Жанр: Боевик
Смерть на кончике хвоста
...не останется,
ковбой, если ты похож на всю остальную часть человечества.
И Денис оказался похож. Удручающе похож.
Стоило ей только раскрыть обложку и найти нужную страницу. Ту самую, на
которой четким и довольно крупным
почерком было написано: "ДАРЬЯ ЛИТВИНОВА!!!" Далее такими же аршинными (если у
клиента, не дай бог, плохо со
зрением!) буквами следовал телефон.
Наталья пододвинула блокнот к Денису и принялась старательно выводить
номер Нинон. Не продавать же свою
коммуналку этому роскошному тореро, в самом деле! А после литвиновских
апартаментов он даже представить себе не
сможет, что люди иногда жмутся на общей жилплощади и ходят в туалет с
собственным кругом для унитаза.
Кажется, написание семи цифр и имени под ними не заняло больше тридцати
секунд. Но когда Наталья аккуратно
вырвала листок, аккуратно сложила его вдвое, так же аккуратно протянула его
Денису и наконец-то подняла голову... Это
был уже не Денис, определенно.
Это был не Денис, а его жалкое подобие, резиновая оболочка с разом
поблекшей щетиной, ввалившимися
потускневшими глазами и абсолютно пустым, ничего не выражающим лицом. Впрочем,
физиологическая мерзость
запустения длилась всего лишь несколько мгновений.
Ему все-таки удалось взять себя в руки и даже ухватить листок с
телефоном. Наталья же совсем не торопилась
закрывать книжку с надписью "ДАРЬЯ ЛИТВИНОВА!!!". Спецэффект должен быть
закреплен. Она поставила локоть на
страницу и кротким голосом спросила:
- Вам плохо, Денис?
- С чего вы взяли?
- Что-то вы неважно выглядите.
- Перепил. Перепил, только и всего.
- Надеюсь, помощь врача не потребуется... Всего доброго. Может быть,
еще увидимся.
Наталья попыталась сползти со стула, но не тут-то было! Окончательно
пришедший в себя молодой человек совсем
не галантно ухватил ее за локоть.
- Я не могу так просто вас отпустить, Наташа!
Еще бы! Теперь его рассеянный и ни к чему не обязывающий флирт на
глазах становился агрессивноцеленаправленным.
И корни этой целенаправленности покоились в ее собственной
записной книжке.
- Я не могу вас отпустить. - Пальцы ковбоя в шейном платке оказались
железными и абсолютно не
соответствующими пасторальной ситуации.
- Мне больно.
- Простите. Всего одну минуту. Мне нужна одна минута.
- Хорошо. Минута у вас есть. - Интересно, как он себя поведет. И какую
животрепещущую историю поведает.
Львиная доля минуты ушла на заказ очередной порции шерри. И только
потом Денис приступил к делу.
- Вам известна теория тотального знакомства, Наталья?
- Что-то новенькое... Все человеческие особи должны слиться в экстазе
равенства и братства?
- Почти, - он позволил себе улыбнуться. - Теория тотального знакомства
сводится к тому, что каждый человек -
опосредованно, конечно, - знаком другому человеку.
- Что вы говорите!
- Взять, к примеру, вас и меня.
- И что? По-моему, мы знакомы уже не опосредованно...
- Я прихожу в свой любимый кабак, вижу у стойки прелестную девушку...
Сильно сказано.
- Так вот, я вижу у стойки прелестную девушку, которая так любезна, что
дает мне свой телефон.
- Вы тоже симпатичный молодой человек, - совершенно искренне сказала
Наталья. - И тоже мне понравились. Так
что ничего экстраординарного в том, что я дала вам свой телефон, нет.
- Вы не дослушали.
- Простите.
- Вы позволите вашу записную книжку?
Вот оно! Началось! Воронов, Воронов, ты непревзойденный знаток
человеческих душ и великолепный мастер
интриги. Так все просчитать, сидя у себя в квартире за стареньким "Ундервудом"!
Бюст на родине героя, и это всего лишь
малая толика того, что ты заслужил...
- Записную книжку?
- Да.
- Ну, хорошо...
Наталья пододвинула к молодому человеку блокнот. Но тот не торопился
изучать его. Напротив, сам сунул руку во
внутренний карман куртки и достал свою собственную записную книжку. Пролистав
несколько страниц, Денис
торжественно помахал ею у Натальи перед носом.
- Вот видите? У нас оказались общие знакомые.
На засаленном листе с полустертой буквой "L" красовалась фамилия
Литвиновой. И два ее телефона - сотовый и
домашний. Тот самый сотовый, который сейчас лежит у нее в сумке.
- Что скажете? - торжествующе спросил молодой человек.
- Фантастика! - Что еще тут скажешь?
- Вот видите, мы не так уж незнакомы, как может показаться на первый
взгляд. И Дарья вполне могла нас
познакомить... Когда-нибудь.
На эту тираду нужно было как-то реагировать, но спонтанная идея
Воронова о косметическом салоне не
выдерживала никакой критики. И Наталья решилась на импровизацию:
- Это вряд ли.
- Почему же? - Только теперь Наталья заметила, как напряглись скулы
молодого человека и как синхронно дрожат
уголки губ и кончики ресниц. Реакция несколько женственная, но вполне
объяснимая.
- Дело в том, что я никогда не видела эту женщину... Дарью Литвинову.
- Не видели?
- Нет. Мне дали ее телефон знакомые собачники. Сказали, что у нее есть
собака, доберман. У меня тоже доберман. -
Наталья сглотнула: с доберманом, пожалуй, перебор. А что, если их отношения
продолжатся? Неужели после Джавы,
самумом пронесшегося по самым отдаленным закоулкам ее души, ей может кто-то
понравиться? - Доберман. Мальчик.
- Собака. Ну да. - Он нахмурился. - Доберман. Не обращая внимания на
его разом погрустневшее лицо, Наталья тут
же продолжила:
- Очаровательный кобель. Семен.
- Не понял.
- Его так зовут. Семен. - Почему в ее мозгу всплыло имя литагента
Воронова, Наталья так и не смогла себе
объяснить.
- Странное имя для собаки.
- Сама удивляюсь. - Наталья успокоилась и закончила маневр: - Но дело
не в этом... Я хотела свести Семена с
какой-нибудь приличной доберманихой. И мне порекомендовали ее собаку. Сказали,
что у нее очень хорошая родословная.
- Кто? - В голосе Дениса послышались гестаповские нотки.
- Знакомые, - Наталья укоризненно покачала головой, и забывшийся было
Денис сразу же сбавил обороты.
- И что?
- Семен погиб. - Такой поклеп на литагента привел Наталью в ужас, но
отступать было поздно. - Две недели назад.
Попал под машину. Так что случки не получилось.
- Сочувствую.
- Я очень его любила... А вы? У вас тоже кобель? - Если уж взяла на
себя роль простодушной собачницы, нужно
тянуть ее до конца.
Денис улыбнулся, показав ровные, ничем не испорченные зубы. "Я сам
кобель", - читалось во всех этих
безупречных резцах, клыках и премолярах.
- Ну, что вы, Наташа... Нас связывали совсем другие отношения.
Это точно. Другие.
- Но теперь это неважно. Я рад, что познакомился с вами.
- Это ваша девушка, не правда ли? - Теперь можно было задать этот
вопрос, не опасаясь последствий.
- Была.
- Вы давно расстались?
- Не очень.
- Кто кого бросил? - Ну вот в тебе и просыпается режиссер-постановщик
любовных связей Нинон. С чем тебя и
поздравляю, Наталья.
- Не имеет значения.
- Вы до сих пор ее любите? - с вполне уместным сочувствием мягко
спросила она.
- Наша связь ни к чему бы не привела, - с готовностью ответил Денис.
Даже с большей готовностью, чем от него
требовали обстоятельства.
- Не стоит быть таким пессимистичным. - Поколебавшись, Наталья выбралатаки
самую верную линию поведения:
материнская забота и экстренная психологическая помощь прямо у стойки бара. -
Все еще образуется.
- Не думаю... Вы милая.
- Расскажите мне о ней. И вам сразу станет легче.
- Думаете?
- Уверена.
- Она фотомодель. Фотомодель - и этим все сказано.
- Красивая?
- Божественно красивая.
Наталья вдруг почувствовала головокружительно легкий приступ ревности.
Если у тебя в наличии имеется
божественно красивая фотомодель, стоит ли снимать в кабаке гораздо менее
божественную статистку из толпы? Даже
выкрашенную в платиновый цвет... Сволочь. Предатель.
- И что же произошло? Она ушла к другому?
- Она всегда уходила к другим. Но ее нельзя в этом винить. Издержки
профессии. Смутные времена. А она знала,
чего хочет.
- Бедняжка. - Совершенно непроизвольно она коснулась пальцами щеки
Дениса, и тот с готовностью ухватился за
них.
- Вы о ком?
- И о ней, и о вас...
- Так что вы оказались правы. Меня бросила любимая девушка. Она делает
это периодически. Чтобы наши
отношения не выглядели такими уж безоблачными.
- Может быть, все еще наладится?
- Сомневаюсь.
- И вы не пробовали вернуть ее?
Еще как пробовал! Ей ли, Наталье, не знать об этом? Сумасшедшие
телефонные звонки, угрозы и уничижения в
одном флаконе, ключ в почтовом ящике...
- Нет. Бессмысленно что-либо предпринимать.
- И... как долго вы были вместе?
- Не так долго, чтобы накладывать на себя руки.
- Значит, она фотомодель?
- Ну, можно сказать и так... - неожиданно заколебавшись, произнес
Денис. - Я только сегодня ночью вернулся из
Москвы. И не застал ее дома. И на звонки она не отвечает.
- А собака? - совершенно неожиданно для себя спросила Наталья.
- Собака?
- Доберманиха... Девочка.
- А что собака?
Наталья прикусила язык. Действительно, при чем здесь собака? Случайная
знакомая у стойки, которой она сейчас
представляется Денису, совершенно не обязана знать, что Дарья Литвинова живет
одна. И что пристроить собаку в случае
отъезда ей просто необходимо. Нужно давать задний ход. Пока не поздно.
- Просто... Я подумала. Мне бы снова хотелось взять щенка. Добермана.
Денис внимательно посмотрел на нее и расхохотался.
- А вы, как я посмотрю, большая любительница; живности.
- Если бы ваше любимое существо попало под машину...
- Мое любимое существо меня бросило, - раскололся наконец Денис. - Так
что мы с вами в одинаковой ситуации.
- Выпьем по этому поводу?
- Отличная мысль. Вы мне нравитесь, Наташа.
- Вы уже говорили мне об этом.
- Теперь говорю более осмысленно.
...Напиться вусмерть она не успела. Зато успела кое-что узнать и о
Дарье Литвиновой, и о самом Денисе.
Они познакомились в Доме кино, где компьютерная студия Дениса -
"Автопилот" - в рамках анимационного
фестиваля показывала несколько своих короткометражек. Они вышли из Дома кино
вместе и больше уже не расставались.
История, рассказанная молодым человеком, так живо напомнила Наталье ее
собственную историю с Джавой, что
Наталья едва не разрыдалась. А Денис нравился ей все больше и больше: даже
шейный платок активно-маскулинного
красного цвета его не портил.
Около полуночи, накачанные спиртным под завязку, они наконец-то
выкатились из "Дирижабля Нобиле" Денис
аккуратно поддерживал Наталью под руку и целенаправленно шел в противоположную
от метро сторону.
- Куда вы меня тащите, Денис?! Мне нужно на метро...
- Метро уже закрыто.
- Тогда я поеду на машине.
- Я вас отвезу!
Только этого не хватало! Хмель, клочьями плававший в Натальиной голове,
сразу же выветрился. Было бы забавно
предложить ему место в Дарьиной койке, которую она за последние несколько суток
худо-бедно освоила.
- Не стоит, Денис. Я доберусь сама. Денис с сомнением оглядел Наталью.
- Не доберетесь. Где вы живете?
Так. Соберись. Чтобы собраться, ей пришлось усесться в сугроб и
обтереть снегом лицо. Два адреса - ее
собственный и Дарьи Литвиновой - были выведены за скобки сразу же. А первые три
цифры телефона Нинон, которые она
так легкомысленно вручила Денису, сразу же выдадут Веселый поселок.
Следовательно, ехать нужно именно туда.
Возможно, Денис и проводит ее, но, когда протрезвеет, вполне может задать
резонный вопрос. Что она Делала в
"Дирижабле Нобиле"? "Гражданка" и Веселый поселок - две окраины с не самым
удобным транспортным сообщением. А
ехать на другой конец города только для того, чтобы пропустить кружку пива в
самом рядовом кабаке?
Выглядит подозрительно.
Вот оно, тлетворное влияние Воронова. Еще не совершив никакого
преступления - даже административного! - она
уже думает об алиби. И все же лучше подстраховаться. А заодно узнать Дениса
поближе.
- Дайте мне руку!
Денис выдернул ее из сугроба, поставил перед собой и крепко сжал плечи.
- Ну что? Едем?
- Идем.
- Не понял...
- Вы же потрясали коллекционным вином. Считайте, что уговорили.
До сих пор все литвиновские вещи подходили ей идеально: дубленка,
сапоги, костюм, два свитера, джинсы.
Ботинки не жали, платье не морщило, косметика не вызывала никакого раздражения,
духи аккуратной Ниагарой стекали в
ложбинку на шее. Даже собака снисходительно позволяла гладить себя и так же
снисходительно принимала корм из ее рук.
Угольно-черный американизированный Денис (не проще ли называть его Деннисом, с
ударением на первом слоге?) тоже в
какой-то мере принадлежал Литвиновой. И понравился Наталье не меньше, чем любой
другой аксессуар из ее коллекции.
Стоит рискнуть. Тем более что, когда она вернется в свою собственную
жизнь, такой парень не будет светить ей
даже в самых радужных мечтах... Нинон! Вот кто бы за нее порадовался. А перед
этим напрочь выпал бы из сексапильного
костюмчика "следуй за мной"...
Денис действительно жил совсем рядом, всего лишь в нескольких минутах
ходьбы от "Дирижабля". Так что
никаких особых жертв в ежевечернем ожидании Литвиновой не было. Это странно, тем
более что по телефону он
демонстрировал готовность идти за возлюбленной куда угодно. Впрочем, так
поступают все брутальные мачо, так поступил
бы и Джава, окажись он на Денисовой месте.
Они свернули в ближайшую двадцатипятиэтажную башню и загрузились в
лифт. Что ж, опасная близость
продолжается, куртка Дениса, его шейный платок и толстые нитки свитера пахнут
самыми опасными желаниями, которые
только можно представить.
- Какой этаж? - осведомилась Наталья.
- Последний.
- Высоко забрались... Вы живете один?
- Нет. С женой, тремя детьми и ручной выхухолью, - он засмеялся. -
Конечно, один, Наташа.
Лифт полз вверх угрожающе медленно, а Денис переминался с ноги на ногу
угрожающе близко. Так близко к ней
подходил только Джава. И муж-парашютист в их медовый месяц, который они провели
в деревне Павловские Концы...
Очень символичное название.
Слабое аварийное освещение в кабине не прибавило Наталье храбрости. Со
стороны вся эта история выглядит
пошлым съемом девочки на ночь. Но реабилитироваться уже невозможно. Не станешь
же кричать: "Остановите лифт, я
выйду".
- Вас что-то смущает? - Брутальный мачо, как оказалось, умеет читать по
складкам губ и теперь решил проявить
немного сострадания.
- Честно говоря, да.
- Что именно?
- Идти ночью к незнакомому мужчине...
- Поверьте мне, такое бывает сплошь и рядом.
- В порнофильмах - разумеется, - черт ее дернул проявить весьма
двусмысленную осведомленность.
- Успокойтесь, это не тот случай... Только вино. Никаких поползновений,
обещаю.
Никаких поползновений. Он решил излить душу первой попавшейся женщине,
причем не заплатив за это ни
копейки денег. Перспективная затея, ничегоч"е скажешь.
Вот и все.
Единственное утешение: порно получилось не жестким, а мягким. И даже
весьма изысканным. Денис не настаивал,
он с самого начала ограничился только вином. А к вину были поданы рождественские
свечи в баночках, саундтрек из
фильма Кустурицы "Сны Аризоны" с допиской из "Андеграунда" и голое окно, в
котором ворочалась февральская ночь.
Крохотная квартирка Дениса была пропитана запахами табака: "Borkum
riff", "Аmphora", "Spring Water", "Саptain
Black" - собранные все вместе и небрежно перемешанные, они могли свести с ума не
одну женщину.
- Вы курите трубку? - спросила Наталья, едва они переступили порог
квартиры.
- Иногда. Чтобы произвести впечатление.
Он помог ей раздеться, извинился за бедлам и исчез в комнате. Порядок в
понимании Дениса был наведен меньше
чем за минуту: Наталья едва успела расшнуровать ботинки.
- Прошу, - он галантно распахнул перед ней дверь.
Комната оказалась небольшой, бесшабашной, но весьма рационально
обставленной: низкая широкая кровать,
низкие кресла, пол, затянутый ковролином, компакты и дискеты, разбросанные где
придется. Все высший класс, но чего-то
не хватает. Только освоившись, Наталья поняла - чего именно.
Компьютер.
Никакого намека на компьютер не было, хотя он мельком упомянул, что
работает в компьютерной фирме.
Впрочем, так всегда и бывает: сапожник без сапог.
- Вы говорили, что работаете на компьютере.
- В некотором роде. Занимаюсь компьютерной графикой. Работаю в фирме.
Небольшой, но довольно известной.
- И как она называется?
- "Автопилот". Я, кажется, говорил вам...
- И что конкретно вы делаете?
- Разные вещи... Графику для фильмов, рекламу, заставки... А вы?
Очень естественно получилось! Никаких подтекстов, обычное любопытство
заинтересованного в женщине
мужчины - или ей просто хочется так думать?
- Я тоже работаю в агентстве. Как и ваша подруга, - Наталья решила еще
раз напомнить Денису о Литвиновой. -
Только она в модельном, а я - в туристическом.
- Пожалуй, я как-нибудь куплю у вас тур.
- Сделайте одолжение. А где же обещанное вино?
- Сейчас принесу.
Денис удалился на кухню и долго не возвращался. А может, просто давал
ей время освоиться и определить свое
место в чужом мироздании?
Но места так и не нашлось.
Денис был яростным, убежденным, воинствующим холостяком. Вся окружающая
обстановка говорила именно об
этом: приоткрытая дверца шкафа, из которого выглядывали небрежно сваленные в
кучу вещи; революционное смешение
одеколонных и табачных запахов; несколько чашек с недопитым кофе на столе, две
пары коротких сапог в углу. И - апофеоз
разболтанной мужской самоуверенности - надорванная пачка презервативов на
тумбочке у кровати.
Стульев не было, а два кресла оказались заваленными вещами. И Наталья,
секунду подумав, устроилась на полу. А
еще спустя секунду появился Денис с двумя бутылками вина и двумя бокалами.
- Соскучились?
- Не успела. Изучала обстановку.
- Удачно?
- Вполне.
- И что вы можете сказать о хозяине обстановки? - Денис присел против
нее на ковер, поставил бокалы и аккуратно
разлил вино.
Черт с тобой. Флиртовать так флиртовать.
- До оседлости вам далеко.
- Вы полагаете?
- Я просто в этом уверена. Сколько вам лет?
- Тридцать один.
- Если вы не женились до тридцати, то вряд ли женитесь. - Ангелхранитель
Дарьи Литвиновой трепетал
стрекозиными крыльями у Натальи за спиной, он не давал ей ни забыться, ни
расслабиться: ты должна помнить, что он не
просто эффектный молодой человек, подснявший тебя в баре. Он - любовник женщины,
которая пропала самым
необъяснимым образом. Вот только где эта женщина сейчас и что с ней произошло?
- Это спорный тезис. - Он поднял свой бокал и посмотрел на Наталью
сквозь темно-вишневую жидкость. - В своей
жизни я дважды делал предложение...
- И?..
- И оба раза получил отказ.
- Ваша манекенщица... - чуть-чуть сочувственной проницательности не
помешает.
- Да. Но теперь это не имеет значения. - Он пристально посмотрел на
Наталью. - Все-таки как тесен мир! Я иду в
свой любимый ангар, чтобы накачаться спиртным. Возле стойки бара знакомлюсь с
очаровательной девушкой. И вижу в ее
записной книжке телефон близкого мне человека. Вы думаете - это случайность?
Бокал в руке Натальи предательски дрогнул, и она едва не пролила вино
на ковер. В голосе Дениса проскользнула
угроза или это ей только почудилось? Компьютерщик слегка за тридцать, совсем не
дурак... А если он ведет с ней такую же
игру? Она с трудом удержалась от того, чтобы тотчас же не расколоться и ж
выложить все начистоту. В конце концов, он не
чужой человек и имеет право знать, что с Дарьей случилось.
А что с ней случилось на самом деле?
Нет. Лучше не забивать ему голову своими зыбкими версиями. Лучше
держаться до последнего.
- Вы не ответили, - напомнил о себе Денис.
- Не ответила?
- Наша встреча - это случайность?
- Ну, не знаю. Однажды я познакомилась с девушкой в тренажерном зале -
и что бы вы думали? Она оказалась
второй женой моего первого мужа! - вдохновенно соврала Наталья.
- Вы были замужем?
- Была. Мне уже много лет, Денис.
- Вы выглядите моложе, - он улыбнулся и придвинулся к ней. - Я думаю,
что наша встреча - не случайность. Я
думаю, что наша встреча - знак судьбы.
Внезапно у Натальи закружилась голова.
Вино. Все дело в вине. Вино действительно коллекционное, оно знает толк
в мимолетных страстях и глубоких
поцелуях, оно меняет цвет и предпочитает свечи и сброшенную на пол одежду.
Завтра все станет на свои места, и от вина
останется осадок с запахом жженой пробки и липкие пятна, но сегодня...
Сиюминутное волшебство с намеком на вечность,
трубочный табак, угольные ресницы, подрагивание свечей... Почему бы и нет?
Почему бы и нет, вот только цинично надорванная пачка презервативов все
портит.
- Не стоит тратить на это время, Денис.
- Почему?
Железобетонная логика пениса в самом соку: если уж женщина заглянула на
огонек, то она просто обязана
заглянуть в самый укромный угол расстегнутых джинсов.
- Кажется, этот вопрос мы уже обсудили в лифте. Если честно, я понимаю
ваше состояние...
- Неужели?
- Расскажите мне о ней... О вашей девушке. - Возможно, хоть это
отрезвит его.
Денис растянулся на ковре и подпер погрустневший подбородок обоими
кулаками.
- Зачем?
- Может быть, вам станет легче.
- Если бы я хотел поговорить о ней, то снял бы себе шлюху. Пятьсот
рублей за ночь - мой бюджет это позволяет.
Хорошо живешь!
- Шлюху?
- Ну да. Шлюхи обожают выслушивать причитания клиентов о неудавшейся
жизни. Особенно после того, как дело
сделано и обе стороны удовлетворены.
- За дополнительную плату, разумеется?
- Разумеется.
- Вы пробовали?
- Пробовал, - честно признался Денис.
- И как?
- Не помогло.
- Может быть, попробуете еще раз? Совершенно бесплатно.
Вино. Все дело в вине.
Вино бродило в ее вдруг ставшем удивительно легким теле, с любопытством
разглядывая переплетение вен и
капилляров. Как бы то ни было, гениальный Воронов может ею гордиться. Сюжета она
не испортила, наоборот, попыталась
внести в него дополнительные краски.
- Извините, мне нужно позвонить, - неожиданно сказал Денис и, подхватив
трубку радиотелефона, направился в
кухню. И плотно прикрыл за собой кухонную дверь.
И спустя несколько мгновений над несчастной головой Натальи грянул
гром. В виде тонкого, но довольно
надоедливого писка, раздавшегося из Натальиной сумки.
Сотовый. Звонил литвиновский сотовый. Черт ее дернул прихватить телефон
с собой! Денис звонит на сотовый
Дарьи, даже не подозревая, где именно находится этот проклятый мобильник!
Наталья похолодела.
Имя в блокноте, телефон в сумке... Фотография на столе лжет, он далеко
не дурак, ему ничего не стоит
сопоставить... Воронов наверняка бы сопоставил. Наконец трель прекратилась, а
через полминуты появился и сам Денис.
- Мне показалось, что звонил телефон, - сказал он - В коридоре... У вас
есть телефон?
- Есть. Мобильный... Странно, что я не слышала, - Наталья с трудом
подбирала слова. - Так на чем мы
остановились?
- Вы необычный человек.
- Правда?
- Можете расценивать это как комплимент, - тотчас же поправился Денис,
присел рядом с ней, близко придвинулся
и коснулся кончиками пальцев ее щеки.
- Я так и поняла.
Нет, она не будет защищаться. Она даже позволит ему поцеловать себя.
Она позволит...
Когда Денис наконец-то оторвался от ее губ, Наталья все-таки нашла в
себе силы произнести:
- Вот видите, самый обычный человек. Самый обычный...
...Она проснулась среди ночи и несколько минут не могла сообразить, где
находится. Денис, едва прикрытый
простыней, спал рядом. Оплывшие свечи догорали до конца и гасли - одна за
другой. Она еще успела застать их агонию. И
рассмотреть в их неверном свете его тело. Тело, которое принадлежало мужчине
Дарьи Литвиновой. Мощная спина,
хорошо натренированные руки, золотая цепочка на шее и такого же рисунка золотой
браслет на запястье. Впрочем, у
браслета оказалась еще одна - довольно странная - соседка: черная шерстяная
нитка, похожая на те, которые она сама
завязывала себе в детстве. Разноцветные нитки на запястьях были призваны
исполнять самые немудреные детские желания.
Но ни одно ее желание не исполнилось - ни тогда, ни сейчас. Даже самое
немудреное.
И ночь с этим парнем она украла у совсем другой женщины. Так же, как и
краску для волос. Так же, как и Все
остальное. И всего этого никогда бы не было, если бы не потерявшаяся собака...
Собака.
Наталья резко села в кровати и тряхнула волосами. Собака, черт возьми,
собака! Она совсем забыла о Туме.
Негуляная собака, которая мечется сейчас по закрытой квартире и проклинает все
на свете. Воронов прав: собака
привязывает к дому. Ей нужно встать, одеться и ехать домой. "Домой" - это значит
на Васильевский, где ее ждет Тума.
Тихонько собрав вещи в охапку, Наталья выскочила в ванную и начала
одеваться. Смотреть в собственную
физиономию - физиономию подленькой бабенки, которая хватает и тянет все, что
плохо лежит, - ей не хотелось. И все-таки
она не удержалась и заглянула в зеркало над раковиной.
Не так уж она и плоха, честное слово! И не так мертва, как Джавина
Бобо. Наоборот: глаза сияют, рот выгнулся и
почернел от внезапно вспыхнувшей страсти, а линия скул смягчилась. Лицо женщины,
способной на любую авантюру,
ничего не скажешь! Неужели все это проделал с ней мальчик-компьютерщик, тридцати
одного года от роду?
А почему, собственно, она должна уходить? После всего, что произошло
между ними за последние несколько
часов? Собака вполне может потерпеть до утра, разные бывают обстоятельства. Вот
только каким будет утро? И вспомнит
ли Денис ее имя, когда проснется? И сколько презервативов из пачки он
использовал до ночи с ней? Лучше уйти сейчас, все,
что могла, она уже узнала.
Или почти все.
Вдруг ему придет в голову снова позвонить на мобильник Литвиновой?
Вот только листок с номером Нинон, который она написала, нужно изъять
из недр его записной книжки. Что, если
он захочет позвонить ей (вероятность почти нулевая, но чем черт не шутит!) - и
наткнется на Нинон? Ей, конечно, ничего
не стоит предупредить подругу. Но объяснение, которое обяза
...Закладка в соц.сетях
