Жанр: Философия
Мыслители нашего времени (62 портрета).
...лумбийского университета
(Нью-Йорк).
СОЧИНЕНИЯ
The New Realism (в соавторстве), 1921; The Ways of Knowing, or
The Methods of Philosophy, 1925; Relief Unbound. A Promethean Religion
for the Modern World, 1930; The Chances of Surviving Death,
1934; The Ways of Things. A Philosophy ot Knowledge, Nature and
Value, 1940; соиздатель: Contemporary American Philosophy, 1930.
Ральф Бартон Перри
Жизнь, посвященная примирению противоположиостей.
Юность, которой -сияли милые облики Карлейля и
Эмерсана. Потом - деятельность весьма влиятельного
педагога в Гарвардском университете, осененная великим
примером: Ральф Бартон Перри немыслим без своего
учителя Уильяма Джемса, которого он сменил на кафедре
в Гарварде и чьей памяти служил и на 'старости
лет как безза!ветно любящий биограф. Он начал с того,
на чем кончил Джемс: с отрицания абсолютного идеализма.
Его собственная 'критика идеализма сосредоточивается
и сгущается в удачно выбранном протавопонятни,
которое надолго заняло первенствующее 'место в
этом споре: в понятии "эгоцентрического порядка".
У Перри есть свой собственный метод: он состоит в ясных
определениях, свободных от магии темных слов,
логических способах доказательства, критической точки
зрения. Он верит в воспитательное назначение критицизма.
Его имя становится известным. Он-ведущий ум
среди -пяти неореалистов, объединившихся в 1909 году в
Нью-Хавене и неуклонно отстаивавших свои цели в трактатах
и 'статьях. Они нашли себе противников а группе
семи критических реалистов, возглавляемых Лавджоем
(Lovejoy), 'которые доводили неореалистическую мысль
до конца решительно и без оговорок. Но кружок Перри
нашел себе и союзников: новое 'направление соприкоснулось
с логичеоким реализмом ТБертрана Рассела, а также
и с бихевиористской психологией; вместе с этими союзниками
оно заняло определяющее место в философии
ближайших десятилетий.
Склонность Перри 'к объединению, примирению ведет
его дальше. Оставаясь на 'почве своей реалистической
философии жизни, он старается вновь завоевать уважение
европейских мыслителей к основному идеалистическиперсоналистскому
направлению, соединить новое со
старым. Он занимается обш'ир'ны'ми иоследованиями логики
моральных наук. На первый план в его философии
все больше выступают вопросы философии ценности. Теоретические
выводы он сделал в знаменитой "Общей
теории ценностей" ("General Theory of Value"), которая
еще теперь сохранила свой престиж в царстве европейской
мысли. И потом он приводит свою теорию
к полному завершению в 'книгах военного времени, задевающих
интересы широкой общественности,-особенно
в книге о 'пуританизме и демократия. Из наследия пурита'н
развивается демократический идеал терпимости, свободного
'соседства и общения между различными взглядами,
между различными формами жизни в рамках
одной общей государственной системы. История и современность
рождают его .призыв 'к всемирному господству
разума и совести, к вере 'в то, что здоровые установления
всегда покоятся 'на истине, что истина доступна .всем
людям и что она больше объединяет, чем разделяет. И автор
этой книги, Перри, стал подливным философом американской
демократии. Его мысли нашли такое применение
в политической и социальной жизни, какого нельзя
было и ожидать. После Дьюи к 'нему перешел почетный
титул самого выдающегося из современных американских
философов.
Даты жизни. Ральф Бартон Перри родился 3 июля 1876 года
в Полтни (США). Изучал философию в Принстонском и Гарвардском
университетах. Доцент философии в Уильям-колледже в 18991900
годах, в Смит-колледже-в 1900-1902 годах, в Гарвардском
университете-в 1902-1913 годах; профессор с 1913 по 1946 год
там же. В 1911-1912 годах читал лекции во Франции, в 19461948
годах в университете Глазго. В 1946 году получил премию Полицера
за биографию "Мышление и характер Уильяма Джемса"
("The Thought and Character of Wil'.'iam James").
СОЧИНЕНИЯ
The Approach to Philosophy, 1905; Moral Economy, 1909; Present
Philosophical Tendencies, 1912; The New Realism, 1912; The Free Man
and the Soldier, 1916; The Present Conflict of Ideals, 1918: Annotated
Bibliography of the Writings of William James, 1920; The Plattsburg
Movement, 1921; Philosophy of the Recent Past. An Outline of European
and American Philosophy since 1860, 1926-General Theory of
Value, 1926, N.A. 1949; A Defense of Philosophy, 1932; The Thought
and Charakter of William James, 2 vols., 1935; The Meaning of the
Humanities, 1938; In the Spirit of William James, 1938; Shall not
Perish From the Earth, 1940, dt. 1949; On All Fronts, 1941; Plea for
an Age Movement, 1942; Our Side is Right, 1942; Puritanism and Democracy,
1944, dt. 1947 (u. d. Titel "Amerikanische Ideale"); Hope for
Immortality, 1945; One World in the Making, 1945, dt. 1948 (u. d.
Titel "Wie wird die Welt?); Characteristically American, 1949; The
Citizen Decides, 1951.
Эдгар Шеффилд Брайтмен
Учитель Борден Паркер Боун (Bowne}, получивший
образование в Германии, слушатель Эрдманна и Лотце,
был профессором старого стиля. Его жизнь делилась
между письменным столом и аудиторией, а лучшие его
часы проходили в беседе с избранными из среды его учеников.
Ни' одно серьезное переживание, ни одно существенное
влияние, вторгшиеся извне, не прерывали течения
его мысля.
В первом десятилетии 'нашего века он 'мог еще помогать
своему учению, персонализму, пробивать себе дорогу.
Мир личностей (Personen) с высшей личностью
во главе - такова была его основная концепция. Но в
ксдще его пути оставался еще один нерешенный 'вопрос,
старый 'вопрос Лотце. Как именно можно себе мыслить
единство такого мира монад? И здесь .развитие 'не посчиталось
с Боуном. Его труды завоевали лишь своего рода
мертвую популярность; они затерялись в методистских
семинариях и коллегиях в качестве учебных книг.
Его ученик, Эдгар Шеффилд Брайтмен (Brightman),
занимающий теперь 'кафедру Боуна 'в Бостонском университете,-ученый
другого склада. Он тоже видел
Германию. Но он ничего существенного не почерпнул ни
в Берлине, "и в Марбурге. Более подвижны^, независимый
и открытый миру, чем Боун, Брайтмен нашел себя
в области исследования фактов. Он понял гипотетичность
философских взглядов. Его понимание Я, чуждое всяким
реликтам схоластики, сложилось на основе опыта.
Он говорит об ограниченном Я, определяемом сознательной
активностью - активностью, проявляющейся в
актах выбора и в определении ценностей (Wersetzung).
Все относящееся к сфере чистых понятий отступает
в этой концепции на задний план: Брайтмен знает,
как опасна близость к голым гипотезам и вере, и потому
он подчеркивает ценность научного метода и его принципиального,
осиовополагающего участия в исследованиях,
пусть даже метафизических. Еще одно отличает
его от Боуна: он знает слепоту, бесцельность и бессмыслевность
всех дел природы и дел человеческих, и если
бог для него, как для Боуна, по-прежнему остается "личностью
личностей", он все же приходит к вызвавшему
много толков ограничению концепции теологов, к отступлению
от нее. В двух книгах Брайтмен излагает теорию
ограниченного бога - она с тех 'пор не исчезла 'и, может
быть, больше, чем принципиальные результаты его мышления,
сделала известным его имя.
Брайтмен и теперь хранит и защищает взгляды своего
учителя всеми средствами, которые ему дает 'новое время:
персонализм в той форме, которую он для него
создал, должен быть средством для постижения высшей,
обусловленной опытом действительности. Монадология
Боуна, его учение о цели, его этика - все это Брайтмен
и его ученики развили на свой лад. Все венчает новая
метафизика ценностей. И имя Брайтмена служит сейчас
знаменем 'не только для обновления американского персонализма,
'но, более широко, для 'идеализма 'в его новой
одежде опыта.
Даты жизни. Эдгар Шеффилд Брайтмен родился в 1889 году
в Гольбруке (Массачусетс). Окончил университет Броуна (бакалавр
искусств, магистр искусств), потом Бостонский университет
(степень теолога в 1910 году, доктора богословских наук в 1912 году).
По окончании, получая стипендию от университета Броуна,
работал в Берлине и Марбурге. С 1906 по 1908 год-ассистент
в университете Броуна, с 1912 по 1915 год-профессор философии
и психологии в Уеслейском университете (Небраска), с 1915 по
1919 год - профессор этики и религии в этом же университете,
с 1919 года-профессор философии в Бостонском университете.
СОЧИНЕНИЯ
An Introduction to Philosophy, 1925; Immortality in Post-Kantian
Idealism, 1925. Religious Values, 1925; A Philosophy of Ideals, 1928;
The Problem of God, 1930; The Finding of God, 1931; Is God a Person?,
1932; Moral Laws, 1933; Personality and Religion, 1934; A Philosophy
of Religion, 1940; The Spiritual Life, 1942; Nature and Value,
1945.
Уильям Эрнест Гоккинг
В начале жизни .перед "им стояла религиозная проблема.
И 'всю .свою жизнь он жил ею, предаваясь вере,
сомневаясь и вновь веря. Он приехал в Германию как
студент. Он преклонялся перед Куно Фишером, Дильтеем
'и Виндельбандом, он воспринял наследие немецкого
идеализма. Он и теперь уверен, что никак нельзя
обходить Лейбница, Канта и Гегеля. Но вскоре сама
жизнь выдвигает свэи возражения. Религия, заключенная
в границы .чистого разума и его понятий, кажется
далеко отошедшей, идеализм старого стиля стал проблематичным,
последние 100 лет он все больше 'вступал в
противоречие c безудержно развивающимся естествознанием.
Нашим мышлением овладело растущее беспокойство
- зна.к мировых катастроф, под которым мы все
еще стоим. Но ведь прогресс с самого начала исходил
из одних лишь гипотез, и никакое 'мыслимое совершенствование
этих гидотез не может довести этот процесс
до конца. Несомненно, что философские предпосылки
в области естественных наук столь же односторонни
и неполны, как в области метафизики.
Перед нами стоит задача нового синтеза. Предзнаменевания
кажутся благоприятными. Прежде всего и в
Новом, и в Старом Свете предметом исследования
пять стал сам человек, и уже это означает иовое соединение
природы и духа; к потребностям знания присоединяются
потребности совести, в познание, наряду с объективными
законами, включаются также определенные ценности
(Value). И, наоборот, в американской философии
есть значительное течение, которое пытается примирить
мировоззрение Гуссерля, Дильтея, Зиммеля, Виндельбанда,
феноменологию и учения немецкого филоеофского
наследия о ценности посредством реализма, соотносящего
их с миром. Гокнинг присоединяется " этому течению.
Его воля к синтезу находит себе подтверждение и
овору во всех посредиичаювдих я нримиряющих попытках.
Его мысль ищет (соедияения идеализма и 'реалиама.
Религия должла обеслечить себе иовый фундамент, в ее
руках окажутся опытные науки, дух и действительность,
которые, соединясь, образуют просвещенный мистицизм.
Наконец, 'во всем этом последнее 'слово будет принадлежать
идее личности (Personlichkeit) - самой глубокой,
богатой, всеобъемлющей мысли, 'на 'какую мы только
способны.
Сам Гоккинг кажется ее .полным воплощением. После
15-летнего промежутка он .вновь посетил Германию и изложил
иеред немецкими слушателями 'свое мировоззрение.
Высокое, стройное Я1вление! Превосходный ум в .суждениях
и юмор светского человека. Непринужденно легкая
и дружелюбная манера в высказываниях. Он идеалист
по происхождению и склонности, всегда помнящий
о своих обязанностях перед действительностью. Может
быть, вернее было бы сказать: человек фактов с широким,
открытым пониманием метафизических глубин.
Даты жизни. Уильям Эрнест Гоккинг родился в 1873 году
Учился в Эймсе (Айова), в Гарвардском университете (доктор философии),
в Уильяме-колледже (доктор юриспруденции), затем в
Геттингене, Берлине и Гейдельберге (среди других - у Дильтея,
Виндельбанда, Куно Фишера). В 1904-1906 годы-лектор по истории
религий и религиозной философии в Теологической семинарии
(Андовер); в 1906-1907 годы-лектор; в 1907-1908 годыдоцент
философии в Калифорнийском университете. В 1908-1913
годы-доцент, а в 1913-1914 годы-профессор философии в Уэльском
университете (Нью-Хавен). В 1914-1919 годы-профессор философии
в Гарвардском университете, в 1919-1943 годы-руководитель
Альфордской профессуры по естественному богопочитанию,
моральной философии и учению о государственном гражданстве в
Гарвардском университете; с 1943 года ушел в отставку. В 1937 -
1939 годы занят был Джильфордскими лекциями в Глазго, в 1938 году-лекциями
в Кембридже и Оксфорде, в 1947 году-лекциями
об Уильяме Джемсе в Гарвардском университете. В 1948 году приезжал
в качестве профессора в Лейденский университет (Нидерланды).
СОЧИНЕНИЯ
The Meaning of God in Human Experience, 1912, 5. ed. 1925;
Human Nature and its Remaking, 1918, neue verb. ed. 1923; Moral
and its Enemies, 1918; Man and the State, 1926; The Present Status
of the Philosophy of Law and Rights, 1926; The Self, Its Body and
Freedom, 1928; Types of Philosophy, 1929; Spirit of World Politics,
1932; Lasting Elements of Individualism, 1937; Thoughts on Death
and Life, 1937; What Man can Make of Man, 1942, dt. 1949 (u. d.
Titel "Der Mensch als Schopfer seines Selbst"); Science and the Idea
of God, 1944; Freedom of the Press. A Framework of Principle, 1947;
Experiment in Education, 1950.
Артур О. Лавджой
Странное противоречие: господство трех старых мудрецов
,в молодой мысли Америки. Почти равнодушные к
нуждам и запросам "времени и места", они ведут свою
деятельность, не встречая сопротивления, окруженные
разномыслящими учениками. Ни преемников, которые
продолжили бы дело "их жизни, таи "овой школы с будущностью,
которая могла бы вызвать среди 'молодежи доверие
и подражание. Беасидвием и духовной усталостью
характеризуется положение американской философии
после .потрясений второй мировой вой-ны.
Выгоды и невыгоды этой ситуации, быть может, яснее
всего можно измерить в личности Артура О. Лавджоя.
Подъем и 'высшая точка его таворчества относятся
к эпохе предыдущего 'поколения. Сегодня его учение воспринимается
как закончившееся само собой, еще действенное,
но воздействующее на современность, лишь исходя
из предпосылок прошлого и пользуясь его средствами.
Лавджой был главной фигурой антиядеалистического
движения, наложившего свою печать 'на первое десятилетие
'нашего века. Из своей немецкой 'родины он вывез
более точные, чем у других участников спора, сведения о
происхождении и значении идеалистического движения,
и он точнее и энергичнее других шел к своей цели. Он
выступал против скороспелых новшеств с той же решительностью,
с какой объявлял войну старым идеалистическим
установкам. Его первые философские .выступления
были посвящены ясному определению позиции: он напал
на американский прагматизм за то, что тот односторонне
полагает сущность человека 'в его действиях, и ценность
или отсутствие ценности мышления измеряет также на
том основании, является ли она практической, служит ли
она практической деятельности. Лавджой установил наличие
тринадцати различных прагматизиов, доказал их
несоединимость и дал самую сильную до сего времени,
вошедшую в учебники критику прагматизма.
Следующим его шагом была оборона от "неореализма",
полагающегося на естественность нашей способности
восприятия и почти не 'проявляющего интереса к понятию
реальности.
Осмотрительный Лавджой дал толчок к глубокому
изучению идейной истории Америки и к формированию
философского реализма, направленного в сторону критической
философии. В процессе этой работу было достигнуто
то уточнение категорий философского мышления,
которое оценивается 'как один из зиачятельнейшях успехов
в истории человеческого духа. Рассматривая духовный
мир Америки, мы теперь часто можем 'встретить
следы деятельности Лавджоя, оценку его постановок
проблем и его анализов, - далеко еще не закончеиный
процесс, в котором этот старый человек до самого последнего
времени 'принимал деятельное участие. Нельзя,
конечно, отрицать, что широкая работа, связанная с его
именем, и по сей день 'не привела еще к философской
мудрости. Но и теперь, во время нового поворота к метафизике,
его произаедедия могли бы вновь ожить.
Даты жизни. Артур О. Лавджой родился 10 октября 1873 года
в Берлине, в семье Уоллеса У. Лавджоя. Учился в Калифорнийском
университете; в 1895 году-бакалавр искусств, в 1897 году-магистр
искусств в Гарвардском, а в 1898-1899 годах - в Парижском
университете. Экстраординарный профессор философии Юридического
университета Лиленд Станфорда в 1899-1901 годы;
в Балтиморском университете Джона Гопкинса с 1910" по 1938 год.
В 1938 году вышел в отставку Читал лекции в Колумбийском университете
в 1907-1908 годах; в Гарвардском универститете - в
1932-33 и 1937-38 годах.
СОЧИНЕНИЯ
Unity of Science, 1912; The Revolt Against Dualism, 1930; Primitivism
and Related Ideas in Antiquity (mit G. Boas), 1935; The Great
Chain of Being, 1936; эссе и статьи в научных журналах.
Джордж Сантаяна
Господство трех умов, .воссиявших в Гарвардском
университете в конце прошлого и в начале нынешнего
века, до сего времени окрашивает круг философской жизни
в Новом Свете. Рядом с ученым-экспериментатором
Уильямом Джемсом, подготовителем плюралистической
концепции мира - учения о многообразии действительности,
тогда выступил, несколькими годами позже, его младший
современник Джошиа Ройс, ученик Лотце, и проложил
путь 'к идеалистическому "персонализму".
В 1907 году, когда Джемс ушел из Гарварда, его место
занял Джордж Сантаяна и выступил со своей своеобразной
переработкой основных идей плюрализма и идеализма.
Он был 'испанцем по происхождению и католиком.
Детство он провел в старинном уездном городке Авила,
отрочество - в Бостоне. Учился он в Берлине у Дойсена,
которому обязан своей любовью к Шопенгауэру, и у
Паульсена, который явился для него проводником .к этике
греков и Спинозы. Затем он возвратился в Америку,
и Америка означала для него поворот от дорацио'нальных,
поэтическим духом движимых опытов его раннего
творчества 'к новому, рациональному периоду 'в среде
семи "критических реалистов". Но этот поворот был
уступкой. Сорока восьми лет он сложил с себя обязанности
профессора и вернулся в Европу.
Кое-что из духовного мира "критических реалистов"
он увез с собой. Он продолжал называть себя материалистом
и скептиком, придавая этому, однако, все более
узкий смысл. После того как он обратился к Платону, в
его мышлении проявилась не только сильная тяга к эстетическим
вопросам, но также, более общо, -в нем плодотворно
сказалась борьба между механистическим и идеалистическим
воззрением, которую он, еще в бытность свою
а'мбрика1нсжим студентом, остроумно упростил в такой
антитезе: "Бога нет. Его мать-пресвятая дева Мария".
На шестом десятке его критические статьи и эссе на
многие темы внезапно принесли ему славу которую он
принял иронически. С 1923 года он начал работать над
построением 'собственной философской системы. В четырех
томах его гласного сочинения "Царство бытия"
("Realms of Being") сделана еще одна попытка большого
стиля "поставить в порядок дня" ("aufs laufende zu
bringen") Шоленгауэра средствами феноменологии (воспринятой
от Гуссерля) и бихевиоризма. Нет ничего окончательно
датаного: Са'нтая'на анализирует старые гипотезы,
подвергает сомнению 'все унаследаваяное знание -
все, что рассматривалось как прочно установленное. Он
стирает иллюзии с предметов, и у него ничего не
остается, кроме неподдающихся выражению, природой
и логикой данных качеств - их сущностей. Мир сущностей
- это царство 1вневременяого, вечной целя для интуитивных
интроспекций. Развитием этой теории заполнен
пер1вый том его сочинений. Второе царство бытия -
это царство материи. Через пропасть, отделяющую идеальную
цель от материального фундамента, должны перебросить
мост две последние области бытия: истина и дух.
Сантаяна знал, какой отваги требует наведение таких
мостов. В лице сына миллионера Оливера Алдена, пробужденного
к жизни в сфере светлого сознания и все же не
находящего доступа к жизни, он создал один из величайших
эпических образов, в которых буржуазный мир после
первой мировой войны приходил к признанию, что его
способность iK 'раз1витию исчерпана: "Последний пуританин"
достоин встать рядом с "Сагой о Форсайтах"
Голсуорси, "Волшебной горой" Томаса Манна и "Человеком
без качеств" Роберта Музиля.
Центр тяжести его творчества 'перемещается еще раз.
Начинается третий, последний период под знаком пострационального
разговора с самим собой. Мышление,
говорит он теперь, - "это не орудие действия, а сцена для
ожившего в образах опыта". С этой позиции Сантаяна
придал религиозному вопросу 'новую ценность и новое
достоияство. Многие из его произведений посвящены религиозно-философским
проблемам и последнее, самое
значительное произведение - идее Христа, образу
божьему в человеке, который во времена написания
евангелия представляли по-своему различные писатели.
Посредством различия истолкований Христос становится
прообразом свободной концепции духа, и мы узнаем
в этом все тот же "плюрализм" Уильяма Джемса, только
получивший религиозную аргументацию. Дух, по мнению
Сантаян^, осуществляет себя в неисчислимо многообразных
определениях, отражая свет славы господней.
"Христос, который сам есть бог, отражает весь
блеск божий. Наше свечение может существовать лишь
как часть его. Каждый может делать светлыми окна своей
души по-своему". Это также плюрализм, но развитый католическим
платоником, и его сущности соответствует
то, что он проповедуется в ненавязчивой я скромной
форме.
Сантаяна не создал какой-либо школы, никого "е
считал своим -последователем. Он терпимо взирал -на события
и людей, проходившие мимо него. Рассказывают,
что солдаты союзных войск, войдя в Рим, застали его
читающим книгу на скамейке в парке. Конец 'своей жизни
он провел в обители Синих Сестер, почти 'в центре античного
Рима, хрупкий и непрочный, темный и морщинистый
лицом, - лишь черные глаза сияли оживлением.
Его беседы по-прежнему были смесью человеческого
сочувствия и веселой иронии. Он умер 88 лет от рака
желудка.
Даты жизни. Джордж Сантаяна родился 16 декабря 1863 года
в Мадриде, в испанской семье. Воспитывался и учился в Латинской
школе (Бостон), в Гарвардском колледже. Берлинском университете
и с 1888 года в Королевском колледже (Оксфорд). Магистр
искусств, доктор философии, доктор литературы. В 1889-1911
годы - профессор философии в Гарвардском университете. В 19051906
годы-лектор в Сорбонне (Париж), а в 1923 году-в Оксфордском
университете. После этого - частная жизнь ученого и
писателя. Умер в ноябре 1952 года в Риме.
СОЧИНЕНИЯ
The Sense of Beauty. Being the Outlines o{ Aesthetic History,
1896; Lucifer, a Theological Tragedy, 1898; Interpretations of Poetry
and Religion, 1900; The Life of Reason, or the Phases of Human Progress:
Reason in Commonsense, in Society, in Religion, in Art, in
Science, 5 Bde 1906-1906, 2. ed. 1922, Einbandige Ausgabe 1951;
Three Philosophical Poets: Lucretius, Dante, Goethe, 1910; The Genteel
Tradition in American Philosophy (in "Univ. Californ. Chron."), 1911;
Winds of Doctrine, 1913; Egotism in German Philosophy, 1916; Philosophical
Opinion in America, 1918; Little Essays, 1920; Character
and Opinion in the United States, 1920; Essays ill Critical Realism,
'.- 1921; Soliloquies in England and Later Soliloquies, 1922; The Unkno1
wable, 1923; Scepticism and Animal Faith, 1923; Dialogues in Limbo,
f 1925; Platonism and the Spiritual Life, 1927; Realms of Being, 1: The
I- Realm of Essence, 1928; П: The Realm of Matter, 1930; The Genteel
' Tradition at Bay, 1931; Some Turns of Thought in Modern Philosophy,
1933; The Last Puritan, 1935, dt. 1936, 2. A. 1949; Obiter Scripta, 1936;
; The Realm of Truth, 1938; The Re^lm of Spirit, 1940; The Realm of
Being, 1945: Persons and Places, 1944; The Middle Span, 1945, dt.
(u. d. Titel "Die Spanne meines Lebens") 1950; Die Christusidee in
den Evangelien, 1946; My Host, the World (3. Bd. der Autobiographic),
1953; The Letters of G. S" ed. by Daniel Cory, 1955.
ЛИТЕРАТУРА
Meter Ame s, Proust and S" The Aesthetic Way of Life, 1937I
M о rtonWhit e. The Age of Analysis, 1955, p. 53-64.
НЕУДОВЛЕТВОРЁННOСТЬ
ФОРМУЛАМИ И ФУНКЦИЯМИ
Альфред Норт Уайтхед
Бертран Рассел
Рудольф Карнап
Эрнст Кассирер
Генрих Шольц
Людвиг Витгенштейн
Альфред Нoрт Уайтхед
Когда читаешь его книги, иногда кажется, что слышишь
голос Платова, звучащий -в поздних, 'самых глубоких
диалогах: чувствуется созвучие Платону, нечто
вроде сродства с ним, а также прямая зависимость от
него. Уайтхед называет -в одном месте всю европейскую
философию "рядом ступенек (eine Reihe Fufinoten), восходящих
к Платону",-и в этом ставшем знаменитым
изречении, помимо -шутки, сатиры и иронии, для автора,
вышедшего из школы англосаксонского мышления XIX и
XX веков, есть также глубокое и серьезное значение. Замело
отстранение всего, что не принадлежит миру фактов,
заметна также склонность прослеживать историю
всякой традиции вплоть до ее истоков, отрицание позднейших
метафизических конструкций IB духе немецкого
идеализма (German moonshine '). И, как это ни странно,
в конце концов реализм Уайтхеда все-таки стал приближаться
к метафизике немецкого средневековья.
В школьные годы он поклонялся античным поэтам,
Вордсворту и Шелли. Канта он читал с пользой, Гегеля
в большей его части считал бессмыслицей. Его любовь
к эстетическим формам, культивированная изучением
поэзии, определила дух его 'первых работ: они относились
к области математики, которая, как говорит Макс
Беизе (Мах Bense), 'отличается абстрактной красотой.
Несколько лет он шел своей дорогой в обществе Бертрана
Рассела и в содружестве с "им; в совместном
труде "Principia Mathematica" ^ он смог по-новому
обосновать и 'систематически изложить математическую
и снмдоличеокую логику. После этого спутники разошлись:
Рассел пошел дальше по пути математической
* Немецкой иечтательиости (англ.).
' "Приицивы математики" (лат.).
логики, У
...Поділитися у соцмережах
