Жанр: Экономика
Человек в зеркале экономической теории
...автор устраняет предпосылку полного знания о
текущем состоянии конъюнктуры - вводится так называемая "огра
ниченная прозрачность среды", играющая, как было отмечено
выше, важную роль в теории цикла Лигу. Напомним, что речь идет
о недостаточной информации о конкурентах в условиях
распыленности производителей, вызывающей в конечном счете
скрытое, а потом - явное перенакопление капитала. йор вносит в
теорию Лигу некоторые усовершенствования: он утверждает, что
значение для конъюнктуры имеет не момент поступления на рынок
продуктов, произведенных с помощью новых мощностей, а
наступающий ранее момент ' обнаружения новых инвестиций
конкурентами (конец "инкубационного периода"). Обнаружившиеся
в результате перепроизводство и избыток производственных
мощностей усиливают, согласно теории йора, неблагоприятное
воздействие биржевой паники, кладущей начало кризису. Вместе с
тем в отличие от Лигу Йор не признает данный фактор основой
циклического механизма по следующим причинам.
Во-первых, его роль существенна только при переходе от подъема
к кризису, но не наоборот. Инвестиционный процесс асимметричен -
сократить инвестиции при признаках перепроизводства гораздо
проще, чем быстро увеличить их в ожидании скорого улучшения
конъюнктуры.
Во-вторых, продолжительность "инкубационного периода" для
разных отраслей сильно различается по чисто техническим причи
нам. Следовательно, наступление одновременного общего краха ил
люзий, порожденных подъемом, само по себе маловероятно.
Следующим свойством экономического субъекта, которое вводит в
рассмотрение йор, является неуверенность в будущем, и следова
тельно, большая роль ожиданий.
Эти факторы усиливают циклические колебания, поскольку в
условиях неопределенности ожидания формируются под влиянием
нескольких показателей-ориентиров, совпадающих для многих эконо
мических субъектов. Среди этих ориентиров, придающих индивиду126
альным ожиданиям одной то же направление, первое место, естест
венно, занимает само текущее состояние конъюнктуры, и в частности
выполнение или Невыполнение ожиданий предшествующего периода
(на важность этого показателя указывал еще Лигу). Поэтому под
воздействием ожиданий господствующая тенденция конъюнктуры
должна усиливаться.
Большое значение в условиях неопределенности ожиданий Йор
придает эмоциональному состоянию экономических субъектов - их
настроению. Правда, в теории Лигу оптимистические и пессимис
тические настроения также являлись важным фактором, порождаю
щим ошибки в ожиданиях предпринимателей, но йор разделяет
действие этих факторов и считает, что оптимизм и пессимизм как
таковые не несут ответственности за ошибки в ожиданиях.
Массовое настроение, согласно Йору, также является факторомусилителем
циклических колебаний: оно формируется под влиянием
конъюнктуры (конъюнктура, как пишет йор, является самым
важным координатором настроений) и оказывает на нее обратное
влияние, усиливая господствующую тенденцию. Так, например,
оптимизм предпринимателей побуждает их расширять производст
венные мощности и занятость, соглашаться на покупку сырья и
рабочей силы по сравнительно высоким ценам, активно прибегать к
кредиту, осваивать производство новых товаров и т.д., а пессимизм
вызывает противоположную реакцию. Массовое настроение с разной
скоростью охватывает различные группы экономических субъектов.
Так, настроение широких масс потребителей зависит от настроения
биржевых спекулянтов, предпринимателей (среди них, как пока
зывают психологические исследования, на которые ссылается автор,
много людей циклотимного типа, испытывающих чередование дли
тельных периодов возбуждения и депрессии и в большей степени
подверженных влиянию настроений) и лиц, ищущих работу.
В качестве еще одного психологического фактора-усилителя цикла
йор приводит так называемое "упреждение" (Antizipation). Упреж
дением автор называет действия, совершаемые исходя из ожидаемого
изменения конъюнктуры в ближайшем будущем. К примеру, если
ожидаетсь скорое повышение цен, то покупателъ в предвидении его
может совершить намечаемую покупку скорее, чем планировалось
ранее, а продавец может захотеть придержать свой товар и таким
образом возникнет' превышение спроса над предложением, которое
поведет к досрочному росту цен.
Феномен упреждения Йор также относит к факторам-усилителям
цикла в тех его фазах, которые характеризуются четко выраженным
восходящим или нисходящим движением цен. Наряду с этим,
упреждение играет важную роль в период перелома конъюнктуры: в
завершающей стадии подъема, когда обычно ожидается перенапря127
женю производственных мощностей поставщиков, заказы на некото
рые товары часто превышают действительную потребность в них. Это
делается для того, чтобы опередить конкурентов в условиях, когда
все заказы просто не смогут быть выполнены. Мотив упреждения,
который йор, полемизируя с Лигу, считает не следствием ошибки, а
результатом правильной оценки намерений других предпринима
телей, способствует возникновению перепроизводства.
Некоторое усиливающее воздействие на ход экономического цикла
оказывает, с точки зрения йора.и денежная иллюзия, т.е. вера в
неизменную ценйость денежной единицы, побуждающая предприни
мателей рассматривать возрастание стоимости своих запасов в фазе
подъема как прибыль, а удешевление их в кризис - как убыток,
тогда как на самом деле происходит общее повышение цен и
издержки на восполнение расходуемых запасов также испытывают
соответствующие изменения (оговоримся, что здесь не имеются в'
виду спекулянты, сознательно создающие избыточные запасы в
предвидении их вздорожания). Эта иллюзорная прибыль или мнимый
убыток действуют на ожидания и настроения предпринимателя со
всеми вытекающими отсюда последствиями (см.выше), а цикличес
кий рисунок движения цен придает этому фактору значение для
динамики конъюнктуры.
И наконец, главное (для проблемы цикла) отличие реального
хозяйственного субъекта от модели рационального максимизатора
заключается, по мнению йора, в том, что его решения подвержены
внешнему социально-психологическому воздействию. Особое значе
ние этому фактору придает то обстоятотьство, что это воздействие
передается непосредственно от человека к человеку ("психологи
ческая инфекция"), а не через состояние конъюнктуры. В принципе
возможно, что начало социально-психологическому процессу могут
положить случайные, не связанные с конъюнктурой обстоятельства.
Эта относительная самостоятельность зарождения и протекания
психологической инфекции делает ее, по мнению автора, первым
кандидатом на роль "пускового механизма" экономического цикла.
Итак, процесс социально-психологической инфекции, раз начав
шись (по причине зависимой или независимой от конъюнктуры)
может, по мнению йора, охватить всю экономику и придать одно
направленность действиям массы экономических субъектов раньше,
чем сложатся объективные условия для этого.
йор подчеркивает, что кумулятивные социально-психологические
процессы в экономике особенно характерны именно для капиталис
тического производства, в котором производители выходят на рынок,
не имея необходимой информации. В системе свободного предприни
мательства производители представляют собой массу (в социальнопсихологическом
значении слова) легко внушаемых и находящихся в
128
психологической зависимости друг от друга людей. Особенно велика
степень такой настроенности друг на друга среди экономических
субъектов, занимающихся спекуляцией на фондовых или товарных
биржах. Цель этих людей заключается по сути дела в том, чтобы
предугадывать не только будущие изменения конъюнктуры, но и
мнения по этому вопросу других спекулянтов. Не случайно именно в
этой среде возникает первоначальный импульс, который, распростра
няясь вширь, приводит в конце концов к перелому конъюнктуры.
йор полагает, что влияние малочисленной группы спекулянтов на
экономику непропорционально велико, поскольку их поведение
оказывает непосредственное воздействие на цены товаров и курс
акций, т.е. на показатели, представляющие особый интерес для пред
принимателей. В результате вслед за паникой на финансовых и
товарных биржах наступает сокращение производства и инвестиций.
Однако для того, чтобы первоначальный импульс, полученный из
финансово-торговой сферы, мог за короткое время охватить
большинство предпринимателей, необходима подготовленная почва:
перелому конъюнктуры способствует, по мнению йора, неизменное
наличие в экономике одновременно двух разнонаправленных
("вверх" и "вниз") кумулятивных процессов, один из которых
господствует, а другой существует подспудно. Чем дольше продол
жается господство одной тенденции, тем большей становится
вероятность перехода к противоположной. Причины этой закономер
ности йор поясняет на примере перехода от подъема к кризису. В
ходе подъема начинают действовать объективные факторы, тормозя
щие восходящее движение экономики и действующие с тем большей
силой, чем дольше продолжается подъем: перенакопление капитала,
.связанное с "ограниченной прозрачностью", исчерпание личных сбе
режений и резервов банков, за счет которых финансируется
инвестиционный бум, замедление роста потребительского спроса при
приближении экономики к точке полной занятости.
Кроме того, согласно Йору, существует и субъективный фактор
"циклической памяти" предпринимателей - их уверенность в том,
что после продолжительного подъема обязательно должен наступить
спад, что заставляет предпринимателей внимательнее следить за
малейшими изменениями на фондовой бирже и другими индикато
рами кризиса*"*.
Итак, сделав попытку логического расчленения употребляемых в
различных концепциях психологических механизмов цикла на прос
тейшие элементы: незнание, ожидания, настроения, упреждение,
иллюзии и социально-психологическое воздействие, йор доказывает,
что практически все элементы этого набора "психологических
переменных" не способны самостоятельно вызвать циклические колеГ.
В.С.Автономов 129
бания экономики, а могут лишь усиливать существующие тенденции
конъюнктуры.
Единственное исключение Йор видит в действии "социальнопсихологической
инфекции", являющимся, по его мнению, "пуско
вым механизмом" цикла*"*.
д) Профессиональные психологи и экономический цикл.
Рассмотренные выше психологические механизмы цикла были
разработаны экономистами, причем без использования специфичес
ких средств из инструментария профессиональных психологов (ис
ключение составляет промелькнувшее в теории Катаны упоминание
об уровне притязаний). Между тем в последние годы выяснилось, что
эти средства исследования могут найти себе применение в теории
цикла*.
В первую очередь здесь следует упомянуть уже знакомую нам по
предыдущему параграфу теорию "когнитивного диссонанса". Во вре
мя бума инвесторы, торговцы, банкиры, разумеется, понимают, что
рано или поздно процветанию придет конец и наступит кризис. Но в
то же время пример коллег и конкурентов толкает их к тому, чтобы
продолжать экспансию. Это поразительным образом напоминает по
ведение конькобежцев на пруду: чем больше людей выходят на лед,
тем больше вероятность, что он проломится и в то же время тем
больше воздействие силы примера - если столько людей катаются и
не боятся, значит опасности нет*.
Перед нами типичная ситуация когнитивного диссонанса, а в этих
условиях, как уже было сказано, люди склонны скорее игнорировать
неприятную информацию, чем резко менять свою линию поведения.
Так создается общий климат необоснованного доверия, который
особенно ощутимо сказывается на условиях кредита***, а также на
стремлении менеджеров до конца держаться за принятые ими
сомнительные проекты***.
Можно сказать, что когнитивный диссонанс: 1) порождает времен
ной лаг между получением информации и реакцией на нее; 2) бло
кирует само поступление неприятной информации - для этого поиск
информации может быть временно прекращен; 3) заставляет прини
мать решения, учитывая не только будущие, но и прошлые (так
называемые, "утопленные") затраты, которые рационально было бы
списать, но жаль своих напрасных усилий**.
Много интересных результатов в области теории экономического
выбора, которые можно приложить, в частности, к теории цикла,
было получено в ходе лабораторных эксперияентов американских
психологов Д.Канемана и А.Тверски*. Во-первых, они установили,
что люди любой ценой избегают ситуации, в которой они понесут
неизбежные убытки, даже если они невелики, и предпочитают
рисковать, если у них есть хотя бы небольшой шанс выйти сухими из
воды (хотя математическое ожидание убытка здесь больше, чем в
первом случае, такое поведение противоречит неоклассической
гипотезе максимизации субъективной ожидаемой полезности, о
которой юла речь в предыдущей главе). Во-вторых, эксперименты
подтвердили, что на выбор влияют не только ожидаемые, но и
прошлые события, причем не совсем так, как предполагает гипотеза
рационального и адаптивного поведения: потеряв известную сумму,
человек первым делом старается "отыграться" и рискует больше, чем
в случае, когда начинает с нуля.
Понятно, что эти психологические эффекты могут значительно
усиливать первоначальные негативные явления и подталкивать каж
дого экономического субъекта к неосторожному поведению как раз
тогда, когда осторожность особенно нужна, а экономику в целом - к
кризису.
К таким же результатам, помимо мотивационных факторов, пере
численных выше, ведут и проявления "ограниченной рациональнос
ти": простые способы сбора и обработки информации, достаточные
для принятия удовлетворительных решений в сравнительно стабиль
ной среде. Имеются в виду различные экстраполяционные процеду
ры, принятие решений по аналогии, на основе лишь легко доступной
информации и т.п. В период перелома конъюнктуры, применение
всех этих упрощающих приемов неизбежно придает поведению эко
номических объектов излишнюю неповоротливость, что способствует
затягиванию фазы бума и обострению всех его противоречий, а затем
препятствует быстрому выходу из кризиса.
Подытоживая все сказанное о психологических механизмах, кото
рые разработаны в западных экономических теориях, мы можем
прийти к выводу, что эти механизмы не подменяют и не отменяют
действия объективных факторов, фигурирующих в детерминистских
моделях цикла***. Содержащиеся в последних достаточно скромные
требования к рациональности экономических субъектов легко можно
совместить с излишней эмоциональностью, недостаточной
информированностью, различнымии привычками и предрассудками,
которыми в действительности обладают "персонификации капитала".
Психологические и объективные факторы цикла обычно порождают и
усиливают друг друга, но в принципе могут действовать и
самостоятельно.
В то же время психологические механизмы цикла, как уже отме
чалось, несовместимы с маржиналистской моделью рационального
экономического человека. Казалось бы, субъективно- рационалисти
ческая модель цикла невозможна. Однако контрнаступление неоклассики
после второй мировой войны не обошло стороной и теорию
цикла.
13]
В. Субъективно-рационалистические концепции. Среди рацио
налистических равновесных теорий цикла выделяются прежде всего
монетаристские концепции с использованием гипотезы рациональных
ожиданий и концепции "реального цикла''*.
Наибольшую известность из представителей первой группы
получила теория цикла Чикагского экономиста Р-Лукаса - одного из
столпов школы рациональных ожиддний*. Школа эта, как из
вестно, исходит из беспредельно гибких цен, мгновенного вырав
нивания спроса и предложения*** и последовательного применения
модели рационального максимизатора. Каким же образом Лукас
находит в рамках этой теории место для экономического цикла? С
помощью модификации информационных аспектов модели человека.
Центральной идеей равновесной теории цикла является взаи
модействие денежных шоков и акселерационного механизма. Главной
причиной повторяющихся денежных шоков, т.е. неожиданных при
ростов массы денег в обращении и связанного с ними роста цен,
объявляется государственная антициклическая политика, и прежде
всего увеличение государственных расходов. Общий рост цен при
водит в действие механизм акселератора, который состоит в
следующем. Если цена на продукцию повышается, производитель
решает,' не носит ли это повышение временного характера. Если
цены возросли ' раз и навсегда, то от него не требуется никаких
дополнительных усилий. Если же повышение цен временно, то все
зависит от того, готов ли производитель пожертвовать своим
свободным временем ради того, чтобы получить избыточный доход и
отдохнуть потом, когда цена вновь понизится. Если будущий отдых
может заменить сегодняшний (а по мнению автора, ссылающегося на
ряд опросных исследований, эластичность замещения здесь весьма
велика), то гипотетический лукасовский производитель ответит на
временный рост цен увеличением производства и "занятости" (раба-*
чегодня).
На следующей стадии анализа Р.Лукас наделяет своих произво
дителей капиталом (понимаемым как средства производства). Оче
видно, что если повышение цен будет краткосрочным, то не имеет
смысла увеличивать производственные мощности за счет инвестиций
и, напротив, если высокие цены установились навечно, то вложение
средств в прирост капитала оправдано, так как увеличение
производства не только повысит валовую выручку, но и даст
возможность, оттеснив конкурентов, расширить свою долю рынка.
Таким образом, модель предполагает, что на рост цен, котЪрый
производители считают временным, они отвечают ростом занятости
при отсутствии новых капиталовложений, а на необратимый рост цен
- увеличением инвестиций при неизменной занятости***. Если же,
как это чаще всего происходит на практике, имеет место одновре132
менный рост занятости и инвестиций, то это может быть, по Лукасу,
объяснено только тем, что в повышении цен присутствуют оба
компонента, необратимый и временный, поскольку никаких других
факторов, воздействующих на инвестиции и занятость, кроме роста
цен, его теория не учитывает. **-
Наконец, на следующей стадии анализа-предполагается наличие в
экономике разных отраслей, а также колебания общего уровня ценицен
в отдельных отраслях. В этом случае производителю приходится
решать еще одну задачу: выяснить, с абсолютным или относи
тельным ростом цен он имеет дело. Понятно, что если цены всех
товаров растут одним и тем же темпом, то производитель никак не
должен реагировать на такую ситуацию. Напротив, рост относи
тельных цен ведет к росту занятости и инвестиций (в той пропорции,
в которой он распадается в сознании экономических агентов на
временньгй и необратимый).
Очевидно, что если производители правильно распознают общее
номинальное повышение цен, как это и предусматривает теория
рациональных ожиданий, то никакой шок, возникший от увеличения
массы денег в обращении, не сможет оказать влияние на реальныё.
экономические показатели. Поэтому Лукас вносит в свою рабочую
модель человека важную модификацию: экономические субъекты
вначале не могут отличать чисто номинальное, инфляционное повы
шение цен на свою продукцию от роста относительных цен на нее.
Предполагается, что производители полностью осведомлены о со
отношении спроса и предложения в своей отрасли, но им неизвестно
движение денежной массы и, следовательно, общего уровня цен по
всей экономике. Таким образом, при всяком росте цен на свой товар,
производители считают, что растут относительные цены, и
увеличивают как занятость, так и инвестиции. Так в теории Лукаса
и возникает та ошибка экономических агентов, которая порождает
фазу циклического подъема. Очевидно, что при неизменном сово
купном спросе возникающий рост предложения должен вести к
снижению цен и быстрому прекращению подъема. Однако автор
предполагает, что этот эффект заведомо слабее инфляционного
воздействия монетарного шока, и наращивание производства лишь
несколько сдерживает рост общего уровня цен в стране. Тем не
менее, в конце концов, все становится на свои места: производители
начинают понимать, что рост цен на их продукцию носил чисто
инфляционный характер, и сокращают производственные мощности.
Инвестиции при этом опускаются ниже своей трендовой величины.
Эти события знаменуют собой наступление понижательной фазы
цикла, а так как она совпадает с продолжающимся инфляционным
ростом цен, то имеет место стагфляция. При этом, как утверждает
Лукас, состояние экономического равновесия не нарушается, т. е.
есть цена продолжает уравнивать спрос и предложение в масштабе
всей экономики.Как уже отмечалось в литературе, эта модель противоречит не
только некоторым фактам экономической жизни, но и самой
концепции "рациональных ожиданий", исповедуемой Лукасом. В са
мом деле, экономический субъект, согласно самой широкой формули
ровке постулата "рациональных ожиданий", должен оптимально ис
пользовать имеющуюся у него информацию, которая по условию
лукасовской модели цикла является ограниченной. Здесь и возникает
противоречие: если экономический субъект действительно способен к
оптимальным выводам из имеющейся информации, то почему он не
извлекает урока из своего прошлого опыта? Если раз за разом
повышение цен оказывается-чисто инфляционным, то почему люди с
фатальным упорством считают, что каждый следующий случай будет
исключением из правила и абстрагируются от известного им по
опыту феномена экономического цикла? Правда, Лукас доказывает,
что производителю невыгодно "специализироваться на сборе инфор
мации о всей экономике и о ходе экономического цикла", поскольку
издержки по сбору информации якобы слишком высоки*'*. Однако
этот довод не выдерживает критики: информация о цикле слишком
важна для каждого предпринимателя, чтобы жалеть силы и средства
на ее приобретение. Косвенное свидетельство этого - процветание
многочисленных фирм, составляющих прогнозы конъюнктуры, и
даже обобщающих чужые прогнозы. Кроме того, за движением цик
лических индикаторов (в том числе денежной массы и уровня цен)
можно в наши дни следить по всем средствам массовой информации.
К тому же в 70-е годы количество и качество денежной и ценовой
статистики возросло, тогда как циклические колебания не стали
слабее, а, напротив, усилились**R.
Внутренняя противоречивость концепции экономического субъек
та у Лукаса сказывается и в его позиции по вопросу о государст
венном антициклическом регулировании***. Лукас отстаивает тезис о
его полной неэффективности, вызванной тем, что экономические
субъекты достаточно рациональны, чтобы распознать чисто
инфляционный характер роста цен в результате увеличения государ134
ственных расходов. (Это приводит к так называемой вертикальной
кривой Филлипы - рост цен не вызывает никакого увеличения за
нятости). Но если предположить, что экономические субъекты не
обращают внимания на цикл и не умеют обучаться на своем опыте,
то антициклическая политика государственных расходов может быть
весьма эффективной. * Для этого достаточно только производить новые
монетарные шоки в нужный момент, не допуская затухания прош
лого подъема. Если же взять за основу более сильную гипотезу о
проницательности экономических субъектов, то их нельзя будет
заставить повторять одни и те же ошибки, необходимые для
построения лукасовской теории цикла.
Внутренняя противоречивость той "психологии", которую Лукас и
другие представители школы рациональных ожиданий попытались
встроить в модель экономического цикла, побудила других теоре
тиков к созданию других рационалистических вариантов, известных
под названием "модели реального цикла"*T. Эти модели суть не что
иное, как попытка . соединить детерминистский циклический
механизм (основную роль в нем играют уже не финансовые факторы,
а межотраслевые связи и технологические факторы) с простейшей,
наиболее абстрактной версией исходной модели рационального
максимизатора (тот же оптимальный выбор между текущими и бу
дущими благами, который предопределяет величину занятости и
который мы уже встречали у Лукаса). Одним словом, эти модели
описывают цикл как оптимальную реакцию на экзогенные шоки на
самом абстрактном уровне (характерно, что в большинство из них не
заложены даже предпосылки о конкурентном характере экономи
ки*").
В итоге, видимо, можно сделать вывод, что область теории цикла
в меньшей степени, чем рассмотренные в предыдущих параграфах
этой главы отрасли экономических исследований, освоены неоклас
сической парадигмой. Во-первых, это объясняется макроэкономи
ческим характером данной проблемы,- на макроуровне возможность
абстрагироваться от различных институциональных реалий (в том
числе и связанных с человеческой природой) гораздо меньше, чем на
микроуровне. Во-вторых, как уже было сказано, цикл связан с
резкими изменениями поведения, с передумыванием, которое очень
трудно встроить в рационалистическую модель человека (как пока
зывает опыт теории Лукаса).
5. Теории предприншателя и предпринимательской
функции
В экономической науке существует своеобразная отрасль, которую
можно назвать "теорией предпринимателя". Слово "предпринима
тель" употребляется здесь не в привычном, обыденном смысле
("собственник какой-либо фирмы"), а понимается как теоретическая
категория, обозначающая субъекта, который выполняет в экономике
определенную специфическую функцию. Эту функцию нельзя свести
к "персонификации капитала" (своего или чужого), и поэтому поня
тие "предприниматель" не может быть адекватно заменено понятия
ми "капиталист", "фабрикант" или "функционирующий капита
лист", "коммерсант", "управляющий" и т.д. Точнее можно сказать,
что на долю "предпринимательской функции" остается тот ясно
ощутимый, но с трудом облекаемый в научные понятия компонент,
который присутствует в поведении каждого предприятия помимо или
сверх объективной логики капитала.
Анализ предпринимательской функции в экономической системе
ведется на такой ступени абстракции, где невозможно ограничиться
описанием объективных закономерностей и отвлечься от субъек
тивного, личностног
...Поділитися у соцмережах
