Жанр: Философия
Страна Философия
...Внутренний Взрослый - прагматик, он побуждает нас
быть здравыми, искать оптимальный путь для решения
возникающих задач, реалистически смотреть на обстоятельства.
"Ребенок" - представляет собой сильные неуправляемые
эмоции, капризы - то, что свойственно маленьким
детям, проходящим первый этап социализации. Но
внутренний ребенок это одновременно и мощное, спонтанное,
творческое начало, способность расковаться,
раскрыться, сбросить с себя оковы условностей, которыми
перенасыщен взрослый мир. "Ребенок" - импульс
свободы, в противоположность "Родителю", запретного и
должного.
Все три части присутствуют в любом человеке, и
каждая из .них имеет свое место и время для того, чтобы
выйти на первый план. Я поставила слово "части" в
кавычки специально для того, чтобы вы не подумали,
что это и вправду какие-то пространственные фрагменты.
Конечно, нет. Это просто наши внутренние
характеристики, которые для удобства называются "частями".
Так вот, эти "части" очень подвижны и как бы -
постоянно флуктуируют: вот взрослая женщина сурово
отчитывает своего провинившегося сынишку - она в
роли Родителя, а вот через минуту она спокой-нф-и
трезво обсуждает по телефону деловой вопрос, выдвигает
рациональные предложения - это говорит ее
297
Взрослый, а вот к яей пришла подруга показать "©•
вые бусы, и они обе скачут, как маленькие девочки,
визжат и хлопают в ладоши по поводу прелестной пес
купки - тут говорит Дитя. Однако бывает, что какаято
из личностных составных начинает доминировать в
человеке и доставляет ему этим массу неудобств и страданий.
Иногда бразды правления личностью берет Роди* тель.
Вот где пиши пропало! Люди с переразвитым Родителем
обычно очень старательные, честные, совестливые, но
они буквально поедают сами себя упреками и
придирками. Они постоянно находятся в тревоге по
поводу своего несовершенства, считают себя не достойными
радости, любви и благополучия. Им все время
кажется, что всего этого они еще "не заслужили".
Нередко въедливость переразвитого Родителя усложняет
жизнь и всем окружающим, но даже если близкие и
не страдают от бесконечного морализаторства, то сам
человек получает сполна. Он ведет себя по отношению к
самому себе как самый худший рабовладелец, бесконечно
погоняя собственное "я" нравственным бичом и
наказывая себя за вечное "несоответствие идеалу".
Прямую противоположность являет собой гипертрофированное
"Дитя". Оно дает все черты того, что обычно
называют "инфантилизмом". Это когда взрослый зрелый
человек постоянно ведет себя будто малый ре-бенок.
Инфантилизм выражается прежде всего в наивном
эгоцентризме, когда на других смотрят только че" рез
призму своих собственных интересов и не желают
понимать, что у родителей, родных, друзей, сослуживцев
есть своя жизнь и свои собственные цели. "Инфант"
ужасно разобижен на мир, который почему-то ему не
служит и непрестанно создает препятствия для исполнения
его желаний.
Доминирующий "Ребенок" сохраняет в человеке огромную
зависимость от других. Когда в нас чересур много
"детского", мы не самостоятельны. Это не обязательно
выражается в материальной зависимости, и больше
относится, к внутреннему миру.. Если же "инфант" еще и
усвоил с малых- лет, что он "лягушка", то ему тем более
надо опираться на другого человека и искать в нем ту
подпорку, которая возвратила бы ему уверенность в
себе. Возникает установка: я без него (без нее) - ничто.
Инфантильный взрослый с детской капризностью требует
от своего напарника (мужа, жены, друга, подруги) -
любви, заботы, которые подтвердили бы ему самому его
собственную значимость. "Инфанты" очень цепко
держат своих близких: с охлаждением любящего
человека они теряют не только другого, но и самих себя.
Но от того, кто слишком цепляется, хочется убежать
подальше. Поэтому инфантильные взрослые нередко
несчастны: они остаются без опоры и как бы повисают в
психологической пустоте.
Третья черта "переразвитого Ребенка" - повышенная
эмоциональность, бурные выплески и положительных и
отрицательных эмоций, непосредственность, граничащая
с "простотой, которая хуже воровства".
На фоне этих размышлений может показаться, что
"Взрослость" и есть идеальное состояние для человека.
В какой-то мере это так, потому что общение на уровне
"Взрослого" сводит конфликтность к минимуму и
помогает четко решать поставленные задачи. Однако!,
преувеличение и здесь чревато неприятностями. Гипертрофия
"Взрослости" делает человека подобием счетнорешающего
устройства, которому неведомы ни творческие
порывы и раскованные эмоции Ребенка, ни моральные
рефлексии "Родителя". Тот, кто всегда пребывает
в ипостаси "Взрослого", оказывается лишен возможности
искренне раскрываться другому человеку, пылко любить,
испытывать высокие переживания. Сознание делается
плоским, а мир - бесцветным, теряется
смыслонаполнение бытия. Поэтому гипертрофия
"Взрослого" может вызывать смысловые кризисы и депрессивные
состояния.
В общем во всем хороша мера. Когда составные нашей
личности соразмерны друг другу, тогда зрелость
оказывается действительно временем расцвета, долгим
счастливым периодом, полным трудов; забот и радостей.
Третья внутренняя проблема, мешающая зрелому человеку
жить счастливо и в полную силу, это попытка
сохранять свое "я" и свою жизнь неизменными. В книге
"Иметь или быть" Эрих Фромм показывает два "модуса
человеческого существования", два способа отношения к
миру: бытие и обладание. Если в зрелом человеке
доминирует установка на обладание, то он стремится
накапливать, сохранять и оберегать от всякого
вмешательства все, что он считает ценным: собственный
образ, опыт, знания, имущество, отношения с людьми.
Представитель обладатеяьной психологии в идейном
отношении выступает как догматик: он .не хочет ни при
каких обстоятельствах менять те взгляды, которые он
усвоил.
Старость.
ЛИКИ СТАРОСТИ В КУЛЬТУРЕ
Я начинаю писать о старости и думаю: наверное, вы,
мои юные друзья, сейчас заскучали и рассуждаете примерно
так: "Ну что это за разговор? У нас впереди -
целая жизнь, молодость, зрелость со всеми ее фазами, gt
тут - про старость... Да когда она еще наступит!".
Действительно, в детстве и юности кажется , что жизнь
невероятно длинная (в некотором роде это так и есть!),
но соль в том, что с годами время начинает идти быстрее
и быстрее, набирая скорость, будто курьерский поезд, и
вот, глядишь, уже тридцать, уже сорок, уже пятьдесят...
Ай! Седые волоски появились. Ой! Морщинки... Почти
как в сказке о потерянном времени, где ученик Петя
Зубов вдруг из мальчика сделался дедушкой, которому
по-прежнему хотелось футбола, мороженого и попрыгать
на одной ножке. Открою вам секрет: это случается не
только с нерадивыми двоечниками, которые зря теряли
свое время. Даже тот, кто хорошо трудился, интересно
жил, вершил дела, может вдруг обнаружить, что он
стремительно движется к старости. И что же делать?
Плакать? Помилуйте, зачем? Ведь жизнь продолжается и,
боле того, она с каждым днем может становиться
интереснее. Да, да старость - это по-преж" нему жизнь,
один из важных ее этапов, который маячит на
горизонте перед всеми нами. Дальняя, но перспектива.
Конечно, мои читатели, для вас в ваши молодые годы
и тридцатилетний человек, должно быть, кажется
стариком. "Ей сколько? Двадцать восемь. Старуха!" Да
что там тридцатилетние! Когда я училась в пятом классе,
мне и такие старшеклассники, как вы сейчас, казались
существами из другого временного ряда. Но все
меняется, в том числе и восприятие своего и чужого возраста.
Поэтому поговорим о старости, которой никому не
миновать.
Вокруг себя мы видим достаточно много пожилых и
старых людей. В ходе жизни можно также наблюдать,
как знакомые, которых ты знал в возрасте "акмэ", постепенно
стареют, меняют облик, занятия, положение в
обществе, С детства нас приучают быть уважительными по
отношению к старикам, уступать место в транспорте,
оказывает посильную помощь. Известно, что государство
платит пенсии тем, кто всю жизнь трудился и за-работал
право получать в преклонных годах содержание от
общества. В то же время последние десять лет явили
нам облик ужасной старости - нищей и заброшенной,
когда молодые хищные "волки" готовы отнять у
беспомощных стариков последнее, обмануть их, вышвырнуть
из квартиры, чтобы присвоить себе чужое добро.
Старость, как и вся остальная жизнь, у разных людей и в
разном обществе оказывается весьма различной.
Посмотрим, каковы основные линии отношения к
старикам в традиционной и современной культуре.
Первый момент, характерный для традицион-ноге
общества, это рассмотрение старости как слабости.
Заметим по ходу дела, что раньше люди жили гораздо
меньше, чем сейчас (такой вывод основывается на литературных
документах разных эпох и археологических
находках). Сорок-пятьдесят лет уже были старостью.
Действительно, человек древности, который тяжело трудился,
много рисковал своей жизнью, будучи тесно связан
с природой и подвергаясь ее стихиям, конечно же,
старел рано. Он терял зубы, отчего страдала не только
внешность, но и вся система пищеварения,, нес на себе
следы многочисленных ран и травм, полученных в сражениях
со зверями и врагами. Наши предки лечились
мало, не умели ухаживать за собой. Женщины, рождавшие
большое количество детей, из которых многие умирали,
очень истощали свой организм бесконечным вынашиванием
и кормлением младенцев. Относительно
молодая по современным представлениям женщина выглядела
как древняя старуха: седая, морщинистая и беззубая,
согнутая от непосильных трудов. Становясь слабыми,
бессильными, старики не могли больше выполнять
в обществе тех функций, с которыми успешно
справлялись прежде: охота, земледелие, охрана территории,
ведение хозяйства. Для рода, для семьи они становились
обузой, тем балластом, который тянул на дно
всех, отнимая часть пищи у растущего многочисленного
потомства. Поэтому в ряде культур, особенно восточных^
старики, не способные справиться с прежними
обязанностями, должны были в прямом смысле слова
уступить место молодым. В Японии был обычай уводить
стариков в лес и оставлять их там фактически для голодной
смерти. В Индии и по сию пору существует
обычай становиться "саньяси": когда пожилой отец семейства
чувствует, что уже не может вести семейный
корабль, он передает хозяйство старшему сыну, а сам
удаляется прочь - становится странствующим монахом,
дабы избавить семью от излишних забот и расходов.
Однако издревле со старостью ассоциировалась не
только слабость, но и мудрость, накопленный опыт.
Современная традиция уважения к старости идет из
глубины веков, когда именно старейшины рода - люди
самые опытные, много повидавшие и много испытавшие,
могли полноценно руководить жизнью общины, оберегая
ее от ненужных конфликтов, лишних есор и
столкновений. Искушенный глаз старика видит то, че802
го не видит молодое здоровое зрение, подн.аторевший в
жизненных перипетиях ум гораздо тоньше и искуснее,
чем бойкий, но поверхностный ум человека молодого,
еще не испытавшего трудностей и превратностей судьбы.
Изощренность, опытность, тонкий расчет, знание
человеческой психологии - вот что старейшины могли
противопоставить задору и физической силе своих
молодых соплеменников. И все эти качества стариков
служили интересам социально-этнического коллектива.
Патриархальное устройство делало стариков-мужчин
главными хозяевами в большой семье, где власть давалась
по старшинству. Слово старшего мужчины оставалось
законом для всех, пока он был жив, а потом
бразды правления вновь переходили к самому старшему.
Не только в семье, но и в обществе, государстве
складывались формы, при которых закреплялось господство
наиболее пожилых, крепко укорененных в жизни
людей, имеющих многочисленные нити, способные
соединить их с разными слоями общества. Такой тип
правления даже получил название "геронтократил". При
геронтократии молодежь практически не может подняться
к вершинам власти, пока сама не постареет и не
перейдет в тот возрастной разряд, который оказывается
допущен к распоряжению государственными де" лами.
Новое поколение понуждено долго ходить "в коротких
штанишках", робко поглядывая снизу вверх на
могущественных старцев. Такой тип правления существовал
в нашей стране в 60-е - 80-е годы XX века.
Надо сказать, что отншение к старикам как к источнику
мудрости, глубоким советчикам и опытным ру"
ководителям и сейчас остается типичным для целого ряда
народов, например, почти у всех народов Северного
Кавказа.
Упомянув современность, мы фактически уже перешли
к вопросу о месте старости в сегодняшнем мире. И
здесь многое зависит от того, с каким багажом приходит
человек к заключительной, хотя и довольно длинной
фазе своей жизни. В одном случае старость может
рассматриваться как выпадение из жизненных бегов.
Рыночное общество очень мобильно, оно требует непрг"
станного функционирования, деловой активности, пово"
ротливости, и если человек не приобрел солидного обеспечения
за предыдущую жизнь, то в старости он вряд
ли может рассчитывать на уют и довольство. Он боль303
ше не соперник другим соискателям успеха, потому что
его силы снижены, возможности ограничены, а здоровье
может подвести в любой момент. Старик, не обеспечивший
своей старости усилиями предшествующего
периода, выпадает из конкуренции и может влачить
весьма жалкое существование. Хотя на сегодняшний день
высокоразвитые страны обладают широкими воз1можностями
для социальной поддержки разных слоев
населения, в том числе и стариков, это поддержка все
же не является стабильной. Поэтому в западном мире о
старости заботятся заблаговременно, создают
соответствующие фонды, куда еткладывнют деньги "на
старость", и не дожидаются благотворительности властей.
При всем при этом в современном развитом компьютерно-технологическом
мире и сегодня еще хватает
нищих бездомных стариков, забытых Богом и людьми.
Н0 если к последнему акту жизненного спектакля
человек пришел с хорошим финансовым, материальным
состоянием, то его уже можно рассматривать не как
"выпавшего из гонок", а как свободного от них. Действительно,
обеспеченный старик уже не обязан "крутиться"
добывая хлеб насущный. Он может в полном
смысле слова отдыхать. И здесь открывается целый мир
возможностей, тем более, что современная мидицина и
косметология способны и в солидном возрасте сохранять
человеку здоровье, бодрость и достаточно бравый
вид. Старость в таком случае оказывается весьма интересной
фазой жизни, о которой мечтают и строят планы
Однако, вернемся к основным чертам старости. Каковы
они?
ЕДИНСТВЕННЫЙ СПОСОБ ЖИТЬ ДОЛГО
Старость - это единственный способ жить долго.
Другого способа человечество пока не изобрело. Правда,
писатели-фантасты в своих произведениях с давних
времен мечтают о вечной юности и представляют себе
и нам, как было бы хорошо никогда не стареть. Иногда,
правда, идея вечной молодости подается в несколько
сатирическом ключе. Так, в романе-антиутопии Олдоса
Хаксли "Прекрасный новый мир" наряду с другими
"техническими чудесами" обездуховленной цивилизации
описываются и старики, которые в свои сто
Посмотри в окно!
Чтобы сохранить великий дар природы — зрение,
врачи рекомендуют читать непрерывно не более 45–50 минут,
а потом делать перерыв для ослабления мышц глаза.
В перерывах между чтением полезны
гимнастические упражнения: переключение зрения с ближней точки на более дальнюю.
и более лет полностью сохраняют облик молодых бой*
ких людей с гладкими лицами и пластичными телами.
Они все равно вынуждены умирать, потому что внешность
не отменяет самогб старения, и умирают в специальных
заведениях, где играет веселая музыка и между
умирающими бегают дети. Хаксли желал показать, что
нарисованный им технизированный мир всеми средствами
отвлекает внимание людей от фундаментальных
смыаложизненных переживаний, но, на мой взгляд, сама
идея долгой молодости и легкого перехода в мир иной
не несет в себе ничего дурного. Кстати сказать,
многие описания посмертья, сделанные как верующими
христианами, так и оккультистами, говорят о том, что
удел душ в тонком мире - вечная молодость, восстановление
цветущего облика периода "акмэ".
Однако, мечты мечтами, а в реальной земной жизни
мы пока вынуждены считаться с тем, что с определенного
периода человеческий организм начинает переходить
к стадии инволюции. Если детство и юность связаны с
физиологическим становлением человека, если зрелый
возраст, включающий "раннюю" и "позднюю" (после 35
лет) зрелость, характеризует уже сформировавшийся
организм, функционирующий в некотором стабильном
режиме, то старость можно определить как постепенную
физиологическую деградацию: ослабевание функций,
выпадение зубов, окостеневание черепных швов,
изменения в органах. Вещество разрушимо, и годы
постепенно подтачивают даже самое крепкое здоровье.
Таким образом, важнейшим признаком старости оказывается
физическая немощь. Человек слабеет, дряхлеет,
оказывается резко ограниченным в своих возможностях.
Сосуды склерозируюгся, вызывая перебои в разных
системах организма, нарушая память, логические
способности и пространственную ориентировку. Однако все
это, дорогие друзья, относится по большей части к
глубокой старости, перевалившей за восемьдесят-восемьдесят
пять лет. До этого в современном мире при хорошем
уходе за организмом и своевременном лечении можно
долго сохранять крепость тела и ясность ума. А болезни
известны и молодости. Иной старик, ведущий деятельную
интеллектуальную и физическую жизнь может дать сто
очков вперед своим хилым внукам, с детства волочащим
за собой целый хвост недугов.
Бывают люди, которые живут исключительно долго.
В книге "Занимательная биология" ее автор И. Акимушкин
приводит цифры, которые могут показаться
фантастическими. 1-85 лет прожил аббат Кэнтингерн,
столько же - венгерский земледелец Петр Зортаб, 180
лет жила осетинка Тэнсе Абзиве, а английский крестьянин
Фома Парра - 152 года. А в шестидесятых годах
нашего века в Южной Америке умерла крестьянка,
дожившая до 208 лет! Надо думать, что цифры эти
возникли не так, как в давнем анекдоте: "В Одессе
чествуют долгожителя, которому исполнилось 170 лет.
Все его поздравляют я спрашивают "Дедушка Яков, как
вам удалось достичь такого возраста?". "Ах, детки, -•
отвечает дедушка, - когда я родился, белые как раз
брали город, и у нас на Малой Арнаутской была такая
•Неразбериха, что мне в метрику нечаянно вместо 1918,
написали 1818 год! Видимо, все-таки, не все долгожители
возникают в результате писарской ошибки, и на самом
деле существуют люди, далеко перевалившие за сто лет и
при этом чувствующие себя вполне нормально. Причины
их бодрого долголетия и счастливой длинной старости не
совсем ясны. Одно время считалось, что для продления
жизни нужно придерживаться строгого режима, никогда
не пить и не курить, быть крайне умеренным с
противоположным полом и дышать свежим воздухом. Но
народная молва и по этому поводу сложила байку,
опирающуюся на реальные прецеденты: "Корреспондент
берет интервью у 120-летнего старца. "Ну как, дедушка,
вы, наверное, не пили, не куриули, не гуляли"? "Да,
сынок", "Не нервничали, не скандалили, не дрались"? "Да,
сынок". "А с кем это вы поздоровались сейчас так
вежливо"? "Это мой старший брат
- забияка, пьяница и гуляка, каких свет не видывал!" j
Это, конечно, шутка, но причины долголетия действительно
теряются в тени. По крайней мере, ни аскетизм,
ни соблюдение условий стерильности, ни ограждение
себя от напряжения не приводят к продлению
жизни. Здесь, скорее всего, играют роль счастливая наследственность
и соблюдение меры во всех жизненных
проявлениях, недопущение "перехлестывания через край ни
в еде, ни в питье, ни в страстях. И, конечно, сохранение
активности, потому что "мертвящий покой" сга-рит, а не
омолаживает.
Хорошо долгожителям, но "средний человек" располагает
куда меньшим отрезком времени, и все проблемы
старости становятся перед ним, начиная с пенсионного
периода, когда общество позволяет ему выйти на
"заслуженный отдых". Правда, не все, уйдя с основного
места работы, могут или хотят действительно бездействовать,
но при всем различиии конкретных судеб, у
тех, кто перевалил за шестьдесят - шестьдесят пять
лет, появляются общие возрастные черты и проблемы.
Прежде всего это определенная свершенность судьбы.
Три важнейшие фазы жизненного пути пройдены,
миновало "акмэ", остался позади самый активный период,
связанный как с профессиональной деятельностью,
так и с созданием и развитием семьи. В это время
у человека, как правило, уже взрослые дети, есть внуки,
а порой и правнуки. Но его силы воплощены отнюдь не
только в потомстве, но и во всем сделанном за
прошедшие годы: в выращенном хлебе и построенных
домах, в математических формулах и написанных
книгах, в снятых кинокартинах и излеченных пациентах.
Каждая профессия, каждая сфера приложения впитывает в
себя нашу энергию, время, силы и дает соответствующие
всходы, которые далеко не всегда видны
"невооруженным глазом". Так, архитектор может
показать дома, которые сделаны по его проектам, врач
- пациентов, которых он излечил, портниха - сшитую
одежду, а вот, учителю - труднее, плоды его труда неуловимы,
они становятся внутренним достоянием бывших
учеников, влияют на душу, которая не очевидна. И тем
не менее, любой человек, подойдя к старости, может
оглянуться на "вспаханное им жизненное поле", окинуть
взглядом свои достижения, ошибки, поиски, убедиться:
"Да, все это было. Свершилось. Состоялось".
Свершенность судьбы выражается в том, что поста?
вленные некогда цели - достигнуты, а те, что не достигнуты,
скорее всего, уже невозможно достичь. Как
говорится, "поезд ушел". Жизнь сложилась определенным
образом и произвольно изменить ее рисунок уже
нельзя.
Поскольку судьба в основных своих чертах свершена,
старик отходит в большинстве случаев от активной
социальной и профессиональной деятельности. Активность
сохраняется или при неблагоприятном жизненном
раскладе, когда пожщше люди вынуждены продолжать
работать, чтобы не впасть в окончательное нищенство,
или, напротив, при благоприятных обстоятельствах, связанных
с творческой профессией. Мы знаем много примеров
полноценной интеллектуальной и творческой деятельности
в высоких возрастах. Здесь уместно вспомнить
Иммануила Канта, написавшего лучшие свои произведения
после шестидесяти лет, нашего современника
философа и филолога Алексея Федоровича Лосева,
продолжавшего работать до самой смерти, последовавшей
в 95 лет, русскую советскую актрису Александру
Яблочкину, прожившую до девяносто восьми и лишь в
самый последний период жизни покинувшую сцену. Разумеется,
столь продуктивная жизнь в старости возможна
не для всех. Большинство людей в этот период переносят
свои интересы и заботы в область собствен308
кого здоровья, быта, посильной помощи взрослым д"-тям
и внукам. Впрочем, такая помощь типична, скорее, для
нашей страны, чем для западного мира, где, как мы уже
замечали, взрослые дети рано откочевывают прочь и при
хороших отношениях со старшим поколением ходят к
родителям в гости.
В старости человек делается обладателем большого
жизненного опыта. Конечно, природный ум играет немалую
роль в его осмыслении, но даже тот, кто в юности
не блистал выдающимися способностями, к старости
нередко приобретает и практические знания, и умения
разрешать те жизненные проблемы, перед которыми
человек молодой становится в тупик. Жизненный опыт
стариков существует в субъективной форме, не отъемлем
от самих его носителей и потому передается он, как
правило, лично, изустно, в непосредственном общении.
Мемуары пишут единицы, но рассказывают о своей
жизни, приводят примеры из собственной практики, учат
тому, как следует поступать - почти все старики. И это
понятно. Биографический багаж, знания, навыки должны
помочь новым поколениям справляться .с
действительностью. Слушайте стариков внимательно!
Порой ни в одном романе, и уж, конечно, ни в одшхь
официальной инструкции не прочтешь того, что можно
почерпнуть из их жизненного опыта!
Наконец, важнейшей чертой старости, придающей ей
отчасти драматический характер, является отсутствие
временной перспективы. Разумеется, смерть приходит не
только к старикам, но и к молодым, однако молодой,
ж.ивя знает, что впереди у него много времени. У него как
бы есть законная перспектива, есть сияющие впереди
шестьдесят - семьедесят лет, которые вполне можно
пройти. Старость такой перспективы не имеет. Человек,
переваливший за семьдесят, даже при хорошем здоровье
может рассчитывать реально на десять, пятнадцать, от
силы двадцать лет. А дальше, конечно, как Бог даст. Мне
всегда вспоминается по этому поводу небольшой рассказ
об одном из Римским Пап, на дне рождения которого
приближенные пожелали ему прожить до ста лет. Папа в
гневе разбил бокал. "Не ограничивайте милость
Господню!" - воскликнул он. Действительно, не стоит
ограничивать эту милость, но среднестатистическая
тенденция такова, что старость уже не может
рассчитывать на многие десятилетия, на
ту убегающую вдаль дорогу, которая лежит перед
юностью.
Как же вопринимают старые люди свой собственный
возраст?
СУБЪЕКТИВНОЕ ВОСПРИЯТИЕ СТАРОСТИ
Наверное, я не буду слишком оригинальна, если скажу,
что старики воспринимают свой возраст по-разному. Среди
этих разных "прочтений" одного и того же жизненного
обстоятельстваможно выделить два основных подхода,
условно назвав их "пессимистическим" и "оптимистическим".
Коротко рассмотрим их по следующим
моментам: переживание изменения своего внешнего облика,
отношение к болезням, ощущение своего места среди
других людей, восприятие времени. Отметим сразу, что
переживание старости во многом зависит от объективных
жизненных обстоятельств: понятно, что тот, кто
объективно проводит свои дни в нищете и одиночестве,
воспринимает старость иначе, чем тот, кто живет в
довольстве и комфорте среди любящих родных и
близких. И тем не менее, как и везде в человеческой
жизни субъктивное отношение к ситуации играет огромную
роль. В чем же заключается пессимистический
взгляд.
Старость сильно меняет черты человека. Это изменение,
в особенности там, где ему не были вовремя
противопоставлены лечебные и косметические у
...Закладка в соц.сетях
