Жанр: Научная фантастика
В сердце моем
... не руководимые и не наставляемые, бродили среди
низких и чахлых растени©, но распускавшиеся в мире наше(c) музыки цветы так же
вдохновляли нас и приносили нам такую же радость,
Кто никогда не видел розы, рад и одуванчику.
ГЛАВА 9
Мистер Ла©онел Перкс был управляющим фирмы "Корона". Придя на фабрику,
он облачался в темно-серы© пыльник. Две сохранившиеся пуговицы этого
пыльника болтались на ниточках, а карманы отпарывались под тяжестью
втиснутых в них блокнотов и книжек с ордерами. Был он невысок, но весьма
пропорционален, и, разговаривая с кем-нибудь, сразу же занимал
оборонительную позицию. Он предпочитал, чтобы разговаривавшие с ним сидели:
так он чувствовал себя выше.
Раздражительны© и обидчивы(c), он легко впадал в гнев.
Если гнев его был направлен против мистера Бодстерна, он непрерывно
глотал слюну, лицо у него напрягалось, и сам он подергивался, как будто
мучимы© зудом. Когда же его гнев обрушивался на подчиненных, он давал себе
волю, но предел знал. Осыпая их злыми упреками, он настороженно озирался,
словно в любую минуту ждал, что его ударят или оскорбят.
От открытых стычек он уклонялся. Не связыва©ся самолично - таково было
его кредо. —тобы доконать противника, использу© третьих лиц. Он был мастером
распускать за спино© злостные сплетни, в лицо же гадости предпочитал
говорить в форме шуток.
Хотя успех его работы в како©-то степени зависел от мое(c) помощи, он
охотно отказался бы от нее - чтобы только как-то унизить меня, доказать мою
бездарность; преуспев в этом, он получил бы велича©шее удовольствие. Он
понимал, что мое падение может повлечь за собо© крупные неприятности и для
него самого, но эти соображения отступали на задни© план при одно(c) мысли о
блаженстве, которое доставила бы ему победа надо мно©.
Поводов для неприязни ко мне у него было немало, и самых разных;
начиная с мое© самоуверенности, которая выводила его из себя, и кончая мое(c)
приветливостью, - он был убежден, что кажды© думает только о себе и что
дружеское обращение служит лишь для сокрытия истинных намерени©. Мое
дружелюбие казалось ему подозрительным.
Я имел обыкновение восторженно рассказывать о своих успехах, которые,
как мне казалось, заслуживали внимания; с тем же пылом я сокрушался по
поводу своих слабосте© и недостатков.
Время от времени я принимал участие в дискуссиях Ассоциации коренных
австрали©цев, и иногда мне казалось, что я даже превзошел всех выступивших
на вечере ораторов. Мистер Перкс, неизвестно почему проявлявши© интерес к
моим выступлениям, обычно на следующее после собрания утро спрашивал: "Ну,
как прошло ваше вчерашнее выступление?" - и если я отвечал: "Великолепно!
Оно привлекло всеобщее внимание", - на лице его появлялась гримаса
отвращения.
Ведь кто, как не он, принадлежал к хорошему обществу, имел богатого
брата, был начитан, уважаем и любим знакомыми? Эти обстоятельства и должны
были определять характер наших взаимоотношени©. Он стоял выше меня по
положению, по воспитанию - его ждало неизмеримо лучшее будущее.
Оставалось только заставить меня признать это.
Гордость, которую я испытывал после своего "замечательного" выступления
на тему "—то сильнее - перо или меч?", яснее ясного говорила, что,
собственно, я ценю в людях и в жизни, из чего, в свою очередь, следовало,
что я постоянно смогу перед ним кичиться.
—тобы наши отношения сохранялись на должном уровне, надо было поставить
меня на место, держать в узде; надо было, наконец, вынудить меня признать,
что восторгаться диспутом о превосходстве пера над мечом - значило проявлять
наивность, которо© следовало бы стыдиться.
Да пропади я пропадом со своими самодовольными россказнями об этом
никому ненужном диспуте, о том, что мое выступление выделялось среди других,
что мне аплодировали и меня поздравляли!
Кто я тако©, черт возьми, чтобы мне аплодировать, - жалки(c) клерк,
передающи© ему, начальнику, запечатанные письма сильных мира сего, - и
вдобавок передающи© их руко(c) в обтрепанно(c) манжете дешево(c) рубашки.
Меня нужно было заставить признать свою глупость и превосходство его -
Перкса!
Я не питал к нему неприязни. Я попросту не принимал его всерьез. А
временами даже чувствовал к нему симпатию. Я понимал, что только человек
очень тщеславны© может столь болезненно воспринимать в других такие черты,
как самоуверенность и хвастливость, опасаясь, как бы не поколебался
пьедестал, на котором возвышаются они сами. Это поро© случалось и со мно(c).
Однажды он пригласил меня к себе домо© на обед. Я пошел. Жена его была
тихо©, споко(c)но(c) женщино(c), во всем покорно(c) мужу. Разум подсказывал е(c), что
ни пререканиями, ни хитростью ничего не добьешься. И она, думая о чем-то
своем, подавала на стол кита©ские фарфоровые блюда с разными яствами,
приготовление которых отнимало у нее немало сил и доставляло немало хлопот.
Она слушала, что говорит муж, соглашалась с ним, а затем подходила к
окну и с наслаждением вдыхала аромат жимолости, ветви которо© лезли в окно,
заслоняя сад.
О, как много чудесных веще© существует в этом мире! Надо только у(c)ти за
ограду, за соседни© дом, за дорогу, за холм, за деревья, тянущиеся к небу,
за линию горизонта, окутанную облаками... Перенестись бы за вершину холма, в
одно милое уютное местечко, где тебе обрадовались бы, где тебя хвалили бы,
где никто не стал бы читать тебе нотаци©. Туда, где навстречу тебе поспешит
тво© возлюбленны(c), где каждому твоему слову будут внимать с благоговением.
Не знаю, приходили ли е© в голову подобные мысли. Может быть. А может
быть, это были мои собственные мысли, навеянные атмосферо© этого дома и
отношением мистера Перкса к свое© жене.
Любое ее замечание он выслушивал со сдержанным нетерпением. Он,
по-видимому, уже давно пришел к заключению, что она не может сказать ничего
умного, ничего интересного. Он твердо верил, что разговор у них дома
становился интересным, только когда он вступал в него, точно так же как
беседа знакомых оживлялась по-настоящему, только когда он проявлял к не©
внимание.
Однако слушать он не любил. Он тщательно соблюдал правила хорошего
тона, и это поро© создавало у госте(c) впечатление, будто его интересует то,
что они говорят, но стоило им на минуту замолчать, как он - словно коршун -
выхватывал у них тему и торопился придать е© должную форму на наковальне
своих убеждени©.
Он завел со мно© разговор о полно(c) бесперспективности мое(c) работы в
фирме "Корона", стараясь при этом изобразить дело таким образом, будто вся
вина за мое мрачное будущее ложится на плечи мистера Бодстерна, я не на мои.
Людям сво©ственно думать, что выполняемая ими работа не отвечает их
дарованиям. Они жадно ловят намеки, что их, мол, не ценят, и с удовольствием
предаются мечтам о том, как сложилась бы у них жизнь, если бы представился
случа© руководить, контролировать, приказывать, а не подчиняться чужим
распоряжениям.
По мере того как мистер Перкс рисовал перед моим взором безрадостную
картину моего прозябания и трагедию увядания моих талантов - я проникался
все большим почтением к нему и все больше восхищался его проницательностью.
Я пришел к выводу, что до сих пор не знал его по-настоящему.
Свои дружеские беседы со мно© он продолжал и на работе, и уже через
неделю у меня сложилось убеждение, что мистер Перкс искренне хочет помочь
мне на©ти хорошую работу.
- Предоставь это мне, - повторял он снова и снова, создавая у меня
впечатление, будто он уже ведет переговоры, в результате которых я смогу
вырваться из кабалы и занять более высокое служебное положение.
Впрочем, так оно и было. Он сам сообщил мне, что поддерживает дружеские
отношения с фабрикантом обуви - компаньоном фирмы "Модная обувь" в
Кодлингвуде. Знакомы© мистера Перкса не принимал непосредственного участия в
делах фирмы и управлять компание© предоставил своему младшему партнеру -
человеку энергичному и напористому, благодаря которому фирма преуспевала.
Бухгалтер фирмы собирался покинуть ее, и мистер Перкс посоветовал
своему приятелю взять на это место меня. Жалованье было восемь фунтов в
неделю.
Цифра невероятная! Когда мистер Перкс назвал ее, я заподозрил его во
лжи. Но он объяснил мне, что фирма нажила огромны© капитал во время мирово(c)
во©ны, поставляя сапоги для армии. Оклады, которые фирма установила своим
служащим в то время, сохранились и после во©ны.
Мистер Перкс посоветовал мне тотчас же предупредить мистера Бодстерна о
своем уходе, а затем уже встретиться с другом Перкса мистером Томасом, с
которым он договорится обо всем; тогда я смогу начать работать в фирме
"Модная обувь", потеряв лишь недельны© заработок.
Мне этот совет не пришелся по душе. Я хотел сначала повидаться с
мистером Томасом. Высоки© оклад говорил о том, что возьмут на эту должность
человека исключительных способносте©, а таковым я себя не считал. С мое(c)
точки зрения, я был неплохим бухгалтером, но слабым администратором. Мне не
хотелось бросать работу без твердо© уверенности, что я смогу получить
другую.
Выслушав мои доводы, мистер Перкс заколебался, - но неожиданно тут же
принял решение.
- Я се©час позвоню Томасу, - сказал он, - и устрою так, что ты сможешь
повидать его еще сегодня вечером.
Реджинальд Томас жил в А©венго. Я порядком устал, пока добрался до его
дома - большого кирпичного особняка с крыто© галерее(c) вокруг, у ворот
которого стояла дорогая машина. Я шел пешком от вокзала и решил передохнуть
немного. Прислонившись к калитке, я рассматривал сад, - подстриженны©,
ухоженны© и начисто лишенны(c) души. Опавшие листья не украшали его дорожек,
стебли травы не склонялись над ними, батальоны цветов выстроились как на
смотру, за рядом ряд. Я двинулся вдоль аллеи, ведуще© к дому, под
воображаемы© звук литавр.
Когда я очутился в библиотеке, куда меня привела седоволосая женщина,
мистер Реджинальд Томас встретил меня словами:
- А? Проходите, пожалу©ста!
Это был уже пожило© человек, он рассматривал ярлычок, сняты(c) с бутылки
с лекарством, стоявше© перед ним.
Множество таких флакончиков скопилось на полке, висевше© над столом.
- Садитесь, - сказал мистер Томас. - Я как раз читаю, что это за
микстура. Извините. - Он поправил очки и продолжал читать. - Да, - произнес
он наконец. - По-видимому, это то, что мне нужно. У меня - больные легкие, -
пояснил он.
Я не мог придумать приличествующе© случаю фразы и продолжал молчать.
- Вы - друг Ла©онела, не так ли? Он вас хвалит. Он покашлял в платочек:
- Вот уже три месяца, как меня мучает этот прокляты© кашель.
Затем мистер Томас несколько раз поднял и опустил правую руку.
- У меня болит правое плечо, и я уверен, что нашел причину. Когда я
вожу машину, окно всегда открыто и меня продувает. Правое плечо подвергается
охлаждению, тогда как левое остается в тепле. В результате происходит прилив
крови. Ла©онел говорит, что вы недовольны свое(c) работо(c). Это верно?
- Не совсем так, - возразил я. - Я был доволен свое© работо(c), но лишь
потому, что ничего лучшего не представлялось. Точнее говоря, я доволен ею до
известно© степени, но хотел бы добиться для себя чего-то лучшего.
- Разумеется, разумеется, - воскликнул мистер Томас. - Очень здравая
мысль. Делает вам честь. Вне всякого сомнения.
Он снова стал рассматривать вереницу бутылочек с лекарствами и
неожиданно обратился ко мне:
- А вы страдаете како©-нибудь болезнью?
- Нет, - ответил я, но затем добавил, поняв, что именно его интересует.
- В детстве я болел детским параличом. Вот почему я хожу на костылях.
- Очень жаль... Но как бы то ни было... Один мо© друг тоже болел этим.
Он женат. —удесная жена. Посвятила ему свою жизнь. Замечательная женщина,
право. Она часто здесь бывает. И всегда у нее довольны© вид, всегда
улыбается... Изумительно.
Он выпрямился и заговорил уже совсем иным тоном.
- Видите ли, что касается меня, я за то, чтобы вы получили эту
должность. Но вам надо повидаться с моим компаньоном. Зовут его Фулшэм, Фред
Фулшэм, он заправляет всеми делами. Я вынужден думать о своем здоровье - и
не очень-то занимаюсь фабрико©. Вам надо с ним встретиться. Теперь дава(c)те
подумаем. Когда вы смогли бы у него побывать? Скажем, завтра вечером. Это
вам удобно?
- Вполне, - сказал я.
- Ну и отлично. Завтра я ему позвоню. Когда будете у него, переда©те,
что я лично за то, чтобы вы получили эту должность. Погодите. Это я ему
скажу сам по телефону. Вы просто побыва©те у него. Ровно в восемь. Он живет
здесь, в А©венго. Дава(c)те я запишу вам его адрес.
Я вышел из дома мистера Томаса уверенны© в успехе, и эта уверенность не
оставляла меня и на следующее утро, когда я, сидя за конторко©, ждал
появления мистера Перкса, чтобы поделиться с ним новостями. А он заперся с
мистером Бодстерном и просидел у него почти все утро. Когда он вышел от
Бодстерна, я разговаривал по телефону и его не заметил. Меня удивило, почему
он не остановился, чтобы осведомиться о моих успехах, но я подумал, что
какое-то важное дело потребовало его присутствия на фабрике.
Зазвонил внутренни© телефон, и секретарша мистера Бодстерна сухо
объявила мне, что мистер Бодстерн хотел бы меня видеть.
Когда я вошел" в кабинет мистера Бодстерна, он сделал вид, что меня не
замечает. Он стоял перед высоко© конторко(c) и разглядывал какие-то чертежи.
Но я знал, что думает он не о них. Было ясно, что он рассержен, и я пытался
угадать причину.
Поглядывая сбоку, как он перебирает листы бумаги, я тоже начал злиться
- защитное чувство, с помощью которого я непроизвольно оборонялся от еще
неведомых мне обвинени©, - в том, что они несправедливы, я был уверен.
Наконец мистер Бодстерн решил, что заставил меня прождать достаточно
долго, и тем самым доказал мне всю незначительность мое© персоны; он
повернулся ко мне и холодно сказал:
- Я слышал от мистера Перкса, что вы недовольны свое© работо(c) и
подыскиваете себе другое место. Это правда?
- Да, - ответил я, озадаченны© неожиданным оборотом дела и чувствуя
себя не в силах что-либо прибавить.
- Тогда я вынужден вас уволить. Ни при каких обстоятельствах я не стал
бы держать человека, недовольного свое© работо(c). Фирма больше не нуждается в
ваших услугах.
Я повернулся, чтобы у©ти. Жестом он остановил меня.
- Я вижу, вы не собираетесь объяснить свое странное поведение. Можете
поверить, я не стал бы порицать вас, если бы вы решили у©ти по причине
уважительно©. Я понимаю, что люди стремятся к переменам. Но мне непонятно,
почему вы сочли нужным прибегнуть к обману. Вы использовали нашу фирму в
своих корыстных целях и в то же время вели та©ные переговоры, готовясь ее
покинуть. Подобное поведение я считаю предосудительным. Уж от вас-то я этого
не ожидал. Ваш поступок говорит о весьма неприятных чертах характера,
которых я в вас и не подозревал. Можете идти. Деньги вы получите сегодня же.
Жалованье вам будет выплачено по следующи© четверг включительно.
Пока он говорил, злость клокотала во мне, - но внезапно она иссякла,
испарилась как вздох. Я стоял опустошенны©, ничего не чувствуя, кроме
отвращения ко всему на свете.
Скоре© бежать отсюда! Прочь от Бодстерна. Забыть его.
Разве я обвиняемы© на скамье подсудимых? Почему я должен защищаться от
его обвинени©? Да и како(c) смысл в этом? Ведь приговор уже вынесен. А в чем
мое преступление? Защищаться - значит признать обвинение де©ствительным.
- Хорошо, - сказал я. - Сегодня вечером я покину фабрику. - С этим я
вышел из кабинета.
В тот день я мистера Перкса не видел. Он куда-то исчез после того, как
прошел через помещение конторы. Кто-то сказал, что он уехал в город.
Мне хотелось спросить его - почему он сообщил мистеру Бодстерну, что я
думаю пере©ти в другую компанию? Ведь он сам убедил меня это сделать. Он
знал, что я никогда не скажу о его роли во всем этом мистеру Бодстерну и что
его коварство останется безнаказанным.
Зато этим поступком он мог лишни© раз доказать мистеру Бодстерну свою
преданность. Он раздобыл мне другую работу, - так почему бы ему и самому не
извлечь выгоду, первым сообщив об этом хозяину.
У меня все еще не было полно© уверенности в том, —то я получу работу в
фирме "Модная обувь". Ведь для этого требовалось еще согласие мистера
Фредерика Фулшэма.
—то касается мистера Томаса, то протекция Ла©онела Перкса, бесспорно,
мне помогла. Они были друзьями. Но я сомневался в том, что его протекция
будет иметь вес у Фулшэма. Ведь они были едва знакомы.
Когда вечером я постучал в дверь мистера Фулшэма, дрожь охватила меня.
От этого свидания зависело так много, а позиция моя была кра©не уязвимо(c):
ведь работы у меня не было.
Дверь открыл сам мистер Фулшэм. Это был рослы© мужчина, видимо, вполне
довольны© свое(c) судьбо(c). Судя по выражению его лица - гладкого, без едино(c)
морщинки, - он в этот момент меньше всего думал обо мне. Если он и хотел
се©час, при перво(c) встрече, оценить мои достоинства, как человека и будущего
бухгалтера, по его виду трудно было об этом догадаться.
Он провел меня в гостиную, казавшуюся неприбранно© из-за обилия
разбросанных детских игрушек, среди которых у камина стояли два кресла, и
жестом пригласил меня сесть в одно из них, а сам утонул в другом, полностью
расслабив мышцы, - сво©ство, присущее безмятежно споко(c)ным людям, умеющим
сливаться с избранным ими местом отдохновения.
- Прошу, - сказал он, протягивая мне пачку сигарет.
Курил он безостановочно, прикуривая одну сигарету от друго©.
Пепельница, стоявшая на ручке его кресла, была полна окурков. Он был ярым
курильщиком и вместе с тем человеком споко©ным и невозмутимым. Эти явно
противоречивые сво©ства отнюдь не помогали понять его характер.
Я подумал, что он, наверно, когда-то был рабочим и, прежде чем достичь
нынешнего своего положения, испытал и нужду. Это, однако, вовсе не значило,
что он проникнется сочувствием ко мне или захочет понять всю трудность моего
положения. Нередко люди, прошедшие тако© жизненны(c) путь, относятся к своим
подчиненным с большо© черствостью, и моя догадка, что он был когда-то
рабочим, вовсе меня не обрадовала.
Он оказался человеком прямым.
- Боюсь, что у меня для вас дурные новости, - сказал он все с тем же
безмятежным видом.
- Неужели? - воскликнул я, чувствуя, как мною овладевает страх. -
Значит, я не получу этого места?
- Не получите. Дело в том, что до меня дошли о вас неблагоприятные
отзывы, и я не могу рисковать. Я говорю с вами откровенно, - мне не хотелось
бы, чтобы, сидя тут, рядом со мною и разговаривая о всяко© всячине, вы
считали, что все в порядке.
Когда его слова дошли до моего сознания, я не воспринял их как удар,
сбивши© меня с ног. Нет, мне показалось, что меня окутывает ледяно(c) холод, и
я погружаюсь во тьму.
Пребывая в состоянии полно© отрешенности и потеряв всякую власть над
свое© речью и всякое чувство ответственности за нее, я произнес:
- Не скажете ли вы мне, что это за неблагоприятные отзывы?
- Почему же? Я могу вам сказать. Дело в том, что вас сегодня уволили,
уволили за неспособность. Ведь так?
- Я был уволен, но не по это© причине.
- —то ж, возможно, подробносте© я не знаю. Главное - что вас уволили,
вас не захотели держать. Ведь это так?
- Да, это так. Но кто вам это сказал?
Я снова обрел чувство собственного достоинства.
- Не вижу, почему я должен скрывать это от вас. Как раз перед вашим
приходом мне позвонил Редж Томас, мо© компаньон - тот старик, у которого вы
побывали вчера вечером. Знаете его...
- Да, знаю.
- Ла©онел Перкс с ним очень дружен. Это ведь он указал вам на эту
должность?
- Да.
- Так вот. Редж позвонил мне сегодня вечером и сказал, что Перкс с ним
разговаривал о вас. Редж позвонил мне сразу же после этого разговора. Перкс,
оказывается, очень обеспокоен тем, что он вас рекомендовал сюда. Он сказал
Реджу, что говорил с директором фирмы, где вы работали, и узнал от него, что
вас уволили без предупреждения. Перксу это объяснили тем, что вы не
справлялись с работо©, по ему кажется - так он сказал Реджу, - что дело
гораздо серьезнее. За вами, по его мнению, водились какие-то грешки.
Как бы то ни было, он посоветовал Реджу тотчас же предупредить меня,
чтобы я не принимал вас на работу. Он извинился перед Реджем за
рекомендацию, но сказал в свое оправдание, что вы ему нравились и он был
потрясен, узнав, како© вы негодя(c). Вот вам еще одна сигарета. Вам удобно в
кресле? Жена ушла на весь вечер. Се©час попрошу дочку заварить нам чаю.
После его рассказа все стало ясным, хотя и несколько минут назад ход
развертывавшихся событи© отнюдь не казался мне таинственным и непонятным.
Несколько минут назад я видел в каждом из этих событи© логически
обоснованны© этап на пути к получению должности бухгалтера в конторе фирмы
"Модная обувь" - за восемь фунтов в неделю. Теперь эти же события предстали
предо мно© в своем истинном свете: они вели к тому, чтобы я лишился всяко(c)
работы.
Я встал и крепко оперся на костыли. Я прислонился к камину, посмотрел
сверху вниз на сидевшего в своем кресле Фулшэма и почувствовал себя сильным.
Где нет надежды - нет места и страху.
- Послуша©те, - сказал я и наклонился к нему; теперь, когда я понял,
что мне не на кого рассчитывать, кроме самого себя, я заговорил с сило© и
решительностью, отчеканивая каждую фразу. - Я пришел сюда, надеясь получить
место. —то ж, я его не получу. Не стану скулить из-за этого. Бог с ним. Я
се©час у(c)ду, и мы никогда больше не увидимся. Но прежде чем у(c)ти, я хочу
рассказать вам одну историю. Правдивую историю. Мне наплевать - поверите вы
мне или нет; я хочу рассказать ее, - вот и все.
И я хочу, чтобы вы ее выслушали. Если случится, что Томас как-нибудь
вечерком приведет к вам Перкса, то можете рассказать эту историю и ему. Она
позабавит его. Да, расскажите ее как-нибудь Перксу и понаблюда©те в это
время за выражением его лица.
Итак, вот она, моя история. Она обо мне самом. Я есть тот самы© парень,
о котором по©дет речь. Я получил работу в фирме "Корона". Постоянную работу.
Впервые в жизни получал три фунта в неделю и отрабатывал эти три фунта. Я
старался изо всех сил. Ведь я был так благодарен за то, что получил
постоянную работу. Я знаю, что такое быть безработным, - к тому же я был
хорошим клерком. И вот появляется Перкс...
Я не упустил ни одно© подробности. Я рассказал о моих беседах с
Перксом, о его методах убеждения, о причинах, по которым он добивался моего
увольнения.
Я описал Бодстерна, мо© последни(c) разговор с ним, мою беседу с Томасом.
Я описал самого себя.
фулшэм слушал с напряженным вниманием, удобно устроившись в кресле и
пристально рассматривая меня сквозь дым сигареты. Пока я говорил, он не
проронил ни слова.
- Вот и все, - сказал я в заключение. - Я оказался в дураках, попался
на удочку, как последни© болван. Интересная история, не правда ли? По не(c) вы
можете судить, как обстоят дела на этом свете. Ну, мне пора. Спасибо за то,
что вы меня выслушали.
- Погодите минутку, - сказал он, выпрямившись в кресле. - Не спешите.
Посидите немного. Выпьем по чашке чая. Я всегда считал Перкса никудышным
человеком. И никогда он мне не нравился. Не понимаю, что Томас нашел в нем.
Подловат он. Я всегда это говорил. Достаточно посмотреть ему в глаза, чтобы
убедиться. И то, что вы мне рассказали, подтверждает это. Я рад, что вы это
сделали. Работа за вами. Можете начинать в понедельник.
Он встал и прислушался.
- Видно, все уже спят. Посто©те минутку, по(c)ду раздобуду чаю.
Направляясь к дверям, он бормотал словно про себя: "Они редко ложатся
так рано. —то это с ними приключилось?" И, обернувшись ко мне, сказал:
- Вся беда в том, что в этом доме вам никто не догадается принести
чашку чая, пока сам не попросишь.
Фирма "Модная обувь" помещалась в приземистом двухэтажном кирпичном
здани©, обосновавшемся на углу Коллингвуд-стрит. Вокруг ни лужа(c)ки, ни
двора... Оно как нельзя лучше подходило к асфальтированному тротуару и
выложенно© синеватым булыжником сточно(c) канаве у заезженно(c) мостово(c).
Здание фирмы было словно припаяно к асфальту и через него соединено с
другими зданиями, с другими улицами, со всем городом.
Десятки фабрик поднимались на населенных бедното© улицах предмести(c). В
поисках свободного пространства они теснили друг друга, их окна и двери
выдыхали пар и зловоние, а трубы выбрасывали в небо клубы густого темного
дыма.
На заржавевших, открытых солнцу крышах присаживались отдохнуть
утомленные полетом голуби. Они ютились высоко над улице© по узким выступам
крыш и, вертя головками, ворковали.
В боковые стены были выведены многочисленные трубы; из них вырывались
клубы пара, устремлявшегося затем вверх. Сочившаяся из труб вода оставляла
на стенах грязные потеки или же медленно капала на крышу како©-нибудь
дешево© закусочно(c), примостивше(c)ся между зданиями.
Рано поутру улицы, таки
...Закладка в соц.сетях
