Жанр: Философия
Страна Философия
...богатства. Затем человек должен
выполнять всякую работу не только без привязанности
к ее плодам, но и без страсти к самому процессу деятельности.
Так постепенно он внутренне отрывается от
всего, что ценно для других людей, не оказывает никому
особого предпочтения, в том числе становится все
менее привязан к своему собственному "я". (Это совсем
не означает, что можно совершить самоубийство. Оно
лишь продлит цепь перерождений и ничего не решит).
Непривязанность должна сопровождаться глубоким
и спокойным состраданием и благоволением ко всем
живым существам, обитающим в мире. Ищущий
должен быть добродетелен, правдив и бесстрашен.
Когда на пути непривязанности в единстве с
состраданием ко всему живому он достигнет
просветления, то пополнит ряды будд. Надеяться стать
буддой может самая последняя лягушка, самая
презренная собака, этот благородный путь никому не
заказан. Причем продвижение к просветлению
включает в себя светлое, радостное мировосприятие. Не
мрак и печаль владеют сердцем правоверного буддиста,
а чувства спокойные и радостные, предваряющие
переход к высшему, совершенному состоянию.
Поскольку путь к нирване труден и тернист, и каждый,
кто пожелал идти по нему, встретится со многими
испытаниями, у ищущего есть помощники, на поддержку
которых он всегда может рассчитывать. Это
бод194
хисаттвы. Бодхисаттвами становятся такие просветленные
существа, которые уже могут стать буддами и полностью
покинуть нашу юдоль печали. Однако их сострадание
к мукам людей и животных, подверженных карме,
столь велико, что они добровольно соглашаются повременить
с нирваной и сделаться духовной опорой для
других. Это прекрасный подвиг самоотдачи во имя всеобщего
просветления.
Впрочем, надо отметить, что даже с помощью бодхисаттв
редко кто может подняться к блаженству в ходе
одной только жизни. Совершенствование происходит от
рождения к рождению. С каждым разом сознание все
более проясняется, ведя человека по единственно верному
пути освобождения.
Буддийский идеал нирваны как средоточия человеческих
надежд, хотя он и оказал большое влияние на
европейское сознание XIX-XX веков, все же не близок
душе западного человека. Он часто представляется слишком
вялым, холодным; полный покой и бесстрастие не
привлекают, даже пугают того, кто видит жизнь в
динамике и чтит индивидуальность. Поэтому, отдав
должное буддизму, мы перейдем сейчас к рассмотрению
надежд христианства, которое представляет собой
высшее проявление монотеизма и надежд на личного
Бога.
РАЙ ИЛИ АД)
Монотеизм, как уже было сказано чуть выше, это вера
в единого Бога. С точки зрения последовательных
монотеистов язычники поклоняются одушевленному космосу,
который создан Богом, но не равен ему. Космос
сотворен, он - тварной природы, вторичен, произволен,
зависим. Он - такая же тварь божья, как и человек,
поэтому нелепо поклоняться духам стихий, частным маленьким
божкам, они - не истинный творец, а лишь
идолы. Истинный единый Бог - абсолютен, он не просто
благоустраивает мир, а творит его из Ничто. Он
непостижим для ограниченного человеческого ума, одновременно
и присутствует в мире, незримо руководя его
процессами (и волос не упадет с головы человека без
воли божьей!) и в то же время отъединен от мира
195
своей непохожестью на собственное творенье, запредельностью,
лишенностью зримых знакомых форм. Вот почему
и в иудаизме, и в исламе о Боге говорят прежде всего
посланники и пророки. Им, особо доверенным, избранным
существам дано право сообщать простым людям о
божественной истине. Надмирноеть, непостижимость
Бога выражается в этих религиях и в том, что ислам
запрещает изображать Бога, а в иудаизме имя верховной
силы пишется "Б-г" - с тире между буквами, потому
что имя всевышнего непроизносимо.
Христианство - тоже монотеизм, но понимание в нем
Бога иное, нежели в других религиях такого же рода, и
это придает особый смысл и особый эмоциональный
оттенок надеждам христиан. В отличие от Аллаха
мусульман, Яхве иудаистов или Брахмана индусов
христианский Вседержитель принимает личную форму,
облик конкретного человека во плоти и крови, родившегося
от земной женщины и прошедшего через человеческую
жизнь и мучительную человеческую смерть. Христианский
Бог триедин. Три его лика, три ипостаси: Бог-отец, Богсын,
и Бог-Дух Святой - неслиян-ны и нераздельны; это
три аспекта единого целого. И вот этот Бог в ипостаси
Сына, Божественного Слова, Логоса соединяется с
тварной плотью, чтобы со всей достоверностью явить
себя людям и искупить грехи человечества. Трудность
для понимания заключается в том, что Иисус Христос - не
полубог, подобно древнегреческим героям, рожденным от
земных женщин и олимпийских богов. Нет. Он
одновременно во всей полноте и Бог (тот самый,
сотворивший весь мир из ничто) и человек, способный
страдать, любить, взывать о пощаде к высшей силе в себе
самом и терпеть крестную муку.
Воплощенный, личный Бог, щедрый чудотворец способный
накормить, вылечить, воскресить, пылкий проповедник,
помощник, избавитель, брат - таков Христос
Евангелий, исполненный доброты, строгости и могучей
силы. Облик его с сияющим нимбом над головой и
глубокими трагическими "иконными" глазами знает
каждый, соприкоснувшийся с христианской культурой.
Разумеется, ТАКОЙ Бог отличается от безликого Абсолюта,
которому можно поклоняться, и служить, но которого
трудно любить. Христос же является фигурой,
притягивающей любовь, порождающей страстное лич196
ное поклонение и те надежды, которые мы адресуем к
живому тонко понимающему нас человеку, способному
быть справедливым. Перед лицом такого Бога человек не
страшится оказаться оставленным, потерянным, не
услышанным. Он верит, что будет услышан через всю
толщу бытия, что не останется без спасающей руки
Христа. В то же время перед его лицом велик и стыд за
свою греховность, и страх не соответствовать тому
предназначению, которое дал нам Господь, создавая нас
по своему образу и подобию. А быть подобным ему
нелегко. Иисус Христос искупил грехи человечества, но
человечество продолжило грешить, поначалу даже не
поняв, что устами толпы вынесло приговор самому Богу.
И в нынешнем грешном мире люди, желающие спастись,
должны вслед за Иисусом идти по пути искупления:
взвалить на себя свой крест, как сделал это Спаситель, и
страдать. Страдать, потому что страдание очищает и дает
надежду на жизнь вечную.
Таким образом, христианские надежды тесно связаны
с глубоким личным чувством ко Христу и с готовностью
следовать за ним путем очищающих страданий. Только
так истинно верующий обретает счастье и бессмертие.
Посмотрим конкретнее, на что может надеяться христианин.
Господь способен повлиять на человеческую жизнь в
любой момент, в его власти и поднять, и низвергнуть
любого, однако главный центр надежд верующего расположен
за пределами здешней эмпирической реальности.
Главное начинается, когда душа отлетает от тела и
переходит в иные измерения бытия. По православным
представлениям на третий день душа умершего сначала
проходит мытарства. Ее окружают легионы злых духов,
обвиняя в совершенных ею грехах, на которые они же
сами ее и соблазнили. Пройдя мытарства, душа
приближается к Богу и подвергается первому Частному
суду, где подводится итог ее земного бытия. Потом еще 7
дней душа посещает небесные обители и адские бездны, а
на сороковой день получает место, где она будет
дожидаться Страшного суда. Одни души ждут Судного
дня, предвкушая вечное блаженство, другие - в стра" хе
вечных адских мучений. Но главная надежда, как и
главный страх, все еще остаются впереди.
Грядет второе пришествие Христа. Христос воскресит
всех умерших, и это будут не просто души, но души,
облаченные в бессмертные тела. Этот второй великий
суд и решит, кому вечно гореть в аду вместе со своим
воскресшим телом, а кому пребывать вместе с
Христом и Ангелами в вечной прекрасной жизни, в
поднебесьи рая.
Христианские теологи и богословы многие годы спорят
о том, что же именно представляют собой рай и ад. Для
широких масс рай обычно рисуется дивным
благоуханным садом, где воскресшие люди не подвластны
смерти, болезням, несовершенству материального. Они не
старятся, не нуждаются в тяжелом труде. Наслаждаются
возвышенным духовным общением, прекрасной музыкой и
дивными красками. А ад изображается как огненная
бездна, где черти поджаривают грешников на сковородах,
всячески пытают и мучают их, и процесс этих мучений
также бесконечен как блаженство спасенных. Как бы ни
пытались современные теологи-модернисты говорить,
что мучения посмертья не похожи на примитивные
физические пытки, что они не мр198
гут быть вечными* что это, скорее, угрызения совести,
которыми виновный посмертно искупает свой земной грех,
все же более распространенной является представление об
аде как вечной огненной бездне. В средневековье оно
вообще полностью доминировало в сознании верующих,
еще более оттеняя ни с чем не сравнимую ценность
вечного блаженства, заслужить которое было целью всей
жизни многих и многих людей.
Но как заслужить спасение за гробом? Прежде всего,
необходимо принять христианство, обратившись в которое,
человек делает первый шаг к надежде. Он проявляет волю
к спасению, принимая протянутую руку Христа. Это акт
его свободного выбора. Затем христианин должен не на
словах, а на деле реализовывать свою причастность к
учению Христа. Его жизнь должна стать примером
добродетели, каждый его день должен быть исполнен
непоколебимой веры в Бога, бескорыстной, милосердной
любви к ближнему, благоразумия, воздержанности,
справедливости и стойкости в страдании. В его душе не
должно остаться места для зависти, жадности, уныния.
Все это дает надежду на вечную жизнь.
Однако следует заметить, что в христианстве спасение
за гробом не определяется одними только усилиями
человека. Это индусы, буддисты и философы-эзоте-рики,
верящие в карму, полагают, будто человек своими
собственными усилиями свивает нить собственной судьбы:
был хорошим - возвысился, был плохим - пал. По
христианским представлениям человек безнадежно
грешен, пропитан, пронизан грехом, несет его в самой
сути своей, рожден в грехе и от греха, и потому никаких
его усилий не хватит на то, чтобы подняться самому. Сам
он - лишь комок грязи, он бессилен. Оттого главная его
надежда - на божественную благодать, на милость
Христа. В принципе, Христос может возвысить любого,
ибо, как известно, для Господа один раскаявшийся
грешник стоит десяти праведников. Но это означает
также, что самый старательный и усердный праведник не
вправе рассчитывать лишь на свою собственную
добродетель. Это было бы непростительной гордыней и
нарушением самой христианской добродетели. Он может
надеяться лишь на помощь Бога, без которой невозможно
не только достичь вечной жизни, но и вообще держаться в
бытии.
Божественная благодать, свободное проявление доброй
воли Христа, которая может поднять из любой бездны и
возвысить - главная христианская надежда. Ей отдан весь
трепет сердца, все мечты и упования каждого подвижника,
следующего за учителем. Бог принял "екогда образ
человека, чтобы люди могли стать кав боги. Каждый
христианин верит в это и надеется. Православное
христианство верит и надеется всем миром, соборно, ибо
соответственно православным представлениям спасение и
благодать приходят лишь через церковь - собрание
верующих, обративших свои души к Христу. Приобщение
к церкви - укрепление надежды на благой исход, на
вечное пребывание в раю.
Надо сказать, что религии, о надеждах которых мы
говорим на наших страницах, не оставляют без внимания и
земную жизнь. Потому следующая главка называется:
СОЦИАЛЬНЫЕ НАДЕЖДЫ РЕЛИГИЙ
В современных религиях как западных, так и восточных,
можно выделить два основных течения сообразно
их отношению к светским ценностям нашей эпохи и
процессам, идущим в мире.
Одно из них обычно называют модернизмом, и оно
тесно связывает религиозные представления с нормами,
ценностями и идеалами, присущими внерелигиозной политической
жизни, с теми взглядами, которые характерны
для общепринятой повседневной морали рыночного
компьютеризированного общества. Религиозный модернизм,
сохраняя основные идеи и образы вероучения, тем
не менее не отказывается от постоянного обновления. Он
меняет, модернизирует, трансформирует давно сложившиеся
религиозные представления с тем, чтобы они
были близки и понятны современному человеку, не вызывали
у него отторжения. Окаменевшие догмы, выражающие
реальность тысячелетней давности, обветшавшие
символы, длинные и непонятные тексты, произносимые
священником на давно всеми забытом языке, не могут
нынче привлекать людей к вере. Древняя, заскорузлая
форма хоронит под собой ценное духовное содержание,
отпугивает паству, поэтому священники-мо200
дернисты стремятся сделать религиозные ритуалы максимально
привлекательными для современного человека,
приспособить вечные истины к текучей и изменчивой
человеческой психологии. Что поделаешь? Слишком
большая суровость и дотошность в воспроизведении давно
сложившегося культа может обернуться опустевшими
церквями, забвением идей, которых люди забывать не
должны.
Именно поэтому в таком христианском направлении
как протестантизм принято строить храмы современной
архитектуры, петь религиозные песнопения под современные
мелодии, проповедовать через микрофон и привносить
моменты откровенной театральности и коллективной
самодеятельности. Общение, развлечения становятся
тем путем, через который люди приходят к Богу,
повседневная жизнь не противостоит здесь религии, а как
бы органично перетекает в нее.
Однако, новые формы богослужения и богообщения- не
единственное, что отличает религиозный модернизм. Ему
присущи социальные надежды, совпадающие по всем
основным параметрам с надеждами прогрессивной
демократической мысли. Ярким примером выступает здесь
католическая церковь, еще в конце прошлого века
начавшая разрабатывать свое социальное учение. Папа
Лев XIII в энциклике "Рерум новарум" в 1891 году
излагает принцип правового государства с разделением
законодательной, исполнительной и судебной власти. В
современных разработках социальных идей проводится
мысль о том, что политические реалии изменчивы, и их
нельзя загнать в одну наперед заданную схему.
Человеческая жизнь всегда осуществляется в истории поразному,
несовершенно, и главное - строить государственность
так, чтобы не ущемлялось богоданное достоинство
личности.
Католическое социальное учение вместе со светскими
гуманистическими концепциями говорит о необходимости
уважения автономии личности, которую может
обеспечить только государство, опирающееся на право,
закон. Никакой тоталитаризм не приемлем, ибо человеческая
личность должна быть послушной только Богу,
но не людям. Церковь ценит демократическую систему,
поскольку эта система обеспечивает своим гражданам
право политического выбора, гарантирует им возможность
избирать правителей, контролировать их и
при необходимости сменять мирным путем. Демократия
противостоит всякой узурпации государственной власти,
будь то в политических интересах или в идеологических
целях.
Свобода и достоинство, инициатива и предприимчивость
личности в демократическом государстве - вот
на что надеется католическая церковь. Максимум внимания
должно уделяться правам человека, потому что
именно человек занимает в обществе центральное место.
Однако, в полной мере постичь, кто он такой, человек
может только в христианской вере, через учение Церкви.
Черпая из сокровищниц науки и философии, это учение
ведет человека к спасению.
Католическая церковь прекрасно видит недостатки
современного мира, но не считает, что с ними можно
бороться путем насилия, стремлением повернуть историю
вспять. Католикам очевидны разъедающие нынешнюю
жизнь грехи потребительства, индивидуализма,
агрессивности. Чтобы преодолеть их, нужно религиозное
просвещение, "евангелизация -жизни", конкретная
солидарность и конкретное милосердие, добровольная
работа верующих, которая начинается с собственной
семьи, с собственной личности. Социальная концепция
католической Церкви вдохновляется заботой и
ответственностью за людей - за каждого конкретного
человека, ибо эта забота и ответственность поручена ей
Самим Христом.
Как видите, дорогие друзья, католичество идет в ногу с
развитием всего общества и надеется нашими общими
надеждами не только на загробное блаженство, но и на
социальный прогресс. Отдавая приоритет истине Церкви,
оно, тем не менее, не отвергает ценности светских
знаний, науки, философии, высказывается в пользу
свободного мышления и свободной, добровольно
принятой веры, утверждает равенство людей перед
Богом и перед законом. Однако, далеко не все религиозные
деятели думают так.
Второе течение в религиозной жизни конца XX века -
фундаментализм, стремление сохранить религиозную веру,
доктрину и культ именно такими, какими они возникли
много столетий тому назад. Фундаменталисты считают, что
в богооткровенной истине нельзя трогать ни одной
детали, менять ни одной мелочи, потому что мелочей
здесь на самом деле нет, и всякое прикосновение
к священным ритуалам и текстам немедленно искажает
их подлинный смысл. Цель фундаментализма - избежать
всяких интерпретаций, донести сокровенное нетронутым,
не дать сакральному смыслу испариться из-за
бесконечных нововведений, приспосабливающих текст для
понимания новыми поколениями.
Фундаментализм целого ряда религиозных течений
получил концентрированное выражение в традиционализме
-.идейном направлении, основателем которого в
XX веке стал французский философ Рене Генон, перешедший
в мусульманство и сделавшийся выдающимся
исламским эзотериком. Распространителем и популяризатором
идей Генона был его последователь
итальянец Юлиус Эвола- Важнейшая работа Р. Генона,
сейчас уже переведенная на русский язык, называется
"Кризис современного мира". Именно с осмыслением
современности как периода глубокого и безнадежного
упадка связаны социальные идеи традиционализма, его
надежды на лучшее будущее для человечества.
Традиционализм представляет собой межрелигиозное
учение, объединяющее деятелей разных церквей. Оно
основано на том, что издревле существует Интегральная
традиция - совокупность богооткровенных истин,
нечеловечских сакральных знаний, определяющих Священный
порядок. Это некое универсальное повеление,
ьюторое исходит непосредственно от Бога и доступно
только узкому кругу посвященных. Лишь некоторые сугубо
эзотерические направления в современных религиях
причастны к Интегральной традиции. В Китае это
даосизм; в индуизме - брахманизм, духовная йога и
тантризм; в иудаизме - Кабала; в исламе - суфизм; в
католичестве - христианский герметизм и некоторые
духовные рыцарские ордена; в православии - исихазм и
старчество. Представители этих направлений могут
непосредственно соприкасаться с божественными
принципами, и на этом соприкосновении они основывают
свое право диктовать внешнему миру совсем иной путь,
чем тот, которым он идет до сегодняшнего дня.
Традиционалисты считают, что современный мир -
это мир Дьявола. Демократия, равенство, рыночный путь,
а также индивидуализм и эгоизм, присущие западному
миру - проявление дьявольского засилья в жизни
современного общества. Все это совлекает людей с
пути истины, разрушает должный порядок вещей. Дьявольщиной
являются также материализм, скептицизм,
атеизм и гуманизм. Особенно важно последнее, потому
что человек не должен жить ради самого себя, он живет
только для Бога. Придя к власти, традиционалисты
установят такой порядок, который полностью отметет
либеральные и рационалистические иллюзии, и
восстановит Традицию в общественной жизни.
В чем же это должно выразиться? Прежде всего в
том, что Церковь и Традиция должны стать высшими
инстанциями во всех социальных вопросах. Необходимо
установление теократического государства, которым будет
самовластно править узкая элита посвященных. Эта власть
должна быть абсолютна, тотальна и проникать снизу
доверху во все поры общественной жизни и личного
человеческого бытия. Необходимо восстановить также
средневековую сословную иерархию. Никакого баловства
- никакого равенства! Бог создал людей различными,
предназначенными к разной деятельности, оттого
единственно верным является кастовый строй, основанный
на существовании разных типов людей. Каждый должен
занимать свое и только свое место, предначертанное ему
свыше, и не зариться на чужие места и чужие почести.
Все, кто смеет возвышать свой голос против
иерархичности, посягают на саму Традицию и должны
соответственно караться.
Наконец, традиционализм намеревается отменить
светское искусство и светскую науку как низкие, "профанные".
С ними должно быть решительно покончено. Их
заменят сакральное искусство и сакральная наука,
уходящие корнями в эзотерическую Традицию.
Вот такие социальные надежды питает традиционализм.
Нравятся ли они вам, это вы, мои юные друзья,
решите сами. Как видите, современные религии заняты
не только потусторонним, но и проблемами обыденности,
повседневности, общественно-политическими планами и
прожектами. И это закономерно, ибо они - часть нашей
общей духовной жизни и выражают весь накал
человеческих поисков, чаяний и проблем.
Надежды эзотеризма.
НА АБСОЛЮТ НАДЕЙСЯ, А САМ НЕ ПЛОШАЙ!
На предыдущих страницах мы уже неоднократно
говорили о том, что кроме обычных знаний, получаемых
наукой и обыденным разумом, существует особого рода
мистическое знание, доступное только людям, развившим
в себе способности к изменению состояний сознания.
Изревле в Египте и Греции существовали тайные
общества, где сторонники эзотерических (закрытых от
посторонних глаз) учений упражнялись в духовных
практиках, способных вывести человека за пределы физического
тела и открыть ему в иррациональном откровении
тайны мироустройства. На базе откровений и интуиции
складывалось представление о законах мироздания,
которые могут показаться пугающими и странными
обычному человеку, но тем не менее, именно они управляют
движением вселенной и человеческими судьбами.
Первый свод эзотерических принципов, описывающих
внутренние механизмы бытия, содержится на таинственной
"Изумрудной скрижали Гермеса Трисмегиста".
Эзотерические знания существуют во всякой религии,
в каждой из них есть свой мистический пласт, и если
догмы религий очень расходятся между собой, то
мистический опыт во многом совпадает. Но эзотерические
представления живут и за рамками конкретных верований,
определенных церквей; в сектах и кружках посвященных,
в тайных организациях, в философских направлениях,
в опыте отдельных людей. Часто эзотерические
концепции являются синтезом западных и восточных
взглядов, далеко отступая от буквы какого бы то ни было
священного писания. Вот отчего церковь так не любит
"вольных эзотериков", нарушающих строгий свод
канонов, складывавшихся столетиями. Архиерейский
Собор православной церкви даже предал церковной
анафеме учения основоположницы современной теософии*
Елены Блаватской и художников Рерихов. Считается, что
они не совместимы с православным учениТеософия
- точное значение "богомудрие",
Посмотри в окно!
Чтобы сохранить великий дар природы — зрение,
врачи рекомендуют читать непрерывно не более 45–50 минут,
а потом делать перерыв для ослабления мышц глаза.
В перерывах между чтением полезны
гимнастические упражнения: переключение зрения с ближней точки на более дальнюю.
^м и вообще с христианством, что они пытаются под*
зиенить настоящую истину своей - выдуманной.
Но опять же, кто может сказать, что есть истина?
Эзотерические учения разнообразны. Они порой спорят
и ссорятся друг с другом. Теософы критикуют спиритов,
общающихся с духами умерших (говорят:- не с теми
общаетесь! не с душой, а со слетевшей оболочкой).
Спириты отвечают им тем же. Индийский эзотерик Шри
Ауробиндо критикует Блаватскую, а русский зэотерик
Гюрджиев просто разрабатывает свой путь, отрицая всех
остальных. И, тем не менее, почти все эзотерические
учения призывают людей не замыкаться в рамках одной
какой-то религии. Пути к высшему миру многообразны.
"У Бога много обителей, и для каждого найдется место.
Христианин и индус, мусульманин и буддист, сторонник
теософии и "Агни-йоги" - все идут по пути духовного
восхождения, все находят свою тропинку к той самой
истине, по поводу которой нужно не драться, а соединять
усилия в поиске.
В современном мире новыми носителями эзотерических
учений стали целители-экстрасенсы и, как ни странно,
врачи-психотерапевты, широко использующие духовные
практики, наработанные человечеством за столетия
оккультного опыта.
Сейчас мы посмотрим, какие пути и надежды дает
человеку эзотерический взгляд на мир. Конечно, не имея
соответствующей практики, мы не можем понять этот
взгляд изнутри, но можем воспользоваться популярным
изложением и далее будем опираться в первую очередь
на работы теософа Анни Безант, ученицы и соратницы Е.
П. Блаватской.
Итак, человеческие надежды, конечно, же, не могут
быть описаны вне представлений о мире, в котором мы
живем. Этот мир - порождение Абсолюта, могучего духовного
первоначала, не имеющего формы. Он есть жизнь
и мысль. По собственному "побуждению Абсолют изливает
из себя три эволюционные волны: первая создает
материальные частицы, изнутри наполненные духовностью,
вторая придает им способность ощущения -а
взаимодействия, а третья порождает человеческие души.
Возникший: материальный мир образует множество форм,
расположенных на разных ступенях, отличающихся по
степени тонкости. Иначе их называют разными
"планами" бытия. Физическая действительность оказы206
вается пронизана не только духовным началом, но "тон*
нематериальными" образованиями, тонкими энергиями.
Не видимые для обычного глаза пласты населены духовными
существами и сущностями, а также мыслями людей,
которые действуют самостоятельно и активно, выступая
независимыми субъектами. В связи со всем этим
физическое тело человека также не является его единственным
достоянием. У него есть еще несколько тел, из
которых наиболее известны астральное (тело желаний),
ментальное (мыслительное) и причинное. Тонкий мир в
целом также может быть назван миром .причин, в то
вр
...Поділитися у соцмережах
