Жанр: Социология и антропология
Очерки экологии человека
...одному и тому же
скелету. Но как бы ни было условно это общее число объектов, оно,
самое главное, не отражает численности австралопитеков в целом даже
в Южной Африке. В Восточной Африке, в Кооби-Фора на берегу озера
Туркана, найдены костные остатки приблизительно 120 индивидуумов^.
Это цифра на 1975 г., сейчас она может быть увеличена, но
и она ни в коей мере не отражает число живших индивидуумов. Трудно
оценить, какое число местонахождений остается нам еще неизвестным.
Сами местонахождения представляют собой в тафономическом
отношении не естественные захоронения, а сугубо искусственные
конгломераты, как некоторые исследователи полагают, даже результат
деятельности хищников, охотившихся на австралопитеков^. Исходя из
общебиологических наблюдений над процветающими видами млекопитающих,
можно думать, что каждый вид австралопитеков (а при
очень широком ареале и заметной морфологической дифференциации
существование нескольких видов внутри австралопитеков весьма
вероятно)^ состоял из нескольких тысяч особей.
Наконец, следует сказать несколько слов о микроячейках общества
австралопитеков, тех локальных первобытных стадах, на которые
распадался весь ареал того или иного вида австралопитеков. Свою
точку зрения на эту проблему я в полном виде аргументировал
в другом месте^, здесь же скажу только, что они не могли быть
слишком малочисленными, скажем состоять из самца и самки с детенышами,
ибо в этом случае стали бы легкой добычей хищников.
Экстраполируя наблюдения над стадной жизнью человекообразных
обезьян, в первую очередь шимпанзе и гориллы, на австралопитеков,
можно предположить, что первобытное стадо на этом этапе состояло
127
из 25-40 особей - двух-трех взрослых самцов, нескольких самок
и детенышей разного возраста. Такая совокупность особей уже могла
противостоять хищникам, имела не очень жесткие границы (особи
достаточно свободно переходили из одного стада в другое) и
представляла собой оптимальную структуру с точки зрения участия
в процессе полового размножения внутри вида.
Статья Ф. Вайденрайха о палеодемографической ситуации синантропа
содержит из-за фрагментарности доступного костного материала
лишь небольшую цифровую информацию. В его распоряжении были
костные остатки примерно 38 индивидуумов. К сожалению, число
черепов синантропов много меньше, а именно череп служит основой
определения возраста. Из 38 индивидуумов 15 умерли в возрасте до
14 лет, что составляет 39,5% детской смертности. Три индивидуума
прожили меньше 30 лет, три умерли в возрасте между 40 и 50 годами, и
только один женский череп показывает, что его обладательница
прожила больше 50 лет, может быть, даже, как пишет Ф. Вайденрайх,
до 60 лет. Если условно принять возраст смерти трех индивиуумов
первой группы в 25 лет, второй 45 лет, а возраст смерти женщины -
55 лет, то средний возраст смерти для семи взрослых индивидуумов
будет равен 37,9 года. При учете возраста умерших детей
эта цифра уменьшилась бы резко и стала сравнима с аналогичными
цифрами по австралопитекам.
Овладение огнем и средствами загонной охоты на крупных
животных могло служить предпосылкой для некоторого увеличения
отдельных первобытных коллективов синантропов, о чем свидетельствует
и топография лагеря синантропов в Чжоукоудяне. Что касается
общей численности человечества на этом этапе его истории, следующем
за временем существования австралопитеков, то для ее вычисления
нет никаких опорных точек. Э. Диви привел для времени, отстоящего
от современности на миллион лет, цифру численности человечества
в 125 тыс. человек", но она умозрительна.
Средний палеолит. Приведенные наблюдения над индивидуальным
возрастом синантропов в какой-то мере могут быть деформированы
за счет использования современной шкалы возрастных изменений:
эти изменения должны были протекать в популяциях древнейших
гоминид не с той скоростью, с какой они протекают сейчас. Но по
отношению к представителям неандертальского вида эта деформация
либо маловероятна, либо вообще не имела места, так как существует
значительное число морфологических доказательств того, что возрастная
изменчивость неандертальцев не отличалась в темпах и этапах
от современной.
Демографическим характеристикам среднепалеолитических популяций
неандертальцев посвящена статья А. Валлуа^, в которой эти
характеристики сопоставляются с соответствующими характеристиками
верхнепалеолитического и мезолитического населения. По поводу
определения возраста неандертальских находок существуют отдельные
публикации, примером чего может служить работа Г. Швальбе^,
но эти работы выходят, строго говоря, за пределы палеодемографии
как науки о групповых параметрах древних популяций, ибо в них
рассматриваются индивидуальные случаи. В распоряжении А. Валлуа
были сведения о 17 скелетах, среди которых 29,4% (пять скелетов)
составляют детские скелеты разного возраста. Совершенно очевидно,
что это цифра мизерная для суждения о продолжительности жизни
неандертальского вида, к тому же еще опирающаяся на западноевропейские
находки. Из 17 скелетов три юношеских от 12 до 20 лет.
Естественно, что девять оставшихся взрослых скелетов нет смысла
делить в соответствии с половой принадлежностью, коль скоро и общее
число наблюдений чрезвычайно мало. Средний возраст смерти
31,1 года. При сравнении с возрастом смерти синантропов эта
цифра занижена, но при малом числе наблюдений отмеченному
различию нельзя придавать сколько-нибудь существенного значения.
Если отвлечься от единичных находок неандертальских скелетов,
сделанных со времени публикации статьи А. Валлуа, например
детского скелета неандертальца, открытого в пещере Тешик-Таш
на территории Узбекистана , то в нашем распоряжении сведения
о четырех местонахождениях, которые не могли быть учтены А. Валлуа:
соседних пещерах Схул и Табун в Палестине^, Кафзех в Палестине^",
Амуд в Палестине^ и Шанидар в Ираке". В целом они превышают
информацию А. Валлуа, которая, правда, все равно остается небольшой.
Два первых местонахождения дали 12 скелетов: Схул -
10 скелетов. Табун - два. Из этих 12 только три скелета Схул
принадлежат детям, тогда как остальные оставлены взрослыми
особями. Средний примерный возраст смерти девяти взрослых
особей 37,5 года. При малом числе наблюдений эта цифра того же
порядка, что и полученная А. Валлуа.
Б. Вандермеерш, описавший палеоантропологический материал из
пещеры Кафзех, ограничился отделением детских скелетов от взрослых
и не привел возрастных определений у взрослых форм с точностью
до 5-10 лет. Детская смертность очень высокая: скелеты детей разного
возраста, среди которых есть даже неродившиеся и новорожденные,
составляют 60% от всех скелетов, обнаруженных в мустьерском
слое. Что касается взрослых, то, судя по изображениям,
приложенным к цитированной книге Б. Вандермеерша, ни один из них
не умер в возрасте больше 30 лет. Похоже, подобный возраст смерти
неандертальцев подтверждается и находками в пещере Амуд: один
взрослый индивидуум умер 25 лет, возраст другого взрослого точно
не определен, но, похоже, он также умер молодым. Из четырех
найденных скелетов два оставлены детьми.
Широко вошедшее в литературу представление о том, что неандерталец
Шанидар 1 был стариком, основано на недоразумении: он умер в
возрасте примерно 37-38 лет. Из девяти индивидуумов, захороненных
в пещере Шанидар, лишь два были детского возраста. Примерный
средний возраст смерти семи взрослых индивидуумов - 33,1 года, т.е.
близко соответствует тому, который получен и во всех предыдущих
статистических выкладках.
Пожалуй, нет смысла вычислять средний возраст смерти представителей
неандертальского вида на базе всех приведенных данных:
при достаточной малочисленности наблюдений эта средняя остается
9. Алексеев В.П. igg
подверженной достаточно серьезным случайным колебаниям. Но есть
смысл в то же время подвести качественный итог всему предшествующему
изложению. С достаточной определенностью можно констатировать,
что неандертальцы редко доживали до возраста больше
30 лет и примерно половина популяции на этой стадии антропогенеза
умирала в детском возрасте. Таким образом, не фиксируется никакого
увеличения продолжительности жизни по сравнению с предшествующей
стадией нижнего палеолита.
Численность человечества в эпоху среднего палеолита, по Э. Диви,
составляла около 1 млн, но этот расчет ничуть не более объективен,
чем предыдущий расчет по численности нижнепалеолитического
человечества, и имеет сугубо ориентировочное значение.
Верхний палеолит. Дети и подростки среди верхнепалеолитических
скелетов Европы, по сводке А. Валлуа, составляют 41,5%, т.е. опять
цифру, близкую к половине. Средний возраст смерти для 31 взрослого
равен 33,9 года, что не отличается от соответствующих цифр для
более ранних эпох. Численность человечества, согласно представлениям
Э. Диви, возросла к этому времени до 3,3 млн человек. Есть
веские логические основания усомниться в столь резком ее увеличении
в эпоху палеолита вопреки распространенному мнению о неуклонном
и бесперебойном нарастании численности от эпохи к эпохе. Последнее
представляет собой практически общепринятый постулат, но никогда
не было доказано, а по отношению к ранним эпохам истории
человечества и сколько-нибудь подробно исследовано. Приведенные
данные о среднем возрасте смерти и удельном весе детской смертности
на протяжении палеолитического времени показывают, что они
находились приблизительно на одном уровне. Если это верно, то
каким образом можно представить себе рост численности человечества?
Для такого предположения не остается ни фактических, ни логических
предпосылок. Более адекватной действительности представляется
гипотеза, согласно которой численность палеолитического человечества
в разные эпохи оставалась более или менее постоянной или росла очень
медленно и процесс ее демографической динамики был близок к
модели простого воспроизводства; незначительные отклонения от этой
модели наметились, возможно, лишь в ходе расселения и освоения
новых территорий на рубеже среднего и верхнего палеолита.
Мезолит. Если в предыдущем случае данные А. Валлуа можно
было дополнить лишь несколькими единичными находками, не
меняющими принципиальной стороны дела, то по эпохе мезолита
после появления работы А. Валлуа были опубликованы возрастные
определения по ряду могильников, в том числе и с территории СССР.
Из 58 мезолитических скелетов Европы 20, т.е. 34,5%, составляют
детские и юношеские, детская смертность как будто немного уменьшилась
по сравнению с верхним палеолитом. Для 38 взрослых индивидуумов
средний возраст смерти равен 29,2 года, т.е. при прямом
сопоставлении цифр меньше, чем в предшествующую эпоху. Отличие,
правда, настолько незначительно, что ему нельзя придавать скольконибудь
существенного значения.
В мезолитическую эпоху мы впервые сталкиваемся с достаточно
многочисленными могильниками, полностью раскопанными и дающими
поэтому возможность получить групповые характеристики возраста
смерти по отдельным полам. А. Валлуа использовал данные о
могильнике Афалу в Северной Африке, в описании которого он сам
принимал участие ^ Из 45 скелетов лишь 20% (9 скелетов) оставлены
детьми, т.е. детская смертность опять заметно ниже, чем в верхнем
палеолите. Но возраст смерти остается на прежнем уровне: 19 мужчин умерли
в среднем возрасте 33,9 года, 17 женщин - 28,7 года. Здесь мы
впервые сталкиваемся с правилом, которое нашло широкое отражение
в палеодемографии всех древних эпох, - мужчины жили дольше
женщин.
После публикации материалов из могильника Афалу и появления
статьи А. Валлуа были опубликованы обстоятельные описания костных
коллекций еще из двух мезолитических могильников Северной Африки.
В могильнике Тафоральт обнаружены костные остатки минимально
183, максимально 186 индивидуумов (в трех случаях детских погребений
невозможно было определить, захоронен один субъект или два)".
Взрослые составили от этой цифры 80 человек. Таким образом, детская
смертность в зависимости от принятого числа индивидуумов колеблется
от 56,3 до 57%, что составляет величину, превышающую верхнепалеолитическую.
Не у всех взрослых мог быть определен возраст с градацией
в 10 лет - только у 16 мужчин и 10 женщин. Средний возраст смерти
мужчин 30,6 года, женщин - 26,5 года. Как видим, могильник
Тафоральт подтвердил укороченный жизненный цикл женщин, отмеченный
в могильнике Афалу.
Данные по могильнику Колумната также подтверждают высокую
смертность детей^. Скелеты неполовозрелых особей составляют
среди 116 захороненных в могильнике индивидуумов 58,6% (68 скелетов),
т.е. заметно больше половины. Означает ли это, что два последних
могильника - Тафоральт и Колумната или, вернее, отраженные в них
популяции - реально контрастировали с популяцией, хоронившей
своих покойников в могильнике Афалу? С моей точки зрения, не
означает. Скорее можно предполагать, что детская смертность если
и уменьшилась по сравнению с верхнепалеолитической эпохой, то на
весьма незначительную величину. Отмеченному в цифрах некоторому
уменьшению возраста смерти в мезолитическое время по сравнению
с верхнепалеолитическим также нельзя придавать сколько-нибудь
существенного значения - скорее это результат случайности выборки
при малом числе наблюдений. Поэтому если не следовать традиционному
и, как уже было сказано выше, объективно необоснованному
мнению о непременном увеличении численности человечества на
протяжении всей его истории без каких-либо перерывов, в том числе
и в течение каменного века, то мы должны автоматически прийти к
выводу, что не было никаких фактических предпосылок отмечать
увеличение численности человечества в эпоху мезолита по сравнению
с эпохой верхнего палеолита. Решающий шаг к увеличению численности
был, вероятно, сделан при переходе к производящему хозяйству
в Передней Азии, но в нашем распоряжении, к сожалению, нет пока
отдельных многочисленных мезолитических и ранненеолитических
могильников с этой территории, которые помогли бы нам обозначить
начало указанного процесса. Что касается продолжавшей параллельно
существовать громадной периферии охотничье-рыболовческого хозяйства,
то для подтверждения всего сказанного существенны данные
по раскопанным до сих пор могильникам с территории СССР. Но
перед тем как перейти к их рассмотрению, приведем средний возраст
смерти мужчин и женщин, похороненных в могильнике Колумната
(число особей с определенным полом и возрастом много меньше
числа всех взрослых особей). Мужчины умирали в возрасте 31 года,
женщины - в возрасте 38,9 года. Отмеченная тенденция более ранней
смерти женщин в данном случае не подтвердилась.
Крупный мезолитический могильник с исследованной демографической
структурой раскопан на Большом Оленьем острове Онежского
озера". Его хронологический возраст долгое время служил предметом
дискуссии, но теперь его принадлежность к мезолитическому времени
можно считать достаточно определенно обоснованной^. Процент
детской смертности в могильнике неожиданно мал - 15,4 (19 детских
скелетов из 123, обнаруженных в могильнике), не исключено, что он
проистекает за счет почвенных условий захоронений. Средний возраст
смерти 53 мужчин равен 42,4 года, 51 женщины - 36,9 года. Женщины
жили меньше мужчин на севере Европы, как и на севере Африки,
причем численность выборки придает ей в данном случае довольно
высокую достоверность.
В дополнение к Оленеостровскому могильнику можно привести
данные еще по трем мезолитическим могильникам с территории
Украины, по которым опубликованы индивидуальные измерения
возраста, - Васильевка 1", Васильевка III", Волошское^. К сожалению,
во всех трех случаях детский материал либо не учитывался при
раскопках, либо не вошел в публикации, поэтому мы лишены
возможности судить об удельном весе детской смертности. Определение
среднего возраста смерти опирается на очень небольшое число
наблюдений, поэтому приведены данные не только по отдельным
могильникам, но и по территории Украины в целом (в скобках
число наблюдений): Васильевка 1 (мужчины) - 42,3 (II); Васильевка 1
(женщины) - 40,0 (2); Васильевка III (мужчины) - 36,3 (15);
Васильевка III (женщины) - 44,3 (7); Волошское (мужчины) - 44,2 (6);
Волошское (женщины) - 41,7 (3); мезолит Украины в среднем
(мужчины) - 39,8 (32); мезолит Украины (женщины) - 42,9 (12).
Продолжительность жизненного цикла женщин оказывается несколько
больше, чем мужчин, что свидетельствует, если воспринимать
эти цифры как отражение реальной действительности, о значительной
вариабельности медико-географической ситуации в древних популяциях
в зависимости от места и невозможности, опираясь на доступную
пока информацию, наметить какие-то закономерные тенденции в
жизненном цикле мужчин и женщин, которые отражали бы географическую
приуроченность и культурную принадлежность. Ясно лишь
одно - продолжительность жизненного цикла по всей ойкумене, за
исключением малых по площади районов, в которых имел место
переход к производящему хозяйству, оставалась более или менее
неизменной по сравнению с эпохой верхнего палеолита, высокой
оставалась и детская смертность. А это означает, что вся демографическая
ситуация изменилась в малой степени и предпосылки для значительного
увеличения численности нужно считать в высшей степени
предположительными. Поэтому приведенная Э. Диви численность
человечества в мезолитическую эпоху примерно в 5,3 млн человек, т.е.
на 2 млн больше, чем в верхнепалеолитическое время, выглядит
очень сомнительной.
Неолит и эпоха бронзы. Для эпохи неолита, к сожалению, мы
не располагаем могильниками, которые были бы полностью раскопаны,
т.е., вернее, при отсутствии во многих случаях надземных обозначений
могил мы не уверены, что тот или иной могильник раскопан до
конца. Сами по себе неолитические некрополи довольно малочисленны,
и по ним трудно получить сколько-нибудь убедительные данные о
соотношении взрослых и детских скелетов. В то же время такие
данные существуют по эпохе бронзы. Раскопки могильников также
нельзя считать с полной уверенностью доведенными до конца, но
раскопаны большие площади, собирался весь палеоантропологический
материал, поэтому информация более или менее объективна.
Детские скелеты составляют следующий процент по отношению к
общему числу захороненных: Лерна (элладская культура Греции) -
59,8 (140 детских скелетов на 234); Мокрин (культура курганных
погребений в Югославии)" - 26,2 (58 на 221); Тапе (культура
курганных погребений в Венгрии) - 29,0 (168 на 579); Выхватинцы
(трипольская культура в Молдавии)" - 63,0 (34 на 54); Хрящёвка
и Ягодное (срубная культура в Поволжье)" - 28,0 (14 на 50); Баланово
(фатьяновская культура в Поволжье)" - 61,7 (50 на 81); Тасты-Бутак
(андроновская культура в Казахстане)" - 59,7 (43 на 72); Сапаллитепа
(культура крашеной керамики в Узбекистане)" - 40,4 (59 на 146);
Карасук III (афанасьевская культура в Минусинской котловине)^ -
43,6 (17 на 39).
Приведенный ряд цифр симптоматичен в двух отношениях. Среди
популяций эпохи бронзы сохранялись группы с очень высокой детской
смертностью. Формально говоря, прямое сравнение процента детской
смертности в верхнепалеолитическую эпоху и в некоторых выборках
эпохи бронзы свидетельствует даже об его увеличении. Но выше
уже говорилось о недостаточной представительности данных по
верхнему палеолиту, поэтому конечный вывод следует формулировать
довольно осторожно: в отдельных локальных популяциях эпохи
бронзы сохранялся тот же высокий процент детской смертности, что и
в предшествующее время. Не менее важно и другое: в ряде групп
он падает менее чем до трети захороненных, что не могло не
создавать предпосылок для неравномерной демографической динамики
и значительного прироста численности населения в одних районах
в ущерб другим. Земледельческие группы, судя по этим выборочным
данным, не обнаруживают каких-то направленных отличий от групп,
занимавшихся скотоводством. К сожалению, в нашем распоряжении
нет пока информации о племенах эпохи бронзы, продолжавших
развивать охотничье-рыболовческий и собирательскийтипы хозяйства,
например, где-нибудь в глубинных таежных областях Сибири.
Переходя к оценке возраста смерти, можно было бы значительно
расширить список могильников, по которым имеются данные для
характеристики указанного параметра, но в этом нет необходимости:
информация о населении рассматриваемого хронологического периода
в Южной Америке, Африке и Австралии, подавляющем большинстве
территории Азии все равно отсутствует, и это увеличение имело бы
место лишь за счет европейских памятников. Все же приведенный
список могильников расширен за счет включения в него неолитических
могильников как европейской, так и североазиатской локализации.
Мужчины Женщины
36,0(54) 33,9(40)
38,6(77) 37,4(86)
36,5(125) 35,9(128)
49,9(12) 39,4(8)
32,7(20) 27,0(16)
31,4(16) 32,0(15)
34,4(14) 37,5(15)
36,7(38) 33,8(49)
36,2(11) 39,4(11)
29,4(13) 33,2(10)
39,9(42) 42,9(22)
45,0(8) 39,2(4)
41,0(15) 40,4(10)
Лерна
Мокрин
Тапе
Выхватинцы
Хрящёвка и Ягодное
Баланово
Тасты-Бутак
Сапаллитепа
Карасук III
Вольнены (неолит Украины)"
Вовниги, правобережный могильник (неолит Украины)"
Вовниги, левобережный могильник (неолит Украины)'
Верхоленский могильник (неолит Прибайкалья)
Возраст смерти колеблется в довольно значительных пределах,
но незаметно какого-либо определенного направления к его увеличению
по сравнению со всей предшествующей эпохой истории первобытного
общества. Более ранний возраст смерти женщин может быть
отмечен во многих случаях и в это время. В отдельных случаях
такое увеличение заметно, но в целом, по-видимому, не увеличение
продолжительности жизни, а уменьшение детской смертности в первую
очередь ответственно за увеличение численности человечества. Э. Диви
приводит резко возросшие цифры по сравнению с более ранними
эпохами: для IV тысячелетия до н.э. - 86,5 млн человек, для рубежа
новой эры - 133 млн. Я получил для начала перехода от
присваивающего к производящему хозяйству цифру общей численности
более чем вдвое меньшую, чем Э. Диви", поэтому данные Диви
кажутся мне достаточно сильно преувеличенными и их более или менее
точная корректировка требует специальной исследовательской работы.
Но совершенно очевидно, что к эпохе неолита и бронзы относится
существенное приращение численности человечества в древности в
результате громадного увеличения ареала разных форм производящего
хозяйства.
Итак, резюмируя, можно утверждать, что нарастание численности
человечества на протяжении первобытной истории осуществлялось
очень медленно и скачкообразный импульс был внесен в этот
монотонный процесс лишь в эпоху неолита и бронзы широким
распространением производящего хозяйства. Увеличение численности
происходило больше за счет уменьшения детской смертности, чем за
счет удлинения жизненного цикла, который, похоже, до появления
городской цивилизации (на основании ряда данных, до эпохи позднего
средневековья) оставался более или менее стабильным, варьируя
локально (см. приведенные выше различия в возрасте смерти между
отдельными синхронными могильниками). Есть все основания указать
на меньшую в целом продолжительность жизни женщин по сравнению
с мужчинами, отмеченную ранее на других палеоантропологических
материалах .
Все предшествующее изложение показывает, что палеодемография
имеет дело с такими параметрами, которые специфичны по отношению
к характеристикам, используемым в современной и исторической
демографии. Существует ряд процедур, которые позволяют осуществлять
переход от первых ко вторым, но все они дают лишь
относительно точные результаты^. Поэтому разработка методических
вопросов палеодемографии в рамках исторической демографии представляет
собой весьма актуальную задачу демографической науки, так как
только в этом случае мы и получим полную панораму демографической
динамики человечества, начиная с его истоков и кончая
современностью.
Выше уже говорилось о том, что и после появления письменности
палеоантропологический материал сохраняет значение серьезного
источника демографических данных для многих территорий и многих
эпох. Для Сибири, скажем, это единственный источник вплоть
до времени прихода русских и появления многочисленных ревизских
списков. Основной массив историко-демографической информации извлекается
и будет извлекаться из письменных документов разного
рода, а для более поздних эпох - из материалов специальных
переписей. Поэтому для анализа проблем общей динамики демографических
показателей в ходе истории человечества, начиная с появления
письменности, палеодемографические наблюдения всегда будут иметь
подчиненное значение. Но для понимания локальной динамики тех же
показателей палеодемография предоставляет в наше распоряжение
уникальные данные. Этих данных будет тем больше, чем более
подробно будет изучаться палеоантропология доныне плохо исследованных
районов земного шара.
' Beloch К. Die Bevolkening der grechisch-romischen Welt. Leipzig, 1886.
^ CM., например, итоговые сводки: Урланис Б.Ц. Рост населения в Европе: Опыт
исчисления. М., 1941; Woytinsky W., Woytinsky E. World population and production:
Trends and outlook. N.Y., 1953; fVilthauer K. Die BevOlkening der Erde: Verteilung und
Dynarnik. Gotha, 1958: Idem. Verteilung und Dynarnik der Erdbevolkerung, Gotha;
Leipzig, 1969.
' Кондукторова T.C. Физический тип людей Нижнего Приднепровья на рубеже
нашей эры: По материалам могильника Николаевка-Казацкое. М., 1979,
* См., например: Великанова М.С. Палеоантропология Прутско-Днестровского междуречья.
М" 1975.
' Козинцев А.Г. Демография тагарских могильников // Сов. этнография. 1971. № 6;
Денисова P.Я., Граудонис Я.Я., Гравере Р.У. Кивуткалнский могильник эпохи
бронзы. Рига, 1985; Kiszely 1. The anthropology of the Lombards. Oxford, 1979. P. 1, 2.
' Acsadi G., Nemeskeri J. History of human life span and mortality. Budapest
...Закладка в соц.сетях
