Жанр: Социология и антропология
Социология макса вебера: труд и экономика
...ота Зомбарта "Евреи и хозяйственная жизнь" -
"своего рода римейк веберовской "Протестантской этики", но
с другими персонажами... Заметны веберовские цитаты,
данные без ссылок"; произвольно использованные Зомбартом,
они приобретают почти ироническое звучание. Если Вебер
видел в протестантизме один из основных элементов формирования
капитализма, то Зомбарт как бы доводит этот тезис
до абсурда и предлагает в качестве перводвигателя рассматривать
чуть ли не любую религию, в частности, иудаизм.
Почему-то он взял именно эту мало распространенную в
Германии форму религии [554].
Зомбарт сомневался в способности протестантизма служить
духовной родиной европейского капитализма, некой
исторической закваской, из которой впоследствии появился
"дух капитализма". Носителями капиталистического духа у
него выступают евреи, которым в наибольшей степени присущи
бережливость, расчетливость и стремление к деньгам.
Все факторы, повлиявшие на становление капиталистического
духа, взяты из идей иудаистской религии, считал Зомбарт
[321, S.VI]. Культурные стереотипы иудаизма мало чем отличались
от поведенческих нормативов протестантизма и потому
могли вполне проявить себя как катализатор капитализма.
Видимо, отсюда и возник один из важных тезисов Зомбарта
о том, что иудаизм - это и есть пуританизм [321, S.293].
Преимущество иудаизма в качестве генератора капитализма
заключалось еще и в том, что у него есть четко прослеживаемый
этнический носитель - еврейский народ. Это специфически
еврейская религия. А какая национальность у протестантизма?
На этот вопрос никто не может ответить.
Именно евреи с их религиозной твердостью, беспокойным
духом и неукорененностью среди других народов являлись,
согласно Зомбарту, носителями капиталистического духа
sui generis. "Уже изначально им была уготована роль торгового
народа. Расселяясь в городах, они распространяли там
капиталистический дух. Никто не запрещал им заниматься
38 Раздел 1. Исторический контекст творчества М. Вебера
земледелием, но они сознательно выбрали город как "непосредственное
продолжение пустыни"" [321, S.415] и остались
"навсегда чуждыми земле" [321, S.416]. Положение аутсайдеров
выработало в них "инстинкт бродяжничества". Зависимость
от этого положения они компенсировали развитием капиталистического
духа, который нашел свое выражение в
деньгах и в их власти над людьми. Практическое следствие
состояло в том, считает Зомбарт, что страны, принимавшие
евреев, экономически не только оживали, но и процветали.
Это Германия, Голландия, Франция и Англия. "Страны же,
их изгонявшие, например, Испания, Португалия, экономически
хирели и надолго исчезали из ряда экономических лидеров
Европы" [554]. Книга "Евреи и хозяйственная жизнь", где
рассматривались эти вопросы, стала модной в Германии.
Общим для Вебера и Зомбарта моментом было признание
лидирующей роли в генезисе капитализма не экономических,
а культурно-этических и религиозных факторов. В этом
Вебер и Зомбарт не только расходились с Марксом, но
сознательно противопоставляли ему свои принципы. В работе
"Буржуа" Зомбарт показывает, что сам факт возникновения
буржуа-предпринимателя явился величайшим историческим
событием в сфере культуры и духа. Зомбарт исходил из
простой идеи, известной еще со времен античности: эпоха -
это дух. Экономика каждой эпохи есть явление духовной
жизни в той мере, как ее любой продукт, а предпринимательство
- не экономическое, но метаэкономическое явление,
корни которого надо искать в европейской душе [554]. Сам
по себе капитализм - высшее достижение человеческого духа
и культуры. "Нужно всегда помнить, что такие явления
цивилизации, как современный капитализм, подобно культурам
отдельных народов, представляют собой исторические индивидуальности,
только однажды выступающие на исторической
арене. Это было основной мыслью, которая руководила мной
при написании настоящей работы" - писал Зомбарт в заключительной
главе "Современного капитализма" [319, Bd. Ill,
2. Hb.S.1012].
В общем русле с концепцией своего учителя Шмоллера
да, пожалуй, и других представителей исторической школы
Вернер Зомбарт считал, что не существует абстрактной теории
экономики. Главной единицей научного анализа, несомненно,
должен быть экономический строй, но изучаемый во всем
многообразии своих конкретно-исторических и культурных
проявлений. Развитию капиталистического хозяйства способствуют
не абстрактные духовные силы, а вполне конкретные
Глава 2. Теоретические предшественники М. Вебера 39
мотивы и скрытые устремления людей, такие, как предприимчивость,
стремление к обогащению, неутомимость.
Как и у Шмоллера, предприятие обретает самостоятельный
характер, не зависящий от тех людей, которые его основали.
Иными словами, является неким мыслительным построением,
приобретающим порой мистические свойства [51]. Отдавая
симпатии предприимчивому буржуа, Зомбарт с тревогой
наблюдал за усиливающейся бюрократизацией жизни. В книге
"Современный капитализм" (1902) Зомбарт рассматривает
экономическую историю на большом временном отрезке и
огромном фактическом материале. Здесь он обращается к
родоплеменному строю, рабовладению, натуральному хозяйству
и капитализму. На основе обобщения исторического
материала он строит собственную периодизацию капитализма,
включающую ранний, развитой и поздний этапы. Его концепция
периодизации капитализма "успешно адаптировалась в
социальной науке, сразу получив высокую оценку ведущих
обществоведов Европы" [554].
Как и его учителя Густава Шмоллера, Зомбарта относят
к числу видных экономистов и социологов. И хотя на его
учении заметны следы влияния работ К.Маркса, Зомбарт
сознательно и целенаправленно боролся с историческим
материализмом. Он отрицал существование общественных
классов. Действительно, рассуждал Зомбарт, ни пролетариат,
ни буржуазия внутри себя не являются чем-то целостным.
Напротив, они состоят из различных социальных групп,
которые отличаются друг от друга экономическим положением.
Причем подобные различия чаще всего огромны. Точно
так же и революции не являются "локомотивами истории",
они не разделяют структурно различающиеся периоды или
формации. Революции носят скорее случайный, несущественный
характер [251; 274; 319-325].
2. 7. Немецкая школа социологии труда
и взгляды Г. Зиммеля
Немецкая школа социологии труда и экономической
социологии представляет собой вполне самостоятельное, хотя
и достаточно условное образование. Самостоятельной она
должна быть признана потому, что два ее ведущих представителя,
а именно М.Вебер и Г.Зиммель, по теоретическим
взглядам и методологическим принципам существенно отличаются
и от французской школы социологии труда, и от английской
политэкономии, и от немецкого марксизма, и от немецкой
40 Раздел 1. Исторический контекст творчества М. Вебера
исторической школы. Условным образованием эту школу
надо, видимо, называть потому, что в научной литературе
оно, это образование, в статусе самостоятельной школы еще
не закреплено. Более того, представители исторической школы
являлись реальным научным сообществом, представители
немецкой школы социологии труда являлись номинальным
сообществом, т.е. некой конструкцией, созданной позднейшими
историками социологии для целей аналитического обзора
той эпохи.
Если для французской школы основными темами исследования
выступали разделение труда, коллективное сознание
и солидарность, а для английских политэкономов - законы
накопления и прибавочная стоимость, оборотный капитал и
наемный труд, то для представителей немецкой школы социологии
труда таковыми являлись отчуждение труда, рациональность,
бюрократия, эволюция капитализма, мотивация
экономического поведения.
У М. Вебера и Георга Зиммеля (1858-1918) прослеживаются
сходные теоретические источники. На того и другого
наибольшее влияние оказали идеи немецкой исторической
школы, с представителями которой они поддерживали личные
контакты, учение К. Маркса (это чувствуется в главной работе
Зиммеля "Философия денег"), философия жизни (поздний
период творчества Зиммеля), а самое главное - воззрения
немецкого философа И.Канта (ему посвящены докторская
диссертация Зиммеля и многочисленные работы по методологии)
Главная работа Г. Зиммеля "Философия денег" [316]
была задумана им в 1889 г. первоначально как "Психология
денег". Автор предпринял глубокий анализ влияния денежных
отношений и разделения труда на социальную реальность,
человеческую культуру и отчуждение труда.
Учение Зиммеля часто называют "формальной социологией"
за то, что основным предметом изучения он считал
"чистую форму", фиксирующую в социальных явлениях
самые устойчивые, универсальные черты, а не эмпирически
многообразные, преходящие. В том, как люди ведут себя или
действуют в различных экономических ситуациях, слишком
много случайного, идущего от наших эмоций и желаний.
Индивиды и их желания могут изучаться естественными и
историческими науками. Изолировав как психологические
акты желания, переживания и мотивы от их объективного
содержания, социолог, по мнению Зиммеля, получает нечто, что
не относится к психологии, а составляет сферу ценностей -
область идеального. Социолог изучает идеальное (точнее -
идеациональное), а не психологическое или нравственное.
Но и это еще не все. Настоящий социолог изучает не содержание
индивидуального, а ценности сами по себе, т.е. как
чистые социальные формы. Так, очистив от случайного
человеческие отношения, ученый получает черты вечного -
чистые формы. Из них предлагается строить геометрию
социального мира. Чистая форма есть попросту отношение
между индивидами, рассматриваемыми отдельно от тех объектов,
которые выступают предметом их желаний. Формальногеометрический
метод Зиммеля позволил выделить общество
вообще, институты вообще и построить такую систему, в которой
социологические переменные освобождены от морализаторских
оценочных суждений.
Если проанализировать исходные методологические принципы
Г. Зиммеля, то нетрудно заметить, что перегруженность
абстрактными формулами роднит их с принципами не только
английских политэкономов, но и немецких философов-идеалистов,
в частности Гегеля. В таком случае Зиммель предстанет
некоей компромиссной фигурой, уже оторвавшейся от того
берега, где стоят А.Смит и Ф.Гегель, но не приставшей к
другому, где находится М.Вебер. Однако у Зиммеля есть
несомненные шаги навстречу Веберу. Это выдвижение на
первый план ценностей и чистых форм. Оба конструкта
получат у Вебера дальнейшее развитие. Первый превратится
в принцип отнесения к ценностям, а второй - в методологию
идеальных типов. Думается, что Вебер открыл бы то и другое
и без Зиммеля, ведь уже Маркс вовсю оперировал "чистыми
типами", которые представляли собой те же самые теоретические
модели предмета исследования, какие были у Вебера.
Рассматривая современный индустриальный мир, миграцию
и подготовку рабочей силы, различия между умственным
и физическим трудом, отношения лидерства, господства и
подчинения, денежный обмен на бирже, механизм действия
меновой и потребительной стоимости, наконец, проблемы
социальной и групповой дифференциации, Г. Зиммель проявил
себя еще и как социолог-экономист. Поэтому его "Философию
денег" считают не только "философией культуры", но также
"философией экономики" и "философией труда". Вебер
обращал внимание на то, что в произведениях Зиммеля важнейшее
место занимали социолого-экономические суждения. А
такая оценка в устах социолога, создавшего грандиозную анатомическую
карту мирового капитализма, стоит многого.
42 Раздел Г. Исторический контекст творчества М. Вебера
Именно категория денег послужила Г.Зиммелю тем
увеличительным стеклом (для Э. Дюркгейма подобную функцию
выполнило разделение труда), благодаря которому
удалось лучше рассмотреть скрытые механизмы социальной
жизни, общественный труд в его нормальных и патологических
формах. Деньги - чистая форма экономических отношений
и экономическая ценность одновременно. Под ценностью надо
понимать то, что привлекает наш интерес к конкретной вещи,
сделанной человеком.
Сама по себе ценность выступает фундаментальным
отношением, определяющим все другие отношения в обществе.
Над миром конкретного бытия, считает Зиммель, возвышается
мир идеальных ценностей, выстраивающий совершенно иную
иерархию вещей и отношений, чем та, которая существует в
материальном мире. Два мира - материальный (мир вещей)
и идеациональный (мир ценностей) сосуществуют, как пересекающиеся
вселенные, как два измерения одного мира - здесь
и сейчас одномоментно. Человеку даже не надо прилагать
усилий, чтобы перейти из одного измерения в другое. Надо
лишь помнить, что любой продукт, созданный человеческими
руками, - а общество сплошь состоит из таких объектов -
двойственен по своей сущности. Любой продукт труда имеет
двойственную природу. И это исходный пункт социологической
теории труда Г. Зиммеля, так же как деньги - исходный
пункт социологической теории экономики Г. Зиммеля. Продукт
труда зарождается в материальном мире, ибо создается
физическими усилиями, но принадлежит и получает свое
истинное значение (ценность) в другом, идеациональном
мире, где функционирует как товар, сгусток экономических
отношений.
Подчеркнем важность данных положений. Г. Зиммель
совершил настоящий переворот в социологии, который, к
сожалению, из историков науки никто не заметил. Через
двойственную природу продукта труда методологически
соединились в одно целое две социологии - социология труда
и экономическая социология. Между ними нет пропасти. Хотя
во второй половине XX века подавляющее большинство
советских социологов, особенно заводских, не осознав зиммелева
переворота, пытались свести социологию труда к миру
физических факторов, а экономическую социологию - к миру
идеальных отношений. В частности, на предприятиях они
описывали санитарно-гигиенические условия труда, степень
физической тяжести труда, круг функциональных обязанностей,
утомляемость и другие факторы, которые можно, пусть
и косвенно, пощупать, увидеть, измерить и тем самым удостоверить
их принадлежность к физическим, технико-экономическим,
социально-психологическим факторам. Согласно же
Зиммелю так поступать нельзя. Неправомерно разрывать единую
суть продукта труда. Он двойственный и он единый.
Продукт труда двойственный и в другом смысле: он
представляет собой единство физических и умственных затрат,
которые должны оцениваться обществом по-разному. Иначе
говоря, они неравноценны. Продукты высококвалифицированного
труда ценимы выше, чем неквалифицированного. Ценимы
не каким-то отдельным работодателем, пусть им будет даже
коллективный работодатель типа государства, а объективно,
т.е. независимо от воли и сознания людей. Продукты высококвалифицированного
труда стоят на шкале вечности, если
можно так выразиться, выше продуктов малоквалифицированного.
И они будут стоять выше до тех пор, пока существует
человеческое общество. Это универсальный закон существования
любого общества. А если его нарушить? Что тогда?
Г.Зиммель не строит прогнозов, что произойдет тогда. Он
вообще многого недосказывает. За него это должны сделать
потомки. Им-то виднее, что происходит в таком обществе, где
носители малоквалифицированного труда, которых именуют
латинским словом "пролетариат", объявляются гегемоном общества
и возводятся на вершину социальной пирамиды, а носители
интеллектуального труда низводятся до уровня парий.
Создав свой вариант ценностной теории труда (свой,
потому что в истории науки можно насчитать несколько
вариантов ценностной теории труда), Г.Зиммель объявляет
войну получившей широкое распространение трудовой теории
стоимости Маркса-Смита. По мнению Зиммеля, последняя
предполагает вещи, с которыми никак нельзя согласиться, а
именно: 1) редукцию (сведение) сложного труда к простому;
2) установление наименее ценного - физического труда - в
качестве масштаба и эталона вообще всех видов конкретного
труда; 3) онтологизацию "мускульного труда", т.е. его
признание в качестве первичной ценности, фундаментальной
реальности; 4) девализацию умственного труда, принятие его
как второстепенной ценности.
К чему может привести общество, которое вооружилось
бы марксовой теорией? Известно, к чему. В социалистическом
обществе последовательно и практически в неограниченном
масштабе проводился социальный эксперимент по редукции
труда сотен миллионов людей, включая сведение сложного
труда до такого состояния или вида конкретного труда,
44 Раздел 1. Исторический контекст творчества М.Вебера
который трудом и не назовешь. Сотни тысяч в прошлом
интеллигентных людей высшей квалификации, получив политический
приговор, занимались в сибирских лагерях рабским
трудом, который часто не приносил никакой общественной
пользы (типа строительства канала), а использовался лишь
для того, чтобы как-то убить время зека. Средства массовой
информации на протяжении 70 лет внушали населению, что
самым почетным и нужным обществу является физический
труд, что рабочий человек - самое уважаемое призвание,
а родители почему-то старались пристроить детей в вузы и
навсегда избавить их от работы на заводе или стройке.
В противовес марксизму Г. Зиммель создает и обосновывает
иную шкалу ценности видов труда, которая лежит
сегодня в основе постиндустриальной цивилизации. Возможно,
что в индустриальном обществе труд рабочего класса был
самым необходимым и наиболее массовым. Хотя это не
означает, что он являлся самым ценным трудовым ресурсом.
И уж тем более он не является таковым в постиндустриальном
обществе, где господствующие позиции занимает сфера
обслуживания и информатики. Именно здесь производится
основная часть валового национального продукта. Именно
здесь занято большинство населения. Работники умственного
труда наконец-то продемонстрировали не только свою ценность,
но приоритетность и господство над работниками
физического труда. Теория Маркса, идеолога рабочего класса,
ушла в прошлое вместе с индустриальным обществом.
Впрочем, почему только сегодня интеллектуальный труд
доказал свое превосходство над трудом физическим? А разве
раньше было иначе? Разве в эпоху вождеств и родоплеменного
строя шаманы, военачальники, вожди, воины и прочие
категории, занимавшиеся умственным трудом, получали
меньше и ценились ниже, чем другие группы населения? Нет,
конечно. Таким образом, закон ценностного приоритета
умственного труда перед физическим, который открыт был еще
в античности, а теоретически обоснован в новое время впервые
Г.Зиммелем, имеет универсальное историческое значение.
Через категории "труд", "отчуждение", "ценности" Г. Зиммель
выходит на феноменологию капитализма. Возникновение
денег разрушает личностный характер отношений между
людьми. Их место занимают анонимные, безличные отношения.
Этот, казалось бы, негативный момент в социальной эволюции
имеет неожиданные позитивные следствия: вместе с денежным
расчетом и анонимностью в человеческие отношения вторгается
рационализм. Проникшая в сферу делового предпри-
нимательства рациональность формирует совершенно новый
тип человека - принципиально открытого для отчуждения
и денежного расчета. Его субъективный мир незащищен перед
неумолимой логикой объективации. Деньги - символическая
мера равенства людей перед небытием. В чистом виде деньги
сначала отражают ценностное отношение вещей (хронологически
раньше люди стали сравнивать друг с другом и
оценивать две вещи как два товара), а затем проникают в мир
человеческих отношений и становятся мерой ценностного
отношения людей. Деньги уравнивают людей (негативное
равенство) как производителей или потребителей вещей,
созданных человеческим трудом. По мере того как вещь из
цели превращается в средство достижения чего-либо, работник
все больше отчуждается от продукта и средств труда.
Нельзя сказать, что Г. Зиммель создал социологию отчуждения.
Если кто и имеет право претендовать на титул первооткрывателя,
так это К. Маркс. Собственно, авторство социологической
теории отчуждения историки приписывают
именно ему. Тем не менее возьму на себя смелость утверждать,
что у Г.Зиммеля и М. Вебера эта теория прописана глубже,
интереснее, мощнее. Марксу отчуждение служило идеологической
ширмой, за которой скрывалась политизированная
теория исторической миссии пролетариата. Иными словами,
к разработке проблемы он подходил предвзято - с партийных
позиций. У Вебера и Зиммеля нет и следа сочувствия какимлибо
слоям или классам современного общества, нет и моралистической
оценки феномена: отчуждение - это и плохо и
хорошо. Оно, если выражаться точнее, ценностно нейтрально.
В дальнейшем мы убедимся в том, что отчуждение управления
от рабочих у М. Вебера играло положительную роль. Без него
вообще не состоялось бы ни профессионализации управления,
ни превращения менеджмента в ведущий социальный и
экономический институт общества, а менеджеров - в ведущий
класс постиндустриального общества.
Так или иначе, но некоторые предвосхищения М. Вебера
были бы невозможны без предварительных или одновременных
проработок проблемы его соотечественником и близким
другом Г.Зиммелем. У них много общего.
Г.Зидшель и М.Вебер разработали принципиально новую
методологию социального познания, совершив коперниканский
переворот в социологии. С них да еще с Э. Дюркгейма она
собственно и начинается как строгая научная дисциплина.
Главными инструментами у них выступают особые абстрактные
конструкты - чистая форма у Зиммеля и идеальный тип
46 Раздел 1. Исторический контекст творчества М. Вебера
у Вебера, - с помощью которых изучаются не эмпирически
существующие факты, а мысленно создаваемые сущности [93;
100; 109; 315-317; 395].
ОБЩЕСТВО СОЦИАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ И
ЭМПИРИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ М. ВЕБЕРА
Наряду с перечисленными выше научными школами и
социологическим учением Г. Зиммеля в число теоретических
предшественников М. Вебера необходимо зачислить Общество
социальной политики [44; 67; 250; 301]. Правда, данный источник
с большой натяжкой может быть назван "теоретическим",
ибо речь пойдет только об одной сфере деятельности этого
Общества, а именно о проведении эмпирических исследований.
Но поскольку М.Вебер много и плодотворно сотрудничал с
Обществом социальной политики в значительной мере именно
на эмпирическом поприще, оставить эту организацию за рамками
исторического анализа нельзя.
В 80-90-е гг. XIX в. эмпирическая социология в Германии
зарождалась как паллиативная наука - через заимствование
и подражание французским и английским образцам.
(В 60-е гг. XX в. точно так же формировалась и советская
социология). Созданное в 1872 г. Общество социальной политики
(наверное, сходную роль в СССР сыграл ИКСИ АН
СССР, учрежденный в 1968 г.) стало основной организацией,
где создавались научные каноны эмпирической социологии и
проводились практические исследования. До прихода сюда
Вебера Общество заметными успехами не отличалось: кустарные
методики, примитивная техника перевода социальных
проблем - минуя разработку понятий и переменных - прямо
в формулировку вопросов, нечеткий подбор респондентов и
экспертов. Главная причина таилась в отсутствии у социальных
политиков глубокого интереса к методологии. Заимствование
методики и технических процедур к успеху не вело и
привести не могло, ибо составителям анкет оставалось неясным
наиважнейшее: как работает построенная ими методика, что
содержательно она измеряет, соответствует ли то, что они получили
"на выходе", тому, что задумывалось "на входе".
Впервые серьезное внимание на методологию исследования,
правильную формулировку вопросов обратил М. Вебер.
Благодаря его усилиям эмпирическая деятельность Общества
поднялась на качественно новый уровень.
Ядро Общества составляла группа университетских профессоров,
никогда по-настоящему не работавших "в поле", но
озабоченных политической обстановкой в стране. Как убежденные
либералы они считали, что прогресс страны достижим
только на пути постепенных социальных реформ, например,
облегчения участи промышленных рабочих и наемных аграриев.
Судьба социальных реформ на предприятии зависела
прежде всего от предпринимателей, и для их проведения
необходимы были убедительные аргументы. Наиболее убедительными
являлись, как и сейчас, факты, которые собирались
через систему регулярных опросов. Разослав анкеты, социальные
политики затем сортировали присланные ответы по географическим
регионам, попросив добровольцев из числа
членов Общества проанализировать их. Поначалу, видимо,
Вебер был одним из них и поступал как прочие. Обычно
в публикуемых материалах один за другим следовали разделы
и обширные таблицы, касающиеся доходов, бюджета и т.п.
Значительная часть веберовского отчета была посвящена
описательным таблицам [301]. Он выделялся немногим: Вебер
в Обществе был только аналитиком и сравнивал свой
материал с результатами более ранних исследований, дабы
обеспечить сравнительно-историческую перспективу.
Характерной чертой являлись ежегодные собрания Общества,
где профессура с приглашенными министерскими работниками,
промышленниками и представителями профсоюзов
детально обсуждала итоги исследований и содержание отчетов.
Вместо традиционного сообщения о выводах исследования
Вебер в 1893 г. поставил на повестку дня политические
вопросы. Он вызвал всеобщее удивление, заявив, что в силу
экономических причин землевладельцы Восточной Пруссии
импортируют польских крестьян-издольщиков, а страдают
интересы самой Германии. В связи с этим оказывалось весьма
сомнительным использов
...Закладка в соц.сетях
