Жанр: Социология и антропология
Основы социальной антропологии
...я человека, а также
характер творения им своего бытия. Поэтому, наряду с двумя
сферами действительности, в которых живет и которыми определяется
человек классического антропологизма - природой и
культурой (социумом), - обязательно "вводится" в рассмотрение
третья сфера - внутренний духовный мир, который является среОсновные
особенности современного антропологизма
29
доточием человеческой специфики, активности, индивидуальности
и мотивации его деятельности.
Направленность современного антропологизма на постижение
внутреннего духовного мира человека должна пониматься
как компенсирующая познавательная процедура, не отрицающая,
а дополняющая исследованные на предыдущем этапе факторы
детерминации - природу и культуру.
Если же этой направленности придать самодавлеющий характер,
то ничего, кроме давно уже известного и отвергнутого
приема полной редукции к социологизму и психологизму не получим.
А это верный путь к "чистому" идеализму субъективистского
толка. То же самое следует сказать и о "вечной" проблеме
отличия человека от животного, проблеме специфичности человека,
исследование которой в рамках современного антропологизма
смещается в направлении к а) природной неспециализированности
человека, б) особой значимости онтогенеза в развитии
человека, в) рефлексивности его сознания. Эту направленность
ни в коем случае нельзя трактовать, как отказ от признания роли
и значения детерминированности человека природными и социокультурными
условиями и факторами.
Вторая особенность. Старый антропологизм базировался на
максиме: человек свободен в рамках внешней (объективной) необходимости.
Сама свобода определялась как необходимость познанная,
осознанная человеком, как деятельность человека в соответствии
с этой познанной необходимостью.
Современный антропологизм, делая упор на специфичности,
субъектности, "самости" человека, рассматривает проблему
свободы как проблему возможности "выхода" за пределы данной
социальной (и даже природной) необходимости, выхода за наличное
бытие. Механизм такого "выхода" зиждется на свободном
выборе человеком варианта своего поведения в каждой данной
жизненной ситуации. При этом человека не смущает даже вариант
созидания иной жизненной ситуации, более адекватно соответствующей
его желаниям, интересам и целям.
Можно ли корректно вести речь о таком "выходе", не учитывая
того обстоятельства, что свобода человека самым существенным
образом регламентируется как объективно существующими
обстоятельствами, так и им самим: в структуру свободного выбора
конечно же входит не только самовопрошание "Что я могу сделать
30 Антропологизм современной философской культуры
в этой ситуации?", но и стремление что-то действительно сделать
для изменения ситуации. Нельзя не видеть и того, что проблема
"выхода" требует индивидуализации самого понятия жизненной
реальности.
Старое "доброе" философское понятие трансценденции приобретает
некую новую окраску: - выход за пределы наличного,
индивидуального бытия субъекта, будь-то отдельный человек, или
все человечество. Не таков ли современный подтекст активного,
деятельностного человека К. Маркса, "сверхчеловека" Ф. Ницше,
бердяевского Богочеловека, бунтующего человека А. Камю, "высшей
индивидуальности" Л. Карсавина и других вариантов трансценденции
человека, представленных в современной философской
антропологии, несмотря на все имеющиеся в ней концептуальные
различия.
Будучи неудовлетворенным наличной социальной реальностью
и своим состоянием в ней, человек не ограничивается, как
правило, только "брюзжанием" и строительством "воздушных
замков, хотя и такие варианты поведения отнюдь не редкость.
Его неудовлетворенность дает толчок к многообразной практикопреобразующей
деятельности, в процессе которой, говоря словами
К. Маркса, "человек удваивает себя не только интеллектуально,
как это бывает в сознании, но и реально, деятельностно, и
созерцает себя самого в созданном им мире".
Нельзя не отметить, что эти антропологические идеи оказали
(явно или неявно) существенное влияние на разработку проблемы
активности человека как субъекта деятельности на всю
культуру XX века. В частности, весьма характерная для науки искусства
разработка проблемы самостоятельности, индивидуальности,
самоуважения человека не может быть оторвана от антропологических
усилий философии XIX столетия в том числе и
марксистской.
Нельзя не отметить в этой связи сформулированную известным
психологом Дж. Келли метафорическую формулу, выражающую
весь пафос современного подхода к исследованию личности:
каждый человек - это ученый, исследователь, который не просто
реагирует на стимулы, не просто усваивает поступающую извне
информацию, а выдвигает обоснованные гипотезы, проверяет их
на практике, строит свою маленькую "теорию мира" и человеческих
отношений. В этой формуле намечается задача перехода от
Основные особенности современного антропологизма
анализа объективного к анализу субъективного, подчеркивается
принцип активности человека и роль его практической деятельности
в формировании человеческих представлений и их последующей
объективации в явлениях и формах социальной реальности.
Заслуга Дж. Келли состоит и в том, что он противопоставил
свою теорию личности представлениям о человеке как об "игрушке"
неподвластных ему внешних сил, "жертве" случайных обстоятельств
или "проводнике" внутренних неосознаваемых, иррациональных
влечений, - представлениям, лишающим человека
ответственности, объясняющим, а фактически оправдывающим
любые поступки и переживания действиями различных
внешних сил "сил". "Человек-ученый", "человек - исследователь"
видит свою основную задачу не просто в объяснении мира,
а пытается предсказывать и контролировать события и свое поведение,
учитывать последствия своих действий и поступков.
Есть ли какие-то различия между этими рассуждениями
ученого XX века и антропологическими идеями мыслителей века
XIX? Есть, и весьма существенные. XX век апеллирует к общечеловеческой
природе, к родовым характеристикам человека.
Для него они имеют большую значимость, нежели социально
обусловленные позиции человека. Поэтому он отдает предпочтение
человеку как таковому, к человеку как целостности а не к
человеку, внутренне разделенному внеродовыми исторически
приходящими различиями. Индивидуальность человека не выходит
за рамки его общей природной сущности. Более того, она
есть индивидуальное проявление родовой природы человека.
Для антропологизма XX века человек един в своей родовой природе.
Он возвращает антропологизм к евангелическому "нет ни
эллина, ни иудея". Вернее сказать, реальные различия между
людьми, конечно, фиксируются, изучаются и учитываются, но
они ни в коей мере не должны "выноситься" за рамки "единой
человеческой крови", за пределы единой родовой природы человека.
В этой связи (и об этом пойдет у нас речь позже) совершенно
исключительное значение в жизни человека его онтогенетической
дуги, отнюдь не отвергает его общеродовой природы,
а, скорее, подчеркивает ее филогенетическую базовость.
Эту же идею поддерживает академик А. Д. Александров,
применяя ее, впрочем, ко всему процессу антропогенеза. Возникнув
из первичного прачеловека, человек своей деятельностью
32________________Антропологизм современной философской культуры
превратил прачеловеческое сообщество в человеческое общество
со всеми его отношениями и институтами и далее создавал и создает
его в процессе творчества истории.
Раскрытие содержания и характера функционирования механизма
этого "удвоения себя" - сначала в сознании, а затем и в
практическом созидании новых социальных форм - и есть непосредственная
задача той отрасли антропологического знания, которую
мы назвали социальной антропологией^. Будучи одной из
составляющих целого куста современного философско-антропологического
знания, она видит свой предмет как проблему объективации
продуктов духовного мира человека, их опредмечивания
в социальных отношениях, институтах, учреждениях.
Третья особенность. В отличие от классического антропологизма,
в частности позитивистской ориентации, современные авторы
полагают, что человек - крайне неспециализированное существо, и
в этом отношении весьма скудно наделенное от природы инстинктами.
Неспециализированность человека - одна из основ его индивидуальности,
пластичности, свободы и непредсказуемости.
Слабая оснащенность инстинктами, которые, как известно, предопределяют
жесткость поведения животных, открывает перед человеком
свободу выбора той или иной деятельности. В этом смысле
человек предоставлен не среде обитания, а всему миру в целом, во
всей его полноте. Эта бесконечная пластичность репрезентирована
в головном мозге человека, который также не специализирован, не,
"зациклен" на некоторых ограниченных видах поведения.
Мозг человека - "орган для любых целей". Об этом свидетельствуют,
в частности, огромные потенциальные возможности человеческого
мозга, пока еще далеко "неполно востребованные". Вся
до сих пор свершенная человеческая культура - продукт весьма
малого объема потенциальных "мозговых возможностей" совокупного
человечества (по разным, конечно очень приблизительным
подсчетам, -10-12 процентов).
Четвертая особенность. В классическом антропологизме общечеловеческое,
как правило, находилось в оппозиции к индивидуальному
и составляло с ним принципиальное противоречие. Похоже,
что современный антропологизм, признавая практическую бытийность
этого противоречия, взял на себя задачу его теоретического
" См. Пуляев В. Т. , Шаронов В. В. Социальная антропология: статус, предмет,
задачи // Социально-политический журнал. 1993, № 7.
Основные особенности современного антропологизма
разрешения. Для него общечеловеческое - в известном смысле синоним
общеиндивидуального. Он рассматривает общечеловеческие
ценности лишь в неотрывной связи с действительными, "здоровыми"
ценностями каждого отдельного человека. Только когда гарантируются
права, интересы, потребности, развитие каждого отдельного
человека, можно вести речь и о реализации общечеловеческих
ценностей. В этом смысле современный антропологизм либерален в
своих философских и социальных предпочтениях, что, кстати, относится
не только к современной его интерпретации. Понятно, что характеристика
"либеральный" употреблено здесь отнюдь не в современном
узкобуржуазном, а в широком общечеловеческом смысле.
В этой связи неоходимо отметить, что подлинный гуманизм
четко различает эти два смысла понятия либерализма. Так, один из
ярких представителей либерализма в России в начале века религиозный
философ С. Л. Франк, подводя неутешительные, по его мнению,
итоги событий в России 1917 года, так писал об ошибках русского
либерализма: "Основная и конечная причина слабости нашей
либеральной партии заключается в чисто духовном моменте: в
отсутствии у нее самостоятельного и положительного общественного
миросозерцания и в ее неспособности, в силу этого, возжечь
тот политический пафос, который образует притягательную силу
каждой крупной политической партии... Защита начала государственности,
права и общественной культуры оказывается недостаточно
глубоко обоснованной и имеет значение скорее тактического
приема, чем ясного принципа... Организующую силу имеют лишь
великие положительные идеи, - идеи, содержащие самостоятельное
прозрение и зажигающие веру в свою самодовлеющую и первичную
ценность. В русском же либерализме вера в ценность духовных
начал нации, права и свободы остается философски неуясненной
и религиозно не вдохновленной"^.
Иначе говоря, то принципиальное "превосходство" индивидуальных
интересов над интересами государства, общества, на-,
ции, которое столь усердно проводят современные либералы от
политики, для С. Франка не просто не имело смысла, а выступало
источником многих трагических для России ошибок и просчетов.
Подлинному либерализму, в понимании С. Франка, органически
должно быть присуще единство и взаимопроникновение
Цит. по: Путь. М. 1992. С. 265-266.
34 Антропологизм современной философской культуры
высоких идеалов, целей, устремлений и индивидуальной практической
повседневной деятельности людей. Российскому менталитету
чуждо и для него совершенно неприемлемо осуществление
либеральных идеалов и ценностей в рамках узкокорпоративных
интересов, тем более, когда при этом игнорируются, нарушаются
и ущемляются интересы свободного развития других членов
общества. "Либерализм для некоторых" внутренне ущербен,
чреват разложением, крахом и неизбежным вырождением в нечто
прямо противоположное. Об этом со всей очевидностью свидетельствует
судьба буржуазного либерализма нашего столетия,
опошлившего по сути дела, сам термин "либерализм" и выхолостившего
немалую толику человеческого содержания из понятия,
этим термином обозначаемого изначально.
Предмет и статус
социальной антропологии
§ 1. К дискуссии о предмете
социальной антропологии
§ 2. Предметное содержание
социальной антропологии
§ 3. Социальная антропология
в системе современного человековедения
Увы, историки привыкли изучать следы, забывая о тех,
кто их оставил, памятники - помимо тех, кто на них смотрел
и ради кого их творил художник, философемы, а не реакцию
на них современников.
Л. Н. Гумилев
К ДИСКУССИИ О ПРЕДМЕТЕ
СОЦИАЛЬНОЙ АНТРОПОЛОГИИ
Перед любой отраслью знаний в период ее становления
встают две непременные задачи. Одна из них - обретение самостоятельного
положения, собственного статуса в системе уже
сформировавшегося здания Единой Науки. Другая - определение
и по возможности четкая формулировка если не предмета,
то, по крайней мере, более или менее фиксированного круга познавательных
проблем, изучением которых данная наука себя посвящает.
Не избежала этих задач и социальная антропология, несмотря
на то, что ее становление есть, по сути дела, результат
процесса внутренней дифференциации широкой, достаточно
традиционной общей антропологии.
Многообразие подходов к изучению человека, столь характерное
для человековедения XX века, породило лавину самых
различных по характеру, уровню и формам-сведений, ориентироваться
в которых становится все труднее. Необходимо, видимо,
выработать некоторые методологические принципы-ориентиры,
опираясь на которые, мы могли бы создать относительно упорядоченную
систему антропологического знания. Это, в свою очередь,
предполагает решение трех основных групп задач.
Первая: как осуществить сочетание собственно научных
форм и методов познания человека с формами и способами его
вненаучного постижения, включающими в себя обыденное сознание,
иррациональный и религиозный опыт, эзотерическое знание,
искусство и т. п.
Вторая: как определить в сложной системе исследовательских
форм постижения человека место и роль собственно антропологических
изысканий, которые в свою очередь складываются
38 Предмет и статус социальной антропологии
в относительно самостоятельную подсистему человековедения.
Речь идет об областях знания, профессионально занятых постижением
человека, причем каждая из них претендует на свое видение
его целостности. Процесс формирования "антропологической подсистемы"
продолжается, но уже сейчас можно вести речь о таких
ее составляющих, как философская антропология, культурная антропология,
этническая антропология, социальная антропология. .
Третья: какова структура собственно антропологического
знания и какое место в ней занимает каждая отдельная дисциплина?
Какие клетки в этой "менделеевской таблице" современного
антропологического знания еще пустуют, но могут быть заняты
в силу логики его стремления к своему срезу целостному
постижению человека? Что же касается социальной антропологии,
то важной ее задачей является определение собственного
подхода к выявлению того "среза" целостности человека, который
она полагает предметом своего исследования.
Антропология есть сложноструктурированный процесс самопостижения
человека как объекта и субъекта бытия. Этот процесс
требует сочетания всех имеющихся в данной исторически
определенной культуре познавательных форм - обыденно-практических,
научных, эстетических, этических, религиозных философских.
Каждая из этих форм включается в антропологическое
знание со своими специфическими познавательными процедурами,
методологическими особенностями, содержательными результатами
и оценочными критериями - от утилитарно-полезных,
до объективно-истинных.
Сам термин "социальная антропология", конечно, не нов. Но
его употребление до сих пор носит, скорее, литературно-стилистический,
нежели содержательно-понятийный характер. Чаще
всего под социальной антропологией скрывается название либо
культурной, либо этнической антропологии, поэтому ее познавательная
задача сводится, как правило, к изучению тех или иных
этнокультурных систем, детерминирующих сущность и поведение
человека, точнее - рассмотрению человека как элемента (части)
культуры. Неслучайно социальную антропологию нередко рассматривают
как отрасль либо социологии, либо этнографии, либо
культурологии. Всего лишь два характерных примера.
В словаре, посвященном современной западной социологии,
дается такое определение соответствующего термина. "СоциальК
дискуссии о предмете социальной антропологии ____ 39
ная антропология - раздел социологии, объектом изучения которого
являются примитивные и традиционные общественные системы...
Социальная антропология в основном изучает социальные
структуры и процессы применительно к их культурным условиям
и связям, и в особенности по традиции применительно к
"простейшим обществам", в ее задачи входит и исследование
процессов становления человеческого общества и культуры, дифференциации
их от биологического контекста"^
Еще одно определение. "Социальная антропология - отрасль
этнографической науки, которая исследует социальные институты
и отношения в докапиталистических формациях"'.
Дальнейшее содержательное раскрытие термина состоит по
сути дела в перечислении тех западных социологических, культурологических
и этнографических концепций, в которых находят
свое выражение социально - антропологические изыскания.
Любопытно отметить, что большинство этих концепций и
идей применяются к анализу первобытных или несколько шире -
докапиталистических обществ. Социальная антропология, отмечается
в цитированном издании, нашла свое выражение в концепциях
немецкой школы культурных кругов (Ф. Гребнер, В. Шмидт), в
идеях французского социологизма, примененных к анализу ряда
первобытных обществ (Э. Дюрктейм, М. Мосс, Л. Леви-Брюль).
Американская социальная антропология (Ф. Боасс и его
школа, Б. Уорф) была преимущественно ориентирована на использование
лингвистических методов и трактовалась как наука,
исследующая коммуникационные коды культуры, формы коммуникаций,
среди которых решающая роль отводилась языку и связанным
с ним классификационным схемам и способам расчленения
социальной и природной реальности.
В Англии в социальной антропологии утверждается структурно-функциональная
ориентация. Основатели английской школы в
социальной антропологии (А. Р. Радклифф-Браун и Б. Малиновский)
подчеркивали значение социальных институтов в интеграции
социальной системы и в контроле поведения индивида, то есть,
опять-таки, под социальной антропологией имелось ввиду изучение
поведения человека в рамках той или иной социальной системы.
Современная западная социология. Словарь. М. 1990. С. 22-23.
Краткий словарь по социологии. М. 1988. С. 323.
40 ___ Предмет и статус социальной антропологии
Нельзя не заметить, что такое понимание социальной антропологии
полностью совпадает не только с общей западно-европейской
позицией, но и с американской традицией в границах
неопозитивистского мировоззренческого контекста. Например
крупный американский социолог Т. Парсонс полагал, что социальная
антропология в основном изучает социальные структуры
и процессы применительно к их культурным условиям и связям,
и в особенности по традиции применительно к "простейшим"
обществам.
Очевидно, что в такой интерпретации термин "социальная
антропология" самостоятельной понятийной нагрузки не несет
также и в рамках многих современных толкований предмета марксистской
социологии. Так, будучи вписан в контекст исторического
материализма, он скорее всего будет интерпретирован как
обозначение концепции детерминированности человека социальной
средой^ системой общественных отношений.
В таком варианте социальная антропология есть лишь иное
наименование социологии личности в концептуальных рамках
материалистического понимания истории и самостоятельной
значимости практически не имеет. Если остановиться на таком
варианте, то все дальнейшие поиски самостоятельной научной
значимости социальной антропологии теряют всякий смысл.
В этой связи надо прежде всего отметить, что те представители
современной социальной антропологии, которые стремятся
обосновать ее относительно самостоятельный научный статус, с
такой постановкой вопроса согласиться никак не могут. Они не
ограничиваются лишь провозглашением принципиального тезиса
о социальной антропологии как относительно самостоятельной
области научного знания, а предпринимают попытку выявить
ее содержательное соотношение с другими областями гуманитарного
и социального знания, в частности - с психологией и
социологией.
Так, выдвигается положение о том, что социология занята
исследованием "своего" аспекта взаимоотношения человека и общества.
Выявляемая социологией структура социального мира,
его объективные формы и отношения не есть собственный предмет
социальной антропологии. Но эти достижения социологии
весьма и весьма важны для социальной антропологии, ибо с их
помощью раскрывается процесс воплощения внещних объективК
дискуссии о предмете социальной антропологии__________________41
ных форм социальности в те или иные качества и черты внутреннего
духовного мира человека.
Достаточно полно и определенно связь социальной антропологии
с социологическими принципами обусловленности человека,
с системой объективных общественных отношений выражена
в книге "Очерки социальной антропологии". Там показано, что
социальная антропология не ставит своей задачей специальное
социальной сущности человека, да и вообще проблемы его социальной
детерминации. Она вполне довольствуется теми наработками,
которые доставляют человековедению в этом плане социальная
философия и социология. Иначе говоря, социальная сущность
человека - это общая методологическая посылка, которую
социальная антропология в готовом виде воспринимает (в соответствии
со своими мировоззренческими ориентациями) у других
разделов гуманитарного знания.
В рамках своей компетенции и своих исследовательских задач
социальная антропология конечно же, "имеет дело" с проблемой
социальной детерминации внутреннего духовного мира
человека, но это не собственное существо ее предмета, а скорее
- отправная методологическая позиция, позволяющая (или
способствующая) наиболее рельефно высветить относительную
автономность и внутреннюю самодостаточность человеческой
субъектности.
Следовательно, социальная антропология не отрицает обусловленность
человека общественными отношениями, а, учитывая
социальную детерминированность человека, дополняет ее
системой внутренних духовных характеристик, делая их специальным
предметом своего исследования^.
Еще одно замечание. Социальная антропология не склонна
рассматривать общество просто как множество относительно
самостоятельных индивидуумов. Она исходит, скорее, из понимания
общества как единства относительно самостоятельных
людей, находящихся друг с другом во взаимной зависимости,
взаимосвязях и отношениях. Эти связи и отношения объективируются
в процессе предметной практической деятельности людей
и принимают форму деперсонифицированных, надличностных
связей и отношений. Именно это обстоятельство позволяет
" Си. Очерки социальной антропологии / Отв. ред. В. В. Шаронов. СПб. 1995.
42 ____________Предмет и статус социальной антропологии
осуществлять в теории общества (в социологии) процедуру
обобщения действий "живых личностей". Поэтому даже в самых
абстрактных социологических представлениях "присутствуют и
лица", но лишь постольку, поскольку они являются олицетворением
экономических категорий, носителями определенных
классовых отношений и интересов. Социальная антропология
воспринимает эти "наработки" современной социологической
мысли по крайней мере с двух точек зрения. Во-первых, они
важны для социальной антропологии как методологические
ориентиры понимания ею проблемы детерминированности
внутреннего духовного мира человека во всей его системной целостности.
Во-вторых, дифференцированный подход социологической
теории к оценке субординации детерминационных
факторов воспринимается социальной антропологией при разработке
ею проблемы антропологической экспертизы, ибо позволяет
более адекватно рассматривать связь полученных реальных
результатов (социальной структуры, этно-национального
состава общества, уровня его культурного развития и т.п.) с содержанием
тех или иных феноменов духовного мира объективированных
в этих результатах.
ПРЕДМЕТНОЕ СОДЕРЖАНИЕ
СОЦИАЛЬНОЙ АНТРОПОЛОГИИ
В свете сказанного становится все более очевидным, что самостоятельным
и оригинальным антропологическим содержанием
понятие "социальная антропология" может наполниться только
будучи направленным от человека, от его субъектности к объективированным
социальным формам его бытия.
Социально-антропологическое знание есть по сути дела самопознание
человека, неотделимое от самооценки, не позволяющее
элиминировать субъективность самого рефлексирующего подхода.
Антропологическое познание, как никакое другое, насыщено по,
ниманием, причем в его особо "деликатной" и "ранимой" форме,
- в форме самопонимания. В свою очередь, неотрывной характеристикой
самопознания и самопонимания является индивидуальность
рефлектирующего с
...Закладка в соц.сетях
