Жанр: Научная фантастика
Город бездны
...л сзади. Он ухватил ее за волосы, запрокидывая ей голову, а
другой рукой вжимал в изгиб ее побелевшей шеи нож с жутким зазубренным лезвием.
Гитта больше не кричала. Она позволяла себе лишь тихонько и прерывисто
всхлипывать, как человек, которому не хватает воздуха.
На боевике, который держал ее, не было шлема. Я ожидал увидеть Рейвича, но это
был просто один из головорезов, которые кое-чему обучились и отправились воевать -
против нас или за нас, а скорее всего, за обе стороны одновременно. Его лицо покрывали
морщины, черные волосы стянуты на затылке узлом, как у самурая. Он не улыбался -
ситуация была слишком напряженной, - но выражение его физиономии говорило о том,
что он наслаждается.
- Стой где стоишь, - голос у него был грубым, но без акцента, и в нем слышалась
странная рассудительность. - А вообще, можешь сделать еще шаг. В любом случае я
убью ее. Это просто вопрос времени.
- Твой приятель убит, - вмешался Кагуэлла. - Если ты убьешь Гитту, я прикончу
и тебя. Но каждую секунду ее боли я превращу для тебя в час. Вполне милосердно,
правда?
- Пошел ты, - бросил боевик и провел лезвием по ее шее. Я увидел, как вспухает
кровавая "гусеница". Он сделал именно то, что хотел - чуть-чуть надрезал кожу.
Пожалуй, этот подонок неплохо владеет ножом. Сколько ему пришлось упражняться,
чтобы так набить руку?
Гитта была на высоте. Она едва вздрогнула.
- У меня для вас послание, - продолжал он, чуть приподнимая нож над ее кожей и
показывая алые розы на его лезвии. - От Арджента Рейвича. Вас это, случайно, не
удивляет? Вряд ли - вы же его ждали. Но мы решили зайти немного пораньше.
- Ультра нас обманули, - сказал Кагуэлла.
Боевик коротко улыбнулся. Он не просто наслаждался - он был почти в экстазе.
Его глаза сощурились, превратившись в щелки. Похоже, мы нарвались на психа, который
может выкинуть все что угодно.
Понятно, что о переговорах не может быть и речи.
- У них идут постоянные склоки, - продолжал боевик. - Особенно на борту
кораблей. Да, Оркагна вас обманул. Не примите это на свой счет, - его пальцы,
сжимавшие рукоять ножа, снова напряглись. - А теперь, Кагуэлла, не будешь ли так
любезен опустить оружие?
- Сделайте, как он говорит, - шепнул я. Кагуэлла по-прежнему стоял прямо
передо мной. - У вас отличная позиция, но он прикрылся Гиттой. Вы вряд ли успеете
прицелиться.
- Где больше двух - там говорят вслух, - заметил боевик. - Разве ты не знаешь?
- Опустите оружие, - продолжал я. - И слушайте внимательно. Я смогу попасть
в него, не ранив Гитту. Но вы мне мешаете.
- Говори так, чтобы я слышал, ублюдок, - боевик вдавил нож в шею Гитты, чудом
не прорезая кожу. Теперь достаточно легкого движения - и лезвие войдет в сонную
артерию.
- Я выстрелю сквозь вас, - сказал я Кагуэлле. - Вы помните, лучевик поражает
только по линии прицела. Я стою удачно, рана будет неопасной. Приготовьтесь.
В этот момент наемник надавил чуть сильнее, и вмятина у лезвия внезапно начала
наполняться кровью. Время замедлило ход. Я увидел, как лезвие двигается по ее горлу.
Кагуэлла что-то произнес.
Я выстрелил.
Тонкий, как спица, луч вонзился ему в спину на дюйм левее позвоночника - в
верхнюю часть поясничной области, между двадцатым и двадцать первым позвонком. Я
надеялся, что не попал в подключичную вену и что обжигающий луч под таким углом
пройдет между левым легким и желудком. Не могу сказать, что я действовал с точностью
хирурга. Кагуэлла может считать себя счастливчиком, если останется в живых. Но я знал
еще кое-что. Он готов умереть, если это будет необходимо для спасения Гитты. Ради нее
он сам прикажет, чтобы я убил его. Но, честно говоря, я почти не думал о Кагуэлле. Гитта
стояла так, что выбирать направление выстрела мне не приходилось. Мне нужно было
просто спасти ее, чем бы это ни кончилось для ее мужа.
Выстрел лучевика длится менее одной десятой секунды. Однако ионный след
траектории долго висел в воздухе, обжигая мне глаза. Кагуэлла рухнул к моим ногам,
словно мешок.
Гитта тоже упала. С аккуратным отверстием во лбу, совершенно осмысленным
взглядом и неглубокой раной на горле, из которой все еще сочилась кровь.
Я промахнулся.
Ни смягчить, ни подсластить эту отравленную чашу невозможно. Я хотел спасти
Гитту, но мои желания ничего не значили. Имело значение лишь одно - красная точка у
нее над бровями, отметина моего выстрела, который предназначался боевику,
державшему нож у ее горла.
Его даже не задело.
Я проиграл, причем в тот единственный раз, когда на карту было поставлено все - и
когда я даже в мыслях не допускал поражения. Я подвел и себя, и Кагуэллу, не удержав
тяжкий груз доверия, который он безоговорочно возложил на меня, хотя и никогда не
говорил об этом напрямую. Его рана была серьезной, но я не сомневался, что при
надлежащем уходе он выживет.
Однако спасти Гитту было невозможно. Интересно, кому из нас повезло больше?..
- Что случилось? - спросила Зебра. - Таннер, в чем дело? Не смотри на меня так,
пожалуйста. Мне кажется, ты действительно был готов меня убить.
- Назови хоть одну причину, по которой мне нельзя этого делать.
- Правда.
Я покачал головой.
- Извини, но все, что ты мне рассказала, мало похоже на правду.
- Это не все, - она говорила спокойно, словно с облегчением. - Я больше не
работаю на него, Таннер. Он этого не знает, но я предала его.
- Рейвича?
Она кивнула, опустив голову и пряча от меня глаза.
- Когда ты обокрал меня, я поняла, что ты и есть тот человек, за которым охотится
Рейвич. Профессиональный убийца.
- Нетрудно было догадаться, правда?
- Я хотела убедиться окончательно. Рейвич потребовал, чтобы опасный объект был
изолирован, исчез со сцены... Попросту говоря, уничтожен.
- Это не лишено смысла, - кивнул я.
- Мне было поручено уничтожить тебя, как только у меня появится достаточно
доказательств в пользу твоей профессии. Таким образом, Рейвич смог бы выбросить это
дело из головы раз и навсегда. Ему бы не пришлось беспокоиться о том, что убит кто-то
другой, а настоящий убийца жив и находится где-то поблизости.
- У тебя не раз была возможность прикончить меня, - моя рука, сжимающая
рукоятку пистолета, расслабилась. - Почему ты этого не сделала?
- Едва не сделала, - Зебра заговорила быстрее, ее голос стал тихим, почти
беззвучным. - Я могла сделать это у себя дома, но меня что-то остановило. Ты же не
будешь винить меня за это, правда? Поэтому я позволила тебе взять винтовку и
фуникулер. Я знала, что получу назад и то, и другое.
- Мне следовало догадаться. Сейчас это кажется очевидным.
- Но я не настолько глупа, чтобы не подстраховаться. Разумеется, на случай
провала у меня оставалась еще одна возможность. Имплантат Игры.
Некоторое время она молчала.
- Но ты разбил машину, а потом избавился от имплантата. Оставалась только
винтовка, но сигнал от нее был очень нечетким. Наверно, с ней что-то случилось, когда
фуникулер упал.
- И тут я позвонил тебе с вокзала - после того, как побывал у Доминики.
- Да. И дал мне понять, куда направляешься. Тогда я наняла Пранского. Как он
тебе? Конечно, навыки общения требуют некоторой доработки, но подобным людям
платят не за обаяние и такт.
Зебра перевела дыхание и стерла со лба тонкую пленку черной от копоти дождевой
воды, которая образовалась над бровями, обнажая полоску чистой кожи - словно
приподняла капюшон.
- Впрочем, ему до тебя далеко. Я видела, как ты напал на Игроков, ранил троих из
них и похитил четвертого - ту женщину. Все это время я держала тебя на прицеле. Я
находилась за километр от тебя и могла запросто разнести тебе череп. Ты бы глазом
моргнуть не успел, как твои мозги растеклись бы по тротуару. Но я не смогла. Не смогла
убить тебя так просто. Тогда я и предала Рейвича.
- Я чувствовал, что кто-то следит за мной, но про тебя даже не подумал.
- Так или иначе, ты бы не догадался, что находишься на волосок от смерти.
- И ты была готова перебить этот волосок? Для этого надо быть снайпером. Разве
приличные девушки таким занимаются?
- И что дальше, Таннер?
Я вынул из кармана пустую руку - точно фокусник, который оплошал на глазах
зрителей.
- Не знаю, - признался я. - Здесь такая сырость... Я бы не отказался пропустить
стаканчик.
Глава 31
Мафусаил совершенно не изменился с тех пор, как я видел его последний раз. Он попрежнему
плавал в своем аквариуме, похожий на уродливый айсберг. Вокруг попрежнему
толпились зеваки - они останавливались на несколько минут, чтобы
зачарованно поглазеть на это чудо, но скоро начинали понимать, что не увидят ничего,
кроме огромной старой рыбины, которая мало чем отличается от суетливого молодняка,
снующего в бассейнах - разве что размерами. Пожалуй, дело обстояло еще хуже. Как я
заметил, ни один из посетителей, отходивших от Мафусаила, не излучал того счастья, с
каким направлялся к нему. И не только потому, что они были разочарованы. Просто в
этом зрелище было нечто невыразимо печальное. Возможно, этот бесцветный, безвольно
дрейфующий остов, именуемый Мафусаилом, представлялся им пугающим
олицетворением их собственного будущего.
Мы с Зеброй пили чай, и никто не обращал на нас внимания.
- Женщина, которую ты встретил... как ее...
- Шантерель Саммартини, - подсказал я.
- Пранский так и не объяснил, что с ней случилось. Вы были вместе, когда он
нашел тебя?
- Нет. Мы с ней повздорили.
Зебра проявила отменную сообразительность.
- Хочешь сказать, это была просто сделка? Или, похищая человека, ты не
ожидаешь недовольства?
- Я не похищал ее, что бы ты ни думала. Я попросил ее отвезти меня в Кэнопи.
- Под дулом пистолета.
- Иначе она бы отказала.
- Резонно. И ты продолжал держать ее под прицелом, пока вы гуляли по Кэнопи?
- Нет, - ответил я. По правде, эти расспросы начинали меня раздражать. - Вовсе
нет. В этом больше не было необходимости. Оказалось, что мы могли общаться друг с
другом и без оружия.
Зебра вскинула брови.
- Ты сумел найти общий язык с этой маленькой богачкой из Кэнопи?
- Можно сказать и так, - отозвался я, почему-то ощутив обиду.
На противоположном конце атриума Мафусаил шевельнул анальным плавником.
Этого движения - слабого, словно невольного - никто не ожидал, и зрители слегка
вздрогнули - словно на их глазах зашевелилась статуя. Интересно, что заставило его
сделать это движение: какой-то внутренний позыв - или оно было сродни
поскрипыванию досок в старом доме?
- Ты переспал с ней? - осведомилась Зебра.
- Нет. Понимаю, что ты разочарована, но на это просто не было времени.
- Не самая приятная тема для беседы, правда?
- Не знаю, как тебе...
Я тряхнул головой, чтобы скрыть неловкость, а заодно поставить точку намеки на
более тесные отношения с Шантерель.
- Я ожидал, что возненавижу ее за то, что она делает. За то, что она Игрок. Но
стоило мне заговорить с ней, как я понял, что все не так просто. С ее точки зрения, в Игре
нет ничего варварского.
- Как мило и удобно.
- В общем, она не представляла - или не могла представить, - что добыча может
вести себя... по-разному.
- Пока не встретила тебя.
Я осторожно кивнул.
- Думаю, я дал ей повод для размышления.
- Ты всем нам дал повод для размышления, Таннер.
На этом беседа закончилась. Зебра не произнесла ни слова, пока не допила свой чай.
- Снова вы, - изрек Миксмастер. Его тон не выражал ни удовольствия, ни
разочарования в чистом виде - скорее, смесь того и другого в тщательно выверенных
пропорциях. - Я полагал, что ответил на все ваши вопросы во время вашего последнего
визита. Очевидно, я ошибался.
Его глаза под тяжелыми веками остановились на Зебре, и легкая гримаса - "я вас не
узнаю" - на миг стерла с его лица генетически усиленное выражение благодушие.
- Как я вижу, мадам сильно изменилась с момента нашей последней встречи.
- Она побывала у хорошего мясника, - пояснил я.
- В отличие от вас, - парировал Миксмастер, запирая входную дверь салона,
чтобы избавиться от посетителей.
- Я говорю, как вы понимаете, о работе с вашими глазами, - продолжал он,
усаживаясь перед своей левитирующей консолью. Нам он присесть не предложил. -
Может быть, покончим с этими играми? Я о том, что вы якобы побывали у мясников.
- О чем он говорит? - с искренним недоумением спросила Зебра.
- Небольшие внутренние проблемы, - ответил я.
- Этот господин, - Миксмастер подчеркнул последнее слово, - посетил меня
вчера, чтобы посоветоваться по поводу некоторых генетических и структурных аномалий
его глаз. При этом он заявил, что эти аномалии - результат непрофессиональной работы
мясников. Я почти поверил ему, хотя не заметил никаких признаков, указывающих на то,
что это их работа.
- А теперь?
- Теперь я полагаю, что эти модификации были сделаны абсолютно другой
фракцией. Разъяснить подробнее?
- Сделайте одолжение.
- Каждая фракция работает в определенном стиле. В вашем случае я заметил ряд
признаков, указывающих на то, что циклы изменений введены с помощью генетической
технологии, которой обычно пользуются ультра. Я бы не сказал, что она более
совершенна, чем технологии мясников или Миксмастеров - просто совершенно иная и
очень необычная.
Он позволил себе улыбнуться, явно впечатленный своими дедуктивными
способностями.
- Предоставляя услуги генетической модификации, Миксмастер гарантирует
долгосрочный результат - если клиент не оговаривает обратное. Это не означает, что
генетические и физиологические изменения необратимы - просто они устойчивы к
сопротивлению изначально заложенной генетической структуры. Работа мясника похожа
по стилю - по той простой причине, что они обычно крадут у нас схемы циклов. Но
мясникам не хватает изобретательности, чтобы обеспечить им достаточный срок
действия. Они просто копируют коды, не вскрывая их. Но ультра работают совсем поиному,
- Миксмастер положил подбородок на сплетение своих изящных пальцев. - Они
предлагают услуги по модификации со встроенным ограничением - проще говоря, с
таймером мутаций. Не буду вдаваться в подробности. Достаточно будет сказать, что
внутри схемы вирусов и ферментов - они играют роль матрицы, которая накладывается
на вашу ДНК и внедряет в нее определенные гены - находится нечто вроде таймера.
Только он отсчитывает не время, а накопленные случайные изменения в цепи чужеродной
внедренной ДНК. Разумеется, как только ошибки превысят установленный уровень,
высвобождаются особые клеточные механизмы, подавляющие либо исправляющие эти
изменения в генах, - Миксмастер снова улыбнулся. - Конечно, я неимоверно упрощаю.
Ну, для начала, этот механизм запрограммирован так, чтобы включаться постепенно -
производство новых протеинов и деление клеток нового типа не должно прекратиться
внезапно. Иначе это может привести к летальному исходу - особенно если изменения
позволяли вам жить в агрессивной среде. Например, в воде, перенасыщенной кислородом,
или в аммиачной атмосфере...
- По-вашему, с глазами Таннера поработали ультра?
- Вы исключительно быстро улавливаете суть. Но дело не только в этом.
- Как это обычно бывает, - вставил я.
Руки Миксмастера заплясали над пультом. Пальцы словно перебирали струны
невидимой арфы, вытаскивая из воздуха столбцы генетических данных и бесконечные
цепочки нуклеиновых кислот, прошивающих физиологические и функциональные схемы
человеческого глаза и отделов мозга, ответственных за визуальное восприятие.
Миксмастер походил на колдуна, на зов которого слетелись окровавленные призраки и
духи-хранители.
- В вашем случае происходит нечто странное, - пальцы Миксмастера на миг
замерли, прекратив беглый перебор, и он указал на блок из пар комплементарных
оснований - кольцо, образующее поперечную связь в ДНК. - Этим комплементарным
парам разрешено разрастаться без ограничений и хаотично... Вот внутренний таймер, -
его палец переместился к другому блоку, который, на мой взгляд, ничем не отличался от
предыдущего. - А это "справочная карта" - ДНК, которая не подвергается мутации.
Если их сравнить и подсчитать число мутаций, можно увидеть, что часы идут.
- Я бы не сказала, что здесь что-то сильно изменилось, - заметила Зебра.
- Несколько точечных вмешательств, незначительных с точки зрения статистики -
в основном устранение структурных смещений, - сказал Миксмастер. - Но ничего
существенного.
- Поясните, - сказал я.
- Это значит, что таймер запущен недавно. Два набора ДНК едва начали
расходиться, - его глаза сузились. - Следовательно, и операция была сделана совсем
недавно. Я почти уверен: самое большее - год назад, а может, и несколько месяцев.
- И в чем проблема? - спросила Зебра.
- Вот в чем, - его палец ткнул в сиреневый сгусток, плотно опутанный какими-то
нитями. - Это фактор генетического считывания - белок, который регулирует
выраженность каждого отдельного комплекта генов. Впрочем, этот белок необычен для
человека. Его единственная функция - именно для этого он сюда помещен - подавление
нововведенных генов в клетках ваших глаз. Пока таймер мутации не сработал, этот белок
не должен присутствовать в таком количестве. Однако, как я вижу, его здесь в избытке.
- Хотите сказать, что ультра обманули Таннера?
- Вряд ли, - Миксмастер покачал головой. - В этом нет финансовой выгоды. Так
или иначе, это потребовало бы вмешательства в генную структуру. Переустановка
таймера обошлась бы ненамного дешевле. Фактически, это могло лишить их прибыли в
будущем, поскольку Таннер - если его действительно так зовут - обратится к услугам
другой группы.
- Значит, вы можете предложить другое объяснение?
- Да. Но оно может вам не понравиться, - он снова подарил нам сладострастную
улыбку. - Крайне сложно переустановить мутационный таймер на нуль, не затронув
разного уровня вторичные комплексы защиты от вмешательства. Это задача сложна даже
для Миксмастера. Скажем, я мог бы такое сделать, но это будет далеко не самая
тривиальная операция. Гораздо проще произвести обратную процедуру.
- Обратную процедуру? - я подался вперед, чувствуя, что стою на пороге некоего
фундаментального открытия. Причем не самого приятного.
- Перевести стрелки часов вперед, чтобы дать отбой новым генам.
Он позволил себе на миг погрузиться в размышления, вращая призрачную проекцию
глазного яблока кончиком пальца - жутковатое зрелище.
- Это проще - по причине отсутствия защитных комплексов. Ультра никогда не
придет в голову страховаться от подобных вмешательств, это может повредить клиенту.
На самом деле, такой перевод стрелок - тоже не самая простая операция, но она
несоизмеримо проще, чем остановка часов. Ее может выполнить любой мясник, который
понимает суть проблемы.
- Продолжайте.
Его голос приобрел звучность, которой минутой раньше не хватало. Похоже, его
голосовой аппарат имел что-то вроде переключателя, который запускал нужную мутацию.
- Неизвестно кто, неизвестно зачем перевел ваш таймер вперед, Таннер.
Зебра окинула меня взглядом.
- Вы хотите сказать, изменения в организме Таннера угасают?
Она еще не понимает, какую форму приобретают эти изменения.
- По-видимому, так было задумано, - ответил Миксмастер. - Тот, кто это сделал,
обладал определенными познаниями. После того как таймер сработал, клетки в вашем
глазу должны снова начать генерацию обычных для человека белков и делиться по
обычной схеме, - он вздохнул. - Но мастера либо допустили небрежность, либо
поторопились. А может быть, и то, и другое. Они переустановили лишь часть ваших
часов, да и то неточно. В вашем глазу идет маленькая война между различными
компонентами генетического оборудования ультра. Тот, кто переустановил ваши часы,
думал, что отключил механизм, но на самом деле лишь заклинил его шестеренки... - В
его голосе появились нотки печали. - Ах, сейчас все спешат. Ужасно спешат. Разумеется,
этих мастеров постигла неудача - как и следовало ожидать. Вопрос в том, почему они
вообще взялись за такое.
Его глаза снова раскрылись и выжидающе уставились на меня. Похоже, он ждет
объяснения. Но как бы мне этого ни хотелось, я не доставлю ему такого удовольствия.
- Мне нужно пройти сканирование, - произнес я вместо этого. - Полное
сканирование тела. Вы сможете это сделать?
- Смотря для чего вам это нужно. И какова должна быть частота разрешения.
- Не слишком высокая. Мне просто нужно, чтобы вы кое-что нашли. Повреждение
тканей. Внутреннее. Зажившие или не зажившие раны.
- Можно попробовать, - снисходительно ответил мастер и жестом пригласил меня
на кушетку. С потолка уже плавно спускалось сканирующее устройство, похожее на
ската.
Операция прошла довольно быстро. Честно говоря, меня бы удивило, если бы сканер
Миксмастера не подтвердил моих опасений или обнаружил нечто неожиданное. Просто
он бесстрастно представил их в виде столбиков информации. Под этими столбиками были
похоронены последние робкие попытки отрицать очевидное, последние остатки тайной
надежды, затаившиеся где-то в закоулках сознания.
Скат создал проекцию моего тела и принялся исследовать его потаенные секреты с
помощью целого арсенала сенсоров. По сути, это устройство было чем-то вроде трала, но
не в пример более совершенного, способного работать с любой клеточной и генетической
структурой, а не только обнаруживать специфические изменения нейронной ткани. Будь у
нас достаточно времени, аппарат мог бы проанализировать каждый атом моего тела, до
последнего кванта. Но сейчас в подобной точности не было необходимости, а поэтому
сканирование прошло довольно быстро.
То, которое предстало моим глазам, заставило меня похолодеть от ужаса. В нем
отсутствовало нечто такое, что не могло отсутствовать.
А то, что должно было отсутствовать, было на месте.
- Ты выглядишь так, словно увидел привидение, - заметила Зебра.
Она усадила меня в атриуме и заставила выпить нечто горячее, сладкое и не
поддающееся определению.
- Даже не пытайся угадать, что я увидел.
- Неужели все так плохо, Таннер? Думаю, ты ожидал увидеть нечто подобное -
иначе не напросился бы на сканирование.
- Ну... Вернее было бы сказать "опасался".
Я не знал, с чего мне начать, с какого момента... А если говорить точно - с кого. О
том, что с моей памятью что-то не так, я знал еще до прибытия на Йеллоустоун.
Индоктринальный вирус тоже внес в это свою лепту. Вопреки собственному желанию я
наблюдал эпизоды из жизни Небесного Хаусманна. Одновременно в памяти начали
всплывать отрывки моего собственного прошлого - кем я был, чем занимался и почему
хотел убить Рейвича. Я мог бы смириться - если бы дело этим ограничивалось. Но
проблемы с памятью не прекратились, даже когда я попытался разобраться в них,
анализируя прошлое Небесного - его никому не известные тайны и преступления. Конец
этим проблемам не положили и беспорядочные воспоминания о Гитте - принадлежащие
скорее Кагуэлле, чем мне.
Впрочем, даже этому можно было найти объяснение - правда, несколько
притянутое за уши. Скажем, мои собственные воспоминания могли "склеиться" с
воспоминаниями Кагуэллы. Это не исключено: я слышал, что воспоминания можно
записать, а потом перенести в мозг другого человека. Правда, непонятно, каким образом
переживания Кагуэллы перемешались с моими, но на это можно было бы закрыть глаза.
Однако правда - та самая, которая только что мне стала очевидна - оказалась
гораздо неприятнее.
У меня даже не было своего тела.
- Это нелегко объяснить, - произнес я.
- Человек не пойдет к Миксмастеру, чтобы просканироваться на предмет
внутренних повреждений, - процедила Зебра. - Если только не ожидает обнаружить
нечто определенное.
- Нет, я просто...
Мне показалось - или я снова увидел в толпе зевак, окруживших Мафусаила,
знакомое лицо? Неужели я действительно брежу наяву, потрясенный тем, что показал мне
Миксмастер? А может, это моя судьба - видеть Рейвича повсюду, куда бы я ни
посмотрел, независимо от факта его присутствия?
- Таннер...
Я не посмел приглядеться повнимательнее.
- Там кое-что должно было быть, - сказал я. - След ранения, которое я когда-то
получил. Меня вылечили... но такие вещи нельзя вылечить бесследно.
- Что за ранение?
- Я прекрасно помню, что потерял ступню. Я могу во всех подробностях
рассказать, как это случилось, описать свои ощущения. Но сейчас от этой раны не
осталось ни следа.
- Значит, регенерацию провели очень качественно.
- Прекрасно. А как насчет еще одного ранения? Эту рану получил человек, на
которого я работал. Его прострелили насквозь из лучевика, Зебра. Это не шутка.
- Я отказываюсь тебя понимать, Таннер, - она огляделась, на миг поймала
взглядом что-то или кого-то и снова уставилась на меня. - Хочешь убедить меня, что ты
не тот, за кого сам себя принимаешь?
- Ну скажем, я серьезно об этом подумываю... Ты тоже его видела?
- Кого?
- Рейвича. Я только что видел его. Может быть, у меня просто разыгралось
воображение. Но ведь я действительно его видел, правда?
Зебра открыла рот, чтобы опровергнуть мои слова - быстро и гладко, - но слова
не прозвучали. Ее броня треснула и раскололась.
- Все, что я сказала тебе - правда, - спокойно произнесла она, когда к ней
вернулась речь. - Я больше не работаю на него. Но ты прав: ты действительно его видел.
Правда, это не совсем Рейвич.
- Я уже почти догадался, - кивнул я. - Подсадная утка?
- Что-то вроде этого, - она заглянула в свою чашку. - Ты правильно догадался: у
Рейвича было достаточно времени, чтобы изменить внешность сразу по прибытии в
Город. По сути, это было для него единственным разумным шагом. И он его сделал.
Сейчас настоящий Рейвич где-то здесь. Он в Городе. Правда, тебе придется раздобыть
образец его тканей или притащить его самого к Миксмастеру на сканирование, чтобы
убедиться, что это он. И не факт, что это тебе чем-то поможет. Ты же знаешь: здесь можно
изменить что угодно - если хватит времени... И денег. Тогда Рейвича не выдаст даже
генный анализ.
Зебра умолкла. Краем глаза я продолжал видеть человека снаружи толпы,
собравшейся у огромной рыбины. Да, точно он - или, по крайней мере, его изумительно
точная копия.
- Рейвич знает, что обеспечил себе надежное прикрытие, - продолжала Зебра, -
но
...Закладка в соц.сетях
