Жанр: Боевик
Московский полет
...нке, но она выхватила из сумочки пачку
долларов и дернулась к окровавленным и уползающим по тротуару подросткам.
И тогда я просто схватил ее в обхват, оторвал от земли и понес через
проспект Мира к стоянке такси. Но японка болтала в воздухе ногами и кричала
мне в истерике:
Put me down! I wanna give them money! Put me down [Отпустите меня! Я
хочу дать им денег! Отпустите меня]!!!
Какая-то машина взвизгнула тормозами буквально в метре от нас, за ней
загудел автобус и весь поток нетерпеливых московских машин. А от станции
метро на нас зырились два ряда кавказских спекулянтов цветами, таксишники и
какие-то тетки с плакатами "Долой КПСС!" и "Руки прочь от Гдляна и Иванова".
А японка продолжала болтать в воздухе ногами и кричать:
I wanna give them money! Put me down!!! — Shut up [Заткнись]! --
рявкнул я на нее, и она замолкла.
Я поставил ее у такси, придерживая одной рукой, а второй рукой открыл
дверцу машины и буквально швырнул японку на заднее сиденье. Потом сел рядом
с ней, сказал шоферу по-русски:
Поехали!
Куда?-- спросил он лениво.
В центр, в АПН.
А сколько заплатишь?
Десятку.
Мало,-- сказал он.
И пачку "Мальборо".
Вот это разговор! — он сразу ожил и включил двигатель.
Я повернулся к японке:
Никогда не открывай сумочку на улице! Понятно?
И вдруг она разрыдалась:
I'm sorry! I'm sorry! Excuse me, Vadim!..
All right, all right... — смягчился я. — I've never seen a furious
Japanese woman. It was quite interesting [Я никогда не видел взбешенной
японской женщины. Это было любопытно].
Но зачем он так зверски избивал их? Зачем?
Я думаю он гэбэшник.
Правда???... Следит за мной или за тобой?
Этого я не знаю. Может быть, за нами обоими...
КГБ! Конечно, КГБ! — вдруг по-русски сказал спереди водитель, видимо,
уловив в нашем разговоре знакомое слово "КГБ".
Я опять обратил внимание, на какой бешеной скорости — вдвое превышая
московский лимит — мы несемся по проспекту Мира. И еще — с какой наглостью
тут водят машины: подрезая друг друга без всякого сигнала, обгоняя, резко
виляя из . стороны в сторону и просто врезаясь в поток. Только в странах
третьего мира, да еще в Бостоне, знаменитом своей бескультурной ездой, можно
встретить таких водителей.
Но я не стал обсуждать с шофером ни его езду, ни эпизод с гэбэшником
возле гостиницы "Космос". Потому что как минимум половина московских
таксистов — тоже стукачи КГБ. Я только невольно оглянулся назад, впервые
ощутив странное чувство незримой слежки. Вчера вечером нас без проверки
пропустили в таможне, сегодня этот "спортсмен" избил мальчишек, которые нас
обокрали, и еще извинялся за их воровство...
Но никакого "хвоста" за нами я не обнаружил, да и вряд ли можно было
угнаться за этим сумасшедшим московским водителем.
Как тебя зовут?--спросил я у японки.
Michiko, — сказала она. — Я уже говорила тебе свое имя в Вене, но ты
забыл. Я Мичико Катояма.
Тут, перед Колхозной площадью, водитель вдруг резко нажал на тормоза и
грязно выругался.
В чем дело? — спросил я, но уже и сам увидел, в чем дело.
Впереди вся Колхозная площадь была запружена народом, там над
гигантской толпой гремели мегафонные голоса ораторов и .трепыхались плакаты
и транспаранты: "ВСЯ ВЛАСТЬ СОВЕТАМ!", "ДОЛОЙ КГБ!", "КОГДА МЫ ДОГОНИМ
АФРИКУ ПО МЯСУ?", "СВОБОДУ ЭСТОНИИ!" и т.п. Я жадно вчитывался в эти надписи
— такой Москвы я не видел никогда.
Опять митинг!-- недовольно сказал водитель такси, вертя головой в
поисках объезда.-- Надоели! Ездить невозможно! И свернул направо, в
переулок.
13
Штаб-квартира Агентства Печати Новости находится в самом центре Москвы,
на Садовом кольце, всего в нескольких кварталах от американского посольства.
Я помню, как это Агентство образовалось. Было самое начало шестидесятых
годов, когда Хрущев принялся оснащать Кубу ракетами, имея в виду не столько
завоевание США, сколько подчинение своему влиянию всего южноамериканского
континента. Одновременно Кремль начал заигрывать с арабскими странами и
Африкой, и для осуществления всей этой операции по глобальному расширению
своего влияния Москве срочно понадобилась система по промывке мозгов
южноамериканским, африканским и азиатским народам. Одной из частей такой
системы стал Московский университет Дружбы Народов имени Патриса Лумумбы,
куда заманивали молодежь со всего мира, чтобы воспитать из них будущих
руководителей прокоммунистических переворотов. А еще одну машину по промывке
мозгов — Агентство Печати Новости — создали якобы на средства Комитета по
защите мира и других буферных кремлевских "общественных" организаций. На
самом же деле АПН напрямую подчинялось серому кремлевскому кардиналу
идеологии Михаилу Суслову и с первых дней своего существования получило
прямой выход к кремлевским фондам на финскую бумагу, полиграфическую базу в
Лейпциге, ГДР, неограниченный бюджет и, конечно, спецпайки для своих
сотрудников. А также роскошный старинный особняк в самом центре Москвы, на
Пушкинской площади, рядом с редакцией газеты "Известия"
Я был в это время студентом киноинститута и к своей скудной 22-рублевой
месячной стипендии подрабатывал писанием статей в московские газеты. Помню,
в то лето среди нашего брата журналиста стремительно разнесся слух, будто на
Пушкинской площади открылась замечательная новая "кормушка"--АПН, где, как
мне сказали, платят совершенно фантастическое гонорары — по десять рублей
за страницу! И вот буквально через месяц после открытия АПН я пришел в это
светло-желтое старинное здание, и первое, что меня там поразило, — обилие
роскошных молодых девок в импортных джинсах и французской косметике. С
ужасно творческим видом они сидели во всех кабинетах над пишмашинками,
деловито пробегали по коридорам с оттисками свежих журнальных полос, пили
настоящий колумбийский кофе в служебном буфете и курили только "Мальборо" и
западногерманские сигареты "Astor". Среди них степенной походкой
руководителей расхаживали молодые мужчины с фигурами теннисистов, в
импортных костюмах и французских галстуках. Таких "фирменных" журналистов я
не видел даже в иностранном отделе "Правды" и "Комсомолки", разве только
Мэлор Стуруа, корреспондент "Известий" по США, мог тягаться с ними в шике.
Но Стуруа был известным журналистом, а кто эти?
Впрочем, стоило мне взглянуть на дверные таблички их кабинетов, как все
стало ясно. Потому что каждая фамилия на этих табличках гойорила сама за
себя — это были дети, племянники и племянницы самой высокопоставленной
кремлевской элиты и советской дипломатуры. О, конечно, каждый из них кончил
или Московский институт международных отношений или Институт иностранных
языков, а то и вовсе получил образование в Гарварде или Сорбонне. И они
знали иностранные языки — так кому же, как не им, наследникам основных
держателей акций советской империи, было пропагандировать прекрасный
советский образ жизни?
Поскольку в то время мои статьи уже довольно часто появлялись в
московских газетах и журналах, меня принял сам заведующий латиноамериканским
отделом — тоже молодой подтянутый теннисист.
Мы выпускаем вот такие журналы! — гордо сказал он и веером рассыпал
передо мной пачку роскошных, на глянцевой финской бумаге, иллюстрированных
журналов на испанском, французском и еще каких-то непонятных мне языках.--
Нам нужны материалы, пропагандирующие наш советский образ жизни. Никакой
критики, только позитив! Я читал твои статьи, ты много ездишь по Заполярью,
а это как раз та экзотика, которая нам нужна. Счастливая жизнь советских
эскимосов. Лампочка Ильича в заполярной яранге! Напиши хоть пять очерков --
мы роскошно платим, с каждого языка по десять рублей за страницу. То есть за
одну статью можно получить столько гонораров, на сколько языков мы ее
переведем. Так не платит никто в Москве, даже "Литгазета!" Но ты понял
задачу? Эскимосы — равные среди равных! Олени — гости тюменских
нефтяников! Весна приходит в кочевое стойбище! Усек?
Я "усек". Буквально за неделю до этого я прилетел из очередной газетной
командировки по заполярному Ямалу. Там живут советские эскимосы-ненцы — 70
процентов из них больны сифилисом, 90 процентов — алкоголизмом, а
статистика детской смертности вообще засекречена. Но мне не нужна была
статистика, я сам ходил по их чумам и видел то, что эти кремлевские
теннисисты в костюмах от Кардена никогда не увидят, да и видеть не захотят.
Я видел, как живут эти ненцы — в грязи, с собаками, на вонючих оленьих
шкурах и постоянно пьяные от сознания того, что жизнь их тундры все равно
кончилась: своими нефтяными вышками русские выпустили из-под земли духов зла
и болезней и гусеницами тракторов уничтожили оленьи пастбища. Парадоксально,
что именно за ненецкую нефть кремлевские теннисисты покупали себе тогда
французскую косметику, колумбийский кофе, немецкие сигареты, образование в
Сорбонне, пишущие машинки "Erika" и типографские машины для печати рекламных
журналов о счастливом советском обществе. Чаще всего на стандартных обложках
таких журналов сияло круглое лицо ненецкого ребенка, улыбающегося на фоне
заснеженной нефтяной вышки. Но, конечно, никто никогда не писал в этих
журналах, как русские вертолеты каждое лето облетают ненецкие стойбища, на
водку выменивают детей и увозят их в Салехард, в детские дома...
Я ушел тогда из АПН и никогда больше не переступал порог этого
учреждения. И вот теперь, почти тридцать лет спустя — второй визит. Но уже
по другому адресу. Потому что за тридцать лет АПН выросло в гигантский
концерн пропаганды и в награду, я слышал, получило новое здание. Но ведь
Горбачев отказался от брежневской доктрины, кремлевские войска вышли из
Афганистана, а советское влияние на африканском континенте и в арабских
странах тает, как снег в пустыне. Так чем же теперь занимаются те модные
теннисисты и теннисистки? Что производит машина, запущенная Хрущевым и
Андроповым? На кого работает?
Такси остановилось перед серым четырехэтажным шлакобетонным домом в
форме русской буквы "П". Пустой проем в нижней части этой буквы смотрел на
Садовое кольцо, но был отгорожен от него высокой решеткой, а в центре
забора-решетки стояла бетонно-кирпичная будка проходной. Внутри сидели два
милиционера. Короче говоря, это здание было как две капли воды похоже на
штаб провинциального военного округа, а совершенно голый и пустой двор за
решеткой мог быть только плацем для отработки строевого шага.
Однако на тусклой стеклянной вывеске было написано "Агентство Печати
Новости" и перед проходной, у тротуара стоял наш интуристовский автобус. Так
что сомнений не было — мы ехали куда надо. Только опоздали на четыре
минуты, и теперь нам придется доказывать этим милиционерам, кто мы, что мы,
вызывать Барри Вудстона и т. д.
Но вдруг оказалось, что какой-то биологический механизм советской
адаптации проснулся во мне даже раньше, чем я успел это осознать.
Следуй за мной! Ни о чем не спрашивай! — приказал я японке и
стремительно-хозяйской походкой направился прямо в проходную.
Мичико поспешно семенила за мной. Главное в искусстве преодоления
проходных советских официальных учреждений — это сочетание хозяйскиуверенной
походки и барски- небрежного кивка головой охранникам, при котором
ни в коем случае нельзя встречаться с ними глазами. Да, вы видите их краем
зрения, и вы отметили это вежливо-беглым кивком головы) но они слишком
мелкие птицы, чтобы заглядывать вам в глаза. А то, что вы свой, из этой или
даже еще более высокой организации, — это демонстрирует ваше прекрасное
знание, куда идти. Я понятия не имел, куда тут идти, прямо за проходной был
только пустой по случаю субботы плац, но я уверенно, как хозяин, прошел мимо
охранников-милиционеров. И, безусловно, я шел первым, а не после дамы, пусть
даже она и иностранка. Хамство — вторая визитная карточка советского
бюрократа.
На мое счастье, в глубине двора-плаца, под бетонным козырьком здания
оказались дубовые двери с массивной резной ручкой — характерный признак
парадного входа. Я уверенно потянул ручку и только теперь, поскольку милиция
была далеко позади, пропустил даму вперед. И это было ошибкой.
Потому что за дверью оказалось еще два милиционера. Интересно, зачем
информационному агентству двойная милицейская охрана?
Куда? Пропуск!-- грубо сказали японке по-русски.
Она беспомощно оглянулась на меня, но я уже разглядел в глубине узкого
коридора, у лифта, нашу интуристовскую гидшу Олю Зеленину.
Мы из делегации! — сказал я милиционерам и позвал гидшу:-- Оля!
Генерал Алексей Быков, начальник пресс-центра Комитета госбезопасности
СССР, не был ни толстым, ни мордастым, как 90 процентов советских генералов.
Больше того — на нем даже не было генеральского мундира, 55-летний
худощавый мужчина в дешевом сером костюме советского пошива и белой рубашке
без галстука, короткий бобрик темных волос с проседью, маленькое и простое
крестьянское лицо с жесткими скулами, как у бригадира на сибирской стройке,
— он сидел по правую руку от Евгения Голякова, заведующего
латиноамериканским отделом АНП, который на правах хозяина вел
пресс-конференцию. Этот Голяков был абсолютно не похож на того теннисиста,
который возглавлял латиноамериканский отдел 25 лет назад. Ему было под 60,
маленький, толстенький и желчный хорек, который изо всех сил старался быть
обаятельным и даже представился нам на американский манер: "Юджин".
А слева от "Юджина" возвышался тяжелый, тучный полковник Азаренко,
представитель Политического управления Советской Армии. Огромная, как
астраханская дыня, лысая голова сидит прямо на плохо выглаженной офицерской
рубашке с полковничьими погонами, а на большом и голом лице стойко держится
хмурое выражение подневольного человека, отбывающего докучливую повинность.
Впрочем, я мог понять советского полковника: была суббота, нерабочий день,
самое время уехать из жаркой Москвы на дачу, а его загнали на встречу с
этими америкашками. И пропал весь уикенд, а ради чего? Ради этой мудацкой
новой политики заигрывания с Западом...
КГБ. Недавно у нас писали, что, кажется, в "Правде" была статья бывшего
полковника КГБ, и в этой статье он извиняется за свою прошлую деятельность.
Мне интересно узнать, что вы думаете о бывшем сотруднике КГБ, который
выступает теперь в печати с такими заявлениями?
Я с удивлением глянул на Горация — двадцатилетний парень в ковбойке,
джинсах и сникерсах, ну типичный студент, а так замечательно разыграл первую
подачу! С одной стороны — мол, мы не с Луны свалились, мы в курсе советских
дел, а с другой — и не лобовая атака, а как бы вежливая разведка боем.
Выслушав перевод вопроса, генерал Быков ответил сухими, заранее
отредактированными формулировками.
КГБ в отставке, который выступил не в "Правде", а в журнале "0гонек" со
своей личной оценкой событий того периода...
У генерала был голос заядлого курильщика, теряющий силу в середине
предложения, как при застарелой эмфиземе легких. Поэтому после каждого
короткого вдоха генерал начинал фразу очень громко, но заканчивал ее почти
на шепоте:
Должен сказать, что оценка тех событий Карповичем в корне отличается от
моих оценок и оценок моих коллег... (Вдох). Мы считаем, что меры, о которых
пишет Карпович, были приняты тогда в полном соответствии с законом, который
существовал в нашей стране в семидесятые годы... (Вдох). Судебные процедуры
не нарушались, и широкие массы трудящихся одобряли действия КГБ того
периода...
Мяч, как видите, попал на "глухую защиту". Мол, мы были исполнителями
закона, и народ нашу деятельность одобрял. Точка. Если мы и держали
нобелевского лауреата Сахарова в ссылке или бросали диссидентов в психушки и
тюрьмы — тогда это было законно, нам не в чем каяться. Конечно, мне
захотелось немедленно вмешаться и уличить генерала в откровенном вранье.
Но я сдержал себя. Во-первых, мне было интересно, как американцы и
японцы сами, без моего советского опыта, поведут эту конференцию. А
во-вторых... Во-вторых, не высовывайся, сказал я себе. Может быть, все твои
страхи по поводу того, что КГБ будет сводить с тобой счеты, — только
паранойя. Может быть, в том гигантском потоке иностранцев, который хлынул
сейчас в СССР, ГэБэ и не обратил на тебя внимания. Так зачем высовываться?
Сиди и молчи! Слушай.
изменилась работа КГБ в связи с гласностью?
съемку двухчасового документального фильма "КГБ сегодня". Этот фильм
включает в себя целый ряд эпизодов, связанных с расширением гласности в
нашей деятельности..
Так вот на кого теперь работает АПН! — озарило меня. И в самом деле --
кто из профессиональных русских киношников станет сейчас делать фильм по
заказу КГБ, если во главе Союза кинематографистов стоят теперь
антикоммунисты похлеще меня — уж я-то их знаю, я учился с ними во ВГИКе!
Даже Центральная студия документальных фильмов, которая снимала всегда
только парады на Красной площади, делает теперь фильм "Диссиденты"! А АПН,
значит, нашли себе нового спонсора — КГБ!
Быков, между прочим, продолжал:
Если среди вас есть телевизионные журналисты, мы будем рады прислать
этот фильм вашим телекомпаниям (Вдох). А что касается изменений в работе
КГБ, то вы их видите сами (Вдох). Разве пару лет назад вы могли себе
представить, что будете брать интервью у генерала КГБ?
Все рассмеялись, задвигались на стульях, стали наливать себе
минеральную воду из расставленных на столе бутылок. Я отметил, что генерал
все-таки смог разрядить напряжение, оставшееся в воздухе пойте первого
вопроса. Больше того, он сразу стал укреплять этот маленький плацдарм
разрядки:
И не только у генерала КГБ! (Вдох) Мы попросили и руководство Советской
Армии прислать на эту встречу своего представителя (Вдох). И уверяю вас, вы
можете задавать нам любые вопросы, мы охотно на них ответим. (Вдох). Верно,
товарищ полковник?
Хмурый полковник Азаренко без видимой охоты принял эту подачу, сказал
принужденно:
Вы, господа, хорошо знаете, что Министерство обороны нашей страны было
не менее закрыто для прессы, чем КГБ. Особенно для иностранной прессы. Но
теперь все изменилось, мы открываемся все больше и больше. Но при этом
чувствуем, что с вашей стороны — со стороны ваших военных — есть какая-то
настороженность. Я бы сказал, есть недоверие к нам и даже боязнь.
...Он говорил в стол, ни на кого не глядя, и хотя не стучал кулаком по
столу, как когда-то Павлаш, да и текст был другой, но интонации были те же
— он обвинял американцев в том, что они не доверяют миролюбивым
руководителям Советской Армии! И каждое слово он произносил точно, как
Павлаш — через увесистую паузу, словно тупым солдатам на плацу. Но никто не
рассмеялся ему в его голое, как дыня, лицо, потому что никто из наших не
понимал русский язык, а переводчик, которого я слышала наушниках, явно
смягчал эту идиотскую речь. Господи, подумал я, и вот эти замороженные дыни
руководят перестройкой армии! Бедный Горбачев...
страхов я могу сказать, что они не только есть, но и хорошо обоснованны.
Достаточно вспомнить вторжение Советской Армии в Афганистан, уничтожение
корейского авиалайнера, Красноярский радар и так далее. Поэтому, Юджин, нам
интересно знать ваше журналистское мнение о перестройке: насколько это
надежно и что из этого получится?
Я отдал должное дипломатичности Дэниса — он принял мяч у солдафона
Азаренко, слушать которого было так же тоскливо, как читать речи Брежнева, и
элегантно перепасовал этот мяч следующему игроку:
могут быть названы необратимыми. Но с каждым днем мы уходим все дальше и
дальше от этих страхов. Вернуть нашу страну назад, к тому, что мы испытали в
прошлом, — это все менее возможно. Но и вы в США тоже испытываете страх,
что военные или другие группы захватят ваше правительство с помощью
конспиративных операций...
"Fuck you!" — чуть было не вырвалось у меня, и я с изумлением
посмотрел на них. Этот гэбэшный хорек и здесь проповедует то, что привык
годами вешать на уши советским читателям. Но они-то не советские, какой, к
черту, "захват правительства", неужели они и на это смолчат? Смолчали. А
генерал Быков уже подхватил микрофон.
с позиций нашего ведомства. (Вдох). Гласность и укрепление связей с народом
являются для КГБ надежной гарантией невозврата к прошлым деформациям, к
нарушениям закона и другим нелегальным действиям (Вдох). Именно этим целям и
служит наш пресс-центр, совершенно новый отдел нашего Комитета. Как же так?
— подумал я. Только что ты говорил: все, что вы творили раньше, было
законно и одобрялось народом. А теперь нелегальные действия!
И вдруг я отчетливо понял: они проводят эту Пресс-конференцию так,
словно это армейские политзанятия. Тридцать лет назад, когда " был солдатом
Советской Армии, наш лейтенант точно такими же словами говорил нам, что XX
съезд коммунистической партии является "надежной гарантией невозврата к
прошлым деформациям". Даже мы, восемнадцатилетние сопляки, знали тогда, что
он и сам не верит в то, что говорит. Так неужели эти трое считают западных
журналистов глупей советских солдат? Или Запад так долго делал вид, будто не
замечает наглого вранья советской пропаганды, что советские генералы и
полковники воспринимают это не как деликатность, а как признак полного
дебилизма?
Вы говорите о нашем недоверии и страхах. Но позвольте привести некоторые
данные. В районе Тихого океана не заметно никакого сокращения советской
военной мощи. Советский военный Тихоокеанский флот продолжает оставаться
самым большим флотом в этом регионе. Правда, в нем еще есть 57 старых
кораблей, но мы наблюдаем не их сокращение, а только их замену на новейшие
авианосцы типа "Киев", боевые корабли типа "Удалой" с антиракетными
установками и атомные подводные лодки типа "Акула". И это нас беспокоит. Нас
также беспокоит увеличение советских разведывательных судов вблизи побережья
Гавайских островов, где находится штаб американского Тихоокеанского флота.
Например, несколько лет назад советский разведывательный корабль появлялся у
гавайских берегов раз в десять дней. А теперь — каждые три дня. Кроме того,
мы наблюдаем увеличение поставок советского оружия в этом регионе. Если в
Европе вы сокращаете свои военные силы, то в Азии мы видим обратное. Индия
получает ваши атомные подводные лодки, истребители "МИГ-29" и тяжелые
бомбардировщики "ТУ-142" — "Bear". Ирак и Северная Корея получают от вас
ультрасовременное оружие, включая "МИГ-29", вооруженный установкой look down
— shoot down, получают ракеты новейшего класса и так далее. Вот какую
картину мы наблюдаем. И я хотел бы узнать у вас, что же происходит? Почему
советская мощь не сокращается, а растет?
Я возликовал: ай да Лозински! Черт возьми, если у шестого американского
флота все полковники с такой хваткой, то я могу не бояться КГБ! Я тоже скажу
им сегодня пару слов!
Тем временем полковник Азаренко тяжело, как котел с сырым тестом,
откинулся на стуле и вздохнул. Я хорошо понял его, ведь я сорок лет наблюдал
этих полковников — я ползал с ними в одних детских яслях, я ходил с ними в
одни школы, а когда был солдатом, то замполит нашего полка полковник
Устьянов и меня уговаривал поступить в военно-политическое училище. И если
бы я его послушал, то вполне мог сидеть сейчас на месте этого Азаренко и,
тяжело напрягая мозги, искать, чего бы такого ответить этому е... американцу
с его е... статистикой.
подводные лодки, потому что они под водой и мы их не пересчитаем...
Тут все тридцать человек нашей делегации аж грохнули хохотом.
говорить не будем! Но если говорить о подводном флоте, то я вам скажу так:
нужно считать не только количество, но и смотреть на качество. Если мы
возьмем подводную лодку "0гайо" и советскую дизельную подводную лодку, то
никакого сравнения быть не может. Так что давайте говорить о надводном
флоте. Сколько авианосцев имеют США и сколько Советский Союз? Советский Союз
авианосцев в полном смысле этого слова еще не имеет сократить как минимум
тридцать дивизий, что- бы вернуться к уровню 1969 года. В районе Тихого
океана вы имеете 54 дивизии, а американские вооруженные силы — только две.
И вот так продолжалось минут двадцать, и следить за дуэлью дв
...Закладка в соц.сетях
