Жанр: Энциклопедия

Энциклопедический биографический словарь

сторінка №40

из университета,
а также отсутствие каких-либо перспектив
научной работы в избранном направлении
на родине поставили Д. в безвыходную ситуацию,
вынудив остаться в США; это была
эмиграция поневоле.

В 1927 Д. работал в группе Моргана в Колумбийском
университете (Нью-Йорк), в
1929-40 в Калифорнийском технологическом
институте (Пасадена). С 1936 профессор генетики,
В 1940-62 профессор зоологии Колумбийского
университета, в 1962-70 профессор
Рокфеллеровского института (Нью-Йорк),
Закончил свою научную карьеру профессором
генетики Калифорнийского университета (Дейвис).
По словам Моргана, Д. привнес в американскую
генетику сильное влияние русской
школы популяционной генетики. Он сумел совместить
изучение менделеевской наследственности
и цитологии хромосом с работой по
эволюционной проблематике. Именно Д. мировое
научное сообщество обязано открытием
возможностей эволюционной работы с природными
популяциями дрозофилы. В начале своей
деятельности в США Д. внес большой вклад
в изучение транслокаций. Его теоретические
предположения о механизме притяжения генов
привлекали большое внимание, а обзоры
по различным типам транслокаций (переведенные
и на рус, яз.) были очень популярны, В
1937 вышла книга Д. "Генетика и происхождение
видов", в которой были изложены основы
теории микроэволюции - основной части
синтетической теории эволюции, разработана
программа генетико-эволюционных исследований
на несколько десятилетий вперед. Д.
стал одним из создателей экспериментальной
генетики популяций и синтетической теории
эволюции. Он внес существенный вклад в изучение
изолирующих механизмов эволюции. В
лаборатории Д. прошли подготовку многие выдающиеся
генетики: Дж.Мур, Б.Уоллес, Р.Левонтин,
Ф.АЙЯЛВ, Будучи широко образованным
и масштабно мыслящим человеком, Д,
внес большой вклад и в работы по генетике
и эволюции человека, в философские и гуманитарные
аспекты эволюционной теории,

Всегда помня о своих корнях, отлично понимая
положение генетики и генетиков в СССР,
Д. одним из первых вместе с Г.Мёллером,
Т.Соннеборном, Р.Клеландом в 1949 опубликовал
официальное заявление от им, американских
биологов, осуждающее политику уничтожения
генетики в СССР. Переписка Д, со многими
советскими коллегами восстановилась как
только это стало возможным, однако предпринятые
им в 60-е попытки повидать родину не
увенчались успехом.

Д. являлся членом Американской Академии
искусств и наук (1941), членом Лондонского
Королевского общества и др. зарубежных Академий
наук.

Соч.: Heredity and the Nature of Man. London,
1970; Evolution. San Francisco, 1977.

Лит.: Ayala F.J. Theodosius Dobzhansky: The Man
and Scientist // Ann. Revue Gen., 1976, vol. 10,-
Lewontin R.C. Introduction: The Scientific Work of
Th.Dobzhansky / Dobzhansky's Genetics of Natural
Populations. New York, 1981; Конашев М.Б. Ф.Г.Добржанский
(1900-1975) / Ф.Г.Добржанский и эволюционный
синтез. Л., 1990; Его же. "Невозвращенец поневоле"
/ Российские ученые и инженеры в эмиграции.

М., 1993.

Е. Музрукова

\ДОБРОВЕЙН Исай Александрович (наст.
фам. и имя Барабейчик Ицхок Зорахович)
(15.2.1891, Нижний Новгород - 9.12.1953,
Осло) - дирижер, пианист и композитор.
Отец, Александр Осипович Барабейчик, играл
на ударных инструментах и тромбоне в оркестре
нижегородского театра. Мать - Анна Израилевна
(урожд. Добровель), В детстве мальчик
был усыновлен дедом И.И.Добровелем и
получил его фамилию, которая была впоследствии
изменена на Добровейн. Первым музыкальным
наставником Д. был отец, затем - педагоги
музыкальных классов нижегородского
отделения Русского музыкального общества
В.Виллуан и В.Гофман. В 1901 игра маленького
музыканта привлекла внимание гастролировавшего
в городе известного московского пианиста
Д.Шора, который определил его на бесплатное
обучение в Московскую консерваторию, в
класс А.Ярошевского, С 1906 Д. занимался на
старшем отделении с К.Игумновым ив 1911
окончил курс с золотой медалью. Затем он совершенствовался
в Вене у Л.Годовского в Школе
высшего исполнительского мастерства. Талант
начинающего артиста был сразу сочувственно
встречен публикой и музыкальной критикой.
"Его игра не бьет на эффект, - писалось
в одной из рецензий 1913, - он никогда не
виртуозничает и не бравирует своей техникой,
как многие иные пианисты, никогда эта техника
не вылезает у него на первый план. На первом
плане - само сочинение... и г.Добровейн
относится к интерпретации с осторожной вдумчивостью.
Это корректная, благородная манера
игры, и в то же время в ней нет обычного недостатка
всех чрезмерно "корректных" исполнителей,
в ней нет педантичности и хладнокровия.
Напротив, все это исполнение дышит талантливостью,
от первой до последней ноты".
Критики единодушно отмечали основную черту
дарования пианиста - "его мягкий, немного
меланхолического оттенка лиризм". Те же особенности
отличали и произведения Д.-композитора
(сочинять он начал еще в стенах консерватории):
"Композиторское дарование г.Добровейна
чрезвычайно искренно, определенно элегично...,
к положительным сторонам этого дарования
следует отнести общую его культурность
и хорошую пианистичность изложения". Стилистически
музыка Д. находилась под влиянием
творчества раннего А.Скрябина. Однако, по
свидетельству многих современников, ей присущи
были "известное однообразие", "слишком
узкий круг настроений и даже средств". Впрочем,
сочинения Д. пользовались в свое время
успехом. Например, написанный в 1925 фортепианный
концерт исполняли, помимо автора,
известные пианистки Ф.Нэш и М.Тальяферо.
Всего в наследии музыканта около 20 опусов,
среди которых мелкие фортепианные пьесы,
баллады, сонаты, романсы. В 1917-21 он преподавал
фортепиано в Московском филармоническом
училище. Поворотным моментом в жизни
Д. стало его участие в постановке "Сказок
Гофмана" Ж.Оффенбаха на сцене театра-студии
Ф.Комиссаржевского в Москве в 1919. Артист
впервые встал тогда за дирижерский
пульт. С радостью встретил он предложение
дирижировать оперными спектаклями Большого
театра - "Севильским цирюльником" Д.Россини
и "Борисом Годуновым" М.Мусоргского
(дважды дирижировал этим спектаклем с участием
Ф.Шаляпина). Однако новых постановок
ему не поручали. К тому же отношения с администрацией
театра оставляли желать лучшего, и
контракт с Д. на сезон 1922/23 не был возобновлен.



В мае 1922 Д. уехал в Германию. Фриц
Буш, дирижер Дрезденской государственной
оперы, привлек его в качестве главного консультанта
постановки "Бориса Годунова", а затем
Д. был назначен и дирижером оперы. Этот
спектакль, премьера которого состоялась
23.2.1923, стал для Германии подлинным открытием
творения Мусоргского. Д. удалось
преодолеть трудности восприятия русского исторического
материала немецкой публикой.
Пресса с восторгом отзывалась о новом сценическом
прочтении оперы: "До сих пор казалось
большой смелостью ставить "Бориса Годунова"
без Шаляпина, но в Дрезденской опере
появилась другая величина, которая сделала
это возможным, молодой русский режиссердирижер
с гениальным всевидящим глазом,
всеслышащим ухом - подгоняющая, созидающая,
всеохватывающая сила этого представления".
Опера обрела неслыханную популярность
- за два последующих сезона она была
поставлена в 1 1 театрах Германии. Секрет успеха
лежал в новых принципах синтетического
оперного спектакля, осуществлять которые начал
Д. В статье, опубликованной в берлинском
"Бёрзенкурир" в 1923, он следующим образом
формулировал свой взгляд на оперную постановку:
"Необходимо воспитать дирижера и
режиссера в одном и том же лице, и только
при такой единоличной диктатуре возможно
цельное и законченное оперное представление".
Работая над "Борисом", Д. сам занимался
со всеми участниками спектакля - солистами,
хором, художниками, декораторами, читал им
целые лекции по русской истории и культуре.
Впоследствии, ставя оперы на крупнейших
сценах мира, он продолжал руководствоваться
теми же принципами.

Успех "Бориса Годунова" принес Д. известность
и новые ангажементы. В 1923 состоялся
его дебют в Лейпциге в качестве симфонического
дирижера, в 1924 он получил штатное
место дирижера в Берлинской народной
опере и в Дрезденском филармоническом оркестре.
В сезоне 1927/28 Д. работал в Софийской
опере, затем с симфоническим оркестром
во Франкфурте-на-Майне. Он получил
постоянный ангажемент как концертный дирижер
и в США (Сан-Франциско), часто посещал
Венгрию и Италию. Семья Д. жила в Дрездене,
туда музыкант возвращался в промежутках
между гастролями. Лето все вместе проводили
в деревне на берегу Боденского озера; Д. изучал
партитуры, готовясь к новому сезону и отдыхал
с удочками - страсть к рыбалке сохранилась
у него с детских лет, проведенных на
Волге. После прихода в Германии к власти нацистов
Добровейны переехали в Осло: еще в
1929 артист получил норвежское гражданство.
В годы 2-й мировой войны Д. нашел прибежище
в Швеции: в 1939 работал с оркестром
Гётеборга, в 1941 -в Королевской опере
Стокгольма.

В послевоенные годы Д. работал с Лондонским
оркестром "Philharmonia" и с театром "La
Scala" в Милане, где он выступал как концертный
дирижер и фактически являлся главным
дирижером русского репертуара. Дебют Д. в
"La Scala" состоялся 11.5.1948 в концертной
программе - Пятая симфония Бетховена и
"Поэма экстаза" Скрябина. Первый спектакль
- "Хованщина" Мусоргского (9.2.1949) - с
участием выдающихся басов Н.Росси-Лемени и
Б.Христова. Следующая постановка - "Борис
Годунов" с Б.Христовым в заглавной роли и
А.Веселовским в роли Шуйского (сезон
1949/50). Еще две оперы были поставлены Д.

как дирижером и как режиссером: "Сказание
о невидимом граде Китеже" Н.Римского-Корсакова
и "Князь Игорь" А.Бородина (1951). Д.
дирижировал в "La Scala" и балетами ("Лебединое
озеро" П.Чайковского, "Любовь-волшебница"
М. де фальи, "Жар-птица" И.Стравинского
в сезоне 1949/50), и крупными ораториальными
произведениями ("Страсти по Матфею"
И.С.Баха и "Юдифь" А.0неггера), Плодотворным
было сотрудничество в "La Scala" Д. с художником
Н.Бенуа.

Главнейшими исполнительскими достижениями
Д. стали произведения русских композиторов.
За 30 лет работы на Западе он осуществил
в общей сложности 17 постановок 7 опер: "Борис
Годунов", "Хованщина", "Князь Игорь",
"Евгений Онегин" и "Пиковая дама" Чайковского,
"Сказание о невидимом граде Китеже".
Под управлением Д. состоялись концертные исполнения
"Золотого петушка" Римского-Корсакова
в Турине и Брюсселе и "Китежа" в Лондоне.
Д. выступал и в чисто режиссерском амплуа,
поставив в Берлине "Сорочинскую ярмарку"
Мусоргского и "Соловья" Стравинского, и
как дирижер - в "Лебедином озере" Чайковского,
балете "Шехеразада" по Римскому-Корсакову,
"Жар-птице" и "Петрушке" Стравинского.
Работал Д. и над операми современных
западных композиторов, проведя премьеры
"Кордильяка" П.Хиндемита и "Раскольникова"
Г.Зутермейстера. К числу подлинных шедевров
Д.-интепретатора принадлежат его трактовки
сочинений Бетховена и русских композиторов
от М.Глинки до С.Прокофьева. Особенно впечатляли
сыгранные под его руководством Пятая
и Шестая симфонии Чайковского и "Поэма
экстаза" Скрябина. На концертах дирижера нередко
звучала музыка Д.Шостаковича (в том
числе Первая, Седьмая и Девятая симфонии),
А.Хачатуряна. Высочайшая и разносторонняя
культура, совершенное владение оркестром,
яркий артистический темперамент - эти черты
выдвинули Д. в ряд самых выдающихся дирижеров
1-й половины XX в. Все свои концертные
программы Д,, обладавший феноменальной
музыкальной памятью, проводил наизусть, без
партитуры, за исключением исполнений аккомпанементов.


Д. много записывался на пластинки, в том
числе с известными солистами - Губерманом
(скрипичные концерты Баха и Моцарта), пианистами
Соломоном (Первый концерт Чайковского
и Второй концерт Брамса), А.Шнабелем
(Второй, Третий и Четвертый концерты Бетховена).
Н.Метнер записал с Д. свои Второй и
Третий концерты. Среди симфонических произведений,
записанных Д., выделяются Четвертая
симфония, Струнная серенада и "Франческа
да Римини" Чайковского, "Богатырская
симфония" Бородина (одно из лучших исполнений
в грамзаписи). К числу бесспорных шедевров
мировой фонографии относится запись
"Бориса Годунова" с оркестром Французского
национального радио и "Русским хором" (его
основу составил хор русского православного
собора Св.Александра Невского - руководитель
П.Спасский', басовые партии исполнил
Б.Христов), Внешняя сторона жизни Д, складывалась
благополучно, однако он болезненно переживал
разлуку с родиной. Многое в окружающем
его мире было для него неприемлемо, на
склоне лет он писал: "Сейчас жизнь моя (если
это можно назвать жизнью!) протекает в воспоминаниях.

Это убежище, единственное, которое
Дает мне отраду и подкрепление. Настоящее
тяжело, будущее пугает..." Понимание и
поддержку он находил в семье и в кругу друзей,
среди которых - Метнер, Шаляпин,
С.Рахманинов, Ф.Нансен, М.Горький (его музыкант
знал с детства, еще по Нижнему Новгороду).
Но главной отрадой в жизни Д, всегда оставалось
искусство, "Музыка моя все такая же,
- писал он в преклонные годы, - и в ней чувствую
я себя моложе и радостнее, чем когдалибо".


Лит.: М.Л. Московские концерты // Хроника
журн. Муз. современник, 1917, № 15, 31 янв.; Дрейден
С. Слушая Добровейна / Муз. исполнительство. 6-й
сб. статей. М., 1970; Добровейн М.А. Страницы жизни
Исая Добровейна. М., 1972.

С. Грохотов

\ДОБУЖИНСКИЙ Мстислав Валерианович
(2.8.1875, Новгород - 20.11.1957, НьюЙорк)
- график, иллюстратор, живописец, театральный
художник. Отец - В.П.Добужинский
- генерал-лейтенант артиллерии и основатель
Литовского общества охраны старины,
мать - Е.Т.Борецкая, оперная певица. Детство
провел в Петербурге; в 1889-95 жил с отцом в
Вильно. По возвращении в Петербург поступил
в Рисовальную школу Общества поощрения художеств
(1895-97), занимался в мастерской
Л.Дмитриева-Кавказского (1895-98). Учился
также в Мюнхене в школах А.Ашбе (18991901)
и Ш.Холлоши (1898-1903), Окончил
юридический факультет Петербургского университета.
В 1901 путешествовал по Италии и
Франции, по возвращении в Россию обучался
гравюре в мастерской В.Матэ. В 1897-1902
рисовал для петербургских сатирических журналов
"Шут" и "Стрекоза".

Постоянный экспонент и член объединений
"Мир искусства" (1902-4, 1906, 1911-13,
1915-18, 1922, 1924), Союз русских художников
(1904-10) и Новое общество художников
(1908-14). Основные темы станкового
творчества - современный или исторический
городской пейзаж, Человек и Город. Сотрудничал
с журналами "Мир искусства" (1902-4),
"Художественные сокровища России" (1903),
"Золотое руно" (1906-8), "Аполлон" (190915);
с альманахами "Белые ночи" (1907), "Шиповник"
(1907-8), В 1905-8 публиковал политические
карикатуры в журналах "Жупел" и
"Сатирикон". Изготовлял оригиналы для открытых
писем Общины Св.Евгении. Иллюстрировал
сочинения А.Пушкина, М.Лермонтова,
М.Кузмина, А.Блока, Н.Лескова, Ф.Достоевского,
Г.-Х.Андерсена, К.Чуковского, Ю.Олеши
и др. авторов (1906-25).

С 1907 работал как сценограф, оформив
спектакли Старинного театра ("Лицедейство о
Робине и Марион" А. де Аля), театра В.Комиссаржевской
("Бесовское действо" А.Ремизова;
"Франческа да РИМИНИ" Г. Д'Аннунцио), Московского
Художественного театра (пьесы
И.Тургенева, А.Грибоедова, Достоевского, Блока).
В 1914 оформлял балеты для Русских сезонов
С.Дягилева в Париже: "Бабочки" Р.Шумана
и "Мидас" А.Штейнберга. В 1910-е сотрудничал
в литературно-художественном кабаре
"Привал комедиантов", в любительских
и кукольных театрах Петербурга. Работал в монументально-декоративных
формах (эскизы
оформления Строительной выставки в Петербурге,
1908; эскизы росписи плафона и убранства
комнат особняка Носовых в Москве,
1912; имения Е.Олив "Кочановка" на Украине,
1915: эскизы росписи Казанского вокзала в
Москве, 1916). Преподавал в Школах Е.Званцевой
(1906-10), княгини Гагариной (191017),
Свободных художественных учебных мастерских
(1918-21), ВХТУЗ (1921-23), в Витебском
художественно-практическом институте
(1923-24).


В послереволюционные годы участвовал в
оформлении уличных празднеств и шествий
(украшение здания Адмиралтейства к 1-й годовщине
переворота: совм. с Ю.Анненковым
оформление мистерии-действа "Гимн освобожденному
труду" 1.5,1920).

Продолжал заниматься сценографией: в
1919-21 оформил спектакли по пьесам "Дантон"
Л.Левберга, "Разбойники" Ф.Шиллера,
"Макбет" и "Король Лир" В.Шекспира в Большом
драматическом театре в Петрограде и
"Оливер Кромвель" А.Луначарского в московском
Малом театре. Весной 1920 провел персональную
выставку в петроградском Доме искусств,
в 1923-в городах Прибалтики, а также
в Германии, Дании, Швеции, Голландии,
Бельгии и Франции.

В 1924 покинул Россию как литовский
гражданин. В 1925 работал для Рижского театра,
в 1926-29 для парижского театра Н.Балиева
"Летучая мышь". В 1929 стал ведущим художником
Государственного литовского театра
в Ковно (Каунасе), для которого оформил спектакли
по пьесам Н.Гоголя, Шекспира, балеты
П.Чайковского, М.Мусоргского, А.Глазунова,
Н.Черепнина, Р.Вагнера, В.Моцарта и др. В
1935 отправился в Англию вместе с труппой
литовского театра. В 1939 переехал в США.
Оформлял спектакли для "Metropolitan Opera"
(Дж.Верди, Мусоргский и др.) и различных театральных
трупп. В 1947 написал либретто и
исполнил эскизы декораций к балету на музыку
Седьмой симфонии Д.Шостаковича. Продолжал
заниматься живописью и графикой (создал
воображаемые пейзажи блокадного Ленинграда
в 1943, графические серии и циклы, в том
числе иллюстрации и оформление нью-йоркских
изданий сочинений Пушкина, Лермонтова,
Лескова, И.Бунина, Б.Зайцева - в 1941-51).

Оставил обширное литературное наследие.
Еще в 1910-е публиковал критические статьи
о живописи и театре (псевд. Амадео). В 1923
выпустил книгу "Воспоминания об Италии" в
конце жизни завершил обширные мемуары
(опубл. Нью-Йорк, 1976, в 2-х т.; в России
опубл. в сокращенном виде в 1987),

Участвовал в групповых зарубежных выставках
в Берлине и Париже (1906); Брюсселе
(1910): Риме (1911); Венеции (1913): Копенгагене
и Париже (1923): Дрездене (1924),
Персональные выставки художника прошли: в
Петрограде-Ленинграде (1915, 1920, 1925
и 1965); Таллинне (1925); Вильнюсе (1963,
1975): Москве (1975), а также в Амстердаме
(1928) и Лондоне (1935, 1955, 1959).

Последние пять лет жизни художник провел
в Европе. Он скончался в США, но похоронен
в Париже.

Лит.: Голлербах Э. Рисунки М.Добужинского. М.-
Пг., 1923; Маковский С., Нотгафт Ф. Графика
М.В.Добужинского. Берлин, [1924]; Гусарова А.
Мстислав Добужинский. М., 1982; Чугунов Г. Мстислав
Валерианович Добужинский. 1875-1957. Л., 1984.

А. Толстой

\ДОН-АМИНАДО (наст. фам., имя Шполянский
Аминад Петрович/Аминодав Пейсахович;
псевд. Гидальго, Ама, Вероника К., Страшноватенко
и др.) (25.4.1888, Елизаветград -
14.1 1.1957, Париж) - поэт, прозаик. Родился
в мещанской семье, в 1906 окончил елизаветградскую
классическую гимназию, учился на
юридическом факультете Новороссийского
университета в Одессе, в 1910 окончил (экстерном)
юридический факультет Киевского
университета, Тогда же начал литературную деятельность
в качестве корреспондента елизаветградской
газеты "Голос Юга".


В 1910-12 служил помощником присяжного
поверенного в Москве, вращался в московских
литературных кругах, где познакомился
с И.Бунаным, В.Ходасевичем, В.Брюсовым; с
1914 - член Общества деятелей периодической
печати и литературы. После начала 1-й
мировой войны около года находился на фронте,
отразив свои впечатления в первой книге
стихов "Песни войны" (М., 1914). Написанные
в бодром патриотическом духе, они были проникнуты
болью за судьбы мира и культуры
("Реймсский собор" и др.), но не выделялись
на фоне военной лирики тех лет. Свой собственный
голос Д.-А. нашел в стихотворных
юморесках и литературных пародиях, печатавшихся
в журнале "Женское дело" (1915, №
1-3), а также в циклах газетных фельетонов
"Соринки дня" и "Вечерние новости", В 191416
сотрудничал в газетах "Раннее утро",
"Одесская газета", "Утро России" (1916),
журналах "Красный смех" (1915), "Будильник"
(1916-17) и др. В 1915 Д.-А. был ранен
и вскоре демобилизован, с 1916 активно занимался
журналистикой, сотрудничая в московских
изданиях ("Вечерние новости",
"Новь", "Рампа и жизнь", "Кулисы" и др.) как
обозреватель, театральный рецензент, хроникер,
фельетонист. В 1916 стал сотрудником
петроградского еженедельника "Новый Сатирикон",
где вплоть до 1918 появлялись его
стихотворные фельетоны, литературные пародии,
юморески. Особенно удачны остроумные
пародии на деятелей искусства и писателей
(А.Блока, Ф.Сологуба, К.Бальмонта, А.Ахматову
и др.). Отмечая высокий уровень мастерства
Д.-А., критики писали, что его звучные стихи
поражают "остротою гротеска, неожиданностью
образа, красотою рифмы".

Февральскую революцию встретил восторженно
("Первая радость"). В мае 1917в московском
Новом театре П.Кохмановского шла
его пьеса "Весна семнадцатого года"; судьба
свергнутого с престола Николая II сравнивалась
в ней с участью других монархов (Людовика
XVI, португальского короля Мануэля, персидского
шаха Мухамеда Али и др.), Октябрьскую
революцию Д.-А. не принял. В 1918-19
жил в Киеве, печатаясь в киевских газетах "Утро",
"Вечер", "Киевская мысль" и в одесском
"Современном слове", 20.1.1920 из Одессы
эмигрировал в Константинополь, Вспоминая минуты
отъезда, Д.-А. писал: "Все молчали. И те,
кто оставался внизу на шумной суетливой набережной,
И те, кто стоял наверху на обгоревшей
пароходной палубе, Каждый думал про
свое, а горький смысл был один для всех:
"Здесь обрывается Россия над морем черным и
глухим". Из Константинополя через Марсель
приехал в Париж, где прожил все оставшиеся
годы.

Эмигрантский период творчества Д.-А. оказался
особенно плодотворным. Сборники стихов
и прозы "Дым без отечества" (Париж,
1921), "Наша маленькая жизнь" (Париж,
1927), "Накинув плащ. Лирические сатиры"
(Париж, 1928) продолжали классическую традицию
русского юмора с его состраданием к
"маленькому человеку", но эта тема трансформировалась
прим.тельно к эмигрантскому зарубежью.
"Дым без отечества" щиплет глаза, туманит
сознание его героя, злой скепсис разочаровавшегося
в революции либерального интеллигента
превращается в мировую вселенскую
скорбь. Прежний мир хрустнул и раскололся,
"как маленький орех", поэтому герой Д.-А.,
близкий самому автору, не верит ни в народ, ни
в высокое искусство. Книга "Наша маленькая
жизнь" посвящена расколу эмиграции на партии
и группки, ожесточенно спорящие о "способах
спасения Руси"; сатира достигает здесь
наибольшей остроты, сарказм и горестная ирония
преобладают, Рассказывая о трудной жизни
русского эмигранта в Париже (цикл "Бескрылые
дни"), поэт замечает "испивших последнюю
каплю", "стоящих на самом краю",
"маленькая жизнь" русской колонии раскрывается
как бесконечная цепь унижений и страданий.

Поэт показал духовный кризис интеллигенции,
оставшейся без родины, оторванной от
народной почвы. Назвав Д.-А, "совершенно замечательным
поэтом", М.Цветаева писала ему:
"Вся Ваша поэзия - самосуд эмиграции над самой
собой... Вы каждой своей строкой взрываете
эмиграцию". Лирический герой сборника
"Накинув плащ" - романтический бродяга,
странник по Вселенной. Характерное для ранней
поэзии неприятие пошлости и бездуховности,
критика мещанства затуманены налетом
ностальгии. Автор грустит о старом быте, унесенном
войной и революцией, испытывая нежность
даже к мещанской провинциальной жизни
с исправником и "тещей". Заметив сильную
лирическую струю в сатирических произведениях
Д.-А,, Бунин писал в 1927: "Дон-Аминадо
гораздо больше своей популярности (особенно
в стихах) и уже давно пора дать подобающее
место его большому таланту - художественному,
а не только газетному, злободневному".

С годами желчная интонация первых эмигрантских
сборников сменилась более мягкой,
юмористической. Д.-А. призывал к бодрости и
стойкости, советовал соплеменникам "не
шляться с мордой освежеванного кролика". В
1920-30-х он активно сотрудничал в берлинских
и парижских изданиях, редактировал детский
журнал "Зеленая палочка" (1920-21),
печатался в газетах "Свободные мысли", "Последние
новости", журналах "Иллюстрированная
Россия", "Современные записки", "Скифы"
и др. В газете "Последние новости" из
номера в номер появлялись его остроумные
фельетоны на злобу дня, смысл которых можно
охарактеризовать названием стихотворной
сатиры "Всем сестрам по серьгам" (отд. изд.
Париж, 1931). А.Седых писал: "В стихах ДонАминадо
был лиричен. Его проза напоминала
удары рапиры". Светлым юмором окрашены
лишь детские произведения Д.-А. ("Рассказ
про мальчика Данилку, серую котомку и еще
что-то". Берлин, 1922). Критики ставили ему
в заслугу создание образа "денационализированного"
эмигрантского мальчика Коли Сыроежкина.


В 1931 Д.-А. стал ведущим сатириком русского
зарубежья, возглавив возобновленный в
Париже журнал "Сатирикон", но, как писал
Л.3уров, Д.-А. "в жизни был талантливее своих
фельетонов. Остроумие, как и жизненная энергия,
казались в нем неистощимыми, у него была
всезмигрантская известность". Вышедшая в
19 35 в Париже книга "Нескучный сад" содержала,
наряду со стихами, циклы афоризмов под
общим заглавием "Новый Козьма Прутков"
("Похвала глупости", "Российские крестословицы",
"Любовь к ближнему", "Философия
каждого дня" и др.). С помощью сатирического
парадокса и иронического каламбура подвергались
переоценке все жизненные критерии и
моральные ценности, выворачивался "наизнанку"
расхожий катехизис мещанской морали.
Предшественник автора этих афоризмов - не
столько простоватый тугодум Козьма Прутков,
сколько блестящий Оскар Уайльд.

Творчество Д.-А. было замечено на родине:
перепечатывая ряд произведений, журнал "За
рубежом" назвал его "одним из наиболее даровитых
уцелевших в эмиграции поэтов", заметив,
что в его стихах "отражаются настроения
безысходного отчаяния гибнущих остатков российской
белоэмигрантской буржуазии и дворянства".

В том же духе выдержаны отзывы
М.Горького о Д.-А.; он считал его подлинным
выразителем настроений эмиграц

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.