Жанр: Любовные романы

Маленькая леди в большом городе

сторінка №7

ких институтов и, будучи женой
местного парламентария, обязана их поддерживать. Рынков пруд пруди! Оставишь
хоть один без внимания, и они тут же все узнают, эти дамы! А джем
удивительно хорош. И всегда оказывается кстати, если надо что-нибудь кому-то
подарить, и потом, его очень хорошо подавать к чаю.
Я не переставала буравить ее взглядом. — Например, тут на днях, — продолжила
оправдываться мама, — приезжала журналистка из Сельской жизни. Я угощала
ее чудесным английским чаем со сливками и четырьмя сортами джема. Всегда
знала, что серебряные вазочки для чего-нибудь да пригодятся. Она продолжила
вязать.
— Ты хоть не сказала ей, что сама варила джем? — осторожно спросила я.
Спицы застучали чаще.
— Ну... не сказала, что купила его.
Я вздохнула. Вообще-то какое я имею право ее отчитывать? Ведь сама в работе
постоянно выдаю себя не за ту, кем являюсь.
Я взяла банку малинового джема и пару — лимонного.
— Ой, чуть не забыла! — воскликнула мама. — Папа оставил для тебя
письмо. На камине в гостиной. Наверное, это по делу — он не сообщил мне, о
чем там речь.
— Горбатого могила исправит! — провозгласила Аллегра с преувеличенным
до нелепости
французским акцентом, дабы напомнить, что она еще торчит здесь.
Да как я могу впустить подобное в свой офис? Эту драму абсурда?
Я направилась в гостиную. Письмо выглядывало из-под мраморных часов, вокруг
белела целая коллекция официальных приглашений.
Распечатав конверт, я извлекла листок бумаги, украшенный гербом, и прочла
написанное ужасным отцовским почерком:
Деньги Аллегры буду перечислять на твой счет. За помощь в изучении
этикета будешь получать 20% от этой суммы первого числа каждого месяца.
Созвонимся. Пожалуйста, уничтожь.

МРД
Двадцать процентов? Но от какой суммы? Подобные вещи отец никогда не поверял
бумаге; после печального случая с пронырой из бульварной газеты, что не
брезговал порыться в мусорных корзинах, папаша уничтожал любой клочок, на
котором что-либо записывал. В тот раз его расстроили не столько
представленные на суд общественности подробности налоговых махинаций,
сколько список, что он составил перед поездкой в магазин, где значились
двенадцать бутылок скотча и прописанная врачом кортизоновая мазь. Того хуже,
в перечне стоял и Лавинг кэр, но отец нагло заявил, будто подкрашивающий
шампунь нужен был маме.
Ладно, о Лавинг кэр не будем, подумала я, засовывая листок в карман
льняных брюк. У меня своих забот по горло. Аллегра наверняка прямо заявила
отцу, какая зарплата ее устроит. Значит, двадцать процентов от этой суммы в
любом случае деньги приличные. Даже если не тянут на достойную награду за
то, что придется терпеть сестрицу в офисе.
Я вернулась на кухню. Мама пыталась поставить мохерового бегемота на столе.
Я чуть не ахнула: голова невиданного зверя была такого же размера, что и
туловище, конечности разной длины, и создавалось впечатление, что на брюхе у
него плавник Мама же не унывала: с детской терпеливостью продолжала тщетные
попытки.
Поскольку голова бегемота была диковинной формы, казалось, он застыл в
причудливой позе йоги.
— У него пять лап, — заметила Аллегра, которая так и сидела у окна. —
Или ты связала его со всем, что полагается? В таком случае очень и очень
мило.
Она снова показала человеку в саду знак V.
— Проклятье!
Мама вздохнула. И еще раз попробовала поставить бегемота на лапы. Тот снова
повалился на бок. Мама опечалилась.
У меня сжалось сердце. Бедная!
— Здорово получилось! — сказала я, желая подбодрить маму. В ее адрес
звучало так мало похвал. — Можно, я возьму его?
— Ты серьезно? — Мамино лицо посветлело от радости. — Конечно, дорогая.
Пожалуйста, бери. Если хочешь, подари Джонатану.
— Лучше оставлю себе, — быстро проговорила я. — Положу его в коробку. И
спрячу под лестницу. Ну, я поехала. Надо еще кое-что собрать в дорогу. — Я
повернулась к Аллегре, напуская на себя строгость. — Не забудь до моего
отъезда появиться в офисе, я расскажу, что к чему.
— Ага, — отозвалась Аллегра.
— Это очень важно, понимаешь?
— Естессно, — протянула она, глядя в окно. — Не забудь джем.
Я положила банки в сумку, отмечая про себя: надо бы купить Сельскую жизнь,
посмотреть, что мама наплела про свои способности делать заготовки на зиму.
— А знаете что? — Аллегра одарила нас волчьей улыбочкой. — По-моему, я
не создана для того, чтобы давать практические советы. Это занятие для каких-
нибудь зануд.

Я схватила бегемота так крепко, что он совсем потерял форму, и вышла.

Глава 6



Живя бок о бок с Нельсоном, я порой забывала, что на дворе двадцать первый
век и у меня есть избирательные права. Так было и в день, когда мы провожали
его в учебно-воспитательное плавание; картину дополняла Габи, решившая
держаться, как главная героиня ее личного исторического сериала. Не хватало
лишь старинных нарядов да пенни и фартингов на дорогах.
Пышный бюст в былые времена лишь приветствовался. У меня как раз такой.
Нельсон с военной четкостью погрузил в мою машину вещи, Роджера, Габи, потом
меня, и мы поехали на пристань, где на парусник уже носили продовольствие и
собиралась вся команда. Корабль мне понравился: высокий, с тремя мачтами и
белоснежными парусами, а на носу резная деревянная голова. Если бы не каша
для приготовления в микроволновке, коробки с которой носили на палубу, можно
было подумать, что мы в исторической драме Би-би-си.
— Будешь писать, Нельсон? — спросила Габи, сжимая в руках носовой
платок.
— Габи, я ведь уже сказал: у меня не будет времени, — нетерпеливо
ответил Нельсон. — Корабль оснащен сверхсовременным спутниковым
радионавигационным и коммуникационным оборудованием, и потом, мы будем как
можно чаще причаливать к берегу, чтобы люди могли передохнуть на суше, — я
вернусь целый и невредимый, не изможденный и не без глаза.
— Хотя бы бороду отпустишь? — спросила Габи с надеждой в голосе.
— Ну, это можно, — на миг задумавшись, сказал Нельсон. — Бородку.
— А сувенирчик привезти не забудешь? — подсказала я.
— Это уж слишком, Мелисса.
Роджер пожал Нельсону руку.
— Приятного плавания, дружище. Если свалишься за борт, можно забрать
твою новую биту для крикета?
— Можно, — ответил Нельсон. — Только телик не тронь.
Он шлепнул Роджера по плечу.
— Слабовато, приятель, — сказал Роджер, в шутку делая вид, будто
собрался в ответ ударить Нельсона коленом в пах.
Человек со стороны, взгляни он на этих двоих, вряд ли понял бы, что они
знакомы больше двадцати лет. Впрочем, может, и понял бы.
— Если вы все сказали... — многозначительно пропела Габи.
Мы с Роджером удивленно на нее посмотрели.
— Я хотела бы попрощаться с Нельсоном, — пояснила она. — Наедине.
Меня охватило странное чувство, и, дабы оно не отразилось на лице, я
растянула губы в улыб— | ке. Роджер, которому было плевать на такт и
приличия, не потрудился маскировать недовольство, громко запыхтел и скорчил
насмешливую гримасу.
Не успел он выдать грубость, я торопливо ответила:
— Конечно. Пойдем, Роджер.
Взяв его за руку, я направилась к ларьку. Хорошо, что, покупая рожки мятного
мороженого с шоколадной стружкой, я не видела происходившего у меня за
спиной. Роджер же бесстыдно смотрел на парочку во все глаза, и, когда я
повернулась, мне почти стало его жаль.
Габи висела на шее Нельсона (чего было не избежать: он ростом более шести
футов, а она, на каблуках, — около пяти и двух), они вроде бы целовались.
Или Габи нашептывала ему последние наставления, почти касаясь его губ
своими.
Нельсон же, я заметила, не читал Габи нотаций, как мне. Впрочем, может,
потому, что она сама ни на миг не умолкала.
— Теперь что, так всегда будет? — проныл Роджер. — Наблюдаешь, как они
милуются, и такое чувство... хм... Хрен знает что такое!
Я посмотрела на него как раз в ту минуту, когда он, широко разинув пасть,
откусывал едва не половину рожка.
— Надеюсь, не всегда, — ответила я, стараясь казаться не слишком
искренней.
Роджер, причмокивая, принялся поглощать мороженое, которым набил полный рот.
— Роджер, — сказала я, — пожалуйста, потише. Кошмар какой-то!
— Тут главное умело работать языком. — Он подмигнул. Девчонки это
обожают.
— Сомневаюсь, — содрогаясь, пробормотала я. Все мои труды шли прахом. —
И где ты только такого нахватался?
Если кто-то полагал, что я это видела и раньше, но не посчитала дурным
тоном, грош цена моему бизнесу.
— Прочитал в книжке, — безразличным тоном сказал Роджер.
— Роджер, — строго произнесла я. — По-моему, пора снова за тебя взяться. На этот раз серьезнее.
Роджер расхохотался, брызжа растаявшим мороженым.
— Что смешного? — требовательно спросила я. — Что смешного, я
спрашиваю?..
Держать ответ ему не пришлось: в эту минуту послышался голос Нельсона:
— Мел! Скорее сюда! Мел!

Он кричал так громко, что его услышали бы и в густом тумане.
Мы повернули головы. Нельсон махал рукой с усердием дошколенка. Габи
вытирала со щек растекшуюся тушь.
— Хоть ты ему еще нужна, — проворчал Роджер с кислой миной.
Я подошла к Нельсону и обняла его.
— Береги себя. И не очень-то рисуйся перед ребятами.
— Конечно, не буду. — Он тоже меня обнял, и я уткнулась лицом в широкую
грудь. С ним здорово обниматься: чувствуешь себя маленькой и хрупкой. — А
ты, поосторожнее там, в Америке. — Нельсон немного отстранился, чтобы
посмотреть мне в глаза. — Если что пойдет не так с Ремингтоном Стилом...
— Сразу сообщу, — пообещала я. — Например, пошлю тебе весточку с
почтовым голубем. Только, поверь, все пойдет как надо. Я чувствую.
— Немедленно свяжись со мной по электронной почте, — будто не услышав
моих слов, договорил Нельсон. — Я поверну корабль назад и поспешу тебе на
помощь. Без шуток.
— Ладно, — ответила я, немного сбитая с толку его пристальным взглядом.
— Если утонешь, тоже дай знать. Или, например, если детишки вооружатся
вилками и поднимут мятеж.
— Сначала придется умереть. Слушай, я составил список вещей. Прежде чем
уехать, убери их и запри на замок, хорошо? И написал, что надо сказать
ремонтникам и электрикам: продумал, в какой последовательности что делать.
За это, впрочем, в ответе Габи. И еще я попросил заглядывать в квартиру
брата...
— Нельсон, — перебила его я. — Мы выполним любое твое поручение.
— Знаю... Прекрасно знаю. — Он взглянул поверх моего плеча и понизил
голос: — Я оставляю тебе номер, по которому со мной можно связаться в
экстренном случае. Габи его не давал. Вот. Если понадоблюсь, звони.
Он снова меня обнял и засунул в карман моего пиджака клочок бумаги.
Я прикусила губу. Несмотря на тайную радость оттого, что Нельсон дал номер
мне, не Габи, я немного испугалась. Кто, что и для кого теперь значил — было
сложно понять И не хотелось разбираться в этой путанице.
— Боишься, что в ходе ремонта наш дом взлетит в воздух? — спросила я.
— Э-э... всякое ведь случается, — сказал Нельсон. — Сразу звони. Нет,
кроме шуток, Мел...
Беседу прервал громкий гудок с корабля.
— Мне пора. Надо проверить готовность экипажа. — Нельсон расправил
плечи. — Вообще-то рановато они дали гудок Побегу наведу порядок, а то все
пойдет наперекосяк.
Мы с Роджером и Габи стояли на пристани, а Нельсон уверенно поднимался на
борт.
— Эй, на корабле! — крикнула Габи, махая платком.
В том месте, куда она высморкалась, тонкая ткань слиплась. Я достала из
своей вместительной сумки чистый платок и протянула подруге.
— Au revoir! — возопила она, не замечая любопытных взглядов, которые
бросали на нее другие провожающие. — Bon voyage, Нельсон!
— Пошли отсюда, — пробормотал Роджер, дергая меня за рукав. — А то
народ подумает, у нее комплекс леди Гамильтон.
— Пока, Нельсон! — крикнула я, взмахнув рукой.
Нельсон тоже помахал и стал спускаться под палубу.
Габи не двигалась.
— Габи, — терпеливо произнесла я. — Это тебе не Куин Мэри. Не
отчалит, как только о его борт разобьют бутылку шампанского.
— Правда? — удивленно спросила Габи.
— Конечно. Они пробудут у берега еще бог знает как долго. Потом
подплывет специальное буксирное судно... — Я замолчала, поскольку Габи
упрямо глазела на иллюминаторы. — Неужели Нельсон не показывал тебе записи?
Габи кивнула, с ее губ слетел вздох.
— Показывал, только на кораблях я не заостряла внимания.
— Габи, — сказала я, беря ее за руку. — Поехали домой — попьем чая,
посмотрим Вверх и вниз по лестнице.
Мы пошли к моей машине — пыхтение, что все это время слышалось сбоку,
последовало за нами.
— А можно... хм... и мне с вами? — промямлил Роджер. — Только вот я на
этой неделе забыл съездить в магазин и... Ну, понимаете.
Я и его взяла за руку.
— Конечно можно, Роджер. Нельсон приготовил картофельную запеканку с
мясом — чтобы ты, я и Габи ужинали сегодня и вспоминали о нем.
Мы втроем вернулись в ныне пустую квартиру. Никто не стал указывать на
несоответствия в униформе служанок из сериала — на душе от этого было
стократ тоскливее.
Перед отъездом осталось уладить последнее дело, думать о котором было
тягостнее, чем о проводах Нельсона.
Предстояло передать офис Габи и Аллегре.
Хорошо еще, что накануне Габи недолго слонялась по Нельсоновой квартире —
ушла аккурат после второго эпизода Вверх и вниз по лестнице. А когда
явилась в понедельник ко мне в агентство, была почти такой, как до Нельсона.

То есть пришла с двумя полными пакетами прямиком из Топшоп, пила кофе,
макая в него шоколадное печенье, и в подробностях передала мне жуткую
сплетню о редакторе одной бульварной газеты, чей дом продали через
агентство.
— Ну, — произнесла я, раз шестой взглядывая на часы, — пожалуй, начнем?
Ждать Аллегру бессмысленно, думаю, она решила заняться делами поинтереснее.
Итак, в красных папках материалы о походах в магазины одежды...
— Главное, скажи, где парик, — вкрадчивым голосом попросила Габи. —
Клянусь, носить его не буду.
— Нет! — Подруга провела в моем офисе около часа, и чем больше я думала
о том, что дам ей, не говоря уже об Аллегре, доступ ко всем секретным
документам, тем серьезнее склонялась к мысли совсем отказаться от поездки. —
О парике не может быть и речи! И думать забудь!
Габи надула губы.
— Я только из-за него и предложила свою помощь.
Я посмотрела на нее с мольбой.
— Ну, пожалуйста, Габи. На тебя вся моя надежда. Я решилась доверить
все, чем зарабатываю на жизнь, эгоистке, которая чихать хотела на
обходительность и приличия. Если не ты, она распугает всех моих клиентов.
Прошу тебя. Дай мне хотя бы покинуть Англию, потом можешь начинать шарить по
ящикам.
— Ладно. — Габи забарабанила по ручкам кресла пальцами с французским
маникюром. — Но если через десять минут она не нарисуется, я пойду.
Селфриджез работает не круглые сутки. И имей в виду, — многозначительно
добавила она, — я жертвую двухнедельным отпуском только ради тебя. Любого
другого послала бы на все четыре стороны.
— Знаю. Не представляешь, как я тебе благодарна. И Нельсон тоже, —
добавила я, бесстыдно пользуясь ее слабостью к моему закадычному другу. —
Еще кофе? Да, кстати, разберись, как работает кофеварка. Особенно если тут
будет Аллегра, тебе...
Как раз в эту минуту дверь театрально распахнулась, и в офис вплыла Аллегра
с тремя пакетами Питер Джоунс, высоким стаканчиком кофе глясе и штрафным
талоном.
— Инспекторы дорожного движения в этой стране — просто беда! — гневно
выпалила она вместо слов приветствия. — Настоящая беда! — Она бросила талон
на стол и шлепнула по нему рукой — трубка на бакелитовом телефоне
подпрыгнула. — Может, предъявить им претензию? Из-за них страдает наш
бизнес.
— Ты опоздала на целый час, — сказала Габи. — Или ты по другому делу?
Аллегра резко повернула голову.
Я тоже.
— А ты кто такая? — потребовала моя сестрица.
— Габи Шапиро, — ответила Габи, протягивая руку. — Рада познакомиться.
Будем вместе работать.
Аллегра повернулась ко мне и вопросительно вскинула брови — точь-в-точь как
Палома Пикассо.
— Габи — моя давняя помощница, — быстро нашлась я. — Прекрасно
разбирается в делах агентства. Я попросила ее поработать, пока меня не
будет. Можешь обращаться к ней по любому вопросу.
— Считаешь, одна я не управлюсь? — возмущенно спросила Аллегра. — По-
твоему, мне нужен... надзиратель?
— Нет! — воскликнула я, чувствуя, как в присутствии сестры моя
уверенность идет на спад. — Но, понимаешь, отдельные дела требуют особой
деликатности, и будет гораздо лучше...
— О каких это ты делах? — поинтересовалась Аллегра, рассматривая вещи
на моем столе. — О тех, когда требуется дать пинка под зад какой-нибудь
ничтожной разине?
— Естественно, нет! — поспешила ответить я, объятая ужасом.
— Ага, — сказала Габи. — Теперь все понятно.
Я повернула голову и уставилась на нее в растерянности, ощущая, как от лица
отливает краска.
— Что... — начала было я.
— Она не хуже Кэролайн, — прошептала мне подруга. — Я справлюсь с ней
без особых проблем.
Кэролайн, премерзкая особа, была секретаршей в агентстве недвижимости, где
работала Габи, но Аллегра и такую могла заткнуть за пояс.
— Сядь, Мел! — Не успела я вывести Габи из заблуждения, она живо
подтолкнула меня к одному из удобных кожаных кресел для клиентов. —
Расслабься. И расскажи нам с Аллегрой, что конкретно мы должны делать, пока
тебя не будет.
Я проглотила слюну.
— Да, расскажи, — протяжно произнесла Аллегра, переводя на меня взгляд.
— А потом объяснишь, где была твоя голова, когда ты покупала этот никуда не
годный прибор для канцелярских принадлежностей.
Я посмотрела на подругу, потом на сестру. Они оставались за хозяев в моем
агентстве... Должно быть, я спятила.

— Хорошо, — сказала я, беря себя в руки. — Кое-что, пожалуйста,
запишите.
И одна, и вторая недоуменно уставились на меня.
— Запишите. — Я кивком указала на антикварный письменный стол с
убирающейся крышкой, который купила в аукционном доме. Затаскивал его в
агентство Нельсон. — Габи, возьми там бумагу и ручки.
— Тут у тебя все письменные принадлежности, — пробормотала изумленная
Габи. — Помню, ты и у нас в офисе была помешана на порядке, но...
— Каждой вещи свое место. Итак, у обеих есть ручки? Отлично. Начнем с
самого простого. Утром надо первым делом проверить сообщения. Ночью
поступает немало звонков от тех, кто нуждается в помощи. Ваша задача
связаться с каждым и объяснить, что меня сейчас нет, но я вернусь...
— Нам что, нельзя будет принимать решений? В любом случае надо ждать
твоего возвращения? — спросила Аллегра. — Очень смешно.
Я пристально на нее посмотрела.
— Аллегра, смеяться тут не над чем. Речь о работе. Да, вы должны
дожидаться моего возвращения. Меня не будет примерно неделю.
— Прекрасно! — бодро воскликнула Габи.
Пожалуй, чересчур бодро. Создавалось впечатление, будто у нее есть план —
какой, я никак не могла сообразить и начинала нервничать.
— Движемся дальше: после сообщений переходите к почте. Счета за
пользование услугами складывайте в розовую папку, остальные в синюю, чеки в
зеленую...
— В зеленую, — хором повторили Аллегра и Габи.
Я немного смутилась.
— Правильно.
— Оказывается, в твоем бизнесе ничего мудреного, — сказала Аллегра,
вытягивая длинные ноги. — Сущие пустяки. А ты, Мел, так все поднесла — я
думала, тут надо будет пахать в поте лица.
— Что делать, если кто-то позвонит и скажет: хочу записаться на
консультацию? — поспешила спросить Габи.
— Загляните в мой ежедневник, он прямо перед вами. — Я не стала
говорить, что сделала три копии своих записей, на всякий случай. — Я
составила перечень консультаций — по вопросам гардероба, по подготовке к
первому свиданию и так далее. Напротив каждой написала, сколько времени она
обычно занимает. Если же обратятся с более сложной просьбой, звоните мне.
— Звонить тебе? А если ты как раз будешь занята с Доктором Ноу?
Хороший вопрос. Я практически пообещала Джонатану, что устрою себе каникулы.
Его моя страстная увлеченность работой и так начинала злить...
С другой стороны...
— Тогда лучше напишите мне, — сказала я. — В двух словах. Я сразу
отвечу, сколько времени может потребоваться на оказание такой услуги.
— Ага.
Габи сделала пометку.
— Но помните: подруга напрокат больше не предоставляется, — прибавила
я. — На подобные вопросы отвечайте категоричным нет. Мне до сих пор звонят
раза три в неделю, бывает, люди, доведенные до отчаяния. Приходится
проявлять жесткость. — Я умолкла. У меня был один клиент с мазохистскими
наклонностями, который думал, что отказ — тоже своего рода услуга. Он
присылал в агентство сотни роз до тех пор, пока я не попросила Нельсона
позвонить ненормальному якобы из полиции.
Аллегра и Габи полагали, им предстоит не работать, а развлекаться.
— Жесткость в традиционном смысле слова. Некоторых это лишь провоцирует на
дальнейшие звонки, но, надеюсь, вы придумаете, как таких отваживать.
— Что дальше?
— Не забывайте через день покупать свежие цветы — расходы на них
Нельсон подсчитывает отдельной статьей. Регулярно вытирайте пыль сюда
приходят люди, очень важно поддерживать порядок. Просматривайте в
ежедневнике отметки о днях рождения и годовщинах. Надо напоминать о них
клиентам трижды — за две недели, за три дня и за день, чтобы, если сами они
все же забудут отправить букет, осталось время сделать это за них. Если сами
они забудут заказать букет, — повторила я, — скажите, что можете сделать это
вместо них. С юбилеями свадьбы будьте поосторожнее. Порой... цветы
оказываются некстати.
— Это когда муж и жена разбегаются? — зло осведомилась Аллегра,
встряхивая черными волосами.
— Хм... да.
— Понятно, — сказала Габи. — В таких случаях надо предлагать клиенту
завести в его деле новый список: вкусы и слабости любовницы, верно?
Я мигнула. Практичность Габи могла принести большую пользу, чем я
предполагала.
— Только, ради бога, не забывайте о тактичности. Вы не представляете,
как много в этом бизнесе зависит от умения быть твердой и в то же время
любезной.
Я с мольбой взглянула на обеих слушательниц: ни та, ни другая не страдали
недостатком твердости, любезностью же, увы, не отличались.

Габи обиженно скривила губы.
— Мне не обязательно об этом говорить, Мел. Я ведь сама
предупредительность.
Мы обе понимали, что ее слова — чистой воды блеф. Но поскольку Аллегра об
этом пока не знала, я не стала возражать.
— Значит, так: проверять ежедневник, отвечать на звонки и покупать
цветы. Больше ничего? И за это ты намерена платить мне.
— Нет! — поспешно воскликнула я, боясь, что сейчас сестрица назовет
астрономическую сумму, какую ей согласился ежемесячно выплачивать отец. —
Нет, конечно нет! В таком случае ты умерла бы со скуки. В сентябре грядет
масса дней рождения и свадеб. Вы обе большие специалистки по покупкам,
значит, объединив усилия, выберете подарки, договорились?
Глаза Габи заблестели.
— Но сначала посоветуйтесь с клиентами, и пусть каждый составит
примерный список, чтобы знать, на какие суммы рассчитывать. В большинстве
случаев на сп

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.