Жанр: Философия
Опыт о человеческом разумении
... концов
заключает в себе только то, что составлено
из простых идей, полученных в уме от чувств
и впоследствии соединенных благодаря
способности ума повторять свои идеи; хотя,
говорю, этих примеров простых модусов
простых идей ощущения могло бы быть
достаточно для того, чтобы показать, как ум
к ним приходит, однако я из методологических
соображений, хотя и вкратце, коснусь
некоторых других и потом уже перейду к более
сложным идеям.
3. Модусы звуков. Подобное же разнообразие
находим мы и в звуках. Каждое
членораздельное слово есть особая
модификация звука. Отсюда видно, что чувство
слуха при помощи таких модификаций
доставляет уму различные идеи почти в
бесконечном числе. Помимо отчетливо
воспринимаемых криков птиц и зверей
модификации звуков получаются также от
разнообразных нот различной длины,
образующих сложную идею, называемую
мелодией, которую музыкант может иметь в уме
своем, вовсе не слыша или не производя
никакого звука, благодаря размышлению об
идеях этих звуков, молчаливо соединяемых
таким образом в его воображении.
275
5. Модусы вкусов. Все смешанные вкусы и
запахи суть также модусы, составленные из
простых идей этих чувств. Но, не имея по
большей части для них названий, мы обращаем
на них меньше внимания и не можем выразить
их письменно. Поэтому я должен без
перечисления предоставить их мыслям и опыту
читателя.
6. Вообще можно заметить, что те простые
модусы, которые рассматриваются лишь как
различные степени одной и той же простой
идеи, хотя многие из них сами по себе
являются совершенно отличными друг от друга
идеями, обыкновенно не имеют самостоятельных
имен, не выделяются как отдельные идеи,
когда разница между ними лишь очень мала.
Упускают ли люди эти модусы из виду и не
дают им названий потому, что не имеют мер
для точного их различения, или потому, что в
случае такого различения это знание не дало
бы никакой общей или необходимой пользы, я
предоставляю подумать другим. Для моей же
цели достаточно показать, что все наши
простые идеи приходят в ум только через
ощущение и рефлексию и что, когда ум их
имеет, он может различным образом повторять
и соединять их, составляя таким образом
новые сложные идеи. Но хотя белизна,
краснота или сладость и т. д. не были
видоизменены или составлены в сложные идеи
путем различных сочетаний таким образом,
чтобы получить имена и быть разделенными на
виды, то некоторые другие простые идеи
(например, указанные выше идеи единства,
продолжительности, движения и т. д., а также
силы и мышления) видоизменялись именно так,
образовав великое множество различных
сложных идей, имеющих свои особые имена.
1. Ощущение, воспоминание, созерцание и т.
д. Когда ум обращает свой взор внутрь, на
себя, и созерцает свои
2. Таковы некоторые примеры различных
модусов мышления, которые ум может наблюдать
в себе и таким образом иметь такие же
различные идеи их, как он имеет идеи белого
и красного, квадрата или круга. Я не думаю
перечислять их все и подробно рассматривать
этот ряд идей, получаемых от рефлексии: это
составило бы целый том. Для моей настоящей
цели достаточно показать здесь на немногих
примерах, какого рода эти идеи и как к ним
приходит ум, тем более что позже я буду
а 64
тельных действии ума и модусов мышления .
4. Следовательно, вероятно, что мышление
есть действие, а не сущность души. Это
различие между напряжением и расслаблением
ума при мышлении в диапазоне великого
множества разных степеней - от серьезного
изучения до полного невнимания, я думаю,
каждый испытал на себе. Проследите это еще
дальше, и вы найдете ум во сне как бы
удалившимся от чувств и оказавшимся вне
досягаемости тех возбуждений органов чувств,
которые в другое время вызывают очень живые
и выразительные идеи. Мне не нужно для этого
приводить в пример людей, которые спят
грозовые ночи напролет, не слыша грома, не
видя молний и не чувствуя сотрясений дома,
достаточно заметных для бодрствующих. Но в
этом своем удалении от чувств ум часто
сохраняет еще более свободный и бессвязный
способ мышления, который мы называем
сновидением. Глубокий сон наконец совершенно
задвигает занавес и кладет предел всяким
явлениям. Это, я полагаю, почти все испытали
на себе, и, что это так, без труда
показывает каждому его собственное
наблюдение. Дальнейшее заключение, которое я
хотел бы вывести отсюда,
СТРАДАНИЯ
1. Удовольствие и страдание - простые идеи.
Среди простых идей, получаемых и от ощущения
и от рефлексии, страдание и удовольствие
являются очень значительными. Как в теле
ощущение или бывает просто само по себе. или
сопровождается страданием либо
удовольствием, так и мысль, или восприятие в
уме, или бывает простой, самой по себе, или
точно так же сопровождается удовольствием
либо страданием, наслаждением либо печалью -
называйте это как хотите. Подобно другим
простым идеям, эти идеи не могут быть
описаным их названиям нельзя дать
определения. Единственный способ познать их,
как и другие простые идеи чувств, есть опыт.
Дать им определение исходя из наличия добра
или зла - не что иное, как сделать их
известными нам, заставляя нас размышлять
только о том, что мы в себе чувствуем при
различных воздействиях добра и зла на наш
ум, поскольку добро и зло различным образом
относятся к нам или рассматриваются нами.
3. Наши страсти движимы добром и злом.
Удовольствие и страдание и то, что их
вызывает,- добро и зло суть стержни, вокруг
которых вращаются наши страсти. И если мы
поразмыслим о себе и понаблюдаем, как они
при различных обстоятельствах на нас
воздействуют и какие модификации или
настроения ума, какие внутренние ощущения
(если можно так назвать их) производят, то
мы можем составить себе идеи наших страстей.
4. Любовь. Так, каждый размышляющий человек
при мысли о наслаждении, которое может
доставить ему присутствие или отсутствие
какой-нибудь вещи, имеет идею, называемую
нами любовью. Если человек заявляет осенью,
когда он ест виноград, или весной, когда его
совсем нет, что он любит виноград, то его
восхищает не что иное, как вкус винограда.
Пусть он изза перемены в здоровье или
организме не испытывает наслаждения от этого
вкуса, и уже нельзя будет больше сказать,
что он любит виноград.
7. Радость. Радость есть наслаждение ума от
рассмотрения им настоящего или несомненно
приближающегося обладания благом, а владеем
благом мы тогда, когда оно находится в нашей
власти, так что мы можем пользоваться им,
когда нам угодно. Так, человек, близкий к
голодной смерти, радуется приходу помощи
даже до того, как он испытывает удовольствие
от пользования ею; отец, которому доставляет
наслаждение само благополучие его детей,
обладает этим благом все время, пока его
дети находятся в таком положении, ибо ему
нужно только подумать об этом, чтобы иметь
это удовольствие. _
8. Печаль. Печаль есть беспокойство души при
Мигели о потерянном благе, которым можно
было бы пользоваться дольше, или же чувство
зла, имеющегося в настоящий момент.
10. Страх. Страх есть беспокойство души при
мысли о будущем зле, которое, вероятно, на
нас обрушится.
11. Отчаяние. Отчаяние есть мысль о
недостижимости
12. Гнев. Гнев есть беспокойство или
волнение душ] при получении какого-нибудь
оскорбления; ему сопут ствует намерение
немедленно отомстить.
13. Зависть. Зависть есть беспокойство души,
вызванно сознанием того, что желательным нам
благом завладе. другой, который, по нашему
мнению, не должен обладат им раньше нас.
и страданием. Так, мы распространяем
обыкновенно CBO! ненависть на тот объект (по
крайней мере если он дек ствует сознательно
или произвольно), который причини нам
страдание, потому что внушенный им страх ест
постоянное страдание. Но мы нс столь
постоянно люби то, что принесло нам добро,
потому что удовольстви действует на нас не
так сильно, как страдание, и потом что мы не
очень расположены надеяться, что оно снов
принесет нам добро. Но это между прочим.
15. Что такое удовольствие и страдание? Под
удоволг ствием и страданием, наслаждением и
беспокойством постоянно разумею (как я
указал выше) не только теле" ное страдание и
удовольствие, но и всякое испытываемо нами
наслаждение или беспокойство, которое
вытекает к любого приятного или неприятного
ощущения или pe(j лексии.
18. Эти примеры показывают, как наши идеи
страстей приобретаются от ощущения и
рефлексии. Я не ошибусь [.полагая,] что то
[.что я пишу,] считают исследованием о
страстях. Но страстей гораздо больше, чем я
назвал здесь, да и каждая из тех, на которые
я обратил внимание, требует гораздо более
подробного и тщательного исследования. Я
упомянул здесь о них только как о примерах
модусо" удовольствия и страдания,
получающихся в нашем уме в результате
различного рассмотрения добра и зла. Быть
может, я мог бы привести в пример более
простые модусы удовольствия и страдания,
например страдание от голода и жажды и
удовольствие от еды и питья для устранения
голода и жажды; страдание от слабого зрения
и удовольствие от музыки; страдание от
двусмысленного и малопоучительного спора и
удовольствие от разумной беседы с другом или
от занятия, направленного на поиск и
открытия истины. Но так как страсти для нас
гораздо важнее, то я предпочел привести в
пример именно их и показать, как наши идеи
страстей происходят от ощущения и рефлексии.
СПОСОБНОСТЯХ] (OF POWER)
2. Сила активная и пассивная.
Рассматриваемая таким образом сила бывает
двоякой, а именно она способна или
производить перемену, или воспринимать ее; в
первом [случае] ее можно назвать активной,
во втором - пассивной силой. Быть может,
заслуживает рассмотрения вопрос о том, не
является ли материя совершенно лишенной
активной силы, в то время как ее творец,
бог, конечно превыше всякой пассивной силы,
и не является ли промежуточное состояние,
которое занимают сотворенные духи
единственно обеспечивающим наличие и
активной и пассивной силы. Я не буду
вдаваться в это исследование теперь: моя
задача в настоящий момент - не углубляться в
поиски источника силы, а исследовать, как мы
приходим к идее силы. Но поскольку [считают,
что] активны( силы составляют весьма
значительную часть наших сложных идей о
природных субстанциях (как мы увидим позже),
постольку я говорю о них именно как о
таковьп в соответствии с общим мнением; но
на деле, быть может они вовсе не такие уж
активные силы, как СКЛОННЕ представлять себе
их наша торопливая мысль, и потому f считаю
нелишним направить этим намеком наши мысл! к
размышлениям о боге и духах для составления
воз можно более ясной идеи активной силы.
3. Сила включает отношение. Я признаю, что
силг включает в себя некоторого рода
отношение - отношени" к действию или
перемене. В самом деле, какие из нашш идей
любого вида не заключают его в себе, если
внима
4. Наиболее ясная идея активной силы
получается от духа. Нас в изобилии снабжают
идеей пассивной силы ощущаемые вещи почти
всех видов. Мы не можем не замечать, что в
большинстве вещей их чувственные качества,
даже самые их субстанции, подвержены
непрерывным изменениям, потому мы не без
основания считаем их и далее способными к
тем же изменениям. Не меньше у нас примеров
и активной силы (этото и есть более точное
значение слова "сила"), ибо всегда, когда
замечается перемена, ум должен делать вывод,
что есть сила, способная производить эту
перемену, так же как в самой вещи -
возможность воспринять ее. И тем не менее
если мы будем рассматривать этот вопрос
более внимательно, то увидим, что тела не
доставляют нам через наши чувства идеи
активной силы столь же ясной и отчетливой,
как та идея, которую мы получаем от
рефлексии о деятельности нашего ума. Так как
всякая сила относится к действию и так как
существует только два рода действий, идеи
которых есть у нас, а именно мышление и
движение, то посмотрим, откуда получаем мы
наиболее ясные идеи сил, производящих эти
действия. (1) Идеи мышления тело вовсе не
доставляет нам; мы получаем ее только от
рефлексии. (2) Не получаем мы также от тела
никакой идеи начала движения. Тело,
находящееся в покое, не дает нам никакой
идеи активной силы, способной двигать; а
когда оно само приведено в движение, это
движение есть в нем скорее пассивное
состояние, нежели действие. Когда биллиардный
шар повинуется удару кия, это не
действие шара, а только пассивное состояние,
и тогда, когда этот шар толчком приводит в
движение другой шар, находящийся на его
пути, он лишь сообщает ему движение,
Посмотри в окно!
Чтобы сохранить великий дар природы — зрение,
врачи рекомендуют читать непрерывно не более 45–50 минут,
а потом делать перерыв для ослабления мышц глаза.
В перерывах между чтением полезны
гимнастические упражнения: переключение зрения с ближней точки на более дальнюю.
полученное от другого тела, и сам теряет
столько же движения, сколько другой шар его
получает. Пока мы замечаем, что тело только
передает движение, но не производит его, мы
получаем лишь очень смутную идею активной
силы тела, способной приводить в движение,
ибо идея силы, способной не производить
действия, а сохранять пассивное состояние,
есть лишь очень смутная идея. А таково и
есть движение в теле, выведенном [из покоя]
толчком другого тела: сохранение
произведенного в нем изменения от покоя к
движению есть действие в немного большей
степени, чем сохранение изменения его формы
под влиянием того же самого толчка. Идею
начала движения мы получаем только из
рефлексии о том, что происходит в нас самих:
ведь мы знаем по опыту, что одним только
хотением, одной своей мыслью в уме можем
привести в движение те части нашего тела,
которые до этого находились в покое. Так что
мне кажется, чтс из наблюдения при помощи
своих чувств над действием тел мы получаем
лишь очень несовершенную, неясную идею
активной силы, потому что тела сами по себе
нс дают нам идеи силы, способной начать
какое-нибудь действие, движение или мысль.
Но если кто думает, чтс можно иметь ясную
идею силы от наблюдений над толчками,
которыми одно тело воздействует на другое,
то этс вполне служит моей цели, потому что
ощущение естъ один из тех путей, которыми ум
приходит к своим идеям. Я только считал, что
здесь стоит рассмотреть, между прочим, не
получает ли ум своей идеи активной силы от
рефлексии над своей собственной
деятельностью в боле( ясном виде, нежели от
ощущения внешних вещей.
5. Две силы: воля и разум. Я считаю
очевидным ш крайней мере то, что мы находим
в себе силу начат! различного рода действия
нашего ума и движения нашего тела или
воздержаться от них, продолжить или кончит!
их - [и все это] с помощью одной лишь мысли
ИЛР предрасположения ума, приказывающего
или, так сказать повелевающего совершить или
не совершить такоето отдельное действие.
Эта сила ума, способная распоряжаться
рассмотрением или воздержанием от
рассмотрения какой нибудь идеи либо
способная предпочесть движение какой-нибудь
части тела ее покою, и наоборот, эта сила в
каж дом отдельном случае есть то, что мы
называем волей Действительное применение
этой силы, состоящее в управ лении какимнибудь
отдельным действием или в воздер
жании от него, есть то, что мы называем
хотением (voli2)
восприятие значения знаков; 3) восприятие
связи или противоречия, согласия или
несогласия, существующих между какими-либо
нашими идеями. Все эти идеи приписываются
разумению, или силе восприятия, хотя
практика (use) позволяет сказать, что мы
понимаем только последние два [вида].
6. Способности (faculties). Эти силы ума, а
именно сила восприятия и сила предпочтения,
называются обыкновенно другим словом; по
обычному способу выражения, разумение и воля
суть две способности ума - слово, которое
было бы довольно точным, если бы только его,
как и все другие слова, употребляли так,
чтобы не порождать в человеческой мысли
путаницу, предполагая (а это, подозреваю,
делалось), что оно обозначает некоторые
реальные существа в душе, которые совершают
эти действия разумения и хотения. В самом
деле, когда мы говорим, что воля есть
повелевающая и высшая способность души, что
она свободна или несвободна, что она
определяет низшие способности, что она
следует велениям разума и т. д., то хотя
такие и подобные им выражения могут быть
поняты в ясном и определенном смысле теми,
кто внимательно следит за своими идеями и в
своем мышлении руководствуется более
очевидностью вещей, нежели звуками слов,
однако, повторяю я, на мой взгляд, такой
способ выражения относительно способностей
привел многих к путаному понятию о столькихто
различных действующих в нас силах,
которые имеют свои особые области действий и
полномочия, которые повелевают, повинуются и
совершают различные действия как особые
существа, что в значительной степени было
причиной споров, неясностей и неуверенности
в вопросах относительно их.
9. Свобода предполагает разум и волю. Никто
не считает свободно действующей силой
теннисный мяч, все равно, приведен ли он в
движение ударом ракетки или находится все
время в покое. Если мы исследуем причину
Ытакого убеждения], то найдем ее в том, что
Ыневозможно] представить себе, чтобы
теннисный мяч мыслил и, следовательно, имел
какое-либо хотение или предпочтение движения
покою или наоборот; стало быть, у него нет
свободы, он не свободно действующая сила, и
всякое его движение и покой подводятся под
нашу идею необходимости, и именно так о них
и говорят. Подобным же образом человек,
падающий в воду (когда под ним обрушивается
мост), не имеет в этом случае свободы, не
есть свободно действующее лицо. Хотя у него
есть хотение, хотя он предпочитает не
падать, чем падать, но воздержаться от этого
движения не в его власти, остановка или
прекращение этого движения не могут
подчиняться его хотению, и, стало быть, в
этом он не свободен. Никто не считает также
свободным в своих действиях человека,
ударившего себя или своего друга судорожным
движением руки, остановить которое или
воздержаться
10 Джон Локк 289
10. Свобода не относится к хотению. Далее
допустим, что кого-нибудь во время глубокого
сна внесли в комнату, где находится человек,
с которым спящий жаждет повидаться и
поговорить, и что его крепко заперли здесь,
так что не в его власти уйти; он
просыпается, рад видеть себя в таком
желанном обществе и охотно остается, т. е.
предпочитает оставаться, а не уходить. Я
спрашиваю, разве не остается он здесь по
доброй воле? Мне кажется, никто не усомнится
в этом; и тем не менее очевидно, что, так
как человек крепко заперт, он не волен не
остаться, у него нет свободы уйти. Так что
свобода есть идея, относящаяся не к хотению
или предпочтению, но к лицу, обладающему
силой действовать или воздерживаться от
действия согласно выбору или распоряжению
ума. Наша идея свободы простирается так же
далеко, как и эта сила, но не дальше. Ибо,
где сдерживание ограничивает эту силу либо
где принуждение устраняет эту нейтральность
способности той или другой стороны
действовать или воздерживаться от действия,
там свобода, а также наше понятие о ней
сейчас же прекращается.
11. Произвольность противоположна
непроизвольности, а не необходимости.
Примеров этому у нас достаточно, часто более
чем достаточно, в нашем собственном теле.
Сердце бьется, кровь циркулирует, и не во
власти человека остановить это какой-либо
мыслью или хотением. Стало быть, в отношении
этих движений, где покой зависит не от его
выбора и не может быть следствием решения
его ума, если бы он предпочел его, человек
не является свободно действующим лицом.
Судороги приводят в движение его ноги, так
что, как бы сильно он ни хотел этого, он всетаки
никакой силой своего ума не может
остановить их и все время приплясывает (как
бывает при том странном недуге, который
называется пляской святого Вита); он не
свободен в этом действии, но подчинен
необходимости двигаться, так же как падающий
камень или теннисный мяч, отбитый ударом
ракетки. С другой стороны, паралич или
колодки не позволяют ногам повиноваться
решению ума, если бы ум пожелал переместить
тело в другое место. Во всех этих случаях
нет свободы, хотя спокойное положение
произвольным бывает на деле даже у
паралитика в то время, когда он предпочитает
покой движению. Произвольность, стало быть,
12. Что такое свобода? С мыслями нашего ума
бывае то же, что и с движениями тела: где
мысль таковг что мы властны принять или
отложить ее согласно прел почтению ума, там
мы свободны. Бодрствующий челове!
подчиненный необходимости постоянно иметь в
уме свое;
какие-нибудь идеи, не свободен мыслить или
не мыслит! как не свободен он сделать так,
чтобы его тело касалос или не касалось
какого-нибудь другого тела; но част от его
выбора зависит перенести свое размышление с
одно идеи на другую; и тогда в отношении
своих идей о свободен так же, как и в
отношении тел, на которые о опирается: он
может по желанию перейти от одной иде к
другой. Но все же некоторых идей ум, так же
ка тело - некоторых движений, при известных
условиях и;
13. Что такое необходимость? Где совершенно
не мысли или силы действовать или
воздержаться от де{ ствия согласно указанию
мысли, там имеет место необх1 димость. В
существе, способном к хотению, она называете
принуждением, когда начало или продолжение
какого нибудь действия противно тому, что
предпочитает его ув и сдерживанием, когда
хотению противостоит помеха, з" держивающая
какое-нибудь действие или прекращающа его.
Действующие силы, вообще не имеющие ни мысл]
ни хотения, бывают необходимыми движущими
силам во всякой вещи.
14. Свобода не присуща воле. Если это так (а
та]
15. Хотение. Трудность объяснения и ясного
выражения в словах, обозначающих понятия
внутренних действий, столь велика, что я
должен здесь предупредить читателя, что
употребляемые мною выражения "распоряжение",
"указание", "выбор", "предпочтение" будут
недостаточно четко выражать хотение, если он
не поразмыслит о том, что он делает сам,
когда хочет. Например, предпочтение,
которое, пожалуй, лучше всего выражает акт
воли, на деле выражает его неточно.
Предпочитал ли летать хотя ктонибудь, а не
ходить, разве ктонибудь скажет, что он
хочет летать? Ясно, что хотение есть акт
ума, сознательно проявляющего свою власть,
которую он стремится иметь над какой-нибудь
способностью человека, привлекая ее к какомунибудь
отдельному действию или удерживая ее
от него. И что такое воля, как не
способность делать это? И разве она есть в
самом деле чтонибудь большее, чем сила -
сила ума побуждать свою мысль совершать,
продолжать или прекращать какое-нибудь
действие, насколько оно от нас зависит?
Можно ли, в самом деле, отрицать, что всякая
действующая сила, способная мыслить о своих
действиях и предпочитать совершение или
несовершение одного действия совершению или
несовершению другого, имеет ту способность,
которая называется волей? В таком случае
воля есть не что иное, как такая сила.
Свобода, с другой стороны, есть сила
человека совершить какое-нибудь отдельное
согласно тому, как сам человек этого хочет.
16. Силы относятся к действующим причинам.
Ясно, таким образом, что воля есть не что
иное, как одна сила, или способность, а
свобода - другая сила, или способность.
Стало быть, спрашивать, имеет ли воля
свободу,- значит спрашивать, имеет ли одна
сил другую силу, одна способность - другую
способность,- вопрос, который с первого же
взгляда представляется слишком нелепым для
того, чтобы возбудить спор или нуждаться в
ответе. Кто, в самом деле, не видит того,
что силь присущи только действующим причинам
и бывают свойствами только субстанций, а не
самих сил7 Стало быть так ставить вопрос -
"свободна ли воля?" - означает ш деле
спрашивать, есть ли воля субстанция или
действующая сила, или по крайней мере
предполагать это, потому что ни к чему
другому "свободу", собственно говоря нельзя
отнести. Если свобода в подлинном значении
слов. может быть приложена к силе, то ее
можно приписал только силе человека,
способной совершать движения i различных
органах его тела или воздерживаться от ш
совершения по выбору или предпочтению. Но
это именн" и дает человеку имя свободного, и
есть сама свобода Если же кто спросит,
свободна ли свобода, то его можн!
заподозрить в недопонимании своих
собственных слов i признать достойным ушей
Мидаса, который, зная, чт" слово "богатый"
происходит от владения богатством, все таки
спросил, богато ли само богатство.
18. Тем не менее подобный способ выражения
преобладал и, полагаю, явился причиной
большой путаницы. Так как это все суть
различные силы [и способности] в уме или в
человеке совершать различные действия, то
человек пользуется им-и, как считает нужным,
но способность совершить одно действие не
подвержена влиянию со стороны способности
совершать другое действие. Ни сила мышления
не действует на силу выбора, ни сила выбора
- на силу мышления, подобно тому как ни
способность исполнения танцев не действует
на способность к пению, ни способность пения
- на способность исполнения танцев, что
легко усмотрит всякий, кто только подумает
об этом. А между тем именно указанный смысл
имеет наше утверждение, что воля действует
на разум или разум на волю.
19. Я согласен с тем, что та или другая
мысль, действующая в данный момент, может
быть поводом к хотению или применению
способности человека выбирать, что выбор,
который ум делает в данный момент, может
быть причиной мышления о той или другой вещи
в данный момент, подобно тому как пение
такойто мелодии в данный момент может быть
поводом к исполнению такогото танца, а
исполнение такогото танца в данный момент -
поводом к пению такойто мелодии. Но во всех
этих случаях не одна сила действует на
другую, а ум действует и проявляет эти
способности, это человек совершает действия,
это действующая причина обладает силой или
может действовать. Ибо силы [и способности]
суть отношения, а не действующие причины;
только то, что обладает или не обладает
силой действовать, только то
20. Свобода не присуща воле. Поводом к
такому способу рассуждения послужило
приписывание способностям того, что им не
принадлежит. Но на мой взгляд, введение в
исследования об у
...Закладка в соц.сетях
