Жанр: Энциклопедия

Энциклопедический биографический словарь

сторінка №31

а. Не сумев завершить образование,
он был призван в 1917 в царскую армию,
после революции вступил в Добровольческую
армию генерала Деникина. После ее поражения
выехал в 1920 в Турцию; работал садовником
у персидского шаха, находившегося
в изгнании. В 1923 переехал в Германию, в
1927 окончил основанный В.Стратоновым в
Берлине Русский научный институт; в 1932
получил ученую степень доктора философии, В
1933 обосновался в Америке, был принят ассистентом
в астрономическую обсерваторию
Гарвардского колледжа. После получения в
1939 американского гражданства стал научным
сотрудником, ас 1948 занимал должность
астронома. В 1934 Г. женился на Цецилии
Пайн, которая работала в Гарвардской обсерватории
и по уровню и значению своих работ
превзошла супруга. Впрочем, многие работы
они выполняли вдвоем.

Г. изучал переменные звезды (т.е. звезды,
систематически изменяющие свой блеск), а
также новые, спектрально- и затменно-двойные
звезды, шаровые звездные скопления, галактики
(в том числе Млечный Путь и Магеллановы
облака). Две его работы, посвященные
исследованиям переменных звезд, были в
1949-56 опубликованы в советском издании
"Переменные звезды", В 1938 супруги Гапошкины
опубликовали монографию "Переменные
звезды", которая длительное время была единственной
книгой, обобщавшей наши знания об
этом классе звезд и вместе с тем содержавшей
оригинальные результаты. Так, в ней приведен
первый перечень группировок т.н. орионовых
звезд - карликовых переменных
звезд, непрерывно изменяющих свой блеск и
связанных с темными диффузными туманностями.
Начиная с 50-х эти группировки получили
название Т-ассоциаций. В 1941 Г. доказал, что
одна из звезд типа Вольфа-Райе (к этому типу
относятся горячие бело-голубые звезды-гиганты
с яркими линиями излучения гелия и
ионов углерода, азота и кислорода) является
двойной системой, причем одна из звезд может
затмевать свет другой, Позже было доказано,
что и другие звезды этого типа входят
в двойные системы.

В 1943 супруги Гапошкины опубликовали
большие ряды фотографических наблюдений
звездных полей, полученные ими в Гарвардской
обсерватории. Вскоре эти ряды наблюдений
пригодились. После открытия в конце 40-х
вспыхивающих звезд Г. вместе с шестью другими
американскими астрономами проделал титаническую
работу по просмотру более 25 000
фотографий звезд - красных карликов и у некоторых
уверенно обнаружил вспышки, а у
других - колебания блеска. Эти звезды получили
название звезд типа UV Кита. В 1950 Г.
открыл пульсирующую звезду с двумя периодами
пульсации. Всего на небе таких звезд известно
семь. Одну из них открыла Цецилия
Пайн.

В 60-е Г. занимался исследованием пульсирующих
звезд, получивших название цефеид
(от созвездия Цефея, где была обнаружена их
первая представительница). Проведенные наблюдения
цефеид предоставили материал, помогавший
определить расстояния до тех звездных
систем, в которых они находятся. Для этого
использовалась четко установленная зависимость
между периодом изменения блеска (т.е.

периодом пульсации) и их светимостью, В
1962 Г. опубликовал подробные сведения о цефеидах,
обнаруженных в галактике Андромеды.
В этой работе он обнаружил эффект уменьшения
периода цефеид с удалением от центра
звездной системы. В 1966 совместно с женой
Г. проделал большую работу по построению
кривых изменения блеска 1139 цефеид в
Большом Магеллановом облаке и 1132 цефеид
в Малом Магеллановом облаке. По полученным
ими кривым блеска супруги Гапошкины построили
распределение всех цефеид по периодам
изменения блеска. Выяснилось также, что цефеиды
класса S примерно в 1,5 раза ярче
обычных,

После ухода из обсерватории (1978) и
смерти жены (1979) Г. жил в Лексингтоне (шт.
Массачусетс). Из трех детей Катарина продолжила
астрономические исследования родителей.
Стоит отметить, что Цецилия Пайн-Гапошкина
была первой женщиной-профессором в
Гарвардском университете и первой женщиной
заведующей отделом. Астероид 2039 назван
ее именем.

Соч.: Variable Stars (совм. с Ц.Пайн-Гапошкиной).
Cambridge (Mass.), 1938.

Лит.: Бронштэн В.А. Советская власть и давление
на астрономию // Философ, исследования, 1993, № 3.

В. Бронштэн

\ГАРБУЗОВА Раиса (Рая) Борисовна (род
25.1.1906, Тифлис) - виолончелистка. Родилась
в музыкальной семье. Многоликость художественной
жизни Тифлиса, посещения оперных
спектаклей, концертов, куда отец, игравший в
оркестре на трубе, охотно брал маленькую
Раю, помогли рано проявиться музыкальным
способностям одаренной девочки. С пяти лет
она обучалась игре на фортепиано, а, услышав
однажды знаменитого виртуоза-контрабасиста
С.Кусевицкого, выразила твердое желание заниматься
и на виолончели. Судьба благоприятствовала
дебютантке. В 8 лет она поступила в
класс отличного виолончелиста и педагога
К.Миньяр-Белоручева, в свое время окончившего
Московскую консерваторию по классу
А.фон Глена, ученика К.Давыдова - основателя
русской виолончельной школы. За годы обучения
в Тифлисской консерватории (1914-23)
Г. смогла стать отменным музыкантом, овладевшим
большим репертуаром. Игру виолончелистки
отличала поэтичная одухотворенность музыкального
высказывания, красота тона, быть может,
и не очень большого по силе, но богатого
по тембровой палитре.

С огромным успехом прошли в Москве первые
выступления Г. (1923). Ее интерпретация
музыки Шумана, Шопена, Дворжака, д'Альбера
покорила даже самых строгих критиков очарованием
стихии музыкальности, которая пронизывала
каждый звук. В 1924 Г. исполнила в
Ленинграде "Вариации на тему рококо" П.Чайковского.
Ее игра получила высокую оценку
А.Глазунова, назвавшего артистку "чудом природы".
Следующий, 1925, оказался рубежным
в жизни Г. Вместе с некоторыми молодыми музыкантами
ее направили по инициативе наркома
просвещения А.Луначарского за границу для
совершенствования мастерства. Виолончелистка
с большим вниманием отнеслась к предоставленной
ей возможности, взяв немало уроков
у Х.Беккера, Ф.Сальмонда и даже самого
П.Казальса. Маэстро с искренней симпатией
отнесся к дарованию Г., о чем свидетельствовали
в дальнейшем концертные выступления виолончелистки
с оркестром, созданным великим
музыкантом XX в. (Оркестр Пау Казальса).


Водоворот новых ярких впечатлений закружил
Г. Признание и восторги сопровождали ее
концерты в большинстве стран Западной Европы.
Немалое значение имела при этом приветливая,
скромная манера общения, привлекательная
внешность артистки. "Восток, не раз
оживляющий нашу музыкальную жизнь большими
талантами, - писал один из рецензентов,
- опять наградил нас исключительным музыкальным
явлением. В недалеком будущем имя
Раи Гарбузовой получит мировую известность".
В 1927 Г. концертировала в США. Однако подлинный
ее дебют в этой стране состоялся
лишь в декабре 19 34 в Нью-Йорке. Он значительно
упрочил артистическое реноме виолончелистки,
позволив ей принять окончательное
решение о переезде в США (1939). Способствовали
тому семейные обстоятельства и новые
интересные ангажементы. Заметим, однако, что
для самой Г. это был, видимо, нелегкий шаг; в
течение ряда лет она сохраняла советское
гражданство. Свою родину Г. посетила дважды
- в 1934 и 1960. И оба раза ее концерты
свидетельствовали о мастерстве, обаянии таланта,
изяществе игры и самобытности трактовки.
Они привлекали внимание музыкальной общественности,
получили положительные отклики
в прессе.

Имеющиеся грамзаписи с достаточной достоверностью
и полнотой раскрывают многие
черты интерпретаторского стиля Г. Так, в сонате
Дебюсси для виолончели и фортепиано артистка,
смело пользуясь принципом художественного
контраста, рельефно воссоздает самые
разнообразные и тонкие оттенки настоений: лирику
и гротеск, мечтательность и танцевальность.
В трактовке Г. камерный опус одного из
наиболее значительных французских композиторов-импрессионистов
предстает как ряд интересных
"театральных сценок", стройных по
форме и полных жизненной правды. "Звездным
часом" артистической судьбы Г. следует
назвать осуществленное ею первое исполнение
концерта американского композитора Барбера.
Оно состоялось в Бостоне 5.4.1946 совместно
с оркестром под управлением С.Кусевицкого.
Позднее Г. не только записала сочинение на
пластинку, но и сделала редакцию виолончельной
партии. Артистизм и мастерство, рельефность
и пластичность фразировки, праздничность
и красочность звучания позволили Г. оригинально
воплотить характерный для этого опуса
синтез элементов неоклассицизма (ясность
формы, приемы развития) с элементами американской
народной музыки, возможно, негритянских
спиричуэлс.

Искусство Г. привлекало внимание не только
американских авторов. В 1950 австрийский
композитор Ратхауз специально для нее написал
"Ночную рапсодию", в 1956 итальянец Риетти
посвятил ей виолончельный концерт. Проявленный
интерес к творчеству Мартину позволил
Г. стать первой исполнительницей Третьей
сонаты для виолончели и фортепиано этого
своеобразного чешского композитора.

Свою лепту в американскую виолончельную
школу внесла Г. и как педагог. В течение многих
лет (с 1970 ) она преподает в Колледже
Харти в Хартворде (шт. Коннектикут) и проводит
занятия на различных курсах мастерства,
существующих при многих американских университетах.

Правда с 1991, после тяжелой автомобильной
катастрофы, Г. значительно сократила
свою педагогическую деятельность; но все
же и сейчас она слушает и консультирует молодых
музыкантов. Огромный опыт Г., ее известность
и авторитет солистки-концертантки, безупречный
художественный вкус позволяют с
успехом передавать новому поколению виолончелистов
приемы виртуозного владения инструментом.


Лит.: Гинзбург Л.С. История виолончельного искусства,
кн. IV. М., 1978.

Т. Гайдамович

\ГЕССЕН Сергей Иосифович (Serguis),
(3.9.1887, Усть-Сысольск - 25.9.1950,
Лодзь) - философ, педагог. Родился в семье
известного адвоката и публициста, одного из
лидеров кадетской партии Иосифа Владимировича
Г. В 1905 после окончания петербургской
гимназии Г. уехал в Германию, где в университетах
Гейдельберга и Фрейбурга слушал курсы
В.Виндельбанда, Э.Ласка, Г.Риккерта. Под влиянием
последнего Г. стал горячим защитником
трансцендентализма. Учившийся вместе с ним
Ф.Степун вспоминал впоследствии, что "религиозной
темы, или хотя бы только метафизической
тоски в нем тогда не чувствовалось, но
умен он был изумительно, причем определенно
критическим и даже скептическим умом". В
1910 во Фрейбургском университете Г. защитил
докторскую диссертацию на тему "Индивидуальная
причинность", привлекшую к нему
внимание в немецких философских кругах. В
диссертации им было развито учение Риккерта
о границах естественно-научного образования
понятий прим.тельно к анализу идеи причинности.
Г. рассматривал эту проблему на основании
различия между "идеографическими" и
"номотетическими" науками. По мнению

В. Зеньковского, эта работа Г. "не забудется в
развитии проблемы причинности".

Вернувшись в Россию, Г. в 1910 основал
вместе со своими студенческими товарищами
русскую секцию международного историософского
журнала "Логос". По словам Степуна,
"идея воплощения вечного Логоса философии в
многоязычном журнале увлекала его своею новизною
и красотою^. В продолжение 4-х лет Г.
редактировал созданный им журнал. Он также
активно печатался в кадетской газете "Речь",
переводил на русский язык работы Риккерта,
А.Бергсона и др. европейских философов. С
1913 по 1917 приват-доцент Петербургского
университета.

После Февральской революции Г. сблизился
с плехановской группой "Единство", но скоро
почувствовал свою непригодность к политической
деятельности. Летом 1917 он переехал
в Томск, где стал вначале профессором по кафедре
философии и педагогики, а затем деканом
историко-философского факультета Томского
университета. Некоторое время работал
директором Высших педагогических курсов.
Однако революционные события в Сибири вынудили
Г. к эмиграции.

До 1924 он жил в Германии: профессор
Русского научного института в Берлине, а также
редактор журнала "Русская школа за рубежом".

В 1924 Г. переехал в Прагу, где в течение
3-х лет преподавал на кафедре педагогики
в Русском высшем педагогическом институте. В
1925 вместе с Б.Яковенко и Степуном пытался
возобновить русское издание "Логоса". В 1934
Г. получил приглашение на кафедру философии
педагогики в Вольной Всепольской школе в
Варшаве и принял польское гражданство. В
Польше он пережил все события 2-й мировой
войны, во время которой, как сообщает Степун,
родные Г. погибли в нацистских концлагерях,
а ему самому также пришлось пережить
многократные аресты и концлагерь. После войны
в 1945 Г. получил должность профессора
педагогики в университете Лодзи. Однако с установлением
режима новой власти его преподавательская
деятельность в области философии
стала невозможной. Последние годы жизни он
занимался русской филологией.

В эмиграции Г. работал преимущественно
над вопросами философии, социологии и права.
В то же время он много писал и по педагогике.
Главная его книга в этой области - "Основы
педагогики" (Берлин, 1923) - выросла из лекций
в Томском университете. В ней прежде
всего сказалось тяготение Г. к прикладной философии.
В предисловии к этой работе он писал:
"Как философа меня привлекала возможность
явить в этой книге практическую мощь
философии". Книга Г. содержит философские
основы образования и воспитания. Система
воспитания опирается на представление о личности,
выражающее позицию трансцендентализма.
По мнению Г., личность созидается только
через приобщение к миру сверхличных ценностей.
Поэтому цель воспитания Г. полагает в
превращении естественного человека в человека
культурного.

В области социологии Г. была написана книга
"Проблема правового социализма" (1924). В
ней предпринята попытка соединить положительные
моменты индивидуалистической структуры
общества с положительными моментами
социалистического идеала. По мнению Г., осуществление
этого придало бы более совершенное
выражение ценностям религии, национальности,
государства, частной собственности и
свободы.

При разработке проблем этики Г. склонялся
к интуитивизму, пытаясь расширить его при помощи
концепции практической волевой интуиции,
которую он называл "волезрением". Это
можно обнаружить в его работе "Трагедия добра
в "Братьях Карамазовых" Достоевского"
(1928). По мнению Г., три брата - Дмитрий,
Иван, Алексей - олицетворяют собой три стадии
добродетели. Дмитрий - воплощение естественной
основы нравственности, выраженной
в соответствии с теорией Вл.Соловьева полуинстинктивными
чувствами стыда, жалости и благоговения.
Иван символизирует добродетель,
которая стала предметом рационального анализа.
Это автономная добродетель Канта, состоящая
в исполнении долга без любви. Высшая степень
добродетели - добродетель как любовь -
воплощена в Алеше. В представлении Г. старец
Зосима является представителем сверхэтической
святой жизни. Он стоит выше сферы морали,
а Федор Павлович Карамазов - ниже ее.

Философское творчество Г. не содержит законченной
системы взглядов. По мнению Зеньковского,
"философскому дарованию Гессена
не дано было развернуться в полноте - и
внешние неблагоприятные обстоятельства жизни,
и внутренняя скованность мысли ...обеспложивающим
трансцендентализмом помешали
этому". Степун запечатлел некоторые черты
психологического облика Г.: "Дома, в семье
своего отца, а впоследствии и в своей собственной
семье (Сергей Иосифович был женат
на дочери известного в Москве психиатра Минора)
он как-то не расцветал, иной раз даже
тускнел..., зато на заседаниях, докладах и в
особенности в гостях он распространял вокруг
себя атмосферу подлинной симпозиальности".


Соч.: Мистика и метафизика // Логос, 1910, кн. 1;
Философия наказания // Там же, 1912-13, кн. 12;
Политические идеи жирондистов. К истории политических
воззрений в эпоху революции. М., 1917; Политическая
свобода и социализм. Пг., 1917; Свобода и дисциплина.
Пг., 1917; Крушение утопизма // СЗ, 1924,
№ 19; Монизм и плюрализм в систематике понятий //
Рус. народ, ун-т в Праге. Науч. тр., т. 1: Философия.
Прага, 1928; Борьба утопии и автономии добра в мировоззрении
Ф.М.Достоевского и Вл.Соловьева // СЗ,
1931, № 45-46; Мировоззрение и идеология // СЗ,
1935, № 57.

Лит.: Зеньковский В.В. С.И.Гессен как философ //
НЖ, 1951, № 25; Степун Ф.А. Памяти С.И.Гессена //
Там же; Зеньковский В.В. История русской философии,
т. 2, ч. 1. Л., 1991.

А. Поляков,
Е. Тимошина

\ГИППИУС Зинаида Николаевна (псевд. Антон
Крайний) (8.11.1869, Белев, Тульская губ. -
9.9.1945, Париж) - поэт, прозаик, литературный
критик. Отец из немецкой семьи, проживавшей
с XVI в. в России; мать - дочь екатеринбургского
полицмейстера. Из-за болезни
легких Г. не получила систематического образования,
жила с матерью (отец умер в 1881) в
Ялте и на Кавказе. В Боржоми познакомилась с
Д.Мережковским, 8,1.1889 обвенчалась и уехала
с ним в Петербург. Этот духовный и творческий
союз продолжался 52 года и описан в неоконченной
книге Г. "Дмитрий Мережковский"
(Париж, 195 1; М., 1991).

Первые стихи Г., написанные под влиянием
С.Надсона, появились в журнале "Северный
вестник" (1888, № 12). Позднее Г. говорила:
"Стихи я всегда писала редко и мало, - только
тогда, когда не могла не писать". Литературная
известность пришла с ее стихами, появившимися
в "Северном вестнике" в 1895 (№ 3,12) и
определившими ее место среди символистов. В
1904 и 1910 в Москве вышло "Собрание стихов"
(кн. 1-2). В 1899-1901 в журнале "Мир
искусства" печатались ее литературно-критические
статьи. В 1901-3 вместе с Мережковским
и В.Розановым организовала Религиозно-Философские
собрания в Петербурге, была одним
из редакторов журнала "Новый путь" (19034),
где печатались протоколы этих собраний.
Квартира Мережковских в доме Мурузи (Литейный,
24) стала местом встреч петербургских
символистов и религиозных философов.
Критические статьи Г. печатались в "Весах"
(1906-8), "Русской мысли" (1910-14) и др.
журналах. С 1906 по 1914 Мережковские
жили за границей, в Париже, наезжая временами
в Россию.

Г. - автор сборника рассказов "Новые люди"
(СПб., 1896), "Зеркала" (СПб., 1898),
"Третья книга рассказов" (СПб., 1902), "Алый
меч" (СПб., 1906), "Черное по белому" (СПб.,
1908), "Лунные муравьи" (М., 1912); романов
"Чертова кукла" (М., 1911), "Роман-царевич"
(М., 1913): пьес "Маков цвет" (СПб., 1908,
совм. с Мережковским и Д.Философовым),
"Зеленое кольцо" (Пг., 1916), в которых переплетаются
идеи символизма, ницшеанства, религиозной
философии.

Особый интерес Г. проявила к жанру дневников
и мемуаров. Предназначавшиеся для
прижизненной публикации, они были вместе с
тем образцами публицистики. В 1908 вышла ее
книга очерков "Литературный дневник". Из
дневников, которые Г. вела в течение полувека,
наибольшей известностью пользуются "Петербургские
дневники", частично изданные в
19 21 в Софии и Мюнхене ("Черная книжка" и
"Серый блокнот") ив 1929в Белграде ("Синяя
книга"), дважды переизданные с предисловием
Н.Берберовой (Нью-Йорк, 1982, 1990).


Г. не была захвачена шовинистическим энтузиазмом
первых лет мировой войны, В докладе,
прочитанном в Религиозно-Философском
обществе в ноябре 1914, утверждала, что война
является осквернением человечества. Со
временем Г, пришла к мысли, что только "честная
революция" может по-настоящему покончить
с войной. Подобно другим символистам
видела в революции великое духовное потрясение,
призванное очистить человека и создать
свободную Россию, надеялась, что революция
раскрепостит людей и их религиозное сознание,
которое подавлялось самодержавием и
церковью. Революция представлялась ей исходом
"разрушительных" и "созидательных" сил,
издревле дремавших в недрах России. "Петербургские
дневники" писались, по признанию Г.,
"около решетки Таврического Дворца", где заседала
Государственная дума и один день -
5,1.1918 - Учредительное собрание (Мережковский
и Г. жили напротив Таврического
дворца на Сергиевской, 83). Дневник 1917 рисует
картину сползания страны в бездну безумия.
Из окна своей квартиры они "следили за
событиями по минутам". К ним приходили "исторические
личности", особенно часто видные
руководители эсеров и кадетов. Временное
правительство воспринималось Мережковским,
Г, и их друзьями как свое и близкое, с некоторыми
министрами они были лично связаны
(А.Керенский, Б.Савинков). Восторженно приняв
Февральскую революцию, Г. одна из первых
(как и В.Розанов, И.Бунин, А.Ремизов) увидела
антидемократическую и антинациональную
сущность октябрьского переворота 1917,
наступление "власти тьмы". "Главные вожаки
большевизма, - писала она в "Синей
книге", - к России никакого отношения не
имеют и о ней меньше всего заботятся. Они ее
не знают, - откуда? В громадном большинстве
не русские, а русские - давние эмигранты".

"О, какие противные, черные, страшные и
стыдные дни!" - восклицает Г. и пишет
9.11.1917 стихи о судьбе русской революции:
"Лежим, заплеваны и связаны, / По всем углам.
/ Плевки матросские размазаны / У нас по
лбам". По ее мнению, переворот 25.10,1917
произвел на всю интеллигенцию, за редкими
исключениями, тягчайшее впечатление: "Расстрелянная
Москва покорилась большевикам.
Столицы взяты вражескими - и варварскими
- войсками. Бежать некуда. Родины нет". Г,
порвала с А.Блоком и В.Брюсовым, сотрудничавшими
с новыми властями, которые были для
Г. воплощением "царства Дьявола". Дневники с
ноября 1917 до января 1919 ("Черные тетради")
остались в России; они хранились в Отделе
рукописей ГПБ в Петербурге и впервые
полностью опубликованы в 1992 в альманахе
"Звенья" (СПб., М., вып. 2). В "Черных тетрадях",
а также в ранее опубликованных частях
"Петербургских дневников" Г, стала летописцем
жизни тех, кто после октябрьского переворота
оказался в родной стране на положении
"внутренних" эмигрантов, она запечатлела репрессии
против печати и политических партий,
аресты и расстрелы интеллигенции, дворян,
офицеров, составила список деятелей культуры
- "перебежчиков", "кому не простит никогда"
(среди них А.Блок, А.Белый, А.Бенуа, С.Есенин,
Вс.Мейерхольд, К.Чуковский и др.). Чуковский
отметил в дневнике, что Г. "в течение года ругает
с утра до ночи большевиков...".


Мережковский и Г. надеялись на свержение
большевистской власти, но, узнав о поражении
Колчака в Сибири и Деникина на юге,
решили бежать из Петрограда. 24.12.1919 они
совместно с их другом ДФилософовым и секретарем
В.Злобиным покинули город, якобы для
чтения лекций в красноармейских частях в Гомеле;
в январе 1920 перешли на территорию, оккупированную
Польшей, и остановились в Минске.
Здесь Мережковские читали лекции для русских
эмигрантов, писали политические статьи в
газете "Минский курьер", В феврале 1920 переехали
в Варшаву, где занялись активной политической
деятельностью. Жизнь снова наполнилась
для них смыслом - борьбой за свободу
России. Г. стала редактором литературного отдела
в газете "Свобода". Из Парижа приехал
Савинков, чтобы совместно продолжить борьбу
против большевизма. Г. и Савинкова связывала
долголетняя дружба, она редактировала его роман
"Конь бледный", который привезла в Россию
и напечатала в журнале "Русская мысль".
История взаимоотношений Г.-ФилософовСавинков
рассказана в дневнике Г. "Коричневая
тетрадь" (Возрождение, 1970, № 221), являющимся

эпилогом трех ранних дневников:


"Дневник любовных историй", "О Бывшем"
(Там же, 1970, № 217-220) и "Варшавский
дневник" (Там же, 1969, № 214-216). Темы и
мотивы постоянно переплетаются в них, образуя
прихотливый узор гиппиусовской прозы.

В Варшаве Г. быстро разочаровалась в газете
"Свобода", где ее, как она говорила, лишили
какой бы то ни было свободы, и стала помогать
Мережковскому в написании работы о правителе
Польши Ю.Пилсудском, в котором они видели
избранника Божьего для служения человечеству
и для избавления мира от "безнравственного
большевизма". В Польше Г. видела
страну "потенциальной всеобщности", которая
может положить конец вражде разъединенных
наций: преодолев долголетнюю взаимную ненависть,
Польша и Россия перед лицом общей
опасности большевизма должны создать союз
братских народов. Г. требовала от польского
правительства признания, что Польша воюет не
против русского народа и России, а против
большевизма. В июле 1920 после такого заявления
правительства Пилсудского Г., Мережковский
и философов написали воззвание к
русской эмиграции и к русским в России по поводу
союза с Польшей. Однако, когда в октябре
1920 Польша подписала перемирие с Россией,
Г. стала критически относиться к Пилсудскому,
правительство которого официально
объявило, что русским людям в Польше воспрещается
критиковать власть большевиков под
угрозой высылки из страны. Убедившись, что
"русскому делу" в Варшаве положен конец,
Мережковские 20.10.1920 выехали в Париж.

Крушение судьбы и творчества писателя,
обреченного на жизнь вне России - постоянная
тема поздней Г. В эмиграции она оставалась
верна эстетической и метафизической системе
мышления, сложившейся у нее в предреволюционные
годы в результате участия в Религиозно-Философском
собрании и в Религиозно-Философском
обществе. Эта система основывалась
на идеях свободы, верности и любви, вознесенной
до Христа. Поселившись в Париже,
где у них с дореволюционных времен сохранилась
квартира, они установили и возобновили
знакомство с К.Бальмонтом, Н.Минским, И.Буниным,
И.Шмелевым, А.Куприным, Н.Бердяевым,
С.Франком, Л.Шестовым, А.Корташевым.

Г. поражала всех своей "единственностью",
пронзительно-острым умом, сознанием (и даже
культом) своей исключительности, эгоцентризмом,
нарочитой, подчеркнутой манерой высказываться
наперекор общепринятым суждениям
и очень злыми репликами. "Изломанная декадентка,
поэт с блестяще-отточенной формой,
но холодный, сухой, лишенный подлинного
волнения и творческого самозабвения" (Ю.Терапиано).


В эмиграции Г. переиздавала написанное в
России (сб. рассказов "Небесные слова". Париж,
1921). В 1922 в Берлине вышел сборник
"Стихи: Дневник 1911-1921 ", а в Мюнхене -
книга четырех авторов (Мережковский, Г., Философов
и Злобин) "Царство Антихриста", где
впервые опубликов

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.