Жанр: Юмор
Рассказы
...з
это знаем, что есть что-то выше нас, есть ты. И ко всему-то
мы можем принюхаться, только к тебе не можем; и в этом у
нас, собак, нехватка. Поэтому просим тебя, господи, утоли
нашу печаль, дай нам какого-нибудь бога, к которому нам
принюхаться было можно". Улыбнулся господь бог и сказал;
"Принесите мне костей; я сотворю вам бога, к которому можно
будет принюхиваться". И побежали собаки в разные стороны, и
принесла каждая из них по кости: которая львиную, которая
лошадиную, которая верблюжью, которая кошачью, - словом, от
всех зверей. Только собачьей кости ни одна не принесла:
потому что ни одна собака ни до мяса собачьего, ни до
собачьей кости не дотронется. И набралась тех костей
огромная груда, и сделал из них господь бог человека, чтоб у
собак свой бог был, к которому можно принюхиваться. И
оттого что человек сделан из костей всех зверей, кроме
собаки, у него и свойства всех зверей: сила льва,
трудолюбие верблюда, коварство кошки, великодушие коня;
только собачьей верности, только ее одной нету!..
- Расскажи еще что-нибудь, - попросили опять
собаки-русалки.
Старая вила, подумав, продолжала:
- Теперь расскажу вам, как собаки на небо попали. Вы
знаете, что души людей идут после смерти на звезды, а для
собачьих душ не осталось ни одной звезды, и они после смерти
уходили спать в землю. Так было до Христа. А когда люди
бичевали Христа у столба, осталось там страшно много, прямо
пропасть крови. И один голодный бездомный пес пришел и
лизал кровь Христову. "Пресвятая дева Мария! - воскликнули
ангелы на небе. - Ведь он причастился крови господней!" -
"Коли он причастился крови господней, - ответил бог, -
возьмем душу его на небо". И сделал новую звезду, а чтобы
было сразу видно, что она - для собачьей души, приделал к
той звезде хвост. И только попала собачья душа на звезду,
та звезда, от великой радости, давай бегать, бегать, бегать
в небесном просторе, словно собака на лугу, - не так, как
другие звезды, что ходят чинно, по своей дороге. И те
звезды, что резвятся по всему небу, сверкая хвостом, зовутся
кометами.
- Расскажи еще что-нибудь, - попросили в третий раз
русалки.
- Теперь, - начала старая вила, - расскажу вам о том, как
в давние времена у собак было на земле свое королевство и
большой собачий замок. Люди позавидовали собакам, что у них
свое королевство на земле, стали колдовать и колдовали до
тех пор, пока собачье королевство вместе с замком не
провалилось сквозь землю. Но если копать где надо, так
раскопаешь пещеру, в которой находится собачий тайник.
- Какой собачий тайник? - взволнованно спросили русалки.
- Это зал неописанной красоты, - ответила старая вила. -
Колонны - из превосходнейших костей, да не обглоданных
нисколько: они мясистые, как гусиное бедрышко. Потом -
ветчинный трон, и ведут к нему ступени из чистейшего свиного
шпига. А застланы ступени ковром из кишок, битком набитых
салом.
Тут Воржишек не мог больше сдерживаться. Выскочил на
лужайку, закричал:
- Гав, гав! Где этот тайник? Ах, ах! Где собачий
тайник?
Но в тот же миг исчезли и собаки-русалки и старая
собака-вила... Напрасно Воржишек протирал себе глаза:
вокруг - только серебристая лужайка; ни стебелька не
погнулось под танцем русалок, ни росинки не скатилось на
землю. Только тихая луна озаряла прелестный луг, окруженный
со всех сторон, словно черной-пречерной изгородью, лесом
Тут вспомнил Воржишек, что дома его ждет по меньшей мере
размоченный в воде хлеба кусок, и побежал со всех ног домой.
Но после этого, бродя с дедушкой по полям, по лесам, он,
вспомнив иной раз о подземном собачьем тайнике, начинал
рыть, ожесточенно рыть, всеми четырьмя лапами глубокую яму в
земле.
И так как он очень скоро разболтал тайну соседним
собакам, а те другим, а другие - еще другим, то теперь все
собаки на свете, бегая где-нибудь в поле, вспоминают о
пропавшем собачьем королевстве, и начинают рыть яму в земле,
и нюхают, нюхают, не пахнет ли из-под земли ветчинным троном
былого собачьего государства.
¶Карел Чапек. Купон (1)§
Перевод Т. Аксель и О. Молочковского
"hr"
Файл с книжной полки Несененко Алексея
http://www.geocities.com/SoHo/Exhibit/4256/ "hr"
В тот жаркий августовский день на Стршелецком острове
было очень людно. Минке и Пепику пришлось сесть к столику,
где уже сидел какой-то человек с толстыми унылыми усами.
- Разрешите? - спросил Пепик. Человек молча кивнул.
"Противный! - подумала Минка. - Надо же, торчит тут, за
нашим столиком!" И она немедленно с осанкой герцогини
уселась на стул, который Пепик вытер платком, затем взяла
пудреницу и припудрила нос, чтобы он, боже упаси, не
заблестел в такую жару. Когда Минка вынимала пудреницу, из
сумочки выпала смятая бумажка. Усатый человек нагнулся и
поднял ее.
- Спрячьте это, барышня, - скучным голосом сказал он.
Минка покраснела, во-первых, потому, что к ней обратился
незнакомый мужчина, а во-вторых, потому, что ей стало
досадно, что она покраснела.
- Спасибо, - сказала она и повернулась к Пепику. - Это
купон из магазина, помнишь, где я покупала чулки.
- Вы даже не знаете, барышня, как может пригодиться такой
купон, - меланхолически заметил сосед по столику.
Пепик счел своим рыцарским долгом вмешаться.
- К чему беречь всякие дурацкие бумажки? - объявил он,
не глядя на соседа. - Их набираются полные карманы.
- Это не беда, - сказал усатый. - Иной раз такой купон
окажется поважнее... чего хотите.
На лице у Минки появилось напряженное выражение.
(Противный тип, пристает с разговорами. И почему только мы
не сели за другой столик!)
Пепик решил прекратить этот обмен мнениями.
- Почему поважнее? - сказал он ледяным тоном и нахмурил
брови. ("Как это ему идет!", - восхитилась Минка.)
- Может быть уликой, - проворчал противный и прибавил,
как бы представляясь: - Я, видите ли, служу в полиции, моя
фамилия Соучек. У нас недавно был такой случай... - Он
махнул рукой. - Иногда человек даже не знает, что у него в
карманах...
- Какой случай? - не удержался Пепик. (Минка заметила,
что на нее уставился парень с соседнего столика. "Погоди
же, Пепа, я отучу тебя вести разговоры с посторонними!")
- Ну, с той девушкой, что нашли около Розптил, -
отозвался усатый и замолк, видно не собираясь продолжать
разговор.
Минка вдруг живо заинтересовалась, наверное потому, что
речь шла о девушке.
- С какой девушкой? - воскликнула она.
- Ну, с той, которую там нашли, - уклончиво ответил сыщик
Соучек и, немного смутившись, вытащил из кармана сигарету.
И тут произошло неожиданное: Пепик быстро сунул руку в
карман, чиркнул своей зажигалкой и поднес ее соседу по
столику.
- Благодарю вас, - сказал тот, явно польщенный. - Видите
ли, я говорю о трупе женщины, которую жнецы нашли в поле,
между Розптилами и Крчью, - объяснил он, как бы в знак
признательности и расположения.
- Я ничего о ней не слыхала, - глаза у Минки расширились.
- Пепик, помнишь, как мы с тобой ездили в Крчь?.. А что
случилось с этой женщиной?
- Задушена, - сухо сказал Соучек. - Так и лежала с
веревкой на шее. Не стану при барышне рассказывать, как она
выглядела. Сами понимаете, дело было в июле... а она там
пролежала почти два месяца... - Сыщик поморщился и выпустил
клуб дыма. - Вы и понятия не имеете, как выглядит такой
труп. Родная мать не узнает. А мух сколько!.. - Соучек
меланхолически покачал головой. - Эх, барышня, когда у
человека на лице уже нет кожи, тут не до наружности!
Попробуй-ка, опознай такое тело. Пока целы нос и глаза, это
еще возможно, а вот если оно пролежало больше месяца на
солнце...
- А метки на белье? - тоном знатока спросил Пепик.
- Какие там метки! - проворчал Соучек. - Девушки обычно
не метят белье, потому что думают: все равно выйду замуж и
сменю фамилию. У той убитой не было ни одной метки, что вы!
- А сколько ей было лет? - участливо осведомилась Минка.
- Доктор сказал, что примерно двадцать пять. Он
определяет по зубам и по другим признакам. Судя по одежде,
это была фабричная работница или служанка. Скорее всего
служанка, потому что на ней была деревенская рубашка. А
кроме того, будь она работница, ее давно бы уже хватились,
ведь работницы встречаются ежедневно на работе и нередко
живут вместе. А служанка уйдет от хозяев, и никто ею больше
не поинтересуется, не узнает, куда она делась. Странно, не
правда ли? Вот мы и решили, что если ее никто два месяца не
искал, то верней всего это служанка. Но самое главное -
купон.
- Какой купон? - живо осведомился Пепик, который
несомненно ощущал в себе склонности стать сыщиком, канадским
лесорубом, капитаном дальнего плавания или еще какой-нибудь
героической фигурой, и его лицо приняло подобающее случаю
энергичное и сосредоточенное выражение.
- Дело в том, - продолжал Соучек, задумчиво уставясь в
пол, - что у этой девушки не было решительно никаких вещей.
Убийца забрал все сколько-нибудь ценное. Только в левой
руке она зажала кожаную ручку от сумочки, которая валялась
неподалеку во ржи. Видно, преступник пытался вырвать ее,
но, увидев, что ручка оборвалась, бросил сумочку в рожь,
прежде, конечно, все из нее вынув. В этой сумочке между
складками застрял и трамвайный билет седьмого маршрута и
купон из посудного магазина на сумму в пятьдесят пять крон.
Больше мы на трупе ничего не нашли.
- А веревка на шее? - сказал Пепик. - Это могла быть
улика.
Сыщик покачал головой.
- Обрывок обыкновеннейшей веревки для белья не может
навести на след. Нет, у нас решительно ничего не было,
кроме трамвайного билета и купона. Ну, мы, конечно,
оповестили через газеты, что найден труп женщины, лет
двадцати пяти, в серой юбке и полосатой блузке. Если два
месяца назад у кого-нибудь ушла служанка, подходящая под это
описание, просьба сообщить в полицию. Сообщений мы получили
около сотни. Дело в том, что в мае служанки чаще всего
меняют места, бог весть почему...
Все эти сообщения оказались бесполезными. А сколько
возни было с проверкой! - меланхолически продолжал Соучек.
- Целый день пробегаешь, пока выяснишь, что какая-нибудь
гусыня, служившая раньше в Дейвице, теперь нанялась к
хозяйке, обитающей в Вршовице или в Коширже. А в конце
концов оказывается, что все это зря: гусыня жива да еще
смеется над тобой... Ага, играют чудесную вещь! - с
удовольствием заметил он, покачивая головой в такт мелодии
из "Валькирий" Вагнера, которую оркестр исполнял, как
говорится, не щадя сил. - Грустная музыка, а? Люблю
грустную музыку. Потому и хожу на похороны всех
значительных людей - ловить карманников.
- Но убийца должен был оставить хоть какие-нибудь следы?
- сказал Пепик.
- Видите вон того ферта? - вдруг живо спросил Соучек. -
Он работает по церковным кружкам. Хотел бы я знать, что ему
здесь нужно... Нет, убийца не оставил никаких следов... Но
если найдена убитая девушка, то можно головой ручаться, что
ее прикончил любовник. Так всегда бывает, - задумчиво
сказал сыщик. - Вы, барышня, не пугайтесь... Так что мы
могли бы найти убийцу, но прежде надо было опознать тело. В
этом-то и была вся загвоздка.
- Но ведь у полиции есть свои методы... - неуверенно
заметил Пепик.
- Вот именно, - вяло согласился сыщик. - Метод тут
примерно такой, как при поисках одной горошины в мешке
гороха: прежде всего необходимо терпение, молодой человек.
Я, знаете ли, люблю читать уголовные романы, где описано,
как сыщик пользуется лупой и всякое такое. Но что я тут мог
увидеть с помощью лупы? Разве поглядеть, как резвятся черви
на теле этой несчастной девушки... извините, барышня!
Терпеть не могу разговоров о методе. Наша работа это не то,
что читать роман и стараться угадать, как он кончится.
Скорее она похожа на такое занятие: дали вам книгу и
говорят: "Господин Соучек, прочтите от корки до корки и
отметьте все страницы, где имеется слово "хотя". Вот какая
это работа, понятно? Тут не поможет ни метод, ни смекалка,
надо читать и читать, а в конце концов окажется, что во всей
книге нет ни одного "хотя". Или приходится бегать по всей
Праге и выяснять местожительство сотни Андул и Марженок для
того, чтобы потом "криминалистическим путем" обнаружить, что
ни одна из них не убита. Вот о чем надо писать романы, -
проворчал Соучек, - а не об украденном жемчужном ожерелье
царицы Савской. Потому что это по крайней мере солидная
работа, молодой человек!
- Ну и как же вы расследовали это убийство? -
осведомился Пепик, заранее уверенный, что он-то взялся бы за
дело иначе.
- Как расследовали? - задумчиво повторил сыщик. - Надо
было начать хоть с чего- нибудь, так мы сперва взялись за
трамвайный билет. Маршрут номер семь. Допустим, стало
быть, убитая служанка, - если только она была служанкой, -
жила вблизи тех мест, где проходит семерка. Это, правда, не
обязательно, она могла проезжать там и случайно, но для
начала надо принять хоть какую-нибудь версию, иначе не
сдвинешься с места. Оказалось, однако, что семерка идет
через всю Прагу: из Бржевнова, через Малую Страну и Новое
Место на Жижков. Опять ничего не получается. Тогда мы
взялись за купон. Из него хотя бы было ясно, что некоторое
время назад эта девушка купила в посудном магазине товара на
пятьдесят пять крон. Пошли мы в тот магазин...
- И там ее вспомнили! - воскликнула Минка.
- Что вы, барышня! - проворчал Соучек. - Куда там! Но
наш полицейский комиссар, Мейзлик, спросил у них, какой
товар мог стоить пятьдесят пять крон. "Разный, - говорят
ему, - смотря по тому, сколько было предметов. Но есть один
предмет, который стоит ровно пятьдесят пять крон: это
английский чайничек на одну персону". - "Так дайте мне
такой чайничек, - сказал наш Мейзлик, - но чтоб такой хлам
так дорого стоил..."
Потом он вызвал меня и говорит: "Вот что, Соучек, это
дело как раз для вас. Допустим, эта девушка - служанка.
Служанки то и дело бьют хозяйскую посуду. Когда это
случается в третий раз, хозяйка обычно говорит ей:
"Купите-ка теперь на свои деньги, растяпа!" И служанка идет
и покупает за свой счет предмет, который она разбила. За
пятьдесят пять крон там был только этот английский чайничек.
"Чертовски дорогая штука", - заметил я. "Вот в том-то и
дело, - говорит Мейзлик. - Прежде всего это объясняет нам,
почему служанка сохранила купон: для нее это были большие
деньги, и она, видимо, надеялась, что хозяйка когда-нибудь
возместит ей расход. Во-вторых, учтите вот что: это
чайничек на одну персону. Стало быть девушка служила у
одинокой особы и подавала в этом чайничке утренний чай. Эта
одинокая особа, по-видимому, старая дева, - ведь холостяк
едва ли купит себе такой красивый и дорогой чайничек.
Холостякам все равно из чего пить, не так ли? Вернее всего
это какая-нибудь одинокая квартирантка; старые девы,
снимающие комнату, страшно любят красивые безделушки и часто
покупают ненужные и слишком дорогие вещи".
- Это верно, - воскликнула Минка. - Вот и у меня, Пепик,
есть красивая вазочка...
- Вот видите, - сказал Соучек. - Но купона от нее вы не
сохранили... Потом комиссар и говорит мне: "Итак, Соучек,
будем продолжать наши рассуждения. Все это очень спорно, но
надо же с чего-то начать. Согласитесь, что особа, которая
может выбросить пятьдесят пять крон за чайничек, не станет
жить на Жижкове. (Это он имел в виду трамвайный билет с
семерки.) Во внутренней Праге почти нет комнат, сдающихся
внаем, а на Малой Стране никто не пьет чай, только кофе.
Так что, по-моему, наиболее вероятен квартал между
Градчанами и Дейвице, если уж придерживаться того
трамвайного маршрута. "Я почти готов утверждать, - сказал
мне Мейзлик, - что старая дева, которая пьет чай из такого
английского чайничка, наверняка поселилась бы в одном из
домиков с палисадником. Это, знаете ли, Соучек, современный
английский стиль!.."
У нашего комиссара Мейзлика, скажу я вам, иной раз бывают
несуразные идеи. "Вот что, Соучек, - говорит он, -
возьмите-ка этот чайничек и поспрошайте в том квартале, где
снимают комнаты состоятельные барышни. Если у одной из них
найдется такая штука, справьтесь, не было ли у ее хозяйки до
мая молодой служанки. Все это чертовски сомнительно, но
попытаться следует. Идите, папаша, поручаю это дело вам".
Я, знаете ли, не люблю этакие гаданья на кофейной гуще.
Порядочный сыщик - не звездочет и не ясновидец. Сыщику
нельзя слишком полагаться на умозаключения. Иной раз,
правда, угадаешь, но чисто случайно, и это не настоящая
работа. Трамвайный билет и чайничек это все-таки
вещественные доказательства, а все остальное только...
гипотеза, - продолжал Соучек, не без смущения произнеся это
ученое слово. - Ну, я взялся за дело по-своему: стал
ходить в этом квартале из дома в дом и спрашивать, нет ли у
них такого чайничка. И представьте себе, в тридцать седьмом
домике служанка говорит: "О-о, как раз такой чайничек есть
у нашей квартирантки!" Тогда я сказал, чтобы она доложила
обо мне хозяйке.
Хозяйка, вдова генерала, сдавала две комнаты. У одной из
ее квартиранток, некоей барышни Якоубковой, учительницы
английского языка, был точно такай английский чайничек.
"Сударыня, - говорю я хозяйке, - не было ли у вас служанки,
которая взяла расчет в мае?" - "Была, - отвечает она, - ее
звали Маня, а фамилии я не помню". - "А не разбила ли она
чайничек у вашей квартирантки?" - "Разбила, и ей пришлось на
свои деньги купить новый. А откуда вы об этом знаете?" -
"Э-э, сударыня, нам все известно..."
Тут все пошло как по маслу: первым делом я разыскал
подружку этой Мани, тоже служанку. У каждой служанки всегда
есть подружка, причем только одна, но уж от нее нет
секретов. У этой подружки я узнал, что убитую звали Мария
Паржизекова и она родом из Држевича. Но важнее всего для
меня было, кто кавалер этой Марженки. Узнаю, что она гуляла
с каким-то Франтой. Кто он был и откуда, подружка не знала,
но вспомнила, что однажды, когда они были втроем в "Эдене",
какой-то хлюст крикнул Франте: "Здорово, Ферда!" У нас в
полиции есть такой Фрибз, специалист по всяческим кличкам и
фальшивым именам. Вызвали его для консультации, и он тотчас
сказал: "Франта, он же Ферда, это Кроутил из Кошнрже. Его
настоящая фамилия Пастыржик. Господин комиссар, я схожу
забрать его, только надо идти вдвоем". Ну, пошел я с
Фрибой, хоть это была и не моя работа. Загребли мы того
Франту у его любовницы, он даже схватился за пистолет,
сволочь... Потом отдали в работу комиссару Матичке. Бог
весть, как Матичке это удается, но за шестнадцать часов он
добился своего: Франта, или Пастыржик, сознался, что
задушил на меже Марию Паржизекову и выкрал у нее две сотни
крон, которые она получила, взяв расчет у хозяйки. Он
обещал ей жениться, они все так делают... - хмуро добавил
Соучек.
Минка вздрогнула.
- Пепа, - сказала она, - это ужасно!
- Теперь-то не так ужасно, - серьезно возразил сыщик. -
Ужасно было, когда мы стояли там, над ней, в поле, и не
нашли ничего другого, кроме трамвайного билета и купона.
Только две пустяковые бумажки. И все-таки мы отомстили за
Марженку! Да, говорю вам, ничего не выбрасывайте. Ничего!
Самая ничтожная вещь может навести на след или быть уликой.
Человек не знает, что у него в кармане нужное и что
ненужное.
Минка сидела, глядя в одну точку глазами, полными слез.
В горячей ладони она все еще нервно сжимала смятый купон.
Но вот она в беззаветном порыве обернулась к своему Пепику,
разжала руку и бросила купон на землю...
Пепик не видел этого, он смотрел на звезды. Но
полицейский сыщик Соучек заметил и усмехнулся грустно и
понимающе.
¶1928§
-----------------------------------------------------------
1) - Купон - В некоторых магазинах довоенной Чехословакии
с целью привлечения покупателей выдавались "купоны", на
которых была указана стоимость покупки. Покупатель,
набравший товаров на определенную сумму, получал от фирмы
недорогой подарок - "премию".
¶Карел Чапек. Рубашки§
Перевод Т. Аксель и О. Молочковского
"hr"
Файл с книжной полки Несененко Алексея
http://www.geocities.com/SoHo/Exhibit/4256/ "hr"
Как ни старался он думать о других, более серьезных
вещах, тягостная мысль, что служанка обкрадывает его, была
неотвязна. Иоганна так давно служит, что он отвык думать о
том, какие вещи у него есть. Откроешь утром комод, вынешь
чистую рубашку... Сколько времени проходит - бог весть! -
является Иоганна и показывает изношенную рубашку: мол, все
они такие, пора, хозяин, покупать новые. Ладно, хозяин идет
в первый попавшийся магазин и покупает полдюжины рубашек,
смутно припоминая, что недавно делал какие-то покупки. "Ну
и товары нынче", - думает он. А сколько всяких вещей
необходимо человеку, даже если он вдовец: воротнички и
галстуки, костюмы и обувь, мыло и множество разных мелочей.
Время от времени запасы всего этого приходится пополнять.
Но у старого человека вещи почему-то быстро снашиваются и
ветшают, бог знает что происходит с ними: вечно покупаешь
обновки, а заглянешь в гардероб - там болтается несколько
поношенных и выцветших костюмов, - и не разберешь, когда они
сшиты. Но, слава богу, можно ни о чем не заботиться:
Иоганна подумает за него обо всем.
И только теперь, через много лет, хозяину пришло в
голову, что его систематически обкрадывают. Вышло это так:
утром он получил приглашение на банкет. Господи боже,
годами он нигде не бывал, друзей у него мало, так что эта
неожиданность прямо-таки сбила его с толку - обрадовала и
испугала. Прежде всего он сунулся в комод: а найдется ли
приличная рубашка? Он вынул из ящика все рубашки и не нашел
ни одной не обношенной на обшлагах или на манишке. Позвав
Иоганну, он осведомился, нет ли у него белья получше.
Иоганна вздохнула, помолчала, потом решительно объявила,
что, мол, все равно пора покупать новые, она не успевает
чинить, остались одни обноски, а не рубашки... Хозяин,
правда, смутно припоминал, что он недавно покупал что-то,
но, не вполне уверенный в этом, промолчал и немедленно стал
одеваться, собираясь в магазин. Начав "наводить порядок",
он заодно извлек из карманов старые бумажки, чтобы убрать
или выбросить их, и обнаружил последний счет за рубашки:
заплачено столько-то такого-то числа. Всего каких-нибудь
полтора месяца назад! Полтора месяца назад куплено
полдюжины новых рубашек! Вот так открытие!..
В магазин он не пошел, а стал бродить по комнате,
перебирая в памяти годы своей одинокой жизни. После смерти
жены хозяйство вела Иоганна, и ему ни разу не приходило в
голову заподозрить ее в чем-нибудь или не доверять ей. Но
сейчас его встревожила мысль, что служанка обкрадывала его
все эти годы. Он оглядел окружающую обстановку и, хотя не
мог сказать, чего тут не хватает, заметил, как пусто и
неуютно вокруг. Он попытался вспомнить, как выглядела
комната, когда в его доме было больше вещей, больше уюта,
интимности, больше жизни... В тревоге открыл шкаф, где на
память о жене хранились ее вещи - платья, белье... Там
лежало несколько очень поношенных предметов, от которых так
и повеяло прошлым... Но, боже мой, где же все, что осталось
от покойной? Куда все это делось?
Он закрыл шкаф и попытался думать о другом, хотя бы о
сегодняшнем банкете. Но неотступно возвращались
воспоминания о протекших в одиночестве годах, и они
показались ему еще более одинокими, горькими и пустыми, чем
прежде. Словно кто- то обобрал его прошлое, сейчас от этих
лет веяло мучительной тоской. А ведь иногда он даже бывал
доволен жизнью, усыплен ею, как в люльке. И вот теперь он в
испуге увидел себя, убаюканного бобыля, у которого чужие
руки выкрали даже подушку из-под головы. Тоска сжала его
сердце, такая тоска, какой он не испытывал с того дня... с
того дня, как вернулся с похорон. И ему вдруг подумалось,
что он стар и слаб, что жизнь обошлась с ним слишком
жестоко.
Одно было ему непонятно: зачем она крала у него эти
вещи? На что они ей? "Ага, - неожиданно вспомнил он со
злобным удовлетворением. - Вот оно что! У нее где-то есть
племянник, которого она любит бессмысленной старушечьей
любовью. Разве мне не приходилось сотни раз выслушивать от
нее всякий вздор о том, какой это превосходный образчик
человеческой породы? Она даже показывала его фотографию:
курчавый, курносый молодчик с нахальными усиками". И все же
Иоганна даже прослезилась от гордости и волнения. "Так вот
куда идут все мои вещи!" - подумал он. Во внезапном
припадке ярости он выскочил в кухню, обругал Иоганну
"чертовой бабой" и убежал обратно в комнату. Удивленная
служанка испуганно поглядела ему вслед круглыми слезящимися
глазами навыкате, словно у старой овцы.
Остаток дня он не разговаривал с ней. Иоганна обиженно
вздыхала, швыряла все, что попадало ей под руку, и никак не
могла понять, что же такое происходит. Днем хозяин подверг
ревизии все шкафы и ящики. Картина открылась удручающая.
Он вспоминал то одно, то другое, какие-то мелочи, семейные
реликвии, которые сейчас казались ему необычайно ценными
Ничего этого не было, решительно ничего! Как на пожарище!
Ему хотелось плакать от гнева и одиночества.
Запыхавшийся, весь в пыли, сидел он среди раскрытых
ящиков и держал в руке единственную уцелевшую реликвию:
расшитое бисером дырявое отцовское портмоне. Сколько же лет
Иоганна воровала, пока не растащила всего! Он был разъярен;
попадись ему сейчас служанка на глаза, он ударил бы ее.
"Что мне с ней делать? - взволнованно думал он. - Выгнать?
Заявить в полицию?.. А кто завтра сварит мне обед?.. Пойду
в ресторан! А кто вытопит печь и согреет воду?.." Он изо
всех сил отгонял эти мысли. "Завтра будет видно, - уверял
он себя, - как-нибудь обойдусь. Я же от нее не завишу!" И
все же это угнетало его больше, чем он ожидал. Только
сознание нанесенной ему обиды и необходимости возмездия
придавали хозяину решимости.
Когда стемнело, он собрался с духом и пошел в кухню.
- Съездите туда-то и туда-то, - сказал он Иоганне самым
безразличным тоном и дал ей какое-то якобы срочное
поручение, сложное и неправдоподобное, которое он не без
труда выдумал Иоганна не сказала ни слова и с видом жертвы
стала собираться в дорогу. Наконец за ней захлопнулась
дверь, и он остался в квартире один. С бьющимся сердцем он
на цыпочках
...Поділитися у соцмережах
