Жанр: Социология и антропология
Западная теоретическая социология
...ганизуется через процесс
типологизации в "запас знаний" - это не знания о мире, а новый
мир, созданный в моем сознании, имеющий некоторое отношение
к "внешнему", но кардинально отличающийся от него. Так, книга,
лежащая на столе - это просто прямоугольный предмет с опре
деленным цветом, запахом, шероховатостью, но в моем сознании
он становится "книгой", причем я действительно вижу его во
внешнем мире. Я не думаю над тем, как я перехожу от восприятия
прямоугольного, твердого предмета, лежащего на столе, к понятию
"книга", я просто делаю это, объявляя этот процесс "само собой
разумеющимся". По А. Щюцу, именно такие "само собой разу
меющиеся запасы знаний" и составляют основу социального мира.
Процесс "создания мира" постоянен и непрерывен. Мы каждый
раз организуем его на основании "здесь и сейчас", на основании
1 ,0 2 1 1
отдельном ситуации и места - "проекта", по терминологии
А.Щюца. Например, мой мир включает серию определенных "само
собой разумеющихся" положений о природе противоположного
пола и его поведении. Изменение поведения или внешнего вида
этого "класса объектов" дезориентирует меня более, нежели
самое радикальное изменение политической ситуации, даже если
я никогда не задумывался над первым и всегда считал второе
более важным. Но в различное время будут важными различные
аспекты этих "предположений", в зависимости от моего "проекта
рассмотрения", от того, в каком отношении ко мне находится
данная отдельная женщина: как незнакомка, коллега, жена или
любовница.
До сих пор мы говорили об индивидуальном "создании мира",
отмечая, что он составляет основу мира социального. Переход
от личности к обществу А. Щюц описывает следующим образом.
На определенной стадии развития индивидуальный "запас знаний"
должен быть "разделен" с другими людьми. Совмещение раз
личных миров осуществляется на основе "само собой разумею
щихся понятий", создавая то, что А. Щюц вслед за 3. Гуссерлем
называет "живым миром". Мы создаем и изменяем его в нашем
социальном взаимодействии и передаем его из поколения в
поколение через процесс социализации. Это происходит так, как
будто мы заключили "тайное соглашение" создать упорядоченный
мир вне хаоса чувственного опыта и вне наших индивидуальностей,
сами не подозревая об этом.
С понятием "живого мира" А. Щюц тесно связывает понимание
целей и задач социальной науки. Социологи имеют дело с
областью, созданной посредством типологизации вне "отдельных
потоков опыта", причем подходят к ней с собственным "проектом
понимания", состоящим в необходимости создания ее рациональ
ного описания. Вследствие этого они работают с "типификацией
второго порядка", "типологизацией нашей совместной типологизации",
должной упорядочить социальный мир для прогнозиро
вания поведения людей или для определения их поведения как
"ненормального", если они отклоняются от "само собой разу
меющихся" понятий, понятий "здравого смысла".
Феноменологическая социология в отличие от структурного
функционализма уходит от чересчур абстрактных теоретических
построений, обращаясь к нашему непосредственному ежеднев
ному опыту. Она имеет удивительную способность быть утоми
тельно-скучной и волнующей, очевидной и новой одновременно.
Она очевидна, поскольку говорит о знакомых всем вещах, о
понятиях нашего "здравого смысла"; она нова, потому что
именно эти области редко находят выражение в ясной и
стройной форме. Она скучна, когда разрабатывает процесс
классификации, схожий с парсонианским; она интересна, когда
открывает новое в очевидном. Подобно символическому интеракционизму,
она не создает концепции общества, останавливаясь
212
на межличностном взаимодействии, свои?. сущ--ствованяе c'**l*v:*
к "запасу общих знаний".
Попытка построения феноменологической теории общества
представлена в работе Питера Бергера (1929 г. р.), написанной
им в соавторстве с Томасом Лукманом (1927 г. р.)." "Само
собой разумеющиеся" значения продолжают рассматриваться как
основа социальной организации, но авторы обращают большее
внимание на значения, вырабатываемые совместно и стоящие как
бы "над индивидом". Реальную основу этих значений они видят
в религиозных верованиях, разделяющихся каждым. Общество,
таким образом, оказывается социальным окружением индивида,
которое он сам создает, внося в него определенные "надстоящие"
ценности и значения, которых впоследствии и придерживается.
Эти значения развиваются и объективируются в социальных ин
ститутах, позволяя индоктринировать новых членов общества,
вынужденных подчиняться этим "вне-меня-надо-мной" ценностям.
Мы видим большое сходство с идеями структурных функци
оналистов; и здесь и там идеи, ценности, нормы видятся центром
социальной жизни. П. Бергер и Т. Лукман детально описывают
сам процесс происхождения ценностей, их вырастания из взаи
модействия индивидов, но результат схож с полученным Т.Парсонсом
во многих чертах.
Прямое влияние Альфреда Щюца на мир западной социологии
достаточно мало. Феноменологические идеи были снова подняты
и реанимированы социологами радикального толка, использовав
шими их сначала как инструмент эмпирического исследования, а
затем построившие на их основе собственную теоретическую
концепцию - этнометодологию.
В начале 70-х годов этнометодология была "костью в горле"
социологического истеблишмента, большинство социологических
факультетов Британии и США оказались расколотыми, дело даже
доходило до увольнения преподавателей, исповедовавших этот
подход. В этнометодологии видели попытку подорвать сущест
вующие формы социологических исследований и бросить вызов
устоявшимся теоретическим схемам. После непродолжительного
периода широкой популярности направление распалось на мно
жество отдельных течений, занявшихся эмпирической разработкой
отдельных аспектов теории.
Интеллектуальным источником этнометодологических идей яви
лась не только феноменологическая социология Альфреда Щюца,
но и лингвистическая философия Людвига Витгенштейна (18891951).
Обычно в этнометодологии выделяют два основных тече
ния - "ситуационное" и "лингвистическое", но различия между
ними недостаточны для того, чтобы, в рамках нашего изложения,
не пренебречь ими.
Сущностные черты теоретического подхода данной школы
видны уже из названия: этнометодология - изучение методов,
которыми люди создают социальный порядок, что сближает ее
21 3
с феноменологической социологией А. Щюца. Однако, если для
последнего порядок - это результат совместного общего знания,
то для этнометодологов даже оно обладает внутренней неста
бильностью, позволяющей каждый раз создавать нечто новое.
Каждое продолжительное социальное взаимодействие есть созда
ние этого "нечто", поэтому задачей исследователя становится
выяснение средств и способов, которыми это достигается.
Для этнометодологии значения - ценности, нормы, верования
и т. д. - не являются неизменными элементами, "атомами" си
туационного окружения действующего лица. Они также изменяются,
устанавливаются, умирают, имеют внутреннюю структуру. Первой
важной идеей становится поэтому утверждение об "имманентной
индексности значения", проявляющейся в зависимости смысла
значения, от контекста, в который оно помещено, значений,
которые его окружают и ситуации, в которой оно используется.
Таким образом, мы не можем рассматривать ни одно значение
как "само собой разумеющееся".
Следующая значительная идея касается отношения речи к
действию и ситуации - "рефлексивности". Этнометодология ут
верждает, что, описывая ситуацию, устанавливая связи между
значениями, проясняя их смысл, мы одновременно и создаем ее,
поскольку всякое описание стремится к большей рациональности
и упорядоченности, чем реальность; при этом давая другим ясные
указания, как надо ситуацию воспринимать и оценивать.
Термин "рефлексивность" означает совокупность усилий, упот
ребляемых нами для корректировки "индексности" и установления
социальной стабильности. Гарольд Гарфинкель (1917 г. р.), об
щепризнанный основатель этнометодологической школы вводя обе
эти идеи, в своих "Исследованиях по этнометодологии",* приходит
к выводу о том, что "поддержание впечатления социального
порядка есть никогда не прекращающаяся деятельность". Такая
деятельность трудна для фиксирования и объяснения, - также
как трудно постоянно обращать внимание на процесс дыхания
или ходьбы, раздумывая, какую ногу теперь надо ставить. Мы
делаем это автоматически, не задумываясь. Дарен Сикурел
(1928 г. р), один из наиболее интересных представителей этнометодологического
направления рассматривая подобную деятель
ность как "активность толкования" значений, отмечал: "Мы можем,
возможно, достичь мимолетного впечатления о нашей толковательной
активности, уяснив для себя, что каждая попытка сти
мулировать или избежать толкования сама по себе будет являться
объяснительной операцией. Это означает абсурдность попыток
быть бескомпромиссно точными в описаниях наблюдаемых собы
тий.,." "
Процесс "толкования" основан на определенном наборе "само
собой разумеющихся правил" в отличие от "само собой разу
меющихся" субстанциональных знаний в феноменологической со
циологии. Правда, несмотря на широкий размах этнометодологи214
ческих эмпирических исследовании, эти теоретические положения
мало что дают при интерпретации конкретного материала. Так,
Харвей Зах, изучая способы, которыми люди начинают разговор
по телефону, пришел, в частности, к выводу о том, что одно
временно обычно говорит только один человек, а если говорят
двое, то лишь очень короткое время. Этот пример хорошо
иллюстрирует применимость положений этнометодологии.* По
скольку рефлексивность - это процесс, конечным продуктом ко
торого является смысл или порядок отношений различных зна
чений, а исходная точка - отсутствие смысла, то, не зная конечной
и начальной точек, мы можем очень мало открыть в самом
процессе, как если бы мы пытались понять процесс фабричного
производства, не имея представления о сырье и игнорируя ко
нечный продукт - товар. В этом случае может показаться, что
исходных материалов нет вообще.
Этнометодология является теорией "социального познания",
теорией способов, с помощью которых люди приходят к согласию,
составляющему основу общественного существования. Наиболее
далеко по этому пути продвинулся в своих работах уже упоми
навшийся нами Дарен Сикурел, доказывавший, опираясь на ис
следования известного лингвиста Н. Хамского, что социальная
структура, рассматриваемая обычно как продукт взаимодействия,
на самом деле является следствием отношения между "поверх
ностными" и "интерпретационными", или "глубокими" правилами.
Первые - это нормы социальной жизни, которые для других
теоретических подходов выступают как данность. Вторые - это
внутренняя структура первых - "интерпретационные правила"
(процедуры), являющиеся основанием существования любых зна
чений и, более того, определяющие закономерности их возник
новения и функционирования. А.Сикурел считает их неотъемлемой
частью человеческого бытия; не получаемой в обучении и вос
питании, а, наоборот, являющейся основой любого воспитания и
обучения.
Он не просто постулирует это положение, но пытается обо
сновать его, утверждая, что наше восприятие объемно (многоас
пектно), тогда как наша речь одномерна. Таким образом, чело
веческая деятельность может быть представлена как процесс
"трансляции" (перевода) чувственного восприятия (всегда более
полного, богатого и глубокого) в лингвистические категории,
словесные описания (всегда более бедные и одномерные). Поэтому
описание события никогда не будет полностью совпадать с ним
самим. А.Сикурел впервые ставит проблему отношений между
языком и восприятием, словом и чувством в столь ясной и
недвусмысленной форме.*'
Рассматривая вопросы этих взаимоотношений, этнометодология
выходит на новый уровень исследования, обращая свое внимание
на иную сторону социального мира - на область "общепринятых
значений", существование которой было доказано многими пред215
.тавителями структурной лингвистики, да и структурализма как
такового. Этнометодология лишь вскользь касается этой области,
чтобы снова вернутся к кругу проблем любой теории действия,
внося в нее представления о нестабильности значений; тем не
менее не открываемых каждый раз, а лишь получающих опре
деленное ситуационное звучание, служащих орудиями, использу
емыми разными способами в разной обстановке.
Этнометодология, вскрывая глубинные аспекты социального
взаимодействия, все же, в отличие от символического интеракционизма,
признает существование общества в форме перманент
ного создания "впечатления социального порядка". Правда, по
добная точка зрения не предоставляет нам возможностей для
рассмотрения многих общественных проблем, - таких как без
работица, преступность, война и т. д. Внимание этнометодологии
сосредоточено на другой стороне общественной жизни, где ее
теория и методика служат достижению определенных успехов в
разработке проблем повседневного общения и совместного взаи
модействия.
ВВЕДЕНИЕ В СТРУКТУРАЛИЗМ
"Границы моего языка означают границы
моего мира".
(Л. Витгенштейн)
"Структурализм может быть cyml-астмой
теорией, формализмом,лингвистическим ме
тодом, идеализмом или просто французской
модой" .
(М. Глаисминн)
Теории, рассмотренные нами ранее , это модели человечес*-о
действия, поведения, основывающиеся на положении о его из
бирательном характере, представляющие социальный мир как
совокупность целей и средств, направленных на их достижение,
значений, в которых данные средства и цели формулируются и
с помощью которых они выбираются. Каждый подход предполагает
наличие социальной структуры, основанной на взаимодействии
индивидов.
Общая теория действия, начиная с синтеза предшествующих
теории, создает описательную модель индивидуального действия,
служащую отправной точкой для создания концепции общества,
рассматриваемого как система. Мы видели переход Т. Парсонса
от взаимодействия и личного выбора к анализу способов, которыми
социальные системы (совокупность "образцов поведения") огра
ничивают и детерминируют этот выбор. Общество становится
институционализированным действием, "застывшими" человечес
кими поступками. Иными словами, социальная структура не от
делима и не отличима от действия, что приводит к приписыванию
обществу личностных качеств: необходимости удовлетворения по
требностей, целесообразности и наличию цели у общества как
такового (телеологии). Анализ Т. Парсонса и его последователей
приобретает настолько абстрактно-описательный характер, что
переход к реальности становится практически невозможным.
Синтетическая направленность парсонианского теоретизирова
ния предполагает наличие двух перспектив рассмотрения процесса
институционализации. Главной проблемой по прежнему остается
проблема возникновения и функционирования социальных струк21
тур, однако подходы к решению этой проблемы могут быть
различными. Объективистская точка зрения исходит из примата
социальной структуры, которая существует как объективная ре
альность, чье функционирование должно быть объяснено из нее
самой. При таком рассмотрении основное внимание уделяется
функциям структуры, способам, посредством которых она воз
действует на индивида. Структурный функционализм Р. Мертона,
конфликтная теория, теория обмена являются примерами такого
подхода.
Структурный функционализм не стремится создать теорию
общества и действия, а скорее выступает методом социологии,
исходящим из посылок "социологизма". Введение понятий функ
ции, дисфункции, явной и латентной функции призвано, на взгляд
его представителей, обеспечить более адекватное понимание "со
циального факта".
Теория конфликта обращается к системному уровню. Пытаясь
преодолеть описательность парсоновского теоретизирования, она
концептуализирует конфликт, как источник общественного разви
тия. Причиной, объясняющей различные стороны реальности, в
данном случае выступают противоречия, "конфликтные устремле
ния", "ролевые оппозиции". Большее приближение к действи
тельности взамен сверхупорядочивания ее в абстрактные понятия,
делает теорию конфликта менее "академичной", менее логически
стройной и терминологически строгой.
Теория обмена указывает на недостаточность объяснения со
циальной структуры и поведения людей в структурном функцио
нализме, подменяющем объяснение социальной жизни ее описа
нием. Для исправления этого недостатка привлекаются концепции
бихевиористической психологии. Результат оказывается противо
положным исходным намерениям, место социальной структуры
занимают психологические структуры поведения.
Однако, общая теория действия предполагает наличие еще
одной перспективы рассмотрения социальной структуры - субъ
ективистской. Представители этой точки зрения сосредотачивают
свое внимание на том, что структура создается и воссоздается
во взаимодействии людей. Стало быть, задача социолога состоит
в объяснении того, как и почему возникают социальные структуры.
Акцент делается на непосредственном взаимодействии, коммуни
кации, общении индивидов. При этом социальная структура на
чинает выступать более или менее "лишней" категорией.
Символический интеракционизм рассматривает протекание со
циальной жизни как множество неповторимых и уникальных
личностных контактов, в основе которых лежит выбор средств
(значений), осуществляемый посредством соотнесения предшест
вующего опыта, каждый раз - индивидуально. Этнометодология
сосредотачивает свое внимание прежде всего на внутренних
мотивах человеческого выбора, описывая и концептуализируя
способы, посредством которых создается наше представление о
социальной действительности. Оба подхода не рассматривают
общество как особый вид реальности, для них оно - просто
совокупность личностей и их взаимодействий. И хотя они признают
возможность существования феномена социальной системы, он
остается для них в лучшем случае лишь "созданием впечатления
общественного порядка".
Структурализм является подходом, имеющим кардинально про
тивоположный взгляд на социальный мир и социальную структуру.
Основной чертой понятия "система" является положение о том,
что совокупность элементов несводима к их простой сумме,
система обладает определенным "нечто", придающим ей системный
характер. Этим "нечто" может выступать структура - совокупность
связей между элементами. Если теории действия в некотором
смысле игнорируют эти связи, то в "структурализме" и сходных
с ним теориях им придается первостепенное значение. Структура
выступает силой, организующей и детерминирующей элементы,
играющей самостоятельную роль. Взгляд на общество, как на
явление независимое и отличное от личности и действия, детер
минированное внутренней структурой, определяющей "поверхност
ные" явления, приводит к выводу о том, что сама личность и
ее поведение детерминировано внутренней структурой языка и
мышления. "Структурализм", зародившись как метод в общем
языкознании, становится, опираясь на теорию К.Маркса, концеп
цией "социальной формации", возвращаясь к личности, языку и
мышлению в постструктурализме.
Прежде чем перейти к дальнейшему изложению, условимся
о значениях терминов "структура", "система" и "общество", до
этого часто употреблявшихся нами как синонимы. Теперь мы
будем использовать термин "система" в отношении структурнофункциональной
идеи социальной организации - институционализированных
образцов взаимодействия; "общество" - в отношении
стороны социальной реальности, отличающейся от действия и
деятельности и нуждающейся в собственном теоретическом под
ходе; "структура" - в отношении к глубинным, внутренне-неявным
моделям мира, выделяемым структуралистами.
"Структурализм" является способом теоретизирования и на
учным методом, влиятельным во множестве дисциплин: философии,
социальной теории, лингвистике, литературной критике, культуро
логии, психоанализе, теории идей, философии науки, антропологии
и других. Зародившись во Франции, где интеллектуалы вообще
играют более важную роль в общественной жизни, чем, например,
в США и Англии, он стал особенно популярен в 60-е - 70-е
годы, перекинувшись в остальные европейские страны и на
американский континент, найдя поддержку в среде молодых
ученых. Американские и особенно британские университеты тра
диционно с подозрением относятся к идеям, происходящим из
других стран. Структурализм в этом смысле не стал исключением.
Как и в случае с этнометодологией, дело дошло до увольнений,
и многие структуралистские работы несут на себе отпечаток этих
"битв".
Основу подхода составило множество самых разных направ
лений научной мысли: английская антропология Б. Малиновского
и А. Р. Рздклиффа-Брауна, французская социология 3. Дюркгейма
и О. Канта - их идеи "социального", существующего вне
и над индивидами, "социальных фактов", состоящих в "коллек
тивном представительстве"; немецкая философия в лице И.Канта,
понимающая человеческое бытие как использование рациональных
способностей по упорядочиванию мира; французское языкознание
Ф. де Соссюра и русский формализм.
Лидерами большинства направлений приложения структура
листского метода до сих пор остаются французские исследователи:
Клад Лови-Стресс (1908 г. р.)- антропология. Лун Альтюссер
(1918-1990) - социальная теория и философия. Родам Барт
(1915-1980) -литературная критика и культурология, Жак Лакай
(1901-1981) - психоанализ, Мишель Фуко (1926-1984) - исто
рия идей, Жак Деррида (1930 г. р.) - философия.
В структурализме прежде всего необходимо различать научный
метод и совокупность недоказуемых положений, принимаемых на
веру, составляющих философское основание и объяснение мето
да - "метафизических предположений". Они не всегда логично
вытекают из метода, но многие структуралисты считают их наи
более важной и "жизненной" частью подхода.
Основополагающим философским конструктом структурализ
ма является идея о наблюдаемом мире как продукте наших
мыслей. Провозглашая своей задачей показать внутреннюю
структуру или логику обыденных понятий, он тем самым про
возглашает стремление показать пути, которыми мы (наши идеи)
упорядочивают мир, окружающий нас. Так, когда К. ЛевиСтросс,
например, исследует внутреннюю структуру систем род
ства в племенном обществе, он исследует структуру термино
логии родства, понятия, которые эти общества используют,
говоря о родственных отношениях. Конечно, можно утверждать,
что люди с различными "идеями" живут в некоторой степени
в разных мирах. Но лишь "в некоторой степени". Мир обу
славливает существование этих идей, становясь точкой их сбли
жения и сопоставления. Он как бы противится чересчур боль
шому расхождению идеальных представлений. Структурализм в
своих крайних формах отрицает это "сопротивление": для
К. Лови-Стресса родство и термины, в которых оно выражается,
это одно и тоже.
Последовательное проведение данного положения приводит к
отходу от одного из правил теоретизирования - "гипотезы должны
быть проверяемы", ведь если наша теория производит собственный
мир, нет никакой возможности проверить ее, сопоставляя с
объектом. Мы находим в ней только то, что сами же и заложили.
Поэтому любой подход, рассматривающий некоторые формы такой
проверки как необходимые, объявляется в структурализме "эмпирицистским",
вызывая негативное отношение.
Сосредотачивая свое внимание на внутренней, "подводной"
структуре "общепринятых значений", они считают, что эта струк
тура отражает глубинные отношения и законы мира, поскольку,
если разум - часть Вселенной, то, следовательно мысли, которые
он продуцирует, обладают той же логикой, что и мир.
Рассматривая мир как творение субъекта, структурализм ставит
под сомнение "авторство" людей по отношению к своим мыслям,
действиям, деятельности, считая последние лишь акциденциями'
логики "обыденных понятий". Отрицая личностные стремления,
выбор ("свободу воли"), он тяготеет к крайнему детерминизму,
"структурной предопределенности".
Основания структуралистского метода были заложены фран
цузским лингвистом Фердинандом де Соссюром (1857-1913) в
"Курсе общей лингвистики", прочитанном им в Женеве в начале
ХХв. Все последующие разработки связаны с кругом понятий,
введенных и определенных им. По своей общенаучной методологии
он был близок к Э. Дюркгейму: мы не можем понять изучаемое
явление, описывая его внешние стороны - его "историю". По
Э. Дюркгейму, мы можем исследовать общество, только рассмат
ривая его через взаимоотношения его частей; по Ф. Соссюру,
для понимания языка мы должны рассмотреть взаимоотношения
элементов, его составляющих.
Функция языка состоит в создании возможностей человеческой
коммуникации, следовательно, нам необходимо выяснить те спо
собы, которыми различные его элементы воздействуют на ком
муникацию через отношения друг с другом. Исходным пунктом
нашего пути должно стать разделение понятий "речь" и "язык".
Индивидуальный речевой акт уникален и, соответственно, не может
быть объектом науки; "язык" постоянен, всеобщ, используется
всеми, кто на нем говорит. Каждый язык состоит из конечного
множества звуков и правил их комбинирования. Речь - дополни
тельное неопределенное множество, создаваемое использованием
звуков и правил. Язык, таким образом, является структурой, или
логикой, лежащей в основе речи.
Элементом этой структуры выступает знак - единство "выра
жаемого" и "выражающего", по отдельности бессмысленных.
Американский философ Ч. Пирс, один из немногих неевропейских
сторонников структурализма, выделяет три типа знаков (его ти
пология имеет определенное сходство с построениями П. Фло
ренского и А. Лосева):
1. "Икона" - отношение "выражающего" и "выражаемого",
основано на сходстве.
2. "Индекс" - отношение имеет причинно-следственный характер.
3. "Символ" - отношение есть следствие социального дого
вора это "абстрактное" отношение, где связь между частями
лишена черты необходимости.
Знаки - основные элементы языка - относятся к третьему
типу
...Поділитися у соцмережах
