Жанр: Философия
От мифа к логосу (Становление греческой философии).
...ачинается новая страница древнегреческой
философии.
203
5. ОТНОШЕНИЕ К МИФУ
И РЕЛИГИИ
Отношение Гераклита к народной религии и мифологии критическое,
даже резко отрицательное. Все мифологическое Гераклит
считает вымыслом и рассматривает как продукт "'произвольного
мнения" поэтов и "народных 'певцов"; миф не заслуживает
внимания -как источник познания и объяснения мира.
Историк Полибий, ссылаясь на высказывание Гераклита, говорит:
"Притом не следовало бы 'пользоваться поэтами и мифографами
как свидетелями относительно того, чего не знаешь,
...представляя, 'по выражению Гераклита, не внушающих доверия
поручителей для сомнительных [вещей]" (А 23). Эфесский
мыслитель не скрывал своей неприязни даже к общепризнанным
учителям - Гомеру и Гесиоду, в отношении которых проявляет
излишние, пожалуй, строгость и суровость. Не делая
им никакого снисхождения, он говорит, что "Гомер заслуживает
исключения из [программ] состязаний и [должен быть] наказан
розгами [тот, кто его исполняет], равно и Архилох" (В 42,
см. также В 40, 56, 57, 104).
Гераклит считал детскими баснями мифологические представления
о "'происхождении" мира из "'первоначального хаоса":
ведь 'никто из мифологов толком не мог объяснить, что
собой представляет этот "хаос", откуда он взялся - об этом
"многознающий" Гесиод предпочел умолчать.
Философ 'не скрывает своей неприязни к народным мистериям
и к культу Диониса (В 14, 15). Совершенно недвусмысленно
он высказывался против религиозных обрядов своего времени,
указывал на противоречивость искупительных жертв и бессмысленность
идолопоклонства, то есть поклонения статуям богов,
общепринятые (антропоморфические) 'представления о которых
"ложны". "Но напрасно они, запятнанные кровью, жертвоприношениями
хотят очиститься, как если бы кто-либо, вступив в
грязь, грязью же пожелал бы о'бмыться. Безумным 'посчитал бы
его человек, заметивший, что он так поступает. И статуям этим
они молятся, как если бы кто-либо захотел беседовать с домами;
они не знают, каковы боги и герои" (В 5).
Гераклит не признавал религиозно-мифологических представлений
своего времени, отвергал идолопоклонство и, возможно,
культ вообще. Некоторые авторы (см. 60, 80-85; 67, 94), исходя
из критики Гераклитом религии своего времени, а также
напоминая известный его отрывок (В 30) о том, что "мир не
создал никакой бог", делают '.преждевременный вывод об. "ате204
изме" эфесского философа. Другие исследователи, напротив,
ссылаясь на иератический стиль Гераклита и связь этого стиля
со священными словами" мистерий, на использование им мифологических
образов, на отождествление логоса с богом и на
прямое признание Гераклитом богов и бога, говорят о религиозном
складе мышления Гераклита, о его "мистицизме" и "теизме".
На самом же деле Гераклит, как и многие греческие философы
до и после него, не был атеистом или теистом в современном
смысле этих слов: атеистом он не был потому, что признавал
бытие богов, теистом же он не мог 'быть потому, что классическая
античность (за исключением, (пожалуй, Платона) не
знает теизма, или, что то же самое, монотеизма, то есть веры
в единого, самосознающего и свободно действующего бога,
существующего вне мира и господствующего над миром как его
творец и правитель. Гераклиту был неведом единый бог.
Хотя логос как организующая и упорядочивающая сила и
является "причиной управления всем" (В 64), хотя этот логос,
органически связанный с космическим огнем, придает огню "разумную"
мощь - является "разумом", "мудростью", "'богом", но
он не есть ни "бог", ни "разум", как это представляют себе
люди (мифология и религия). Сходство "разумного огня" ("огненного
разума" - логоса) с человеческим разумом или человеческими
(мифологическими) 'представлениями о боге (богах),
согласно Гераклиту, 'весьма относительно и даже условно. Тем
более, следовательно, 'не имеет ничего общего гераклитовский
бог ни с 'богом христианской, ни с богами иных монотеистических
религий. В последних бог-творец коренным образом отличается
от своего творения. У Гераклита же бот тождествен логосу
(мировому строю вещей, мировому разуму) и первоначалу
всех вещей - огню.
По Гераклиту, "бог - это вечный, периодический огонь, J
судьба же - разум, создающий все из противоположностей" J
(Доке. 303). Судьба "тождественна с .необходимостью" (Доке. i
322), а также с разумом, который "управляет сущностью все- !
го" (Доке. 323). Разум (логос) - это не бесплотный дух, а ;
тонкий вид живого огня, горение огня, "эфирное тело, семя ;
всякого возникновения и мера временного периода" (Доке. 323).
"Логос" ("бог" или "божественное" начало) существует не вне
мира и над миром, а в самом мире. Это и делает мир космосом
- единым, божественным и прекрасным строем вещей. Гераклитовское
представление о мире и о логосе как всеобщем
законе, господствующем над всем, является разновидностью
пантеизма, то есть учения, которое не проводит строгого различия
между богом и природой, рассматривает бога как природу.
Другими словами, натуралистический пантеизм признает
существование только 'природы или мира, который он называет
ботом, приписывая природе известные божественные признаки.
Критика мифологии и народных .преставлений о 'богах не
была новостью во времена Гераклита. Еще Гомер позволял
себе вольное обращение с олимпийскими богами, а философ
Ксенофан подверг самой решительной критике народные (гомеровские
в том числе) представления о небожителях. Однако
Ксенофан руководствовался при этом преимущественно религиозными
соображениями: он отверг грубые традиционные представления
о богах с высоты своих более возвышенных и утонченных
представлений о них. Гераклит, не .оспаривая наличия
сверхчеловеческих (божественных) сил в мире, ведет свою критику
традиционных религиозно-мифологических представлений
о богах более последовательно и с 'позиций 'преимущественно
философски-познавательных, а не религиозно-теологических.
Создается впечатление, что он не только отвергал идеи творения
мира богами (в этом не было ничего атеистического, так
как классическая античность, за исключением, пожалуй, Платона,
не знает идеи творения), но .более того: он устранял
богов из мировых 'процессов, отрицал 'за ними роли 'правителей
(и в этом смысле устроителей) мира. Мысль Гераклита высказана
совершенно определенно и сознательно: "Этот космос, один
и тот же для всего существующего, не создал никакой бог и
никакой человек" (В 30). Гераклит 'преобразовал вопрос о
происхождении мира (космогония) в вопрос о его существовании
и порядке.
Гераклитовское представление о "бессмертии" отличается
от христианских представлений, в которых идея о будущей жизни
и 'понятие о бессмертии неразрывно связаны. У Гераклита
даже .боги смертны (В 62), хотя, возможно, он 'верил в какоето
периодическое возрождение богов и людей (В 98, 63, 27)
Гераклит признавал существование богов, но лишил богов Олимпа
их традиционной привилегии-руководства миром: 'покровительствовать
космической жизни, проявлять заботу о людях и
их делах. Для народного сознания такое разбожествление мира,
или, что то же самое, представление о .мире вне .божественного
.правления и устроения, было равносильно разрушению миракосмоса.
В самом деле, 'что представляет собой этот "осиротелый"
мир, в котором нет Зевса - ."отца богов и людей", мир,
который вообще покинут богами? Это первичный мировой хаос,
то есть, если говорить словами Гераклита, "куча copy, рассыпанная
как попало" (В 124).
Мир, освобожденный от опеки богов Олимпа, предстал перед
взором философа, как космос. Это значит, что наблюдаемые в
мире строй вещей, порядок, гармония и целесообразность перестали
олицетворяться в образах богини Гармонии, "правителя
мира" Зевса или в других мифологических образах. Наблюдаемые
в мире порядок, закономерность и гармония стали рассматриваться
как то 'безличное (и вместе с тем "божественное"),
что присуще миру от века, или во всяком случае как нечто
ставшее из первичного (мирового) огня. Таким образом, критика
мифологии и ее антропоморфизма привела к возникновению
отвлеченных представлений и понятий, таких, как гармония,
порядок, мера, закон и т. п. Всеобщее или упорядочейноразумное
в мире Гераклит назвал логосом. Идея "логоса"
явилась неизбежным результатом .критики "мифа".
Конечно, из этой критики, направленной преимущественно
против народных (антропоморфических) представлений о богах,
легко сделать вывод о преодолении Гераклитом мифологии и
даже приписать ему "атеизм". Однако такой вывод был бы
ошибочным. Эфесец нередко пользуется мифологическими образами
и, надо полагать, не по одним только литературным соображениям,
например во фрагменте 94-м: "Солнце не перейдет
своей меры, иначе бы его настигли Эриннии, 'помощницы
Справедливости (Dike)". Нельзя также полагать, что Гераклит
употреблял такие термины, как "божественный" (В 78, 114),
"бог" (В 67,102), "боги" (В 5, 24, 30), лишь в силу традиции.
Всеупра'вляющий логос Гераклита .имеет и не имеет черты |
живого (мифологического) существа. Он называет логос "од- j
ной, единой мудростью", которая ."хочет" и "не хочет" назы- I
ваться именем Зевса (В 32). Наконец, гераклитовский логос '"
(всеобщее, всеуправляющее и мудрое) не всегда отличим от "
огня и воздуха, если, правда, считать верным свидетельство )
Секста Э.мпирика (III в. н. э.), что Гераклит считал "окружающую
нас [среду] разумной и одаренной сознанием" и что,
"втянув в себя через дыхание этот божественный логос, мы,
согласно Гераклиту, становимся разумными" (А 16).
Тем не менее критика традиционных, то есть религиозномифологических
(антропоморфических), взглядов на мировую
жизнь и освобождение мира от покровительства олимпийцев
раскрыли взору философа динамическую картину противоборства
стихийных сил, неумолимый образ извечной войны и напряженной
борьбы противоположностей. Не Зевс, а Война 'пра207
вит миром. Она (polemos - мужской род) - "отец" 'всего,
"царь" всего. Космические явления и мировые события, люди и
даже сами боги - ее детища. Это было то новое, что впервые
увидел Гераклит и так решительно сформулировал. "Следует
знать, 'что война всеобща и правда - борьба и что все рождается
через борьбу и по необходимости" (В 80).
Однако Гераклит не остановился только на этой стороне
жизни и бытия. От него не скрылась и другая сторона мировой
жизни, ибо 'война или борьба это один аспект мирового или
"божественного" порядка 'вещей, мирового логоса. Другой же
аспект этого 'порядка вещей или логоса составляет гармония
или единство борющихся противоположностей, сам стабильный
порядок мира, сам постоянный ритм бытия, само равновесие
противоборствующих сил.
Таким образом, мы подошли к центральному пункту философии
Гераклита, к его диалектической концепции мира. Но. с
древних времен и 'вплоть до последних десятилетий бытует
точка зрения, что главное у Гераклита - это идея о всеобщем
течении и изменении, знаменитое panta rei, а не что-либо другое.
Реакцией на эту традиционную точку зрения явилось другое
крайнее утверждение некоторых современных исследователей
(Кирк, Рампу и др.), что главное в учении Гераклита -
это идея о стабильности мира и его 'постоянстве и неизменности.
Поэтому рассмотрим вопрос о том, .насколько учение о всеобщем
движении присуще Гераклиту.
ДИАЛЕКТИКА
ЖИЗНИ И БЫТИЯ.
ЛОГОС ГЕРАКЛИТА
УЧЕНИЕ И | |U
О ВСЕОБЩЕМ И1 Ц г
ИЗМЕНЕНИИ* !" -Д о традиции учение Ге-
раклита чаще всего
рассматривалось лишь как философия всеобщей изменчивости.
Общеизвестная фраза, что "все течет" (panta rei), ставшая крылатой
еще в древности, представляет собой краткую формулировку
одного из высказываний Платона о Гераклите. В своем
"Кратиле" (402 а) Платон писал: "Гераклит говорит где-то, что
все движется ;и ничто не стоит 'на месте; он говорит, что вещи
подобны течению реки, так что в одну и ту же реку невозможно
войти дважды".
Платоновское толкование учения Гераклита было принято
Аристотелем, а затем Феофрастом, через "Мнения физиков" которого
оно стало общепризнанным среди последующих античных
авторов. Платоновско-аристотелевская интерпретация взглядов
Гераклита на изменение стала подвергаться сомнению еще
в 'прошлом столетии. В настоящее время другая (тоже крайняя)
точка зрения получила свое выражение в статье английского
исследователя Кирка "Естественное изменение в учении
Гераклита" (см. 137, 35-42).
Согласно Кирку, фрагменты Гераклита о реке (В 12, 91)
говорят не о постоянстве изменения наподобие течения реки,
а о мерности изменения, о соразмерности и уравновешенности
(стабильности) всего. Кирк считает, что идея меры, количественной
соразмерности, или равновесия и связанный с этим
принцип 'порядка проходят через многие фрагменты эфесца
(например, В 30, 90, 94 и др.) **.
* Более подробное изложение диалектики Гераклита см. Ф. X. Кессиди.
"Гераклит" в кн. "История античной диалектики", М.., 1972, Гл. IV.
** Зарубежный исследователь Р. Сингх пишет, что "...учение о том, что
"все течет", можно легко преувеличить, раздуть, и неизбежным результатом
будет противоположность рационализму. Это может разрушить целиком
весь фундамент рационального мирового порядка в учении Гераклита..."
(см. 152, 461).
Хотя предположение о том, что главной идеей Гераклита
была идея мерности, структурного равновесия космоса
и принцип мирового порядка или космической стабильности,
придает учению эфесца статический характер и затушевывает
его динамический аспект, тем 'не менее бесспорно то,.
что мысль о всеобщем движении и изменении не была новостью
во времена Гераклита. У милетцев движение и изменение
было само собой разумеющимся фактом. Бесспорно также
то, что трактовка гераклитовской философии с точки зрения
абсолютной изменчивости всего сущего (то есть в духе
Кратила) делает Гераклита иррационалистом-агностиком и
субъективистом, что неверно. В самом деле, если "все течет"
исключает какое бы то 'ни было постоянство и определенность,
то об изменении какого предмета, явления или вещи может идти
речь?
Мысль о всеобщем течении и изменении не является ни
главной, .ни специфической 'в учении Гераклита. О движении и
изменении говорили 'почти все античные авторы, и не только
философы. Тем не менее невозможно оспорить того, что эфесец
акцентировал внимание на этой стороне бытия. Он смело и
бескомпромиссно додумал до конца вопрос о движении и изменении.
Философ не остановился и перед парадоксальными
следствиями, вытекающими из посылки о всеобщем течении.
Одним из этих следствий было обнаружение ошибочности обычных
человеческих представлений о мире и самой жизни, раскрытие
относительного характера бытия вещей и самой человеческой
жизни. Эта мысль была дана Гераклитом в образно-понятийной
форме, в виде афоризма или философемы, которая
гласит: "В одну и ту же реку мы входим и не входим, существуем
и не существуем" (В 49а). Создается впечатление, что
в первой части приведенного фрагмента оспаривается достоверность
вхождения в реку или, точнее, она признается лишь
отчасти, как бы наполовину. Вторая же часть афоризма ("существуем
и не существуем") озадачивает необычным сочетанием
взаимоисключающих понятий и представлений. Еще Аристотель,
обращая внимание на это высказывание эфесского
мыслителя, писал: "Не может кто бы то ни было 'признавать,
что одно и то же [и] существует и не существует, как это, по
мнению некоторых, утверждает Гераклит" (Аристотель, Метафизика,
IV, 3, 1005 b 25). Действительно, заявление эфесца
представляется парадоксом, противоречащим здравому смыслу.
Но это только на первый взгляд. На самом же деле древний
философ высказал глубокую мысль. Гераклит обратил внима210
ние на факт противоречивости движения 'и изменения, возникновения
и исчезновения вещей.
Идея всеобщего движения и изменения-непрерывного потока
вещей - многократно и великолепно выражена в дошедших
до нас отрывках из сочинений Гераклита. У Гераклита
всеобщий поток представляет собой одновременный 'процесс
возникновения и исчезновения, рождения и гибели вещей. То,
что возникает, в то же время погибает; то, что существует, в
то же время не существует. Процесс возникновения и исчезновения,
рождения и гибели, .приближения и удаления связан со
временем и напоминает время - настоящее время, которое
представляет собой 'как бы неуловимую границу между прошлым
и будущим. Будущее, приближаясь, становится 'настоящим;
становление настоящего есть в то же время его удаление
в прошлое. Всякое х"теперь" есть в то же время "не теперь".
Все то, что втянуто ев водоворот времени, "живет". Но онопреходяще,
а потому - "смертно". "Смертную природу", невозможно
застигнуть дважды в одном и том же состоянии (В
91), как и человеческую жизнь. Она втянута в поток; ее невозможно
прожить дважды. Ибо то, что было, прошло; то, что
будет, приближается; становясь настоящим, удаляется. Все течет,
все изменяется. Вместе с тем для Гераклита космос-не
просто процесс возникновения и исчезновения вещей ("панта
рей"), а стабильный миропорядок: процесс смены вещей регулируется
всеобщим логосом, подчиняется строгой Дике, определяется
ритмической пульсацией мирового и вечно-живого огня,
который "мерами" возгорает и "мерами" угасает (В 30). Тем
самым для философа характерна не только "панта рей", но,
как было сказано, также идея мировой гармонии, принцип порядка,
устойчивости и покоя в мире. Свою мысль о единстве
движения и покоя, изменения и стабильности эфесец объяснял
не только образом реки, но и ооразом Солнца-этого воплощения
"вечно живого" и космического огня: "Солнца не только
[как утверждает Гераклит] ежедневно новое, но [оно] постоянно
и непрерывно новое" (В 6). Однако Гераклит же говорит:
"Солнце не преступит {положенной] меры, иначе его настигнут
Эриннии, блюстительницы Дике" (В 94). Если 'бы движение
абсолютно исключало покой, то вещи были бы совершенно неустойчивыми
и, следовательно, совершенно неопределенными;
мы не могли бы что-либо о них знать и даже сказать.
2. ГАРМОНИЯ И БОРЬБА
Panta rei 'пронизывает учение Гераклита. Но как было сказано,
не учение о всеобщем течении и изменении наиболее отличает
его от предшественников, хотя никто из них не может
сравниться с ним в философском 'понимании движения и его
источника. Казалось бы, не было новостью и учение о противоположностях
и их единстве. Об этом как-то говорил уже Гомер
при описании им знаменитого ."щита Ахиллеса" (Илиада"
XVIII), а также устройства мира (Илиада, V, 404, 750; VIII,
13 и Др.). Кое-что высказывал на этот счет и Гесиод при описании
мироздания (Теогония, 720-725) или смены дня и ночи
(см. 57-й фрагмент Гераклита). О противоположностях учил
Анаксимандр, а Пифагор и его 'последователи составили даже
таблицу противоположностей, чего, кстати, у Гераклита не
было.
Тем не менее эфесец нападал почти на всех своих 'предшественников
за непонимание природы противоположностей, взаимоотношения
противоположностей и т. п. По духу высказываний
Гераклита даже "мудрейший из эллинов" ('В 56) его предшественник
Гомер мало что понимал в этом 'вопросе, не говоря
уже о Гесиоде и Пифагоре, "многознайство" которых не
научило их, согласно Гераклиту, уму (В 40). Гесиоду достается
за то, что он "не разумел, что день и ночь-одно" (В 57).
В других фрагментах (без выпадов в чей-либо адрес) философ
заявляет: "И добро и зло одно" (В 58); "Путь валька, прямой
и кривой,-один и тот же" (В 59); "Путь вверх и вниз-тот
же самый"; "Морская вода-чистейшая и грязнейшая. Рыбам
она пригодна для питья и 'целительна, людям же-для 'питья
непригодна и вредна" (В 61); "Бессмертные-смертны, смертные-бессмертны;
смертью друг друга они живут, жизнью
друг друга они умирают" (В 62).
"Насильственное" сочетание взаимоисключающих понятий
(ведь бессмертие, сказали бы мы, на то и 'бессмертие, что исключает
смерть; добро на то и до'бро, что исключает зло
и т. д.) создает известные трудности для понимания гераклитовской
мысли, на что жаловались еще в древности. Когда Гераклит
говорит, что день и ночь одно и то же, то его слова
("одно" или "одно .и то же" надо 'понимать не буквально, а в
том смысле, что день и ночь, добро и зло и 'вообще всякие противоположности
относятся друг к другу не внешне, а внутренне.
То, что день и ночь, добро и зло и т. п., не одно и то же,-
хочет сказать Гераклит,-это известно всякому. А вот то, что
день и ночь, добро и зло и т. д. неотделимы друг от друга, что
одно без другого .немыслимо, что они в своем различии тождественны,
составляют одно и то же,-вот это мало кому известно
и мало кому понятно (В 1).
Нетрудно уразуметь, 'что противоположности типа деньночь,
зима-лето и т. п. следуют друг за другом и каждая из
них периодически будет (в известных границах и пределах)
брать верх над другой. Это создает определенную повторяемость,
ритмичность и гармоничность. А вот то, что одна противоположность
возникает из другой, что они живут смертью
друг друга и умирают жизнью друг друга,-это то, что ускользает
от внимания людей. Гераклит глубоко вскрыл динамический
(активный) характер противоположностей, их борьбу
и взаимный переход друг в друга. Сам этот взаимо-переход есть
свидетельство того, что 'противоположности в своей основе едины,
тождественны. Более того, одно и то же явление (например,
морская вода), взятое в различных отношениях, обнаруживает
прямо противоположные свойства.
Идея о внутреннем 'единстве противоположностей, их тождестве
и взаимной обусловленности пронизывает все учение
эфесского мыслителя, почти see дошедшие до нас отрывки из
его сочинений.
Вот примерная таблица (см. стр. 214) противоположностей,
которая составлена нами с таким расчетом, чтобы одновременно
показать, из какой области действительности преимущественно
взяты эти противоположности.
Учение о гармонии (единстве) и .борьбе противоположностей-центральный
пункт в философии Гераклита. В гераклитовском
понимании 'гармония-это внутреннее единство, согласованность,
уравновешенность 'противоположностей, 'составляющих
целое (предмет или сам космос). Гармония придает вещам
определенность, устойчивость и прочность. Но гармония
относительна; относительны и определенность, устойчивость и
прочность вещей. Дело в том, что гармония каждый раз нарушается
борьбой противоположностей, присущих самим вещам.
Благодаря борьбе противоположностей вещи переходят из одного
состояния в другое, движутся и изменяются. Борьбаисточник
того, что "все течет". Борыба внутренне присуща гармонии,
ибо гармония образуется не из 'чего-нибудь, а из различных
и противоположных сторон, тонов, звуков и т. п.
"[Неразрывные] сочетания образуют целое и нецелое, сходящееся
и расходящееся, созвучие и разногласие; из всего одно
и из одного все [образуется]" (В 10). Без противоположностей
ТАБЛИЦА 2
ПРОТИВОПОЛОЖНОСТИ, ОТНОСЯЩИЕСЯ К ОБЩЕСТВЕННОЙ ЖИЗНИ,
ЧЕЛОВЕЧЕСКОМУ БЫТУ ИЛИ СОСТОЯНИЮ
(ФИЗИЧЕСКОМУ, ПСИХИЧЕСКОМУ. НРАВСТВЕННОМУ И Т. П.)
И К ЯВЛЕНИЯМ ВНЕШНЕГО МИРА
Политика, этика, право, экономика,
теория познания
Физиология, психология, психофизические
состояния, явления
действительности вообще
Война-мир (В 67)
Справедливо-несправедливо (В 102)
Наилучшие (немногие) - многие
(В 29, 104)
Один - десять тысяч (В 49)
Солома-золото (В 9)
Много (земли) - немного (золота)
(В 22)
Золото-товары (В 90)
Вечная (слава) - преходящие (вещи)
(В 29)
Рабы - свободные (53)
Присутствуя - отсутствуют (В 34)
Ежедневно встречаться - казаться
незнакомым '(В 72)
Имеют общение - расходятся (В 72)
Имя-дело (В 48)
Говорить - скрывать (В 93)
Бог-человек (В 53, 78, 79, 83, 102
и др.)
Жизнь-смерть (В 62, 48, 88)
Бессмертные (боги)-смертные люди
(В 62)
Болезнь - здоровье; усталость - отдых
(В ;1'11)
Влажная-сухая (душа) (В 117,
118)
Молодой-старый (В 88)
Муж-отрок (В 79, 117)
Недостаток - изобилие, изобилие -
голод (В 65, 67, 111)
Существует - не существует (В 49а)
Целое-нецелое (В 10)
Начало-конец (В 103)
Путь прямой-кривой (В 59 и др.)
нет гармонии 'в искусстве, в жизни, в космосе, ибо без них нечему
'было 'бы согласовываться. Без противоположностей нет
борьбы, ибо без них нечему бороться. Гармония и борьбадве
стороны единого целого, как "война-мир" (В 67). "Расходящееся
сходится, из различных [тонов]-прекраснейшая гармония,
и все возникает через борьбу" (В 8).
Борьба, будучи "духом" отрицания, является вместе с тем
и 'положительным началом. Она 'выражает динамическую сторону
'бытия, представляет собой 'порождение нужды и вечной
неудовлетворенности, источник всякого обновления. Гармония214
результат борьбы. Она-"душа" космоса; гармония прекрасна,
но заключает в себэ отрицательный момент-тенденцию к
застою и покою. А покой-"свойство мертвых". Борьба каждый
раз '"встряхивает" гармонию, ,не дает ей "умереть" или,
точнее, каждый раз обновляет ее (В 51) и таким образом сохраняет
и ее, и сам космос. Итак, отрицательное заключает в
себе положительное и, наоборот, 'положительное-отрицательное.
Они едины. В этой внутренней раздвоенности всего-тайна
единого бытия.
3. ОБЪЕКТИВНЫЙ
И СУБЪЕКТИВНЫЙ ЛОГОС,
ИХ ЕДИНСТВО
Все историки философии, за редкими исключениями, считают,
что термин "логос" впер.вые был введен в философию Гераклитом
Эфесским. Распространено также мнение, что учение
о логосе является центральным или одним из центральных в
мировоззрения эфесца*.
Выше (см. гл. "Стиль Гераклита") уже говорилось, что логос
Гераклита не есть ни чисто отвлеченное 'понятие, ни конкретный
образ, что логос есть образ-понятие, смыслообраз. Отмечалось
также, что ino своему смысловому значению логос равнозначен
понятию '"всеобщий", точнее, всеобщему 'порядку (закону)
вещей (В 2, 114). Остановимся на других возможных
смысловых значениях "логоса" в фрагментах Гераклита.
В смысле вечного и всеуправляющего начала термин "логос"
употреблен iB отрывках 1, 31, 72; в смысле объективного принципа,
определяющего единство всех вещей,-во фрагменте
50-м: "Не мне, но логосу 'внимая, мудро 'признат
...Закладка в соц.сетях
