Жанр: Экономика
Начала политической экономии и налогового обложения
...понижения меновой стоимости бархата и посуды они
должны были бы отдать пропорционально большую часть богатства этого рода,
чтобы купить день труда. Итак, богатство не может быть измеряемо количеством
труда, которое оно может купить.
Из всего сказанного следует, что богатство страны может возрастать двояким
путём: оно может быть увеличено путём употребления более значительной части
дохода на содержание производительного труда, который увеличил бы не только
количество, но и стоимость всей массы товаров, или же оно может быть увеличено
без затраты дополнительного количества труда, если то же самое количество
труда станет более производительным и увеличит только количество, а не
стоимость товаров.
В первом случае увеличилось бы не только богатство страны - возросла бы также и
стоимость этого богатства. Страна разбогатела бы путем бережливости - она
уменьшила бы расходы на предметы роскоши и комфорта и употребила бы эти
сбережения на воспроизводство.
Во втором случае не было бы ни уменьшения расходов на предметы роскоши и
комфорта, ни увеличения количества затраченного производительного труда. То же
самое количество труда производило бы больше продуктов: возросло бы богатство,
но не стоимость. Из этих двух способов увеличения богатства следует предпочесть
последний, так как он произведёт тот же самый эффект и в то же время не будет
сопровождаться лишениями и уменьшением предметов комфорта, которые
необходимо связаны с первым способом. Капитал представляет собой ту часть
богатства страны, которая затрачивается в целях будущего производства и может
быть увеличена тем же способом, что и богатство. Добавочный капитал будет
столь же действителен при производстве будущего богатства, всё равно, получается
ли он путём усовершенствования квалификации рабочего и машин или путём
производительного употребления более значительной части дохода. Богатство ведь
всегда зависит от количества произведённых товаров безотносительно к лёгкости, с
какой могут быть произведены орудия, применяемые в производстве. Известное
количество предметов одежды и пищевых продуктов будет содержать и давать
занятие тому же числу человек для выполнения того же количества работы
независимо от того, произведены ли эти предметы трудом 100 или 200 человек.
Разница только в том, что они будут стоить вдвое больше, если на их производство
затрачен был труд 200 человек.
Несмотря на поправки, сделанные г-ном .
[Вместо текста на стр. 231-234 (начиная со слов: "Он считает эти два понятия
синонимами" и кончая словами: "от труда, от которого они берут своё начало") в
первом и втором изданиях сказано было:
"Мне кажется, что г-н Сэй был в высшей степени неудачлив в своем определении
богатства и стоимости, данном в первой главе его прекрасного труда. Вот сущность
его аргументации. "Богатство, - замечает он, - состоит только из вещей, имеющих
сами по себе стоимость; богатство велико, если сумма стоимостей, из которых оно
составлено, велика. Богатство невелико, если сумма стоимостей невелика. Две вещи,
имеющие одинаковую стоимость, представляют равновеликие богатства. Они
имеют одинаковую стоимость, если в силу общего соглашения они свободно
обмениваются друг на друга. Так вот, если человечество приписывает вещи
стоимость, то только в силу той пользы, которую можно извлечь из её применения...
Эту способность удовлетворять различные нужды человечества, которую имеют
известные вещи, я называю полезностью. Создавать предметы, которые имеют
какую-либо стоимость, значит создавать богатство, так как полезность вещей -
первооснова их стоимости, и именно стоимость вещей составляет богатство. Но
мы не создаём предметы: всё, что мы можем сделать, это воспроизводить материю
в другой форме - таким образом мы можем ей придать полезность. Итак,
производство есть создание не материи, а полезности, и последняя измеряется
стоимостью, возникающей из полезности произведённого предмета. Полезность
какого-либо предмета определяется согласно общей оценке количеством других
товаров, на которые он может быть обменён. Это определение стоимости,
возникающее из общей оценки, создаваемой обществом, говорит о том, что
Вот в чём заключается мнение г-на Адам Смит называет потребительной
стоимостью и меновой стоимостью. Если при помощи усовершенствования машины
я могу при том же количестве труда выработать две пары чулок вместо одной, я
нисколько не ущербляю полезность одной пары чулок, хотя я уменьшаю их
стоимость. Если я получаю при этом точно такое же количество сюртуков,
башмаков, чулок и всех других вещей, что и прежде, то я буду иметь то же самое
количество и остальных предметов и буду, следовательно, так же богат, если мерой
богатства является полезность; однако я буду иметь меньшее количество
стоимости, ибо мои чулки имеют теперь только половину своей прежней
стоимости. Поэтому полезность не может служить мерой меновой стоимости.
Когда мы спрашиваем г-на
Говоря о достоинствах и недостатках великого труда Сэй обвиняет его в том, что
"он приписывает одному только труду человека способность производить
стоимость. Более точный анализ показывает нам, что стоимость обязана своим
происхождением действию труда или, скорее, трудолюбию человека в соединении с
действием сил природы и капитала. Незнакомство г-на Смита с этим принципом
помешало ему установить истинную теорию влияния машин на производство
богатства".
В противоположность Сэй в четвёртой главе говорит о стоимости, придаваемой
товарам естественными факторами, как солнце, воздух, давление атмосферы и т. д.,
которые иногда заменяют труд человека, а иногда оказывают ему содействие в
производстве ["Первый человек, который научился плавить металлы в огне, не был
творцом стоимости, которую этот процесс придал расплавленному металлу. Эта
стоимость является результатом физического действия огня, прибавленного к труду
и капиталу тех людей, которые воспользовались этим открытием".
"Вследствие этой ошибки г-н Смиту. Они верны, если не делать никакого различия
между богатством и стоимостью, а в указанном месте г-н Адам Смит, по мнению
которого богатство заключается в предметах необходимости, удобства и
удовольствия, согласился бы, что машины и естественные факторы в значительной
степени увеличивают богатство страны, он не мог бы согласиться с тем, что они
прибавляют что-нибудь к стоимости этого богатства. [В первом и втором изданиях
сказано: "к меновой стоимости".]]. Но эти естественные факторы придают
товарам только потребительную стоимость, а не меновую, о которой говорит г-н
Сэй обвиняет д-ра Адам Смит никогда не впадает в недооценку услуг, которые
оказывают нам естественные факторы и машины. Но он очень точно различает
природу стоимости, которую они придают товарам; они оказывают нам услуги,
увеличивая количество продуктов, они делают человека более богатым, увеличивая
количество потребительных стоимостей, но они выполняют эту работу даром, так
как за пользование воздухом, теплотой и водой мы ничего не платим. Поэтому
содействие их ничего не прибавляет к меновой стоимости.
[В первом и втором изданиях дальше следовало несколько абзацев, выпущенных в
третьем издании:
"В первой главе второй книги г-н Сэй сам даёт схожее определение стоимости, ибо
он говорит, что "полезность есть основа стоимости, что товары являются
предметом желания, потому что они в той или другой форме полезны, но что их
стоимость зависит не от их полезности, не от степени, в которой они
представляют предмет желания, но от количества труда, необходимого для их
производства". "Полезность товара, понимаемая в таком смысле, делает его
предметом человеческого желания, заставляет стремиться к нему и определяет
спрос на него. Если для получения воды достаточно пожелать её, то она может
быть рассматриваема как часть естественного богатства, данного человеку в
неограниченном количестве и используемого им без всякой затраты на него; таковы
воздух, вода, свет солнца. Если бы он мог получить таким способом все предметы,
удовлетворяющие его нужды и потребности, он был бы бесконечно богат: он не
нуждался бы ни в чём. Но, к несчастью, дело обстоит иначе. Большая часть вещей,
пригодных и приятных для него, равно как и те, которые ему безусловно необходимы в
общественном состоянии, для которого человек, повидимому, специально создан, не
достаётся ему даром; они могут быть получены только при помощи некоторого
количества труда, применения известного капитала и во многих случаях
использования земли.
Это - препятствия на пути дарового пользования, препятствия, которые
обусловливают действительную затрату производства, так как мы обязаны
платить за содействие этих агентов производства". "Только в том случае, когда
полезность была таким образом сообщена вещи (т. е. трудом, капиталом, землёй),
она становится продуктом и представляет стоимость. Именно её полезность
является основой спроса на неё, но жертвы и тяготы, необходимые для получения её,
или, другими словами, её цена, ограничивают размер этого спроса".
Путаница, которая возникает в результате смещения терминов "стоимость" и
"богатство", лучше всего выявляется в следующих рассуждениях г-на Сэя (Say,
Catechisme d'Economie politique, p. 99)]. Его ученик замечает: "Вы, кроме того,
сказали, что богатства общества составляются из общей суммы стоимости,
которой оно владеет; мне кажется, из этого следует, что снижение стоимости
какого-либо продукта, например чулок, уменьшая общую сумму стоимости,
принадлежащей обществу, уменьшает массу его богатства".
На это даётся следующий ответ: сумма общественного богатства ещё не
уменьшается в силу этого. Две пары чулок производятся теперь вместо одной, и две
пары по 3 фр. представляют одинаковую стоимость с одной парой в б фр. Доход
общества остаётся без изменения, потому что фабрикант заработал столько же на
двух парах по 3 фр., сколько прежде на одной паре в 6 фр. Хотя г-н Сэй говорит
дальше, что "человек бесконечно богат, не имея стоимости, если он может за
ничто получить все предметы, которых он желает"; в другой же раз нам говорят,
что "богатство состоит не в самих продуктах, ибо они не представляют
богатства, если они не имеют стоимости, а в их стоимости" (т. II, стр. 2)"].
Давид Рикардо. "Начала политической экономии и налогового обложения " " Глава
XXI. Влияние накопления на прибыль и процент
Мы уже показали выше на основе анализа прибыли, получаемой с капитала, что
накопление последнего не может надолго понизить прибыль, если при этом не
существует какой-либо постоянной причины, вызывающей повышение заработной
платы. Если бы фонды на содержание труда удвоились, утроились или учетверились,
то было бы нетрудно найти требуемое количество рук, которые могли бы быть
использованы с помощью этих фондов. Но вследствие возрастающей трудности
увеличивать постоянно количество пищевых продуктов страны фонды, имеющие ту
же стоимость, вероятно, не будут уже достаточны для содержания того же
количества труда. Если бы количество предметов жизненной необходимости для
рабочего могло возрастать с той же самой лёгкостью, то, в каких бы размерах ни
происходило накопление капитала, нормы прибыли или заработной платы не
подвергались бы постоянным изменениям. Однако Адам Смит, Исследование о
природе и причинах богатства народов, т. I, стр. 80. - Прим. ред.].
Сэй доказал весьма удовлетворительно, что нет такой суммы капитала, которая не
могла бы найти себе применения в стране, потому что спрос ограничивается только
производством. Каждый человек производит только для продажи или для
потребления, и он продаёт всегда только с целью купить какой-нибудь другой товар,
который мог бы быть ему непосредственно полезен или мог бы способствовать
будущему производству. Таким образом, всякий производитель необходимо
становится или потребителем собственных товаров, или покупателем и
потребителем товаров какого-нибудь другого производителя. Нельзя предположить,
что он будет в течение долгого времени плохо осведомлён о том, какие товары он
может производить с наибольшей выгодой для того, чтобы достичь своей цели, а
именно: приобрести другие товары. Мало вероятно поэтому, чтобы он продолжал
производить товар, на который нет спроса [Адам Смит указывает на пример
Голландии, где произошло падение прибыли вследствие накопления капитала и
переполнения им всех отраслей промышленности. "Правительство занимает деньги
из 2%, а частные лица, пользующиеся прочным кредитом, из 3%". (См. Сэя его же
собственной теории: "Чем обильнее свободные капиталы в сравнении с
возможностью найти для них применение, тем больше падает норма процента на
ссужаемый капитал" (т. II, стр. 108). Если любая сумма капитала может найти
для себя в стране применение, то можно ли сказать, что в стране слишком много
капиталов в сравнении с возможностью найти для них применение?]. Пока прибыль с
капитала высока, существует и побуждение к накоплению. Пока человек не
удовлетворил ещё вполне все свои потребности, спрос, предъявляемый им на товары,
будет всё ещё расти. И спрос этот будет платёжеспособным, пока он может
предложить в обмен за них какую-нибудь новую стоимость. Если человеку, имеющему
100 тыс. ф. ст., дадут ещё 10 тыс. ф. ст. в год, то он не спрячет их в сундук: он или
увеличит свои расходы на 10 тыс. ф. ст., или употребит их производительно, или,
наконец, отдаст их для той же цели кому-нибудь другому взаймы. И в том и в другом
случае спрос возрастёт, хотя и на различные предметы. Если бы он увеличил свои
расходы, то его платёжеспособный спрос, вероятно, направился бы на такие
предметы, как дома, мебель или какие-нибудь другие предметы комфорта. Но если бы
он употребил свои 10 тыс. ф. ст. производительно, то его платёжеспособный спрос
направился бы на предметы пищи, одежду и сырой материал, с помощью которых
новые рабочие могли бы взяться за работу. Это опять-таки создаст спрос.
[Адам Смит говорит: "Когда продукт какой-либо отдельной отрасли
промышленности превышает спрос страны на него, избыток должен отправляться
за границу и обмениваться на другие товары, на которые в данной стране имеется
спрос. Без такого вывоза должна быть приостановлена часть производительного
труда страны, и стоимость годового продукта страны уменьшится. Земля и труд
Великобритании производят обычно больше хлеба, шерстяных и металлических
изделий, чем это требуется существующим на её внутреннем рынке спросом.
Поэтому избыток их должен отправляться за границу и обмениваться на какие-либо
товары, требующиеся внутри страны. Только посредством такого вывоза этот
избыток может приобрести стоимость, достаточную для оплаты труда и
издержек, затраченных на его производство". [Адама Смита, мы почему-то
поставлены в необходимость производить излишек хлеба, шерстяных и
металлических изделий и что капитал, произведший эти товары, не мог бы найти
другого применения. Но в действительности только от нас зависит выбор способа
употребления капитала, и поэтому никакой товар не может быть излишним в
течение сколько-нибудь продолжительного времени. В противном случае цена его
упала бы ниже своей естественной цены, и капитал переместился бы в более
прибыльное занятие. Ни один экономист не показал так удовлетворительно и дельно,
как Адам Смит справедливо заметил: "Стремление к пище ограничивается у
каждого человека небольшой вместимостью человеческого желудка, но стремление к
удобствам и украшению жилища, одежды, домашней обстановки и утвари не имеет,
невидимому, предела или определённых границ" [Адам Смит говорит о транзите не
как о деле свободного выбора, а как о необходимости; как будто капитал, который не
был вложен в него, остался бы иначе без применения, как будто капитал, вложенный
во внутреннюю торговлю, мог бы переполнить её каналы, если бы количество его не
было ограничено известными размерами. Он замечает: "Когда масса капиталов в
какой-либо стране возрастает до таких размеров, что они не могут быть целиком
использованы в области обслуживания потребления и поддержки производительного
труда этой страны, избыточная часть их, естественно, отливает в транзитную
торговлю и употребляется для выполнения таких же функций в интересах других
стран".
"Около 96 тысяч бочек табаку покупается ежегодно в Виргинии и Мэриленде на
часть избыточного продукта британской промышленности. Но спрос на табак в
Великобритании не требует, может быть, более 14 тыс. бочек. Поэтому, если бы
нельзя было переотправлять остающиеся 82 тыс. бочек за границу и обменять на
такие товары, на которые имеется большой спрос внутри страны, то должен
немедленно прекратиться ввоз табаку, а вместе с этим должен остановиться
производительный труд всех тех жителей Великобритании, которые в настоящее
время заняты изготовлением товаров, на какие ежегодно приобретаются эти 82
тыс. бочек табаку" [Адама Смита противоречит всему его учению об этом
предмете. "Если какая-либо чужая страна может снабжать нас каким-нибудь
товаром по более дешёвой цене, чем мы сами в состоянии изготовлять его, гораздо
лучше покупать его у неё на некоторую часть продукта нашего собственного
промышленного труда, прилагаемого в той области, в которой мы обладаем
некоторым преимуществом. Общая сумма промышленного труда страны, будучи
всегда пропорциональна капиталу, который пользуется им, от этого не
уменьшится... ему придётся лишь искать область, в которой он может быть
употреблён с наибольшей выгодой" [Адам Смит, Исследование о природе и причинах
богатства народов, т. I, стр. 148-149. - Прим. ред.].
[Из этих допущений следует, что нет никаких границ для спроса на капитал - для его
применения до тех пор, пока он приносит какую-нибудь прибыль, и что, в каком бы
изобилии ни имелся капитал, единственной подлинной причиной падения прибыли
является повышение заработной платы. Следует прибавить ещё, что единственной
достаточной и подлинной причиной повышения заработной платы является
возрастающая трудность добывания пищи и предметов жизненной необходимости
для возросшего числа рабочих.] [Вставка во втором и третьем изданиях. - Прим. ред.]
Адам Смит, Исследование о природе и причинах богатства народов, т. I, стр. 80. -
Прим. ред.]. Но так как очевидно, что за пользование деньгами будут платить тем
больше, чем больше можно сделать с помощью этих денег, то он полагает, что
"рыночная норма процента может дать нам некоторое понятие о норме прибыли, а
история движения процента может дать нам понятие об истории движения
прибыли". Несомненно, если бы мы знали в точности размеры рыночной нормы
процента за какой-либо значительный период времени, мы имели бы достаточно
верный критерий для того, чтобы установить пути движения прибыли.
Но во всех странах правительство, руководясь ошибочными принципами политики,
вмешивалось в этот процесс. Оно мешало установлению справедливой и свободной
рыночной нормы процента, налагая тяжёлые и разорительные штрафы на всех, кто
взимал более высокий процент, чем установленный законами. Во всех странах такие
законы, вероятно, обходились, но сохранившиеся записи дают нам очень мало
сведений об этом предмете, они скорее отмечают законный и постоянный процент,
чем его рыночную норму. В продолжение последней воины учёт кредитных
обязательств казначейства и морского ведомства часто производился из такого
высокого процента, что давал их покупателям 7, 8 или даже ещё более высокий
процент на затраченные деньги. Правительство заключало займы более чем из 6%, а
частные лица бывали зачастую вынуждены, пользуясь всякими обходными путями,
платить более 10% по своим займам. А между тем в течение всего этого периода
законная норма процента всё время составляла неизменно 5. Мало достоверны,
следовательно, данные о том, что считается законным и постоянным процентом,
раз он так сильно отличается от рыночной нормы. Адам Смит, Исследование о
природе и причинах богатства народов, т. I, стр. 81. - Прим. ред.].
Но хотя норма процента всегда регулируется в конечном счёте нормой прибыли, она
подвержена, однако, временным колебаниям ещё и в силу других причин. С каждым
колебанием количества и стоимости денег изменяются, естественно, и цены
товаров. Как мы уже показали раньше, они изменяются также вследствие
изменений в соотношении спроса и предложения, хотя бы при этом трудность
производства не увеличилась и не уменьшилась. Когда рыночные цены падают
вследствие роста предложения, вследствие уменьшения спроса или вследствие
повышения стоимости денег, фабрикант, естественно, скопляет у себя необычное
количество готовых товаров, так как он не желает продавать их по слишком
низким ценам. И вот, чтобы заплатить по векселям, которые он прежде покрывал
продажей товаров, он прибегает к кредиту, за который ему приходится давать
возросшую норму процента. Однако это только временное явление: или расчёты
фабриканта были основательны, и рыночная цена его товаров опять поднимается,
или он убеждается, что уменьшение спроса будет продолжаться, и он уже больше не
борется с ходом торговых дел. Тогда цены падают, и деньги, точно так же как и
проценты, возвращаются снова к своей действительной стоимости. Если
вследствие открытия нового рудника, злоупотреблений банков или в силу какойнибудь
другой причины количество денег значительно возрастает, то в результате
этого процесса цены товаров повысятся пропорционально возросшему количеству
денег. Но при этом, вероятно, имеется всегда промежуток времени, в течение
которого норма процента также испытывает некоторое изменение.
Курс государственных займов не может служить постоянным критерием для
определения нормы процента. Во время войны фондовый рынок настолько
обременяется непрерывными займами правительства, что курсы ценных бумаг не
имеют достаточно времени для стабилизации на надлежащем уровне, так как
каждая новая кредитная операция или ожидание политических осложнений
колеблют их курс. Напротив, в мирное время операции фонда погашения и нежелание
известного разряда лиц переместить свои средства в новое дело, отказавшись от
старого, - к которому они привыкли и считают верным и при котором они получают
свои дивиденды в высшей степени регулярно, - приводит к повышению курса ценных
бумаг и, следовательно, понижает процент на них ниже уровня его общей рыночной
нормы. Кроме того, следует заметить, что правительство платит неодинаковый
процент за разные ценные бумаги. В то время как капитал в 100 ф. ст. в
пятипроцентных бумагах продаётся за 95 ф. ст., билет казначейства в 100 ф. ст.
иногда продаётся за 100 ф. ст. 5 шилл., хотя последний приносит в год не больше 4 ф.
ст. 11 шилл. 3 пенс. Одна бумага приносит её покупателю при указанных ценах более
5 1/4 %, а другая - лишь немного более 4 1/4 %. Дело в том, что банкиры предъявляют
спрос на известное количество билетов казначейства, как на верное и легко
реализуемое помещение для денег. Но если бы это количество билетов казначейства
значительно превысило спрос на них, они подверглись бы такому же обесценению, как
и пятипроцентные бумаги. Бумага, приносящая ежегодно 3 %, будет всегда
продаваться по относительно более высокой цене, чем пятипроцентная, потому что
капитальная сумма долга и той и другой может быть уплачена только al pari, т. е.
по 100 ф. ст. монетой за 100 ф. ст. в бумагах. Рыночная норма процента может
упасть до 4, и правительство уплатит тогда держателю пятипроцентных бумаг его
капитал по паритету, если только он не согласится получать 4% при норме
процента, упавшей несколько ниже 5. Но правительству было бы невыгодно
поступить так по отношению к держателю трёхпроцентных бумаг до тех пор, пока
рыночная норма процента не упала ниже 3. Для уплаты процентов по национальному
долгу четыре раза в год из обращения извлекаются на несколько дней огромные суммы
денег. Но так как этот спрос на деньги является только временным, то он редко
затрагивает цены. Обыкновенно он удовлетворяется путём уплаты высокой нормы
процента.
["Государственные займы всякого рода, - замечает г-н Смита и многих других
экономистов, занимавшихся этим предметом. По его мнению, цена хлеба - именно
потому, что она в конечном счёте регулирует заработную плату, - регулирует
также цену всех товаров. Он говорит: "Повышая прибыль фермеров, премия
поощряет развитие сельского хозяйства. Повышая цену хлеба для потребителей
внутри страны, она на время уменьшает их покупательную силу по отношению к
предметам жизненной необходимости и сокращает, таким образом, их реальное
богатство. Очевидно, однако, что последнее действие может быть только
временным: заработная плата потребителей-рабочих была уже установлена раньше
путём конкуренции; тем же путём будет снова восстановлена старая норма
благодаря увеличению денежной цены труда и через её посредство цены всех других
товаров в соответствии с денежной ценой хлеба. Следовательно, премия за вывоз в
конце концов повысит денежную цену хлеба на внутреннем рынке, но не прямым
путём, а через посредство расширившегося спроса на внешнем рынке и
последовавшего за этим повышения действительной цены хлеба внутри самой
страны. А это повышение денежной цены, как только оно распространится на
другие товары, не преминет, конечно, упрочиться".
Но если мне удалось показать, что возрастание денежной заработной платы не
повышает цены товаров, а только уменьшает всегда прибыль, то из этого следует,
что премия никогда не может привести к повышению цен товаров.
Но временное повышение цены хлеба, вызванное увеличением заграничного спроса, не
произведёт никакого действия на денежную цену [труда] [В первом и втором
изданиях - "заработной платы". - Прим. ред.]. Повышение цены хлеба вызывается
борьбой за то количество его, которое прежде предназначалось исключительно для
внутреннего рынка. Рост прибыли привлекает в земледелие добавочный капитал, и в
результате предложение увеличивается. Но, пока это не произойдёт, высокая цена
является безусловной необходимостью, чтобы восстановить соотношение между
потреблением и предложением, нарушенное повышен
...Поділитися у соцмережах
