками модернизации, т.е. в сторону
все большей независимости вторых от первых (C -" C'). Что касается
взаимоотношений мужчин и женщин, то они изменились в
благоприятную для женщин сторону. Вследствие произошедших
изменений возросла их роль в разделении труда, что существенно
повысило их автономию (D -" D'). Однако изменение усилило социальные
стратификации и социальные иерархии внутри каст
(Е -" Е): прежние иерархии оказались скорее подтвержденными,
нежели подорванными. Кроме того, произошло усиление иерархий
и отношений подчинения между крестьянами и неприкасаемыми
(F -" F). Традиционализм неприкасаемых, их солидарность
и присущее им ощущение принадлежности к деревенской общине
стали гораздо более выраженными, чем прежде (G -" G).
Уровень жизни возрос (H -" H'), но модернизация имела следствием
скорее упадок, нежели развитие активности в несельскохозяйственной
сфере (I -" I). Несмотря на переход к товарной
экономике, связи с внешним миром остались слабо выраженными
(J -" J); можно даже сказать, что деревня предпочла замкнуться
в себе.
Короче говоря, следствием произошедшего изменения экзогенного
характера была трансформация "структуры" ABCDEFGHIJ
в структуру A'B'C'D'EFGH'IJ: ни общего процесса воспроизводства
(по отношению ко всем элементам структуры), ни общего
процесса трансформации (по отношению ко всем элементам структуры)
не произошло. Несмотря на "взаимозависимость" элементов,
одни из них претерпели изменения, другие же были подтверждены
и усилились.
В Далене, "засушливом" поселке, экзогенное изменение
(А -" А') также вызвало весьма значительные последствия,
несмотря на то, что в силу его месторасположения ирригация непосредственно
его не коснулась. В нем, как и в Вангале, хотя по
другим причинам и под воздействием иных механизмов, начался
процесс перехода от системы натурального хозяйства к товарной
экономике (B -" B'). Взаимоотношения между поколениями изменились
в сторону большей автономии (C -" C'), а вот разделение
ролей по признаку пола, напротив, не подверглось изменениям
(D -" D): женщина продолжает оставаться в подчиненном положении
и располагает малой автономией. Социальная иерархия
внутри касты крестьян изменилась: некоторые приобрели относительно
более высокий статус, у других он несколько снизился по
сравнению с ситуацией, предшествовавшей процессу ирригации
(Е -" Е'). Отношения клиентелизма между кастой крестьян и кастой
неприкасаемых угасают (F -" F'). Присущий касте неприкасаемых
дух общности подорван, и между членами касты устанавливаются
ярко выраженные отношения конкуренции (G -" G').
Уровень жизни продолжает повышаться (H -" H'), и параллельно
с традиционными занятиями сельскохозяйственным трудом развиваются
новые виды активности (I -" I'). Переход к товарной
экономике сопровождается заметным усилением связей с окружающим
миром (J -" J'). Структура ABCDEFGHIJ трансформировалась
в структуру A'B'C'DE'F'G'H'I'J'.
Именно к ситуации деревни, непосредственно не затронутой
процессом ирригации, наиболее применима модель цепной реакции,
хотя по отношению к одному элементу, а именно разделению
ролей по признаку пола, изменение имело скорее укрепляющий,
нежели "модернизирующий" эффект.
Отметим попутно, что из соображений экономии места в этом
пересказе мы не сможем рассмотреть некоторые элементы, о которых
проведенное Скарлетт Эпстейн исследование предоставляет
ценную информацию, например отношения к религиозным ценностям.
Укажем лишь, что и в этом случае последствия изменения
имеют комплексный характер и, в зависимости от ситуации, со129
провождаются либо усилением культа местных божеств, либо появлением
конкуренции между общенациональными и местными
божествами.
Визуально представить итоги анализа нам поможет следующая
схема:
ABCDEFGHIJ
Последствия ирригации
в деревне, где
было проведено
орошение: A'B'C'D'EFGH'IJ
Последствия ирригации
в деревне, где
орошение не производилось:
A'B'C'DE'F'G'H'I'J'
Если считать, что основная задача социально-экономического
анализа изменения заключается в выявлении эмпирических закономерностей,
принимающих, к примеру, форму структурных или
причинно-следственных законов, то выводы С. Эпстейн необходимо
признать обескураживающими: более четко выраженный характер
последствия ирригации имели в деревне, где орошение не
проводилось; не будучи конвергентными, они весьма различаются
по знаку, направленности и интенсивности. Комплексный характер
последствий в равной мере сильно дискредитирует как репродуктивную
модель "деревни, не подверженной действию времени
и изменений", так и кумулятивную модель (цепной реакции). Здесь
мы затрагиваем эпистемологическую проблему, являющуюся стержневой
для данной книги: должен ли столкнувшийся с социальным
изменением социолог (или экономист) пытаться предложить номотетические
утверждения, т.е. стремиться обнаружить эмпирические
закономерности? Или, напротив, наблюдая, как система,
характеризующаяся в момент времени t структурой А, B, C, ..., N,
трансформируется в момент времени t + 1 в иную структуру, скажем,
А', B', C,..., N, он должен задаться целью объяснить, почему
это происходит? Объяснить в данном случае означает следующее:
показать, каким способом некое изменение (например, А -" А')
преобразует ситуацию акторов так, что они вынуждены принять
новые образцы поведения, и как из агрегирования этого поведения
будет складываться новая структура А', B', C, ..., N.
Во всяком случае, именно эту задачу и реализовала в своем
исследовании С. Эпстейн. Не пытаясь, естественно, воспроизвес130
ти ее анализ во всех подробностях, ограничусь тем, что приведу
его основные элементы.
Ирригация позволяет перейти к возделыванию новых сельскохозяйственных
культур, в частности сахарного тростника, который
значительно рентабельнее, чем традиционные культуры. Но
такой переход требует капиталовложений - затрат на выравнивание
участка, использование удобрений и т.п. На неорошаемых землях
деревянная соха, которую тащат два полуживых быка, может
лишь перевернуть или просто поцарапать почву; здесь достаточно
побольше внести в землю навоза. На орошаемых землях не обойтись
без металлическог
...Поділитися у соцмережах
