Жанр: Любовные романы
Стеклянная свадьба
...ся? Хотя, признаться, эта встреча
выбила меня из колеи больше, чем что-либо другое за прошедший год.
Я вздохнула, вспомнив то, что тогда почувствовала, затем быстро написала:
С
любовью от Фейт и Грэма
. Потом пририсовала крестик под именем и маленькие
отпечатки лап. И приписала:
Надеюсь, у тебя все хорошо
. Довольная тем, что
получилось нежно и вместе с тем ни к чему не обязывало, я перевернула
открытку. На ней были протянутые навстречу руки — они будто касались вас. Не
знаю, почему я выбрала именно ее, просто она мне понравилась. В общем, я
быстро написала адрес офиса Питера и положила к другой почте. Не то чтобы я
хотела поскорей от нее отделаться, но пора было вести Грэма на прогулку. И
не то чтобы я надеялась, что, получив ее, Питер позвонит — в конце концов,
это просто поздравительная открытка.
Прогуливаясь по пустырю Чизуик, я гадала, как они будут отмечать этот день
рождения. Возможно, Энди устроит для него вечеринку с друзьями. Или они
выберут ужин a deux. А может, она поведет его в театр. Что же она ему
подарит? Вероятно, золотые запонки. Нет, скорее золотые наручники. Или
крепкий поводок. Она так вцепилась в него, а зубы у нее, как у пираньи; с
таким прикусом на волю не выпускают.
Время шло, Питер так и не позвонил, и я постаралась не думать о нем. В любом
случае, Джос был очень заботлив, теперь мы проводили вместе гораздо больше
времени. И на работе дел было порядком, хотя Терри и Софи продолжали
держаться друг с другом прохладно. Но если в студии и царил холод, за ее
пределами стало теплее. Облачный фронт прошел, и пояс высокого давления
пришел ему на смену.
— Итак, температура будет повышаться, — говорила я в четверг утром
без пяти восемь.
— Десять секунд, Фейт.
— И, как видно на диаграмме, — я нажала на кнопку, — давление
будет расти.
— Восемь, семь...
— Так что вскоре мы опять сможем насладиться солнцем.
— Слава богу.
— После обманувшего наши надежды холодного сентября.
— Шесть, пять...
— И будем надеяться...
— Три, два, один...
— Впереди нас ждет бабье лето.
— Ноль.
Побежали строчки. Я отправилась наверх просмотреть снимки и диаграммы. Я
взглянула на погодный домик — человечек сидел внутри, а его жена вышла. Я
как раз читала последний прогноз из метеобюро, когда зазвонил телефон.
— Фейт, это приемная, — пропел женский голос. — Не могли бы
вы спуститься? Вас ждет муж.
Я пулей вылетела и чуть не бегом заспешила по коридору. Что, боже мой, Питер
делает здесь в это время, в панике думала я, нажимая на кнопку лифта. В
голове выла сирена — должно быть, случилось что-то ужасное!
— В чем дело? — выпалила я на последнем дыхании, как только
увидела его в приемной. — Скорее говори, что произошло, почему ты
здесь?
— Ну... — начал он. Вид у него был напряженный и взволнованный.
— Да? — Я вся извелась. — Что?
— Видишь ли... — попробовал он начать снова. Я чувствовала, что
сейчас потеряю сознание:
— Просто скажи, Питер, что случилось?
Он покраснел.
— Понимаешь... сегодня мой день рождения, — признался он робко.
И что?
— Да, — сказала я недоуменно, — я знаю.
— И... я просто решил поблагодарить тебя за открытку.
— А, — слабо отозвалась я, — понятно.
— Она пришла вчера, это было так... мило с твоей стороны. И я захотел
поблагодарить тебя сам. Но я знал, что не смогу вечером, — продолжал
он, — потому что мы с Энди идем в ресторан, а днем я тоже не могу,
потому что еду в
Бишопсгейт
. Вот я и решил, что заскочу к тебе по пути на
работу.
— А, — вздохнула я наконец, — понятно. Но это совсем в другом
конце города, Питер. Тебе пришлось делать крюк в восемь миль.
— Ну да... Все правильно. Но дело в том, — он снова
покраснел, — что в день рождения ты всегда была со мной, и в этом году
мне тоже захотелось тебя увидеть.
К этому времени я уже улыбалась, и поймала себя на том, что можно наконец
успокоиться.
— Что ж, с днем рождения, Питер! — сказала я. Он стоял, опустив
руки, и просто смотрел на меня. Я сделала шаг вперед и поцеловала его в
щеку.
— С днем рождения! — повторила я, сдерживая смех. — Долгих
лет! Это все? — Я улыбнулась.
Он кивнул.
— Что ж, спасибо, что зашел.
— Подожди. Не уходи. Он удержал меня за руку.
— Мне надо было увидеть тебя, — добавил он тихо. — Но мне
трудно говорить, потому что...
Внезапно из кармана его пиджака послышалась знакомая мелодия. Он вздрогнул,
достал телефон и откинул крышку.
— Да. Привет. Да, — отвечал он. — Ммм. Послушай, у меня
сейчас встреча, давай созвонимся попозже. Да, хорошо, я перезвоню. Пока.
Он убрал телефон и поднял на меня виноватый взгляд.
— Она говорит, ей спокойнее, когда она знает, где я.
— Питер, — сказала я, — я очень рада тебя видеть, правда. Но
мне пора. У меня эфир через десять минут.
— Да-да, конечно.
Я улыбнулась на прощание.
— Фейт, — крикнул он мне в спину.
— Да? — Я обернулась. На лбу у него появилась капелька пота.
— Я еще кое-что хотел спросить.
— Да?
— Я хотел попросить тебя...
— Да?
— Может, ты согласилась бы...
— Что?
— В общем... Ты не поужинаешь со мной на следующей неделе?
В понедельник, полная мрачных предчувствий, я собиралась на встречу с
Питером. Иду на свидание с собственным мужем, усмехнулась я. И что же мне
надеть? Весь пол в спальне был уже устлан извлеченными из глубин шкафа, но
отвергнутыми вещами. Внезапно меня осенила догадка, и я отыскала розовое
платье без рукавов с глухим воротом. Нет, не потому, что оно нравилось
Питеру, хоть это и было его любимое, а просто потому, что оно было мягким и
теплым.
Джосу я не сказала, что встречаюсь с Питером; ему это знать ни к чему,
решила я. Лучше оставить за кадром. Однако, когда он позвонил, чтобы позвать
меня в кино, его приглашение застало меня врасплох.
— Прости, милый, — пролепетала я, — боюсь, сегодня я не могу.
— Да, а почему? — В его голосе звучал искренний интерес.
— Ну из-за работы... Ты же знаешь...
— Из-за работы? А что такое?
Я не ожидала такого внимания. Сердце подскочило, я лихорадочно искала
убедительное алиби.
— Это... семинар, — объяснила я.
— И на какую тему?
— Э, глобального потепления, — ответила я. Итак, в половину
седьмого я оглядела себя с ног до головы еще раз и отправилась на метро до
Чок-Фарм. Питер пригласил меня в ресторан
У Одетт
на Ридженс-парк-роуд.
Официант проводил меня к столику в дальнем конце зала, в закутке. Увидев
меня, Питер встал, обошел столик и прижался губами к моей щеке, потом
неожиданно обнял.
— Ох, Фейт, — сказал он, — как здорово, что ты здесь.
— Я тоже рада.
— Прекрасное платье!
— Что? Это? Да оно у меня уже сто лет.
— Я знаю, — кивнул он. — Я его помню. Тебе очень идет розовый
цвет.
Подошел официант, я заказала бокал белого вина. Мы сидели и поглядывали друг
на друга поверх меню, каждый со своего места. Мы смущались и краснели.
Посетители за соседними столиками ни за что не догадались бы, что мы женаты
пятнадцать лет.
— Так хорошо снова видеть тебя, — сказал Питер удивленно. —
Извини, что выбрал дальний столик, но здесь мы в безопасности. От нее.
— Звучит безрадостно.
— Так и есть. Тоска.
— И где ты сейчас, по ее мнению?
— На ужине в Сити. Я обещал, что вернусь к десяти. Но мне надо было
поговорить с тобой, Фейт, потому что... — Он вздохнул. — Просто
надо, и все.
Он мрачно уставился на свой джин с тоником.
— Фейт, — его голос прозвучал хрипло, — это сущий ад!
— Понимаю, — я покрутила вилку. Возможно, ему просто нужен совет.
— Это я и пытался сказать тебе на
Мадам Баттерфляй
, — объяснил
он, тяжело вздохнув. — Я хотел позвонить тебе на следующий же день, но
боялся, что это покажется тебе безумием.
Он сделал большой глоток из стакана. Я тихонько потягивала вино.
— Я больше так не могу, — простонал он, сжимая в кулаке салфетку.
И тут его будто прорвало. Энди оказалась собственницей, она душит его. Она
манипулирует им, и недостойно манипулирует. Ему неловко слушать ее
сюсюканье. Отпуск превратился для него в кошмар. У нее нет ни одной книги. И
она наврала ему про свой возраст.
— Она сказала, что ей тридцать шесть, — горько признался
он, — а ей не тридцать шесть. Ей сорок один.
— Не думала, что когда-нибудь мне придется защищать Энди, —
возразила я с твердостью, удивившей меня саму, — но тысячи женщин
срезают себе пару-тройку лет, это не преступление.
— Пусть так, но она-то обманывала меня полгода. И если бы Кейти не
нашла ее паспорт, я так и не узнал бы правду. И теперь я все время думаю, в
чем же еще она солгала. Это тупик, Фейт, я просто умираю!
— Правда? Он кивнул.
— Я решил уйти от нее. Как только наберусь мужества. Я бы мог просто
оставить записку на кухонном столе, — добавил он, — но так
поступают только трусы. Но что ни сделай — ей все равно не понравится, она
устроит кошмарную сцену!
Питер посмотрел на меня долгим взглядом и внезапно взял за руку.
— Фейт, — произнес он, — Фейт, я так виноват.
— Ничего, — прошептала я, — ничего.
— Я виноват во всем, я один. Я знаю. Я был идиотом, рассказав тебе про
свой роман.
— Нет, Питер, — сказала я твердо, — дело не в этом. Ты был
идиотом, закрутив этот роман.
— Да... Ты права. Но она льстила мне. Казалась такой привлекательной.
Это было необычно, и я дал увлечь себя. Я никогда не переставал любить тебя,
Фейт, но мы не слишком-то ладили в последнее время.
— Но все-таки ладили, — заметила я.
— Да, но мы были вместе так долго. Так долго, — повторил он, как
бы удивляясь тому, что это вообще возможно. — Пятнадцать лет, Фейт.
Пятнадцать лет! Тебе самой-то никогда не становилось скучно?
— Да нет, как-то не очень, — хмыкнула я, — горько слышать,
что становилось скучно тебе...
— А потом появилась Энди, и ее восторг в отношении меня... оживил меня.
Тебе никогда не хотелось этого, Фейт, — почувствовать себя заново
рожденной? Почувствовать, что что-то происходит? Что-то, что поднимает тебя
над унылыми буднями на самый пик жизни?
— Нет, — ответила я, крутя солонку, — я была счастлива тем,
что имела.
— И тебе не хотелось даже крошечной перемены?
— Теперь у нас достаточно перемен благодаря тебе. — Я взглянула на
него. — Питер, ты начал игру с огнем.
— Да, — сказал он, — и мне это нравилось поначалу. Мне
нравилась эта внезапная встряска. Ты все равно упрекала меня в неверности, я
и подумал, гори оно все ярким пламенем, у меня будет роман! И все. Это был
просто роман, мимолетное увлечение. Я не думал, что это коснется нас обоих,
но прежде, чем я успел оглянуться, наша жизнь разбилась на куски. Но еще не
поздно, Фейт, — добавил он в отчаянии. — Разве мы не можем
попытаться все исправить?
Вот оно. Я уставилась в тарелку с крабами, в голове проносились мысли, одна
противоречивее другой.
Он просто боится остаться один!
Останься с Джосом, он так хорошо к тебе относится!
Слишком много крови пролито!
Тот, кто поступил так один раз, поступит снова!
— Скажи что-нибудь, Фейт, — настойчиво попросил Питер, —
скажи, что мы сможем начать все сначала.
— Питер, — начала я осторожно, — все не так просто.
— Разве? Почему?
— Потому что я... встречаюсь с другим.
— Но ведь ты не можешь сказать, что абсолютно счастлива?
— С твоей стороны слишком самонадеянно утверждать подобное, но дело обстоит иначе. Я счастлива.
— Не думаю.
— Я очень счастлива, — повторила я и разломила пополам хрустящий
хлебец.
— Я не верю тебе, Фейт. И эта открытка, которую ты мне прислала,
говорит о том, что ты хочешь начать все сначала.
— Да нет же, — с негодованием воскликнула я, — мне всего лишь
понравилась картинка.
— И ты не просто поздравила меня с днем рождения, Фейт, ты пожелала
Долгих лет
!
— Ты вкладываешь дополнительный смысл в обычные слова, — ответила
я. — Дело в том, что я счастлива с Джосом.
— Фейт, — сказал Питер, — ты не умеешь лгать. Я знаю тебя, я
все чувствую. Кажется, Фрейд говорил, что правда о нас вылезает сквозь поры.
Я знаю правду о тебе.
— Но я счастлива с ним, — упорствовала я, в то время как подали
салат.
— Неужели?
— Ммм. Конечно. Безусловно, у нас были поначалу кое-какие
трудности, — добавила я, берясь за вилку, — и мне иногда бывает
сложно... понять его. И бывает, что я в чем-то не уверена.
Я заметила, что смотрю куда-то в сторону.
— Но, несмотря ни на что, мы подходим друг другу, — закончила
я, — и мы, короче говоря... мы теперь вместе.
— Хорошо, вы вместе. Но почему? В чем причина? Этот вопрос ты себе
задавала? Что именно тебя притягивает в нем?
— Ради бога, Питер! — не выдержала я. — Хватит с меня одной
Кейти. Я не на приеме у психотерапевта и не собираюсь выворачивать душу
наизнанку.
— Да мне просто любопытно, что держит тебя рядом с Джосом. Если бы он
был тебе небезразличен, ты сказала бы.
Ах вот как. Ну, хорошо.
— Меня держит рядом с ним то, — начала я спокойно, — что он
думает и заботится обо мне, а после разрыва с тобой мне было одиноко, больно
и страшно. И тут появился Джос, он помог мне все это выдержать. Он
симпатичный, он очень талантливый, и прекрасно относится к детям, и... ну, я
не знаю, Питер, я просто привыкла к нему!
— Привыкла? Ты говоришь о нем, как о пуфике, который тебе не очень по
вкусу. И это все, Фейт? Это все твои доводы?
— Да, — ответила я, — все.
— Этого не достаточно.
— Неужели? Люди живут вместе, имея в запасе значительно меньше.
— Есть один довод, Фейт, который ты не привела, — добавил он,
берясь за нож, — один-единственный важный довод, который ты упустила.
— Какой?
— Ты не сказала, что любишь его. Так?
— Послушай...
— Это единственное, чего ты не сказала.
— Я этого не сказала, — я напряглась, — потому что... это
само собой разумеется.
— Вовсе нет.
— Питер, ты начинаешь действовать мне на нервы!
— А ты обманываешь себя.
— Пойми, — сказала я решительно, — я сочувствую тебе, мне
жаль, что твой роман зашел в тупик, но если ты считаешь, что это дает тебе
право разрушать мою личную жизнь, то ты очень, очень заблуждаешься.
Питер улыбнулся одной из своих многозначительных улыбочек, которые всегда
меня раздражали, и откинулся на спинку стула.
— Личную жизнь? — полюбопытствовал он. — Ты сама-то хоть
веришь в то, что она есть?
— Естественно, верю. Мы с Джосом собираемся вступить в брак.
— От слова
браковать
?
— Нет. Мы собираемся пожениться.
— Ах, вот как? Значит, все так серьезно?
— Да, серьезно.
— И где же ты сейчас находишься, по мнению человека с серьезными
намерениями?
— В каком смысле?
— В прямом. Что ты ему сказала?
— Э... — Я сглотнула.
— Ну, он знает, что ты встречаешься со мной?
— Нет, — ответила я, допив вино, — вообще-то не знает.
— А-га!
— Я сказала ему...
— Да?
— Что я на семинаре.
— Получается, ты его обманываешь.
— Нет.
— Да!
— Это не совсем обман, — уточнила я, крутя в пальцах ножку бокала.
— Обмана не бывает
не совсем
! — победоносно заключил
Питер. — Ты обманула его, потому что не хотела, чтобы он знал, что ты
встречаешься со мной.
— Ну...
— Но если бы ваши отношения были так безоблачны, как ты мне только что
живописала, ты сказала бы ему правду.
Я барабанила ногтями по столу.
— Ты не хотела, чтобы он знал.
— Послушай, — начала я строго, лицо у меня пылало, — давай
поставим на этом точку. Я с Джосом. Он никогда не предавал меня. И да, он
мне дорог.
— Но любишь ли ты его?
— Дело не в этом.
— В этом. И почему ты не смотришь мне в глаза?
— Я повторяю: я не могу взять и бросить Джоса только потому, что ты
решил избавиться от Энди.
— Можешь! — сказал он с нажимом. — Конечно, можешь! Что такое
шесть месяцев по сравнению с пятнадцатью годами? Вернись ко мне,
Фейт, — добавил он. — Ты не любишь Джоса. Вернись, и мы все начнем
сначала.
— Нет, Питер, я не могу, — ответила я. — Это нечестно. Мы с
Джосом уже в одной упряжке. Я имею в виду, мы много времени проводим вместе,
мы скоро едем в отпуск.
— О боже, — внезапно воскликнул Питер, взглянув на часы. —
Уже половина десятого. Мне пора.
Он расплатился, и мы вышли на улицу поймать такси.
— Отправляйся первым, — сказала я, увидев желтый мигающий
свет. — Он назвал водителю адрес Энди и повернулся ко мне.
— Я не хочу терять тебя, Фейт, — проговорил он тихо. —
Подумай, пожалуйста, еще раз, пока не поздно.
Я внимательно посмотрела на него.
— Я не могу.
— Ты обманываешь себя, Фейт, — добавил он, — уговариваешь,
что все так, как тебе хочется, но на самом деле ты обманываешь и себя, и
его, — закончил он с улыбкой.
— Питер, — вздохнула я, — послушай. Я не хотела бы ранить
твои чувства, я рада, что мы увиделись сегодня, и мне очень жаль, что ты
несчастен, и я ценю твое нелегкое признание в том, что ты совершил ошибку,
но если ты думаешь, что я в восторге от перспективы снова оказаться в
эмоциональной яме только потому, что ты, пустив под откос наш брак, решил,
что нам пора вернуться в объятия друг друга, как в какой-то дешевой
мелодраме, то я...
Внезапно Питер сгреб меня в охапку и, не выпуская, поцеловал в губы. Меня
окатила жгучая волна, тело пронзила молния — так он не целовал меня уже
много лет.
— Прости, — пробормотал он, отстраняясь. — Я люблю тебя,
Фейт. Всегда любил. Я думаю, что и ты все еще любишь меня.
Он сел в такси и опустил стекло.
— Любишь ведь?
— Нет, — слабо возразила я. — Не люблю.
— Любишь-любишь. Просто ты еще злишься и не хочешь сдаваться. Но ты
меня любишь, я это точно знаю.
— Ты что, не слышишь меня? — возмутилась я. — Не люблю!
— Врешь! — радостно крикнул он, и такси тронулось.
— Я НЕ ВРУ! — крикнула я вдогонку.
— Ты меня любишь, Фейт, — такси уже сворачивало за угол, —
все еще любишь, иначе ты не стояла бы посреди улицы!
— НЕТ, НЕ ЛЮБЛЮ, — крикнула я в ответ, — и я уже здесь НЕ
СТОЮ!
— О, было очень интересно, — рассказывала я па следующий день
Джосу, когда он позвонил узнать, как прошел семинар.
— А где это было?
— В Королевском географическом обществе, — соврала я так гладко,
что даже похвалила себя. — Всемирное потепление — это очень серьезная
проблема, — добавила я, — я как раз интересуюсь этой темой.
— И что, есть новые разработки?
— Да... несколько, — сказала я. — Пока немного.
— Например?
— Ну, метеорологи... пытаются сейчас пересмотреть создавшуюся ситуацию.
— Каким образом?
— Мы убеждены, что атмосфера действительно становится теплее, однако
пока нет уверенности, постоянное это явление или временное. Просто
невероятно! — добавила я. — Собственно говоря, это будет
двухнедельный цикл лекций, я твердо решила на них ходить. Понимаешь,
парниковый эффект состоит в том, что...
Внезапно Грэм громко залаял.
— Извини, Джос, — быстро сказала я, — кто-то пришел. Я
перезвоню.
— Миссис Смит? — уточнил доставщик. Он держал огромный букет роз.
— Да, это я.
— Магазин
Флорибунда
. Распишитесь здесь, пожалуйста.
Держа в руках охапку светлых роз на толстых стеблях и широко улыбаясь, я
заперла за ним дверь и тут же нетерпеливо открыла записку, гадая, кто же
прислал букет. Мечтаю вернуть свою веру, — говорилось в ней.
— Спасибо, Питер, — благодарила я несколько секунд спустя,
прижимая трубку к уху дрожащей рукой. — Спасибо, — повторила
я. — Они прекрасны.
— Я вспомнил, что ты любишь розовые.
— Да, обожаю.
Повисло неловкое молчание.
— Я очень рад был повидать тебя вчера, — добавил он.
— Ммм.
— Я не хочу потерять тебя.
— Я понимаю.
— Ты подумала о том, что я говорил?
— Да.
— И?
— Боюсь, мой ответ остается
нет
.
— Тогда нам, наверное, стоит еще раз поужинать, что скажешь?
Я покрутила телефонный шнур.
— Пожалуй.
Я решила не рассказывать Лили про наши короткие встречи с Питером. Обычно я
все рассказываю ей, но на этот раз у меня было чувство, что она не одобрит
мои поступки. Скажет, что я сошла с ума, раз ставлю на карту отношения с
Джосом. А ведь это не так. В конце концов, утешала я себя, я верна ему. А
раз так, то никто не пострадает. И в любом случае, размышляла я, почему бы
не остаться друзьями с без пяти минут бывшим мужем? Кроме того, я не обязана
отчитываться перед Лили и Джосом. Но лучше было не рисковать, и записку
Питера, присланную с розами, я предусмотрительно убрала с глаз долой. Когда
Джос спросил, откуда цветы, я спокойно ответила, что от поклонника.
— Кто он? — спросил он, пристально глядя на тридцать чудесных роз
в высокой вазе.
— Не знаю, — отвечала я. — Какой-то парень.
— Что ж, он к тебе явно не равнодушен.
— Ммм, — согласилась я рассеянно, — пожалуй.
— Тебе о нем что-нибудь известно?
— Ну так, немного.
— Может, тебе стоит поинтересоваться, все ли у него в порядке с
психикой.
— Да, ты прав, наверное.
— Будь очень осторожна с этими настырными типами, — продолжал Джос
серьезно. — Если он будет докучать тебе, дай мне знать. Обещаешь, Фейт?
Обещаешь?
— Не волнуйся, — сказала я, — обещаю.
На следующей неделе мы снова встречались с Питером, на этот раз в Докленде,
на Понт де ла Тур. Было так приятно сидеть на открытой террасе с видом на
Темзу, блестевшую на солнце серебряной гладью, и вдыхать божественно теплый
воздух.
— Здесь восхитительно, правда? — сказал Питер, подняв взгляд на
Тауэрский мост.
Я кивнула.
— Мне снятся мосты, — продолжал он. Моя рука с бокалом замерла в
воздухе.
— Забавно, — сказала я.&n
...Закладка в соц.сетях
