Жанр: Электронное издание
ЗВЕЗДЫ В ЛАДОНЯХ II
... столиком на открытой площадке и стала наблюдать за выходом из школьного здания. Мне пришлось прождать более получаса и заказать еще один коктейль, пока наконец не появился Рахманов. Он зашагал к стоянке, где был припаркован его личный флаер, а я взяла со столика приготовленный загодя телефон и нажала кнопку набора номера.
Спустя пару секунд Олег остановился, сунул руку в карман, а потом, уже с телефоном, поднес ее к уху:
- Алло?
- Привет, это я. Узнаешь?
- Еще бы! С твоим-то акцентом... Где ты?
- В “Поросятах”. Хочешь присоединиться? Он повернулся в мою сторону, и я помахала ему рукой.
- Окей, с удовольствием. - В его голосе проскользнула нотка смущения. - Между прочим, там очень вкусное мороженое.
Олег украдкой оглянулся вокруг и, убедившись, что в поле его зрения никого из школьников нет, направился ко мне. Я не удержалась от улыбки. Какой же он все-таки еще мальчишка, даром что на полгода старше Валько. Стесняется, видите ли, зайти в кафе только из-за того, что здесь обычно тусуется “малышня”.
Купив две порции шоколадного мороженого, Олег устроился за столиком напротив меня и пододвинул мне один из стаканчиков.
- Угощайся.
- Нет, спасибо, - покачала я головой. - Я такого не ем.
- Почему?
- Слишком много калорий. Боюсь располнеть.
Смерив меня взглядом, Олег улыбнулся. У него была очаровательная улыбка, да и сам он был необычайно обаятельным парнем, хотя его нельзя было назвать красавцем. Впрочем, мужская красота - понятие весьма относительное. Скорее, для мужчин больше годится другое слово - привлекательность. А Олег был очень привлекательный, вдобавок умный, общительный, за словом в карман не лез. Он напропалую заигрывал со всеми девчонками в классе, но явного предпочтения никому не отдавал. В отношении меня пока соблюдал дистанцию - то ли просто примерялся к новенькой, то ли немного робел. Я выглядела старше своих семнадцати (вернее, не своих, а тех, что были записаны в моих документах), вела себя слишком солидно и была (чего уж тут скромничать!) гораздо красивее остальных девочек.
- Не думаю, что тебе грозит полнота, - сказал Олег. - С такой-то фигурой!
- Вот я ее и берегу. Так что придется тебе съесть обе порции.
- Нет проблем. - Он зачерпнул ложечкой кусок мороженого и отправил себе в рот. - Кстати, ты здесь просто так или ждала меня?
- А если ждала, то что?
- Тогда я польщен.
Я хмыкнула:
- Не спеши делать выводы. Я лишь хотела сказать тебе, что ты глупенький мальчишка.
- Почему это?
- Да потому, что твоя бравада на уроке была предназначена для меня. Чтобы я обратила на тебя внимание.
Олег густо покраснел.
- Ну и ну! Какие же вы проницательные!
Я вопросительно посмотрела на него и произнесла с сарказмом:
- Мы что, уже перешли на “вы”, Олег Ибрагимович? Только предупреждаю, что мне совсем не нравится быть Рейчел Стивенсовной. Звучит уж как-то нелепо.
- О нет, ты не правильно меня поняла. Под “вами” я имел в виду тебя и Надежду Петровну.
- Так она тоже догадалась?
- Ага. И устроила мне взбучку.
- Тебе здорово влетело?
- Нет, слегка. Пришлось выслушать две короткие лекции - “нужно-быть-лояльным-к-государю” и “не-выделывайся-перед-девчонками-на-уроках”. А по поведению я получил “хорошо”.
- Вот и отлично. А я боялась, что тебя могут отчислить из школы.
Рахманов небрежно отмахнулся:
- Ай, брось! Нашей планете, конечно, далеко до демократии, но порядки здесь не такие уж суровые, как ты себе воображаешь. Не путай авторитаризм с тоталитаризмом, это разные веши, хотя обе неприятные. На Новороссии инакомыслие не приветствуется, но и не преследуется. Если бы у нас отчисляли всех школьников и студентов, недовольных монархией и лично дражайшим государем Александром свет-Михалычем, то вскоре пришлось бы закрыть добрую половину школ и университетов.
- И все же тебе следует быть осторожным, - внушительно заметила я, для пущей верности переходя с русского на английский. Так мне легче было выражать свои мысли, а Олег, как я уже успела убедиться, неплохо владел этим языком. - Надежда Петровна вполне может сообщить о твоих высказываниях в царскую охранку... то есть в Государеву Тайную Службу. А вдруг там найдется ретивый служака, которому как раз нечего делать и который от скуки решит заняться тобой? В итоге ты поставишь под удар не только самого себя, но и своих товарищей.
Олег мигом напрягся:
- О чем ты толкуешь, Рейчел?
- Ты прекрасно понимаешь о чем. О твоей... гм... секретной деятельности.
Он долго молчал, глядя на меня широко распахнутыми глазами, в которых застыл испуг. Наконец сдавленным голосом произнес:
- Как... как ты узнала?
- Я этого не знала, - спокойно ответила я. - Просто заподозрила и решила взять тебя на понт. А только что ты сам себя выдал.
Олег одним махом проглотил содержимое своего стаканчика. При виде того, как он энергично жует холодное мороженое, у меня заныли зубы. А он тотчас взялся за вторую порцию.
- Послушай... э-э... а почему ты меня заподозрила? Я в чем-то допустил ошибку? Вел себя не так?
- Да нет. По-моему, все нормально. Просто ты сразу, еще с первого дня, напомнил мне одного парня, с которым я училась в школе на Арране. Я никогда не замечала за ним ничего особенного или подозрительного и считала его самым обычным мальчишкой, таким же, как все остальные, разве что более умным и серьезным, чем другие ребята. Но однажды Шон - так его звали - не явился на занятия, а нам сообщили, что он разбился на своем флаере. Позже стало известно, что вся эта история об аварии сплошная ложь, состряпанная нашими властями. На самом деле Шон был убит при попытке проникнуть на альвийскую военную базу и захватить корабль.
- Он был один?
- Нет, конечно. Их было больше десятка - ребят-школьников, которые хотели бежать с планеты и присоединиться к человеческим войскам, чтобы бороться против чужаков. Все они погибли. - Я сделала выразительную паузу. - Если ты замышляешь что-то подобное, откажись от этой идеи. Альвы не дураки, они надежно охраняют свои базы. Ты и сам пропадешь, и своих товарищей погубишь.
Доев мороженое, Олег поднялся из-за столика.
- Хочешь, я подвезу тебя домой?
- Не возражаю, - ответила я. - Только я живу далековато. В пригороде, в Отраднинске.
- Ну и что, - пожал он плечами. - Это же не Солнцевск, в конце концов. А потратить лишних полчаса мне не жалко.
- Час, - поправила его я. - Полчаса туда и столько же на обратный путь.
Олег немного натянуто, но тем не менее обворожительно улыбнулся:
- “Туда” не считается. Время в твоем обществе я не рискну назвать потраченным впустую.
Мы прошли на стоянку и сели в флаер. Олег запустил двигатель и поднял машину в воздух. Вернее, это сделал автопилот, поскольку Олег, будучи еще несовершеннолетним, обладал ограниченными водительскими правами и не мог собственноручно управлять флаером над густонаселенными районами или при высокой интенсивности движения.
Минут пять мы летели молча, обмениваясь быстрыми взглядами. С лица у Олега не сходило растерянное выражение, он то и дело покусывал губы и хмурился в задумчивости. Затем резко повернулся ко мне и спросил:
- А чем именно я напомнил тебе того парня, Шона?
Я ожидала этого вопроса, однако не стала отвечать сразу, а изобразила некоторое смятение.
- Ну... трудно сказать. На первый взгляд вы с ним совершенно разные - и внешне, и характером, и повадками. Но в первый же день, наблюдая за тобой, я не могла отделаться от странного чувства “дежа-вю”. И чем дальше, тем оно становилось сильнее. Я смотрела на тебя, а видела Шона. Как будто он воскрес и... Нет, Олег, я не могу тебе объяснить. Это чистой воды интуиция. Просто у вас с ним есть что-то общее - заметное, но не поддающееся описанию. Какой-то слабый, почти незримый отпечаток. Отпечаток двойной жизни... Да, наверное, так.
- Шон был твоим приятелем?
- Только не в том смысле, в каком ты думаешь. Мы были просто хорошими друзьями.
- Ясно, - сказал Олег.
После этого он завел разговор о космической войне с чужаками. Я в основном слушала его рассуждения, а если и вставляла какие-нибудь реплики, то внимательно следила за собой, чтобы не сболтнуть чего-то такого, о чем мне, девчонке с контролируемой Иными планеты, знать было не положено. Когда же Олег поинтересовался моим мнением, сколько еще Новороссии ожидать освобождения, я неопределенно выразилась в том смысле, что в системе Хорса сконцентрировано слишком много альвийских войск, разбить которые будет очень и очень сложно. Мол, ведь четыре года назад уже пытались, однако не смогли.
- А тогда были более благоприятные обстоятельства, чем сейчас, - мрачно заметил Олег. - Если бы наш царь, будь он неладен, призвал народ к восстанию... или сам народ, черт бы его побрал, плюнул на хлюпика-государя и восстал, то все сложилось бы иначе. Но наши взрослые, чума на их головы, ничего не делали. Они просто ждали, они привыкли ждать - пока власть не решит за них, пока им не скажут, что нужно делать. Вот если бы цесаревич Павел в то время был немного старше... - Он осекся. - Но тогда все мы, все наше поколение, были слишком молодыми. Мне лишь недавно исполнилось тринадцать, я рвался воевать с этими проклятыми мохнатыми уродами, а отец запер меня в моей комнате. И все приговаривал: “Государь не велел, государь не велел...” Тьфу на него с его государем! А когда ночью я попытался взломать силовой экран на окне своей спальни, мой дорогой папочка вызвал полицейских и попросил арестовать меня. Целых тринадцать дней я провел в тюрьме для несовершеннолетних, битком набитой такими же ребятами, как я, которых тоже сдали властям их собственные родители... Ты представляешь, Рейчел?! Я сочувственно кивнула:
- Да, это ужасно.
- А твои предки? Как бы они поступили в такой ситуации?
Я задумалась.
- Не знаю, Олег. Наверное, они все же попытались бы остановить меня, но не по приказанию правительства, а из опасения за мою жизнь. Однако в тюрьму они меня не отправили бы, я в этом уверена.
Когда флаер приземлился на площадке перед домом Руслана Кузнецова, Олег смерил меня пристальным взглядом и произнес:
- Вот что, Рейчел, я не верю тебе.
В груди у меня похолодело. Неужели я сыграла так неубедительно? На чем же он поймал меня, что я сказала не так? Выходит, все было напрасно...
А Олег после короткой паузы продолжал:
- Ты притворяешься тихоней и скромницей, ни во что не замешанной и взирающей на все со стороны. Но это не так, могу дать руку на отсечение. У меня тоже есть интуиция, и она подсказывает мне, что мы с тобой одного поля ягоды. Я чувствую в тебе родственную душу, ты сильная, смелая, непокорная, ты настоящий боец. Я уверен, что вы с Шоном были не только хорошими друзьями, но и соратниками. Ты входила в его группу и, возможно, участвовала в нападении на альвийскую базу. Ведь так?
Я с трудом подавила облегченный вздох. Все в порядке, все в полном порядке! Даже лучше, чем я рассчитывала. Олег с первого же раза заглотнул наживку, теперь он в моих руках.
- Думай, как тебе угодно, - невозмутимо произнесла я и потянулась было к дверце. - Спасибо, что подвез меня. Встретимся послезавтра в школе. Однако Олег мягко придержал меня за плечо.
- Погоди, Рейчел, мы еще не закончили. Ты не ответила на мой вопрос. Я ведь открылся тебе, теперь твоя очередь.
- Ты мне не открывался, - возразила я, - Я сама тебя раскусила. И если хочешь, можешь считать, что ты меня тоже раскусил. Вот так.
Неожиданно он привлек меня к себе и жадно впился губами в мои губы. Я была так потрясена случившимся, что на добрый десяток секунд меня словно парализовало. Лишь когда Олег принялся покрывать поцелуями мое лицо, а его рука проворно нырнула под мою юбку, я наконец опомнилась и резко оттолкнула от себя наглеца. Затем размахнулась и влепила ему звонкую пощечину.
- Ты что, офигел?!
Олег виновато потупился:
- Извини, Рейчел, я... я не смог сдержаться. Ты такая замечательная девушка...
- Ну и что? Разве это повод набрасываться на меня? - Я одернула юбку и поправила растрепанные волосы. - Вы, мальчишки, какие-то сдвинутые, ей-богу. У вас один только секс на уме.
- Можно подумать, что вы, девчонки, этим совсем не интересуетесь, - огрызнулся Олег. - Ведь ты поначалу не сопротивлялась. Ты даже ответила на мой поцелуй.
- Это... это была чисто рефлекторная реакция.
- Ой ли? - скептически произнес он, уже полностью овладев собой. - Значит, и трусики у тебя намокли чисто рефлекторно? Ты, милая, кончила, как только я обнял тебя.
Мое лицо обдало жаром.
- Ты... - пробормотала я, сгорая от стыда и возмущения. - Ты... Да пошел ты к черту!
Распахнув дверцу, я выскочила из кабины и опрометью бросилась к дому. Вопреки моим опасениям, Олег не последовал за мной, рассыпаясь в оправданиях и извинениях. Когда я вбежала на крыльцо и сунула свою карточку в щель дверного замка, позади раздался характерный шум взлетающего флаера. Олегу хватило ума понять, что сейчас я готова прибить его и самый лучший выход в данной ситуации - это убраться восвояси.
К счастью, в холле меня никто не встречал, Я быстро поднялась на второй этаж, прошла в свою комнату и с некоторой опаской подошла к зеркалу. Как ни странно, выглядела я вполне прилично, разве что прическа была немного подпорчена, на щеках горел яркий румянец, а глаза поблескивали. Однако чувствовала я себя как начинающая малолетняя шлюшка, которую в первый раз конкретно поимели.
Господи! Что ж это со мной происходит?..
19
- А знаешь, Рашель, - сказал Валько, - за эти полторы недели ты здорово изменилась.
Не выпуская моей руки, он вскочил на невысокий парапет, отделяющий набережную от окутанной утренним туманом реки, прошел несколько шагов, затем спрыгнул обратно на тротуар, едва не наступив каблуком на носок моей туфли. Со стороны мы представляли собой самое заурядное зрелище: двое подростков прогуливаются в малолюдном местечке над Хебой-рекой, слегка дурачась и болтая о всяких пустяках, интересных лишь для них двоих.
На самом же деле наше свидание носило сугубо деловой характер. Еще вчера вечером, в субботу, мы договорились встретиться, чтобы подвести итоги первого этапа нашей миссии - внедрения в здешнее общество и установления предварительного контакта с несколькими школьниками, которыми весьма и весьма интересовалась наша разведка. За прошедшие десять дней все ребята успешно включились в работу, с семью “объектами” уже был установлен тот самый “предварительный контакт”, а еще в двух случаях произошел быстрый прорыв: у меня - с Олегом Рахмановым и у Эстер Леви - с девушкой по имени Аня Кореева.
В принципе, встречаться с Вальком лицом к лицу особой необходимости не было, до сих пор мы без проблем общались по глобальной планетарной сети, ничуть не рискуя “засветиться”. Будучи кибером, Валько обеспечивал стопроцентную безопасность и конфиденциальность всех наших контактов, выступая в роли связующего звена между нами. Так, скажем, по вечерам я в условленное время посещала весьма популярную среди новороссийских подростков виртуальную игру “Арнемвенд”. Валько уже поджидал меня там, создавал мою копию, которая успешно махала мечами и разбрасывалась заклинаниями, а мы спокойно себе беседовали, и никто, за исключением других киберов, не мог обнаружить ничего неладного. Однако киберы заблаговременно чувствовали приближение своих коллег, так что застать нас врасплох, а тем более подслушать, было невозможно.
И все же во время нашей вчерашней беседы я предложила встретиться “вживую”, и Валько сразу согласился. Он понимал, что мне, не-киберу, виртуальное общение не дает ощущения реальности, да и он сам, по причине моего неполного вхождения в виртуальность, не воспринимал меня с абсолютной достоверностью. Нам же обоим хотелось увидеть друг друга такими, какие мы есть.
- Изменилась, говоришь? - переспросила я. - И в чем же?
- Можно сказать, помолодела, - улыбаясь, ответил Валько. - Нет, я вовсе не шучу. Ты действительно стала выглядеть моложе. Теперь ты и вправду похожа на школьницу.
Я пожала плечами:
- Так ведь приходится играть свою роль.
- Гм, не думаю. Скорее, как раз наоборот - ты наконец перестала строить из себя шибко взрослую и вернулась в естественное для своего возраста состояние. Это раньше ты играла, когда корчила из себя бывалого космического волка. Впервые увидев тебя в лифте, одетую в новенький лейтенантский китель, я чуть не рассмеялся - так забавно ты выглядела со своей притворной строгостью и неприступностью.
- Поэтому ты обозвал меня “прапором”?
- Ага. Чтобы немного расшевелить тебя. И дальше продолжал в том же духе. Я сразу понял, что ты очень милая девушка, но слишком уж серьезно относишься к своему мундиру. А это тебе совсем не идет. Ты замечательно выглядишь такой, как сейчас, - раскованной и непосредственной. Кстати, я надеялся, что на встречу со мной ты наденешь не брюки, а платье или юбку.
- Ну уж нет, больше никаких юбок, - невольно вырвалось у меня. - Мне хватит и вчерашнего.
- А что было вчера? - поинтересовался Валько.
Я смущенно потупилась. Рассказывая ему о своей беседе с Рахмановым, я, как и в разговоре с отцом, умолчала о последнем эпизоде, когда Олег полез ко мне целоваться. При одном воспоминании о происшедшем меня охватывал жгучий стыд. Мне было стыдно не из-за его поцелуев как таковых и не из-за его руки, шарившей у меня между ног; хуже всего было то, что при этом я действительно испытала оргазм.
Валько посмотрел на меня проницательным взглядом.
- Так, так, так, - протянул он. - А я ведь сразу почувствовал, что ты чего-то недоговариваешь. Этот парень лапал тебя?
Тяжело вздохнув, я присела на край парапета. Валько пристроился рядом со мной, и я, после недолгих колебаний, поведала ему все без утайки. Все-все, даже о своих мокрых трусиках. Не знаю, в чем тут причина, но общество Валька почему-то располагало меня к предельной откровенности. С ним я чувствовала себя легко и свободно, как со старым закадычным другом... или, скорее, как с братом, о котором я всегда мечтала. В последние годы самым доверенным человеком был для меня отец, я делилась с ним всеми своими проблемами, самыми сокровенными мыслями и переживаниями, однако в случае с Олегом у меня просто не повернулся язык рассказать ему всю правду. А вот Вальку рассказать я смогла - притом почти без стеснения.
Он слушал меня с легкой понимающей улыбкой, а когда я закончила, произнес:
- Так это же здорово, Рашель! Похоже, Рахманов крепко запал на тебя. А может, даже втюрился. Я буду не я, если в ближайшие дни он не доверится тебе полностью. При условии, конечно, что ты будешь вести себя... э-э, надлежащим образом.
Не веря своим ушам, я изумленно уставилась на него:
- Как ты сказал? Надлежащим образом?! И что ты под этим подразумеваешь?
- Все, что понадобится для выполнения задачи, - невозмутимо ответил Валько. - От легкого флирта до секса.
- Что?! - Я чуть не задохнулась от возмущения. - Ты хочешь, чтобы я... я...
- А почему бы и нет? Ты же сама фактически призналась, что неравнодушна к нему. Так что я не предлагаю тебе ничего такого, что противоречило бы твоим желаниям. Я не сильно погрешу против истины, если скажу, что в глубине душе тебе самой хочется...
- Замолчи! - резко произнесла я и отвернулась, чтобы скрыть краску стыда на своем лице. - Ты... ты бездушный мальчишка, Валько. Неужели ты ни капельки не ревнуешь меня?
- Почему же, немного ревную. Но чисто по-братски. Я бы хотел иметь такую сестру, как ты, Рашель. Я говорю это совершенно серьезно. Ты умная, красивая, такая... такая интересная, с тобой очень приятно общаться. Еще ни с одной девушкой я не чувствовал себя так легко и свободно. Однако при всем том ты не вызываешь у меня никакого сексуального влечения.
- Взаимно, - сказала я и, не выдержав, улыбнулась, - Это насчет отсутствия сексуального влечения и всего прочего. Точно так же я отношусь к тебе. То ли как к младшему брату, то ли как к старшему - вот тут я определиться не могу. Бывают моменты, когда ты кажешься мне сущим ребенком, а уже в следующую секунду все переворачивается вверх тормашками, и тогда уже я чувствую себя рядом с тобой маленькой глупенькой девчушкой.
- Что поделать, издержки раннего взросления. Таков удел всех вундеркиндов... ох, и ненавижу я это слово! Во мне все перемешалось - и ребенок, и подросток, и взрослый. Боюсь, это останется со мной навсегда. Мне заранее жаль мою будущую жену. Кстати, и твоему будущему мужу я не завидую.
- Почему?
- Потому что ты слишком деятельна, слишком честолюбива, целиком сосредоточена на своей карьере. Для тебя главное космические полеты, сражения, а все остальное, в том числе и семья, на втором плане. Иначе говоря, - и тут Валько неожиданно пропел:
Первым делом, первым делом звездолеты, ну а мальчики, а мальчики потом.
- Дурацкие слова, - передернув плечами, сказала я. - Но мелодия ничего. Сам придумал?
- Нет, что ты. Это наша древняя народная песня. Правда, в каноническом тексте поется не “мальчики”, а “девушки”, но я перефразировал ее специально под тебя. Согласись, довольно метко.
- Ладно, соглашаюсь. Нельзя сказать, что вопросы секса совсем не волнуют меня, но я никогда не теряла голову из-за мальчишек. Бывало, увлекалась... самую малость, а через недельку-другую все проходило бесследно. И оставалось только легкое недоумение: что я в этом парне нашла?
- Ну еще бы! - брякнул Валько. - С таким отцом, как у тебя...
Он осекся и проворно отпрянул от меня, уклоняясь от пощечины. Кончики моих пальцев лишь чуть-чуть задели его подбородок. Я хотела было наброситься на Валька и расцарапать ему физиономию, но в последнюю секунду передумала и осталась сидеть на месте, сверля его негодующим взглядом.
- Да как ты смеешь?! Ты...
- Погоди, Рашель, не горячись. Ты не правильно поняла меня. Я совсем не то хотел сказать.
- А что?
С некоторой опаской Валько снова присел рядом со мной, готовый в любой момент ретироваться.
- Я просто имел в виду, что у тебя замечательный отец. Ты восхищаешься им, ведь так?
- Ну, допустим.
- Ты считаешь его идеалом мужчины и бессознательно сравниваешь всех знакомых парней с ним. А они, естественно, не выдерживают конкуренции - хотя бы из-за своей молодости. У них нет цельности натуры твоего отца, нет той мужественности и решительности, они не кажутся тебе надежными и уверенными в себе, ну и, наконец, никто из них не носит в петлицах адмиральские звезды.
- Отец лишь недавно стал коммодором, - возразила я. - Раньше он был капитаном. Валько ухмыльнулся:
- Какая разница, капитан или коммодор, орлы или звезды? Я же говорю совсем о другом. Только не притворяйся, что не понимаешь меня.
- Нет, я поняла твою мысль. - Я помолчала в задумчивости. - Наверное, ты прав. И даже не наверное, а точно. Я действительно ищу во всех ребятах папины черты. А своего избранника представляю похожим на отца с его юношеских фотографий... но непременно в белом парадном мундире с капитанскими погонами.
Несколько секунд Валько героически сдерживал смех, но в конце концов не вытерпел и расхохотался:
- Ой, не могу!... Белый мундир... с погонами... капитанскими... - Он вытер с лица слезы и уже спокойнее, но все еще посмеиваясь, заговорил:
- Ты просто чудо, Рашель. Хрестоматийный пример папиной дочки. В самом чистом виде. Не думал, что такие идеальные образчики встречаются в реальной жизни.
Я хотела сказать в ответ что-то язвительное, но мне помешала мелодичная трель вызова. Я достала из бокового кармана брюк телефон и взглянула на встроенный экранчик. Изображения на нем не было, а обратный номер абонента ни о чем мне не говорил.
- Наверное, это он, - произнесла я с досадой. - Больше некому. Звонит с какого-нибудь общественного комма.
- Олег? - на всякий случай уточнил Валько, мигом перестав смеяться.
- Он самый.
- Ответь ему.
- Ты думаешь, что...
- Я говорю: ответь!
- Ну, ладно. - Я нажала соответствующую кнопку, поднесла телефон к уху и произнесла:
- Да, слушаю.
- Пожалуйста, Рейчел, не отключайся, - донесся до меня голос Олега. - Это я.
Между тем Валько бесцеремонно придвинулся ко мне вплотную, наклонил голову и стал слушать вместе со мной.
- Да, я узнала тебя, - нарочито сухо ответила я. - Что тебе нужно?
- У меня есть одно предложение... Только не отказывайся сразу, сначала выслушай.
- Хорошо, выслушаю, - великодушно согласилась я, - Итак?
- Что ты делаешь сегодня во второй половине дня?
- Еще не решила, но точно могу сказать, что встреча с тобой не входит в мои планы.
- Ах, какие мы категоричные! - Догадавшись по моему тону, что я больше не злюсь на него, Олег снова стал самим собой - ироничным, самоуверенным и чуть-чуть нагловатым. - Должен тебя разочаровать: о свидании речь не идет. Тут у нас намечается небольшой пикник за городом. Несколько ребят и девчонок, прогулка в лесу, купание в озере, шашлыки - это нечто вроде вашего барбекю, только вкуснее, а еще соки, пиво, даже вино, если захочешь... Ну и так далее.
У меня перехватило дыхание. Еще вчера вечером Валько сообщил мне, что Аня Кореева пригласила Эстер на какой-то пикник. Тоже в лесу у озера и тоже с шашлыками. Неужели...
Валько немного отстранился от меня и энергично закивал, забавно гримасничая: мол, соглашайся, соглашайся, только не сразу, а сначала помнись для вида, набей себе цену.
- Гм, заманчивое предложение, - произнесла я. - Особенно многообещающе звучит это “и так далее”.
- Уверяю тебя, ничего такого, о чем ты подумала.
- А откуда ты знаешь, о чем я подумала?
- Не знаю, но догадываюсь. Ни наркоты, ни групповухи, ни прочих экстримов не намечается. Будет просто встреча друзей. Моих хороших друзей, с которыми я хочу тебя познакомить.
- Они из нашей школы?
- Нет, это... особые друзья. Не школьные приятели, а именно друзья - самые лучшие, самые доверенные.
- О-о! - протянула я, словно лишь сейчас до меня дошло. - Кажется, понимаю.
- Значит, согласна?
- Олег, я... честное слово, не знаю. Я не уверена, что хочу этого.
- Боишься?
- Скорее, опасаюсь. Мы еще недостаточно знакомы, и вообще... - Я сделала па
...Поділитися у соцмережах
