Жанр: Любовные романы
Свидетельница смерти
...ы ее вос—питывал, на завтрак она
съела мороженое, которое за—пила огромной чашкой крепчайшего кофе. И при
этом смотрела по телевизору утренний выпуск новостей. По—казывали повтор ее
вчерашнего интервью Надин, и Ева осталась довольна. Теперь она чувствовала,
что готова начать рабочий день.
Позавтракав, она надела темно-коричневые брюки и белую блузку с узкими
коричневыми полосками. Ева понятия не имела, когда появилась у нее эта
блузка, но с тех пор, как Рорк взял на себя наполнение ее гардеро—ба, она
перестала обращать внимание на такие вещи. Он накупил ей сумасшедшее
количество одежды, и это спасало ее от пытки хождения по магазинам.
Погода обещала оставаться холодной, поэтому она надела короткую куртку,
которая хорошо сочеталась со всеми остальными частями ее наряда. Пристегнув
кобуру с пистолетом, Ева села звонить Рорку.
— У тебя голос отдохнувшего человека, — сказал Рорк, оторвавшись
от монитора, на котором просмат—ривал информацию с утренних сессий мировых
бирж. — Ты быстро восстанавливаешься, Ева.
— Я спала, как сурок. А вот ты работаешь последние дни как проклятый.
Может быть, нам устроить себе не—большие каникулы?
— Что ты хочешь?
— Поехать в какое-нибудь спокойное место. Только ты и я! Мы можем
устроить себе прекрасный уик-энд.
— Повторяю вопрос: что ты хочешь?
В ее голосе зазвучало раздражение.
— Разве я не сказала только что? Не выливай на ме—ня опять свое дерьмо,
иначе тебе снова придется пол—зать передо мной на коленях, как в последний
раз!
— На этот раз не придется. Я что, похож на идио—та? — спросил он
спокойно. — Я не говорю о взятке, лейтенант, но я хочу знать подоплеку
столь неожидан—ного подарка. Иначе зачем же усыплять мою бдитель—ность?
— Твою бдительность не усыпить и бочкой снотвор—ного. Кроме того, это
не взятка: ведь я все-таки поли—цейский, не забывай!
— О, разумеется! Как известно, полицейские поня—тия не имеют, что такое
взятка.
— Тебе, как асу в этом деле, конечно, виднее. Но кто сказал, что я не
могу захотеть отдохнуть? Если у ме—ня и есть какая-то просьба, она не имеет
никакого отношения к этому предложению.
— Понятно. Ну что ж, я выполню твою просьбу, но ты за это поедешь со
мной на неделю, куда бы я ни по—желал.
— Неделя — это чересчур. У меня судебные заседа—ния и много бумажной
работы. Три дня!
Переговоры всегда были моим коньком
, — поду—мал Рорк.
— Пять дней сейчас, пять дней в следующем месяце.
— Но это уже десять дней, а не неделя! Даже я могу сосчитать до десяти.
Три дня сейчас, два дня — в сле—дующем месяце.
— Четыре сейчас, три — в следующем месяце.
— Хорошо, хорошо! — У нее начала болеть голова от этой
торговли. — Я согласна.
— Теперь перейдем к делу.
— Так мы поедем на море?
— Обязательно.
Олимпийский комплекс
располо—жен как раз на берегу
океана.
—
Олимпийский комплекс
? — Она побледнела. — На краю света?
Я туда не поеду. Придется расторгнуть сделку.
— Сделка заключена. У тебя нет выхода. Давай свою просьбу.
Ева рассердилась, но у нее в самом деле не было вы—хода.
— Видишь ли... Это совсем маленькая просьба...
— Тебе следовало хорошенько продумать, как лучше сформулировать ее,
прежде чем ты позвонила мне. И у тебя бы это получилось, если бы ты съела
нормальный питательный завтрак, а не мороженое с кофе перед те—левизором.
— Откуда ты... — Она замолчала, но долго размыш—лять ей не
понадобилось. — Соммерсет! Ладно, черт с ним, сейчас не до него.
Слушай, ты всегда норовишь сунуть свой нос в наше полицейское дерьмо. Я даю
тебе шанс.
— Ну вот, теперь все ясно. Если ты представляешь дело так, будто это ты
оказываешь мне огромную услугу, а не я тебе, значит, просьба отнюдь не такая
уж малень—кая. И тебе не удастся объехать меня на кривой козе.
— Я не собираюсь
объезжать тебя на кривой козе!
. Ты знаешь, я терпеть
не могу, когда ты так говоришь. И, кстати, пока я не забыла: что это за
дерьмовая исто—рия с
Авторизацией номер один
?
— Ты ходила в магазин?! Этот день надо отметить в календаре как
праздничный. Ева Даллас ходила за по—купками! Оркестр, туш!
Ева выдохнула, чтобы не взорваться.
— До того, как я пришла в магазин, у меня тоже было прекрасное
настроение.
— Согласись, глупо, чтобы ты платила за товары, производимые моими
компаниями.
— В следующий раз я выберу продукцию твоих кон—курентов. Если, конечно,
мне удастся ее найти. — Она взяла себя в руки, чтобы не уйти совсем уж
далеко от нужной ей темы. — В общем, я собираюсь завершить это дело
сегодня. Я придумала, как выкурить убийцу из его норы и добиться от него
признания. Но это все пре—людия, — пробормотала она. — У меня есть
причины идти обходным путем. Сейчас я попробую поплясать перед Уитни, чтобы
получить разрешение, но если это не сработает... — Она окончательно
запуталась.
— Что тебе надо?
— Мне нужен твой театр! И мне надо, чтобы ты по—мог мне написать и
поставить пьесу.
Уже через час Рорк делал первый звонок, а Ева си—дела в своем кабинете и
просматривала кассету с запи—сью пьесы. Думая совсем о другом, она почти не
замечала, какого высокого качества была запись. Начало она перемотала, чтобы
скорее подойти к заключитель—ной сцене.
Они все там были!
— думала она, глядя на экран. Вот Драко в роли Воула
легко признается в убийстве, за которое его уже не могут привлечь к
ответственности. Какое мужественное и красивое у него лицо, когда он бе—рет
руку Карли, то есть Дианы! А она стоит рядом с ним, красивая и обаятельная,
с улыбкой влюбленной жен—щины на устах.
Кеннет Стайлс, ворчливый и многоопытный сэр Уилфред, сидит ошеломленный, так
как выяснилось, что его грубо использовали, им просто манипулирова—ли. Элиза
в роли мисс Плимсолл стоит рядом в полном отчаянии, вцепившись в спинку
стула Кеннета, бледная, как полотно.
Айрин, прекрасная умная Кристин, приносит себя в жертву и готова сесть в
тюрьму, чтобы спасти любимого человека.
Майкл Проктор, как тень, следит за происходящим из-за кулис, ожидая, когда
ему надо будет выйти под свет рампы.
И над всем этим витает призрак Анны Карвелл...
Ева даже не вздрогнула, когда смотрела, как нож, который должен был быть
безопасным, вошел жертве глубоко в сердце.
Несколько тысяч зрителей не заметили этого. А она?..
Только теперь она поняла, что это была пьеса о са—мой жизни, которая
заканчивается смертью.
Ева выключила запись, сняла трубку внутреннего телефона и набрала номер.
— Пибоди, поднимай Фини и Макнаба. Мы выез—жаем.
Проверив свой пистолет, Ева приготовилась к по—следнему акту написанной ею
пьесы.
Ева вела машину, а Мира сидела сзади и с интересом наблюдала за своей старой
знакомой в зеркальце заднего вида.
Настоящий профессионал, — думала
она. — Собранная, целеустремленная... И жестокая
. Автомобиль
прокладывал себе путь в жутких пробках, ныряя в осво—бодившиеся крошечные
пространства, а иногда и немного отталкивая собратьев мощным бампером. Мира
сидела, вцепившись в ремни безопасности и проклиная свою доверчивость,
загнавшую ее в смертельную ловуш—ку под названием
автомобиль Евы Даллас
.
— Вы говорили о риске...
Ева бросила взгляд на доктора через зеркальце зад—него вида.
— Подчеркиваю: просчитанном риске.
В этот момент машина вырвалась из пробки, Миру отбросило назад, затем
свалило влево, и она вспомнила почему-то свои детские молитвы. А машина тем
временем в очередной раз пролетела перекресток на красный свет, едва
разминувшись с другими железными конями.
— Надеюсь, вы реально оцениваете ситуацию, — продолжила Мира, с
трудом приняв вертикальное по—ложение и чувствуя, что ее сердце кардинально
поменя—ло свое местоположение в организме. — Однако необ—ходимо
учитывать, что в реальной ситуации всегда су—ществует широкий спектр допуска
ошибок. Их можно избежать, лишь корректируя свое поведение в соответ—ствии с
меняющейся обстановкой.
— Если я ошибаюсь, отвечать только мне. При лю—бом раскладе человек,
убивший Драко и Квима, будет в тюрьме до конца сегодняшнего дня.
Автомобиль влетел в подземный паркинг, практиче—ски не снижая скорости, и с
душераздирающим визгом тормозов на минуту остановился у шлагбаума
дежурно—го. Ева показала свой полицейский значок, и они бес—препятственно
проехали на стоянку.
— Хорошо, — выдохнула Мира, не веря еще до кон—ца в свое счастье,
что бешеная гонка закончилась без потерь. — Это была очень... волнующая
поездка.
— Что?
— Знаете, Ева, мне раньше никогда не приходилось ездить с вами. Теперь
я понимаю, почему.
Пибоди выскочила из машины и открыла дверцу для гостьи.
— Поверьте мне, по сравнению с тем, как мы ездим обычно, это была
просто медленная прогулка по парку.
— Вам не понравилось, как я вожу машину?
— Дело не в нас, а в дорожной полиции: как это по—нравилось ей, —
пробормотала Пибоди, незаметно пы—таясь восстановить дыхание.
— В любом случае спасибо, что довезли. — Мира вышла из машины и
попыталась отвлечь внимание Евы от храброй помощницы. — Я благодарна
вам за то, что вы пригласили меня. Наконец-то я смогу увидеть опе—ративную
работу полицейских.
— Вы будете находиться на безопасном расстоянии.
— Да, но я смогу за всем наблюдать.
Выйдя из машины и поставив ее на охрану, как тре—бовал всегда Рорк, Ева направилась к зданию театра.
— У нас есть некоторое время перед началом пред—ставления, —
сказала она, набрав необходимые цифры на кодовом замке служебного
входа. — Боюсь, вам бу—дет скучно.
— О, совсем наоборот!
Они прошли прямо к сцене, где уже полным ходом шли необходимые
приготовления.
— Эй, лейтенант, поднимите вверх свои прекрасные головки!
В пяти метрах над ними на страховочном тросе па—рил Макнаб. Он оттолкнулся
от какой-то конструкции и, сверкнув подошвами своих зеленых ботинок,
спла—нировал на весьма ненадежного вида арку.
— Кончай выпендриваться! — предупредил своего сотрудника Фини,
видя, что тот собирается совершить очередной воздушный кульбит.
— Что он делает наверху? — нахмурилась Ева. — Кроме того, что рискует своей задницей.
— Завершает установку специального оборудова—ния. Для того чтобы
получать удовольствие от такой ра—боты, надо быть достаточно молодым. Почти
все необходимые декорации уже установлены. Рорк не упустил ни одной детали.
Но он не подумал о наших полицей—ских задачах, и нам пришлось исправлять
положение. Теперь мы сможем следить за всеми по мониторам, а также
записывать все происходящее на сцене.
— Рорк все еще там?
— Да, он сам все проверяет и контролирует. К тому же он дал моим
техникам пару очень полезных советов. Он просто гений электроники! Я бы не
отказался иметь такого сотрудника в своем Отделе электронного сыска.
— Сделай одолжение, не упоминай больше об этом! Он и так сует нос во
все мои дела. Автоматические зам—ки поставлены на всех дверях?
— Да. Все могут входить, но никто не сможет выйти. У нас здесь трое
полицейских, два техника, ты, я и Пибоди. Да, еще этот воздушный акробат —
Макнаб. Сле—зай, черт тебя побери, оттуда! Ты уверена, что нам не нужно
запросить подкрепление?
— Думаю, в этом нет необходимости.
Из-за кулис вышел Рорк.
— Фини, все ваши камеры и микрофоны установ—лены.
— Пойду проверю все сам. Макнаб! Не заставляй меня подниматься туда.
Боже, сколько раз в жизни я го—ворил это своим детям! — Покачивая
головой, Фини ушел со сцены.
— Он точно сорвется оттуда! — Пибоди разрывалась между гордостью и
озабоченностью. — Велите ему не—медленно спуститься, Даллас.
— А почему я?
— Потому что он боится вас.
Незаметно для себя проглотив подхалимскую улов—ку помощницы, Ева уперла
кулаки в бока и, задрав го—лову вверх, закричала:
— Макнаб, кончай таскать свое дерьмо над нашими головами и немедленно спусти свою задницу вниз!
— Слушаюсь, сэр.
Он со свистом спустился на страховочном тросе. Его щеки пылали от
возбуждения и гордости.
— Это стоило попробовать. Так здорово — просто дух захватывает!
— Я счастлива, что вы хорошенько развлеклись, де—тектив Макнаб.
Учитывая особенно, что в нашей операции задействовано сложнейшее электронное
оборудо—вание на миллионы долларов.
— Хм... — Ничего лучше, чем откашляться, Макнаб не смог придумать. Его
лицо резко побледнело. — Спе—циальные камеры и микрофоны установлены,
отлаже—ны и готовы к работе, лейтенант. Сэр.
— Тогда, может быть, ты соблаговолишь заняться еще какой-нибудь
полезной деятельностью? Если, ко—нечно, это тебя не слишком затруднит. И
если ты не очень устал от цирковых трюков.
— Нет, сэр. Я немедленно... иду. —
Куда-нибудь подальше
, —
добавил он про себя и исчез.
— Это заставит его заняться делом в ближайшие пять минут. — Она
повернулась к Рорку: — Не забудь: первый акт пьесы — на тебе.
— У меня все готово. — Он посмотрел на часы. — У тебя около
часа до поднятия занавеса.
— На всякий случай надо все еще раз проверить. Пибоди, займись этим.
Убедись сама, что все выходы со сцены надежно заблокированы. А затем найди
для себя удобную позицию и затаись.
— Есть, сэр.
— Рорк, не покажешь ли ты доктору Мире ее место, откуда ей будет удобно
за всем наблюдать?
— Конечно.
— Прекрасно. — Она вынула мини-рацию и переда—ла по громкой связи:
— Говорит лейтенант Даллас. Че—рез тридцать минут все сотрудники должны быть
на своих местах. Главная задача — не допустить ранения гражданских лиц.
Повторяю — это самая главная зада—ча. Оружие применять только в случае
угрозы жизни. Больше повторять не буду. — Он убрала рацию в
кар—ман. — Рорк, я сейчас спрячусь, а ты сообщи мне, когда доктор Мира
будет на месте.
— Конечно, положитесь на меня, лейтенант.
— Она просто прирожденный полицейский, — ска—зала Мира, когда Рорк
повел ее за кулисы. — Не только потому, что прекрасно умеет планировать
операции и руководить ими, но и потому, что она умеет идеально балансировать
между невозможным и необходимым. Кто-нибудь другой наверняка придумал бы
совершенно другую концовку этой пьесы...
— Она не может жить иначе. Так уж она устроена.
— Не так все просто. Все это ей очень дорого стоит. После окончания
операции ей будет очень нужна ваша помощь, Рорк.
— Мы договорились на несколько дней съездить от—дохнуть.
Мира с удивлением посмотрела на него.
— Как вам удалось этого от нее добиться?
— Искусство торговли и ведения переговоров! — усмехнулся он.
-Лейтенант, говорит Макнаб — пост номер четы—ре. Первый объект
приближается к театру, боковой слу—жебный вход.
— Принято. — Ева переключила рацию на Рорка. — Теперь твой
выход. Постарайся быть все время на свя—зи, ладно? Думаю, что риск сведен к
минимуму, но все же...
— Доверься мне.
— Я хотела бы еще раз тебе...
— Лейтенант, разве когда-нибудь случалось, чтобы я не отдавал себе
отчет в том, что делаю?
— Да, я знаю, что ты всегда четко продумываешь свои действия.
— Тогда, повторяю, доверься мне.
На мониторе, подключенном к скрытым видеокаме—рам, Ева увидела, как он вышел
на сцену и встал в огнях рампы. Она подумала, что Рорк мог бы стать актером,
хотя, кажется, никогда не собирался: сделки и перего—воры были его стихией.
Но сейчас он выглядел так, буд—то полжизни провел на сцене: выражение лица,
поза, отточенные движения.
Оказывается, у него богатый опыт правдиво лгать, — удивилась
Ева. — Но даст ли это ожидаемый резуль—тат?
— Майкл! — Рорк протянул руку вошедшему Прок—тору. — Ты
пришел раньше времени.
— Не люблю заставлять людей ждать. — Он с улыбкой осмотрелся на
сцене. — Правда, проблема приходя—щих раньше времени состоит в том, что
они должны ждать остальных. Я очень обрадовался, когда вы мне позвонили. Я
не был уверен, что полицейские разрешат вновь открыть театр. Думал, что они
как минимум со—рвут график постановки
Свидетеля
.
— Мне кажется, они уже получили здесь все, что им было нужно.
— Я очень благодарен вам, что вы дали мне шанс сыграть Воула. Я боялся,
что вы пригласите на эту роль какого-нибудь именитого актера.
— Волнуетесь? —
Нет, — подумал Рорк, — никаких
признаков волнения у него нет, только амбиции
. — Признаться, я
сомневался. Думал, что вам, может быть, будет неприятно входить в эту роль.
— Ни в коем случае! Наоборот, мне это будет край—не приятно. Я имел в
виду, приятно играть эту интерес—ную роль... — Он побледнел и попытался
исправить допущенную неловкость. — Конечно, это ужасно, то, что
произошло с Ричардом. Просто ужасно, но...
— Театр не должен из-за этого закрываться, ведь на—ша задача — радовать
зрителей, — сказал Рорк тихо. За—тем поднял голову. — А вот и
Элиза с Айрин. Дамы, спасибо, что пришли.
— Ваш звонок избавил меня от тоски и от скуки. — Элиза поднялась
на сцену и прижалась щекой к щеке Рорка. — От скуки, которая бывает
между спектаклями. И от тоски по бедному Кеннету. Я все еще не могу
по—верить тому, что услышала в новостях.
— Я тоже, — сказала Айрин. — Это какая-то ошиб—ка. Этого
просто не может быть. — Она театрально раз—вела своими красивыми
руками. — Как странно ока—заться здесь опять! Я не была здесь со
времени... премь—еры.
— Вы чувствуете себя в силах играть? — Рорк взял ее руку, словно
пытаясь согреть.
— Да-да. Я должна. Я ведь должна? Все мы служим искусству, и у нас нет
другой судьбы.
— Почему это мы должны? — На сцене, как по сце—нарию, появилась
Карли. Она сделала драматический макияж, который прекрасно сочетался с
платьем цвета электрик, собранным в складки низко под грудью и
за—канчивающимся чуть ниже бедер. — Ничего мы не должны! Просто никому
из нас нет дела до почившего великолепного Ричарда Драко.
— Карли! — пробормотала Айрин смущенно.
— Бросьте, оставьте эти тонкие глубокие пережива—ния для публики. Он
трахал нас всех вместе и по от—дельности. Некоторых даже в прямом смысле
этого сло—ва, — добавила она и скривилась в горькой усмешке. — Мы
здесь совсем не для того, чтобы посвятить свой сле—дующий спектакль его
памяти. Мы здесь потому, что снова хотим работать.
— Он мог быть негодяем, дорогая, — скромно поту—пившись, вставила
Элиза, — но смерть есть смерть. О мертвых не принято говорить плохо. К
тому же не—счастный Кеннет находится в больнице, и его охраняют.
— Кеннету надо было бы вручить медаль за то, что он избавил мир от
Драко!
— Они пока не предъявили ему обвинения, — Ай—рин сжала
кулачки. — Может быть, нам все-таки стоит перейти к обсуждению пьесы,
прекратив ненадолго упражняться в злословии? Все собрались, Рорк? — Она
провела рукой по прекрасным волосам, уложенным в продуманную до мелочей
прическу. — Не хватает ре—жиссера, но он сейчас должен подойти.
— Всех занятых в пьесе собрать весьма сложно, — вступил со своей
репликой Рорк. — Необходимо найти кого-нибудь на роль сэра Уилфреда.
— Не могли бы мы пройти всю пьесу с первого до последнего акта? —
спросил Майкл. — Мне никогда не доводилось репетировать с первым
составом. Для меня это было бы очень полезно.
— В этом ты весь, Майкл! — рассмеялась Карли. — Такие мелочи,
как смерть и арест коллег, тебя не волну—ют. Имеет значение только твое
появление на сцене.
— Ты сама сказала, что мы собрались здесь, чтобы работать, —
парировал он. — Не стоит тратить время на колкости в мой адрес.
— А может быть, мне доставляет удовольствие злить тебя. Ведь ты
злишься, милый, оттого, что я вышвырну—ла тебя пинком из своей квартиры,
вместо того чтобы рыдать на твоем красивом плече.
— Я ничем не мог тебе помочь, — сказал он тихо. — Но я
пытался.
— Я не нуждаюсь в твоей помощи! Я не нуждаюсь ни в ком! — Ее глаза
пылали неподдельной злостью, а голос срывался на крик. — Я всего лишь
спала с тобой. Невелико дело. Не вздумай вообразить себе, что ты для меня
что-нибудь значишь! Ни один мужчина не может для меня ничего значить!
— Опять секс стоит впереди чувств, — вздохнула Элиза. — Мы
когда-нибудь вернемся к искусству и зай—мемся спектаклем?
Айрин вышла вперед и взяла Карли за руку.
— Карли, пожалуйста! Нам надо продолжать. Нам надо собраться и играть
всем вместе. — Она попыталась выдавить из себя вежливую улыбку. —
Что о нас поду—мает Рорк, видя, что мы тратим драгоценное время на пустые
пререкания?
— Я бы сказал, что вы все крайне напряжены и взволнованы. — Рорк
сделал паузу, обведя вниматель—ным взглядом все повернувшиеся к нему
лица. — И по—этому, если кто-нибудь из вас, или все вместе, не в
со—стоянии продолжать играть в пьесе, я хотел бы это знать. Как можно
раньше.
Карли откинула голову назад и громко рассмеялась.
— Боже, что вы! Да каждый из нас и все мы вместе готовы бежать в театр
по толченому стеклу босиком, лишь бы играть в этом спектакле! Публика не
одну не—делю будет валом валить на него, как только постановку возобновят. И
каждый из нас это отлично знает. Луч—шей рекламы, чем настоящее убийство,
невозможно придумать. — Она провела рукой по пышным волосам и отошла в
другой конец сцены. — Найдите замену на роль благородного сэра
Уилфреда, пусть это будет даже робот. Все равно спектакль уже никогда не
станет преж—ним. Давайте, Рорк! Двери театра — настежь! Оркестр, тушь! Огни
рампы встречают жаждущих высокого и чистого искусства зрителей!
С этими словами Карли повернулась и пошла со сце—ны, но, не дойдя до кулис,
столкнулась с Евой.
ГЛАВА 22
— Лейтенант Даллас?! — Карли прижала руки к взды—мающейся
груди. — Какой неприятный сюрприз видеть вас вновь!
— Карли, прекрати играть циничную театральную диву, — сказала
раздраженно Элиза. — Ты недостаточ—но стара для этой роли. Лейтенант,
полагаю, вы пришли сюда сообщить нам о том, что уже арестовали убийцу? Вы
выглядели очень уверенной, когда обещали это во время интервью по
Каналу-
75
.
— Арест будет произведен в ближайшее время.
— Не Кеннет?.. — Айрин прижала руку к сердцу.
— Если это Кеннет, — вставила Элиза, — нас всех надо будет
поставить рядом с ним. Я бы считала это правильным. — Она гордо подняла
голову и развернула плечи. — Я не бросаю своих друзей в беде!
— Это просто великолепно, миссис Рот
...Закладка в соц.сетях
