Жанр: Любовные романы
Шопоголик и брачные узы
...ржей?
— Мама, это Дэнни, — поспешно вклиниваюсь я. — Мой сосед,
помнишь?
— Миссис Би, для меня большая честь встретиться с вами, —
произносит Дэнни, целуя мамину руку. — Вы не против того, что я
увязался за Бекки?
— Конечно, нет! Чем больше народу, тем веселее! А теперь идемте,
посмотрим шатер!
Мы заходим в сад, и у меня приоткрывается рот. Огромный шатер в серебристо-
белую полоску высится посреди лужайки. На клумбах маргаритками высажено
Бекки и Люк
. На каждом кусте, до которого только можно дотянуться,
развешаны гирлянды волшебных огней. Садовник в униформе полирует новый
гранитный фонтан, еще кто-то подметает патио, а в шатре я вижу женщин
средних лет — они расселись полукругом, и в руках у них блокноты.
— Дженис дает девочкам краткие наставления, — вполголоса поясняет
мама. — Она всерьез увлеклась организацией свадьбы. Даже подумывает
заняться этим профессионально!
— А запасные розовые лепестки будут в серебряном ведерке у столба
А, — слышу я голос Дженис, подойдя ближе. — Отметьте, пожалуйста,
все на своих схемах...
— Знаешь, по-моему, она добьется успеха, — задумчиво произношу я.
— Бетти и Марго, отвечаете за цветы в петлицах. Аннабел, не могли бы вы
позаботиться...
— Мама? — Не веря ушам, Люк заглядывает в шатер.
Не может быть. Это Аннабел! Мачеха Люка сидит с остальными женщинами.
— Люк! — Аннабел оборачивается, и ее лицо словно
освещается. —Дженис, извините, я на минуточку...
Она спешит к нам и крепко сжимает Люка в объятиях.
— Ты здесь. Как я рада тебя видеть! — Аннабел с тревогой
заглядывает ему в лицо. — Дорогой, у тебя все хорошо?
— У меня все прекрасно, — отвечает Люк. — Я так думаю.
Столько всего произошло...
— Бекки. — Аннабел протягивает руку и обнимает заодно и
меня. — Нам с вами надо будет потом обстоятельно поговорить, —
шепчет она мне на ухо.
— Так ты... помогаешь со свадьбой? — спрашивает Люк у матери.
— Столько рук в помощь! — весело восклицает моя мама. —
Аннабел теперь одна из нас!
— А где папа? — Люк озирается по сторонам.
— Пошел пропустить по стаканчику с Грэхемом, — сообщает
мама. — Эти двое нашли друг друга. Ну а теперь — кому кофе?
— Вы поладили с родителями Люка! — замечаю я, отправляясь следом
за мамой на кухню.
— Они такие очаровательные люди, — со счастливым видом отзывается
она. — Уже пригласили нас погостить у них в Девоне. Милые, нормальные,
вполне земные. Не то что... та дамочка.
— Точно. Они совсем не похожи на Элинор.
— Ее, кажется, совершенно не интересовала свадьба, — замечает мама
с оттенком укора в голосе. — Представь себе, она даже не ответила на
приглашение!
— Правда?
Черт. Мне казалось, что я послала ответ за Элинор.
— Ты ее видела в последнее время? — интересуется мама.
— Да нет... — бормочу я. — Не часто.
Мы несем поднос с кофе наверх, в мамину спальню, и, распахнув дверь,
обнаруживаем Сьюзи и Дэнни: они сидят на кровати, а между ними лежит Эрни и
дрыгает розовыми ножками. А напротив, на двери гардероба, красуется мамино
свадебное платье — все такое же безупречно белое и такое же невозможное.
— Сьюзи! — Я обнимаю ее. — И крошка Эрни! Какой же он
большой... — Я наклоняюсь, чтобы чмокнуть его, и малыш отвечает мне
пухлогубой, широкой улыбкой.
— Ты справилась. — Сьюзи ухмыляется. — Хорошо сделано, Беке.
— Сьюзи как раз показывала мне ваше фамильное свадебное платье, миссис
Би. — Дэнни косится на меня, и брови у него ползут вверх. — Оно...
уникально.
— Это просто героическое платье, — с восхищением говорит
мама. — Мы думали, что оно погибло, но пятна кофе удалось вывести!
— Какое чудо! — отзывается Дэнни.
— А не далее как сегодня утром малыш Эрни пытался опрокинуть на него
яблочное пюре...
— В самом деле? — Я бросаю взгляд на залившуюся краской Сьюзи.
— Но, по счастью, я накрыла его целлофаном! — Мама берет платье и
расправляет оборки; глаза у нее слегка увлажняются. — Это мгновение, о
котором я мечтала так долго. Бекки в моем свадебном платье. Дурочка я,
правда?
— Ничего подобного. — Я обнимаю ее. — На свадьбах всегда так.
— Миссис Блумвуд, Бекки описывала мне платье, — говорит
Дэнни, — и честно должен заявить, что она была к нему не вполне
справедлива. Но вы не будете возражать, если я сделаю парочку незначительных
дополнений?
— Отнюдь! — отвечает мама и смотрит на часы. — Мне пора.
Нужно еще украшать столы!
Как только за ней закрывается дверь, Дэнни и Сьюзи переглядываются.
— Итак, — произносит Дэнни, — как нам быть с этим?
— Для начала можно отрезать рукава, — изрекает Сьюзи. — И все
эти рюши с корсета.
— Я имею в виду, сколько из всего этого мы оставим? — Дэнни
поворачивается ко мне: — Бекки, что скажешь?
Я не отвечаю. Я смотрю в окно. Люк и Аннабел гуляют по саду, склонив друг к
другу головы, и разговаривают. А вон мама обсуждает что-то с Дженис,
указывая на цветущее вишневое дерево.
— Бекки? — повторяет Дэнни.
— Не трогай его, — говорю я и улыбаюсь при виде ошарашенной
физиономии Дэнни. — Ничего с ним не делай. Оставь как есть.
Без десяти три я готова. На мне колбасно-оберточное платье. На лице макияж
Дженис в стиле
Невесты Лучезарной Весны
, лишь слегка смягченный при помощи
влажной салфетки. На голове венок из ярко-розовых гвоздик и гипсофил,
заказанных мамой вместе с букетом. Единственная стильная вещь — это мои
туфли, которых не видно.
А мне все равно. Я выгляжу именно так, как мне и хочется.
Мы сфотографировались под цветущим вишневым деревом, и мама смыла с себя
слезами всю
Летнюю Элегантность
, и ее пришлось перекрашивать заново. А
теперь все ушли в церковь. Только мы с папой ждем, когда настанет время.
— Готова? — спрашивает папа, когда белый
роллс-ройс
выруливает
на дорогу.
— Думаю, да, — отвечаю я нетвердым голосом. Я выхожу замуж. По-
настоящему выхожу замуж.
— Ты считаешь, я правильно поступаю? — спрашиваю я, и только
наполовину в шутку.
— О, полагаю, да. — Папа смотрится в зеркало в холле и поправляет
серебристый галстук. — Помню, в первый же день, когда мы познакомились
с Люком, я сказал твоей матери:
Вот этот за Бекки угонится
. — Он
встречает в зеркале мой взгляд. — Прав я был, золотко? Угнался он за
тобой?
— Не совсем, — улыбаюсь я. — Но он... приближается.
— Вот и хорошо. Пожалуй, только на это ему и остается уповать.
Шофер звонит в дверь, и я таращусь на знакомую физиономию под остроконечной
шапочкой. Глазам своим не верю. Это же мой инструктор по вождению, Клайв.
— Клайв! Привет! Как вы?
— Бекки Блумвуд! — восклицает он. — Чтоб мне провалиться!
Бекки Блумвуд выходит замуж! Вы тогда экзамен-то сдали?
— Э-э... да. В конце концов.
— Кто бы мог подумать? — Клайв в восхищении качает головой. —
Я, бывало, как приду домой, так жене и заявляю:
Если эта девчонка сдаст
экзамен, то я — жареное яйцо
. А потом, как до дела дошло... Экзаменатор еще
сказал, что в жизни ни с чем подобным не сталкивался. Ваш будущий муж-то
видел, как вы водите?
— Да.
— И все еще хочет на вас жениться?
— Да! — огрызаюсь я.
В самом-то деле! День моей свадьбы! Вовсе незачем напоминать мне о дурацких
экзаменах по вождению многолетней давности.
— Ну что, садимся? — тактично вмешивается папа. — Привет,
Клайв. Рад снова повидаться.
Возле машины я оглядываюсь на дом. Когда я снова увижу его, то буду уже
замужней женщиной. Сделав глубокий вздох, я шагаю в автомобиль.
— Сто-о-о-о-ойте! — раздается вопль. — Бекки! Остановись!
Я в ужасе замираю, забыв одну ногу на дороге. Что стряслось? Кто все
разнюхал? Кто что узнал?
— Я не допущу этого!
Том Вебстер, в будничной одежде, мчится к нам от соседнего дома. Он
соображает, что делает? Он должен быть в церкви, у ворот.
— Бекки, я не могу просто стоять и смотреть. — Пытаясь отдышаться,
Том опирается на
роллс-ройс
. — Это может стать величайшей ошибкой
твоей жизни. Ты не подумала как следует.
Только этого не хватало.
— Нет, подумала.
Я пытаюсь отпихнуть его с дороги, но Том хватает меня за плечо.
— Прошлой ночью до меня дошло. Мы принадлежим друг другу. Ты и я.
Подумай об этом, Бекки. Мы знаем друг друга всю жизнь. Мы выросли вместе.
Может, понадобилось время, чтобы мы открыли наши подлинные чувства... но
разве мы не заслужили свой шанс?
— Том, у меня нет к тебе никаких чувств, — говорю я. — И
через две минуты я выхожу замуж. Ты не мог бы подвинуться?
— Ты понятия не имеешь, во что ввязываешься! Ты ничего не знаешь о
реалиях брака! Бекки, скажи мне честно. Ты действительно представляешь свою
оставшуюся жизнь в обществе Люка? День за днем, ночь за ночью?
— Да! — Я выхожу из себя. — Представляю! Я очень люблю Люка и
хочу провести с ним остаток своих дней! Том, понадобилось много времени, сил
и тревог, чтобы я дожила до этого момента. Пожалуй, больше, чем ты можешь
себе представить. И если ты сейчас же не уберешься с моей дороги и не
пустишь меня на мою собственную свадьбу... я тебя пришибу.
— Том, — вставляет папа. — По-моему, это означает
нет
.
— О. — Том сконфуженно умолкает. — Что же... Ладно. Извини.
— Подхода у тебя нету, Том Вебстер, — горестно замечает
Клайв. — Помню, как ты в первый раз в канаву заехал. Чуть не угробил
нас обоих!
— Все в порядке. Ничего страшного. Можем мы теперь ехать? — Я
сажусь в машину, расправляю платье, и папа устраивается рядом.
— Тогда увидимся там, ладно? — скорбно спрашивает Том, и я возвожу
глаза к небу.
— Том, тебя к церкви не подбросить?
— О, спасибо. Это было бы замечательно. Привет, Грэхем, — неловко
говорит Том моему отцу, забираясь внутрь. — Вы меня извините.
— Все нормально, Том. — Папа похлопывает его по спине. — У
всех бывает. — Он украдкой корчит рожу, и я давлюсь смешком.
— Ну, все улажено? — спрашивает Клайв, разворачиваясь к
нам. — Никаких внезапных перемен в сердце? Протестов любви в последнее
мгновение? Любовных треугольников?
— Нет, — говорю я. — Больше ничего. Поехали!
Когда мы подъезжаем к церкви, звонят колокола и сияет солнце. Том
распахивает дверцу машины и, не оглядываясь, устремляется по дорожке, а я
распушаю свой шлейф под восхищенными взглядами прохожих.
Как же классно быть невестой. Мне этого будет не хватать.
— Все готово? — спрашивает папа, протягивая мне букет.
— Думаю, да. — Я улыбаюсь и беру цветы.
— Удачи, — говорит Клайв и кивком головы указывает на дорогу: —
Вон парочка опоздавших.
К церкви на бешеной скорости подлетает черный кеб, обе пассажирские дверцы
разом распахиваются. Спрашивая себя, не сон ли это, я во все глаза смотрю на
вылезающего из машины Майкла, все еще облаченного в вечерний костюм. Он
наклоняется к такси, и в следующий миг появляется Лорел в платье от Сен-
Лорана с засученными рукавами.
— Только не отвлекайтесь на нас! — кричит она. — Мы просто куда-нибудь проберемся...
— Но... какого черта вы здесь делаете?
— Язык, — с укором произносит Клайв.
— Какой смысл заправлять сотней частных самолетов, если не можешь
полететь куда вздумается? — Лорел обнимает меня. — Мы внезапно
решили, что хотим посмотреть, как вы поженитесь.
— По-настоящему, — добавляет Майкл мне на ухо. — Снимаю перед
тобою шляпу, Бекки!
Они исчезают в церкви, и мы с папой не спеша идем по дорожке к портику, где
нас в нетерпении дожидается Сьюзи. На ней серебристо-голубое платье, и она
держит Эрни, облаченного в костюмчик такого же цвета. Я заглядываю в церковь
и вижу лица всех моих родных, всех моих друзей, всех друзей и родственников
Люка. Они сидят рядом друг с другом, сияющие, счастливые, полные нетерпения.
Орган смолкает, и меня пробирает нервная дрожь.
Это в конце концов происходит. Я наконец выхожу замуж. По-настоящему.
Потом раздаются звуки марша, папа сжимает мою руку — и мы двигаемся вперед
по проходу.
Закладка в соц.сетях
