Жанр: Любовные романы
Собачье счастье
...тся падать с лестницы и проделывать разные
штуки на мотоцикле. Не откажусь я и от хорошей автомобильной
катастрофы. — Тут я заметила, что подошедший мальчик бросает на Маркуса
удивленные взгляды. — Довольно интересно и когда тебя взрывают, —
добавил он, подумав. — Для этой цели особенно удобны воздушные тараны.
— А что такое воздушные тараны?
— Это такие платформы, которые работают на азоте. Ты просто встаешь на
такую штуковину, и она подбрасывает тебя прямо в воздух. Мы использовали
такие в
Спасении рядового Райана
— там было несколько классных взрывов.
Филлис была вне себя от восторга.
— Какой из своих трюков вы считаете самым лучшим? — спросила Лили,
когда мы проходили мимо паба
Куинс
.
— А вам обязательно это знать? — простонал Маркус.
— Да, обязательно.
— Ладно, но только ради вас. Однажды мне пришлось драться на огромной
высоте.
— На какой высоте? — затаив дыхание, спросила Филлис.
— Слышали о статуе Христа в окрестностях Рио-де-Жанейро?
— Боже правый! — воскликнула Лили.
— Вот на нее-то я и должен был забраться. Я пролез в голову статуи
через маленькую дырочку, а потом еще поднялся на терновый венец. Затем я
перелез на руку и уже там, на высоте двух с половиной тысяч метров над
городом, сражался с другим каскадером.
Вне себя от ужаса, Филлис прижала руку к груди. Я забеспокоилась, как бы ей
не стало плохо.
— Но у вас, по крайней мере, была страховка? — спросила Лили,
широко раскрыв глаза.
— Нет.
— Так вы упали? — выдохнула Филлис. — Это там вы сломали нос?
— Эх, Филлис, если бы я упал с высоты в две с половиной тысячи метров,
то, уверяю вас, сломанным носом дело бы не ограничилось. Нет, вертолет
забрал меня оттуда и перенес прямо на пляжи Копакабаны.
— А вы всегда были храбрецом? — спросила Филлис, когда мы
переходили Примроуз-Хилл-роуд.
— Нет, когда-то я был малость трусоват. Я все время нервничал и часто
влипал в истории. Кстати, тогда-то мне и сломали нос. Возможно, я и стал
каскадером, чтобы победить страх.
— А как ваша новая подруга? — хихикнув, спросила Филлис. Похоже,
шампанское сделало ее еще разговорчивей.
— О, она... у нее все в порядке, — ответил Маркус. — Все в
полном порядке.
— Надеюсь, она обрадовалась шоколаду? — вставила я.
— В общем, да... Хотя... э... к сожалению, от шоколада у Салли мигрень.
— Правда? Бедная...
— Да. — Он пожал плечами. — Я этого не знал, а ведь для Салли
это серьезная проблема — она и вправду страдает мигренями... А вот и она!
И действительно — навстречу нам, по нашей стороне улицы, шла стройная,
необычайно прелестная блондинка. Это была она —
реклама шампуня Тимотей
,
девушка, которую я видела на Сент-Майклс-мьюз. Выходит, она и есть новая
пассия Маркуса...
— Очень симпатичная, — восхищенно шепнула Филлис.
— Да, она красавица, — гордо откликнулся каскадер. Он помахал
Салли рукой, но она почему-то резко остановилась и мгновенно перешла на
другую сторону. Затем она достала мобильник и набрала номер. В то же
мгновение телефон Маркуса залился трелью.
— Привет, Сал! — радостно заговорил Маркус. — Ну как ты?
Отлично. Да, у меня все в порядке — только чихаю слегка. А куда ты идешь? В
аптеку? Пиритон? Это от сенной лихорадки? Понятно. А мы тут собрались на
холм — со щенками.
— Почему она так себя ведет? — шепотом спросила Филлис у Лили. Та
пожала плечами.
— Понятия не имею. Возможно, изображает недотрогу.
— Ладно, до скорого, — сказал Маркус и со щелчком закрыл телефон.
Он помахал Салли, она махнула в ответ и заспешила по Риджентс-парк-роуд.
— И что это значило? — поинтересовалась Лили.
— О, к сожалению, у Салли аллергия на собак, и когда она увидела всех
наших щенков, то поняла, что у нее может появиться сыпь.
— Ой, бедная...
— Да, это может быть очень серьезно, и она предпочитает не рисковать. С
кошками еще хуже — они вызывают у нее просто ужасную аллергическую реакцию.
— Но разве это не стало для вас препятствием? — спросила Филлис,
кивнув на Прутика.
— О нет... по большому счету, — ответил Маркус, внутренне
собравшись. — Нет, нет, я бы... не назвал это препятствием.
— Я видела ее на нашей улице, — сказала я, когда мы приблизились к
воротам. — Довольно часто. Я думала, она здесь работает. Мне и в голову
не приходило, что она ваша девушка.
— Видите ли, раз в неделю Салли проходит сеанс ароматерапии, чтобы
снять стресс, а в связи с аллергией посещает гомеопата. Еще она бывает у
хиропрактика — у нее боли в нижней части спины. Кроме того, раз в две недели
ей делают массаж головы для снятия мигрени, а китайский травник прописывает
ей средства для улучшения инь и ян. Кстати, благодаря всему этому, я узнал о
вас — Салли заметила вашу табличку, как только вы появились.
— Понятно. — Мы нагнали остальных. — Хорошо, друзья, сейчас
мы попробуем приучить ваших питомцев к командам
сидеть
и
стоять
.
Спустите щенков с поводка и выстройте их в ряд — вот здесь, рядом с
Германом. Потом жестами рук — вот такими, да — заставьте собак подождать,
пока вы досчитаете до пяти. Затем распахните объятия, и щенки прибегут к
вам. Если они все сделают правильно, вы можете поощрить их щедрой похвалой,
а также вкусным угощеньем из печенки — оно у меня в сумке, но ни за что не
поощряйте их, если они не выполнили команду.
— Стоять, Бентли.
— Стой, Лола.
— Сто-я-а-ать, Черныш.
— Мейзи, сто-о-о-о-ой!
— Стой там, Гвинет, любимая, не двигайся ни на дюйм.
— СТО-О-О-О-О-Й!!!!!!!
— Ни на дюйм, Гвинет, слышишь меня? Сперва щенки не на шутку
растерялись, но потом поняли, что от них требуется.
— О, дорогая, ты прекрасно поработала, это было так здорово — ты просто
маленький гений!
— Молодчина, Рокси!
— Молодец, Космо!
— Это было здорово, Прутище. Дай пять. И тут снова зазвонил мобильник
Маркуса.
— Привет, Сал! — обрадовался он.
Мы все поискали ее глазами. Она стояла на другой стороне Риджентс-парк-роуд.
Ветер слегка ворошил ее безупречно завитые белоснежные волосы.
— О, — воскликнул Маркус. — О... — Он был как в воду
опущенный. — Но я всего пару раз чихнул. Правда, ничего серьезного —
мне даже не следовало об этом упоминать. Просто легкая летняя простуда. Нет-нет-
нет, я уверен, что это не заразно. Стрептококк? Ну что ты, вряд ли. Вирус?
Нет... Конечно, я уверен. Ладно, — вздохнул он, — раз ты так
считаешь... Ну, пока. Я тебе потом позвоню. — Щелкнув панелью телефона,
он грустно улыбнулся.
— Как я понимаю, ваше свидание отменяется, — заметила Лили,
провожая взглядом уплывающую вдаль Салли.
— Да, — признал Маркус. — Салли решила повременить с нашей
встречей, потому что опасается моей простуды. Видите ли, она крайне
чувствительна.
— Судя по всему, она довольно изнеженна.
— Да, — согласился Маркус, — очень изнеженна.
— Хрупка.
— Да, — признал он с глуповатой улыбкой. — Она хрупка.
— Так ее, наверное, и спортивной не назовешь? — продолжила Филлис.
Маркус снисходительно улыбнулся.
— Ну что вы, она совсем не спортивная.
— И она мало времени проводит на свежем воздухе?
— Очень мало.
— Выходит, Салли во многом от вас отличается, — подытожила старая
дама.
— И это подтверждает тезис о единстве противоположностей, верно?
— Да, но не стоит забывать и об их борьбе, — возразила Филлис.
Воцарилась неловкая тишина.
— А Салли... ходит на занятия по самообороне? — вставила я.
Маркус покачал головой.
— Я пытался убедить ее, но она говорит, что для нее это слишком грубо.
И это действительно так — мы ведь имитируем нападения, бросаем друг друга на
пол, падаем сами. В общем, все это требует большой физической активности.
Кстати, а вы завтра придете?
— Да, конечно. — Я взглянула на часы — было уже девять. — Ну
что ж, друзья мои, уже стемнело, поэтому предлагаю закончить. Увидимся в то
же время на следующей неделе, а с вами, Маркус, еще и завтра вечером.
— До встречи, — с улыбкой ответил каскадер. Однако когда я
вернулась домой, то обнаружила на автоответчике сообщение от Дэвида, в
котором он просил перенести наше свидание на четверг, поскольку в пятницу
ему нужно было лететь на фотосессию в Стокгольм.
— Я бы очень хотел повидаться с тобой, — сказал Дэвид, когда я
позвонила ему. — Тем более что в ближайшее время я довольно часто буду
в разъездах. Как ты смотришь на то, чтобы пойти в Галерею фотографов? Там
открывается выставка моего друга. А потом мы могли бы пойти в кино или в
китайский ресторан — выбор за тобой. Ну так как? Ты свободна завтра вечером?
Я подумала о курсах самозащиты и почувствовала укол совести.
— Да-а, я свободна...
— Мне так жаль, что я снова тебя подвожу, — извинялась я перед
Дейзи несколько минут спустя. — Но понимаешь, в пятницу утром Дэвид на
пять дней уезжает в Швецию, поэтому я просто...
— Не переживай, — проявила великодушие подруга, — все
нормально. Завтра утром я позвоню Маркусу и предупрежу его о том, что ты не
придешь. Но, скажу я тебе, это занятие будет классным. Он собирается обучить
нас удару локтем и захвату запястья противника. Потом мы узнаем, как
обезвредить невооруженного нападающего. Маркус облачится в специальный
защитный костюм для того, чтобы выдерживать сильные удары.
Наконец-то я попробую по-настоящему врезать кому-нибудь!
— Ну и ну!
— Кстати, а ты помнишь про день рождения Найджела?
— Конечно. Я записала — второе августа.
— Да, не забудь, что праздник готовится в тайне от именинника.
— Не волнуйся — буду держать язык за зубами.
На следующее утро я получила листовку с рекламой маминого нового
предприятия,
Лама-кармы
. На листе мама поместила фотографию Карлоса и Хосе
— вид у них был озабоченный и жалостливый. У меня мелькнула мысль, уже
приходившая мне на ум. Я набрала папин номер телефона.
— А ты не мог бы взять выходной? — спросила я папу.
— Понимаешь, сейчас это нелегко, поскольку работы очень много, —
мы ведь готовимся к открытию.
— Но неужели ты не можешь освободить хотя бы одно утро или хотя бы пару
часов?
— Думаю, я мог бы попробовать. А почему ты спрашиваешь?
— Сейчас объясню, но сперва скажи мне: ты точно хочешь видеть маму?
Папа вздохнул.
— Да, хочу. Мне кажется, если бы мне только удалось поговорить с ней, я
бы, возможно, сумел нейтрализовать ее враждебность и мама стала бы иначе ко
мне относиться. Я ведь жду от мамы элементарной... вежливости, но не знаю,
как этого добиться.
— А вот я, кажется, знаю. — Я рассказала ему о сеансах
Лама-
кармы
. — Почему бы тебе не записаться к ней?
— Но каким образом? Я не могу ей позвонить, потому что она
заблокировала мой номер. Если же я пошлю заявку письмом, то она узнает
почерк, да и на чеке будет проставлено мое имя.
— Гм, действительно... — Я посмотрела в окно.
— Конечно, я мог бы заплатить ей наличными, — сказал папа, —
но тогда ей будет еще легче мне отказать: когда я появлюсь на пороге, она
просто захлопнет дверь перед моим носом.
— У меня есть идея. Я пошлю ей чек, сделав вид, что ты мой знакомый.
Допустим, я должна тебе сотню фунтов и поэтому плачу за твою лама-терапию. У
мамы сейчас очень туго с деньгами, так что она сразу же клюнет на эту удочку
и уже будет вынуждена принять тебя.
— Но разве она не спросит, кто я?
— Пусть спрашивает — я назову вымышленное имя. Например... — Я
скользнула взглядом по книжным полкам. — Так, Чарльз Дарвин... Конрад
Лоренц...
— Лоренс Дарвин, — сказала я маме, позвонив ей полчаса спустя,
чтобы записать к ней своего
знакомого
.
— Он что, из тех Дарвинов? — поинтересовалась мама.
— Гм, возможно.
— Как занятно! А откуда ты его знаешь?
— Он друг...
— Дейзи?
Интересно, мама когда-нибудь даст мне закончить фразу?
— Да.
— Я так и подумала — у Дейзи столько знакомых. Она ведь ходит на все
эти приемы. Но почему ты платишь за него?
— Потому что... мы вместе ходили на...
— Бал?
— Да-а.
— Я так рада, что ты вернулась к светской жизни, дорогая! И он заплатил
за твой билет, да?
— Ну да. Вот я и настояла на том, что заплачу за лама-терапию.
— Как это мило с твоей стороны! А чем он занимается?
Ой!
— Лоренс — акт...
— Только не актер! — перебила мама. — Милая, актеров нам
больше не надо.
— Да нет же! Он актуарий в крупной стра...
— ...ховой компании?
— Да-а.
— В таком случае неудивительно, что он переживает стресс. Могу себе
представить, как утомляет эта бесконечная цифирь!
— Это точно. У Лоренса серьезный стресс. Он только что сменил место
работы, и новые коллеги не очень-то дружелюбно к нему относятся. Более того,
ему приходится работать очень подолгу, а на кону стоят миллиарды, поэтому
малейшая ошибка может стоить ему головы. В общем, он уже и сам не знает,
зачем в это ввязался, и вот-вот...
— С ним случится нервный срыв? Вообще-то я собиралась сказать
смотает
оттуда удочки
.
— Да, точно — нервный срыв.
Мама сочувственно поцокала языком.
— Что ж, не огорчайся — я позабочусь о нем. Сперва мы вместе покормим и
приведем лам в порядок, а потом я оставлю его с ними одного. Думаю, пусть
пообщается с Санчо — тот очень внимателен. Лоренс может вывести Санчо на
прогулку и рассказать ему о своих проблемах. Обещаю, что к вечеру душевное
состояние твоего нового друга заметно улучшится.
Мама, на тебя вся надежда!
— Это просто... здорово.
— Когда он планирует посетить нас?
— Он бы хотел приехать в следующий четверг, если тебя это устраивает.
— Значит, тридцать первого... Хорошо, я записала. Спасибо, Миранда. Мой
первый клиент!
Остаток дня прошел вполне сносно. Сперва позвонили из
Зверей и страстей
и
сообщили, что в последнее время наш рейтинг повысился на десять процентов.
Чуть позже со мной связался представитель страховой компании
Питомец
,
которая финансирует конкурс
Стройняжка года
: он напомнил, что через три
недели мне предстоит судить финал конкурса. Потом привезли двух хорьков, без
конца тузивших друг друга, а в 6.15 я уложила Германа на его подушку, села
на метро и по Северной линии доехала до
Лестер-сквер
.
Галерея фотографов находится на Грейт-Нью-порт-стрит. Войдя в это узкое
помещение в форме туннеля, я сразу же почувствовала крепкий запах алкоголя в
сочетании с табачным дымом. Сколько я ни всматривалась в густую толпу
посетителей, так и не обнаружила Дэвида. И тут я вздрогнула: буквально в
нескольких футах от меня оказалась... Кэролайн Малхолланд. К счастью, она
стояла ко мне спиной и увлеченно беседовала с какой-то дамой в зеленом
плаще. А что, если и Джимми здесь? Со все возрастающим чувством паники я
окинула взглядом море лиц, но Джимми не заметила. Зато из толпы возник
Дэвид.
— Привет! — Он поцеловал меня. Когда его щека прикоснулась к моей,
я почувствовала мощное желание. — Я так рад, что ты смогла прийти. Что-
нибудь выпьешь?
— А чья это выставка? — спросила я, пока мы пытались пробиться
через толпу.
— Арни Ноубла, моего старого друга. Он тоже был фоторепортером —
работал с агентством
Сигма
. Я вас познакомлю.
К моему облегчению, Дэвид увел меня в глубину галереи — подальше от
Кэролайн. Если бы она увидела меня, я могла бы оказаться в более чем нелепом
положении: мне пришлось бы представить Дэвида... Джимми. От одной мысли мне
становилось дурно.
— Мы с Дэвидом часто оказывались в одних и тех же богом проклятых
местах, — объяснил Арни, пожимая мне руку. Выглядел он лет на сорок
пять, у него были соломенные волосы и веснушчатое лицо, хотя и симпатичное,
но увядшее и изборожденное морщинами.
— Чистая правда, — подтвердил Дэвид, протягивая мне бокал
шампанского. — Мы увертывались от одних и тех же пуль.
— Еще бы! — хохотнул Арни. — Кроме того, мы соревновались,
кто добудет лучший кадр, а иногда и лучших женщин. — С этими словами он
хлопнул Дэвида по спине.
— Не слушай его, — с улыбкой сказал мне Дэвид. Я посмотрела на стены, увешанные пейзажами.
— Но эти фотографии вовсе не из новостей, — удивилась я.
Арни мотнул головой.
— Так же, как Дэвид, я оставил фотожурналистику. Теперь я снимаю
пейзажи — это занятие мирное, а вот война — дело молодых.
Тут к Арни подошли какие-то люди с поздравлениями, и Дэвид увлек меня
дальше. Мы пробирались через скопление людей, особенно плотное вдоль стен с
фотографиями. Дэвид нежно обнимал меня за талию.
— Какие снимки! — восторженно воскликнул он, когда мы остановились
у фотографии каньона в Аризоне. — Раньше мне не доводилось видеть
пейзажи Арни. Потрясающая композиция!
— Они полны драматизма, — заметила я. Пока Дэвид любовался
пейзажем, я исподволь всматривалась в толпу, чтобы удостовериться, что
Кэролайн достаточно далеко от нас.
— Ты права — их не назовешь идеализированными. Более того, они очень
мрачные, — восхищенно добавил Дэвид.
Я погрузилась в созерцание абсолютно нагих деревьев и клубящихся серых туч с
огненным подбоем.
— Да, атмосфера зловещая, — пробормотала я.
— Именно. Горная гряда кажется спящим драконом. А посмотри, как ветер
шевелит траву — вот там, на первом плане. — Он взял меня за
руку. — Давай посмотрим другие.
Я была бы счастлива уйти из галереи как можно скорее, но Дэвид не на шутку
увлекся пейзажами Арни.
— Какое нагнетание атмосферы... — доносились до меня его
восторженные комментарии, пока я украдкой выискивала Джимми среди
публики. — Скрытая угроза... черно-белые — великолепны... но ничего
общего с Анселем Адамсом... пейзаж не столько величественный, сколько
угрожающий... насилие буквально растворено в воздухе... наследие двадцати
лет, проведенных в горячих точках... оно неизбежно влияет на видение
художника.
Внезапно зазвонил мобильник Дэвида, и он открыл его.
— О, привет! Да, одну минуту. Слушай, тут один важный звонок, —
обратился он ко мне. — Я ненадолго.
Он направился к выходу из галереи, а я решила остаться на том же месте. Я
разглядывала фотографии, ловя ухом обрывки разговоров.
— ...Великолепная контрастность...
— ...А вы видели пейзажи Дона Маккалина?
— ...Неужели это горы Куанток?
— ...Это выше, у Исси Мияке...
— ...По-моему, это больше похоже на Дорсетшир, чем на Сомерсетшир...
— Миранда?
Я обернулась. Кэролайн стояла рядом со мной, широко улыбаясь. К моему
удивлению, она казалась несколько напряженной.
— Я так и подумала, что это вы, Миранда. — Ее голубые глаза сияли,
а лицо заметно порозовело. — Как у вас дела?
— О, привет. Все хорошо, спасибо. — Я бросила тревожный взгляд ей
за плечо, но, к счастью, супруга поблизости не было.
— Я так рада вас видеть, — сказала Кэролайн, делая ударения на
случайных словах, как это бывает, когда человек перебрал. — А откуда вы
знаете Арни? — поинтересовалась она, протягивая бокал проходящему мимо
официанту.
— Мы только что с ним познакомились. Меня пригласил сюда... его
друг, — ответила я. — Он тоже фотограф.
— Какое совпадение! Я здесь тоже с подругой. — Кэролайн показала
глазами на женщину в зеленом плаще. — Это агент Арни — Джессика.
Мы старые подруги, и она пригласила меня сюда, а поскольку Джеймс отправился
на один скучный ужин, я решила, что здесь будет веселее. — Узнав, что
Джимми тут нет, я ощутила сильное облегчение. Сердце постепенно забилось в
нормальном ритме. — Знаете, по-моему, я выпила слишком много
шампанского, — вдруг призналась она с доверительным смешком. — К
сожалению, официанты здесь очень внимательны, а на голодный желудок это
воздействует просто смертельно, правда?
Я сочувственно кивнула.
— А канапе они не подают. Одни чипсы. Ну что ж, — сказала она,
пожав плечами и сделав очередной глоток. — Кстати, с Триггером вы
просто чудо сотворили, — с теплотой в голосе добавила она. — До
вашего появления я уже была в отчаянии, но теперь негодяя просто не узнать.
— Неужели? — с улыбкой спросила я. — Что ж, это здорово.
— Он ведет себя намного лучше. Я так благодарна вашей подруге Дейзи за
то, что она мне вас порекомендовала. Но я... не знала... — Кэролайн
запнулась.
— Не знали чего?
— Ну, какое получилось... совпадение.
Я посмотрела на нее, охваченная волнением.
— Что вы имеете в виду?
— Ну... — Кэролайн снова хихикнула. — Оказывается, вы знакомы
с Джеймсом.
Меня словно ударили в солнечное сплетение.
— Я... э... вообще-то с ним не знакома.
— Но раньше-то вы были знакомы? — Я посмотрела на нее. —
Разве нет? Он сказал мне.
На меня сзади словно упала глыба льда.
— Я увидела, как вы с ним разговаривали после праздника, поэтому,
конечно же, я спросила его о вас, — думаю, так на моем месте поступила
бы любая жена...
— Вообще-то, — начала я, постепенно приходя в себя. — Я...
знача его, да, но это было... давным-давно.
— Не волнуйтесь, — сказала Кэролайн, дружески похлопав меня по
плечу. — Я все прекрасно понимаю.
— Что вы понимаете? — спросила я, пытаясь замаскировать свое
смущение улыбкой.
— Понимаю, почему он мне сразу не сказал. Внезапно я почувствовала, что
вся горю.
— Это так похоже на Джеймса, — продолжила она. — Он всегда
беспокоится о чувствах других людей.
— Простите?
— Видите ли, он не хотел, чтобы вам стало неудобно. Но вам нечего
стыдиться, Миранда. Господи, когда я думаю о всех тех неудавшихся романах,
что были у меня в юности!
У меня увлажнились пальцы.
— И я знаю, что в то время Джеймс был очень смазливый, — ах, эти
льняные кудри! — со смехом воскликнула Кэролайн. — Я же видела
фотографии, Миранда, — он был просто сногсшибателен!
— Я... почти не знала его, — пробормотала я, пожав плечами. —
Наше знакомство не назовешь... близким.
— Ой, а он мне говорил совсем другое! Он сказал, что вы были от него
без ума! Но не беспокойтесь, — продолжила Кэролайн с пьяной
откровенностью. — Я просто хотела вам сказать, что все в порядке. Я не
ревнива. Я очень счастлива в браке и не хочу, чтобы вы испытывали, —
она поискала выражение, — неловкость, если как-нибудь снова увидите нас
вместе... — Алкоголь сделал ее бестактной и грубой. — Я бу
...Закладка в соц.сетях
