Жанр: Любовные романы

Маленькая леди в большом городе

сторінка №5

наша Селия занялась женским регби...
— Послушай, а ты не пробовал объяснить матери, что на дворе двадцать
первый век? Теперь вовсе не обязательно быть в тридцать лет женатиком.
— Пробовал, но она гнет свою линию. Ей нужны внуки, а их нет и в
проекте, в этом виноват, естественно, я. Кто займется семейным бизнесом? Что
станет, когда маман умрет? Я твержу ей: ты вышла за отца, когда ему было
сорок три, но думаешь, она слушает?
— Понимаю. Общаться с родителями порой сущая пытка.
— Ага, точно. Знал, что ты поймешь. Короче, если тебя не затруднит
съездить в облегающем платье на бал охотников, будет замечательно. В
Херефорд, в третью субботу сентября. Разумеется, все пройдет без всяких там
глупостей,
просто сделаем вид, будто мы снова вместе. Надень парик, если так тебе
проще.
Я уже поднесла ручку к ежедневнику, но тут закрыла ее колпачком.
— С удовольствием помогла бы тебе, но подружкой напрокат я больше не
работаю.
— Что? — Я услышала в голосе Роджера панику. — Но, Мелисса, тогда я
пропал!
— Роджер, мне очень жаль. Хм, могу попытаться найти тебе приличную
девушку. Но сначала, пожалуй, пригласи ее на ужин, а потом попробуй...
— Нет, нет и еще раз нет! — нетерпеливо перебил меня Роджер. — Да ведь
это совершенно разные вещи! Мне нужна подруга на один вечер или вообще
никого. Неужели ты обо мне такого мнения? Думаешь, я способен столь подло
использовать людей?
— Я постараюсь что-нибудь придумать, — успокоительно произнесла я. —
Положись на меня.
Роджер прокричал ура и положил трубку. Я взглянула на часы: двадцать пять
минут первого. Самое время подвести под сегодняшним утром черту и
отправиться на встречу с настоящим бойфрендом, пока не позвонил еще кто—
нибудь из мужчин, которым без меня просто никуда.
Будь Роджер более чуток, сообразил бы: я убрала из списка услуг ту, о
которой он меня так просил, поскольку сошлась с Джонатаном, как раз выполняя
его подобные заказы.
Самое смешное, Джонатан был единственным клиентом, кому моя помощь вовсе не
требовалась, — эта мысль снова пришла мне в голову, когда я увидела его за
столиком в саду изысканного Бойсдейла. В этом парне все и так было
прекрасно.
На работу он обычно ездил в строгом костюме и галстуке, но сегодня был одет
менее официально (отчего, когда я взглянула на него, мое сердце взволнованно
дрогнуло): в синие брюки и светло-фиолетовую рубашку, что подчеркивала серебристо-
серый цвет его глаз. Волнистые волосы горели в солнечном свете, будто
объятые язычками пламени, а уши, которые он, по-видимому, забыл намазать
кремом против загара, порозовели.
Общую картину расслабленности портило единственное: Джонатан что-то
записывал на диктофон. Впрочем, он всегда делал себе напоминания, даже перед
поездкой в продуктовый магазин, потому я простила ему эту мелочь.
Постояв еще минутку — было приятно и до сих пор не совсем привычно
любоваться собственным парнем, — я довольно смущенно продолжила путь.
— Привет, — почти робко произнесла я.
Джонатан расплылся в улыбке и поднялся на ноги.
— Здравствуй.
Он наклонился, осторожно коснулся пальцами моей руки и поцеловал меня в
щеку. День сто ял жаркий. Я почувствовала аромат одеколона и от приятного
возбуждения внутренне содрогнулась. Джонатан пользовался Кридом, как Эррол
Флинн. В некоторых вопросах он был несовременен, что я ценила: сдержанность
в проявлении чувств на людях казалась мне весьма притягательной. Когда мы
оставались наедине, моего друга будто подменяли. Ну, понимаете. — Прекрасно
выглядишь, — заметил он. Я заскромничала, хоть приложила усилия, чтобы ему
понравиться. На мне было платье в стиле пятидесятых из ткани с принтами,
весьма простого фасона, сверху классического покроя кофта, борта которой я
скрепила бабушкиной брошью с камнем под бриллиант. К ним обула босоножки на
высоких каблуках — прямо у ресторана, а сандалии спрятала в большую сумку,
которую повсюду носила с собой.
Хорошо выглядеть летом в Лондоне нелегкий труд, к тому же я не из тех, кто
любит летнюю жару.
— Спасибо, — ответила я, уже устремив взгляд в меню. — Ты тоже здорово
выглядишь — очень бодрым.
— Если хочешь, взбодрюсь сильнее. Я подняла на него глаза.
— Нет, что ты. У тебя отличный вид. Джонатан негромко усмехнулся.
— Я не то имел в виду... Но... Забудь. Подошел официант принять заказ
напитков.
Джонатан улыбнулся мне и попросил:
— Два бокала шампанского, пожалуйста. Нет, знаете что? Принесите целую
бутылку.

Я оживилась.
— Сегодня праздник?
— Да, и не один.
— Во-первых, чудный выдался денек? — предположила я.
— Во-вторых, я в компании прекрасной дамы
Я просияла — снаружи и внутри.
— В-третьих, — продолжал Джонатан, — у меня приятная новость.
— Да? — спросила я. — Какая?
— Придет время, узнаешь, — ответил Джонатан игриво. — В-четвертых...
Он приподнял бровь, и у меня защекотало в животе.
— В-четвертых?
— В-четвертых, сегодня утром я продал огромный дом, — сообщил Джонатан
в ту минуту, когда принесли шампанское и бокалы. — На его крытой автостоянке
поместятся три рейндж— ровера!
— Ого!
Я надеялась услышать нечто более романтическое, однако в этом был весь
Джонатан: не забывал о работе почти ни на минуту. Что, впрочем, тоже
подкупало.
— А у тебя как дела? — поинтересовался он, поднимая бокал, в который
налили шампанского. — Как провела выходные за городом?
— Ужасно, — призналась я, чокаясь с ним. Джонатан уже не раз встречался с
моими родителями, поэтому не было смысла притворяться что они нормальные
люди. — У меня тоже есть новости — плохие.
— Сочувствую, — сказал Джонатан. — Надеюсь, не столь все страшно.
Я вздохнула.
— Хм... Как сказать. Сначала поделись своей радостью.
— Хорошо. — Джонатан кашлянул, рассеянно погладил галстук и сообщил: —
В офисе провели реструктуризацию. Меня повысили. Теперь я — главный
исполнительный директор, ответственный за международные продажи и
переселение.
Он расширил глаза, будто его повышение касалось и лично меня.
— Ничего себе! — воскликнула я. — Поздравляю! Прекрасная новость!
— Да. Конечно.
— Теперь ты у нас международный мистер Икс, Джонатан! — поддразнила его
я, шутя лишь наполовину. — Не знала, что тебя вот-вот повысят.
— Я и сам не знал. — Джонатан стал передвигать с места на место солонку
и перечницу. — Послушай... нам надо кое о чем поговорить... — Пауза. — Дело
в том, что мне теперь придется больше ездить и...
— Что?
Я принялась внимательно изучать меню, и в желудке заурчало. Я явилась сюда с
твердым намерением ограничиться бифштексом и салатом, но знала по слухам,
тут отлично готовят хаггис, и уже подумывала: лучше отведать его — потом
можно будет рекомендовать клиентам. В конце концов, меня считали большим
специалистом по ресторанам — местам, куда в самый раз приглашать на
свидания.
— Это значит, мне придется чаще ездить, — медленно повторил Джонатан. —
И проводить немало времени в Нью-Йорке. Я отправлюсь туда очень скоро.
Я подняла глаза, осознав, о чем речь.
— О!
Последовало молчание. У меня вдруг пропал аппетит.
— Теперь твоя очередь. Что у тебя стряслось? — спросил Джонатан. —
Прибавим к твоей новости мою — о том, что предстоит мотаться туда-сюда, — и
получится комплект.
Я прикусила губу. Появилось ощущение, что неприятностей не комплект, а целая
груда.
— Нельсон уходит в плавание и нанимает работников — хочет сделать в
квартире капитальный ремонт. Мне придется на какое-то время съехать.
— А в какую организацию он хочет обратиться? Надеюсь, известную и
надежную? — поинтересовался Джонатан с серьезным видом.
— Думаю, да.
— Среди этих ребят попадаются и такие, что потом приходится платить повторно
— ликвидировать последствия их ремонта. Послушай у меня появился очень
важный клиент— Джонатан полез в карман за диктофоном.
— Ты как всегда, — еле слышно произнесла я. Работа прежде всего! — Мне
в любом случае придется съехать...
Рука Джонатана застыла в воздухе.
— Понимаю, милая. Я просто задумался, как бы все получше устроить. — Он
наклонился и взял мою руку. — Где собираешься пожить?
— Вообще-то, думаю... — неуверенно начала я. Тут мне в голову пришла
ужасная мысль: не значит ли его придется чаще ездить просто— напросто у
наших отношений нет будущего
?
Объятая паникой, я стала пристально вглядываться в серые глаза Джонатана,
пытаясь определить, что у него на уме. Порой он бывал не слишком
многословен.
— Так где же? Я должен знать. От меня, учти, не скроешься. Ты и так
слишком нелегко мне досталась, — нежным полушепотом пробормотал Джонатан,
протягивая вторую руку и обхватывая мое запястье.

— Я еще сама не знаю, где буду жить, — ответила я, стараясь, чтобы
голос звучал ровно — Джонатан принялся поглаживать мое запястье большим
пальцем. — Домой к родителям переселяться не хотелось бы — оттуда слишком
долго добираться до офиса. Ключи от лондонской квартиры отец мне не даст —
говорит, постоянно там работает. У Габи для туфель-то не хватает места, не
то что для меня. Может, временно сдашь бедняге свободную комнату? — Я не
шутила, но вопрос задала игривым тоном.
— Когда Нельсон тебя выставит? — спросил Джонатан, доставая из кармана
пиджака ежедневник.
— Примерно через две недели.
Джонатан нахмурился и стал просматривать записи. Листки ежедневника были
сплошь исписаны мелким аккуратным почерком, столь характерным для
американцев. Официант, терпеливо маячивший на расстоянии, спешно
приблизился, как только поймал мой взгляд. Я без дальнейших колебаний
попросила принести хаггис, несмотря на то что есть плотно не было желания.
Джонатан, не отрывая глаз от ежедневника, деловитым тоном заказал бифштекс,
картофель фри, какой-то салат и минералку.
— Говоришь, через две недели?
— Да.
Неужели я правильно угадала?
— Нет, не получится, — сказал Джонатан. — У меня как раз поселятся
давнишние клиенты. Они подыскивают жилье в Лондоне, я предложил им побыть
моими гостями. Очень скоро мне надо отправляться в Нью-Йорк. Заключу там
несколько сделок, кое с кем встречусь и посмотрю, как преобразования влияют
на инфраструктуру компании в целом. Но у нас есть очень простой выход.
— Какой?
Джонатан улыбнулся краешком рта, явно скрывая сильное волнение.
— Тебе надо поехать со мной. Поживем месяц в Нью-Йорке.
Я округлила глаза.
— Но... я не могу!
— Почему?
— На целый месяц бросить агентство? Не представляю себе, — запинаясь,
проговорила я. — У меня дел по горло, люди нуждаются в помощи... На мне
организация холостяцкой вечеринки для Кэти Торбридж и...
Джонатан поднял руку.
— Подожди-ка. Не понимаю. Ты что, организуешь холостяцкую вечеринку для
невесты?
— По просьбе невесты, — пояснила я. — Одной своей старой приятельницы,
мы вместе учились в подготовительной школе. Она боится, что шафер подобьет
Джайлза поехать в Амстердам и там оба сделают себе наколки или подцепят
герпес либо другую гадость. Поэтому я все и устраиваю. Он думает, я
стриптизерша.
— Не добавила ли ты, случаем, стриптиз в список услуг? — устало спросил
Джонатан.
— Боже упаси! — воскликнула я. — Я сказала ему так просто, чтобы он
считал, будто я и сама легкого поведения, и не заказывал, э-э,
дополнительных увеселений. Вообще-то мужчины в Англии не большие охотники до
холостяцких сборищ, где нет женщин, надо вдрызг напиваться и спускать
состояние на стриптизерш. Стриптиз больше смущает британцев, поэтому они,
хоть и скрывают это, не особенно его любят. Словом, я заказала для ребят
номер в приличном отеле в Озерном крае. Там можно поиграть в пейнтбол,
набраться, нет проституток, и потом, это всего в четырех часах езды от
Лондона. Вдруг дружки привяжут Джайлза к фонарному столбу или выкинут что-
нибудь в этом роде?
— Ты все предусмотрела.
Он просто дал мне оценку или восхитился? Если учесть его страсть к четкости
в выполнении офисной работы и беспокойство за меня — мне— то приходилось
сталкиваться с более жизненными проблемами, нежели ему, — пожалуй, и то и
другое.
— Словом, сам понимаешь, я не могу все бросить и исчезнуть. Хоть и
очень хотела бы съездить с тобой в Нью-Йорк, — заключила я.
Принесли блюда, и я взглянула на тарелку с грустью. Аппетит так и не
вернулся. А хаггис надо есть с желанием.
— Почему бы тебе не устроить месячный отпуск? — Казалось, Джонатан
немного расстроен. — Ты ни разу не была в Нью-Йорке, что меня удивляет. Я
познакомил бы тебя со своим городом, как ты меня — с Лондоном. Впрочем, если
предпочитаешь остаться и заниматься делами вместо того, чтобы составить мне
компанию...
Теперь он старался говорить весело, но получалось не ахти как.
— Так нечестно! — запротестовала я. — Дело ведь не в предпочтении!
— Именно в нем.
— Но, Джонатан...
Джонатан принялся за бифштекс — стал размеренно, точно хирург, отрезать жир.
— Ты утверждаешь, что я трудоголик, но я не ношу с собой повсюду два
мобильных телефона, оба всегда включенные. Может, скажешь, за тобой этого не
водится? — прибавил он, когда я чуть не раскрыла рот от изумления. — Я
прекрасно знаю, что, когда мы встречаемся, ты ставишь рабочую трубку на
виброзвонок. Даже моя бабушка не бегает в туалет столько раз за вечер. — Он
посмотрел на меня, оторвав взгляд от расчлененного бифштекса. — Только,
пожалуйста, пойми меня правильно. Здорово, что ты находчивая и вежливая.

Большинство бизнес-леди, с которыми мне доводится сталкиваться, отвечали бы
на звонки прямо за столом. Мне просто интересно, на каком месте стою для
тебя я. И не играл ли более важную роль, когда был твоим клиентом?
— Ты о парике? — спросила я. — Если так...
— Нет! — Джонатан засмеялся. — О парике давай больше не будем, Мелисса.
Я горд, что ты именно такая. И хотел бы, чтобы ты была моей подругой и когда
работаешь, и когда сидишь дома. Не старалась выдавать себя за кого-то еще. —
Он покачал головой. — А оставлять тебя надолго я даже боюсь — вдруг найдешь
себе другого?
Джонатан во всех отношениях человек взрослый и умеет сказать подобные слова
так, что в них не звучало и намека на хныканье.
Однако несправедливо обвиняет меня в том, будто работу я ставлю выше наших
отношений. Если бы он только знал, каких мне стоило трудов выглядеть
обольстительной, быть собранной и при этом держаться непринужденно в
свободное от работы время! Такой была Милочка, не Мелисса!
В любом случае, всеми делами в агентстве занималась я. И не могла поставить
на свое место временного работника.
— Поверить не могу, что ты смотришь на вещи именно так, Джонатан! Ты в
моей жизни — самое главное. — Я не лгала. — С удовольствием поехала бы с
тобой, сам понимаешь...
— Тогда едем.
Джонатан пристально посмотрел на меня, и я почувствовала: его терпению
настал предел В памяти закопошились неприятные воспоминания: сердитые
взгляды, когда я опаздывала, задерживаясь с клиентами, поднятые брови, когда
он видел, что на работе я, э-э, в другой одежде.
Я поерзала на стуле. Неужели его правда тревожит мысль, что я найду себе
другого? Это я-то?
— Ты хочешь, чтобы я выбрала одно из двух, так? — спросила я,
набравшись храбрости. — Хоть и прекрасно знаешь, что и то и другое для меня
очень...
— Не выбрала. Тебе будет негде жить. И давно пора отдохнуть. А мне
надо, чтобы ты была рядом, — улыбнулся Джонатан.
Моя грудь наполнилась волнительным теплом, сердце забилось быстрее. Джонатан
снова взял меня за руку и стал играть с моим перстеньком. Не с умыслом ли? —
подумала я, чувствуя, как от головы отливает кровь.
— Конечно, я выживу и без тебя. Только это будет не жизнь. Понимаешь? —
спросил Джонатан таким тоном, будто уже знал, что я в итоге отвечу.
— Я подумаю, — задыхаясь, проговорила я, когда он поднес мою руку к
губам и, продолжая смотреть мне в глаза, поцеловал в ладонь.
— Хорошо.
Бывает, у меня возникает ощущение, что нашему роману недостает
единственного: обилия танцев Басби Беркли.
— Объясни-ка еще разок, — попросила Габи, глядя на меня сквозь большие
черные стекла солнцезащитных очков. — Мистер Безупречность хочет, чтобы ты
поехала с ним в Нью-Йорк и целый месяц жила в его роскошном доме, пока тебе
некуда приткнуться, а ты не желаешь сказать да? Но... почему?
— Потому что не в моих правилах обижать людей, — повторила я.
Габи так переиначила мой рассказ, что теперь в самом деле казалось, будто я
веду себя нелепо. С другой стороны, рассуждать, как она, мог лишь человек
бесхарактерный.
— Единственная, кого ты обидишь, буду я, Мел. Ты хоть представляешь
себе, какие в Штатах цены на косметику? А мне теперь приходится экономить,
сама знаешь.
Мы сидели на скамейке в Гайд-Парке, лакомились мороженым и наблюдали, как из
офисов валят толпы людей, спешивших погреться на солнышке.
— Буду страшно по нему скучать, — траурным тоном произнесла я. — Надо
было самой догадаться: скоро что-нибудь приключится, слишком уж хорошо все
шло. Кстати, он и сам ценит меня не выше, чем работу, ведь не отказался же
от новой должности, чтобы не мотаться туда— сюда!
Габи фыркнула.
— Елки зеленые, Мел! Ничего не понимаю. Он ведь не просит тебя переселиться
в Нью-Йорк! Просто предлагает жилье до тех пор, пока Нельсон не вернется из
треклятого благотворительного плавания!
Я взглянула на Габи и поняла, несмотря на огромные очки, что она хмурится.
Видимо, до нее только сейчас стало доходить, каково встречаться с истинно
благородным парнем.
— Значит, он тебе уже рассказал?
— Да. Но делить с ним каюту не предложил. Наверное, для безбилетных
пассажиров там нет мест.
— Не в этом дело. Просто ты не умеешь завязывать узлы.
Над очками показались сильно выщипанные брови Габи.
— Ладно, ладно, только не заводись, — торопливо произнесла я. — Я в
жутком положении.
Уехать не могу, остаться тоже. Что же, черт возьми, мне делать?
Габи сняла очки, дабы продемонстрировать во всей красе свой саркастический
взгляд.

— Ты в самом деле, считаешь, что в Лондоне остановится жизнь, если ты
временно перестанешь талдычить великовозрастным мальчикам: не заправляйте
рубашку в брюки?
— Нет, конечно, тем не менее у меня море заказов, и люди надеются,
что...
— Хорошо, если его так интересует, что для тебя важнее, он или работа,
может, поступишь вот как: скажи, что ты с ним поедешь. Непременно. Джонатан,
мой господин, не смогу без тебя и десяти долбаных минут! Но отправляйся
всего на две недели, — предложила Габи. — Не произойдет ничего страшного,
если ты действительно уйдешь в отпуск. Время от времени в отдыхе нуждается
всякий. Если поднапряжешься и как следует подготовишься, тебе останется лишь
прослушивать записи на автоответчике и заглядывать в электронный ящик.
Можешь делать это и находясь дома у Джонатана.
— Верно, — протянула я. — Даже говорить ему об этом не стану — буду
проверять почту, когда он отправится по делам.
— Вот именно. А через две недели, если это так уж необходимо — почему,
я ума не приложу, честное слово! — придумаешь какой-нибудь предлог, к
примеру, скажешь, что у тебя семейные проблемы и надо срочно ехать назад,
спокойно вернешься, разберешься со всеми делами и снова в Нью-Йорк! Надолго
ли — там уж сама решишь. — Подруга бросила на меня косой взгляд. — Готова
поспорить на червонец, в итоге ты все равно поспешишь в Лондон решать
проблемы своих обожаемых клиентов.
— Тебя послушаешь, такое впечатление, что речь о поездках в Лидс по
железной дороге, — сказала я, хоть и находила ее идею отнюдь не лишенной
смысла.
— Мы с Аароном все время летали в Нью— Йорк походить по магазинам. —
Габи пожала плечами. — Что здесь особенного? Проблема возникала одна: пройти
на обратном пути таможню с кучей вещей, которые я накупала. — Она с тоской
вздохнула. — Аарон всегда платил за превышение веса, лишь бы поскорее
приехать домой и больше не видеть моих набитых пакетов. Его от них тошнило.
— Капитан Пагуош привезет тебе в лучшем случае памятный сувенирчик, —
сказала я.
Аарон мне нравился. Для человека, работавшего в Сити, он обладал редким
чувством юмора и на нем были всегда идеальные носки.
— Чудесно. Дай бог, чтобы он не привез из своего трехмесячного плавания
и другого подарочка, — проворчала Габи. — Слыхала я, чем они там
занимаются, эти моряки.
— В Нельсоне можешь не сомневаться. Он будет распевать со своими
подопечными матросские песни, метать в цель кольца на палубе и каждый вечер
ровно в девять давать отбой.
Минуту-другую мы с удовольствием облизывали мороженое.
— А ты не боишься? — спросила вдруг Габи.
— Не боюсь? — Мое сердце замерло. У Габи был особый дар: она умела
проникнуть в мое сознание и рассмотреть там такое, что я сама не успевала
заметить. — Чего?
— Жить с Джонатаном. Что он будет видеть тебя не столь прекрасной — без
макияжа. — Габи многозначительно на меня посмотрела. — И возможно,
встречаться с его заумными коллегами, друзьями, с бывшей женой. Это тебе не
шуточки.
— Только не надо так старательно выговаривать слова, ладно? —
возмутилась я. Впрочем, придираться к Габи не было причин. Она знает меня
как облупленную. — Хм... да, кажется, немного боюсь. Ведь все так прекрасно
складывалось, а...
— Только без паники, — твердо произнесла Габи. — Спроси у любого, кто
вас видел вдвоем: Джонатан от тебя без ума. К тому же кое с кем из его
друзей ты уже знакома, так ведь?
Я покривилась.
— Да, с Бонни и Куртом Хегель.
— Ты им пришлась по вкусу!
— Хм... В некотором смысле.
Встреча оставила неприятный осадок. Тогда Джонатан еще платил мне за услуги
Милочки. Хегели были первыми из его и Синди общих друзей, с кем он
встретился после разрыва с ней.
Капиталы и всякую ценную всячину они разделили по всем правилам, а с
товарищами решили оба сохранить дружбу. Курт в тот вечер устроил Джонатану
безжалостный допрос, а Бонни следила за нами с добросовестностью врача — я
почувствовала себя так, будто мы с Джонатаном предстали перед судом. Ему
надлежало держать отчет в том, что он чувствует к Синди, мне же... У меня
возникло ощущение, будто я виновна в грехах, о каких и не помышляла.
— Подумаешь! — воскликнула Габи. — Просто возьми и включи все обаяние
Милочки.
Я взглянула на нее и прижала руку к губам.
— Ой, Габи! Они ведь думают, что я блондинка! И что мое имя — Милочка!
Габи махнула рукой.
— Скажешь, покрасила волосы. Главное, что они видели именно тебя,
согласна? Ты им понравилась, и они наверняка сообщили всем и каждому: у
Джонатана подружка высший класс. — Она впилась в меня взглядом. — Всем и
каждому. Расслабься. Если чистоплюй Джонатан не станет отчитывать тебя,
неровно, мол, повесила полотенца, ты отлично проведешь время. Только
подумай: распродажи летних коллекций в магазинах, вкуснейшее мороженое,
Джонатан лезет из кожи вон, чтобы доставить тебе радость...

Американское мороженое. М-м-м.
И желание Джонатана доставить мне радость...
Я велела мозгу работать в ином направлении.
— А как же офис? Кто будет забирать почту? Вдруг кто-то из клиентов что-
нибудь занесет и оставит внизу?
— Если так тебе будет спокойнее, я могу периодически звонить, а при
необходимости заезжать и брать почту, — сказала Габи. — И прослушивать
сообщения.
— Серьезн

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.