Жанр: Энциклопедия

Энциклопедический биографический словарь

сторінка №37

ской церковностью,
которой ему недоставало в Японии... Ему
были дороги и обрядность и догмы русской
церкви: он хотел верить, как верят дети"; его
привлекали также русские библиотеки. В 1940
перебрался в Дайрен, где преподавал японский
язык и японоведение в русской гимназии. В
"Восточном обозрении" публиковал переводы
произведений Акутагава Рюноскэ, Танидзаки
Дзюнитиро, Кикути Кан, отмеченные верностью
оригиналу и прекрасным русским языком
(на вопрос, чем объяснить такое знание русского
языка, в то время как он вращается преимущественно
в японских кругах, Г. отвечал:
"Никакого секрета нет. Я много читаю дореволюционных
поэтов, особенно акмеистов"). Выступал
и сам как поэт, сотрудничал в русских
эмигрантских журналах - в шанхайском "Фениксе",
в альманахах "Врата" и "Рубеж", был
связан с издательством "Харбин". В воспоминаниях
знавших Г. он предстает как "симпатичнейший
и добродушный гигант с ослепительной
улыбкой и грустными глазами". "В работе
своей он сумел сочетать равноценное служение
обоим народам, от которых он почерпнул
свои знания", - писал Е.Агапов.

Скончался Г. от разрыва сердца: ходили слухи,
что он был отравлен японской жандармерией.


Лит.: Памяти Михаила Петровича Григорьева //
Вост. обозрение, 1943, № 16, июль-сент.

И. Кожевникова

\ГУЛЬ Роман Борисович (8.1.1896, Киев -
30.1.1986, Нью-Йорк) - писатель, литературный
критик. По отцу - потомок обрусевших
шведов, мать - из старинного дворянского рода.
Отец Г., которого он рано потерял, был
присяжным поверенным, богатым помещиком.
Детство и юность Г. прошли в Пензе и в поместье
отца. В 1914 поступил на юридический
факультет Московского университета, но через
два года был мобилизован. Весной 1917 окончил
офицерскую школу в Москве и отправлен
на фронт, где его застала Октябрьская революция,
В декабре возвратился к матери в Пензу; в
бесчинствах толпы на улицах города увидел
"страсть всеразрушения, всеистребления и дикой
ненависти к закону, порядку, праву, покою,
обычаю, ...именно тот всенародный бунт,
о котором Пушкин писал "бессмысленный и
беспощадный". Вместе с братом Сергеем вступил
в Добровольческую армию, участвовал в
"Ледяном походе" генерала Корнилова, был
легко ранен. В Киеве братья были мобилизованы
в армию гетмана Скоропадского и после захвата
Киева Петлюрой оказались военнопленными;
в начале 1919 вывезены немецким военным
командованием в Германию, жили в лагерях
для "перемещенных лиц". Войти в офицерские
части, формировавшиеся в помощь белой
армии, Г. отказался: "Я почувствовал, что убить
русского человека мне трудно". Работал у торговца
лесом дровосеком, обдирщиком коры.

С 1920 жил в Берлине, куда приехали из
Советской России его мать и невеста, Ольга
Андреевна Новохатская, с которой Г. обвенчался
в 1927. Сотрудничал в газетах и журналах
"Жизнь", "Время", "Русский эмигрант", "Голос
России". Примкнул к "сменовеховцам", но
вскоре отошел от них, навсегда оставшись непримиримым
в отношении "полулюдей", как
называл он правителей СССР: "Их жизнью была
исключительно партия. В партии интриги,
склоки, борьба, но главное - власть, власть,
власть, власть над людьми". "Чувство небывалого
отвращения ко всей этой всероссийской
революции" определило выбор Г. эмигрантской
судьбы: "Родина без свободы для меня не родина,
а свобода без родины хоть и очень тяжела,
но все-таки остается свободой". Прожив в
эмиграции 6 8 лет, Г. не утратил духовной связи
с Россией: "Хотим мы этого или не хотим, ...мы
ведь работаем, пишем, сочиняем только для
нее, для России..."

В 1933 Г. был заключен нацистами в концлагерь;
в сентябре, после освобождения, эмигрировал
в Париж; в 1937 выпустил книгу
"Ораниенбург. Что я видел в гитлеровском концентрационном
лагере". В 1936-37 работал в
Лондоне как киносценарист. Во время оккупации
Парижа бежал на юг Франции (Лотэ-Гаронн);
жил на ферме близ Нерака, работал на
стекольном заводе, затем крестьянином-испольщиком.
В 1945 вернулся в Париж, создал
группу "Русское народное движение", издавал
газету "Народная правда" (1948-52, Париж,
Нью-Йорк), имея целью помощь соотечественникам,
оказавшимся после 2-й мировой войны
на Западе, В 1952 переехал в Нью-Йорк.

Литературное имя Г. принес роман "Ледяной
поход" (Берлин, 1921: М., 1990), замеченный
в эмигрантской среде и в Советской России,
заслуживший похвалу М.Горького. З.Гржебин
рассказал Г., что видел его роман на столе
у Ленина. Книга звучала как протест против
гражданской войны с ее развращающей жестокостью
братоубийства. Ту же тему Г. развил в
"художественной биографии" "Конь рыжий", о
которой И.Бунин писал автору: "Все еще вспоминаю
порой Ваш роман - столько в нем совершенно
прекрасных страниц!" (в то же время
укоряя Г. "за вздохи о "братоубийственной
войне").

Собственный опыт и рассказы других эмигрантов
стали основой книг Г. "Жизнь на фукса"
(М.-Пг., 1923), "В рассеянии сущие" (Берлин,
1923) и "Белые по Черному" (М., 1928),
Интерес Г. к ярким историческим личностям
проявился в романе "Генерал БО" (Берлин,
1929, в последующ, изд. - "Азеф"); переведенный
на 9 языков, включая японский, он
привлек внимание А.Мальро и А.Камю. Центральные
фигуры романа "Скиф" (Берлин,
1931) - М.Бакунин и Николай 1 (в 1974 переизд.
в Нью-Йорке под назв. "Бакунин"). В
1922 в Берлине вышла книга "Тухачевский.
Красный маршал" - один из лучших психологических
этюдов Г. Продолжая анализировать
обстоятельства и свойства характеров, которые
вынесли будущих советских полководцев на
руководящие посты, помогли им увлечь крестьянскую
Россию и разгромить белых генералов,
издал в 1933 книгу "Красные маршалы. Ворошилов,
Буденный, Блюхер, Котовский" (переизд.
М,, 1990). История коммунистического
террора воссоздана в книге "Дзержинский
(Менжинский, Петерс, Лацис, Ягода)". Цель
террора Г. видел в уничтожении свободомыслия
- почвы, на которой только может существовать
культура: "В СССР у населения навеки
разрушена память о прошлой России, отняты
мысль, слово, и духовно советское население
омертвело: мертвые молчат, и живые молчат,
как мертвые"; эмиграция, по мнению Г.,
стала хранительницей русских культурных традиций,
значительно обогатив и европейскую
культуру. В 1978 Г. начал публиковать в "Новом
журнале" трехтомный труд "Я унес Россию.
Апология эмиграции" (полностью - в
нью-йоркском изд-ве "Мост": T.I - "Россия в
Германии", 1984: т.2. - "Россия во Франции",
1984: т.З - "Россия в Америке", 1989), по замыслу
Г., "некий справочник по истории Зарубежной
России", хотя и носящий субъективный
характер. Г. дает пестрый и увлекательный
сплав явлений, составляющих жизнь русской
эмиграции, характеризует общественные и философские
течения и объединения (масонство,
"сменовеховство", евразийство и др.), рассказывает
о деятельности русских издательств, о
судьбе архивов, включает в повествование психологические
и сатирические портреты известных
и безвестных деятелей. Критики признали
трилогию "огромной и ценнейшей" работой.


Критические работы Г. вошли в сборники
"Одвуконь: Советская и эмигрантская литература"
(Нью-Йорк, 1973) и "Одвуконь 2:
Статьи" (Нью-Йорк, 1982). Объясняя название,
Г. писал, что на долю эмигрантской литературы
выпала роль "запасного коня", "но когда-нибудь
настанет день - и непременно настанет
- когда вся полувековая халтура "инженеров
человеческих душ" отомрет, а творчество
советских писателей, кто несмотря ни на
что оставался духовно свободным, сольется с
творчеством русских свободных писателейэмигрантов".
В работах Г. оба эти русла уже
слиты. Ценностные критерии он находил в традициях
русской классической литературы. Увлекающийся
и увлекающий читателя критик, Г.
тонко чувствовал оттенки, тона и полутона писательской
манеры; художественным образам
он давал проникновенное и часто необычное
толкование. Б.Пастернак, прочитав статью Г. о
романе "Доктор Живаго" (1958), просил передать
автору, что "она превосходит своей красотой
и глубиной все, на что я надеялся и что заслужил".
"Преувеличенность, баснословность
рисунка - законные черты в изобразительном
даре Цветаевой, - писал Г. о ее прозе. - Они
естественно рождены как из ее общего мироощущения,
так и из исповедания ею некой заповеди
мифотворчества. А так как искусство и
жизнь были Цветаевой неразрывно слиты (она
знала только "правду всего существа"), то и
мифотворчество становилось не только литературным
приемом, но приемом видения мира".
Рассматривая русскую литературу в контексте
мирового литературного процесса, Г. утверждал,
что Экзистенциализм Г.Иванова "много
старше сен-жерменовского экзистенциализма
Сартра и "уходит корнями... в граниты имперского
Петербурга". По поводу "Реквиема"
А.Ахматовой писал, что в приложении к ней
"эпитет большого русского поэта (и в наши дни
единственного большого) совершенно естественен".
В А.Солженицыне видел "исключительное
явление"; "Россия Солженицына это больше,
чем государство, чем страна, нет, это некая
русскость, разлитая в мире, в ее лучшем и духовном
чувствовании". Высоко ценил романы
В.Дудинцева, поэзию Б.Окуджавы.

Деятельность редактора Г. начал в Берлине
в 1920 в журнале "Жизнь" по приглашению
В.Станкевича, затем работал в "Новой русской
книге" вместе с А.Ященко (1922-24). В 1952
начал сотрудничать в "Новом журнале" (НьюЙорк),
с 1959 его главный редактор, стремился,
чтобы журнал был бы своего рода "магнитофонной
лентой", на которой записаны для будущего
голоса русских писателей, выдающихся
мыслителей, ученых, общественных и религиозных
деятелей. Посмертно в "Новом журнале"
(1986, № 164) опубликованы мемуары
"Моя биография".

Соч.: Киевская эпопея: Ноябрь-декабрь 1918 г. //
Арх. рус. рев-ции, 1921, т. 2; Переписка через океан
Г.Иванова и Р.Гуля // НЖ, 1974, № 140; Переписка
Светланы Аллилуевой и Ольги и Романа Гуля // НЖ,
1986, № 164, 165.

Лит.: Филиппов Б. Роман Гуль - прозаик: К 90-летию
// НЖ, 1986, № 162; Магеровский Е.Л.. Пирожкова
В., Филиппов Б. Памяти Романа Борисовича Гуля
// НЖ, 1986, № 164; Мартынов И. Последняя книга
патриарха русского зарубежья // НЖ, 1990, № 180;
Глэд Дж. Роман Гуль / Глэд Дж. Беседа в изгнании. М.,
1991: Померанцева Е.С. "...Только для нее, для России"
(Роман Гуль) // Рос. литературовед, журнал,
1993, № 2.


Е. Померанцева

\ГУРВИЧ Георгий Давидович (Жорж)
(19.10.1894, Новороссийск - 10.12.1965,
Париж) - социолог, философ. Философскую
литературу читал с 14 лет, В 1912-15 учился
на юридическом факультете Юрьевского университета.
12.10.1914 юридический факультет
присудил ему золотую медаль за работу по истории
философии права "Правда воли монаршей"
Феофана Прокоповича" (опубл. Юрьев,
1915). В августе 1915 по зачету 6 семестров
перевелся в Петроградский университет. С
1917 преподавал в Петроградском университете
и работал над докторской диссертацией
"Руссо и Декларация прав" (Пг., 1918), защитив
которую в 1920, получил докторскую степень.
Через несколько месяцев эмигрировал в
Чехословакию, где в качестве приват-доцента
преподавал социологию и философию права на
кафедре истории философии права Русского
юридического факультета в Праге. Опубликовал
в этот период ряд философских работ:
"Идеи неотъемлемых прав в политической доктрине
XVII-XVIII веков" ("Труды русских ученых
за границей", Берлин, 1921), "Введение во
всеобщую теорию международного права"
(Прага, 1923), "Этика фихте" (Прага, 1925, на
нем. яз.),

С 1929 во Франции. Состоял в масонской
ложе "Северная Звезда" (1932-37). Сотрудничал
в журнале "Современные записки", в газете
"Дни", полемизировал с евразийцами; публиковал
научные работы на немецком и французском
языках. Преподавал философию в
"Sevigne College", затем несколько лет социологию
в университете Бордо; в 1935-48 профессор
социологии в университете Страсбурга. По
приглашению Л.Бруншвича прочитал в Сорбонне
курс "Современные тенденции в германской
философии 1927-1928 гг." (опубл.: 1930: 2-е
изд. 1949). В 1932 появилась его книга "Идея
социального права", над которой Г. работал
еще в России; она принесла ему международную
известность. Осуждал гитлеровский режим,
уехал после капитуляции Франции в
19 40 в США, был приглашен в нью-йоркскую
Новую школу социальных исследований. В
1941 принимал участие в создании в Нью-Йорке
под патронажем правительства Свободной
Франции "Ecole Libre des Hautes Etudes". Участник
дискуссий с американскими и французскими
коллегами о будущем Франции, проходивших
во французском институте социологии в
"Ecole Focillon"; в 1944 написал "Декларацию
социальных прав" (опубл. Нью-Йорк, 1944; во
Франции в 1946), чтобы "вдохновить конституцию
IV республики". Читал курс социологии в
Гарвардском университете в 1944-45.

После возвращения в сентябре 1945 во
Францию стал центральной фигурой французской
социологии, первым директором Центра
социологических исследований, лаборатории
социологии познания и морали, главным редактором
журнала "Cahiers intemationaux de
sociologie" (1946). С 1948 профессор социологии
в Сорбонне и директор "L'Ecole Pratique
des Hautes Etudes". Президент Института социологии
(1953-56), президент комиссии социологии
и демографии национального центра
научных исследований (1960-63). Кавалер ордена
Почетного легиона. В 1962 избран президентом
Международной ассоциации социологов
франкоязычных стран.


Активно выступал против алжирской войны,
против централизации власти в современном
технико-бюрократическом обществе, участвовал
в деятельности общества "ФранцияСССР".
В своих работах проводил междисциплинарные
связи между социологией, историей,
антропологией и социальной психологией.
Взгляды Г. сложились под влиянием И.Фихте,
А.Бергсона, Э.Гуссерля, социалистических концепций
Сен-Симона, П.Прудона, К.Маркса, а
также социологии М.Вебера, Э.Дюркгейма,
особенно М.Мосса (идея "целостных социальных
фактов"). Свою социологию Г. называл
"диалектическим гиперэмпиризмом". Вместе с
Я.Морено, Э.Мэйо, К.Левин и др. он был одним
из создателей теории малых групп как главного
объекта социологии. В свою очередь, влияние
Г. проявилось в вариантах диалектической социологии
Ж.П.Сартра ("Критика диалектического
разума") и в генетическом структурализме
Л. Гольдмана. Учеником Г. был Жак Казнев,
его преемник на кафедре социологии в Сорбонне.


Социолог преимущественно философского
склада, Г. придерживался скорее германской,
чем французской традиции; вместе с тем как
европеец он был оппонентом американского
эмпиризма. Приобрел репутацию "французского
Питирима Сорокина", сам же Сорокин считал
его одним из крупнейших социологов XX в.

Соч.: Государство и социализм // СЗ, 1925, № 25;
Большевизм и замирение Европы // СЗ, 1925, № 26:
Этика и религия // СЗ, 1926, № 29; Собственность и
социализм // СЗ, 1928, № 36: 1929, № 38;
Determinismes sociaux et liberte humaine. Paris, 1955;
Traite de sociologie, vol. 1-2. Paris, 1958-60; Proudhon.
Sa vie, son oeuvre. Paris, 1965; Les cadres sociaux classes
connaissance. Paris, 1966.

Лит.: Bosserman P. Dialectical Sociology. An
Analysis of the Sociology of George Gurvitch. Boston,
1968; Rankovic M. Gurvicevo shatunje strukture i
tipologije globalnih drustava. Beograd, 1970; Stefani
M.A. George Gurvitch. Roma, 1982; Swedberg R.
Sociology as Disenchantrnent: the Evolution of the Work
of George Gurvitch. Atlantic Highlands, 1982.

Ю. Дойков

\ГУСЕВ-ОРЕНБУРГСКИЙ (наст. фам. Гусев)
Сергей Иванович (23.9.1867, Оренбург -
1.6.1963, Нью-Йорк) - писатель, публицист.
Родился в семье казака-торговца. Окончил
Уфимскую духовную семинарию. С 1893 сельский
учитель, затем священник в Мордовии: в
1898 отказался от сана. В "Оренбургском листке"
(8.5,1890) появился первый его рассказ
- "сентиментально-трогательная история о
слепом", В 1900-2 публиковал очерки, фельетоны,
рассказы в "Киевской газете", в 18971901
-в петербургском журнале "Жизнь". В
раннем творчестве выступал как бытописатель
родного края - оренбургских степей и предгорий
Урала, Деревня в его рассказах предстает
забитой, люди бесправными ("Самоходка",
"Где ветлы стояли", "Мгла", "Кошмар", "Нужда").
В повестях и рассказах о казаках создавал
образы хозяев бескрайних степей, людей
волевых, показывал их гуманное отношение к
"инородцам" ("Казак Колодин", "Суд"). Описывал
служителей церкви: священников-просветителей,
добрых и бескорыстных ("Мечтатель",
"Пастырь добрый", "Бедный приход"), и лихоимцев,
обирающих прихожан ("Жалоба", "Дьякон
и смерть", "Злой дух"). Идейным настроем
творчества был близок Г.Успенскому, В.Слепцову,
писателям-народникам. Изображал социальное
расслоение деревни, проявления вражды
между миром богатства и нищеты, произвол
властей ("В приходе", 1906; "Последний час",
"Конокрад", "Лукич", "Интрига"). Повесть
"Страна отцов" (1904) отразила предреволюционную
атмосферу в деревне и городе; Г.-О.

посвятил ее М.Горькому, с которым сблизился,
участвуя в сборниках "Знание", Горький положительно
оценивал рассказы писателя, отмечая
его талант. В стихотворении "Реквием" (1905)
Г.-О. выразил скорбь о жертвах народной борьбы,
прославлял их подвиг. Показателем общественного
признания творчества Г.-О. явилось
выпущенное в 1903-13 издательством "Знание"
собрание его рассказов в 4-х томах, а в
1913-18 издательством "Жизнь и знание" -
полное собрание сочинений в 16 томах.

После 1-й русской революции в творчестве
Г.-О. произошла смена акцентов: появились ноты
пессимизма, мотивы эстетства, уход в фантастику
("Сказки земли", 1908; "Горная легенда",
"Золотой сон", 1915), Отношение к революционным
событиям 1917 Г.-О. выразил в
плакатно-поэтических картинах и образах книги
"За свободу. Повесть в стихах" (Казань,
1919). Повесть "Бессмертный Прохорыч" (Чита,
1921) - карикатура на "революционные
изменения" в жизни провинциального городка,
где участковый страж порядка на рынке, промышляющий
попутно поборами, становится
первой личностью, "борцом" за передовые
идеи.

О своих послереволюционных переживаниях
Г.-О. писал: "В течение трех лет я скитался
по пределам России в вихрях гражданской войны,
жил на Украине, при немцах, Скоропадском,
голодал и холодал год в Москве, ездил
по польскому фронту, передвигался по Украине
с деникинской армией, пережил ее расцвет
и развал, пережил погромы, обстрелы Киева и
Ростова, жил в Крыму после Врангеля и снова
в Москве незадолго до перехода к новой экономической
политике... За отсутствием всякой
возможности прим.ть объективно свой литературный
труд в России, с горечью в сердце вынужден
был уехать за ее пределы", В середине
1921 выехал через Читу и Благовещенск в
Харбин. В Чите издал "Дневник беллетриста.
Облик Москвы" (1921), в Харбине - пьесу "В
красной Москве", там же вышла его "Багровая
книга: Погромы 1919-20 гг. на Украине"
(1922). В связи с откликами на нее 30.8.1922
выступил в газете "Русский голос" со статьей
"Мое кредо (письмо к своим)", в которой писал,
что его, писателя, покинувшего страну, ...
чтобы иметь свободу выяснения души", "травят
свои"; он написал книгу как русский человек,
живущий традициями русской общественности,
это - "протест против крови", книга его "только
об одном и кричит: опомнитесь, люди русские,
очнитесь... прежде, чем строить великую
новую... Россию". "Я кусок русской народной
души, - писал Г.-О., - Россия - моя земная
мать... Верю в великое назначение русского народа
в истории земли. Разрыв с народом - источник
бед". Социализм же ему представлялся
"коварной приманкой в руках антихриста", Из
Харбина выехал в Америку, остался жить в
Нью-Йорке. В письмах Горькому сообщал о невзгодах,
физических и нравственных муках,
выражал искреннее сожаление о разлуке с родиной.


Под редакцией Г.-О. в 1924-25 выходил в
Нью-Йорке журнал "Жизнь", Литературно-художественный
альманах "Русская деревня"
(Берлин, 1924) поместил рассказы Г.-О. "Сельский
священник" и "Бездождие", журнал "Зарница"
(Нью-Йорк, 1925, № 2) - отрывок из
романа "В миру человек" - о поездке чиновника
правительства А.Керенского в уезд для
разбирательства дела о поджоге помещичьих
им.и. В описании новой российской реальности
Г.-О. выступал как юморист и сатирик (сб. "Горящая
тьма", 1926), рисуемые им картины
мрачны, подробности жизни удручающи: "народ
из веревок ботинки плетет", "из галок жаркое
приготавливает", "это сны наяву, порожденные
голодом", "Москва агонизирует вместе
с Россией", "советский дьякон" не только занимается
богослужением, но также поет и пляшет
в клубе, "советская барышня" - поборница
"свободной любви".


Книга "В глухом уезде и другие рассказы"
(Нью-Йорк, 1952) состояла из старых произведений
Г.-О. В Москве в 1923 повторно вышла
повесть "Страна отцов", в 1924 и 1925 изданная
в Нью-Йорке и Лондоне в переводе на английский
язык. В романе "Страна детей" (НьюЙорк,
1928; английский пер.: Лондон, 1963)
Г.-О. показал, как отражались революционные
события на судьбах русской интеллигенции.
Традиционные для писателя мотивы и новые
сюжеты характеризует сборник "Святая Русь:
Эмигрантские рассказы" (Нью-Йорк, 1957).
Автобиографическая книга "В поисках пути:
Ритмические размышления" вышла в Нью-Йорке
в 1955,

Лит.: Долматовская И.А. Жизнь и творчество Гусева-Оренбургского.
М., 1976.

Е. Трущенко

\ГУЧКОВ Александр Иванович (14.10.1862,
Москва - 14.2.1936, Париж) - политический
и общественный деятель. Родился в купеческой
семье. В 1885 окончил историко-филологический
факультет Московского университета,
После службы вольноопределяющимся 1-го
лейб-гвардии Екатеринославского полка и сдачи
экзамена на офицерский чин - прапорщика
запаса армейской пехоты - он отправился за
границу для продолжения обучения. Слушал
лекции в Берлинском, Тюбингенском и Венском
университетах, изучая историю, международное,
государственное и финансовое право,
политэкономию, трудовое законодательство.

В 1893 избран членом Московской городской
думы, При его участии была закончена постройка
мытищинского водопровода. В 189697
исполнял обязанности товарища городского
головы, В 1898 поступил младшим офицером в
Оренбургскую казачью сотню в составе недавно
образованной Особой охранной стражи Китайско-Восточной
железной дороги. В стычках
с участниками вооруженных банд проявил незаурядное
мужество. В 1899 вместе с братом
Федором совершил опасное путешествие - за
6 месяцев они проехали 12 тысяч верст верхом
по Китаю, Монголии и Средней Азии. В
1900 он сражался на стороне буров с англичанами
на юге Африки, продемонстрировав хладнокровие,
выдержку и меткую стрельбу. В сражении
близ Линдлея (Оранжевая республика) в
мае 1900 был тяжело ранен в бедро. После
взятия города британскими войсками оказался
в плену, но был отпущен после выздоровления
"под честное слово". По возвращении в Россию
избран директором, затем управляющим
Московского учетного банка и председателем
наблюдательного комитета страхового общества
"Россия". Вновь работал в Московской городской
думе, являясь членом нескольких ее
комиссий. В 1903 за несколько недель до
свадьбы уехал в Македонию и вместе с ее восставшим
населением сражался против турок за
независимость славян. В сентябре 1903 женился
на Марии Ильиничне Зилоти, которая
происходила из известной дворянской семьи и
была в близких родственных отношениях с
С. Рахман иновым.

В годы русско-японской войны Г. находился
вновь на Дальнем Востоке в качестве помощника
главноуполномоченного Российского общества
Красного Креста при Маньчжурской армии.

После отступления русских войск от Мукдена
остался при госпитале с ранеными солдатами
и попал в плен. В Москву вернулся национальным
героем. В период революции 1905-7
отстаивал идеи умеренного национал-либерализма,
высказывался в пользу сохранения исторической
преемственности власти, сотрудничества
с царским правительством в деле осуществления
реформ, намеченных в Манифесте 17
октября 1905. На этих идеях им была создана
партия высших слоев чиновничества, приспосабливающихся
к переменам в стране помещиков,
интеллигенции, и ряда деятелей торговопромышленного
мира - Союз 17 октября. Г.
был бессменным лидером этой партии на протяжении
всех лет ее существования, являлся
автором программы партии и большинства решений
ее ЦК.

В 1906-11 Г. активно сотрудничал с П.Столыпиным.
В 1907 ив 1915-17 входил в состав
Государственного совета от российских промышленников
и торговцев, в 1907-12 был членом
3-й Государственной думы, возглавляя в
1907-10 думскую комиссию по государственной
обороне. В этом качестве он немало сделал
для возрождения вооруженных сил после катастрофы
в русско-японской войне. Г. возглавлял
самую многочисленную фракцию думы - октябристов.
Ему стоило немало усилий сплотить
членов фракции, состоявшей из местных лидеров,
привыкших вести других, а не быть ведомыми,
Сказалось умение ладить с людьми, такт,
искусство убеждать и подбирать себе сотрудников.
В 1910-11 Г. бььл председателем Государственной
думы.

В эти годы он вступил в ряд общественных
организаций, призванных защищать славянское
единство и распространять славянскую культуру:
Петербургское славянское благотворительное
общество, Галицко-русское благотворительное
общество и др. В 1912 уехал на 1 -ю
Балканскую войну поддержать братьев по крови
в борьбе с турками. Был награжден болгарским
и двумя сербскими орденами. В России в
том же году получил чин действительного статского
советника - вершина в его гражданской
карьере.

В 1913 на конференции октябристов подверг
резкой критике внутреннюю и внешнюю
политику правительства. "Историческая драма,
- говорил он, - которую мы переживаем, заключается
в том, что мы вынуждены отстаивать
монархию против монарха, церковь против
церковной иерархии, армию против ее вождей,
авторитет правительтвенной власти - против
носителей этой власти". Лидер октябристов
пророчески заявил о неизбежности новой революции
в России.

С началом 1-й мировой войны Г. стал уполномоченным
Российского общества Красного
Креста на фронте, в 1915 возглавил Центральный
военно-промышленный комитет и в качестве
его председателя много сделал для улучшения
материально-технического снабжения русской
армии. Заседал в Особом совещании по
государственной обороне и одновременно участвовал
в подготовке заговора с целью сме

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.