Жанр: Любовные романы
Шопоголик и брачные узы
...епаны, взгляд дикий.
— Дэнни! (Он подскакивает.)Ты что здесь делаешь?
— Ой! — Дэнни отводит глаза. — Ничего. Просто... пасусь.
— У тебя все нормально?
— Прекрасно! Все прекрасно. — Дэнни косится на часы. — А ты,
как я понимаю, в делах по горло?
— Даже выше, — с сожалением говорю я. — Меня ждет клиентка. А
то выпили бы кофе.
— Да нет. Все отлично, — бормочет Дэнни, — Ты иди, иди.
Попозже увидимся.
Немного озадаченная, я возвращаюсь в примерочную.
Лорел решает купить платье и еще пару вещиц. На прощание она крепко обнимает
меня.
— Не позволяйте свадьбе выбить вас из колеи, дорогая. И меня не
слушайте. У меня искаженный взгляд на вещи. Я знаю, вы с Люком должны быть
счастливы.
— Лорел... — я тоже с чувством обнимаю ее, — вы самая лучшая!
Лорел и вправду замечательная. Попадись мне только этот тупица, ее муж, — уж он у меня получит.
После ухода Лорел я проверяю свое расписание. До прихода следующего клиента
целый час, значит, можно слетать в отдел товаров для новобрачных и еще раз
взглянуть на мое платье. Определенно, либо это — либо от Веры Волг. Или от
Трейси Конноп.
Точно — одно из трех.
Выхожу в зал и останавливаюсь как вкопанная. Дэнни топчется у вешалок с
топиками. Чего ради он до сих пор здесь околачивается? Я уже готова позвать
его посмотреть мое платье, а заодно пропустить по чашечке капуччино. И тут,
к моему изумлению, Дэнни озирается по сторонам, украдкой наклоняется и
вытаскивает что-то из своей холщовой сумки. Футболка с блестящими рукавами —
на плечиках! Дэнни засовывает ее в ряд шмоток и лезет за следующей.
Я смотрю на него в полном остолбенении. Что он затеял?
Дэнни снова оглядывается, а потом выуживает из сумки маленькую глянцевую
табличку и цепляет ее над вешалкой.
Что за чертовщина?
— Дэнни! — Я направляюсь к нему.
— А?! — Дэнни подпрыгивает от неожиданности, потом разворачивается
и видит меня. — Господи, Бекки! Тише!
— Ты что вытворяешь с этими футболками? —шиплю я.
— Поставляю сам себя.
— Что значит — поставляешь сам себя? Дэнни дергает головой в сторону
глянцевой таблички. Я читаю и не верю своим глазам.
КОЛЛЕКЦИЯ ДЭННИ КОВИТЦА!
НОВЫЙ, ДОСТОЙНЫЙ ВОСХИЩЕНИЯ ТАЛАНТ В
БЕРНИЗ
— Вешалки не все из
Берниз
, — шепчет Дэнни, пристраивая еще две
футболки. — Но это, я полагаю, неважно.
— Дэнни...ты с ума сошел! Нельзя просто... взять и развесить товар по
магазину!
— У меня нет выбора, понятно? — яростно произносит Дэнни. —
Сейчас здесь будет Рэндал, уверенный, что увидит в
Берниз
линию Дэнни
Ковитца.
Я в панике смотрю на него.
— Но ты же сказал, что он ничего не станет проверять?!
— Он бы и не стал. — Дэнни втискивает в ряд еще одну
вешалку. — Но этой безмозглой дуре, его подружке, во все надо сунуть
свой нос. Всю жизнь плевать на меня хотела, а как услышала слово
Берниз
,
так сразу:
Ой, Рэндал, ты должен поддержать своего братика! Пойди завтра в
Берниз
и купи какую-нибудь его вещицу!
А я ему:
Ну что ты, не надо
. Но
ему в голову уже втемяшилось. Мол, заскочу, гляну. Вот я и шил всю ночь как
с, цепи сорвавшись...
— Ты все это сшил за ночь? — недоверчиво спрашиваю я и тянусь к
одной из футболок. Кожаный шнурок отваливается и падает на пол.
— Что ж, отделка не совсем соответствует моим обычным
стандартам, — защищается Дэнни. — Ты их просто не трогай,
ладно? — Он пересчитывает вешалки. — Две... четыре... шесть...
восемь... десять... Пожалуй, хватит.
— Дэнни... — Я озираюсь и вижу, что Карла, ассистентка, косится на нас
как-то странно. — Привет! — бодро восклицаю я. — Я тут...
клиенту помогаю... для его подружки...
Карла еще раз окидывает нас подозрительным взглядом и ретируется.
— Ничего не выйдет! — бормочу я, как только она оказывается вне
пределов слышимости. — Снимай все это! Тебя бы все равно на этом этаже
не выставили!
— Две минуты, — просит Дэнни. — Только две минутки! Он
придет, увидит и свалит. Давай, Бекки! Никто же не... — Он замирает. —
Вот он!
Точно. Рэндал, брат Дэнни, шествует прямо к нам.
В миллионный раз я задумываюсь, каким образом Дэнни и Рэндал ухитрились
произойти от одних родителей. Дэнни гибок и тонок как макаронина и
беспрестанно находится в движении. Рэндал же весьма основательно смотрится в
двубортном пиджаке и на мир взирает с вечной гримасой неодобрения.
— Привет, Дэниэл. — Он кивает мне: — Привет, Бекки.
— Привет, Рэндал. — Надеюсь, моя улыбка сойдет за
непринужденную. — Как дела?
— Вот они! — победно провозглашает Дэпии, отодвигаясь от вешалок и
указывая на футболки. — Моя коллекция. В
Берниз
. Как я и говорил.
— Вижу. — Рэндал внимательно разглядывает дамские наряды.
Повисает напряженная тишина. Уверена: сейчас он обернется и спросит: ты кому
тут мозги полощешь? Но Рэндал молчит — и я, к своему потрясению, осознаю,
что он купился с потрохами.
С другой стороны, чему удивляться? В ряду прочих одежек шмотки Дэнни не
выглядят неуместно.
— Что ж, поздравляю. Это действительно достижение. — Рэндал
неловко треплет брата по плечу и поворачивается ко мне: — Хорошо продаются?
— Э-э... да! Весьма популярны, я бы сказала.
— И за сколько они идут? — Рэндал берет одну из футболок, и мы с
Дэнни невольно задерживаем дыхание и в оцепенении смотрим, как он ищет
этикетку. Рэндал хмурится: — Тут нет ценников.
— Это потому что... их только сейчас вывесили, — торопливо бормочу
я. — Но стоят они... э-э... восемьдесят девять долларов.
— Ясно. — Рэндал качает головой. — Что же, я никогда не разбирался в высокой моде...
— Тоже мне новости, — шепчет Дэнни мне на ухо.
— Но раз продаются — значит, что-то в них есть. Дэниэл, снимаю
шляпу. — Рэндал достает следующую футболку, с заклепками вокруг шеи, и
таращится на нее в явном замешательстве. — А какую же мне купить?
— Ничего не покупай! — поспешно говорит Дэнни. — Я... сам
тебе сошью. В подарок.
— Нет, я хочу купить! Если я не могу поддержать родного брата...
— Рэндал, пожалуйста. — Голос Дэнни срывается от
искренности. — Позволь мне сделать тебе подарок. Это самое меньшее, чем
я могу отблагодарить тебя за доброту, которой ты одаривал меня все эти годы.
Правда.
— Ну, если не шутишь... — Рэндал пожимает плечами и смотрит на
часы. — Мне пора. Рад был тебя повидать, Бекки.
— Я провожу тебя до лифта. — Дэнни бросает на меня ликующий
взгляд.
Они уходят, а я с трудом сдерживаю нервный смех. Все висело на волоске.
Поверить не могу, что мы так легко выкрутились.
— О, только поглядите на это! — внезапно раздается у меня за
спиной чей-то голос. — Это новые, да? — Рука с маникюром
выныривает из-за моего плеча и хватает одну из футболок Дэнни прежде, чем я
успеваю этому помешать. Лайза Фарли — милая, но абсолютно чокнутая клиентка
Эрин. Лет двадцати двух, не похоже, чтобы где-нибудь работала, и всегда
ляпает первое, что взбредет в голову, ни на миг не задумываясь, а не может
ли это кого-нибудь обидеть. Однажды она на голубом глазу спросила Эрин:
А
вам не мешает, что у вас рот такой странной формы?
А теперь она прикладывает к себе поделку Дэнни и одобрительно оглядывает ее.
Черт! Надо было их сразу снять.
— Привет, Бекки! — радуется Лайза. — Он, какая миленькая! Я
раньше таких не видела.
— Простите, они еще не продаются. Мне надо... их обратно на склад
отнести.
Я пытаюсь схватить футболку, но Лайза уворачивается.
— Я только в зеркало посмотрюсь. Эй, Трейси! Что скажешь?
Девушка в ситцевом пиджаке от Диора направляется к нам.
— О чем?
— Эти новые футболки. Классные, да? — Лайза вытаскивает еще одну и
протягивает Трейсн.
— Вы не могли бы мне их отдать... — беспомощно лепечу я.
— Потрясная!
И вот уже они в четыре руки проворно шарят среди вешалок, и такого натиска
бедные футболки вынести не могут. Швы расползаются, блестки и стразы летят
во все стороны.
— Ой, шов разошелся. — Лайза в растерянности хлопает
ресницами. — Бекки, они сами упали. Я ничего не дергала.
— Все в порядке, — слабым голосом выдавливаю я.
— Здесь что, все так задумано, чтобы отваливалось? Кристина! —
неожиданно зовет Лайза. — Эта новая линия такая прикольная!
Кристина?
Я резко оборачиваюсь, и меня прошибает пот. На пороге отдела персональных
закупок Кристина беседует с начальником отдела кадров.
— Какая новая линия? — спрашивает она, оборачиваясь. — А,
Бекки.
Вот дерьмо! Надо срочно их переключить.
— Лайза! — в отчаянии взываю я. — Не хотите взглянуть на
новые пальто от Марка Джекобса? Только что привезли!
Лайза меня игнорирует.
— Эти новые... как они называются... — Она косится на табличку: — Дэнни
Ковитц! Как Эрин могла мне не сказать! Вот гадкая! — И она с шуточным
упреком грозит пальцем.
Я в смятении слежу, как Кристина разворачивается, явно насторожившись. Ничто
так не заводит ее, как предположение, будто кто-то в ее отделе не является
образцом совершенства.
— Извините, я на минутку, — говорит она начальнику отдела кадров и
направляется к нам. — О чем Эрин вам не сказала? — любезно
обращается она к Лайзе.
— Об этом новом дизайнере! Никогда раньше о нем не слышала.
— Ой! — внезапно вскрикивает Трейси, отдергивая руку от
футболки. — Булавка!
— Булавка? — эхом откликается Кристина. — Ну-ка, дайте.
Она хватает разодранную футболку и ошеломленно таращится на нее. А потом
видит табличку Дэнни.
Ну я и тупица! Почему я хоть эту ерундовину не сняла?
Кристина смотрит на меня в упор, и от страха у меня по всему телу бегут
мурашки. Прежде я ни разу не имела дела с Кристиной. Но я слышала, как она
отшивает людей по телефону, и знаю, какой свирепой она бывает.
— Бекки, вам об этом что-нибудь известно? —вежливо спрашивает она.
— Я... — На меня нападает кашель. — Дело в том...
— Понятно. Лайза, боюсь, что произошло маленькое недоразумение. —
Кристина ослепляет Лайзу профессиональной улыбкой. — Эти образцы не для
продажи. Бекки... вам, думаю, лучше пройти ко мне в офис.
— Кристина... Мне... очень жаль. — Я становлюсь красной как
свекла, — Я правда...
— Что случилось? — спрашивает Трейси. — Это почему они не для
продажи?
— У Бекки проблемы? — Лайза в смятении. — Ее уволят? Не
увольняйте Бекки! Она нам нравится больше, чем Эрин... Ой! — Она
зажимает рот руками. — Извините, Эрин. Я не видела, что вы здесь.
— Все в порядке. — Эрин уязвленно улыбается. Час от часу не легче.
— Кристина, все, что я могу сделать, — это извиниться, —
смиренно бормочу я. — Я не хотела доставить никаких проблем. И я не
собиралась вводить в заблуждение покупателей...
— Если вам есть что сказать, Бекки, то скажете это в моем офисе, —
ледяным тоном произносит Кристина.
— Стоп! — раздается мелодраматический выкрик, и, дружно
развернувшись, мы видим Дэнни. — Остановитесь! Бекки тут ни при
чем! — Он заслоняет меня своим тщедушным телом. — Совсем ни при
чем! Если вам нужно кого-нибудь уволить — увольняйте меня!
— Дэнни, тебя нельзя уволить. Ты здесь не работаешь.
— А вы кто? — интересуется Кристина.
— Дэнни Ковитц.
— Дэнни Ковигц. Ага... — Лицо Кристины светлеет. — Так это вы...
создали эту коллекцию. И развесили ее у нас?
— Что? Он не настоящий модельер? — в ужасе восклицает
Трейси. — Я так и знала. Меня не обманешь. — Она запихивает
вешалку обратно в ряд так, будто она заразная.
— Разве это не противозаконно? — расширив глаза, спрашивает Лайза.
— Может, и так, — ощетинивается Дэнни. — А вы не хотите
узнать, почему я низведен до уровня преступника? Знаете, насколько это
нереально — совершить прорыв в так называемом мире моды? — Он обводит
взглядом аудиторию, убеждаясь, что его слушают. — Все, что я
хочу, — это донести свои замыслы до людей! Каждую унцию своей жизненной
энергии я отдаю работе. Я плачу, я кричу от боли, я выжимаю из себя кровь!
Но мир моды не интересуют новые таланты! Кому надо опекать новичка,
дерзнувшего идти своим путем?! — Дэнни срывается на крик. — Если
меня вынуждают к отчаянным мерам — вправе ли вы осуждать меня за это? Если
раните меня — не хлынет ли у меня кровь?
— Ого! — выдыхает Лайза. — Я и не представляла, как там
круто.
— Это вы меня ранили, — вставляет Трейси, на которую речь Дэнни
явно не произвела такого сильного впечатления. — Своей дурацкой
булавкой.
— Кристина, вы должны дать ему шанс, — вскрикивает Лайза. —
Смотрите! Это же искра божья!
— Я лишь хочу донести свои идеи до людей! — опять заводит свою
волынку Дэнни. — Единственное мое желание — чтобы кто-то однажды надел
мою вещь и ощутил себя преображенным. Но сколько бы ни полз я к ним на
коленях, дверь захлопывается прямо перед моим носом...
— Хватит! — рявкает Кристина, рассерженная и довольная
одновременно. — Хотите прорыва, значит? Дайте-ка мне посмотреть на эту
одежду.
Все умолкают, заинтригованные. Я бросаю быстрый взгляд на Дэнни. Быть может,
это шанс! Кристина оценит его дарование,
Берниз
скупит всю его коллекцию —
и дело сделано! Гвинет Пэлтроу наденет его футболку, все тут же начнут
гоняться за его шмотками, и в конце концов Дэнни прославится и откроет
собственный бутик!
Кристина берет футболку с разбрызганной по переду краской и с искусственными
бриллиантами, и я задерживаю дыхание. Лайза и Трейси переглядываются, высоко
вскидывая брови, и, хотя Дэнни неподвижен, я вижу, как напряжено его лицо.
Кристина вешает футболку на место, тянется к следующей, и мы замираем словно
в ожидании приговора. Критически нахмурившись, Кристина расправляет
футболку, чтобы получше рассмотреть ее... и один рукав отрывается, явив
обтрепанный край ткани.
— Это новый стиль, — с ходу врет Дэнни. — Это... деконструктивный подход к дизайну...
Кристина качает головой и вешает футболку обратно.
— Молодой человек. У вас определенно есть чутье. Может быть, даже
талант. К сожалению, этого недостаточно. Пока вы не научитесь как следует
завершать свою работу, далеко вы не уйдете.
— Обычно мои творения безупречно завершены, — немедленно заявляет
Дэнни. — Может, только эта коллекция делалась в некоторой спешке...
— Я предлагаю вам начать все заново, сделать несколько вещей, и весьма
аккуратно...
— Вы хотите сказать, что я неаккуратен?
— Я хочу сказать, что вам надо научиться доводить свои замыслы до
конца. — Кристина мягко улыбается ему. — Тогда мы посмотрим.
— Я в состоянии доводить свои замыслы до конца! — негодует
Дэнни. — В этом моя сила! В этом... Иначе разве я взялся бы за
свадебное платье для Бекки? — И он вцепляется в меня так, будто нам
сейчас предстоит петь дуэтом. — Самый главный наряд в ее жизни! Она
верит в меня, пусть даже никто другой не верит. Когда Бекки Блумвуд
прошествует по отелю
Плаза
в творении Дэнни Ковитца, вы не назовете меня
неаккуратным. И когда телефоны начнут разрываться от звонков...
— Что? — растерянно лепечу я. — Дэнни...
— Вы шьете свадебное платье для Бекки? — Кристина поворачивается
ко мне. — Я думала, это будет наряд от Ричарда Тайлера.
— Ричарда Тайлера? — тупо переспрашивает Дэнни.
— А я думала, от Веры Вонг, — вмешивается Эрин, с интересом
наблюдавшая за происходящим.
— А я слышала, что это свадебное платье вашей матери, — влезает
Лайза.
— Я шью твое платье, — произносит потрясенный Дэнни. — Разве
нет? Ты обещала мне, Бекки! У нас соглашение!
— Вера Вонг — звучит превосходно, — замечает Эрин. — Выбирай
ее.
— А я за Ричарда Тайлера, — объявляет Трейси.
— А платье, в котором выходила замуж ваша мать? — вклинивается
Лайза. — Это так романтично!
— Вера Вонг — это просто божественно, — настаивает Эрин.
— Но как можно отказаться от свадебного платья матери? — вопрошает
Лайза. — Как можно пренебречь семейными традициями? Бекки, вы не
согласны?
— Главное — чтобы хорошо смотрелось! — заявляет Эрин.
— Главное — чтобы было романтично! ~ парирует Лайза.
— А мое платье? — раздается жалобный возглас Дэнни. — Как
насчет преданности твоему лучшему другу? Как с этим быть, Бекки?
Голоса жужжат, ввинчиваются в мою голову, все жадно смотрят на меня, ожидая
ответа. И тут я срываюсь.
— Не знаю, понятно? — в отчаянии кричу я. — Просто... не
знаю, что делать!
Внезапно я чувствую, что вот-вот расплачусь, — а это уже нелепо. Можно
подумать, что мне грозит вообще остаться без платья.
— Бекки, думаю, нам надо поговорить, — произносит Кристина, бросив
на меня понимающий взгляд. — Эрин, уберите, пожалуйста, это все и
извинитесь перед Карлой, хорошо? Бекки, пойдемте со мной.
Мы входим в стильный, бежево-замшевый офис Кристины. Она закрывает дверь,
разворачивается — и мне кажется, что сейчас она на меня заорет. Но вместо
этого Кристина указывает на кресло и устремляет на меня проницательный
взгляд.
— Что с вами, Бекки?
— Все отлично!
— Все отлично. Понятно. — Кристина скептически кивает. — Что
в данный момент происходит в вашей жизни?
— Ничего особенного, — бодро говорю я. — Сами знаете! Все по-
прежнему, все по-старому...
— Подготовка к свадьбе идет нормально?
— Да! Да! Абсолютно никаких проблем.
— Понимаю. — Кристина умолкает и постукивает ручкой по
зубам. — Недавно вы навещали друга в больнице. Кто это?
— А, да. Это... на самом деле это друг Люка. Майкл. У него случился
сердечный приступ.
— Для вас, наверное, это было потрясением. Мгновение я молчу, а потом
шепчу, водя пальцем по подлокотнику:
— Да... пожалуй. Особенно для Люка. Они очень близкие друзья, но
недавно поссорились, и Люка мучает чувство вины. Ведь если бы Майкл умер,
Люк никогда бы не смог... — Я тру лицо. — И у Люка как раз проблемы с
матерью — от этого тоже не легче. Она попросту использовала его. Даже не то
что использовала — вытерла об него ноги. Люк чувствует себя преданым. Но со
мной он об этом не говорит. — Голос у меня начинает дрожать. — Он
ни о чем сейчас со мной не говорит. Ни о свадьбе, ни о медовом месяце...
Даже о том, где мы теперь будем жить! Нас выселяют из квартиры, и мы еще не
нашли, куда перебраться, и даже когда мы поиски начнем, я не знаю! К моему
изумлению, по щеке сползает слеза. Это еще откуда?
— А в целом все отлично, — говорит Кристина.
— О да! — Я вытираю физиономию. — В целом все грандиозно!
— Бекки, — Кристина качает головой, — так не годится. Я хочу,
чтобы вы взяли отпуск на несколько дней. В конце концов, он вам полагается.
— Мне не нужен отпуск!
— Я заметила, что в последнее время вы очень напряжены, но не
представляла, что дело настолько плохо. Только когда сегодня утром со мной
поговорила Лорел...
— Лорел? — Я ошеломлена.
— Она тоже встревожена. Она сказала, что вы утратили свою обычную
искорку. Даже Эрин заметила это. Она вчера сообщила вам о распродаже в
Кейт
Спейд
, а вы едва голову подняли. Это не та Бекки, которую я нанимала.
— Вы меня увольняете? — горестно спрашиваю я.
— Я вас не увольняю! Я о вас беспокоюсь. Бекки, это злосчастное
стечение обстоятельств, о котором вы мне сейчас рассказали. Ваш друг... и
Люк... и квартира...
Кристина достает бутылку минеральной воды, наполняет два стакана и один
протягивает мне.
— И это еще не все. Так ведь, Бекки?
— Вы о чем? — боязливо спрашиваю я.
— Думаю, есть еще какое-то осложнение, о котором вы мне не
рассказываете. Что-то со свадьбой. — Наши взгляды встречаются. — Я
права?
О господи.
Как она дозналась? Я же была такой осторожной, такой...
— Я права? — мягко повторяет Кристина.
Несколько мгновений я сижу совершенно неподвижно. А потом очень медленно
киваю.
И чувствую невыразимое облегчение.
— Как вы узнали? — спрашиваю я, пряча глаза.
— Лорел сказала мне.
— Лорел? — Еще один шок. — Но я никогда...
— Она сказала, что это очевидно. К тому же вы пару раз проговорились...
Знаете, хранить секрет далеко не так просто, как кажется.
— Поверить не могу, что вы знаете... Я и заикнуться никому не
смела! — Я откидываю волосы с пылающего лица. — Один бог ведает,
что вы теперь обо мне думаете.
— Никто о вас хуже думать не стал, — говорит Кристина. —
Правда.
— Я не хотела, чтобы зашло так далеко.
— Конечно, не хотели. Не вините себя.
— Но это из-за меня!
— Вовсе нет. Это совершенно нормально.
— Нормально?
—Да! Все невесты ссорятся с матерями из-за свадьбы. Вы отнюдь не
единственная, Бекки!
Я в замешательстве смотрю на Кристину. Что она несет?
— Я могу понять, что это выбило вас из колеи. — Кристина
устремляет на меня взгляд, полный сочувствия. — Особенно если прежде вы
с матерью были так близки.
Кристина решила...
Вдруг до меня доходит, что она ждет ответа.
— Э-э... Да! — Я сглатываю. — Это было... довольно трудно.
Кристина кивает, будто я подтвердила все ее подозрения.
— Бекки, я ведь не часто даю вам советы?
— Ну... нет.
— Но сейчас я прошу, чтобы вы меня выслушали. Помните — это ваша
свадьба. Не вашей матери. А ваша с Люком, и у вас только один выстрел. И
сделайте его так, как вы сочтете нужным. Поверьте мне — иначе вы будете
жалеть.
— М-м... дело в том... Не все так просто...
— Просто. Именно что просто. Бекки, это ваша свадьба. Ваша свадьба.
Голос Кристины четок и выразителен. Я смотрю на нее, так и не донеся стакан
до губ. Похоже, сквозь облака прорезался луч света.
Это моя свадьба. Так я об этом еще не думала.
Не мамина. Не Элинор. Моя.
— Легко попасться в эту ловушку — стремиться любой ценой угодить
маме, — говорит Кристина. — Естественный, благородный инстинкт. Но
есть нечто, что вы должны поставить во главу угла. Когда я выходила замуж...
— Вы были замужем? — изумля
...Закладка в соц.сетях
