Жанр: Журнал
Фантастика
...ервое место с геноцидом, который
осуществлял в Бельгийском Конго король Леопольд, и существенно превосходит достижения Адольфа
Гитлера. Парагвай так и не оправился от этого удара, по сей день он остается одной из беднейших стран
Латинской Америки10.
К концу Третьей эпохи возможности развивать технологии, сохраняя при этом военный
баланс, оказываются исчерпанными. Это обстоятельство никоим образом нельзя
связывать с чьей-то злой волей: Совета Назгулов, очередного нумерованного Саурона,
интеллектуалов из Мордорской Академии Наук или лично Моргота. Проблема в том, что
переход к следующей фазе развития кардинально меняет вооруженные силы. Это только в
"Цивилизации" Сида Мейера фаланга может сражаться с линейной пехотой, а в реальной
жизни индустриальная армия неизмеримо боеспособнее традиционной, и это
превосходство носит системный характер.
Регулярно появляются фантастические произведения, в которых современные люди попадают в магический
мир. Обычно, автор принимает как данность, что в этом мире не взрывается порох. Из этого делается вывод,
что военное преимущество пришельцев потеряно, и что они будут вынуждены "играть" по средневековым
правилам11. В действительности, превосходство индустриальных армий лежит не столько в лучшем
вооружении, сколько в ином уровне организованности. В ходе многочисленных русско-турецких или англобирманских
войн была эмпирически доказана та истина, что современное войско проходит через рыхлую
средневековую структуру, как нож сквозь масло. Кроме того, даже если в мире не горит порох, это вовсе не
означает, что в нем не будут летать планеры (птицы же летают), или не работать паровые катапульты вкупе с
механическими двигателями (вода в фэнтэзийных мирах кипит, и железо в них есть).
Мордор уже принадлежал к индустриальной фазе (что, собственно, подтверждает
неудавшийся эксперимент с поливным земледелием: только промышленная цивилизация
способна овеществлять подобные "глобальные проекты", опираясь на формулу "мы не
можем ждать милостей от природы"). Для того, чтобы сделать его армии непобедимым,
был нужен или порох, или простая гуманитарная технология штабной работы, давно
открытая работниками умбарского ДСД.
И вот здесь возникает интересный вопрос. Что произошло бы, если бы Саруману удалось
отговорить Гэндальфа от немедленной "Войны Кольца" (допустим на секунду, что такое
возможно)?
Гондор и Рохан немедленно переходят на сторону цивилизации-победителя, что, отнюдь,
не означает "становятся союзниками Мордора". Скорее, нет. Но они будут вынуждены
развивать индустрию у себя, чтобы переоснастить армию по мордорскому образцу, и, тем
самым, присягнут линейному времени. Само собой разумеется, будет череда войн, в ходе
которой погибнут остатки рыцарской конницы (в Текущей Реальности ее концом стала
"Битва золотых шпор" 1302 г., Куртнэ) и произойдет окончательное форматирование
видимого мира Арды.
Однако, эльфийские поселения, по всей видимости, удержатся. Маготехнологии Лориена
настолько продвинуты, что для уничтожения Зачарованных лесов придется использовать
прямые методы и буквально завалить долину Нимродэли трупами. Сомнительно, чтобы
прагматичный Мордор взялся бы за такое коммерчески невыгодное предприятие, для
Гондора же подобная стратегия - с огромным напряжением сил уничтожить
потенциального союзника - является форменной паранойей.
В результате противоречие между циклическим и линейным временем перейдет в
скрытую форму и превратится в противоречие между онтологической и магической
сущностью Арды, причем напряженность этого противоречия будет только нарастать.
Пророчество Вакалабаты гласит, что магия или уйдет из Средиземья вместе с
палантирами, "в один далеко не прекрасный день", 1 августа 3019 года, или не уйдет
вовсе. Мы сейчас находимся в той Реальности, в которой магия не ушла.
Понятно, что вне всякой зависимости от своего желания Белый Совет будет вынужден
передать Зеркало лориенским эльфам - оно просто никому больше не нужно. Таким
образом, все содержание трех эпох Средиземья, весь динамический сюжет ДжТолкиена,
сконцентрируется в Лориэне.
На данной исторической линии лежит новая "война гнева" и окончательная битва "дагор
дагорат". Сомнительно, чтобы мир Средиземья пережил третье явление Валар во плоти.
Это построение станет отправной точкой нашего анализа, затрагивающего не только
Мир-Текст Средиземья, но и некоторые болевые точки Текущей Реальности.
- 2 -
Цивилизационная спектроскопия современной Земли сложнее, чем толкиенского
Средиземья. Выделяется всепланетная индустриальная культура Запада, ориентированная
на линейное время, материальное благосостояние и систему культурологических
констант, порожденных семантическим спектром понятия "личность". Далее - страны
Востока: Тибет, Индия, Китай, Япония. Мир-экономика с циклическим временем,
приматом духовного над материальным и коллективного над личным. Полное зеркальное
отражение европейских ценностей.
Наконец, Юг, страны ислама. Очень позднее, произошедшее уже в историческую эпоху,
расщепление европейской цивилизации. Заменен только один параметр, причем новое
значение взято у Востока: масса вместо личности и (следовательно!) вера вместо знания.
В Мире-Тексте Средиземья, где темпы развития, вообще говоря, много ниже, чем на Земле, это
расщепление происходит только в начале Четвертой эпохи (уже после "Войны Кольца", когда Йомер
становится "Мечом Пророка"). Во всяком случае, даже ко времени действия эпилога "Последнего
Кольценосца" хакимианская культура явно не образует самостоятельной цивилизационной целостности и не
участвует в общем "раскладе".
Здесь необходимо заметить, что эльфийское общество Средиземья лишь по отдельным
параметрам соответствует земному Востоку. У нас циклическое время коррелирует с
коллективной ориентацией культуры, но эльфы Средиземья бессмертны, что с
очевидностью приводит к низкой рождаемости и малой численности населения. В
результате "каждый член социума поистине бесценен", что подразумевает гораздо более
жесткую ориентацию на личность, чем даже в индивидуалистической буржуазной Европе.
Казалось бы, это должно привести эльфов к панической боязни потерь и, тем самым, - к
полному военному и политическому бессилию. Здесь, однако, проявляется
дополнительный фактор, отличающий Средиземье от Текущей Реальности: "случай нашей
Арды уникален: только в ней существует прямой контакт между физическим и
магическим мирами".
Это, конечно, дает людям и эльфам приятную возможность "стрелять друг в дружку из
луков", и, сверх того, делает Средиземье Миром с рациональной трансценденцией12.
Эльф вовсе не предполагает (с большей или меньшей степенью фанатизма), что попадет
после смерти в Чертоги Мандоса, он совершенно точно знает это. В результате эльфы
боятся смерти даже меньше, чем люди (вернее, их страх носит более рациональную
природу и может быть легче преодолен).
Эльфийская цивилизация материальна и личностна, то есть, она отличается от
мордорской или европейской лишь по одному параметру - господствующему времени.
Зато само это отличие носит очень глубокий характер и завязывается на магический
характер эльфийских технологий. Как следствие, культура Зачарованных лесов не
совместна с какой бы то ни было формой линейного времени: эльфы и люди не могут
быть разделены в пространстве.
Совместный анализ цивилизационных структур Земли и Арды приводит нас к ряду
интересных выводов, которые имеет смысл сформулировать, прежде чем переходить к
более сложным вопросам. Итак:
1. Цивилизационная идентичность формируется в течение исторически значимого
времени (для Земли традиционной и индустриальной эпох порядка 500 лет);
2. Конфликт между цивилизациями носит тем более антагонистический характер, чем
большее количество параметров совпадает. Наиболее острый конфликт возникает при
расщеплении по единственному признаку;
3. Циклическое время коррелирует либо с общинно ориентированным социумом (земные
культуры Восточной Азии) либо с жестко заданным магическим характером цивилизации
(эльфийские сообщества Арды);
4. Рациональным технологиям соответствует иррациональная трансценденция, и
наоборот.
Здесь логика исследования приводит нас к необходимости естественнонаучного анализа
эльфийской магии.
Вообще говоря, магия определяется, как прямое воздействие информационного мира на
материальный. В такой формулировке магические конструкты не имеет прямого
отношения ни к парадигме развития (метафоре времени), ни к примату эмпирического
знания, ни даже к попперовскому принципу фальсифицируемости13. Можно понимать под
"магией" определенный тип технологии, отличающийся низкой ресурсоемкостью, но и
плохой воспроизводимостью.
К.Еськов указывает, что "в норме" магический мир отделен от физического
временеподобным промежутком: магия всегда находится в абсолютном прошлом. Это
побуждает искать следы магических структур в до-исторических эпохах, и не случайно
целиком магическая Арда Дж.Толкиена возникла как распаковка архивов, восходящих к
праиндоевропейскому языку, к культурам, едва ли не палеолитическим.
Сравнительный анализ мифологий различных народов Земли и Арды позволяет отыскать
ряд очевидных параллелей. В данном случае нас будут интересовать следующие моменты:
- явная или скрытая (Египет) антропоморфность Богов;
- наличие культурного героя (одного, реже двух), находящегося в особых отношениях с
Богами, получившего (в некоторых случаях укравшего) у них основополагающие
технологии (земледелие, письменность, строительство домов, обработка металлов и пр.) и
обучивших им свой народ;
- существование "запретных знаний", которые культурный герой не захотел или не смог
передать людям (чаще всего речь идет о бессмертии, однако есть и другие варианты).
Это позволяет взглянуть на конфликт людей и эльфов с несколько неожиданной стороны. Дело в том, что
полный мифологический цикл образуют только культура эльфов и, отчасти, гномов. В истории людей
Средиземья нет культурного героя. Напротив, многократно подчеркивается, что люди получили от эльфов
весь комплект нео/энеолитических технологий - до алфавитной письменности включительно. То есть, люди
толкиенского мира являются в современной терминологии искусственно возвышенной расой. Вполне
понятно, что ситуация, сложившаяся к исходу Третьей Эпохи, когда на каждого оставшегося в Средиземье
эльфа приходилось около пяти тысяч людей, виделась эльфам "Планетой обезьян".
Следы магического мира лежат в эпоху, предшествующую неолитической революции.
Следуя принципам исторической реконструкции, будем читать мифы буквально, то есть,
если текст подчеркивает единичность и единовременность акта кражи/дарения, мы не
станем интерпретировать это утверждение, как метафору целой исторической эпохи14.
Принимаем, что в мифах "содержится лишь то, что в них содержится", и если
утверждается, что Гильгамеш, Геракл или Финве получили знания непосредственно от
Богов, значит, оно так и было15. Это приводит к признанию объективного существования
Богов, но такой вывод сам по себе не противоречит естественнонаучной парадигме и не
должен априори отбрасываться.
Заметим в этой связи, что в магическом мире Арды существование Богов принимается
всеми за реальный факт.
В качестве альтернативы у нас есть только концепция "случайного поиска", согласно которой овладение
неолитическими технологиями происходило "методом проб и ошибок". Мало того, что такая версия
выглядит совсем фантастической (попробуйте создать рациональную схему случайного обретения всего
комплекса технологий, образующих земледелие, и вы убедитесь, что получить текст "Властелина Колец",
усадив за клавиатуру пару обезьян, гораздо вероятнее), так она еще и порождает совершенно неразрешимый
парадокс.
Открытия и изобретения можно классифицировать по степени их фундаментальности, причем, чем более
фундаментальным является достижение, тем, в общем случае, больших усилий оно требует. Сравнительно
легко перейти от паротурбинного корабля к газотурбинному. Намного сложнее было додуматься до самой
концепции установки на корабль механического двигателя. Но неизмеримо более трудно открыть саму идею
судна, понять, что моря и реки не разобщают, а соединяют цивилизации. "Парадокс прогресса" состоит в
том, что наиболее фундаментальные открытия и изобретения были сделаны на ранних этапах
развития общества (не позднее неолитической революции).
Мифологический подход, по крайней мере, решает эту проблему.
Будем понимать Древних Богов, как антропоморфные Представления сил природы.
Будучи антропоморфными, они способны к общению с людьми. Являясь
Представлениями систем, они содержат в себе самоорганизующуюся и не зависимую от
носителей информацию о системах.
Иными словами, Древние Боги есть первичные организующие информационные
структуры, возникшие в первичном кэрролловском "мире без имен и названий" и
положившие начало эволюции информационного пространства.
Античные греки с характерной для них точностью охарактеризовали Богов, как бессмертных
человекоподобных существ, которые, однако, могут быть рождены и уничтожены. Греки же обратили
внимание на потребность Богов в жертвоприношениях и их умирание от информационного "голода". Греки
справедливо считали, что подобно тому, как Боги являются Представлением Сил, так и люди (Герои) могут
быть Представлениями Богов. (В мифе о Тезее очень точно изложено, что отцом героя является Эгей и,
одновременно, Посейдон: в жизни не прославившегося ничем Эгея был только один великий день - вернее
ночь, когда он стал воплощением Стихии моря и в этом состоянии зачал ребенка).
Но информационное пространство, раз возникнув, обречено на существование. Таким
образом, замыкается обратная связь: прошлое оказывается зацепленным с Будущим, и
время, мифологическое Время, обретает цикличность.
В мире Арды лишь одна группа носителей разума - эльфы, смогли понять и правильно
интерпретировать "голос Неба", который одновременно и был рожден, и существовал
всегда. Тем самым, эльфы оказались единственными проводниками воли Древних Богов.
На Земле ситуация развивалась гораздо драматичнее. В каждом из народов, которым
суждено было занять какое-то место в мировой истории, находился человек - скорее
всего, действительно один, у которого доставало разума не сойти с ума и не умереть при
встрече с Богом16, принять у него информацию и донести ее до современников.
Итак, задолго до неолитического переворота и возникновения традиционной
воспроизводящей экономики произошла другая великая революция, память о которой
сохранилась лишь в древнейших мифах. Эта революция привела к разделению единой
Вселенной на информационный и физический мир и породила титанические фигуры
Посредников между этими мирами. Посредников, которых на Земле зовут Древними
Богами, а в мире Арды - Валарами.
На этой стадии возникли основные виды магии. Информационная магия "распаковки
смыслов", позволяющая привносить в Реальность новые артефакты. Высшая магия
пресуществления себя (именно о ней говорит Шарья-Рана Халадину, когда разговор
заходит о Соне, которую "в санитарном отряде почитали за живой талисман"). И,
наконец, ритуальная техномагия, которая тогда была весьма действенной: произведение
искусства, посвященное одному из Древних Богов, побуждало этого Бога, являющегося
антропоморфным Представлением дружественной к человеку Вселенной или ее
подсистем, оказывать человеку действенную помощь.
В памяти человечества Земли этот период, мезоинф, остался "Золотым веком", а эльфы
Арды зовут его "Эпохой Деревьев". Еще не существовало Государства, то есть
управляющая структура не была отчуждена от управляемого населения. Биосфера леса и
лесостепи была достаточно богатой для того, чтобы человек или эльф, пользующийся
помощью Древних Богов или Великих Валар и вооруженный луком и кремневым ножом,
мог безбедно существовать.
Дальнейшая драма разыгрывается на Земле и Мире-Тексте Дж.Толкиена по-разному, но
приводит к схожим результатам.
"У нас" высокий уровень жизни с неизбежностью привел к взрывному росту популяции
Homo, что породило преднеолитический экологический кризис - резкое сужение
кормовой базы охотничьих племен. Как и всякий большой системный кризис, он носил
всеобщий характер: подобно тому, как физический рост биомассы человечества вызвал
разрушение природной среды обитания мезолитического охотника, быстрое развитие
информационного пространства разрушило естественную среду обитания древних Богов.
И на границе мезо- и неолита эти Боги начинают умирать. С их "старостью"
заканчивается время симпатической магии, которая из действенной технологии
становится "религиозным пережитком" (но и - необходимой частью информационной
культуры).
Во всяком случае, на границе мезо- и неолита магия уходит из мира Земли, растворяясь
среди эпох, не имеющих имени и потому называемых до-историческими.
"У них", в мире Арды, системный кризис связывается с именем Феанора, первого и
последнего великого эльфийского изобретателя. Саруман в разговоре с Гэндальфом очень
тонко замечает, что магическое знание в принципе не способно прирастать, оно
находится вне времени, оно просто существует - и все. Феанор же ставит своей целью акт
творения, на который Древние Боги по определению не способны (в последовательной и
точной религии Средиземья прямо указывается, что это - прерогатива только Единого).
"Конфликта художника с ремесленником", однако, не возникает: Валар восхищаются
плодами творчества Феанора, с удовольствием включают их в общий контекст
информационно-магической Вселенной Валинора, и течение событий резко меняется.
Изобретения Феанора, не имеющие привязки к исходному магическому знанию,
порождают метафору линейного времени, что приводит к необратимому "отравлению"
информационного пространства Валинора инновациями ("Омрачение Валинора").
Системный кризис на Земле, разобщивший магический и физический миры, разразился
также и в Арде, и, возможно, мы будем не столь уж не правы, предположив формальное
тождество Феанора с Морготом, Черным Врагом Мира. Впрочем, такое прочтение мифа
анагогично и, следовательно, противоречит принципам исторической реконструкции.
Как бы то ни было, Древние Боги восстановили информационную экологию Валинора. С
началом Первой Эпохи Заокраинный Запад отгораживается от Средиземья, но граница
носит мембранный характер и остается проницаемой в обе стороны. Магия продолжает
действовать в обоих мирах. Она способствует "быстрому старту" человеческих культур,
она обуславливает действие в мире Средиземья "западного переноса":
преимущественного перемещения племен с востока на запад - в сторону Валинора17. Она
поддерживает эльфийские социумы в из неустанной борьбе за циклическое время и
новый "золотой век". И она же оборачивается страшными катастрофами Войны Гнева и
гибели Нуменора.
Текущая Реальность в формализме "Войны Кольца".
Приведенная цепь рассуждений оправдывает поступок Халадина, что называется, "в
абстрактно историческом плане". Уничтожение Зеркала, избавившее Средиземье от
нового явления Древних Богов, было необходимым. Вопрос: было ли оно при этом
достаточным, - нам предстоит исследовать не столько на материале Арды, сколь в
терминах Текущей Реальности.
Начало третьего тысячелетия на Земле и канун "Войны Кольца" в Средиземье связаны
симметрией сдвига. В обоих случаях речь идет о смене эпохи, только для Средиземья
Шарья-Раны и Халадина индустриальная фаза - это еще счастливое будущее, а у нас "все
эти чудеса уже давно в продаже".
Линейное время символизирует неизбежность развития, но возможности для него в
индустриальной фазе фактически исчерпаны. Земля оказалась слишком маленькой, а
Космос неожиданно слишком огромным, и Единый не подарил нам естественного
спутника на низкой орбите. Если для космической экспансии и был шанс, то он остался
нереализованным. Во всяком случае, в этой фазе.
Как обычно, к концу эпохи события сгущаются18, а напряженности противоречий быстро
нарастают. Нет необходимости приводить здесь перечень всех надвигающихся на
европейский Мир-экономику структурных кризисов - дело, в конечном счете, вовсе не в
них. Циклическое время порождает цивилизации, которые "не умирают, но и не живут",
линейное же время создает смертные человеческие сообщества.
Основным содержанием приближающейся "Войны Кольца" станет попытка европейского
социума воспользоваться накопленной инерцией развития и развернуть строительство
постиндустриальной фазы. Рассмотрим обе альтернативные Реальности: в первой
"постиндустриальную задачу" решить не удается, во второй милостью Единого
"информационная революция" может пройти до конца19.
Заметим, прежде всего, что первая версия неизмеримо более вероятна.
Зародыши (локусы) новой фазы неустойчивы в мире существующем, обеспечение их жизнедеятельности
требует затрат социальной энергии. Но таким образом лишь поддерживается бытие "Будущего-в-настоящем",
а для того, чтобы осуществить фазовый переход, придется полностью разрушить все взаимосвязанные
Миры-экономики и построить из возникшего хаоса новую организующую структуру. "Фазовое
доминирование" (а весь опыт истории доказывает, что старшая фаза ассимилирует любые культуры младшей
фазы, с которыми она взаимодействует) предполагает, что эта структура более сложна, более динамична,
более насыщена информацией/энергией, нежели предыдущие.
Разность социальной энергии, запасенной в базовых структурах обществ, относящихся к последовательным
циклам развития, определяет величину фазового барьера. Чтобы достичь новой фазы, цивилизация обязана
преодолеть этот барьер, и это гораздо проще сказать, чем сделать.
Древний Рим вплотную подошел к индустриальной революции и даже сумел перестроить
свою трансценденцию, отказавшись от этно-племенных Представлений давно ушедших
Древних Богов и обратившись к образу Единого. Однако, античная психика не могла
удерживать в себе одновременно принцип развития, примат личности и коллективную
форму организации работы, характерную для мануфактурного и фабричного
производства. В результате Римский Мир был размонтирован, а индустриальную эпоху
отделил от античной целый исторический период -Средневековье. Потребовалась тысяча
лет, чтобы вылепить современную европейскую психику, в которой социальная
идентичность, поддерживающая существование "человеческого муравейника", задана на
уровне коллективного бессознательного.
Разумеется, современники никогда не воспринимают "фазовый барьер" как вызов со
стороны Реального Будущего. Всякий раз он обретает форму очередного местного
кризиса, отличающегося лишь тем, что попытки его разрешить последовательно сужают
"Пространство Решений" и в конце концов заводят общество в "воронку", из которой нет
выхода.
Так, для городской цивилизации Мордора "фазовый барьер" сначала проявился как
опустынивание. Попытка восстановить урожаи за счет мелиорации привели к
экологической катастрофе, в результате чего Мордор потерял продовольственную
независимость. Это - неизбежное следствие индустриализации (в промышленной фазе
богатая рудами Мордорская котловина ни при каких обстоятельствах не была бы
использована в качестве пахотных земель), но суть "фазового барьера" в том и
состоит, что расплачиваться за новые возможности приходится авансом. Мордор
еще не стал промышленной державой, но уже лишился естественной для традиционной
культуры возможности обеспечивать себя зерном.
На следующей стадии фазовый барьер обрел форму "Войны Кольца", то есть выступил
метафорой цивилизационного конфликта. Городская культура Мордора не смогла
справиться с Закатной коалицией и была полностью "размонтирована" - семантический
спектр этого понятия может быть нами восстановлен по анализу событий в урочище
Тэшгол. Впрочем, эльфийским социумам также был нанесен смертельный удар, что дало
возможность умному и абсолютно безжалостному Арагорну реконструировать
Объединенное королевство с применением мордорских технологий и все-таки завершить
Промышленную революцию, потеряв вместо "законного" тысячелетия лишь около ста лет.
Так что, в известном смысле "все кончилось хорошо".
Мы не знаем, возрастает ли со временем величина "фазового барьера" (из общих
соображений, скорее - да). Во всяком случае, исходить надо из того, что
"постиндустриальный барьер" выше и круче "индустриального". Тогда построение новой
фазы Евро-Атлантической цивилизации Земли должно подразумевать в качестве первого
шага создание новой психической структуры, адекватной постиндустриальным реалиям.
Эта задача, видимо, очень далека от решения, поскольку на сегодняшний день она даже не
поставлена.
Можно предположить, что первой "зарницей" той системы кризисов, которая образует нашу версию
"постиндустриального барьера", является падение рождаемости, усугубившееся в последней четверти ХХ
столетия. На рубеже тысячелетий "демографическая проблема" перешла в следующую цепочную стадию и
приняла форму прогрессирующего ухудшения качества образования. Это явление обернется острым
"кадровым голодом": постиндустриальные технологические цепочки, создаваемые ныне в США, Японии
Западной Европе, будут потреблять высококвалифицированный потенциал во всевозрастающем количестве,
в то время как система образования не сможет обеспечить грамотными выпускниками даже традиционные
области производства.
Не приходится сомневаться, что этот кризис будет разрешен по типу продовольственной проблемы в
Мордоре - за счет импорта кадров. Это, однако, приведет, к ослаблению цивилизационной идентичности
Европы (если только не будет построена идентичность более высокого порядка, на что практически нет
надежды). В конечном счете "где-то и кем-то" обязательно будет произнесена фраза: "страны, не способные
обеспечить себя человеческими ресурсами, не могут считаться серьезными военными противниками".
Постиндустриальный барьер" обретет форму войны цивилизаций.
В первой версии Реальности эта война будет проиграна, и демонтаж европейской
культуры произойдет, скорее всего, примерно так, как в Мордоре.
Однако, поражение н
...Закладка в соц.сетях
