Жанр: Социология и антропология
Очерки экологии человека
...венность, производство, товар,
деньги, капитал, в конкретно-исторических обществах, их отклонений
от равновесного состояния, причин и механизмов этих отклонений,
динамики во времени экономических категорий. Границы
между политической экономией и конкретной экономикой крайне
неопределенны, пожалуй, наиболее четкой из них является введение
в конкретной экономике количественных показателей в характеристику
производственно-экономических процессов внутри того или иного
общества. Иными словами, конкретная экономика, как она понимается
на этих страницах, есть практическая политическая экономия
и ничего больше, применение политико-экономических закономерностей
к определенному обществу и характеристика их проявления
с помощью численных показателей. А в целом обе они занимаются
разными сторонами общественного производства.
В чем видится связь политико-экономического и экологического
исследования? Прослеживая влияние средовых факторов на человеческие
группы и их обратное воздействие на среду, эколог должен
восстановить все этапы этого взаимодействия на хозяйственно-производственном
(производительные силы), социально-экономическом
(производственные отношения), наконец, историко-культурном (этнографическая
традиция) уровнях. Состояние почвы, природные запасы
пригодных для изготовления орудий материалов, существующие
в обществе производственные навыки предопределяют производительность
труда, а она, в свою очередь, находит отражение в эксплуатации
природных ресурсов и изменяет при этом среду жизни.
Таким образом, несомненно, что социально-экономический цикл
не является одинаковым для всех обществ одного уровня развития,
обществ, стадиально сходных или тождественных, он локально
специфичен, а вписываясь в природные циклы и влияя на их динамику,
он еще и специфичен в своем влиянии на природу, определяя
форму антропогенного воздействия. Проблемы экономической антропологии
разрабатываются сейчас чрезвычайно интенсивно, задача
экологии в том, чтобы, воспользовавшись соответствующими материалами
и разработками, включить учет экономического фактора
в свои исследования в гораздо большей степени, чем это от случая
до случая делается в отдельных конкретных работах.
Подобным же достаточно сложным образом связаны между собой
экология человека и социология. Что есть социология в современ171
ном понимании? Наука об общественном поведении и, естественно,
общественных ориентациях и установках. Поскольку лишь групповые
установки и поведение имеют основное общественное значение,
постольку к приведенной формулировке можно прибавить указание
на групповые ориентации. Если мы говорили выше об адаптивном
характере производства, то тем более оснований видеть адаптивный
момент в стратегии поведения. В последние годы в этнографической
литературе неоднократно обсуждалось такое понятие, как этносоциология,
т.е. такое направление социологических исследований, которое
с помощью в основном метода анкетирования, хотя он и не
является единственным, нацелено выявлять этнические стереотипы
в поведении и установках^. В ходе обсуждения делались более
или менее интересные попытки найти этнический компонент во многих
социологических явлениях, будь то социология труда, установки
воспитания или характер ценностных ориентаций при заключении
брака. Строго говоря, в понимаемой подобным образом социлогии
немного отличий от этнографии или социальной антропологии, и во
всяком случае эти отличия не могут быть сформулированы в достаточно
ясной гносеологической форме.
Однако дело не в поиске подобных формулировок - он выходит
за рамки задач этой статьи; дело в возможности обнаружить адаптивный
компонент в групповом поведении и в реальности попытаться
увязать ее с общеэкологической тематикой. Конечно, это
требует значительного разворота конкретных исследований, но все
же и теоретически намечаются некие пути. Прежде всего нельзя
не сказать о бытующем в этнографии и социологии, но больше
все же социологическом понятии образа жизни". При всех спорах
вокруг этого понятия оно есть совокупность тех повседневных
действий, забот, обязанностей, мелких бытовых свершений, которые
заполняют день человека и которые в традиционных культурах
сформировались исторически и отражают то, что и называется
бытовой традицией. Трудно представить, что во всех обстоятельствах,
связанных с формированием бытовой традиции, приспособительные
реакции не играли никакой роли, ибо она неотрывна
и от этнографической традиции, об экологической направленности
которой выше уже говорилось, и от непосредственного реагирования
на географическую и хозяйственно-производственную среду
жизни. В этом контексте социологическое исследование также должно
стать какими-то своими специфическими частями элементом экологии
человека.
Из наук географического цикла, связанных наиболее тесным образом
с экологией человека, следует, пожалуй, поставить на первое
место физическую географию. Во-первых, она дает нам хотя и генерализованное
(по сравнению с более частными науками, входящими
в географический цикл), но все же достаточно дифференцированное
представление о различных компонентах среды, их иерархическом
соподчинении и взаимодействии. Во-вторых, в физической
географии разработаны фундаментальные понятия, чрезвычайно важные
для экологии человека не только в структурно-теоретическом,
172
но и в экспериментально-операционном отношении, - "географическая
оболочка", "ландшафт", "биогеоценоз", "агроценоз" и т.д. В-третьих,
наконец, физическая география всегда уделяла значительное внимание
взаимоотношениям человеческого общества и среды, законам
этих взаимодействий и отражению влияний элементов географической
оболочки в культуре разных обществ. На такой питательной
основе возникла в свое время антропогеография - несправедливо
отвергнутая в нашей науке, но в целом теоретически плодотворное
направление, если отвлечься от его использования в геополитических
целях; все или почти все исходные положения этого направления
вошли в этногеографию". Попытка выделить наиболее благоприятные
для развития человеческой культуры зоны и даже картографировать
их" также лежит в русле этого направления, и от нее
тянется непрерывная линия идейной преемственности к современной
рекреационной географии*". По сути дела, во всех исследованиях
подобного характера намечена, но далеко не полностью реализована
программа изучения общих тенденций формирования и динамики
адаптивных процессов в человеческом обществе, будь то морфофизиологические
и генетические адаптации, исследуемые в генетике
человека и антропологии, или культурные адаптации, входящие
в компетенцию этнографии, или поведенческие адаптации, которые
стремятся понять социологи. Возвращаясь к сказанному, при рассмотрении
связей социологии и экологии человека можно было бы
отметить, что, в сущности говоря, поведенческие адаптации составляют
предмет групповой, социальной или исторической психологии
(последний термин предлагается даже заменить абсолютно правомерно
на термин "историческая антропология"^), но сама неустойчивость
терминологии, да и состояние фактической и теоретической
базы свидетельствуют о неразработанности этой области знания.
Что касается самых общих закономерностей управления адаптивными
процессами, то частный поиск их в рамках намеченного
русла должен идти в направлении группового поведенческого объяснения
функциональных адаптаций в культуре, через посредство
которых осуществляются и физиологические адаптации.
От современной физической географии неизбежен переход к палеогеографии.
Казалось бы, рассмотрение явлений в динамике в отличие
от их рассмотрения в статике не представляет собою специфики,
заслуживающей выделения в специальную научную дисциплину,
однако в данном случае речь идет о значительной специфике: для
палеогеографических реконструкций используются многие детальные
наблюдения палинологического и палеозоологического характера,
которые не играют столь большой роли в современной физической
географии, включены в палеогеографию в большей мере и наблюдения
из области четвертичной геологии. Все это ставит палеогеографию
в особое положение.
Что дает палеогеография экологии человека? Прежде всего ее
роль велика применительно ко всем обществам прошлого, начиная
с эпохи плейстоцена и кончая средневековьем, т.е. эпохой геологической
современности. Географические условия, в которых разви173
валось человечество, менялись интенсивно не только на протяжении
плейстоцена, сдвигание природных зон относительно друг друга,
смена периодов сухого климата и влажности сопровождали человечество
и в более поздние эпохи его развития. Любопытно отметить,
что, как только появляются достаточно массированные объемы
письменных источников, которые оказывается возможным сконцентрировать
для получения определенной палеогеографической информации,
появляется дополнительная база для реконструкции смен
периодов тепла и холода, сухости и влажности. Интересную попытку
такой реконструкции осуществил Л.Н. Гумилев^ в отношении
динамики ландшафтов на территории центральноазиатских степей
в эпоху средневековья, поставив в связь с ней многие историкохозяйственные
и демографические явления в истории монгольского
общества. Однако очень важно и другое обстоятельство - при
исключительном многообразии культурных адаптаций они могут
быть восстановлены в полном объеме только в исторической динамике,
так как многие из них утеряны в современных обществах,
а специфика их определялась утерянным не только культурным,
но и географическим своеобразием. В изучение каждой из таких
адаптаций палеогеографические наблюдения входят в качестве существенного
составного компонента, помогая выявить весь репертуар
адаптивных возможностей человеческой культуры, что было бы
невозможно сделать, оставаясь только в рамках рассмотрения современного
общества.
В отношении восстановления и исследования динамического аспекта
экологии человека четвертичная геология играет ту же роль,
что и палеогеография. Но ее тематическая и смысловая нагрузка,
пожалуй, другая: палеогеографическая реконструкция, как уже говорилось,
вкупе с историко-экологической расширяет понимание диапазона
культурно-экологических и хозяйственно-экологических адаптаций,
в то время как события, с которыми имеет дело четвертичная
геология, дают возможность оценить масштаб влияния геологических
катастроф на историю разных человеческих коллективов
и способы их реакции в экстремальных условиях среды, которые
можно назвать геологическими или экологическими кризисами. Речь
идет о действительно неординарных событиях в истории человечества.
Длинная и до сих пор не исчерпавшая себя дискуссия по
поводу вымирания четвертичной фауны крупных млекопитающих
в результате деятельности человека не привела к однозначному
решению^, но, так или иначе, оно не могло не изменить всю жизнь
человеческих коллективов, и многие исследователи не без оснований
ставят в связь с ним переход к мезолитической эпохе**. Вне зависимости
от влияния человеческой деятельности позади изменения
фауны и растительности на рубеже перехода от плейстоцена к голоцену
стоят внушительные климатические и геоморфологические
изменения, они-то, по всей вероятности, а не только сама человеческая
деятельность и предопределили направление развития хозяйственно-культурной
истории.
Позднечетвертичная и раннеголоценовая аридизация гигантских
пространств Центральной Азии и Северной Африки, последовательно
прослеженная геологически, - длительное и огромное по своим
последствиям событие в истории человеческих коллективов тропического
и субтропического поясов Евразии. Именно прогрессировавшее
усыхание поставило перед ними задачу перейти к таким
формам хозяйственной деятельности, которые позволили бы им
выжить и получать прибавочный продукт в этих трудных условиях.
Можно, как это и делается сейчас в литературе, по-разному трактовать
проблему происхождения кочевого хозяйства и вообще кочевничества
в целом^, но бесспорно, что адаптация к засушливым
аридным зонам сыграла здесь если и не решающую, то вполне
определенную роль. Еще более впечатляющи итоги аридизации
в отдельных локальных ареалах, где она вообще подчас прекращала
человеческую жизнь. Скажем, изменение и высыхание русла
Теджена в южной Туркмении привело к запустению цветущих оазисов
в эпоху энеолита^, процесс опустынивания прекратил жизнь
во многих районах на землях древнего Хорезма^. Можно было бы
привести много других примеров, связанных с изменением течения
рек и интенсивностью водотока, климатическими изменениями, наводнениями
и землетрясениями, но в этом нет большой необходимости:
и без того ясно, что при историческом подходе к экологии
человека не обойтись без четвертичной геологии, понимая ее рамки
в широком смысле слова и включая в нее данные о геологических
явлениях в современную эпоху.
Экономическая география кочевала из положения единой науки
вместе с физической географией до положения самостоятельной
науки^. По моему глубокому убеждению, это вполне самостоятельная
дисциплина, ибо географический аспект в изучении природных
ресурсов, необходимых человеческому обществу и используемых
им на разных этапах его истории, что и составляет предмет экономической
географии, в какой-то мере присущ многим другим наукам
и не составляет особой специфики в данном случае. Ее составляет
материальный фактор - сами ресурсы, что больше не исследуется
специально нигде и представляет собою вполне самостоятельную
область по сравнению с объектом изучения физической географии.
Экономическая география связана с экологией человека постольку,
поскольку вся экономическая жизнь любого общества во все периоды
истории была неразрывно связана с состоянием находившихся в его
распоряжении природных ресурсов, степенью их разработки и умением
пользоваться ими. Экономгеографические характеристики, зависящие
от размещения соответствующих ресурсов и уровня технологического
развития того или иного общества, строго говоря, сами
носят экологический характер, так как они локально специфичны.
Однако велика их роль и в другом отношении - в какой-то мере
они программируют культурно-адаптивные процессы в определенном
направлении и управляют их интенсивностью. Экологичность экономгеографических
характеристик более или менее очевидна и не
нуждается в специальной аргументации, что же касается их роли
в культурных адаптациях, особенно в историческом разрезе, то ее
еще предстоит углубленно изучать и осмыслять. Одним из интересных
примерен, хотя и достаточно общего характера, является, с моей
точки зрения, попытка И.А. Витвера , не употреблявшего, естественно,
современной терминологии.
В предшествующем изложении частично затронуты хронологические
и пространственные границы экологии человека, но следует,
видимо, специально подчеркнуть, что экологическое исследование
должно охватывать все периоды человеческой истории и все как
развитые, так и маргинальные общества. В истории человечества
не было периода, когда бы человек не зависел от среды, не было
самых мелких человеческих коллективов или, наоборот, технологически
развитых обществ, в которых не проявлялись бы культурные
адаптации. Поэтому нижняя хронологическая граница экологии
человека в соответствии с нашим знанием начала человеческой
истории уходит на 3-4 млн лет от современности, верхняя соответствует
современной эпохе, пространственно экология человека
включает территорию земного шара и ту часть окружающего его
пространства, которая охвачена космическими исследованиями.
Целесообразно подытожить все сказанное перечнем основных
проблем, стоящих в гносеологическом плане перед экологией человека,
не претендуя, разумеется, на то, чтобы исчерпать эти проблемы:
а) экологические аспекты антропосоциогенеза;
б) экологические аспекты расогенеза;
в) хронология формирования и динамика развития адаптивных
типов;
г) экология демографических процессов и болезней в истории
человечества;
д) экологическая дифференциация человечества в эпоху потребляющего
хозяйства;
е) экология перехода к производящему хозяйству;
ж) экологическая дифференциация при производящем хозяйстве;
з) экологические кризисы в эпохи первобытности и средневековья;
и) урбоэкология и экология технологически развитых и индустриальных
обществ;
к) экологические аспекты и последствия деятельности человечества
в эпоху научно-технической революции и современные экологические
кризисы;
л) экология экстремальных перегрузок в космосе;
м) экологическая оптимизация;
н) экология общества и культуры и ее общественно-психологические
аспекты;
о) экологическая оптимизация общества;
п) экология личности;
р) экология человека как одна из наук, способствующих созданию
гармоничного общества и формированию гармоничной личности.
ЭКОЛОГИЗАЦИЯ ОБЩЕСТВЕННОГО СОЗНАНИЯ
И ПРОПАГАНДА ЭКОЛОГИЧЕСКОГО МЫШЛЕНИЯ
Этот список наиболее фундаментальных, с моей точки зрения,
проблем экологии человека не вытекает полностью из того, что
сказано на предшествующих страницах. Среди них есть проблемы,
относящиеся к социологизации экологического знания. Их рассмотрению
и обоснованию в качестве отдельных глав экологии человека
и будет посвящено дальнейшее изложение.
Оно требует некоторой систематизации. Представляется эффективным
говорить отдельно об экологизации науки, экологизации
культуры и экологизации общественного сознания в целом, т.е. об
осознании обществом уже постигших его и еще более грозящих
ему в будущем экологических опасностей, так как именно с их
осознания чаще всего начинаются какое-то общественное или социально-психологическое
движение и понимание необходимости изменения
предшествующей стратегии исторического развития.
Что такое экологизация науки? Я не уверен, что могу вполне
определенно ответить на этот вопрос, но при попытке достичь
удовлетворительного ответа нужно, как мне кажется, следовать
реально складывающейся общей ситуации. Она выражается в том,
что даже в нашем резко технократическом обществе все большее
число трезвомыслящих ученых высказывается в защиту природы,
они предупреждают об опасности экологических кризисов и анализируют
их социальные причины, борются с экологическим бескультурьем,
обращают внимание на необходимость экологически грамотного
хозяйствования, разрабатывают кратко- и долгосрочные экологические
программы. Один из номеров "Вестника Академии наук
СССР" (1988. № 12) до какой-то степени отражает широту и характер
этих усилий, публикуя материалы Общего собрания АН СССР,
специально посвященного этой теме. В западноевропейской и американской
науке перечисленным вопросам уделяется такое же внимание.
Пожалуй, не менее интенсивно идет процесс экологизации культуры.
Одним из отражений этого процесса является введенное
Д.С. Лихачевым" понятие экологии культуры, оказавшееся весьма
продуктивным и привлекшее к себе внимание не только работников
культуры, но и общественных деятелей. Вкладываемое в это понятие
содержание подразумевает создание наиболее благоприятных
условий для развития всех форм культуры, соответствующего общественного
климата, который давал бы возможность свободного
проявления творческих потенций любому одаренному члену общества.
Но если вдуматься, то понятие экологии культуры имеет оолее
широкое содержание: культура сама оказывает значительное воздействие
на общественный климат, неся в себе позитивное содержание,
оптимизирует его в направлении гуманизации общества.
Гуманное и гуманистическое общество невозможно без заботы не
только о стариках, детях и больных людях, но и людей друг о друге,
доброты и взаимной поддержки в личностных отношениях,
12. Алексеев В.П. 177
рыцарственного отношения сильного к слабому, общественного
единения, отказа от себялюбия и корысти, заботы о животных,
природе, выработки глубоко благоговейного и эстетического отношения
к жизни, трагического ощущения смерти и необходимости
борьбы с ней, противоестественности войны, а именно эти темы
являются вечными в любом настоящем искусстве, пронизывают
литературу, музыку. Культура нуждается в гуманизации общества
для своего развития, но и сама способствует его гуманизации, а это
высшая цель экологии не только как науки, но и как мировоззрения.
Экологизация общественного сознания, естественно, отстает от
экологизации науки и культуры, но только в нем, по сути дела,
и реализуется экологический потенциал общества, предопределяющий
его экологическое благополучие. Перед страной сейчас стоит среди
многих других сложных проблем и эта проблема - преодоление
бесхозяйственного отношения к природе, порчи природных ресурсов,
которая часто скрывается за словами об их использовании,
разрушения биосферы. Арал и Чернобыль показывают нам масштабы
этих необратимых и страшных изменений, а ведь они результат
не только нелепых решений безответственных руководителей,
но и повседневной работы тысяч и тысяч недостаточно экологически
грамотных людей по реализации этих решений. Катастрофы
на атомных станциях, аналогичные чернобыльской, загрязнение
морской воды тысячами тонн нефти при крушении громадных
нефтеналивных судов - примеры подобного экологического авантюризма
и в других претендующих быть цивилизованными странах,
хотя там такой авантюризм проявляет себя на фоне каких-то экологических
эффективных мер - перехода на экологически чистое
топливо в транспорте, сохранении и увеличении зеленых участков
в городах и пригородах, создании национальных природных парков
и заповедников и т.д.
Единственный путь экологизации общественного сознания - пропаганда
экологических знаний. Как и любая другая, она должна
вестись на научной основе и быть свободной от эмоциональных
и субъективных предрассудков. Телевидение и кино среди всех других
средств пропаганды являются мощнейшими, и они должны
использоваться регулярно и последовательно, более регулярно и
последовательно, чем это происходит сейчас, ибо речь идет о судьбах
человечества и планеты. Но одно в пропаганде экологии нужно
отметить особо - она должна максимально приближаться к интересам
отдельной личности. При всей демонстративности природных
экологических катастроф большого масштаба, губительных последствий
войны в демографическом, культурном и экологическом отношении
дискомфортный экологический быт и его оптимизация
воспринимаются индивидуальным сознанием и драматичнее, и заинтересованнее,
Такова до какой-то степени всегда эгоистическая
природа человека, с ней приходится считаться при любой форме
пропаганды, и это особенно важно при пропаганде экологического
знания, гак как оно больше, чем любое другое, нацелено на ее
исправление.
ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
Создание такого законодательства представляет собою общественную
проблему, для решения которой необходимы совокупные
усилия многих специалистов, взаимодействие ряда международных
организаций, добрая воля правительств и т.д., поэтому здесь эта
проблема может быть затронута лишь в нескольких словах.
Прежде всего встает нетривиальный и не несущий в себе очевидного
ответа вопрос о том, что подлежит в данном случае законодательному
оформлению? Как и во всех других случаях, форма
деятельности людей - та форма деятельности, которая имеет отношение
ко всей совокупности экологических проблем. Но из подобного
общего ответа не вытекает автоматически ни границ экологического
законодательства, ни характера и способов регулирования
конфликтов на экологической почве.
Весьма предварительно можно наметить пять блоков проблем
и вопросов, которые должны входить в экологическое законодательство
и подлежать законодательному регулированию. Эти блоки,
начинаясь на уровне индивидуума, охватывают все более высокие
этажи группового поведения. Первый из них - та совокупность
законодательных актов, которые связаны с индивидуальной ответственностью
за противоэкологическую деятельность. Видимо, сюда
должно входить и решение экологических споров между индивидуумами.
Второй должен концентрировать в себе все законодательство,
относящееся к сфере регулирования экологически продуманной
деятельности всех решительных государственных предприятий
и общественных организаций любого уровня. Третий блок - экологический
арбитраж, без него невозможно разрешение экологических
конфликтов между предприятиями. Четвертым этажом является
блок законодательных постановлений и актов, относящихся к непременной
экологической экспертизе всех мероприятий, планов, проектов
государственного уровня. Но никакое самое совершенное национальное
законодательство не может быть по-настоящему эффективным,
если оно не дополняется международным: экологические
проблемы не разделены государственными границами и экологически
вредный государственный акт внутри одной страны может
в определенной ситуации стать катастрофой для многих стран.
Поэтому венцом экологического законодательства должен стать
пятый блок - создание Всемирной Экологической Конституции,
в основе которой должна лежать Всемирная Экологическая Декларация,
точно определяющая права и обязанности всех людей земного
шара по отношению друг к другу и по отношению к природе
в экологической сфере, понимаемой в самом широком смысле
слова, т.е. включая в нее не только сохранение и рациональное
использование природы, но и гармонизацию общества. Экология
человека не только научная дисциплина в ряду других научных
дисциплин, но и наука о доброте и честности, и без осознания
этого простого, но основополагающего факта любое экологическое
знание остается сейчас далеким от жизни.
Разумеется, сказанное предполагает объединение усилий всех
существующих национальных экологических служб и формирование
новых экологических учреждений, но это особая большая тема,
которую можно не рассматривать в рамках статьи, посвященной
преимущественно структуре экологического знания.
ЭКОЛОГИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ
Это тоже особая тема, но она все же должна быть затронута
хотя бы в общи
...Закладка в соц.сетях
