Жанр: Электронное издание
ЗВЕЗДЫ В ЛАДОНЯХ II
... Ты поняла меня?
- Да.
Я крепче сдавила ее горло.
- Говори! Приказываю тебе!
- Розовые слоники... - прохрипела она. - Голубые кролики...
Мысль о том, что у Ани начался бред, не успела оформиться в моей голове. В следующий момент перед глазами у меня потемнело, пол под моими ногами разверзся, и я начала падать в бездну. Раздался громкий хлопок, от которого зазвенело в ушах...
Я висела в пустоте, не чувствуя своего тела. Хотя нет, тело я чувствовала - но не чувствовала его веса. В ушах продолжало звенеть. Моя рука прикоснулась к чему-то мягкому, теплому. Я наконец сообразила раскрыть глаза и увидела перед собой Аню. Судя по выражению ее лица, она находилась в наркотической полудреме. Рядом с ней парили Валько и Олег.
Именно парили. Все мы парили в невесомости, а вокруг нас вращалась небольшая комната без какой-либо мебели, без окон и дверей, с голыми стенами и излучающим ровный белый свет потолком. То есть, конечно, это мы вращались посреди комнаты - но, как установил еще в древности Эйнштейн, любое движение в природе относительно.
Также вместе с нами парило в невесомости несколько странных предметов. Один из них, самый крупный, сильно напоминал кусок дивана из гостиной Кузнецова. Того самого дивана, на котором еще недавно сидели Валько, Олег и Аня. Другие предметы, поменьше, представляли собой клочки коврового покрытия и, по-видимому, куски строительного металлопластика.
Наши с Валько взгляды встретились. Он что-то произнес, однако из-за звона в ушах я ничего не разобрала. Олег неуклюже задрыгал руками и ногами, едва не угодив локтем мне в лицо. Я схватила его за плечи, притянула к себе и прокричала на ухо:
- Прекрати брыкаться!
Он расслышал и подчинился. Бледность его лица свидетельствовала о том, что от невесомости его слегка тошнит. А может, и не слегка.
Возникла слабая сила тяжести. Мы медленно опустились на пол, прекратив вращение. Гравитация постепенно возрастала. Я приняла сидячее положение и, судорожно сглотнув пару раз, добилась того, что звон в ушах стал значительно тише. А Валько прибегнул к более действенному средству - сунул пальцы в уши и энергично поковырял в них.
- Черт побери! - воскликнул он. - Это же телепортация!
- Ты так думаешь? - спросила я.
- А что еще мне думать? Я, точно, не терял сознания. Даже глаз не закрывал. На секунду мелькнула темнота - и мы оказались здесь. А телепортация, по определению, есть мгновенное перемещение материальных объектов в пространстве.
- Я тоже не терял сознания, - произнес Олег, с трудом поднимаясь с пола. - Мне стало плохо... мне и сейчас плохо, но я не отключался.
- А весь этот хлам, - Валько указал на кусок дивана и другие валявшиеся вокруг нас предметы, - мы прихватили с собой при телепортации.
Я встала на ноги и обошла комнату по периметру в поисках выхода. Ни намека на дверь нигде не было. Скорее всего, отодвигалась целиком вся стена - но, увы, никаких кнопок для этого я не обнаружила.
Я опустилась на корточки над Аней Кореевой, отвесила ей несколько легких пощечин, чтобы вывести ее из дремы, а затем помогла ей сесть на то, что осталось от дивана.
- Где мы находимся?
- Не могу сказать.
- Как мы сюда попали?
- Не могу сказать.
Тут Валько остановил меня:
- Погоди, так ты ничего не добьешься. Дай я попробую. - И он обратился к Ане:
- Говорить мне только правду, ясно?
- Да.
- Нас кто-то принес сюда во сне?
- Нет.
- Мы приехали на метро?
- Нет.
- Мы совершили гиперпереход?.
- Нет.
- Мы телепортировались?
- Не могу сказать.
Ха, здорово! В контексте предыдущих вопросов ее последнее “не могу сказать” прозвучало как однозначное “да”.
Валько достал из кармана брюк давешний приборчик с кнопками “П”, “Л” и “Т”.
- Мы телепортировались с помощью этого устройства?
- Нет.
- А для чего оно предназначено?
- Не могу сказать.
- И все-таки оно как-то связано с телепортадией?
- Не могу сказать.
- Черт! - выругалась я. - Как ты мог, Валько? Я же ясно велела отнести все в холл.
- Извини, Рашель, - он покаянно опустил голову. - Я по рассеянности сунул его в карман. И забыл там.
- Врешь! Ты ничего не делаешь по рассеянности. И ни о чем не забываешь. А теперь по твоей вине мы попали в эту мышеловку.
- Аня сказала, что прибор тут ни при чем.
- Но не отрицала связи между ним и телепортацией. Фактически она подтвердила ее.
- Не спеши с выводами. Сейчас мы все выясним... Аня, кнопка “Т” блокирует работу парализаторов?
- Нет.
- Блокирует работу лучевиков?
- Предотвращает возможность телепортации?
- Не могу сказать.
Валько повернулся ко мне:
- Вот тебе и вся связь. Этот прибор был призван помешать тебе воспользоваться оружием или телепортером.
- Но у меня нет никакого телепортера.
- А они считали иначе. Во всяком случае, допускали такую возможность. Поэтому наряду с “П” и “Л” было активно “Т”.
- А ты дезактивировал его!
- Да, тут я виноват, - не стал отрицать Валько. - Но разве мог я предвидеть такое? Ведь мы сняли с нее все, что можно... Гм-м. Вот именно: все, что можно. - Он снова перевел взгляд на Аню:
- Как ты совершила телепортацию?
- Не могу сказать.
- Это биологическое свойство твоего организма?
- Нет.
- Телепортация осуществляется с помощью специального устройства?
- Не могу сказать.
- Оно находится в твоем мозгу?
- Нет.
Последовал еще ряд вопросов, пока мы наконец не выяснили, что устройство вмонтировано в ее левую берцовую кость, а сработало оно от упоминания о розовых слониках и голубых кроликах.
Валько резюмировал:
- Так что ты виновата не меньше моего, Рашель. Ты потребовала от Ани намекнуть, где твой отец с Анн-Мари. Вот она и намекнула. Вскоре мы встретимся с ними - но, увы, в плену.
- Между прочим, за нами что-то никто не спешит, - отозвался Олег, который, слушая наш разговор, тем временем тщательно обследовал стены. - Похоже, наше появление прошло незамеченным. А значит, у нас еще есть шанс... Аня, как нам отсюда выбраться?
- Не могу сказать.
- Ну и не надо ничего говорить. Просто выйди из этой комнаты. Сейчас же!
Она сделала попытку встать и произнесла:
- Сезам, откройся.
Стена, возле которой стоял Олег, отошла в сторону, открыв проход в неширокий коридор, устланный темно-синим ковровым покрытием.
- Круто! - сказал Валько с восхищением. - Ну, парень, ты молоток!
Олег застенчиво улыбнулся и осторожно выглянул наружу. Тотчас взвыла сирена, сверкнула вспышка парализатора, и он как подкошенный повалился ничком на пол.
- Олег! - испуганно взвизгнула я и бросилась к нему.
- Стой, Рашель! - крикнул мне вслед Валько. - Да стой же ты, дура!
Я не послушалась и, ясное дело, тоже попала под луч парализатора. Но так и не заметила, кто в меня стрелял.
30
Я очнулась, лежа навзничь на мягком диване. Левый рукав моей рубашки был закатан выше локтя. В изгибе слегка почесывалось, как после инъекций. Рядом со мной сидел Валько и держал меня за руку.
Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Наконец я сделала над собой усилие и слабо улыбнулась. Он ответил мне широкой улыбкой:
- Привет. Как самочувствие?
- Паршивое, - сказала я, с трудом поднимаясь. - Ты когда-нибудь попадал под парализатор?
- Бог миловал.
- В таком случае ты не поймешь меня.
Я огляделась вокруг. Мы находились в просторной, роскошно обставленной комнате, с виду - гостиной, окна которой выходили на водопад. Вдали виднелась цепь гор с окутанными туманной дымкой вершинами. Я могла дать руку на отсечение, что никогда раньше здесь не была, но сама обстановка казалась мне до боли знакомой.
На соседнем с нашим диване лежал бесчувственный Олег.
- Нас взяли в плен? - спросила я.
- Нет, здесь мы одни. Я больше никого не нашел.
- А кто же подстрелил нас с Олегом?
- Автоматическая система охраны. Но теперь можешь не опасаться, я укротил ее.
- Кстати, где мы?
- Ты не поверишь.
Я протерла глаза и снова огляделась.
- Если ты скажешь, что мы на космическом корабле, то поверю.
На лице Валька отразилось изумление:
- Как ты догадалась?
- Это, - взмахом руки я обвела всю комнату, - сильно смахивает на кают-компанию. Слишком много роскоши, стремление создать уютную домашнюю атмосферу, пейзаж в фальшивых окнах настолько идиллический, что в него с трудом верится... Что это за корабль?
- Легкий боевой крейсер класса “СА”. Я бы даже сказал, “СА-плюс”, существует такая категория. Сверхбыстроходный, необычайно маневренный, напичканный всевозможным вооружением. Словом, супер-пупер. Называется “Нахимов”.
Я энергично тряхнула головой, разгоняя туман, который мешал мне быстро соображать.
- Если не ошибаюсь, Нахимов - древний российский военачальник. Это славонский корабль?
- А вот и нет. Согласно бортовым записям, он принадлежит Военно-Космическому Флоту Новороссии.
- Что?!
- То, что сказал. Ко всему прочему, “Нахимов” является флагманом эскадры. Странно, конечно, что эскадру возглавляет легкий крейсер, но не менее странным представляется тот факт, что у контролируемой чужаками планеты существует собственный флот. К твоему сведению, командиром корабля является некий капитан первого ранга Александр Киселев, а командующим эскадрой - контр-адмирал Анна Кореева.
- Сдуреть можно! - сказала я. - А где он построен?
- Нет информации. Вообще никаких данных о его предыдущих передвижениях. Все начисто удалено из памяти. Правда, есть один маленький след: его рабочий язык русский, но остались кое-какие намеки на то, что изначально он был “англоязычным”. Впрочем, это ничего не проясняет.
- А как... Нет, давай по порядку. Что произошло после того, как я вырубилась?
- Ну, я сразу выхватил парализатор, прикрылся Аней и стал ждать. Прошло несколько минут, но никто не явился. Я спросил Аню, кто вас уложил, и она ответила, что автоматика. Потом я принялся задавать наводящие вопросы и в результате выяснил, что мы находимся на космическом корабле и, кроме нас, на борту никого быть не должно. Я потребовал, чтобы Аня отключила охранную систему. Она отказалась. Я пытался ее убедить, но она не отступала. Тогда я решил схитрить: взял Аню за руку и велел ей выйти из комнаты, а перед самым выходом громко сказать: “Этот человек со мной”.
- И она подчинилась?
- Да. У нее гнилой психокод... Нет, конечно, он получше нашего блока, но не такой непробиваемый, как у настоящих кодированных. Главным образом он направлен на то, чтобы сохранить в тайне определенный массив сведений. Забегая наперед, скажу, что мне так и не удалось узнать у Ани, кого она представляет и что делает на Новороссии. Я перебрал все варианты, которые только приходили мне в голову, но она неизменно отвечала “нет” и ни разу - “не могу сказать”. Скорее всего, ее психокод содержит на сей счет строгие инструкции - все отрицать... Но вернемся к началу. Аня выполнила мой приказ, а охранная система истолковала ее поведение так, что я ее гость. Когда мы прошли в рубку управления, Аня по моему приказу сообщила бортовому компьютеру, что я намерен подключиться к нему. Тот воспринял это как распоряжение не препятствовать моему входу в систему.
- Тупая машина.
- Не менее тупая, чем компьютеры других кораблей. Если сделать их шибко умными и дать им слишком широкую свободу действий, они способны такого натворить. Я не угрожал Ане, не применял против нее насилия, не покушался на ее жизнь, так что компьютеру не о чем было беспокоиться. Конечно, его система обладала многоступенчатой защитой, но против меня она оказалась бессильной. Все-таки я кибер - и далеко не из худших.
- Ты подчинил корабельный компьютер?
- Ага. И заодно отключил телепортационную камеру - здесь она именуется нуль-порталом. Теперь мы можем не беспокоиться, что хозяева корабля телепортируют к нам на борт группу захвата. Я специально спросил об этом Аню. Не напрямик, разумеется, а путем косвенных вопросов. Телепортация возможна только в специальные порталы-приемники. Еще я выяснил, что перемещение происходит мгновенно, а его предельная дальность обратно пропорциональна массе телепортируемого объекта. Так, например, будь в нашей компании еще один человек, мы бы остались на месте.
- Мы далеко от Новороссии?
- Пятнадцать с половиной астрономических единиц. В направлении, перпендикулярном плоскости эклиптики. В общем, за пределами системы.
- Ого!
- Но, с другой стороны, это мизер, если сравнивать с межзвездными масштабами. На мой вопрос, можно ли телепортировать на расстояние в парсек объект массой один грамм, Аня сказала “нет”, а насчет миллиграмма отвечать отказалась. Уточнить предельную массу я уже не успел.
- Почему?
Валько виновато потупился:
- Извини, Рашель, я упустил ее.
- Как это? Она сбежала?
- Не совсем. Я сам ее... ну, вроде как отослал. Действие наркотика стало ослабевать, и мне пришлось парализовать ее. Но от выстрела сработал ее телепортер, и она исчезла. Наверное, переместилась в специально предусмотренное для таких случаев убежище. Я, дурак, не додумался заблокировать телепортацию с помощью того устройства. Совсем забыл о нем.
Я придвинулась к нему и обняла его за плечи.
- Не ругай себя. Каждый может ошибиться. Я бы на твоем месте... ай, да что и говорить! Я бы даже не выбралась из той комнаты. И уж точно не смогла бы подчинить себе корабельный компьютер.
Валько с улыбкой посмотрел на меня:
- Ты так думаешь? А я как-то слышал историю об одной двенадцатилетней девчонке, которая провернула подобный номер.
- Да. Только потому, что ей удалось украсть у отца все коды доступа... Кстати, что мы тут сидим? - Я резко вскочила с дивана. - Пошли скорее в рубку. Раз Аня сбежала, то скоро расскажет своим, что корабль в наших руках. Телепортироваться сюда они не смогут, зато вполне способны атаковать извне. Вряд ли это единственный их корабль.
Валько кивнул, поднимаясь:
- Да, я подумал об этом. Если есть флагман эскадры, то высока вероятность существования и самой эскадры. И хотя все датчики наружного наблюдения свидетельствуют, что в пределах их досягаемости космос чист, все равно лучше убраться отсюда. А в пилотировании и навигации я, к сожалению, полный профан. Сейчас мы приведем в чувство Олега и...
- Нет, - перебила я его. - У нас нет времени. Прежде нужно заняться кораблем, а Олег пусть часик подождет. К тому же, чем дольше он проспит, тем слабее у него будет постпарализационный синдром.
- Вообще-то я уже положил корабль на курс, - заметил Валько.
- Вот как? И куда мы летим?
- Просто наобум. Подальше от места его дрейфа, параллельно плоскости эклиптики.
- Этого мало. По ионному следу легко будет вычислить, в каком направлении мы улетели. Поэтому нужно задать изменчивую траекторию - тогда нас не смогут перехватить. А гнаться по самому следу - занятие неблагодарное и почти бесполезное; для этого нужно, чтобы преследователь намного превосходил по скоростным качествам преследуемого.
- Аргумент принимается, - кивнул Валько. - Сначала идем в рубку.
Мы вышли из кают-компании и стали подниматься по спиральной лестнице наверх. На таких небольших крейсерах с четырьмя продольными ярусами лифтом пользовались только законченные лентяи да еще те, кто имел при себе тяжелый груз. Мы же были налегке, поэтому мигом преодолели два пролета и оказались на самом верхнем, первом ярусе, где находилась рубка управления.
- Вот, Рашель, взгляни, - произнес Валько, указывая на какое-то темное пятно посреди коридора, метрах в пяти от двери рубки. - Когда я заметил, что действие наркотика проходит, то решил отвести Аню в лазарет, чтобы вколоть ей снотворного. А она вырвалась и побежала. Ну, я и выстрелил ей вслед.
Я подошла ближе к пятну. На поверку это оказалось углубление в полу, почти правильной параболической формы, с гладкой, словно отполированной, поверхностью.
- Прихватила с собой, - прокомментировал Валько очевидный факт. - Хорошо, что я не выстрелил, когда она была ближе. Тогда бы вместе с ней отправился и кусочек меня.
Внезапно мне пришла в голову одна мысль.
- Послушай, но ведь при этом должно было здорово рвануть. Когда Аня исчезла, на ее месте осталась пустота, а это... это как вакуумная бомба!
- Взрыва, слава богу, не было. Иначе сейчас я бы с тобой не разговаривал. Зато был хлопок, как в прошлый раз. Только посильнее - мне капитально уши заложило. Я думаю, при телепортации происходит обмен массами. Аня переместилась куда-то, а воздух с того места перенесся сюда. Естественно, возник перепад давления - ну, и хлопнуло.
- Понятно, - сказала я. - Нужно будет чем-то законопатить эту дыру. А то, чего доброго, кто-то из нас забудет о ней и подвернет себе ногу. Но с этим мы разберемся позже. А сейчас главное - замести следы. И, конечно, решить, что будем делать дальше.
Рубка управления “Нахимова” была гораздо просторнее, чем на бывшей отцовской “Заре Свободы”. Да и само судно, судя по всему, имело более внушительные габариты, чем типовые легкие крейсера. Категория “С” на грани “В”. Еще чуть-чуть - и был бы крейсер среднего класса, принадлежащий к подклассу полулегких фрегатов.
Отличительной особенностью этой рубки было наличие дополнительного ряда пультов, помимо тех, что были предназначены для управления кораблем. Этакий адмиральский мостик в миниатюре. Все дополнительные пульты были мертвы, не работал ни один дисплей, не светилось ни единого огонька.
Проследив за моим взглядом, Валько объяснил:
- В настоящее время командный центр эскадры дезактивирован. Корабль действует как самостоятельная боевая единица. А теперь иди сюда, Рашель.
Он подвел меня к терминалу справа от капитанского кресла, взял подключенный к консоли оптоволоконный шлейф и подсоединил его свободный разъем к своему имплантанту.
- Все это тебе хорошо знакомо, - сказал он. - Прежде всего, положи ладони на пластину сканера.
Я подчинилась. Бортовой компьютер запечатлел в своей памяти отпечатки моих пальцев.
- Так, хорошо. Теперь немного наклонись, смотри в центр пластины и не моргай. Делаем снимок сетчатки... Отлично. Пройдись по рубке, медленно повернись вокруг, представь себе, что ты на подиуме... Ах, Рашель, ты очаровательная девушка, но женственности тебе явно не хватает. У тебя мальчишечьи манеры, мальчишеская походка... Впрочем, ладно. Скажи что-нибудь. Только по-русски.
- Я хожу, как могу. И не собираюсь вилять бедрами, изгибаться, как кошечка, или трясти грудью. Я офицер, а не модель.
Валько хмыкнул:
- Ну, трясти грудью у тебя все равно не получится. Для этого она слишком маленькая, хоть и очень миленькая... Но это так, между делом. Образец твоего голоса записан. Отныне ты полновластный командир корабля.
- Разве это все? - удивилась я.
- Я упростил процедуру, чтобы сэкономить время.
- А как же контрольные вопросы? Он ухмыльнулся:
- Тут я смошенничал. Еще до того, как пойти будить тебя, я отобрал те вопросы, на которые мог сам дать ответ, и занес их в память.
- Но если ты ответил не правильно...
- Вот тебе распечатка. - Из щели принтера выскользнуло несколько листов бумаги, Валько подхватил их и протянул мне. - Если я хоть в одном вопросе ошибся, можешь оторвать мне ухо.
Я пробежала взглядом первую страницу. К моему удивлению, все ответы были правильными. А один из них...
- Валько, негодник! Ты все-таки заглядывал в мой шкаф?!
- Вовсе нет. А твое пристрастие к розовому белью с кружевными оборками я вычислил методом дедукции.
- И как именно?
- Ну, это довольно длинная цепочка логических построений...
- Ладно, тогда разберемся позже.
С этими словами я устроилась за капитанским пультом и осмотрела свое хозяйство. Меня слегка смущал русский интерфейс, но за прошедший месяц я достаточно хорошо овладела этим языком, к тому же многие технические термины имели сходное звучание с французскими или английскими, нужно было просто привыкнуть к их написанию кириллицей.
Мой взгляд упал на данные по ускорению. Там было указано значение “392,0 g”.
- Стоп! Здесь, по-моему, ошибка.
- Где? - спросил Валько.
- Ускорение. Не там стоит запятая. Должно быть “39,20 g”.
- Нет, все верно. Мы летим с ускорением под четыре сотни. Гравикомпенсаторы рассчитаны на номинальную нагрузку до восьмисот единиц. А в критическом режиме могут выдержать и более тысячи.
- Боже правый! - Под ложечкой у меня засосало, когда я представила, что с нами будет, если вдруг откажут компенсаторы. - Ты уверен?
- Так сказано в спецификации. А гравы работают в норме, можешь положиться на меня. Я не только математик, но и немного физик, так что в технике кое-что смыслю. С пилотированием корабля я бы вряд ли справился, зато в бортинженеры гожусь.
Я немного успокоилась.
- Гм. В таком режиме работы двигатель, наверное, жрет уйму горючего.
- Меньше, чем ты думаешь, но действительно жрет. Однако взгляни на запасы дейтерия. Я посмотрела. И обалдела.
- Это невозможно!
- Но факт налицо. Сверхплотное состояние атомарного вещества, довольно давно известное науке, но до сих пор считавшееся нестабильным. А здесь, в топливных баках, оно вполне стабильно. И это еще не все, Рашель. Как тебе нравится вооружение?
Я вызвала на экран отчет о состоянии артиллерийских систем и тихо присвистнула:
- Черти лысые! Сколько здесь всего... Ха! А на кой ляд понадобились аж две батареи электромагнитных пушек? Это же примитивное оружие.
- Как сказать, как сказать. Сперва оцени их мощность.
Я затребовала нужные данные, и глаза у меня полезли на лоб, - Эй, эй!... Как это может быть?
- У меня не было времени детально разбираться в спецификации. Пока могу сказать только одно - здесь используется принципиально иной метод генерации ЭМИ, чем все известные нам.
- А сам корабль? Он не пострадает от импульса?
- Нет. Он обладает надежной зашитой, тоже основанной на каких-то новых принципах.
Я сделала паузу, чтобы собраться с мыслями, и занялась хорошо знакомым мне делом - задействовав боковые маневренные двигатели, развернула корабль под прямым углом к направлению движения. Теперь мы с ускорением почти 400 g начали отклоняться от первоначального курса по пологой дуге, которая с каждой минутой будет становиться все круче.
- Ходовая система просто великолепна, - сказала я. - Гораздо лучше, чем у тех гражданских колымаг, на которых я летала во время практики. Лучше даже, чем у “Зари Свободы”... Послушай, Валько, что ты обо всем этом думаешь?
Он растерянно пожал плечами:
- Честно говоря, я даже не знаю, что думать. Ясно одно: никакими шутками здесь не пахнет. Все это очень серьезно. И я совсем не удивлюсь, если окажется, что Военно-Космический Флот Новороссии действительно существует.
- Но кем он создан? Очевидно, что не самими ребятами. Заманчиво, конечно, предположить, что года три назад группа четырнадцати-и пятнадцатилетних подростков овладела передовыми технологиями... нет, глупость! За ними явно кто-то стоит. Вот только кто? Может, власти твоей планеты?
- Вполне возможно, - не стал отрицать Валько. - Хотя сомнительно. Я ведь говорил, что командный интерфейс изначально был английским. К тому же я не думаю, что наше правительство имеет доступ к этим секретным разработкам. Вы, галлийцы и земляне, не желаете делиться ими ни с кем. Да, я прекрасно понимаю, что это разумная мера предосторожности, но все же нам, жителям остальных человеческих миров, немного обидно. И даже не немного.
- Кстати, вот тебе и мотив, - заметила я. - Предположим, что ваши власти все-таки заполучили эти секреты. И решили утереть заносчивым галлийцам и землянам нос, готовя за их спинами освобождение Новороссии.
- Интересная идея. Мне она тоже приходила в голову. В эту схему неплохо вписывается подростковая агентурная сеть - поскольку ставка делается на цесаревича Павла, то работать с ним легче его сверстникам. Но как ты объяснишь вот это? - Валько ткнул пальцем в сторону командного центра. - Эскадра под руководством контр-адмирала Анны Кореевой, восемнадцати лет от роду. Командир флагманского корабля - капитан первого ранга Александр Киселев, семнадцать с половиной лет. Наше правительство в детские игры не играет.
- Не только ваше. Вообще никакое правительство не станет играть в подобные игры.
- Вот именно. Тут, скорее, действует какая-то не правительственная группировка. Скажем, часть ученых и инженеров, которые как раз и занимаются этими самыми секретными разработками.
- И, возможно, - подхватила я, - что-то у них пошло наперекосяк. В результате подростки-агенты, которым поначалу отводилась второстепенная роль, взяли контроль над ситуацией, оставив своих старших товарищей в дураках. А те не решаются обратиться к властям, надеясь, что все еще образуется. Валько вздохнул:
- Что толку гадать? Все эти предположения нам сейчас не помогут. Мы должны решить, что делать дальше.
- Что делать - понятно. Мы должны поскорее связаться с нашими и все им сообщить. Другой вопрос, как это сделать. В системе Хорса, безусловно, есть много наших кораблей-разведчиков, но они не афишируют своего присутствия. Можно приблизиться к планете, войти в сеть и отправить послание Эстер или Кузнецову. Но боюсь, что его перехватит вездесущий Вейдер.
- Совершенно верно.
- Так что нам остается лишь одно: лететь к Терре-Галдии. Хотя, конечно, мы можем попробовать вернуться обратно на Новороссию. Лично меня эта перспектива не вдохновляет, но если у “Нахимова” есть усовершенствованный “призрак”, вроде того, что имелся у “Каллисто”...
- Отпадает, - перебил меня Валько. - Здесь нет даже обычного “призрака”, есть только два посадочных челнока и еще две небольшие курьерские капсулы с автоматическим управлением, оснащенные собственными резонансными генераторами. И вообще... Знаешь, Рашель, у меня такое подозрение, что никакого “суперпризрака” в природе не существует.
- Как это?
- Очень просто. Нас дурачили. Посадили в обычный челнок, прокрутили заранее заготовленную запись, а потом, когда мы приняли снотворное, телепортировали на планету. Вот и все.
Я задумалась.
- Да. Пожалуй, ты прав. Если доступна телепортация, то нет смысла рисковать, пользуясь даже самым надежным и совершенным “призраком”... Черт! Как ловко нас провели!
- Не сердись. Это была необх
...Поділитися у соцмережах
