Жанр: Религия
Сатанизм для интеллигенции
...родившим
ислам, был еще и антиевангельский бунт гностиков, превративших Христа в
полубога-получеловека, недочеловека и недобога.
Но иудаизм просто воздвиг стену между собой и христианством[565 Еврейский
историк, не испытывающий ни малейших симпатий к христианству, пишет: "Христиане
долго стекались в еврейские синагоги. В этих синагогах они продолжали свои
миссионерские усилия, пытаясь обратить евреев в христианство. Видя, что их
гостеприимство используется во вред, евреи ввели в литургию особую молитву,
направленную против еретиков. Поскольку христиане не могли вторить этой молитве,
практика использования синагог как убежищ постепенно отмерла" (Даймонт М. Евреи,
Бог и история. - М., 1994, с. 202). Речь идет о молитве "Шмоне Эзрец",
ежедневной главной молитве раввинов, в которую во втором веке было вставлено
проклятие "еретика и назорея".]. Гностики же хотели ассимилировать Евангелие,
встроить его в обычную языческую мистику космоса. И вот, чтобы не вдаваться в
прения о "космических родословиях", христианское богословие стало использовать в
космологии тактику "выжженной земли": оно само не стало формулировать
космологических систем, и воспротивилось их навязыванию извне.
Чтобы не принять языческую, религиозно окрашенную космологию, христианский мир
выработал свой, радикально безрелигиозный способ познания мира - науку[566 Это
воздержание христианского богословия от космологических построений расчистило
почву для возникновения собственно научного, а не мифологического познания мира.
Церковь была заинтересована в демифологизации космоса, и потому приветствовала
появление причинно-следственных, механицистских моделей объяснения космических и
физических процессов. Только при лишении космоса сакрально-божественного статуса
оказалось возможно подойти к нему с математически-экспериментальными мерками.
Подробнее об этом см. главу "Церковь и рождение научной традиции" в моей книге
"Традиция, Догмат, Обряд. Апологетические очерки" (М., 1995).].
А чтобы защитить сознание, не занятое математическими вычислениями и научным
анализом, Церковь предложила чаще вспоминать о Боге и о том, что такого есть в
каждом из нас, что отделяет нас от Творца.
К авве Зенону пришли некогда братия и спросили: "что значит написанное в книге
Иова "небо же нечисто пред Ним". Старец же сказал им в ответ: "братия оставили
грехи свои и исследывают небесное"[567 Древний Патерик. - М., 1899, с. 160.].
Или: Некий брат начал говорить авве Пимену о предметах духовных и небесных. И
хотя собеседник старца говорил строго в рамках Писания, авва Пимен отвратил от
него лице свое, и не дал ответа. На недоумение - почему же Пимен уклонился от
беседы, старец сказал: "Он от вышних и говорит о небесном, а я от нижних, и
говорю о земном. Если бы он говорил со мною о душевных страстях, я стал бы
отвечать ему; а если он говорит о духовном, то я сего не знаю"[568 Древний
Патерик. с. 169.].
Не в России и не в Германии происходят эти диалоги. В Египте - в той самой
стране "сокровенной космической мудрости", о которой любят рассуждать теософы. В
Египте, в стране с действительно удивительной религиозной отзывчивостью, впервые
родилось христианское монашество. И египтяне же, столь хорошо знающие, что такое
языческая мудрость, создав христианские монастыри, не желали говорить "о солнцах
и мирах"[569 Египтянин Антоний Великий так говорит о происхождении язычества:
"Итак, во-первых, знаем, что демоны называются так не потому, что такими
сотворены. Бог не творил ничего злого. Напротив того, и они созданы добрыми; но,
ниспав с высоты небесной и вращаясь уже около земли, язычников обольщали
видениями" (св. Афанасий Великий. Житие преподобного отца нашего Антония. 22 //
св. Афанасий Великий. Творения. Т. 3. Троице-Сергиева Лавра, 1903, с. 236).] ...
Напротив, языческий мир всегда - от гностиков до Рерихов - пытался навязать
христианству свою космологию, заполнить эту лакуну, заполнить пространство между
Богом и человеком всевозможными эонами, сефиротами, планетами и т.п. Через
космологическую фантастику язычество всегда пыталось внедриться и навязать
поклонение твари. Как советует популярнейший ныне пропагандист кармического
неоязычества С. Н. Лазарев, "Вы можете не верить в Бога, но должны любить
Вселенную"[570 Лазарев С. Н. Диагностика кармы. кн. 1. - СПб., 1993, с. 25.].
Слишком много религиозных катастроф, происходивших с почитателями Космоса,
видели древние христиане. "Ранние христиане звали бесами языческих богов, и были
правы. Какова бы ни была поначалу религия древних, теперь только злые духи
обитали в опустевших святилищах. Пан стал только паникой, Венера - только
венериным грехом"[571 Честертон Г. К. Вечный человек. - М., 1991, с. 25.].
Видя множество подобных сюжетов, народ Библии предпочел иной выбор. "Кто мне на
небе? и с Тобою ничего не хочу на земле. Изнемогает плоть моя и сердце мое: Бог
твердыня сердца моего и часть моя вовек. Ибо вот, удаляющиейся от Тебя погибнут.
А мне благо приближаться к Богу", - возвещает псалмопевец (Пс. 72,25-28). И хотя
христианами признается существование некоего мира между человеком и Богом, но
чтобы наше религиозное стремление сбылось - оно должно пройти мимо или сквозь
всех посредников, чтобы припасть к престолу Творца неба и земли[572 И даже если
промежуточный между Богом и человеком духовный мир вполне благ и чист, все равно
религиозный импульс не должен застревать в нем. Исходя из этого соображения
протестанты нередко обвиняют православных в том, что наш религиозный порыв чаще
адресуется к святым, чем к Самому Спасителю. С точки зрения вероучительной
логики упрек протестантов несправедлив. Но в реальной практике, увы, такое
случается. Ощущение именно языческого, а отнюдь не христианского текста оставило
во мне письмо одного читателя в газету "Русь Державная": "Я считаю, что именно
Государю Николаю II мы обязаны тем, что в Великой Отечественной войне нам оказал
покровительство св. великомученик и победоносец Георгий. Это наш Государь умолил
Пресвятую Богородицу взойти на Престол Российский в Его отсутствие (явление
иконы Державной Божией Матери), и она теперь хранит и заступает своими мольбами
землю русскую. Молитвами св. Государя, по Его Благословению, привел к Победе над
германскими агрессорами святой великомученик и Победоносец Георгий" (Русь
Державная. №. 1 (24), 1996). В этих сложных взаимоотношениях между Святыми Бог
оказывается как-то почти и ненужным... И даже заглавная буква от Бога переходит к
Государю.].
Христиане - это люди, которых, подобно блаженному Августину, спросили: "что ты
желаешь знать?". И они ответили - "Бога и душу". - "И ничего больше?" -
"Ничего". Христианский мир променял фантастику космогоний на познание души и ее
спасение. Мы обретаем - Бога. Каким жалким кажется после этого весь теософский
зоопарк с его астралами, эонами, эгрегорами и прочей нечистью!
В конце концов, если бы теософия лишь живописала путешествия по разным уголкам
своего космоса - ее можно было бы считать обычной фантастикой. Но человеку,
вовлеченному теософией в космические странствия, она предлагает конечный вывод:
вне мира ничего и никого нет; идея Бога, отличного от мира - это бред; а значит,
весь религиозный импульс направь на почитание космических владык.
С точки же зрения библейской, поиск конечного спасения в инстанциях иных, чем
Творец, просто опасен. Бог - "единый, имеющий бессмертие" (1 Тим. 6,16). А
потому поиск бессмертия в иных источниках бессмыслен. Буддисты говорят: зачем,
индуист, ты желаешь вселиться в мир богов, если даже сам Брама смертен? Неужели
еще раз ты хочешь умереть? Из совершенно иных оснований христиане могут задать
подобный же вопрос: Зачем, о язычник, ты желаешь отождествить себя с космосом, с
тем миром, в котором все подлежит распаду и который просто не вечен? Ты желаешь
умереть вместе с ним?
Апостол Павел видит суть язычества в служении "пустым и суетным стихиям мира
сего": "для чего возвращаетесь опять к немощным и бедным вещественным началам и
хотите еще снова поработить себя им?" - вразумляет он галатов (Гал. 4.9). В
греческом тексте "начала" - это "stoiheia", "стихии", то есть, на языке
греческой мысли, те первоначала, из которых сложен космос. "Стихии мира" (Кол.
2,8) - это "stoiheia tou kosmou". От сообщения с космическими стихиями надо
уклоняться - ибо "вы со Христом умерли для стихий" (Кол. 2,20).
Есть две серьезнейшие причины, по которым нельзя играть с этими силами в "кошкимышки".
Во-первых, они не вечны. Однажды созданные, "разгоревшиеся стихии
растают" (2 Пет. 3,12). Значит, душа, пропитанная их энергиями и принявшая их
вместо силы Божией, сгорит вместе с ними. Для стяжания бессмертия души надо
прорваться сквозь легионы космических "энергий" и причаститься Единому
Бессмертному (1 Тим. 6,16). Так что для того, чтобы избежать печального
будущего, надо в настоящем строить свою религиозную жизнь не по влечениям
космоса.
Но, кроме "эсхатологического мотива", воздерживаться от заигрывания со стихиями
и их князем имеет смысл и в силу одного происшествия, имевшего место в прошлом.
Дело в том, что начало человеческой истории было озарено космической
катастрофой. Через грех в мир вошла смерть. Можно сказать, что в мире взорвался
Чернобыль. Суть не в том, что Бог злится на нас и наказывает поколение за
поколением за проступок Адама. Просто мы сами сотворили смерть. Мы - виновники
тому, что весь мир, весь космос стал подчиняться законам распада и тления.
Бог, напротив, ищет - как спасти нас от радиации смерти.
Так часто христиан называют жестокими людьми - за их свидетельство о том, что
вне Христа нет спасения. Что ж, представьте, что включается служба оповещения
гражданской обороны и объявляет: "Граждане, тревога! По нашему городу нанесен
ракетно-ядерный удар. Через десять минут ракеты будут над нами. В вашем районе
ближайшее убежище находится там-то... Кто успеет до него добежать - у того есть
шанс спастись"... Скажите, кто жесток в этой ситуации: диктор гражданской обороны
или тот, кто нанес ядерный удар по городу?
Св. Иоанн Златоуст однажды обратился с увещанием к родителям, которые
возмущались проповедью монахов. Мол, подросшие дети, вместо того, чтобы помогать
отцам в торговле или ремесле, собираются в храмы, слушают монахов и даже уходят
в монастыри... Златоуст предлагает сравнение: если кто-то ночью поджег ваш дом, и
проходивший мимо человек вбегает в него, стучит во все двери, будит людей и
понуждает их выбежать из огня - кого вы назовете виновником ночного
беспокойства? Поджигателя или спасителя? Так вот, если бы в наших городах, в
ваших городах можно было бы защитить свою душу от огня грехов - не было бы нужды
в монастырях. Не монахи подожгли грехами ваши города. И если они учат ваших
детей защите от греха - в чем же их вина?
Так и христиане говорят: в мире и космосе разлита смерть. Мы сами ничего не
сделали для ее преодоления. Но нам дано лекарство от смерти, "лекарство
бессмертия", противоядие. Вечный Бог стал человеком, чтобы привлечь нас к Себе и
Собою защитить нас от последствий наших же беззаконий. Вот - Чаша с врачеством
бессмертия. Вот - Чаша Жизни. Придите и вкусите... Жесток ли врач, уверяющий
больных, что без принесенного им лекарства им не выжить? Жесток ли проповедник,
говорящий, что вне Причастия человек не найдет Жизни?..
И в этой ситуации никак не очевидно, что разницей между христианством и
язычеством можно пренебречь. Ведь главное различие между ними в том, что
христианство говорит миру и человеку: "ты болен", а язычество уверяет - "ты
здоров". Нет разницы? Но если у меня аппендицит, а вместо болезненной операции
мне говорят: "ты прими снотворное или аспирин - и все пройдет"? Христианство
говорит: пройди через боль покаяния и устремись к Богу. Язычество уверяет, что
не надо ни того ни другого, а нужно лишь "расширить свое сознание". А если и
нужно встречаться с кем-либо, то отнюдь не с Богом, а просто кое с кем из
космических жителей...
Теперь вернемся к Чернобылю. Внешне там все спокойно. Но человек, пьющий
тамошнее молоко - пьет смерть. Он дышит лесным воздухом - он вдыхает смерть. Он
собирает грибы - он собирает смерть... Почему нельзя заниматься бегом в центре
Москвы? - Потому что чем интенсивнее здесь дыхание, чем больше воздуха будет
человек прогонять здесь через свои легкие - тем больше грязи будет осаждаться в
них.
Так и в мире после грехопадения: чем больше "космических энергий" человек
пропустит через себя - тем больше продуктов распада будет оседать в его душе...
Так все "космические откровения" и "экстрасенсорные пассы", все подключения к
"энергии космоса" и к "неизведанным ресурсам человечества" чреваты энергиями
разрушения...
После всего сказанного понятно, что для христианина визитная карточка того духа,
что общается с Рерихами - "Владыка Космоса" - выглядит весьма недвусмысленно. И
если человек помнит эти новозаветные свидетельства о "князе власти воздушной", и
о духах, которые желают разлучить Христа и человека, он не может не обратить
внимания на такое, например, заявление Николая Рериха: "Множество населяющих
межпланетные пространства подтвердят охотно мощь мысленного сотрудничества"[573
Рерих Н. К. Сожжение тьмы. Привет молодым. // Рерих Н. К. Душа народов. - М.,
1995, с. 101.]. Не пройдет мимо внимания человека, помнящего Писание, и еще
более интересное "откровение" Е. Рерих: "Явлю сказание об Отважном Духе. Давний
дух решил принести людям три дара. Первый - единение и очищение религий. Второй
- средину величия Женского Начала. Третий - вооружение человека мощью воздуха...
Дух давний, скоро дойдешь!"[574 Рерих Е. И. Огненный опыт. с. 59.].
Поэтому западный "эзотерик" Рене Генон пробует растождествить оккультного "Царя
мира" с евангельским "Князем мира сего". Для этого он отправляется в дебри
каббалистики. Но то, что он в конце концов износит из них, оказывается все же
малоутешительным. Дух (или эманация Эн-Софа) по имени Метатрон называется "Царь
мира". У этой "эманации" есть светлый аспект, символизируемый архангелом
Михаилом, но "рядом со светоносным ликом есть лик темный, который представлен
Samael, называемым одновремененно Sar ha-olam (Царь мира). Здесь мы возвращаемся
к отправной точке данных размышлений. Действительно, во втором его аспекте и
только в нем, который представляет собой "гений этого мира", в низком смысле
этого слова, Princeps hujus mundi, говорится в Евангелии. И эти отношения с
Metatron, для которого он, как тень, оправдывает применение одного названия в
двойном смысле и одновременно это позволяет понять, почему апокалиптическое
число 666, "число Зверя", является также и солнечным числом. Это число
образуется в частности именем Sorath, демона Солнца, и ему противопоставляется
как таковой ангел Михаил... Мы не будем больше распространяться по поводу теорий,
которые можно было бы в общем сформулировать относительно двойного смысла этих
символов, но скажем только, что смешение светового и теневого аспектов и
составляет в сущности "сатанизм". И именно это смешение приводит к появлению
тех, кто, несомненно, невольно и по простому неведению полагает, что открыл
инфернальное значение в имени "Царь Мира"[575 Генон Р. Царь Мира. - Коломна,
1993, с. 22-23.].
Объяснение Генона может быть убедительным, лишь если принять оккультную аксиому
о том, что "все едино" и что добро и зло взаиморастворены, что это лишь
"функциональные" проявления одной и той же субстанции. Евангелие считает иначе:
"Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы" (1 Ин. 1,5).
Кроме того, после того, как Каббала противопоставила "демона Солнца" архангелу
Михаилу, а Рене Генон назвал "число Зверя" "солнечным числом", особо обращает на
себя внимание рериховская фраза "Шамбалы Владыка живет и дышит в Сердце Солнца"
(Иерархия, 5). Это важно, потому что миф Генона, Рерихов и Каббалы - это в
принципе единый миф, он использует один и тот же символический ряд. Просто
Каббала не рассчитана на чтение христианами, а Генон встал в позицию
постороннего исследователя, поэтому о некоторых сторонах оккультного мифа он мог
говорить яснее, чем Блаватская или Рерихи, обращающие свою проповедь к людям
христианской культуры. Единство же Каббалы с теософией не отрицали сами Рерихи -
"Уже начинается слияние Вед с Трипитакою и с Каббалой, и заветы Учителей уносят
невежество" (Агни Йога, 92).
У Блаватской были свои уловки, с помощью которых она рассчитывала оттянуть тот
момент, когда христиански образованный читатель сопоставит предупреждение ап.
Павла о "князе власти воздушной" с рассказами теософки о ее воздушных мудрецах.
Для этого Блаватская изготовила такой аргумент: "Царь Воздуха святого Павла не
есть Дьявол, но воздействия астрального света"[576 Блаватская Е. П. Тайная
Доктрина. Т. 2, с. 609.]. Маскировка, однако, весьма прозрачная: ведь в других
главах своей "Тайной доктрины" Блаватская прямо пишет, что "астральный свет" и
есть Люцифер[577 см. уже цитировавшиеся выше фразы из "Тайной Доктрины" (Т. 2,
сс. 541-642 и Т. 1, с. 523).].
Очевидно, и Елене Рерих было известно, что у христиан нет оснований доверять
откровениям "Владыки Космоса". И потому она попробовала дать свое разъяснение:
"Мы знаем лишь одного Хозяина, или Князя Мира сего, когда-то прекрасного
Люцифера. Но, как сказано, Владыка Шамбалы есть Владыка Высших Миров, потому Он
не может именоваться "Царем Земли"[578 Письма Елены Рерих 1932-1955. с. 156.].
Так она пробует пояснить, что "Владыка Шамбалы" и Люцифер - не одно и то же
лицо. Люцифер - это конкретный "царь Земли", тогда как "Владыка Шамбалы" - более
высокий Иерарх. Легко заметить, что Елена Ивановна в силу своего незнания
греческого языка[579 Как и еврейского - в чем она сама признается (Письма Елены
Рерих. 1932-1955. сс. 156 и 164).] не поняла, что евангельский противник Христа,
"Космократор" и есть "Князь мира" и что с библейской точки зрения допустимо
назвать Люцифера именно владыкой космоса, а не просто земли. Но гораздо
интереснее, что оправдание, предложенное Блаватской, ровно противоположно
рериховскому. Блаватская так объясняет свою любовь к космократорам: "Дьявол не
есть "Бог этого периода", ибо это есть Божество всех веков и периодов с момента
появления человека на Земле"[580 Блаватская Е. П. Тайная Доктрина. Т. 2, с.
609.]. Итак, тот, кого Елена Рерих представляет в качестве предмета своего
почитания как "Владыку Высших Миров" и "Владыку Шамбалы", для Елены Блаватской
есть просто Дьявол (естественно, отнюдь не в ругательном смысле), то есть все
тот же Люцифер.
В "Теософском словаре" Блаватская так поясняет уже знакомое нам слово:
"Космократоры - "Строители Вселенной", "архитекторы мира", или олицетворенные
Творящие Силы"[581 Блаватская Е. П. Теософский словарь. с. 211.]. Если для ап.
Павла "космократоры" - это демонические узурпаторы власти над Вселенной, которая
создана отнюдь не ими, но Творцом, то для Блаватской они-то и есть подлинные
Владыки и "архитекторы мира".
То, что внушают Рерихам "Владыка Шамбалы" и "космократоры", ничего не говорит
человеку именно о Боге. Зато перед воображением контактеров рисуются картины
многоуровневой Вселенной. Такой Вселенной, в которой много "обителей", много
"планов", много разумов и духов... И только для Личного Бога, для Творца не
находится места. "Нет Божества вне Вселенной"[582 Письма Елены Рерих 1929-1938.
Т. 2, с. 357.].
Отрицая надмирного Бога, теософы готовы конкретизировать место обитания своего
"господа" в "Сердце Солнца" (Иерархия, 5). "Конечно, жизнедатель-солнце насыщает
всю вселенную, так Космос посылает свои сокровища" (Беспредельное, 411). "Лучи
нашего Светила готовят человечеству лучшую ступень. Лучи, собирающие новую
расу..." (Беспредельное, 332-336).
Надо заметить, что аналогичная точка зрения действительно была известна в
древности, в Египте. Ее придерживался Аменхотеп IV. Египетская религия, которую
он попробовал реформировать, воспринимала Солнце лишь как символ божества.
Аменхотеп же стал обоготворять астрономическое Солнце (при этом, естественно, он
утверждал себя как единственного человекобога, как единственного представителя
"божественной иерархии" на земле). Египтяне второго тысячелетия до нашей эры
смогли распознать в "реформаторе" люциферического богоборца. После смерти
фараона-богоборца его столица была заброшена, его реформы были отвергнуты. Затем
подобные идеи посещали Джордано Бруно (чей гелиоцентризм вдохновлялся отнюдь не
научными, но чисто оккультными мотивами). И вот теософы вновь взошли на эту
вершину философской мысли. Обвинив христианство в слишком антропоморфном
представлении о Боге, они заменили евангельское "Бог есть Дух" на почитание
некоего обитателя Солнца.
Наконец, для полноты характеристики того духа, что именует себя "владыкой
Шамбалы" или "Владыкой Космоса", стоит сказать, что именно он собирается прийти
в качестве "Христа второго пришествия", то есть в качестве "Майтрейи". "Майтрейя
и нынешний Владыка Шамбалы - Единая Индивидуальность", - раскрывает эту тайну Е.
Рерих[583 Письма Елены Рерих 1929-1938. Т. 2, с. 125.]. Иисус из Назарета не
придет. Вместо Него придет некто другой... И уже сейчас он вербует своих адептов
на земле.
Рерихи и духи
Когда он хвастался, что вот-вот откроет тайну Изиды, все понимали, что он ее не
сохранит.[584 Честертон Г. К. Исключительная изобретательность Еноха Оутса. //
Избранные произведения в 4-х томах. Т. 3. - М., 1994, с. 56.]
Г. К. Честертон
Как же сдружился "Владыка Космоса" с возлюбленной им Еленой Ивановной? Легкие
увлечения "тайнами Востока" бытовали в ее семье еще в дни детства Е. Рерих. Чтото
не вполне обычное начало происходить с ней еще в детстве (возможно, потому,
что оккультно-масонские увлечения были уже у ее родителей). Сама Елена Рерих об
этом вспоминает так (повествуя о себе в третьем лице): "С трехлетнего возраста
внезапно начались приступы необъяснимого плача, который переходил в неистовый
крик. Ничто и никто не мог утешить ее. Не помогали угрозы и устрашения. Приступы
эти также внезапно прекращались, как и начинались. Явление это стало постепенно
слабеть и к пятилетнему возрасту совершенно прекратилось"[585 Рерих Е. И. Сны и
видения. // Рерих Е. И. У порога нового мира. - М., 1993, с. 23.].
"Самостоятельность девочки сказывалась также в упорном отказе повторять слова
молитвы, которую она и брат ее должны были читать перед сном. Девочка молилась
своими словами"[586 Рерих Е. И. Сны и видения. с. 23-24.]. Позднее "все предметы
давались одинаково легко, но очень тяготилась уроками по Закону Божию, особенно
не любила учить богослужения, несмотря на то, что по природе была скорее
религиозной"[587 Рерих Е. И. Сны и видения. с. 31.].
При этом она пробует ставить собственные опыты по "расширению сознания": "Также
любила она занятие, которое называла - смотреть персидские ковры. Оно состояло в
следующем: закрывала глаза и слегка нажимала на глазные яблоки - сейчас же
начинали появляться чудесные, красочные световые сплетения изумительных тонов и
рисунков. Очень любила заниматься этим, лежа в постели, перед тем, как заснуть.
Но и днем это явление легко вызывалось"[588 Рерих Е. И. Сны и видения. с. 30.].
Чуть позднее эти абстрактные "видения" сложились в более четкий облик: "Около 12
лет вспыхнуло сознание о существовании Учителя Света. Также определенно знала,
что Учитель занят ускорением какого-то физиологического процесса в ее организме
и развитие это происходило под Его непосредственным наблюдением"[589 Рерих Е. И.
Сны и видения. с. 31.].
В 33 года мистический опыт становится более конкретным. 31 октября 1913 г.
происходит видение во сне: "На фоне ослепительного света солнца вырисовывается
Величественный Облик; лик из-за света невозможно рассмотреть, но сердце-сознание
подсказывает, что это Образ Христа... Христос доходит, протягивает правую Руку, и
в экстазе я чувствую, что из моего темени вырвалось пламя и зажглось синесеребряным
Огнем"[590 Рерих Е. И. Сны и видения. с. 41.]. 24 марта 1914 г.
видение становится еще более подробным: "От окна, находившего на противоположной
стене и на значительном расстоянии от моей постели, отделилась тонкая и светлая
фигура Прекрасного Мальчика. По мере Его приближения чувство несказуемой
близости стало с такой силою расти, что, когда Мальчик придвинулся к моему
изголовью и слегка склонился, чтобы лучше заглянуть мне в глаза, чувство
нарастающей близости и любви перешло в экстаз острого сознания, что Мое горе -
Его горе и Моя радость - Его радость, и волна всеобъемлющей любви к Нему и всему
сущему залила мое существо. Глаза мои непроизвольно закатились, и закрылись,
неописуемый трепет всего организма потряс меня. Сердце мое и все существо,
казалось, разлетится на части, и я делала невероятные усилия, сжимая грудь,
чтобы совладать с таким состоянием"[591 Рерих Е. И. Сны и видения. с. 42.].
Наконец, в 1919 г. происходит "замечательное видение внутри себя, в области
солнечного сплетения. Видение произошло поздно вечером, когда я уже лежала в
постели. На фоне сине-зеленом, вибрирующем серебром сияния, явилась тонкая
мужская голова с закрытыми глазами, совершенно лишенная всякой растительности и
как бы выточенная из слоновой кости; тип утонченного красивого китайца. Видение
это сопровождалось сильнейшим трепетом всего организма, но все же он был слабее
и короче, нежели трепет после посещения меня Светлым Мальчиком"[592 Рерих Е. И.
Сны и видения. с. 46.].
Наконец, "период от сорокалетнего возраста утвердился на новом достижении
приближения к Наставнику и Учению Света. Наставник сначала оявился как Индус, но
когда сознание ученицы расширилось и научилось вмещать, Прекрасный Облик начал
постепенно изменяться и принял, наконец, Величественный Облик Космического
значения - Владыки Мудрости и Красоты, Владыки Священной Шамбалы"[593 Рерих Е.
И. Огненный опыт. с. 54.].
... Ветхий завет не так уж стар, как иногда кажется. Весьма многие жизненные и
духовные коллиз
...Закладка в соц.сетях
