Жанр: Любовные романы
Свидетельница смерти
...ичарда Драко.
Жизнь имитирует искусство.
Пибоди сознавала, что ее познания в области живо—писи весьма ограниченны.
Однако, потягивая шампан—ское из бокала, предложенного ей Чарльзом, она
пыта—лась казаться подлинным ценителем прекрасного, по—глядывая на
собравшихся и стараясь подражать манере их поведения.
Отправляясь на выставку, Пибоди оделась соответ—ствующим образом — по
крайней мере, так ей казалось. Тело приятно холодил шелк красивого модного
платья, подаренного ей Евой к Рождеству. Платье это создал Леонардо —
восхитительный любовник Мэвис. Но даже нежные прикосновения изысканного
голубого шелка не могли пробудить в ней, девушке из провинции, по—нимание
прекрасного,
— Да, это действительно... э-э-э... нечто, — время от времени
выдавливала она из себя, поскольку ничего больше на ум ей не приходило.
— Как я рад, что ты согласилась прийти сюда со мной, Делия. Но тебе,
наверное, скучно до смерти?
— Просто я — полная дура во всем, что касается ис—кусства, —
призналась она.
— Никакая ты не дура! — искренне возразил Чарльз. Он наклонился и
легко поцеловал ее.
Пибоди казалось, что она спит. Находиться в таком месте, в таком платье и
под руку с таким роскошным мужчиной! И ей была ужасна мысль, что для нее
больше подходит кавардак в квартирке Макнаба и взятая навы—нос китайская
еда. Нет, теперь она будет постоянно хо—дить по выставкам, в оперу, на балет
— до тех пор, пока не приобретет хотя бы чуточку лоска. Пусть даже это будет
сродни попытке написать симфонию, даже не вы—учив ноты.
— Ну что, ты готова отправиться ужинать?
— Ужинать, а также обедать и завтракать я всегда готова. — Сделав
это признание, Пибоди поймала себя на мысли, что оно вырвалось у нее прямо
из сердца. Или из желудка?..
Чарльз заказал отдельный кабинет в каком-то изыс—канном ресторане — со
свечами и с цветами.
Он по—стоянно делает что-то в этом роде, пора
привык—нуть
, — подумала Пибоди, устраиваясь на стуле за оп—рятным
столиком, на котором стояла ваза с розовыми розами. Она предоставила сделать
заказ Чарльзу, по—скольку он лучше знал, что заказывать. Он вообще знал все
и всех.
Интересно, случаются ли такие моменты у Даллас — когда, оказавшись с мужем
на каком-нибудь ве—ликосветском приеме, она чувствует себя не в своей
тарелке?
— размышляла Пибоди. Нет, она не могла представить свою начальницу
в роли застенчивой де—вушки. Кроме того, Рорк любит ее. Нет, даже не любит,
а обожает. Когда сидишь за столиком напротив мужчи—ны, который боготворит
тебя, для которого ты — един—ственная женщина в мире, все должно быть
иначе...
— В каких облаках ты витаешь? — негромко спро—сил Чарльз.
Пибоди вздрогнула и вернулась к реальности:
— Извини, у меня в голове столько всего...
Она взяла вилку и принялась за аппетитную закуску из разнообразных морских
гадов. Еда была настолько вкусной, что Пибоди блаженно зажмурилась.
— Это все из-за твоей работы. — Чарльз похлопал ее по руке. —
Слава богу, что ты нашла возможность от—дохнуть хотя бы один вечер.
— Да, мы сегодня освободились раньше, чем я ожи—дала. Но вообще-то мы
сейчас все страшно заняты.
— Я понимаю: дело об убийстве Драко... Хочешь, поговорим о нем?
Это была еще одна замечательная черта в характере Чарльза. Он никогда не
навязывался, и, если Пибоди не хотела говорить на какую-то тему, Чарльз не
настаивал.
— Нет, лучше не надо. Да я и не смогу разговаривать о работе в такой
обстановке. Могу только сказать, что Даллас — в растерянности. Столько
всяких неожидан—ных поворотов, противоречий...
— Да уж, не сомневаюсь. Однако, когда мы с ней разговаривали, она вела
себя как всегда: очень уверенно и профессионально.
Рука Пибоди, потянувшаяся было к бокалу с вином, замерла в воздухе.
— Она тебя допрашивала? В связи с расследованием?
Поняв, что проговорился, Чарльз положил вилку на скатерть.
— А разве она тебе ничего не сказала?
— Нет. Ты что, был знаком с Драко?
Чарльз мысленно проклинал себя на чем свет стоит. Поначалу он подумал каким-
нибудь образом уклонить—ся от этого разговора, но затем пожал плечами. До
сих пор он был абсолютно честен с Пибоди, и ему хотелось, чтобы так все и
оставалось.
— В общем-то, нет. Ева с Рорком пришли к Айрин Мансфилд, чтобы
поговорить с ней, а я в это время был у нее. Я работал.
— А, понятно.
Род занятий Чарльза ничуть не смущал Пибоди. Он делал то, что умеет, —
точно так же, как и она сама. Возможно, будь они любовниками, Пибоди
смотрела бы на вещи иначе, а так... Ее больше беспокоила лейте—нант.
— Понятно, — повторила она. — Черт!
— Не скрою, мне было неловко, но мы с Даллас кое о чем договорились.
— О чем?
— Мы поговорили, Делия, и я ей кое-что объяснил. Признаться, это было
непросто, поскольку между на—ми, как между молотом и наковальней, находишься
ты.
— Если и так, то не по твоей вине, а по вине Дал—лас, — быстро
вставила Пибоди.
— А знаешь почему? Потому, что ты очень много для нее значишь.
— Моя личная жизнь... — начала Пибоди.
— Очень волнует ее, — перебил ее Чарльз. — Как друга.
Пибоди нахмурилась:
— Ладно, я знаю. Но это вовсе не обязательно долж—но мне нравиться.
— Я думаю, сейчас дела пойдут лучше. Она высказа—ла свою точку зрения,
я — свою, и нам обоим полегча—ло. А когда я объяснил ей, что мы с тобой не
спим, она...
— Что?! — Пибоди вскочила, словно ужаленная. На белой крахмальной
скатерти зазвенели хрустальные бокалы и серебро. — Ты ей об этом
сказал? Об этом?! Бо—же правый! Почему бы тебе в таком случае просто не
раздеть меня догола и не вытолкнуть на улицу?
— Мне нужно было доказать ей, что мы с тобой дру—жим, и это не имеет
никакого отношения к моему ре—меслу! — Чарльз слишком поздно осознал
свою промашку. Он встал из-за стола и протянул к ней руки. — Извини, я
вовсе не хотел поставить тебя в неловкое по—ложение.
— Ты сообщаешь моей начальнице, что я встреча—юсь с профессиональным
жиголо уже почти три месяца и еще не разу не залезла с ним в кровать... Что
же тут неловкого? Наоборот! Ты, очевидно, считаешь, что это делает мне
честь...
— Я не знал, что ты хотела спать со мной. — Голос Чарльза
прозвучал сухо. — Если это так, только скажи.
— Считай, что уже сказала. Теперь я — твоя клиент—ка, Чарльз. Ну-ка,
обслужи меня по высшему разряду!
Чарльз стиснул зубы с такой силой, что у него зало—мило челюсти.
— Ты на самом деле хочешь, чтобы было так? — спросил он ледяным
тоном.
— Ох, я и сама не знаю, чего хочу! — несчастным го—лосом ответила
Пибоди, упала на стул и пригорюни—лась, подперев щеку ладонью. — И
зачем только ты ей это сказал?
— Видимо, я защищал самого себя. — Горькое при—знание, но Чарльз
должен был его сделать. — В тот мо—мент я не подумал о тебе. Извини
меня, пожалуйста. — Чарльз подвинул свой стул так, чтобы сесть рядом с
Пи—боди, и взял ее руку. — Делия, я не хотел портить нашу дружбу.
Раньше мне казалось, что каждая женщина об—щается со мной не потому, что я
такой, какой я есть, а из-за моей профессии. Ты помогла мне преодолеть это
предубеждение. Ты очень дорога мне. Если ты хочешь большего...
Он поднес ее руку к губам и ласково поцеловал за—пястье. Сердце Пибоди
забилось быстрее, но она подумала, что это вполне естественно. Так же
естественно, как то, что ее щеки залил румянец, когда его умелые гу—бы легли
на ее рот.
Однако ничего подобного тому, что она испытыва—ла, когда ее целовал Макнаб, Пибоди не почувствовала.
— Прости, — сказала она, прервав поцелуй, и отки—нулась на спинку
стула, размышляя, окончательно ли она сошла с ума, или надежда еще остается.
Рядом с ней сидит красавец-мужчина, который нравится ей сверх всякой меры,
который знает все, что только можно, о любовных утехах, и готов поделиться с
ней этим знани—ем, а она изображает из себя монашенку.
— Я оскорбил твои чувства?
— Нет. Ну, может быть, чуть-чуть... — Пибоди за—ставила себя
улыбнуться. — Дело в том, что у меня со—вершенно пропал аппетит.
ГЛАВА 11
Работа дома имела целый ряд преимуществ по срав—нению с сидением в служебном
кабинете. Во-первых, аппаратура Рорка была в сто раз лучше того, чем
распо—лагало Управление полиции, — даже несмотря на то, что Еве недавно
поставили новый компьютер. Во-вто—рых, здесь ее никто не отвлекал. И в-
третьих, тут был настоящий кофе, а не безвкусная бурда в картонных
стаканчиках, которой были вынуждены пробавляться детективы. Поэтому Ева
взяла себе за правило время от времени работать дома — хотя бы потому, что
перемена обстановки иной раз помогала взглянуть на вещи по-другому.
Сегодняшнее утро Ева решила начать не совсем обычным образом. Она стояла
посередине своего до—машнего кабинета, а на полу перед ней находился ее
старый — помятый и поцарапанный — компьютер.
— Сегодня, — заговорила она, — все твои микросхе—мы и платы
встретят свою смерть! Какой она будет: медленной и мучительной или быстрой и
безболезнен—ной? Непростой выбор. — Размышляя, она обошла во—круг
несчастного компьютера. — Я так долго ждала это—го момента! Ах, как я
мечтала о нем!
Оскалившись, Ева принялась засучивать рукава.
— Что это такое? — спросил Рорк, войдя в дверь, которая соединяла
их кабинеты.
— Проклятье всей моей жизни! Антихрист от высо—ких технологий! У нас в
доме есть молоток?
Разглядывая убогую железяку, стоявшую на полу, Рорк рассеянно откликнулся:
— Конечно, есть. Несколько, и разных видов.
— Они нужны мне все! Маленькие молоточки, ог—ромные кувалды и все, что
находится между ними.
— Можно ли полюбопытствовать, зачем?
— Я хочу разбить этого гада на мелкие кусочки — байт за байтом, кластер
за кластером. Бить до тех пор, пока в страшных муках не испустит дух его
последний микрочип!
— Хм-м-м... — Рорк присел на корточки и стал раз—глядывать жалкую,
давно устаревшую машину. — Когда ты успела притащить сюда этот хлам?
— Только что. Он лежал у меня в багажнике. А мо—жет, использовать
кислоту? Стоять и смотреть, как он медленно растворяется? Это, по-моему,
тоже неплохо.
Рорк принес из своего кабинета набор маленьких отверток и спустя пару минут
снял кожух системного блока.
— Эй, эй! Что ты делаешь? — забеспокоилась Ева, испугавшись, что
ее могут лишить долгожданной до—бычи.
— Хочу посмотреть. Я не видел таких уже лет десять. Потрясающе! Гляди,
какая внутри ржавчина. И при этом он как-то работал. Нет, это просто
фантастика! Такие вещи нужно продавать на аукционах антиквариа—та. Можно
заработать хорошие деньги.
Когда Рорк принялся откручивать какую-то деталь, Ева коршуном налетела на
него, дала по руке и рявк—нула:
— Не тронь! Мое! Я хочу его убить!
— Успокойся, — рассеянно откликнулся Рорк. — Я отдам это
исследователям.
— Ну уж нет! Я должна разбить эту тварь на части. А вдруг она умеет
размножаться!
Рорк ухмыльнулся и ловко отделил от корпуса мате—ринскую плату.
— Это великолепное учебное пособие. Я, пожалуй, отдам его Джеми.
— О ком это ты? Джеми Лингстрому? Компьютер—ному гению?
— М-м-ага. Он иногда работает на меня.
— Но он же мальчишка!
— Но безумно одаренный. Настолько одаренный, что я предпочитаю иметь
его в своей команде, нежели соперничать с ним. Мне любопытно, что он сможет
сделать с такой древней, убогой системой, как эта.
— Но я хочу казнить этого подонка!
Рорк еще никогда не слышал, чтобы голос Евы зву—чал так жалобно. Он
удивленно посмотрел на нее и поцокал языком.
— Здорово же достал тебя этот парень! Успокойся, дорогая, я подыщу какую-
нибудь другую развалину, на которой ты сможешь реализовать свои
разрушительные инстинкты. А может, придумаем кое-что получше? — Рорк
обнял Еву за талию. — Какой-нибудь другой кла—пан, чтобы выпустить пар
и природную агрессию?
— Даже секс не доставит мне такого наслаждения!
— Это вызов?
Рорк приблизил лицо к лицу Евы и легонько при—хватил губами кожу на ее
скуле. Она ткнула его кулаком в живот, и тогда он прильнул губами к ее рту.
Еве показалось, что от этого поцелуя, длившегося целую веч—ность, плавится
даже ее мозг.
— Ну ладно, — сказала она, отстраняясь, — это бы—ло
впечатляюще. — В глазах у Евы двоилось, все ее тело дрожало, и она
никак не могла восстановить дыха—ние. — А теперь скройся с глаз моих.
— Спасибо...
Рорк взял руку Евы и стал один за другим целовать пальцы, не отводя взгляда
от ее лица. Каждый раз, чув—ствуя вкус ее кожи, он чувствовал, что сходит с
ума. За—тем Рорк взял жену на руки и понес к двери.
И тут вошла Пибоди.
— Ой, простите! — Она задрала голову вверх, будто ее вдруг
заинтересовала лепнина на потолке. — Соммерсет сказал, что я могу
подняться...
— Доброе утро, Пибоди. — Рорк поцеловал Еву в уголок брови. —
Хочешь кофе?
— Я сама себе налью, не обращайте на меня внима—ния. Я всего лишь
жалкая помощница своего босса.
Пибоди отправилась на кухню, сделав большую ду—гу, чтобы не приближаться к
хозяевам дома, словно те были радиоактивны.
— По-моему, она чем-то расстроена. — Рорк поста—вил Еву на пол и
озабоченно посмотрел в сторону кух—ни, где Пибоди гремела посудой и что-то
сердито буб—нила.
— Просто она еще не успела проснуться. Ладно, за—бирай эту груду
железа, раз она тебе так нужна, а я зай—мусь работой.
Рорк поднял компьютер и почувствовал, как у него сразу заныла поясница.
— Какая тяжесть! До полудня я буду работать до—ма, — сообщил он
через плечо.
Ева закрыла дверь.
— Пибоди! — крикнула она. — Принеси и мне ча—шечку кофе.
Ева села за письменный стол, включила компьютер, вызвала файл Ричарда Драко
и затребовала всю имею—щуюся в распоряжении следствия информацию о
подозреваемых, свидетелях, вещественных доказательствах и лабораторных
отчетах.
— Вчера вечером я просмотрела кассету с записью спектакля, —
заговорила она, услышав, как по паркету гремят тяжелые полицейские ботинки
Пибоди. — И у меня возникла новая версия.
— Вот ваш кофе, лейтенант. Мне записывать то, что вы говорите?
— А? — Ева всматривалась в экран монитора, пытаясь перекомпоновать
информацию по-новому, но странный тон Пибоди заставил ее поднять
голову. — Нет, я гово—рю это не для протокола, а для тебя.
Рорк опять оказался прав. Что-то было неладно с ее помощницей. Однако Ева
приказала себе отбросить все личные переживания и сказала:
— Мы точно выяснили, в какой момент бутафор—ский нож был подменен на
настоящий.
Она снова повернулась к компьютеру и стала нажи—мать на кнопки клавиатуры,
чтобы вызвать нужную картинку.
— И когда же вы успели это выяснить? — спросила Пибоди. Голос ее
был холоднее февраля.
— Я же тебе сказала: вчера вечером. — Ева физиче—ски ощущала
взгляд Пибоди, стоявшей позади. Он вон—зался в ее спину, как холодный и
острый клинок. — А что?
— Ничего, лейтенант. Просто я сверяюсь со своими записями. Это — моя
работа.
Да что с ней такое? Ева нахмурилась.
— Никто не мешает тебе выполнять свою работу. Я просто информирую тебя,
ввожу в курс дела.
— Похоже, вы информируете меня лишь выбо—рочно.
— Что это означает, черт возьми?!
— Вчера вечером я вернулась в управление, — заго—ворила Пибоди,
распаляясь все сильнее. — Я вызвала файл с делом Драко, чтобы привести
в порядок и рассортировать свидетельские показания, и вскоре наткнулась на
раздел, который оказался для меня недоступен. Секретная информация! До этого
момента я не подозревала, что в деле существуют какие-то разделы, закрытые
для вашей помощницы и остальных членов следственной группы. Позволю себе
заметить, господин лейтенант, что подобная политика вряд ли способствует
эффективной деятельности указанной помощни—цы и указанной команды.
— Кончай говорить со мной в этом идиотском тоне! Я решила, что
определенную информацию необходимо засекретить, и засекретила ее! Это все,
что тебе следует знать!
На щеках Пибоди выступили красные пятна, но го—лос ее по-прежнему оставался
ледяным.
— Что ж, благодарю вас за то, что просветили меня на этот счет,
господин лейтенант.
— Я сказала: оставь этот тон!
— Как угодно. Я только хотела сказать: теперь так будет всегда,
господин лейтенант?
— Да, черт побери, всегда! Я — твой начальник, и я руковожу следствием,
поэтому все и всегда будет по-моему! А ты держи рот на замке и не разыгрывай
тут оскорбленное достоинство.
— Вы бы тогда посоветовали держать рот на замке и некоему Чарльзу
Монро, господин лейтенант.
Ева крепко сжала зубы.
Это мне урок, — подумала она. — Попробуй
хоть раз в жизни проявить к кому-то сочувствие — и тут же получишь по
морде
.
— Некто Чарльз Монро не причастен к расследова—нию никаким боком, а
наши с ним взаимоотношения — не твое собачье дело!
— Зато мое собачье дело — когда вы допрашиваете его о моей личной
жизни.
— Я его не допрашивала! — В голосе Евы послыша—лись грозовые
разряды. — Он сам вылил на меня все это!
Женщины стояли лицом к лицу, едва не соприкаса—ясь носами. Ева оперлась
руками о письменный стол, ее глаза пылали гневом. Пибоди, вся красная, как
рак, то—же излучала ярость.
В этот момент в дверном проеме появился Макнаб. Оценив обстановку с первого
взгляда, он присви—стнул.
— Гм, здравствуйте, дамы.
Не удостоив его даже взглядом, женщины в один го—лос рявкнули:
— Вон!
— Все, меня уже нет!
Ева подошла к двери и с грохотом захлопнула ее прямо перед носом
перепуганного Макнаба.
— Сядь! — приказала она Пибоди.
— Я хочу стоять.
— А я хочу хорошенько врезать тебе ногой по задни—це, но сдерживаю
себя! — Ева схватила себя за волосы и дернула так сильно, что на глазах
у нее выступили сле—зы. Зато ярость немного отступила, и в голове
проясни—лось. — Ладно, черт с тобой, стой, если угодно. Ты все равно не
можешь сидеть, пока внутри тебя торчит кол, а это происходит каждый раз,
когда речь заходит о неко—ем Чарльзе Монро. Ты хочешь знать все? Ты на этом
настаиваешь? Ну что ж, хорошо. Слушай.
Чтобы ее голос звучал ровно и по-деловому, Еве пришлось сделать несколько
глубоких вдохов и выдо—хов.
— Итак, — заговорила она, — вечером двадцать шестого марта мы
с Рорком находились в
Палас-отеле
и зашли в пентхаус Айрин Мансфилд. Она
находилась в компании, как ты выражаешься, некоего Чарльза Мон—ро, так
называемого платного компаньона, а проще гово—ря — профессионального жиголо,
который спит с женщинами за деньги. Как мне удалось выяснить, вышеука—занный
платный компаньон Монро находился там, так сказать, по долгу службы, и никак
не связан с ведущим—ся расследованием по делу об убийстве. В глупой по—пытке
оградить мою безмозглую помощницу от лишних душевных переживаний я решила
засекретить отчет о беседе с ним.
Ева подошла к письменному столу, взяла чашку с остывшим кофе и выпила ее
залпом. Губы Пибоди за—дрожали. Она села и всхлипнула.
— Нет, только не это! — забеспокоилась Ева. — Ни—каких слез!
Мы — на службе, а на службе реветь не по—ложено.
— Извините меня... — Понимая, что может вот-вот разрыдаться, Пибоди
вытащила из кармана носовой платок и громко высморкалась. — Я так
психую, мне так стыдно! Он сказал вам, что мы с ним никогда не за—нимались
сексом?
— Господи, Пибоди, неужели ты думаешь, что я на—писала об этом в
отчете?
— Я не знаю. Наверное, нет. — Она снова всхлипну—ла. —
Знаете, мы встречаемся с ним уже так долго и ни разу даже не приблизились...
к этому.
— Да, он мне все объяснил, когда мы с ним... — Два увидела ужас в
глазах Пибоди, осеклась и моргнула. Не то она говорит, совсем не то! —
Послушай, он хороший человек. После этого разговора я увидела его совсем в
другом свете. И ты ему очень нравишься.
— Тогда почему он ко мне даже не пытался приста—вать?!
— А по-твоему, секс — это все? — удивилась Ева.
— Вам легко говорить! Вы замужем за секс-симво—лом планеты!
— Ради всего святого! Что ты несешь, Пибоди?!
— А разве не так? Он красавец, он сложен, как Аполлон, он сексуален...
И он вас любит. Он от вас про—сто без ума. Ради вас он бы под поезд
бросился.
— В этом случае поезд наверняка сошел бы с рельсов, — пробормотала
Ева и с радостью отметила, что Пибоди улыбнулась.
— Ну, в общем, вы понимаете, что я хочу сказать.
— Конечно. — Ева посмотрела на дверь, соединяю—щую два кабинета, и
почувствовала, как внутри у нее потеплело. — Конечно, я понимаю. Но у
вас так получилось не потому, что Чарльза не тянет к тебе. Это по—тому,
что... — Черт побери, когда Мира действительно нужна, ее никогда не
оказывается рядом... — Это пото—му, что он уважает тебя — вот и все.
Пибоди комкала носовой платок и шмыгала носом.
— Если так, то, на мой взгляд, он уважает меня че—ресчур уж глубоко.
Мне, конечно, известно, что я не красавица, и все такое...
— Глупости, ты очень хорошенькая.
— Во мне нет сексуальности.
— Есть!
Ева обошла вокруг стола и ласково погладила Пибоди по волосам, но та резко
отстранилась.
— Вот вы, будь вы мужчиной, захотели бы заняться со мной сексом?
— Ты еще спрашиваешь! Да я бы тебя так оттрахала, что у тебя глаза
выскочили бы!
— Правда? — обрадованно спросила Пибоди, выти—рая глаза. —
Вот и Макнаб все время ко мне лезет.
— Пибоди! Ради всего святого!
— Я не хочу, чтобы Макнаб знал, что у нас с Чарль—зом ничего не было.
— От меня он об этом никогда не узнает, могу тебе гарантировать.
— Спасибо. Извините меня еще раз, лейтенант. После того как Чарльз
рассказал мне о вашем разгово—ре, а потом я поехала на работу и нашла
закрытые файлы... Я всю ночь не спала, ломала себе голову, что это за два
засекреченных отчета. Да еще какая-то таинствен—ная видеокассета, которая
значится среди вещдоков, но которой нигде нет.
Ева тяжело вздохнула. До чего же коварная штука — человеческие отношения!
Коварная и жестокая.
— Видеокассета и один из отчетов не имеют к Чарльзу Монро никакого
отношения. Они касаются Надин.
— Я так и думала, что с ней что-то не то!
— Видишь ли, в свое время у нее был роман с Драко. Она просила меня о
встрече как раз для того, чтобы рас—сказать об этом. Он использовал Надин и
вытер об нее ноги — так, как он обычно это делает. Когда мы с Рорком
обыскивали его пентхаус в
Палас-отеле
, мы на—шли много видеокассет...
гм... личного характера. И на той, которую я
...Закладка в соц.сетях
