Жанр: Философия
Капитализм ПРОБЛЕМА САМООРГАНИЗАЦИИ
...ложившейся упорядоченности, новая
форма должна образовывать вместе с нею вполне жизнеспособное целое.
Вот почему способ системного взаимодействия требует равно-напряженного
и равноуспешного функционирования разных подразделений одного и того
же целого. Отсюда необходимость стыковки функционально-недогруженного
и потому ослабленного звена в системе хозяйственной или иной
деятельности с более продвинувшимся, имеющим богатые возможности к
дальнейшему развитию подразделением системы, подлежащей улучшению.
Если обособление какого-либо органа чрезмерно забежало вперед, то
подобный процесс обеспечивает полноту развития одному органу и стесняет
развитие системы в целом. Чтобы остановить нарастание несбалансированности
в системе, необходимы самые решительные меры.
Преодоление диспропорций роста имеет свою логику: она заключается в
незамедлительном подтягивании отстающих участков до равнонапряженного
функционирования всех узлов и элементов целого. Прежде всего
необходимо рассредоточить усилие (приходящееся на одно какое-либо
звено целого) между сопряженными подразделениями, обеспечивающими
единый оптимально-упорядоченный процесс. Чтобы избежать издержек и
потерь, грозящих системе из-за несостыкованности в деятельности ее
отдельных узлов, требуется перейти на долевое участие в выполнении
возросшего усилия (приходящегося на отдельное звено) всеми подразделениями
системы. Долевое. участие должно строиться по принципу
взаимоподдержки и дополнительности. Там, где есть долевое участие в
решении общей задачи, совершенствование одного звена побуждает к
совершенствованию другого, сопряженного с ним. Продвижение в развитии
одного звена становится условием и фактором продвижения в развитии всех
остальных звеньев. Только в таком случае накапливаемое содержание
свободно перемещается из одной сферы приложения сил социального
субъекта в другую сферу реализации его сил и возможностей. Когда
повышение степени свободы в одном пункте развития вызывает цепную
реакцию увеличения степени свободы в смежных и отдаленных пунктах
развития того же самого субъекта самоструктурирова-
62
ния, происходит общее расширение возможностей, необходимых для
процесса развития как такового. Следовательно, преодоление неравномерностей
развития возможно вполне конструктивным способом, который
отнюдь не сводится к хирургическому удалению
сбесившегося
органа. Но
всякая проволочка в деле преодоления неравномерности и диспропорций
развития может обернуться потерей темпа, утратой передовых позиций не
только системой в целом, но и тем подразделением, которое ранее
пользовалось льготными условиями накопления ресурсов. Упустить время,
ослабить борьбу за подтягивание отстающих звеньев равносильно тому,
чтобы подтолкнуть развитие на путь перманентного и крайне болезненного
кризиса. Вот почему форсирование развития
любой ценой
, без
подтягивания
тылов
, обречено на неудачу: оно вызывает сужение
возможностей к коренным перестройкам, порождает замедление темпов
преобразований, которое становится необратимым процессом. Поскольку
сотрудничество всех подразделений укрепляет противостояние
деструктивным процессам внутри системы, оно неизмеримо
предпочтительнее по отношению к конфликтному способу разрешения
накопившихся противоречий. Понятно, что максимизировать положительный
эффект сотрудничества можно лишь тогда, когда предвидишь и избегаешь
последствий непродуманных и скороспелых решений. Итак, либо обращение
патоморфоза вспять, либо подтягивание отстающих участков до уровня
вырвавшегося вперед подразделения системы — других вариантов, чтобы
вывести общественный организм на простор беспрепятственного
самодвижения, не существует.
МЕТАМОРФОЗ — ИСТОЧНИК
СТАДИАЛЬНОСТИ В РАЗВИТИИ
ОБЩЕСТВЕННОЙ ЦЕЛОСТНОСТИ
1. Переход одной развитой целостности в
другую как проблема современной науки
Для каждой системы, ставшей на путь саморегуляции своих приобретений,
способом возвышения собственной организации, способом
выработки новых определений является обособление. Проявляя избирательность
по отношению к абсорбируемому содержанию, система втягивается
в процесс обособления. Сосредоточение функциональной деятельности
системы на предметах, составляющих ее окружение и пропущен-
ных через сито специального отбора, сито пригодности для присвоения
в некоторых ограниченных целях, побуждает систему к преобразованию
структур, исполняющих соответствующие функции. Структура, втянутая в
функциональное действие определенного сорта, приобретает известную
самостоятельность. В силу последнего обстоятельства она разворачивается
в частичную всеобщность, имеющую устремление к подчинению себе
других структур, ранее не затронутых процессом обособления: система
вступает в состояние, имеющее тенденцию к превращению из
обособленного бытия во всеобщее, к трансформации органа в организм, в
ставшую целостность.
Итак, на базе активации специфической функции начинается процесс
становления новой всеобщности из обособленного, а потому особенного
бытия отщепляющихся от нерасчлененной целостности структур. Весь
вопрос в том, носителем каких именно приобретений становится активированная
функция: прогрессивных или непрогрессивных?
Прогрессивное направление изменений обособившегося звена целостности
связано с экономией затрат на единицу структуры, позволяющей
затратой меньших сил получать намного больший полезный результат. Иначе
говоря, минимизация затрат на самообновление целостности — вот путь ее
прогрессивного развития. При минимизации баланса трат и расходов за счет
меньшей порции ресурсов, изымаемых из внешней среды, большее число
элементов системы обеспечивает свою жизнедеятельность. Минимизация
затрат, идущих на возвышение организации, вовлеченной в процесс
самопреобразования системы, не имеет заданной границы, а потому может
резко (скачком) видоизменяться по ходу активации любой из функций,
характеризующих систему.
В результате радикальной перестройки старой системы возникает
новообразование с более экономными, более рациональными связями.
Вместе с тем переделка ставшей целостности составляет проблему со
своими специфическими закономерностями. Ставшая целостность представляет
систему с устоявшейся, сложившейся структурой, набравшей
немалый запас прочности.
Радикальная перестройка такой системы — исключительно сложная
задача.
Чтобы ставшая целостность могла трансформироваться в более
высокоорганизованную систему, она должна быть перестроена снизу
доверху.
Спрашивается, можно ли какую бы то ни было целостность разрушить
в один присест и на ее обломках одноразовым актом создать новую
целостность? Очевидно, нет. Качество целостности, устойчивости, системности
не может не препятствовать такому преобразованию.
Если система сверхустойчива, она подавляет любые отклонения от
своего устойчивого состояния и, в конечном счете, перестает соответствовать
сложности условий своего существования. Таким образом, гиперустойчивая
система по существу не способна к развитию. Отсюда напра-
шивается предположение, что для перехода в новое состояние
система должна стать в какой-то момент неустойчивой. Развиваться могут
только те из существующих систем, которые способны (на время) становиться
неустойчивыми под влиянием соответствующих факторов'.
Следовательно, развитие есть необратимая последовательность дискретных
трансформаций одних устойчивых состояний в другие через промежуточные
неустойчивые. В фазе структурной неустойчивости состояние с
ограниченным числом степеней свободы сменяется состоянием с резко
возросшим числом степеней свободы, и перед системой открывается
возможность изменить направление или способ развития. Таким образом,
возникновение промежуточного состояния неустойчивости свидетельствует о
возрастающей вариабельности путей развития. Фаза расшатывания,
декомпозиции прежней структуры приобретает качество мультипотентности,
становится источником новаций, создает тот арсенал девиантных
(отклоняющихся от прежнего пути развития) форм, на базе которого
разворачивается весь последующий процесс новообразования. На этапе
перехода структурной устойчивости одного типа в структурную устойчивость
более высокого типа через состояние структурной неустойчивости вступает в
силу новый закон необратимых изменений: чем выше уровень декомпозиции
прежней структуры, тем глубже альтернативность .процесса развития и
реальнее непредсказуемость конечного результата происходящих событий:
их завершения в соответствии с заранее намеченным сценарием.
Итак, переход к радикальной перестройке старой системы связан с
существенной переделкой элементов, к ней принадлежащих. Для построения
своей структуры вновь возникающей системе негде взять материал,
кроме как из состава прежней целостности. Но для этого высвобожденные
элементы прежней структуры должны быть вовлечены в новые функциональные
связи, они должны быть приведены в движение и составить новую
композицию, не похожую на удерживающую их ранее.
Перестройка системы начинается с перестройки каждого элемента,
взятого в отдельности. Вступая в отношение со своим окружением, элемент
по существу вступает в особую форму самодетерминации. Построение
баланса трат и расходов, идущих на самообновление, неотделимо от
распространения влияния элемента на вовнерасноложенное бытие. Только за
счет перенесения части своего содержания на внешнее бытие элемент
подчиняет своей упорядоченности внешнюю неупорядоченность с тем,
чтобы абсорбировать вновь построенную упорядоченность, приобщиться к
ней и тем самым изменить самое себя, подняться на новую ступень
самоорганизации. Перенесение (части) своего содержания на внешнее бытие
получило в диалектике наименование акта полагания (вовненолагания). В то
время как обратное соотношение внешней упорядоченности с внутренней
стало обозначаться как акт иредполагания. Полагапие и предиолагание
взаимно дополняют друг друга, образуя единое кольцо самопричинения,
специфическую структуру самодетерми-
5. Зап. № 135 65
нации2. Благодаря обратному причинению в начало самообновления
вплетается путем опосредствования его конец. В кольце самопричинения
успешное полагание — плацдарм успешного абсорбирования вовненоложенпого
содержания. Предметом транспонирования (латинское transpono
— переставляю) содержания служит окружение элемента; сливаясь со
своим предметом, вовпеположенное насыщается его определениями, а
вплетаясь в предположенное, абсорбируемый результат делает богаче
собственную предпосылку. Последовательность смены полагаемого предполагаемым
приводит к такому обновлению вступившего в круговорот
элемента, которое возвышает исходную упорядоченность над нею самой.
Элемент, вышедший из акта соотнесения внешней упорядоченности с
внутренней, становится конструктивнее, он оказывается продвинутым вперед
но отношению к своей первоначальной определенности. Очевидно,
новыми и старыми элементами не успевают складываться функциональные
связи, и система вступает в фазу интенсивной декомпозиции
прежней своей структуры. При лавинообразном наступлении состояния
структурной неустойчивости система становится чрезвычайно чувствительной
к внешним воздействиям. Благодаря внешнему толчку слабые
возмущения внутри системы усиливаются в нарастающем темпе: появление
элемента с новыми признаками с возрастающей скоростью вызывает
появление того же признака у все новых и новых элементов, и процесс
генерирования неустойчивости может достигать гигантских размеров.
Случайность подталкивает то, что осталось от системы, на новый путь
развития, а после того как путь (один из многих возможных) выбран, вновь
вступает в силу детерминизм — и так до следующей точки бифуркации
3.
Опережающий рост новых элементов по сравнению со скоростью
отмирания
старых
элементов и есть причина противостояния нового
качества старому, катализатор, индуцирующий, во-первых, интенсивную
переделку элементов старого качества, во-вторых, возникновение самых
неожиданных сочетаний функционально более
удачливых
новообразований
(как элементов, так и их композиций). Указанный автокаталитический
режим и порождает обособление вновь возникающей структуры, ее
выделение из состава прежней целостности. Поскольку обособление новой
структуры от старой связано с нарастанием гетерогенности связей и
отношений в составе прежней целостности, поскольку прежняя целостность в
нарастающем масштабе утрачивает свою структурную устойчивость, резкая
потеря структурной устойчивости выступает как кризис, как критическая фаза
в жизни системы, подлежащей устранению. Собственно говоря, переход
структурной устойчивости в структурную неустойчивость и есть кризис
старой системы. Однако если такой переход совершается более или менее
плавно, без резких потрясений и неожиданных поворотов процесса развития,
он обычно ассоциируется не с понятием кризиса, а с понятием
эволюции
,
хотя переделка старого качества в новое суть переломный этап развития,
который всегда отличается определенной болезненностью; отклонением от
ранее сложившейся нормы жизнедеятельности. Именно кризис есть такая
фаза в жизни исторически обреченной системы, когда над ней господствует
случай, господствует внешняя необходимость.
В самой форме отделимости новой структуры от старой заложена
возможность кризиса. Сам переход структурной устойчивости в структурную
неустойчивость есть простейшее содержание кризиса. Однако как
разрушительный процесс это простейшее отношение выступает лишь при
определенных условиях. Когда напряжение в старой системе и силу
отторжения всего нового (прогрессивного) доведено до предела, кризис,
выливающийся в развал (
взрыв
) старой системы, становится неизбежным.
Такой кризис выступает как принудительное орудие радикальной переделки
старого качества, радикального преобразования прежней
5* 67
целостности. Именно гиперустойчивость системы, подлежащей
устранению, ее невосприимчивость и непригодность к абсорбции нового
содержания приводит к тому, что отделимость, а, значит, самодостаточность
новой структуры по отношению к старой, с которой она порывает все свои
связи и отношения, оборачивается насильственной стороной. Насильственное
и только насильственное утверждение новых структурных определений
оказывается связано с многочисленными издержками по ходу
процесса развития. Преобразование старой системы в новую в форсированном
режиме генерирует ее новообразования, происходит самая крутая
ломка всех прежних связей и отношений, а отсюда опасность полного
развала системы как таковой, появления на малопригодных к какому бы то
ни было конструктивному преобразованию развалинах совершенно
нежизнеспособных монстров или
мутантов
.
Итак, можно сказать, что в эпоху кризисных потрясений образование
элементов нового качества носит еще сугубо пробный характер. Развитие
может пойти как в разрушительном, так и в созидательном направлении. С
одной стороны, реализуется принцип:
Где тонко, там и рвется
. С другой
стороны, кризис означает широкую полосу развития элементов нового
качества, а, значит, содержит в себе возможность достижения
исключительно плодотворных результатов, нацеленных на преобразование
всей целостности в направлении более высокой упорядоченности. В этой
фазе, как и в любой другой, развитие происходит на диалектической основе,
когда справиться с силами разрушения оказывается возможно только с
помощью тех же самых сил разрушения (декомпозиции, дезинтеграции
прежней целостности).
Еще раз повторим: кризис на то и кризис, что он не ведет однозначно к
положительному результату. Силы разрушения могут взять верх над силами
созидания, и тогда наступают необратимые изменения, опрокидывающие
всю старую систему. Отсюда необходимость выхода из кризиса,
необходимость его преодоления. Чтобы кризис миновал, обратимые
изменения, характерные для разрушенных связей, для разваленной структуры,
должны быть задержаны, прерваны, т. е. нужно, чтобы структурная
неустойчивость сменилась структурной устойчивостью более высокого
порядка. Именно потому, что вновь возникающие элементы обеспечивают
резкое снижение затрат на свое самообновление, они вытесняют менее
жизнеспособные элементы прежней целостности. Когда этот процесс
становится автокаталическим, то, что было исключением, превращается в
норму, становится преобладающим направлением развития. Там, где
проклевывается
более прогрессивное содержание, достигается предел, за
которым начинается переход на более высокий уровень организованности
перестраиваемой системы. Следовательно, переделка элементов прежней
целостности включает в себя два переломных момента (или переломных
этана) по ходу смены старого качества новым: первый этап, когда
неустойчивость доминирует над устойчивостью, и следующий этап, когда
складывается надежная устойчивость элементов более жизнеспособного
целого. 68
Композиция более надежной устойчивости представляет процесс,
разворачивающийся через отбрасывание неудачных проб и выбор наиболее
успешных вариантов развития.
Взаимодействие элементов, функционирующих по новым законам,
структурируется и образует более жизнеспособное подразделение целостности.
Структура, предуготовленная к исполнению определенной
функции, есть не что иное как орган, сформированный для успешного выполнения
именно данной, а не какой-либо другой функции. Образование
продвинутой (по уровню своей упорядоченности) вперед структуры и есть
формирование органа или исходной формы новой целостности, приходящей
на смену старой целостности. Выделившаяся из состава прежней
целостности более жизнеспособная структура приобретает относительную
самостоятельность, а потому подчиняет законам более эффективного
функционирования элементы, вырванные из разложившейся,
диссоциированной структуры прежней целостности. Именно доминирование
новых законов функционирования в нарождающейся системе знаменует
собой выход из состояния или эпохи кризиса, переживаемого старой
системой.
Теперь нам предстоит разобраться, как происходит отбрасывание
неудачных проб и выбор более жизнеспособных вариантов развития.
Селективная конкуренция между менее и более жизнеспособными элементами
целостности начинается на уровне абсорбции усваиваемого извне
содержания. По ходу такого усвоения возникает следующая проблема: что к
чему будет приспосабливаться? Будет ли элемент приспосабливаться к
своему окружению или окружение будет приспосабливаться к элементу и его
требованиям?
Все дело в том, что внешние условия
употребляются как материал
для предмета и, следовательно, входят в содержание предмета
4.
Условие и формообразовательное движение первоначально выступают
как безразличные друг к другу. Безразличие условия и формообразовательного
движения друг к другу есть их первоначальная необусловленность
друг другом. Чтобы заранее данное условие привести в действие,
формообразовательное начало должно затратить энергию, проявить собственную
активность. Специфика такого рода активности состоит в том, что,
реализуя себя в условии, зачинатель движения продолжает себя во
внешнем бытии, передает своему окружению часть собственного содержания.
Тем самым условие утрачивает свою
девственность
, свою
неангажированность
и со стороны того содержания, которое преобразуется
формообразовательным началом, становится продуктом, результатом его
деятельности. До того, как условие приводится в действие, формообразовательное
начало выступает как соотнесенное лишь с самим собой,
после того, как акт полагания совершился, то же начало выступает как
соотнесенное со своим иным. В результате трансформации ранее не приведенного
в действие условия в произведенный продукт условие активно
вовлекается в упорядочивающее движение, становится его необходимым
моментом: моментом самосозидания вновь складывающейся
структуры.
На первых ступенях продвижения к более высокой упорядоченности
значительна зависимость формообразующего начала от внешних сил. В
начале трансформации условия в положенную предпосылку весь процесс
формообразования исходит из моментов, предпосланных ему извне, а не из
моментов, созданных процессом как таковым. Приобретение формообразующим
началом самостоятельности означает, что императивное воздействие
внешних причин должно смениться столь же императивным воздействием
внутренних причин. Только за счет трансформации формообразующим
началом не им созданной предпосылки во внутреннее условие
собственного существования у последнего может выработаться способность
к самодостраивапию, к самоподдержанию своей жизнедеятельности, к
самообновлению. В нарастании эмансипации от давления внешних
обстоятельств заключается вектор развития самонастраивающейся системы
(исходной формы целостности), вступающей в конкурентное соперничество с
ранее существовавшими образованиями.
До своего соотнесения с усваиваемым извне содержанием первобытию
элемента не принадлежит определение положенности. Определение
положенноти в первозданном состоянии элемента (до его соотнесения с
условиями, заимствуемыми из окружения) присутствует лишь виртуально,
лишь в возможности. Однако между определением, виртуально положенным,
и определением, реально положенным, складываются свои особые
отношения, чреватые контроверзой и напряжением, характеризующим любые
конфликты между новым и старым. Дело в том, что первобытие элемента
может принимать, а может не принимать на себя определение положенное™,
или принимать его на себя лишь частично, лишь в какой-то ограниченной
мере. Как правило, переделка старого элемента в новый происходит на
первых норах за счет частичного (не полного) усвоения абсорбируемого
извне содержания. Формообразующее начало начинает с себя, по вначале
абсорбирует плохо еще переваренные результаты самоотделения вовне.
Сбрасывая с себя определение предпосылки (определения первобытия) и
принимая на себя определение результата (абсорбируя переработанный
материал извне-данного), вырванное из недр другой системы первобытие во
многом сохраняет присущее ему ранее содержание: элемент вовлекается в
новые отношения и но форме становится другим, удерживая старое вования в сущность порождает новую форму как качество,
создаваемое самим органическим движением. Итак, процесс возвратного
причинения — оборачивание результата в предпосылку и обратное
движение, выводящее на поверхность накопившееся в предпосылке содержание,
извергающее его под напором центробежных сил,— имеет свои фазы
возвратно-поступательного движения. Первая фаза: оборачивание результата
в предпосылку. Вторая фаза: оборачивание предпосылки в (новый)
результат.
Способность одного и того же содержания принимать разные формы,
преобразовывать свою организацию получила в диалектике название
метаморфоза. В понятии
метаморфоз
отражается способность одного и
того же обособившегося элемента, обособившегося функционального звена
находиться на различных стадиях развития одного и того же организма,
одной и той же целостности. В элементе, перестраивающем свое 2. Переход одной развитой целостности в
другую развитую целостность как проблема
сложившейся в XIX веке диалектики
Из философов XVIII в. И. В. Гете первым пришел к выводу, что
развитие не может быть простым эпигенезом (ер1 — над, §епев18 — рождение),
т. е. исходная форма развития некоторой целостности не есть
пассивный пластический материал, из которого внешние причины и условия
могут лепить любую структуру, любую организацию. Над исходной формой
кумулятивным порядком не надстраиваются все новые и новые структуры.
Организация трансформируется от простого бытия к сложному в силу
собственного метаморфоза первичной структуры. Продуктом метаморфоза
являются гештальты, т. е. надэлементные образования, структурные
подразделения или органы, вырабатываемые системой деятельности из
недифференцированного зачатка (зародыша) целостности. Каждый гештальт
отличается своим особым, специфическим содержанием, подчиненным
всеобщему бытию целостности.
У немца для комплекса проявлений бытия
какого-нибудь реального существа имеется слово СезъаН
. Употребляя
его, он отвлекается от всего подвижного и принимает, что все частности,
входящие в состав целого, прочно установлены, закончены и закреплены в
своем своеобразии
7. (Ср. 8.)
Развивая идею Гете о том, что органическая целостность появляется
на свет в неоформленном, несложившемся виде, Шеллинг приходит к
выводу, что переход от одного гештальта к другому проходит через состояние
безгештальтности (Gestaltlosigkeit)9. Таким образом, на присущем
ему философском языке Шеллинг открывает зависимость, в силу которой
переход от одной структурной устойчивости к другой структурной
устойчивости осуществляется через промежуточное состояние: структурной
неустойчивости. Стадию структурной неустойчивости Шеллинг обозначает
специфическим термином, характеризуя ее как аморфон. Аморфон — это
начало, которое может принять любую форму. Оно
само изначально
бесформенно
, ацоофои, и нигде не может быть изображено в качественно
определенной материи10.
Согласно Шеллингу,
чем ближе природа к чистой производительности,
тем безгештальтнее она (Gestaltloser)
,
чем ближе природа к производству
готового продукта, тем более она гештальтна
". Следовательно, процесс
смены одной целостности другой целостностью, по Шеллингу, не может быть
понят как количественное нарастание или количественное убывание ранее
структурированного бытия вне перехода структуры (формы) в свою
собственную противоположность.
Дальнейшее развитие концепция метаморфоза получает у Г. В. Ф.
Гегеля.
Гегель подчеркивает, что только непосредственное просто, ибо лишь в
непосредственном нет еще перехода от одного к другому. На исходном
этапе гештальт
...Закладка в соц.сетях
