Жанр: Любовные романы
Влюбленный викинг
...подземный ход, куда мгновенно скользнула Сусанна. Жанетта
уже стучала в запертую на засов дверь.
? Мадмуазель, откройте двери! Я принесла вам ужин! ? барабанила она в
дубовое полотно.
? Сейчас! Я только оденусь! ? она открыла дверь и впустила служанку. Та была
не одна, ей помогало несколько человек. Они принесли ее любимую еду ? грибы
в сметане, жареные куропатки, салат из шпината, свежевыпеченный крупитчатый
хлеб, абрикосы. Все это предполагалось запивать чудесным выдержанным вином
из подвала замка Силекс. По приказу важной Жаннеты в спальню внесли ванну и
налили в нее горячей воды. Шарлотта, усевшись возле окна, изумленно
наблюдала за бурной деятельностью своей служанки. Наконец все помощники
вышли, и Шарлотта осталась наедине с Жанеттой.
? Мадмуазель Шарлотта, давайте я помогу вам искупаться! Вот в этом
флакончике ваше любимое благовоние ?
испаханская роза
!
?
И в самом деле, чего ради отказывать себе в таком удовольствии
? ?
настроение у пленницы под влиянием веселой Сусанны резко улучшилось. Есть не
хотелось, а горячая вода сулила удовольствие.
В благоухающей божественным ароматом воде было так хорошо, безмятежно. Но
где-то очень глубоко в душе она ощущала какое-то горькое чувство, к которому
присоединялось беспокойство о будущем, о том, чем закончится их побег, и что
вообще ожидает беглянок, если они смогут осуществить задуманное. Но все
плохое было впереди, а сейчас Шарлотта с наслаждением закрыла глаза.
Жанетта, вымыв ее волосы, бережно расчесывала влажные локоны цвета темного
меда. Она делала это так осторожно, что умиротворенная Шарлотта задремала.
Очнулась она, ощутив какие-то перемены. Жанетта стала как-то резко дергать
спутавшиеся пряди. Шарлотта сразу же очнулась и вдруг поняла, что служанка
ушла, а ее волосами занимается Аксель, опустившийся на одно колено у края
ванны.
Да, эти противные мужики своей наглостью сведут с ума кого хочешь
! ? от
возмущения она не могла вымолвить и слова. В конце концов, Шарлотте удалось
обрести голос:
? Мессир граф, я же сказала, что не хочу иметь с вами больше никаких дел! ?
Шарлотте казалось, что она произнесла эти слова гордо и высокомерно, как
подобает высокородной даме, но на самом деле, она едва пролепетала эту
надменную тираду. Юная баронесса совсем позабыла о совете Сусанны сделать
вид, что она готова помириться.
А норманн, как ни пытался, не мог оторвать жадного взгляда от прекрасного
тела. Молочно-белые полные груди с розовыми вершинками полуприкрытые нежной
пеной из лопающихся мыльных пузырьков, соблазняли и манили, пальцы сами
тянулись прикоснуться, пройтись по упругой плоти.
Не говоря ни слова, Аксель подхватил ее на руки и вытащил из воды. Ее
возмущенные вопли были пресечены жестоким властным поцелуем. Она билась в
его руках, извивалась, отталкивала его, пыталась отвернуться. Но все было
напрасно, его объятия были крепкими как сталь. Наконец Шарлотте удалось
выскользнуть, и она попыталась ударить его коленом в пах. Он ловко
увернулся. И она опять оказалась придавленной к мощному жаркому телу. Его
обжигающие губы впились в нежное местечко на тонкой шее, где неистово
пульсировала трогательная голубая жилка. Обессилив, она заплакала, и Аксель
был ошеломлен, увидев в ее глазах муку. Но остановиться он уже не мог, от
возбуждения страшно болело в паху. К тому же он считал, что стоит ее
раззадорить, и ее гордыня неизбежно будет вынуждена уступить место желанию.
? К чему это глупое сопротивление, cherie? Ты же знаешь, что не сможешь
справиться со мной! ? прошептал он, и, подхватив ее на руки, направился к
кровати. Поднявшись по широким ступенькам, Аксель опрокинулся навзничь на
прохладные шелковые простыни, уложив на себя Шарлотту.
Его зубы осторожно прикусили бархатистую мочку, сильные ладони сжали
упругие, пышные холмики и начали гладить, ласкать, нежить. Горячие губы
приникли к твердому соску, истязая, посасывая, теребя чувствительную
верхушку. Его неистовое вожделение, наконец, распалило и ее. Шарлотта
стонала и охала, учащенно и тяжело дыша. Обхватив его за шею, бесстыдно
притянула его к себе, вжимая жадную набухшую плоть в горячий рот.
Ободренный ее сладострастными стонами, Аксель резко перевернулся и привстал.
Его пальцы быстро задвигались, высвобождая разгоряченное, твердое как камень
естество. Он подхватил Шарлотту под колени и резко раздвинул ее бедра.
Ощутив животом жар изготовившегося к нападению копья, она невольно
вскрикнула. Властная мужская рука накрыла мягкий шелковистый холмик и
раздвинула нежные лепестки. Его палец осторожно проник внутрь и стал
поглаживать тайный бугорок. Это сладкое ощущение мгновенно вызвало острую
пульсацию внутри ее лона.
Убедившись, что любовница уже влажная и готова принять его, мужчина резким
скользящим движением вошел в тесную расщелину. Легкая боль отрезвила
одурманенную негой женщину, и она сразу пришла в себя.
Что же это такое! Он так легко овладел мною, хотя я поклялась страшной
клятвой, что этого больше не повториться
! ? презирая себя, Шарлотта стала
судорожно отталкивать его, но Аксель уже начал двигаться — медленно, мощно.
Его губы закрыли ей рот, заглушая рвущийся наружу возглас возмущения. Ее
отчаянные рывки только усиливали наслаждение, и Аксель тоже увеличил ритм
своих толчков, задавшись целью подчинить ее своей воле. Не в силах бороться
со страстью, она жарко выдохнула ему в лицо:
— Аксель! Я тебя ненавижу!
Мужчина, сжав зубы, продолжал вонзать в ее влажную пещерку свое копье, сжав
сильными ладонями ее упругие ягодицы. Он сдерживал себя изо всех сил, все
его мышцы взбугрились, вены вздулись, на лбу выступили мелкие капельки пота.
Нужно было подарить ей блаженство, заставить покориться, признать силу и
власть мужчины. Наконец Шарлотта, ахнув, сильно изогнулась под ним, и Аксель
ощутил восхитительные конвульсии, сотрясавшие ее разгоряченное тело. Она
затихла, расслабленно распластавшись под ним. И тогда он отпустил себя на
волю, и сразу же, с хриплым рыком, выплеснул в нее фонтан семени и тяжело
обмяк, будучи не в силах пошевелиться. Полностью опустошенный, граф
судорожно вздрагивал, шепча ей благодарные слова. Услышав придавленный стон,
Аксель поспешно скатился с хрупкого тела и, прижав Шарлотту к себе, с
наслаждением вдыхал аромат благоухающих розой роскошных локонов. Да, никогда
еще у него не было столь желанной и чувственной возлюбленной!
Шарлотта выбралась из объятий Акселя и легла на бок. Мужчина не мог видеть
лица своей возлюбленной, иначе слезы в ее глазах ошеломили бы его. Граф
окинул ласкающим взглядом изгиб шеи и то место, где узкая талия переходила в
округлые бедра. Его рука сама невольно потянулась к нежному плечу и легла на
него. Шарлотта вздрогнула.
— Ты все еще боишься меня? — удивился Аксель, но молодая женщина
продолжала молчать.
— Ты так прекрасна, — продолжил он через несколько минут, лаская
ее спину, а потом не удержался и прикоснулся губами к плечу.
— Не надо, Аксель, — сказала Шарлотта, продолжая смотреть в
сторону окна.
— Почему не надо? Я люблю тебя. Разве мои поцелуи тебе неприятны?
— Приятны они или нет — это не меняет дела...
— Очень даже меняет, — возразил граф, — ты не можешь
отрицать, что тебе доставляет удовольствие находиться со мной в постели. Я
люблю тебя, я просто покорен тобой, и мне очень приятно, что ты так
отзываешься на мои ласки
? А вот меня это совсем не радует!
? Значит, мир? Ты простила меня, cherie? ? ушел граф от щекотливой темы и
стал нежно поглаживать ее груди.
? Я не знаю, что тебе сказать, Аксель... Если бы ты отпустил меня на
свободу, можно было бы тебе ответить, что я принимаю твои извинения... Но я
пленница....или точнее сказать, рабыня. И какое для тебя значение имеет
настроение рабыни? Все равно ты сделаешь по-своему.
Граф уткнулся лицом в шелковистые локоны и прошептал:
— Я все сделаю, чтобы ты была счастлива, cherie!
— По-моему, ты собрался жениться...
— Ну и что?
Шарлотта вдруг повернулась и взглянула прямо в глаза любовнику. Затем
молодая женщина встала с кровати, и одеяло упало на пол, обнажив стройную
точеную фигурку.
? Я не хочу, чтобы ты считала себя пленницей. Пообещай, что не будешь
пытаться сбежать из замка, и сразу же ты получишь полную свободу.
? Аксель, какая свобода! Скоро твоя свадьба и твоей молодой жене, конечно,
не понравится, что у тебя есть наложница.
? Не называй себя наложницей, я считаю тебя своей возлюбленной! А насчет
жены тебе не надо беспокоиться. Я сам решу этот вопрос. Ты переселишься в
Белвилль, там уже живут твои родственники, так что ты не будешь чувствовать
себя одинокой.
— Неплохо придумано, — фыркнула Шарлотта, хмуро глядя в окно. Она
не прикрыла свое тело, и Аксель любовался его безупречной красотой.
— Ты будешь у меня
гостем
, и как часто?
— Ну...раз в неделю, — пробормотал граф.
— А если мне понравится, и я захочу видеть тебя чаще?
— Я постараюсь...
— Разонравиться?
— Буду бывать чаще, зря ты иронизируешь, cherie! Чем же твоя прошлая
жизнь в лесу лучше?
? Да, один раз в неделю я тебя буду видеть! И ты думаешь, мне этого хватит?
? Я не дам тебе покоя всю ночь, так что ты будешь довольна! ? засмеялся
граф.
? Я не это имею в виду! Ты все шутишь!
? Зачем такой красивой женщине думать о чем-то другом?
? По-твоему, чем красивее женщина, тем меньше должно быть у нее гордости и
достоинства?
? Ой, cherie, мне легче встретиться в бою с вооруженным франком, чем
беспрестанно спорить с тобой. ? Аксель приник нежным поцелуем к ее губам,
невзирая на ее гневные возгласы, ? ты загонишь меня в могилу своими спорами!
— А как к этому отнесется твоя жена? — Шарлотта отстранилась и
бросила на Акселя негодующий взгляд.
— Я сам разберусь с ней, это не твое дело.
— Это станет моим делом, если она приедет, когда ты куда-нибудь уедешь,
и выкинет твою содержанку. Прошу тебя, Аксель, дай мне свободу! Отпусти!
? Ну, как же я могу отпустить тебя, если я день и ночь только о тебе и
думаю. Я уже и сам не рад! Это ты отпусти меня из своих сладких сетей,
cherie! Ну, что тебя не устраивает в замке Белвилль? Я буду приезжать к тебе
каждую неделю. А когда родишь мне сына, то времени скучать у тебя не будет.
? Это жена родит тебе сына, а я ? бастарда. Да, конечно, ты сейчас скажешь,
что у вас, норвежцев, все дети равны. А вот здесь, у франков, мой ребенок
будет презренным бастардом! ? она всхлипнула.
— Да, у нас, норманнов, принято не различать законных и незаконных
детей, — Аксель уже начинал злиться, ? и здесь, в моих владениях, мое
слово для всех закон!
— Это у вас, а здесь, во Франции — очень даже принято, — Шарлотта
тоже начала распаляться, но тут же вспомнила уговор с Сусанной и притихла.
— Ты можешь положиться на меня, Шарлотта, я все улажу, — Аксель
тоже решил взять себя в руки, — я обеспечу тебе прекрасную жизнь, ты не
будешь испытывать нужды ни в чем. Мы будем часто встречаться, моя жена не
посмеет приблизиться к твоему дому и на десять миль. Только некоторые
неудобства, связанные с твоей гордыней! Ну, так что же, — в жизни
всегда приходится чем-то жертвовать. Так не бывает, cherie, чтобы все
желания выполнялись, приходится выбирать...
— Вот я и выбрала, — подумала Шарлотта, но промолчала.
— Если ты родишь сына, — продолжал граф, — я обещаю тебе, что
он будет моим любимцем и не будет обиженным. Может быть, я даже сделаю его
своим наследником. Иди ко мне, милая, — Аксель стал приподниматься с
кровати, — я снова соскучился по твоей нежной коже.
Шарлотта не шелохнулась.
Мужчина встал, и свет от горящих свечей осветил его бугристые плечи и
заросшую светлыми волосами широкую грудь.
— Ты не посмеешь разрушить нашу любовь, слышишь, — заговорил он,
прижимая ее к себе, — я просто никуда не отпущу свою маленькую
пташечку. Я не смогу без тебя жить.
Шарлотта не сумела превозмочь нахлынувшие чувства и уткнулась лицом в
могучую грудь, обхватив Акселя за шею.
— Вот так-то лучше, — удовлетворенно пробормотал Аксель,
поглаживая ее по голове, — лучше отдайся своим чувствам, умерь гордыню,
ведь у вас, христиан, гордыня считается смертным грехом! — граф вдруг
почувствовал на своей груди влагу и, обхватив голову Шарлотты руками,
взглянул ей в глаза.
— Ты плачешь, cherie?
— Тебе мало моего тела, — сквозь слезы проговорила молодая
женщина, — требуется еще моя душа...
— Так что же здесь плохого, чего же так расстраиваться? — граф
улыбнулся, ? я тебя люблю и хочу, чтобы ты отвечала мне взаимностью.
— Ничего, — прошептала Шарлотта, вытирая глаза.
— Вот так будет правильно, так оно будет лучше. Люби меня, и мы будем
счастливы.
Побег
Наступил день побега. С раннего утра и до полудня, а иногда и позже, граф
занимался хозяйственными делами. Ремонт замка, спорные дела с вилланами,
тренировки дружинников, а то и просто охота — все это уводило Акселя далеко
за пределы спальни Шарлотты. Сообщницы решили воспользоваться этим
обстоятельством и определили время побега — второй час после восхода. Через
день все приготовления были закончены. Плотно позавтракав, что вызвало
удивление у старой служанки, Шарлотта выпроводила ее за дверь. Исполняя
приказ графа, пожилая женщина заперла пленницу снаружи. Подождав, пока
стихнут ее шаги, Шарлотта осторожно задвинула засов на дверях и подошла к
скрытой панели. Она протянула руку к заветной планочке, что управляла
механизмом, который открывал тайный ход, но дверь сама откатилась внутрь, и
из темноты показалось напряженное лицо Сусанны.
— Я уже давно жду, когда старая уйдет, — прошептала она, —
пошли!
Шарлотта нырнула в темноту. В нос ударили резкие запахи пыли, плесени и
застоявшегося воздуха. Когда глаза привыкли к полумраку, женщина увидела
каменные своды, смыкающиеся над головой. Узкий коридор вел куда-то вниз, и
Шарлотта зашагала вслед за подругой по неравномерным ступеням, то и дело
спотыкаясь.
— Ты поосторожней здесь, — уже громче сказала Сусанна, — даже
я никак не могу привыкнуть к этим ступеням, да еще бывают неожиданные
выступы, о которые можно больно удариться головой. Может, они специально
сделаны?
Сарацинка держала в руке небольшой масляный фонарь, хотя иногда коридор
освещался тусклым светом, лившимся из невидимых щелей и проемов.
— Конечно, специально, — подтвердила Шарлотта, — в нашем
замке тоже были секретные ходы. Здесь один воин может держать целую дружину,
а при погоне они будут спотыкаться и наталкиваться на углы.
— Смотри, вот каминный зал! — Сусанна подвела подругу к узкой
горизонтальной щели. Сквозь нее было хорошо виден весь любимый зал графа.
Здесь было пусто. Вдруг зашел слуга. Он намеревался убрать со стола остатки
завтрака. Черноволосый парень воровато оглянулся и допил из графского
кувшина остатки вина, затем он сгреб всю посуду, завернув в узел из
скатерти, и понес прочь из зала.
Женщины пошли дальше. Впереди Шарлотта увидела резкий поворот. В самом углу
было расположено небольшое круглое отверстие, тонкий солнечный лучик из него
пересекал темное пространство коридора и падал на противоположную стену.
Баронесса посмотрела в дырочку. Прямо перед ней был навес рядом с входом в
здание. Под ним сидели викинги Харальд и Ульф. К ним подошел барон Бьярни.
— Что-то Аксель тянет с этой Сусанной, обещал, что могу забрать ее, а
слово не держит, — недовольно проговорил барон, ? переспать-то мне с
ней удалось, но я хотел бы отвезти ее к себе в замок!
— А ты напомни ему, он мог и позабыть. Замешкался с делами, да и в
последнее время он сам не свой — вымотала ему душу эта рыжая красотка.
— Напоминать как-то неудобно, — протянул Бьярни, — все-таки
подарок!
— Это я — подарок, слышала? — сказала с болью Сусанна, которая уже
стояла сзади.
Шарлотта развела руками и неловко улыбнулась.
— Не переживай, я тоже, — тихо сказала она, — за тебя хоть
деньги заплатили, а я бесплатный приз.
Сразу стало видно, что настроение у молодой баронессы резко изменилось.
Опять заблестели глаза, появилась ловкость движений, она стала чаще
улыбаться. Женщины шли все дальше и дальше. Кое-где от пыли было почти
невозможно дышать, а паутины окончательно испортили их платья. Вдруг Сусанна
остановила свою подругу у окованной железом двери в глубоком проеме.
— Я хочу тебе кое-что показать, — сказала она. Сарацинка с трудом
отодвинула дубовое полотно тяжелой, грубо сколоченной двери.
Шарлотта увидела небольшую темную комнату. Своды каменного мешка уходили
далеко вверх, постепенно сужаясь. Оттуда лился слабенький голубоватый свет.
Наверное, источник его был расположен очень далеко. Свет падал на скелет,
скорчившийся на каменном выступе стены. Ребра грудной клетки были слегка
прикрыты лохмотьями истлевшей одежды, а на плечах лежали клочья густых
черных волос, упавших с черепа. На ногах у скелета были деревянные башмаки.
Возле другой стены стояла широкая кровать, застланная пыльным покрывалом.
— Это же женщина! — с ужасом прошептала Шарлотта.
— Это наложница! Ты слышала легенду о непокорной рабыне?
— Откуда? Я в этом замке еще ни с кем почти не разговаривала.
? Это та самая наложница Клотильда — пояснила Сусанна, — в замке много
рассказывают о ней. Девушка не подчинилась графу и исчезла. Все думали, что
она убежала, а она здесь... Красавица вилланка любила кого-то и не захотела
подчиняться графу Тибо, бывшему хозяину поместья и этого замка, он и запер
ее в этой келье. Приходил, насиловал ее вот на этой кровати, пользовался ее
телом! Потом погиб в бою, когда викинги брали замок. Никто и не знал, что
она там заперта. С голоду умерла, бедная!
Шарлотта представила, как ужасна была смерть в одиночестве, в сыром каменном
мешке. Она глянула вверх. Там где-то очень далеко виднелся малюсенький
квадратик синего неба.
— Уж лучше бы его совсем не видеть, — подумала она.
Женщины стали пробираться дальше.
— Смотри, здесь надо спускаться, — Сусанна показала на дыру в
полу. Оттуда несло сыростью и прохладой. В каменную стену были вделаны
ржавые железные скобы, и молодые женщины стали осторожно спускаться в
таинственную темноту. Где-то внизу плескалась вода. Когда ноги баронессы
коснулись долгожданного пола, она присела и огляделась. Слева от себя
женщина увидела большой проем, где прямо перед лицом плескалась поверхность
воды. Шарлотта высунула голову в проем и увидела, что они попали прямо в
колодец.
— Смотри, здесь колодец! — воскликнула она.
Ее голос гулким эхом отдался в каменной трубе.
— Эй, Харальд, там что-то шумит! — послышался голос сверху.
Многократно усиленная неоднократным эхом фраза Ульфа прозвучала как гром.
Шарлотта потихоньку глянула вверх. Над проемом колодца склонились две
светловолосые головы. Сусанна потянула подругу назад и приложила палец к
губам.
— Да нет там никого, — послышалось сверху.
— Нет, что-то шумело.
Сусанна взяла небольшой камешек и бросила в воду. Раздался всплеск.
— А, видишь, там рыба! — раздался голос барона Бьярни, — и
кто бы мог подумать, что в колодце может водиться рыба!
— Бывает и такое, — ответил Ульф, — или специально пускают
для очистки от водорослей, а бывает, что колодец связан с подземной рекой.
— Ну ладно, не ври, с подземной рекой!
Мужчины отошли от колодца. Сусанна молча взяла подругу за руку и увлекла ее
прочь от проема.
— Здесь я ни разу не была, — прошептала она, указывая на зияющий
впереди проем темного коридора. Судя по многочисленным обрушившимся камням,
паутине и мусору этим ходом давно не пользовались.
Спотыкаясь и отводя от лица липкую бахрому из паутин, женщины стали
пробираться по замысловатому лабиринту. Ход извивался то влево, то вправо,
порой он резко опускался вниз, а порой надо было карабкаться в гору.
Освещения не было вовсе, и через пару шагов все вокруг погрузилось в
кромешную тьму. Подруги с надеждой поглядывали на скудный огонек, который
давала маленькая лампа. Вдруг Сусанна споткнулась и полетела вперед. Женщина
больно ударилась, потому что, падая, все время держала лампу перед собой,
стараясь не погасить и не повредить ее.
— Давай-ка лучше не спешить, — прошептала Шарлотта, отряхивая пыль
с платья подруги, — а то прибавятся еще два скелета к тому, что лежит в
той конуре. Будем продвигаться осторожно.
Ход оказался очень длинным. Во всяком случае, так показалось беглянкам. В
одном месте он был почти под потолок завален обрушившимися камнями, и
женщины, обдирая в кровь пальцы, долго разбирали завал. Хорошо, что
практичная Сусанна догадалась взять с собой запас масла, а то бы лампа давно
погасла. После завала подруги почувствовали, что ход постепенно начал идти
вверх. Через некоторое время даже потянуло свежим воздухом. Наконец где-то
вдалеке забрезжил слабый свет, и обрадованные молодые женщины пошли веселей.
Наконец свет усилился, и со свода стали свисать многочисленные корни.
Раздвигая их, подруги буквально протискивались к выходу. Наконец, они
услышали журчание воды. Но вот Шарлотта увидела, что прямо перед ней
поблескивает на солнце весело перекатывающийся на камнях ручеек. После
длительного нахождения в темноте солнце немилосердно резало глаза, и молодая
женщина прикрыла их рукой, когда стала выбираться из подземелья. Оказалось,
что выход из тайного хода был расположен под корнями большой ивы, росшей на
берегу лесного ручья. Рядом проходила дорога, по которой Шарлотта проходила
десятки раз, когда направлялась в город, но она и предположить не могла, что
у самой воды имеется тайный лаз.
Отряхнув с одежды пыль и паутину, беглянки выбрались на берег и спрятались в
зарослях ивняка. Вид у них был довольно чумазый, и пришлось долго приводить
себя в порядок. Хорошо еще, что женщины накинули поверх платьев серые
монашеские рясы с капюшонами, которым грязь и пыль не были страшны. Да и в
таком наряде было легче, чем в обычном платье.
Подруги вышли на край леса и осмотрелись. Вдали виднелся силуэт замка, им
даже стало страшно, когда они поняли, какое расстояние они прошли под
землей.
Порывы ветра гнали волны по посевам пшеницы, совсем как по морю. Справа на
лугу паслись лошади графа. Ловкая Сусанна сумела подложить в молоко, которое
берет с собой на обед пастух, снотворное. Когда молодые женщины подобрались
к табуну, все вышло, как было задумано — пастух спал мертвецким сном,
раскинув руки и подставив раскрасневшееся лицо лучам солнца.
— Вон она, моя Актуэль, — любовно прошептала Шарлотта.
Лошадь, словно услышала голос хозяйки и подняла изящную белогривую голову.
Молодая женщина тихонько присвистнула, и радостная кобылица тотчас же
помчалась к ней. За ней тут же увязался какой-то жеребец.
Пока седлали лошадей, разыгрался сильный ветер.
? Как холодно! Послушай, Сусанна, я знаю одно хорошее место! Поезжай за
мной! Там отдохнем немного, подкрепимся и решим, куда нам ехать! ? и
Шарлотта поскакала вперед.
Ветер все не успокаивался. Порывистый и пронизывающий, он шелестел высокой
травой и исступленно трепал молодое деревце, которое прикрывало вход в
пещеру, где остановились обсудить свои дальнейшие действия беглые подруги.
Немного отдохнув, они тронулись дальше. Тем временем на небе появились
слоистые облака, и на землю как будто спустились сумерки. Шарлотта и ее
подруга направили коней в сторону леса — каждая потерянная минута под
стенами замка грозила провалом побега. Женщины облегченно вздохнули, когда
лошади нырнули в густые заросли орешника. Вдоль края леса шла узкая дорога.
Ехать по ней был удобно, но какое-то смутное предчувствие близкой опасности
все время не давало покоя. Так оно и вышло — впереди заскрипели колеса
приближающейся телеги. Величавая тишина леса огласилась резкими голосами
громко разговаривающих между собой людей
— Сусанна, в кусты! — скомандовала испуганная Шарлотта и свернула
вправо. Быстро нырнув в заросли, беглян
...Закладка в соц.сетях
