Жанр: Триллер
Явление тайны
... что было в бассейне, - что-то вроде военного корабля с лапами.
Потом Томми-Рэй упал прямо на него. Уильям не стал смотреть, что будет дальше. Он
бросился на самое слабое место в ограде, проломил ее и кинулся бежать.
- Ты упустил его, - констатировал Джейф, когда мокрый Томми-Рэй появился в
двери. - Вижу, тебе ничего нельзя поручить.
- Он меня надул.
- А ты удивлен? Неужели ты еще не понял? Люди часто притворяются. Тем и
интересны.
- Я пытался догнать его, но он убежал. Хочешь, я пойду нему домой? Убью его?
- Ну-ну, полегче. Пусть распускает слухи день-другой. Кто ему поверит? Мы все
равно уйдем отсюда вечером.
- Есть и другие пустые дома.
- Это лишнее. Я нашел для нас хорошую резиденцию.
- А где?
- Увидишь. Она еще не совсем готова.
- Кто "она"?
- Говорю, увидишь. Пока я хочу, чтобы ты кое-куда съездил по моим делам.
- Хорошо.
- Это ненадолго. На побережье есть место, где я оставил кое-что важное. Теперь я
хочу, чтобы ты мне это доставил, пока я тут разберусь с Флетчером.
- Я бы хотел это видеть.
- Тебе так нравится видеть смерть?
Томми-Рэй усмехнулся.
- Ага. У моего друга Энди вот здесь, - он указал на грудь, - татуировка. Череп.
Он всегда говорил, что умрет молодым. И ездил в Бомбору - знаешь, там такие скалы
и волны? - и катался там на доске, прямо на этих волнах. Вот и я так хочу. Умереть
легко.
- А он умер?
- Ни фига.
- Но ты можешь.
- Хоть сейчас!
- Не спеши так. Тут скоро будет большой сбор.
- Что?
- Очень большой. Такого здесь еще не видели.
- А кто там будет?
- Половина Голливуда. А другая половина хотела бы там быть.
- А мы?
- О, конечно, мы тоже там будем. И позабавимся.
Ну вот, подумал Уильям, уже стоя у дверей дома Спилмонта на Пизблоссом-драйв.
Вот кому я могу все рассказать. Спилмонт был одним из тех, с кем Уильям решал
дела. Но кроме того, он был одним из тех (а может, и единственным), с кем можно
было быть откровенным.
- Билли? - удивился Спилмонт, оглядывая Уильяма. - Ну у тебя и вид!
- Плохие новости.
- Входи.
- Случилось нечто ужасное, Оскар, - Уильям пытался говорить связно. - Я
никогда еще не видел такого кошмара.
- Сядь. Успокойся. Джудит, это Билл Витт. Хочешь выпить, Билли? Тьфу, да ты
трясешься, как лист.
Джудит Спилмонт, женщина в рубенсовском вкусе, большегрудая и
широкобедрая, выплыла из дверей кухни и продублировала восклицания мужа.
Уильям выпил стакан холодной воды, чуть успокоился и вдруг понял, как нелепо
звучит то, что он собирался рассказать. Это просто страшная история для детишек в
летнем лагере, которую они забывают при свете дня. Но Спилмонт уже приготовился
слушать, отослав жену обратно на кухню. И Уильям добросовестно все рассказал, не
упустив даже имена тех, кого Джейф посетил в предыдущую ночь.
- Я знаю, как это глупо звучит, - заключил он.
- Мог бы и не добавлять, - заметил Спилмонт. - Если бы это говорил не ты, я
бы уже вызвал "скорую". Но, черт возьми... Томми-Рэй, он же чудесный парень.
- Могу отвести тебя туда, - предложил Уильям. - Только захватим оружие.
- Нет, ты сейчас не в состоянии.
- Одного я тебя не пущу.
- Эй, сосед, думаешь, я мечтаю оставить своих детей сиротами? - Спилмонт
засмеялся. - Иди-ка домой. Я тебе позвоню, если будут новости. Ладно?
- Ладно.
- Ты уверен, что можешь вести машину? А то я...
- Я ведь доехал сюда.
- Ну, хорошо. Только помалкивай об этом, Билл. А то тебе тут жизни не будет.
- Да уж понятно.
Спилмонт подождал, пока Уильям допил воду, потом проводил его до двери и
попрощался. Уильям сделал все, что обещал, - поехал прямо домой, позвонил
Валерии и сказал, что не вернется в офис, запер двери и окна, разделся, залез в постель
и стал ждать новостей.
8
Уставший, как собака, Грилло лег спать около трех, предварительно отключив
телефон. Разбудил его стук в дверь. Он сел на кровати. В голове звенело.
- Служба заказов, - женский голос.
- Я ничего не зака... - раздраженно начал он, потом до него дошло. - Тесла!
Влетела Тесла, как всегда дерзко-обворожительная. Грилло всегда поражала ее
удивительная способность меняться, напяливая на себя самые невообразимые наряды
и побрякушки, удерживая их всякий раз на самой грани китча. Сегодня на ней были
мужская белая рубашка, чересчур большая для ее легкого, гибкого тела, дешевые
мексиканские бусы на шее радом с образком Мадонны, синие штаны, высокие
каблуки, на которых она возвышалась над ним, и, наконец, серебряная лента на рыжих
волосах. Она красилась под блондинку, но не целиком - чтобы было смешнее, как
она объясняла.
- Ты спал, - предположила она.
- Угу.
- Извини.
- Пойду пописаю.
- Давай.
- Меня никто не искал? - крикнул он ей, глядя на себя в зеркало. Выглядел он,
как непризнанный гений, умирающий от чахотки. Держась одной рукой за член,
который никогда еще не казался ему таким маленьким и далеким, другой рукой он
был вынужден ухватиться за дверь, чтобы не упасть. Только тут он понял, до чего он
болен.
- Держись подальше от меня, - предупредил он Теслу, когда вышел. - Я
подхватил грипп.
- Тогда лезь в постель. От кого это ты подхватил?
- От одного ребенка.
- Абернети звонил, - сообщила Тесла. - И еще какая-то женщина. Эллен.
- Это ее ребенок и был.
- А кто она такая?
- Очень милая леди. Что она сказала?
- Хочет поговорить с тобой. Не по телефону.
- Это насчет Бадди Вэнса.
- Опять скандал?
- Вроде того, - зубы его начали стучать. - Черт, я чувствую себя так, будто
меня поджаривают на медленном огне.
- Может, отвезти тебя в Лос-Анджелес?
- Нет. Здесь интересная история.
- Везде истории. Абернети навалит тебе их целую кучу.
- Да нет. Здесь какая-то загадка. Происходит что-то, чего я не понимаю. Ты
слышала, что я был там, где погибли люди, которые искали Вэнса?
- Нет. А что там случилось?
- Что бы там ни говорили в новостях, это было не землетрясение. Или не только
оно. Я слышал крики там, под землей. Вернее, молитвы. Они молились. Тесла! И
только потом ударил этот чертов гейзер. Вода и грязь. Трупы. И еще что-то. Нет, два
каких-то существа. Из-под земли.
- Они что, выползли?
- Вылетели.
Тесла выразительно посмотрела на него.
- Я не знаю. Тесла. Может, это были люди... а может, и нет. Они были похожи...
ну, не знаю... на энергию. Предупреждаю твой вопрос: я был совершенно трезв.
- Ты видел это один?
- Нет. Со мной был еще один человек по фамилии Хочкис. Думаю, он тоже это
видел. Но я с тех пор не смог до него дозвониться.
- Ты понимаешь, как это звучит?
- Да, это только подтверждает все, что ты про меня знаешь. Работает на
Абернети, собирая всякие сплетни про богатых и знаменитых...
- Не влюбляется в меня.
- Не влюбляется в тебя...
- Лунатик.
- Просто псих.
- Слушай, Грилло. Я плохая сиделка, так что помощи от меня можешь не ждать.
Но если тебе нужно что-нибудь городе, укажи направление.
- Можешь съездить к Эллен. Передай, что ее ребенок заразил меня гриппом.
Пусть почувствует вину. Мне нужно у нее еще многое узнать.
- Вот это настоящий Грилло. Болезнь только прибавляет ему нахальства.
Тесла подошла к дому Эллен Нгуен только к концу дня. Хотя Грилло
предупреждал, что путь неблизкий, машину она не взяла. Дул легкий ветерок, и идти
было приятно. Глядя на этот сонный городок, она представляла себе сценарий
триллера: что-нибудь про человека, который вот так же идет и несет в чемоданчике
атомную бомбу. Но вместо обычного для таких сценариев нагнетания страстей она
окрасила его апатией. Люди просто смотрят на бомбу и спокойно проходят мимо,
продолжая обсуждать свои будничные дела. И вот она идет и идет, пока один из
прохожих не толкнет ее, бомба вылетает из чемоданчика, и все. Конец. Она давно уже
не писала сценариев, а те, что писала, так никогда и не нашли воплощения, но по
привычке она превращала каждое новое место или новое лицо в декорацию. Но давно
уже у нее не возникало такой четкой картины, как здесь - что-то подсказывало ей,
что в этом городишке нафантазированное ею будет как раз к месту.
Чутье не подвело ее. Она дошла до дома Эллен без дополнительных указаний.
Женщина, открывшая ей дверь, выглядела так необычно, что Тесла заговорила тихо и
без обычной иронии. Она коротко объяснила, что у Грилло грипп, и он просил
передать свои извинения.
- Не волнуйтесь, выживет, - добавила она, заметив, что женщина обеспокоена.
- Я просто объясняю, почему он не приехал сам.
- Входите, пожалуйста, - пригласила Эллен.
Тесла заколебалась. У нее не было настроения слушать сплетни. Но женщина
настояла.
- Я не могу говорить здесь. И у меня нет телефона. Я звонила мистеру Грилло от
соседа. Передадите ему кое-что?
- Конечно, - ответила Тесла, думая: "Если это любовная записка, порву". Такие
нравятся Грилло - это она знала. Тихие, очень женственные. Непохожие на нее.
Злополучный ребенок восседал на диване.
- Мистер Грилло заразился от тебя, - сказала ему мать. - Может, пошлешь ему
какой-нибудь из своих рисунков, чтобы ему стало веселее?
Мальчик ушел к себе, предоставив Эллен возможность говорить свободно.
- Передайте ему, что в особняке есть изменения.
- Изменения, - повторила Тесла. - А что это значит?
- Там намечен прием в память о Бадди. Мистер Грилло знает. Рошель, его жена,
прислала за мной шофера. Просит помочь.
- А при чем тут Грилло?
- Я хочу знать, нужно ли ему приглашение.
- Я думаю, он скажет "да". Когда это будет?
- Завтра вечером.
- Скоро.
- Бадди очень любили, - сказала Эллен.
- Счастливчик! Так если Грилло захочет связаться с вами, он может позвонить в
дом Вэнса?
- Ни в коем случае. Пусть оставит записку у соседа. Мистера Фалмера. Он будет
присматривать за Филиппом.
- Фалмер. Ладно. Передам.
Больше говорить было не о чем. Тесла взяла картинку, попрощалась и отправилась
домой, продолжая придумывать истории, одна фантастичнее другой.
- Уильям?
Звонил Спилмонт. Уже вечерело, и с заходом солнца от газона веяло не приятной
прохладой, а зябкой, промозглой сыростью.
- Не буду долго говорить. Я порядком вымотался.
- Ну что? - спросил Уильям, изнывая от нетерпения. - Что там?
- Я сразу поехал в Уилд-Черри, как только проводил тебя.
- Ну?
- Ну и ничего. Большой жирный ноль. Там никого не было, а я, как мудак,
готовился черт знает к чему. Ты ведь на это и надеялся, правда?
- Нет, Оскар. Клянусь, что нет.
- Только один раз. Один раз я попадаюсь на такие шутки. Ясно? Не хочу, чтобы
трепались, что у меня нет чувства юмора.
- Это вовсе не шутка. Что, совсем пусто? Никаких следов? Слушай, а в бассейне
ты смотрел?
- Да, смотрел! - раздраженно рявкнул Спилмонт. - Везде пусто: в бассейне, в
доме, в гараже.
- Значит, они сбежали. До твоего прихода. Только как? Томми-Рэй говорил, что
Джейф не любит...
- Хватит! Я наслушался этого! И не пытайся проделывать такие штучки с
другими, Витт. Я их предупрежу. Помни, что я сказал: не больше одного раза!
И Спилмонт повесил трубку. Уильям еще с полминуты слушал тревожные гудки.
- Кто это сказал? - спросил Джейф, разглядывая свое последнее приобретение.
- "Страх приходит неведомым путем"?
- Дай подержать, - попросил Томми-Рэй.
- Бери, - Джейф передал ему терата. - Все мое - твое.
- Он не похож на Спилмонта.
- О, конечно, - согласился Джейф. - Это же не портрет человека. Это его
сердцевина. Именно страх делает человека тем, кто он есть.
- Разве?
- То, что пришло к нам и назвало себя Спилмонтом, только оболочка. Шелуха.
Он посмотрел за окно и отдернул занавески. Тераты, вспугнутые резким
движением, толкаясь, стали вновь карабкаться на него.
- Солнце почти зашло, - сообщил Джейф. - Пора действовать. Флетчер уже в
городе.
- Да?
- Он появился здесь еще днем.
- Как ты узнал?
- Мы так друг друга ненавидим, что знаем друг о друге многое... если не все.
- Мы убьем его?
- Когда у нас наберется достаточно убийц. Я не хочу больше таких промахов, как
с мистером Виттом.
- Сперва я хочу добраться до Джо-Бет.
- Зачем? Она нам не нужна.
Томми-Рэй стряхнул с себя терата Спилмонта.
- Мне нужна.
- Чисто платонически, я надеюсь?
- А что это такое?
- Шучу. Это значит: ты хочешь ее?
Томми-Рэй долго молчал.
- Может быть, - наконец, сказал он.
- Говори правду.
- Я сам не знаю, чего я хочу! Я знаю зато, чего я не хочу. Я не хочу, чтобы этот
проклятый Катц дотрагивался до нее. Она ведь из нашей семьи, так? Ты сам говорил,
что это важно.
Джейф кивнул.
- Звучит убедительно.
- Так мы пойдем к ней?
- Если это так важно, - ответил Джейф. - Ладно, пойдем и заберем ее.
В первый раз увидев Паломо-Гроув, Флетчер был близок к отчаянию. Он нередко
проносился во время своей войны с Джейфом через такие городки, снабженные всем
необходимым для жизни, кроме души. Дважды в таких местах он едва не был
уничтожен своим врагом. Он не верил в приметы, но теперь спрашивал себя: не
окажется ли третий раз роковым?
Джейф уже похозяйничал здесь, в этом Флетчер не сомневался. Ему нетрудно
было найти слабые и незащищенные души для своей надобности. Но для Флетчера,
которому требовались души богатые, полные чувств и мечтаний, этот город,
утонувший в лени и благодушии, не сулил ничего хорошего. Ему больше могло
повезти в гетто или в сумасшедшем доме, где люди живут на краю пропасти. Но
выбора не было. Не имея помощников, он рыскал, как собака, среди этих людей,
выискивая хоть какую-нибудь мечту. В нижней части города он отыскал парочку, но
не сумел вступить в контакт с их обладателями. Слишком давно уже он не был
человеком. Люди смотрели на него странно, как будто в чем-то подозревали. Один
или два просто убежали, когда он подошел к ним. Какая-то старуха, взглянув на него,
вдруг начала смеяться; двое детей у витрины зоомагазина глазели на него, пока матери
не увели их. Случилось то, чего Флетчер боялся. Если бы Джейф выбирал место для их
последней битвы, он не мог бы выбрать лучше. Если война кончится здесь, а Флетчера
томило предчувствие, что один из них останется здесь навсегда, то Джейф почти
наверняка победит.
К вечеру, когда центр опустел, он тоже ушел оттуда, шагая по пустынным улицам.
Пешеходы куда-то подевались, и Флетчер знал причину этого. Люди подсознательно
чувствовали присутствие рядом сверхъестественных сил и знали, хоть и не могли
выразить словами, что их город зачарован. Поэтому они искали убежища у
телевизоров. За каждым окном Флетчер видел мерцающие экраны и слышал
неестественно громко включенный звук, словно для того, чтобы заглушить некие
песни сирен. Убаюканные руками шоу-ведущих и королев мыльных опер, умишки
горожан погрузились в привычный невинный сон, оставив того, кто мог бы их
разбудить, на улице, одного, за запертыми на все замки дверями.
Темнота сгущалась.
Из-за угла Хови увидел, как какой-то человек (потом он узнал, что это пастор)
вошел в дом Магуайров, подождав, пока отлязгали все замки и засовы. Другой
возможности проскользнуть в дом мимо зорко стерегущей матери и поговорить с
Джо-Бет у него не было. Он быстро перешел улицу, посмотрев вначале, не идет ли кто
навстречу. Но улица была непривычно пуста. Все смотрели телевизоры; звук был
таким громким, что он, прислушавшись, сумел различить девять каналов. Никем не
замеченный, он вошел в калитку и осторожно пробрался на заднее крыльцо, В это
время зажегся свет в кухне. Это оказалась не миссис Магуайр, а сама Джо-Бет,
очевидно, готовящая ужин для гостя своей матери. Он смотрел на нее, как
зачарованный. Бледная, в простом черном платье, она все равно оставалась для него
самым восхитительным зрелищем в мире. Когда она подошла к окну, чтобы вымыть
помидоры, он вышел из своего укрытия. Она вскинула голову, но он остановил ее
крик, прижав палец к губам. С выражением паники на лице она показала рукой, чтобы
он спрятался. Он последовал ее совету, и вовремя - в кухню вошла мать. Произошел
короткий разговор, которого Хови не понял, и миссис Магуайр удалилась. Джо-Бет
убедилась, что она ушла, и открыла заднюю дверь, накинув, однако, цепочку, чтобы он
не смог войти. Потом приблизила лицо к щели и прошептала:
- Ты не должен был приходить.
- Но я пришел. И рад этому.
- А я нет.
- Ну и зря. У меня новости. Очень хорошие. Выйди.
- Не могу. И говори потише.
- Нам нужно поговорить. Это вопрос жизни и смерти.
- Что с твоей рукой?
Он не стал ее перевязывать - только промыл и вытащил из раны частицы коры.
- Это тоже имеет отношение к делу. Если не хочешь выходить, впусти меня.
- Не могу.
- Пожалуйста. Впусти меня.
Слова или его рана подействовали на нее? Во всяком случае, дверь открылась. Он
попытался обнять ее, но она оттолкнула его руки с таким ужасом на лице, что он
отступил.
- Иди наверх, - сказала она, теперь уже даже не шепотом, а одними губами.
- Куда? - так же спросил он.
- Вторая дверь слева, - она была вынуждена чуть повысить голос для этой
инструкции. - Розовая. Это моя комната. Жди, пока я не приду.
Ему очень хотелось поцеловать ее, но он побоялся. Она поднялась наверх, дверь
гостиной распахнулась, и он услышал приветственный возглас гостя. Он начал
подниматься следом, надеясь, что звон посуды заглушит его шаги. Видимо, так и
случилось. Во всяком случае, разговор не прерывался. Он без помех достиг розовой
двери и укрылся за ней.
Спальня Джо-Бет! Он и мечтать не мог очутиться здесь, где она спала, рядом с ее
бельем и полотенцем, которым она вытиралась. Когда она, наконец, вошла в комнату,
он чувствовал себя вором, застигнутым на месте преступления. Она уловила его
замешательство и смешалась сама, что заставило их взбегать взглядов друг друга.
- Прости, у меня не убрано, - сказала она тихо.
- Ничего. Ты же не ждала меня.
- Нет, - она не подошла к нему и не улыбнулась. - Мама с ума сойдет, если
узнает, что ты приходил. Она права, когда говорит, что в Гроуве происходят страшные
вещи. Знаешь, Хови, за нами приходили прошлой ночью. За мной и Томми-Рэем.
- Джейф?
- Ты знаешь?!
- Ко мне тоже кое-кто приходил. Вернее, звал. Его зовут Флетчер. Он сказал, что
он мой отец.
- И ты поверил.
- Да, - сказал Хови. - Поверил.
Глаза Джо-Бет наполнились слезами.
- Не плачь. Ты что, не понимаешь, что это значит? Мы не брат и сестра. И в том,
что между нами произошло, нет ничего страшного.
- Да ты ничего не понимаешь! - проговорила она сквозь слезы. - Это все из-за
нас! Все, что случилось. Если бы мы не встретились...
- Но мы встретились.
- ...то они бы никогда не вышли оттуда, где они были.
- Разве плохо, что мы узнали правду о них и о себе? Я не желаю участвовать в их
дурацкой войне. И не позволю вертеть собой, как куклой.
Он потянулся к ней и взял ее правую руку неповрежденной левой. Она не
сопротивлялась.
- Нам надо уехать отсюда, - сказал он. - Вместе. Туда, где они не найдут нас.
- А как же мама? Томми-Рэй пропал. Она сама это сказала. Осталось только,
чтобы я ее бросила.
- А что толку, если Джейф придет и заберет тебя? Если мы сейчас уедем, наши
папаши останутся с носом.
- Но они воюют не только за нас.
- Нет, - согласился он, вспомнив то, что сказал ему Флетчер. - Из-за моря,
называемого Субстанция.
Он крепче сжал ее руку.
- Мы отправимся туда вместе, я и ты.
- Не понимаю.
- Потом поймешь. Отправиться туда - все равно, что уснуть и увидеть сон, - он
не заикался, как часто случалось с ним в моменты особого волнения. - Ты знаешь, мы
ведь должны ненавидеть друг друга. Это их план - Флетчера и этого Джеифа -
натравить нас друг на друга. Но этого ведь не будет?
Она в первый раз улыбнулась.
- Нет.
- Обещаешь?
- Обещаю.
- Я люблю тебя, Джо-Бет.
- Хови...
- Поздно. Я сказал это.
Внезапно она поцеловала его быстрым сладким прикосновением губ, и прежде чем
она успела их убрать, он впился в нее своими губами, распечатав печать ее рта своим
языком и жадно вдыхая ее аромат. Она прижала его к себе с неожиданной силой,
языки их слились, зубы касались зубов.
Ее левая рука, обнимавшая его, нашла его поврежденную правую и нежно повела к
себе. Через онемевшие пальцы и ткань халата он почувствовал нежную мягкость ее
груди. Тогда он принялся расстегивать пуговицы ее халата, пока их плоть не
соприкоснулась. Она хрипло вздохнула под его губами, и ее рука устремилась туда,
куда вел ее инстинкт, - к молнии его джинсов. Возбуждение, которое он испытал при
виде ее спальни, прошло, но теперь, от ее поцелуев, прикосновений и неописуемого
вкуса ее губ, оно возникло с новой силой.
- Хочу, чтобы ты разделась, - прошептал он.
Она отняла свои губы.
- А они?
- Они ведь заняты, правда?
- Да, это часа на два.
- А нам нужно меньше.
- А... предохраниться?
- Мы же ничего такого делать не будем. Просто хочу почувствовать тебя вот так.
Всей кожей!
Она, казалось, заколебалась, но все же принялась расстегивать халат. Он скинул
куртку и рубашку, потом попытался одной рукой расстегнуть ремень. Она пришла к
нему на помощь.
- Здесь душно, - сказал он. - Может, открыть окно?
- Мама заперла их все. От дьявола.
- Что ж, это правильно. Дьявол может явиться.
Она подняла на него глаза. Халат ее был расстегнут, обнажая груди.
- Не говори так, - предупредила она, инстинктивно стягивая полы халата.
- Ты ведь не считаешь, что я дьявол?
- Не знаю, может ли что-то... что-то...
- Но?
- Что-то... запретное... помочь моей душе, - выговорила она совершенно
серьезно.
- Увидишь, - сказал он, подходя к ней. - Увидишь. Я тебе обещаю.
- Я думаю, мне надо поговорить с Джо-Бет, - сказал пастор Джон. Он порядком
потешался про себя, когда миссис Магуайр рассказывала о чудище, которое когда-то
надругалось над ней, а теперь вернулось требовать своих детей. Частые фантазии
одиноких женщин. Это случалось с ней и раньше. Но потом она начала проявлять
явные признаки умственного расстройства, и пастор забеспокоился. Лучше, пожалуй,
пригласить свидетеля, а то неизвестно, до чего все это дойдет. Ему вовсе не улыбалось
пострадать за веру.
- Я не хочу, чтобы Джо-Бет много знала об этом, - последовал ответ. - Тварь,
породившая ее...
- Миссис Магуайр, ее отец был человеком.
- Я знаю. Но люди состоят из плоти и духа.
- Конечно.
- Человек создал ее плоть. Но кто сотворил ее дух?
- Господь наш, - поспешил он ускользнуть на безопасную почву. - И Он же
создал ее плоть через мужчину, которого вы избрали. "Будьте же совершенны, как
совершенен Отец ваш небесный".
- Это не Господь. Я знаю. Джейф не Господь. Вы сами увидите и поймете.
- Если он на самом деле есть, то он человек, миссис Магуайр. И мне кажется, мне
нужно поговорить с Джо-Бет о его визите. Если он, конечно, был.
- Он был! - вскричала она возбужденно.
Он встал, чтобы оторвать руку ненормальной от своего рукава.
- Я уверен, что у Джо-Бет свой взгляд на это. Почему я не могу поговорить с ней?
- Вы не верите мне! - Джойс почти кричала.
- Верю. Но... позвольте мне хоть взглянуть на Джо-Бет. Она наверху? Джо-Бет!
Ты там? Джо-Бет?
- Что он хочет? - с досадой спросила она, прерывая поцелуй.
- Плевать.
- Хочешь, чтобы он поднялся сюда?
Она встала и опустила ноги с кровати, вслушиваясь, не идет ли пастор. Хови
прижался лицом к ее спине и осторожно погладил рукой ее грудь. Она тихо, протяжно
вздохнула.
- Не надо, - прошептала она.
- Он не придет.
- Я же слышу.
- Нет.
- Точно.
И снова голос снизу:
- Джо-Бет! Я хочу поговорить с тобой. И мать тоже.
- Сейчас оденусь, - крикнула она в ответ и стала поспешно собирать
разбросанные вещи. В голову Хови, пока он наблюдал за ней, проникла
извращенческая мысль: что если он наденет ее белье, а она - его? Ему кружила
голову перспектива погрузить член в мягкую ткань, еще хранящую запах ее
влагалища.
Да и она в его трусах выглядела бы еще сексуальнее... "Как-нибудь потом", -
пообещал он себе. Теперь у него не было в этом сомнений. Хотя они просто лежали
рядом, прижавшись друг к другу, это все изменило их отношения, хотя он испытывал
полное разочарование, видя ее снова одетой.
Он тоже начал одеваться, медленно, искоса посматривая, как она, в свою очередь,
смотрит на него, на его механизм, как он любил думать о себе раньше.
Но не теперь. Его тело не было машиной. Рука его болела, и голова тоже; во
всяком случае, какая-то тяжесть в груди создавала ощущение головной боли. Для
машины он был чересчур уязвим... и чересчур влюблен.
Она прервалась на момент и посмотрела в окно.
- Ты слышишь?
- Нет. Что?
- Кто-то зовет.
- Кто? Пастор?
Она покачала головой, понимая, что голос, который она слышит, раздается не из
гостиной и вообще не из дома. Он звучит у нее в голове.
- Джейф, - ответила она.
Утомленный пастор Джон подошел к раковине, пустил холодную воду, налил
стакан и с удовольствием выпил. Было уже почти десять часов. Пора заканчивать этот
визит, повидает он дочку или нет. Разговоров о темных сторонах человеческой души
ему хватит на неделю. Выпив воды, он посмотрел на свое отражение в оконном
стекле. Убедившись, что с ним все в порядке, он вдруг заметил, как за окном что-то
мелькнуло. Он закрыл кран.
- Пастор?
Сзади появилась миссис Магуайр.
- Да-да, все в порядке, - пробормотал он, не на шутку обеспокоенный. Неужели
эта сумасшедшая заразила его своими фантазиями? Он снова поглядел в окно.
- Мне показалось, я что-то увидел у вас во дворе. Но, наверное...
Вот оно! Бледный силуэт, двигающийся к дому.
- Нет.
- Что "нет"?
- Не все в порядке! - с этими словами он отступил от окна.
- Он вернулся, - сказала Джойс.
Ответ мог быть только положительным, поэтому пастор промолчал, продолжая
отступать от раковины. Но это не помогло. Теперь он ясно видел то, что выступило из
тени.
- О, Господи! Что это?
Сзади него миссис Магуайр начала молиться. Это была не каноническая молитва
(кто написал бы молитву на такой случай?), но слова, идущие из самой глубины души:
- Господи, спаси нас! Иисусе, спаси нас! Избави нас от погибели! Избави нас от
нечистого!
- Слушай! Это мама!
- Слышу.
- Что-то случилось.
Она пошла к двери, но Хови закрыл выход.
- Она просто молится.
- Нет, не просто.
- Поцелуй меня.
- Хови?
- Ра
...Закладка в соц.сетях
