Жанр: Философия
Мыслители нашего времени (62 портрета).
...й гордости, его лицо
было бледно, веки приспущены. И 'все же речь этого маленького,
невзрачного человека слушали как cвoero рода
откровение: следили за тем, ка'к он тихим, сдавленным
голосом, подчеркивая свои слова скупыми и иесколько
жреческими жестами, расширяет пределы царства категорий,
как он делает абстракцию неожиданно наглядной
и погружает повседневное явление во внушающую трепет
таинственность. Отошедшие в 'прошлое и з'абытые
категории выступают иа свет божий. Он говорит о пространстве:
пространство ни конечно, ни бесконечно, оно
не имеет протяженности,-иначе ничто не могло бы
иметь протяженности в' пространстве. Он говорит о категории
размера: размер не есть ни протяженность, ни то,
что имеет протяженность, а то, -в чем имеющее протяженность
получает свою протяженность. Он отличает
категории процесса от категорий состояния и субстанции:
'состояние-это то, что перестает быть в процессе,
субстанция - это то, что в процессе пребывает. Он говорит
о категориях наглядности и понимания... Затронуты
все области бытия. И замечательно: от всего веет легким
дыханием мудрости.
В историю философии балтийский мыслитель будет
записан 'как обновитель онтологии. Он вышел из марбургской
школы; но уже его первые опыты вряд ли могут
быть названы зависимыми, это уже критика и самостоятельное
дальнейшее развитие. Самое важное из сочинений
его марбургского периода - "Основные черты
метафизики познания" ("Grundzuge einer Metaphysik der
Erkenntnis") -начинается не метафизическим идеалом
его учителя Наторпа; в нем вместе с Гуссерлем и феноменологами
метафизика понимается как учение о явлениях,
'и из этого поворота 'возникает новая, 'самая оригинальная
тема Гартмана: связь всего учения о познании
с учением о бытии, объективная зависимость теория
позша.ния от онтологии. Гартмая отрицает метафизику
спекулятивных ..предрешений" ("Vorentscheidungen").
Переворот в современном мышлении, думает он, происходит
под знаком 'великого отрезвления: 'созна.н'ие вновь
выводится .на простор всемирного опыта, к 'признанию
само по себе существующего (Ansichseienden), возникшего
до 'всякого познания и независимо от 'него.
Гартман испытал позднее еще одно сильное влияние-со
стороны своего спутника по первым годам в
Кельне-Макса Шелера. Его "Этика" носит следы дискуссий
с основателем, ..материальной этики ценностей".
Она устанавливает раздвоение на действительность и
ценность,-вспомним Канта, его учение о независимости
нравственного закона от действительности. Но
на поприще этики первенство отдается категориям
бытия, а не познания. Гартман переводит свой взор на
самые ценности, он ищет для них защиты и от превышении,
и от субъективных ограничений. Второе издание
его "Этики" отличается от первого лишь одним добавленным
замечанием: оно направлено против возможного
приписывания ценностям действительного, быть может
высшего, бытия в духе идей Платона. Их в-себе-бытие
есть не что иное, как "независимость от целеустремлений
(Daflirhalten) субъекта". Вторая задача защиты ценностей
направлена против Хейдеггера и экзистенциалистов.
Когда Хейдеггер ставит вопрос о "смысле бытия" и считает,
что этот смысл заключается в человеческом существовании,
то путем недопустимого "предрешения" (Vorentscheidung)
существующее мыслится лишь таким^ каким
оно мне является и как я его понимаю, -тем самым
предрешается основной вопрос онтологии. Хейдеггер полностью
лишает объективный дух его силы, его прав: все
права удерживает за собой индивид с его частным решением;
тем сам'ым он жертвует всем самым ценным, что
добыла для знания немецкая философия времен расцвета;
он лишает опред-еленности высшую форму бытия,
форму исторического духа, -а непонимание одной формы
5. А. хюбшс" 129
бытия закрывает путь к пониманию также всех других
его форм.
Как пи различны исходные пункты в последующих
работах Гартма.на (метафизика познания, проблема духов1ного
бытия, проблема ювободы 'воля), его труд, который
он строит со 'всей обдуманностью и осмотрительностью
iB течение 30 лет самой дисциплинированной работы,
все вновь подчеркивает настоятельную потребность
в новой онтологии, "к которой надо найти подход снизу".
Результатом является известная градация четырех пластов
бытия: от 'неорганической ступетаи к органической,
далее к душевной и наконец к духовной ступени. Эти
11ласты надо строго различать и рассматривать на ооновании
их "собственных категориальных закономерностей".
Их взаимодействие (Zusammenspielen) можно
показать на примере феноменов. Каждый из высших
пластов коренится в более низком, но ни один из них
низшим полностью не определяется. По законам силы
низшие формы бытия сильнее, но по закону свободы
высшие формы бытия все же обладают внутри своего
пласта неограниченной возможностью для деятельности.
При этом в'о 'всех областях есть проблемы, которые
не могут быть решены окончательно и до самого конца,
- это собственно 'метафизические проблемы, если
понимать метафизику в "новом смысле. Они не могут
быть .разгаданы средствами конструктивно-систематической
философии, они подлежат проблематическому
мышлению, так называемой "апоретике". Основные формы
бытия (существование, жизнь, сознаине, дух, свобода
и т. д.) навеки останутся таинственчшми и непознаваемыми.
Разделение 'мышления на систематическое и проблематическое
принадлежит к явныад отличительным признакам
философии Гартмана. К систематикам относятся
Плотин, мыслители средних -веков, Гоббс, Спиноза и послекантовские
идеалисты - Фихте, Гегель, Шеллинг;
к проблематическим мыслителям - Платон, Аристотель,
Юм, Кант. Систематик уступает давлению метафиаической
потребности; 'результат его мышления-выводы
поспешные, насилующие данный материал, слишком
охотно идущие иавстречу людским желаниям. Проблематяк,
напротив, медлит, задерживаясь на постановке
вопроса и 'подготовке ответа, он готов так и остаться
неуверенным, если исследование действительности не
допускает какого-либо решения.
В 'рамках этих утверждений Гартман ведет свою
борьбу 'против духовно-исторической традиции Дильтея
и Трельча; эту борьбу он смог начать после того, как
был приглашен iB Берлин, с кафедры, давно осиротевшей
после Эрнста Трельча. Он закончил, еще с постоянной
оглядкой на спекулятивную философию Гегеля, создание
своей большой историко-философской концепции - книгу
о "Проблеме духовного бытия" ("Das Problem des
geistigen Seins"), явно обнаруживающую переход от
духовно-исторического метода к методу проблемно-нсторическому.
В "Энциклопедия" Гегеля мы видим, как за
субъективным духом следуют объективный и абсолютный
дух. У Гартмана за субъективным :и объективным
духом выступает, как третье, ..объективированный" дух,
и оба 'первых, как свободные формы духа, противопоставляются
объективированному, выступившему из
реальных жизненных взаимосвязей духу, ставшему делом
(Werk). У 'объективированного духа своя собственная
действительность, своя ообственная 'история. Но все
же никака-я духовная сущность (geistiger Gehalt) не может
'отделиться от свободного духа. Дух остается привязанным
ко времени и индивиду, он "подслушивает категории,
минута за минутой, в реальных отношениях". Но
со временем объективированный дух возвращается снова
свободному, живому миру и вновь приобретает в нем ..текучесть".
Таким образом, история философии, в гартмаIHOIBCKOM
смысле, рождается не из ряда отдельных концепций
и систем, а из преемственности философских
проблем. Эта проблемно-историческая точка зрения становится
лейтмотивом двухтомной ..Истории немецкого
идеализма" ("Geschichte des deutschen Idealismus").
Только анализ проблем в мышлении Фихте, Шеллинга,
Гегеля открывает взору ..вечное, теперь так же, как
100 лет назад, ценное в их философии". Это концепция,
которая может быть проведена лишь с некоторыми яатяжками.
Главное произведение Гартмана-"Философия природы"
("Philosophic der Natur"), законченная во время
второй мировой войны, - .представляет собой всеобъемлющее,
содержательное, выдвигающее принципы, систематизирующее
исследование сил и законов природы,
ступенчатого строения пластов бытия, органических
структур, сверхиндивидуальных жизненных связей; еще
раз критически продумываются основные проблемы и понятия
естествознания, с тем чтобы возвратить его от попыток
создать зав.ершенную метафизику 'природы (что
характерно еще для Планка и Венцля) к более скромной
цели-изучению основных принципов (Grundlagenforschung);
это возвращение, конечно, означает одновременно
значительное углубление. Новая онтология все
больше принимает очертания универсального учения о
категориях, - Гартман тщательно разрабатывал его в
течение последних 15 лет своей жизни и существенно
расширил еще в оставленном нам в наследство труде
,,Познание в свете онтологии" ("Die Erkenntnis irn Licht
der Ontologie"). В противоположность Канту и старым
теориям познания, он теперь утверждает, что категории
рассудка (Verstand) также подвержены изменениям.
Основная форма этой изменчивости - ..проникновение"
(,,Durchdringen") новых категорий в сознание. Но и однажды
проникшие категории не остаются неизменными,
они продолжают изменяться, .имея тенденцию все больше
приближаться к предмету. В этом прогрессирующем
приспосабливании человеческого познания к миру и состоит
развитие, завершающееся (при посреднической
роли Николая Гартмана) Гегелем. Мы чувствуем себя
утопающими в изобилии категорий, в котором самое понятие
категории изменяется до неузнаваемости - запутанная,
иррациональная "структура" этого понятия не допускает
более какого бы то ни было суждения (Aussage),
хаос царит безраздельно. Напрасно двухтысячелетвий
труд над .выработкой понятий свел десять категорий
Аристотеля к шести у схоластов и ограничил их тремя
у Декарта и Локка, напрасно единственная за две тысячи
лет попытка расширить область .категорий-таблица
Канта-'в скором времени была строго остановлена
Шапенгауэром, который свел IBCC к единственной
категории причинности. У Шопенгауэра Гартман не научился
ничему.
Из наследия Гартмана мы получили 'еще объемистую
"Эстетику", в которой мысли и язык изложения обнаруживают
немало слабостей: это попытка замкнуть сферу
эстетического с помощью .категориального анализа; на
обширном поприще применения к искусству и искусствознанию
она вряд ли будет плодотворной. Наконец, появилось
еще последнее строгое предостережение от тяготения
к теологии, которая был'а движущим и сейчас далеко
еще не достаточно исследованным мотивом старой
метафизики. Круг замкнулся.
Гартман не был-его ученики подтверждают это..современным"
человеком. Он сторонился тревог своего
времени и таких технических достижений, ка'к автомобиль,
телефон, пишущая машинка. Подобно тому как
сдержаины были 'все его движения, он противостоял со
сдержанной уверенностью и самой жизни, 0,н жил в работе
своего духа, о'н верил, что дух сильнее 'всего, и в
этой вере проявил истинное величие. Он пережил катастрофу
разгрома со 'всеми сопровождающими ее событиями:
битву за Берлин, тяготы от расквартирования
войск, голод, отъединение от .внешнего мира. И 'вот в это
время, с 9 марта по II сентября 1945 года, он написал
свою "Эстетику".
Даты жизни. Николай Гартман родился 20 июля 1882 года
в Риге. Окончил гимназию в Петербурге. В 1901-1907 годах изучал
медицину в Дерптском университете, античную филологию в
Петербурге и философию в Марбурге. В августе 1907 года получил
звание доктора философии. В 1909 году защитил в Марбурге диссертацию
на право заниятия кафедры. В 1914-1918 годы был
участником мировой войны. В 1920-1925 годы-ординарный профессор
в Марбурге (преемник своего учителя Наторпа), в 19251931
годы-в Кельнском университете, в 1931-1945 годы-в Берлинском,
в 1945-1950 годы-в Геттингенском. Умер 9 октября
1950 года.
СОЧИНЕНИЯ
Platons Logik des Seins, 1909; Des Proklus Diadochus philosopliische
Anfangsgrunde der Mathernatik, 1909; Zur Methode der Philosophiegeschichte
(in "Kant-Studien", 15), 1910; Systembildung und
Idealismus (in "Philos. Arbeit"), 1912; Die Frage der Beweisbarkeit
ries Kausalgesetzes (in "Kant-Studien", 25), 1920; Grundzuge einer
Metaphysik der Erkenntnis, 1921, 4. A. 1949; Die Philosophic des
deutschen Idealismus. 1: Fichte, Schelling und die Romantik, 1923; II:
Hegel, 1929; Aristoteles und Hegel, 1923 (selbst. 1933); Diesseits von
idealismus und Realismus (in "Kant-Studien", 29), 1924; Ethik, 1926,
5. A. 1949; Zum Problem der Realitatsgegebenheit, 1931; Das Problem
des geistigen Seins, 1933, 2. A. 1949; Zur Grundlegung der Ontologie,
1935, 3. A. 1948; Das Problem des Apriorismus in der platonischen
Philosophic, 1935; Der philosophische Gedanke und seine Geschiclite,
1936; Der Megarische und der Aristotelische Moglichkeitsbegriff,
1937; Moglichkeit und Wirklichkeit, 1938, 2. A. 1949; Aristoteles und
das Problem des Begriffs, 1939; Der Aufbau der realen Welt. GrundriB
der allgemeinen Kategorienlehre, 1940, 2. A. 1949; Zur Lehre vom
Eiclos bei Platon und Aristoteles, 1941; Neue Wege der Ontologie,
1942 (im Sammelwerk "Systematische Philosophie"), Sonderdruck
1947; Die Anfange des Schichtungsgedankens in der Alten Philosophie,
1943; Leibniz als Metaphysiker, 1946-Philosophie der Natur. Abrifi
der speziellen Kategorienlehre, 1950; Teleologisches Denken, 1951;
Asthetik, 1953; Philosophische Gesprache, 1954; Kleinere Schriften,
Bd. I (Abhandlungen zur systcinatischen Philosophie), 1955.
ЛИТЕРАТУРА
J. С oh ii, Zu N. H. s Wertelhik (in "Logos"), 1926.-Josef
Klosters Die kritische Ontologie N. H. s, Diss. 1928.-G. Lehmann,
Das Problem der Rcalitatsgegebenheit (in "Blatter fur deutsche
Philosophie"), 1932.-A dolf Seelbach, N. H. s Kantkritik,
1933. -Reinhold Groo s, Die Prinzipien der Ethik N. H. s, Diss.
1933. -H a ii s H i rnin g, N. H. s Lehre vorn objektiven Geist und
seine These von der Voraussetzungsiosigkeit der Philosophie, Diss.
1937.-Hermann Kuhaupt, Das Problem des erkenntnistheoretischen
Realismus in N. H. s Metaphysik der Erkenntnis, Diss. 1938.-
Andreas Konrad, Irrationalismus und Subjektivisrnus, Diss.
1939.-J. Munzhuber, N. H. s Ontologie und die philosophische
Systematik (in "BIStter fur dt. Phil."), 1939.-J oh annesHessen,
Das Problem des Moglichen (in "Phil. Jalirbuch d. Gorres-Gesellschaft"),
1940.-G. Martin, Aufbau der Ontologie (in "Blatter f.dt.
Phil."), 1941.-Alois Goggenberger, Der menschliche Geist und
das Sein. Eine Begegnung mit N. H., 1942.-Josef Epp, Ober das
Problem der Willensfreiheit bei Immanuel Kant und N. H., Diss.
1943.-J. Enders, Der Schichtengedanke bei N. H. (in "Divus
Thomas"), 1947.-G. Kropp: Naturphilosophie als Kategorialanalyse.
1951.-Aloys Wenzl: N. H. (in "Philos. Jahrbuch"), 1951.-
E. M aye r, Die Objektivitat der Werterkenntnis bei N. H., 1952. -
N. H. Der Denker und sein Werk. Funfzehn Abhandlungen, hrsg. von
Heinz Heimsoeth und Robert Heifi, 1952.
Алоис Венцль
К 60 годам мюнхенский философ полностью проявил
себя как мыслитель. Он начал деятельность в качестве
математика и физика, стал учеником Бехера (Becher)
и из этих двух исходных точек пошел своим путем, через
картину 'мира, даваемого современ.ной физикой и биологией,
к высотам объясняющей 'и оценивающей 'мир метафизики.
Одновременно с внешним успехом-'повышением
в должность ординарного пpoфeccopa и ректора
Мюнхенского университета - он закончил свое главное
сочинение "Философия свободы" (,,Philosophic der Freiheit",
1894); название заимствовано из 'книги Рудольфа
Штейнера, и, что удивительно, в этой книге осуществлеiHO
то, что 'в философских дискуссиях наших дней называют
потребностью и насущной задачей современности:
действенное взаимопроникновение и конечное объединение
естественных наук и философии религии.
Развитие, которое прошел сам Венцль, воспроизведено
в виде 'систематического построения IB его учении
о свободе. По Венцлю, действительность имеет ступенчатое
строение, подобное тому, что изложено в учении
Гартмана о пластах. Над материальной ступенью возвышаются
друг за другом жизненная (vitale), психическая
и духовная ступени. Но за каждой из ступеней действительности
должен быть признан момент свободы: .на низших
ступенях - это свобода неопределенности и множества
возможностей (вспомним о соотношении неопределенностей
в атомной физике, об идеях витализма в биологии),
а на высшей ступени свобода выступает в заключение
как нравственная свобода человека, - и здесь
Венцль вступает в область, еще во многом никем не
исследованную. Он углубляется в область философии
истории и опровергает почти бесспорное до сего времени
определение прошлого. Все, что произошло, должно ли
оно было быть лишь потому, что некогда так случилось,
действительно ли и несомненно оно должно было произойти
именно так и не иначе? Венцль отвечает на этот
вопрос отрицательно.
Его привязанность к свободе распространяется на
все, вплоть до выбора слов. Он не говорит: "должно";
он говорит: "можно". Можно признать, что простор для
свободы дают статистические законы 'в микрофизике.
Мож'но распространить действие свободы и 'на мир биологии,
s духе виталистических учений, и, .наконец, по
Венцлю, лишь насильственно можно защищать всепроникающую
причинность и механистичность в областях
душевной и духовной. Однако, в конце концов, речь идет
не только об освобождении от косной механистичности
старого естествознания в пользу динамического, более
того, волюнтаристического понятия о бытии, 'в котором
отчетливо видно сходство с учением Шопенгауэра о воле;
речь идет о предпосылках к новой антропологии, к
формированию нового общего 'воззрения на сущность человека,
решительно отделяющегося от политической антропологии
недавнего прошлого. Сущность человека отныне
не будет, как у Арнольда Гелена (Arnold Gehien),
перемещаться в сферу поступков и действий (Tathandein),
в драматическую сферу существования, определяющую
собой также дух и разум. Она будет рассматриваться
с той точки зрения, которая открывается на
высшей ступени действительности, с точки зрения духа
и нравственной свободы, - старая мысль в новом обороте.
Верно ли, как думал Макс Планк, что 'проблема свободы
есть для науки мнимая проблема? Следует ли рассматривать
один и тот же образ действий с внутренней
точки зрения как свободный, а с внешней точки зрения
- как несвободный? По мнению Венцля, эти точки
зрения неравноправны; решает внутренняя точка зрения;
дело не в градации 'поступков (Setzung), а 'в способности
бороться за ценности (Ansatzfahigkeit fur Werte).
Здесь выясняется главная особенность этого учения
о свободе: оно ведет в ту пограничную область, в которой
философские решения 'вопросов являются также религиозными
решениями; поэтому в своих дальнейших
построениях оно является одним из современных вкла136
дов в Philosophia perennis' Не более того-однако
и не меньше.
Даты жизни. Алоис Венцль родился 25 января 1877 года в Мюнхене.
С 1907 по 1911 год изучал математику и физику (сдал выпускные
экзамены в 1912 году), а после первой мировой войныфилософию
и психологию. Защитив диссертацию на занятие кафедры
при Эрихе Бехере (1920), Венцль начал одновременно работать
преподавателем математики в высшей школе и, как доцент философии
и психологии, в Мюнхенском университете. В 1938 году у него
была отнята venia legendi^. С апреля 1946 года-ординарный профессор
философии, с 1947/48 года-ректор в Мюнхенском уннвсрсите1
е.
СОЧИНЕНИЯ
Das Verhaitnis der Einsteinschen Relativitatstheorie zur Philosophie
der Gegenwart (Preisschrift), 1923; Das naturwissenschaftliche
Weitbild der Gegenwart, 1929; Das Leib-Seele-Problem, 1933; Theoric
der Begabung, 1934; Metaphysik der Physik vonheute, 1935, 2. Л.
1951; Wissenschaft und Weltanschauung. Natur und Geist als Probleme
der Metaphysik, 1936, 2. A. 1950; Graphologie als Wissenschaft,
1937; Metaphysik der Biologic von heute, 1938, 2. A 1951; Philosophic
als Weg von den Grenzen der Wissenschaft an die Grenzen
der Religion, 1939; Seelisches Leben-Lebendiger Geist, 1943; Hans
Drieschs philosophisches Erbe (in XXX. Jahrbuch der SchopenhauerGesellschaft),
1943: Die Rolle der Ontologie in Realismus und Idealis.
mus (in XXXI. Jahrbuch der Schopenhauer-Gesellschaft), 1944; Die
Technik als philosophisches Problem. 1946; Geist und Zeitgeist zweier
Generationen, 1946; Philosophie. Weg, Stand und Aufgaben der Philosophic
von heute, 1946, 2. A. 1952; Philosophie der Freiheit, 1, 1947,
II, 1948; Leibniz und die Gegenwart, 1947; Nietzsche. Versuchung und
Verhangnis, 1947; Geistige ^trornungen unseres Jahrhunderts, 1948;
Materie und Leben ais Problerne der Naturphilosophie, 1949; Die Stcllung
der Mathematik in der europaischen Kulturgeschichte, 1949; Fundainentalontologie.
Metaphysik oder Ende der Metaphysik, 1950;
Unsterblichkeit, 1951; Die philosophischen Grenzfragen der Nat-ur.
wissenschaft, 1954; Schopenhauer und die Ontologie und Metaphysik
von heute (in XXXVI. Schopenhauer-Jahrbuch), 1955.
' Вечная философия (лат.).
" Право на преподавание (лат^
Эрах Ротхаккер
Впервые Эр'их Ротхаккер выступил как историограф
немецкой исторической школы. Он был близок к Лампрехту,
и первая его сравнительно крупная работа трактовала
о трудах учителя. Второе определяющее 'влияние
исходило от Дильтея и привело Ротха^ккера к его подлинной
задаче: распространению новых 'идей философии
жизни на гумадитарные науки. Уже многими отмечалось,
что 'влияние Дильтея 'получило вданболее живое и
непосредственное 'выражение в сочинениях Ротхаккера.
С различных сторон, во все новых сочетаниях, его работы
'возвращаются к мысли о недостаточности идей и
систем перед лицом пер.возданности, полноты и убедительности
самой жизни. Подобно тому как мы всегда
имеем дело с живыми людьми, писал он однажды, так
и творческая идея должна приходить к своей действительности
не только как идея, но и как непосредственное
отношение к жизненным реальностям, то есть переживаться
как действующая сила. Мышление Ротхаккера
в этом смысле направлено на формотворчество '(Formgebung)
жизни, на решение вопроса, как может историчеокое
влиться 'в формы духа и культуры. Отдельные
культуры - это 'стилевые единства, но также и ответы
на то положение, .в котором 'находится человек как существо
со стремлениями (Triebwesen). Издалека слышится
мысль Тойнби, пытавшегося определить культуры через
призыв, ими воспринятый, и тот ответ, который они на
него находят. Но Ротхаккер основывается не на истории
в ее высшем единстве, а на человеке в его отношениях
с 'миром. Все больше формируется его особая область -
новая философская антропология, и, постепенно испытывая
но.вые влияния, она приобретает психологическую
углубленность. Появляется психология инстинктов и общества
американца Мак-Дугалла (Mack Dugall) и расчищает
путь к новым отнологическим учениям о пластах,
определяя философское 'понимание эпохи у последователей
Николая Гартмана.
Путь от Дильтея к Гартману представляется Ротхаккеру
соединением противоположностей. На одной сторане
мысль о смысле, объединяющем жизнь, на другой
стороне теория пластав, которой должно быть объяснено
и даже замещено всякое душевное развитие (jede seelische
Entwicklung). В антропологическом методе Ротхаккера
мысль Гартмана о последовательном чередовании
пластов бытия предстает .в виде восхождения человеческой
личности из 'низших и 'всеобщих кругов жизни ко
все более узким и высоким. Над лежащей в основании
ступенью жизни вообще поднимается вегетативная
жизнь, далее идет животное "оно", животное в нас, потом
одушевленная инстинктивная личность-бессознательное,
'проявляющее себя в нас как детство и как характер,
система склонностей и привычек, и наконец -
вершинная личность, сознание Я. Между пластами
есть .взаимодействие, есть взаимопроникновение, и временами
нелегко бывает установить, какой из них сейчас
преобладает. "Какой пласт ныне полон воодушевления?
Какой потрясен? Какой смеется? Какой трепещет? Какой
действует? Какой мыслит и мечтает?" Человек находится
в пределах того культурного целого, в формиров1ании
которого он должен участвовать, охваченный всем многообразием
побуждений: и обратно, культура определяет
собой общий характер его поведения '(sarntliche Betatigungen).
Последняя цель Ротха^кера ясна: антропология
распространяется на изучение человеческой культурной
сферы, становится антропологией культуры.
Даты жизни. Эрих Ротхаккер родился 12 марта 1888 года в
Форцхайме. Учился в Киле, Страсбурге, Мюнхене, Тюбингене и
Берлине. С 1920 года-приват-доцент, с 1924 года-экстраординарный
профессор в Гейдельберге, с 1928 года-ординарный профессор
философии в Боннском университете.
СОЧИНЕНИЯ
Ober die Moglichkeit lind den Erirag einer genetischen Geschichtsauffassung
im Sinne Karl Lamprechts, 1912; Einleitung in die Geisteswissenschaften,
1920, 2. A. 1930; Logik und Systematik der Geisteswissenschaften,
1926, 3. A. 1948; Geschichtsphilosophie, 1933; Der
deutsche Mensch des 19. Jahrhunderts und das Problem des Lebensstils,
1935; Das Wesen des Schopferischen, 1937; Die Schichten de.r
Personlichkeit, 1938, 4. A. 1947; L'ldea di una Scienza Nuova
dell'Uomo, 1938; Schopenhauer et Nietzsche (in "Poetes et penseurs"),
1941; Probleme der Kultur-Anthropologie (in "Systematische Philosophie"),
1942, 2. A. 1948; Wissenschaftsgeschichte und Liniversitatsgeschichte,
1943; Die Kriegswichtigkeit der Philosophie, 1944; Mensch
und Geschichte, 1944; Schelers Durchbruch in die Wirklichkeit, 1948;
Mitherausgeber der "Deutschen Vierteljahrsschrift fur Literaturwissenschaft
und Geistesgeschichte" seit 1923.
ЛИТЕРАТУРА
Selbstdarstellung in Ziegenfufi/Jung- Philosophen Lexikon, 2. Bd,
S. 375-381
Фриц Иоахим Ринтелен
Первое 1воспоминание о Фрице Иоахиме Ринтелене
восходит к тем прошедшим годам, когда молодой мюнхенский
приват-доцент возвысил свой голос, предостерегающий,
предупреждающий о близком хаосе,-и голос
его должен был тогда затеряться. Он зазвучал вновь
после катастрофы, сохранив проникновенный, заклинающий
тон, но те
...Поділитися у соцмережах
