Жанр: Электронное издание
83_222
...должников. Существование такого принципа доказывается
следующим: одно и то же табу, означающее одновременно
тесную связь и отчужденность, устанавливается еще между
молодыми людьми обоих полов, прошедшими в одно время
обряд "поедания черепахи и поедания свиныи" ^ и та'кже
обязанными всю жизнь обмениваться подарками. Подобного
рода факты встречаются та^же в Австралии ^. Браун
сообщает также об обрядах встречи после долгой разлуки,
об объятиях, приветственных слезах; он показывает, как обмен
подарками служ'ит их экв,ивалентом '^ н как в .нем замеш
аны и чувства и люди '"".
В сущности, это смесь. Души смешивают с вещами, вещи-с
душами. Соединяют жизни, и соединенные таким обр
азом люди и вещи выходят каждый из своей среды и перемешив
аются. А именно в этом и состоят договор и обмен.
'ш' Andaman Islanders, 1922, с. 83: "Хотя объекты рассматривались как
подарки, взамен ожидали получения чего-нибудь равноценного и сердились,
если ответный подарок не соответствовал ожиданиям".
'ш" Там же, с. 73, 81. Браун описывает затем, насколько неустойчиво
это состояние договорной активности, как оно приводит к внезапным
ссорам, хотя зачастую цель его устранить их.
"" Там же.
iш* Там же.
"^ Данный факт в полной мере можно сопоставить с отношениями
калдуке среди нгиа-нгиампе у нарриньери и с ючин у диери; к этим отношениям
нам еще предстоит вернуться.
"^ Там же.
'" Там же. Браун развертывает превосходную социологическую теорию
этих проявлений общности, тождества чувств, одновременно обязательного
и добровольного характера их выражения. Здесь есть и другая проблема,
впрочем близкая, на которую мы обращали уже внимание. CM.: Expression
obligatoire des sentiments.-"Journal de Psychologie", 1921. (CM, "Обязательное
выражение чувств" в настоящем издании.)
114 Очерк о даре
Принципы, причины и интенсивность
обменов дарами
(Меланезия)
Меланезийцы лучше, чем полинезийцы, сохранили или
развили потла'4 '^. Но наш 'предмет иной. Во всяком случае,
они луч.ше, чем поли'незийцы, с одной стороны, сохранили, с
другой-развили всю систему даров и этой формы обмена.
А поскольку у них гораздо более четко, чем в Полинезии,
проявляется понятие денег '^, система отчасти усложняется,
но также и уточняется.
Новая Каледония. Мы находим не только идеи, которые
предстоит выделить, но даже их непосредственное выр
а.жение в характерных свидетельствах, которые Леенхардт
собрал о новокаледонцах. Он начал описывать пилу-пилу 'и
систему праздников, подарков, поставок всякого рода, включ
ая денежные"", которые, несомненно, надо ^квалифициров
ать как 'потлач. Правовые заявления 'в торжественных реч
ах глашатаев весьма типичны. Так, во время церемониального
представления ямса'" на пиршестве глашатап 'говорит:
"Если есть какая-нибудь старинная пилу, с которой мы не
встречались там, у Ви... и т. д" этот яме устремляется туда,
как 'когда-то такой же яме пришел от них к нам..."'^. Возвр
ащается вещь сама по себе. Далее в той же 'речи дух
предков "ниспосылает... на эти части пищи эффект своего
действия и силы". "Результат совершенного вами действия
проявляется сегодня. Все поколения заговорили его устами".
А вот другой способ представления правовой связи, не менее
выразительный: "Наши праздники-это движение 'иглы, помог
ающей соединять части маленьких соломенных 'крыш,
чтобы сделать из них одну только крышу, только одну клятву""^
Возвращаются те же самые вещи, одна и та же свя"^
См. настоящее издание, с. 110, III, примеч. 98, 99.
"" Вопрос о деньгах в Полинезии требует специального рассмотрения.
См. ранее, с. 95, примеч. 37, цитату Элла о самоанских циновках. Большие
топоры, нефрит, тики, зубы кашалота, несомненно, являются деньгами,
так же как и многие раковины и кристаллы.
"" La Monnaie neo-caledonienne.- Revue d'Ethnographie", 1922, с. 328.
См. особенно о деньгах в связи с окончанием похорон и о принципе -
с. 382. La Fete du Pilou en Nouvelle-Caledonie. Anthropologie, c. 226.
'" Там же, с. 236-237; ср. с. 250, 251.
i" С. 247; ср. с. 250-251.
"з pilou, с. 263. Ср. Monnaie, с. 332.
Глава II 115
зующая нить"*. Другие авторы приводят такие же факты "^
Тробрианские острова. На другом краю меланезийского
мира существует весьма развитая система, [равнозн
ачная системе новокаледонцев. Жители Тробрианских
островов относятся к числу наиболее цивилизованных народов
этого района. Сегодня это богатые ловцы жемчуга, а до
прихода европейцев - богатые производители гончарных
изделий, раковинных денег, каменных топоров и драгоценных
изделий; они 'всегда были хорошими коммерсантами и
отважными мореплавателями. И Малиновский действительно
точно называет их "аргонавтами западной части Тихого
океана", сравнивая 'их с сотоварищами Ясона. В своей книге,
одной из лучших в области дескриптивной социологии, разместившейся,
так сказать, на территории предмета, 'который
нас интересует, он описывает нам всю систему межплеменной
и внутриплеменной торговли, носящую название кула^.
Нам остается дождаться описания 'всех институтов, управляемых
теми же правовыми и экономическими 'принципами:
бракосочетания, праздника мертвых, ииициации и т. д. Сле"*
Эта формула, вероятно, относится к полинезийской юридической
символике. На островах Мангайя мир символизировал "хорошо покрытый
дом", объединяющий богов и кланы под "хорошо покрытой" крышей.
Wyati Gill. Myths and Songs of the South Pacific, c. 294.
"^ Отец Ламбер (La Pere Lambert. Moeurs des sauvages neo-caledoniens,
1900) описывает многочисленные потлачи: один 1856 г. (с. 119);
серию погребальных празднеств (с. 234-235); потлач вторичного захоронения
(с. 240-246). Он уловил, что унижение и даже переселение побежденного
вождя были санкцией за невозмещенные подарки и потлач (с. 53);
и он понял, что "всякий подарок требует взамен другого подарка" (с. 116),
Он использует популярное французское слово "возврат" ("un retour"):
"упорядоченный возврат"; "возвраты" выставлены в хижине богатых
(с. 125). При посещении подарки обязательны. Они-условие брака (с. 10,
93-94); их нельзя потребовать обратно, а "..возврати" делаются с избытком",
в частности, бенгаму, определенной категории двоюродных братьев
(с. 215). Трианда, танец подарков (с. 158), представляет собой замечательный
случай смешения формализма, ритуализма и юридической эстетики.
^ Kula, Man. July, 1920, ь 51, с. 90 и ел.; Argonauts of the Western
Pacific. L., 1922. Все ссылки в этом разделе, не обозначенные особо, относятся
к этой книге.
"^ Малиновский преувеличивает, однако (с. 513-515), новизну описыв
аемых им фактов. Прежде всего кула, в сущности,- это лишь межплеменной
потлач достаточно распространенного в Меланезии типа, к которому
принадлежат экспедиции, описываемые отцом Ламбером в Новой
Каледонии, большие экспедиции Оло-Оло фиджийцев и т. д. CM. Mauss.
Extension du potlatch en Melanesie. Proces-verbaux de I'I.F.A.-Anthropologie,
1920. Смысл слова кула представляется мне родственным смыслу
других слов того же типа, например улу-улу. CM. Rivers. History of the
Melanesian Society, t. 2, с. 415, 485; t. 1, с. 10. Но даже кула менее хар
актерна в некоторых отношениях, чем американский потлач, поскольку
острова меньше, общества менее богаты и сильны, чем общества побе116
Очеокодаве
довательно, описание, которое мы дали, носит лишь временный
характер. Но факты значительны и достоверны'^.
Кула представляет собой нечто вроде большого потлача;
осуществляя большую межплеменную торговлю, она распростр
анилась на всех Тробриа неких островах, на части островов
Д'Антркасто и островов Амфлетт. На этих территориях
она косвенно затрагивает все племена, а прямо-несколько
больших племен: племена добуна островах Амфлетт, кирившн
а из Синакеты и китава на островах Тробриан, вакута на
острове Вудлар'к. Малиновский не дает перевода слова кула,
несомненно означающего круг. И действительно, дело происходит
так, как будто все эти племена, морские экспедиции,
ценные вещи и предметы обихода, пища и праздники, услуги
.всякого 'рода, ритуальные и сексуальные, эти мужчины и
женщины вовлечены в круг"^ и совершают по этому кругу
упорядоченное движение во времени и в пространстве.
Торговля куда-занятие знати "^ Оно отводится вождям,
которые являются одновременно командирами флотилий,
отдельных лодок, коммерсантами, а также получателя-ми
даров от своих подчиненных в виде их детей, братьев,
супруга или супруги, тоже находящихся у них в подчинении
и в то же время являющихся вождями различных подчиненных
деревень.
Кула осуществляется в благородной манере, внешне чисто
бескорыстно и скромно '^. Ее строго отличают от простого
экономического обмена полезными товарами, именуемого
гимвали '"'. Последний реально практикуется в дополнение к
куле на больших первобытных ярмарках, каковыми являются
собрания межплеменной кулы, или на маленьких рынках
внутриплеменной кулы: он отличается очень упорным торрежья
Британской Колумбии. У последних обнару/кииаются все черты
межплеменного потлача. Попадаются даже настоящие международные
потлачи, например встреча хайда с тлинкитами (Ситка фактически был
общим городом, а река Насс-местом постоянных встреч); встречи квакиютлей
с беллаку.па и с хейлтсук: хайда с цимшианами и т. д. Все это,
впрочем,- в природе вещей: формы обмена обычно распространяются и интерн
ационализируются; несомненно, что здесь, как и в других местах, они
одновременно использовали и прокладывали торговые пути между этими
одинаково богатыми и одинаково искусными в мореплавании племенами.
"' Малиновский любит выражение "kula ring".
"ш Там же. "положение обязывает".
'"" Там же. Пример выражения скромности: "Возьми остаток моей
сегодняшней пищи, я отдаю ее", в то время как дают драгоценное ожерелье.
'" Там же. В чисто дидактической манере, с целью быть понятым
европейцами, Малиновский (с. 187) помещает кулу среди церемониальных
обменов с платежом (возмещением); слово "платеж", как и слово "обмен",
в равной мере является европейским.
гом сторон, т. е. поведением, недостойным в куле. Об индивиде,
не ведущем кулу с необходимым благородством, говорят,
что он ее "ведет, как гимвали". Внешне, во всяком случ
ае, кула, ка:к и потлач в северо-западной Америке*, состоит
в том, чтобы одн.и давало, а другие получалш ^ причем получ
атели в следующий раз становятся дарителями. В наиболее
развернутой, торжественной, возвышенной 'конкурентной
форме'" кулы, происходящей во время больших морских
экспедиций, увалаку, правило предписывает уезжать, не беря
с собой ничего для обмена, даже для вручения в обмен
на пищу, которую отказываются просить. Полагается только
получать. Когда же год спустя гостившее племя будет приним
ать 1ФЛОТИЛИЮ из племени хозяев, .подарки будут возмещены
с избытком.
Однако и в куле меньшего масштаба морское путешествие
ислользуется для обмена грузами; сама знать занимается
коммерцией, так как .по этому поводу существует обширн
ая туземная теория. Многих вещей домогаются '^, их выпр
ашивают, обменивают, устанавливаются всякого рода связи
помимо кулы, но последняя по-шрежнему остается целью,
решающим моментом в этих связях.
Само дарение выступает в очень торжественных формах,
к полученной вещи выражают пренебрежение, ее опасаются,
ее берут лишь через минуту после того, как она брошена к
ногам. Даритель принимает преувеличенно скромный вид'^;
торжественно и под звуки раковины поднося свой подарок,
он извиняется за то, что дает лишь то, что у него осталось,
II бросает к ногам со.перника и партнера даримую вещь '^.
Однако звуки раковины и глашатай возвещают всем торжественность
передачи. Всем этим стремятся показать щедрость,
свободу, независимость и благородство '". И тем не
менее, в сущности, действуют механизмы долга, 'и даже долг
а вещевого.
Основным объектом этих обменов-даров являются ваигу'а,
'^См.: Primitive Economics of the Trobriand Islanders.-Economic
Journal, mars, 1921.
'^ Обряд танарере, выставка продуктов экспедиции на берегу Мува
(с. 374-375, 391). Ср. увалаку у добу-с. 381 (20-21 апреля). Определяют
наилучшего, т. е. того, кто оказался самым удачливым, наилучшим
коммерсантом.
'" Ритуал вавоила, с. 353-354; магия вавоила, с. 360-363.
'^ См. ранее, с. 116, примеч. 120.
"* См. в книге Малиновского фронтиспис и фотографии; см. также
ниже, с. 195 и далее.
'" В виде исключения позволим себе сравнить эти моральные нормы
с прекрасными разделами "Никомаховой этики" * о иг^Ло-.^-.еча и
sXeuesp'a. [Великолепие и Щедрость]*.
118 Очерк о даре
нечто вроде денег '^. Они бывают двух видов: мвали, кра'^
Одно принципиальное замечание об употреблении понятия денег.
Несмотря на возражения Малиновского (Primitive Currency.- Economic
Journal, 1923), мы настаиваем на использовании этого термина. Малиновский
заранее выступил против его ложного употребления (Argonauts,
с. 499, примеч. 2) и критикует терминологию Селигмана. Он применяет
понятие денег к объектам, служащим не только средством обмена, но еще
и эталоном для измерения стоимости. Симиан высказал мне такие же
возражения по поводу использования понятия стоимости в обществах подобного
рода. Оба названных ученых, конечно, правы со своей точки зрения;
они понимают слова "деньги" и "стоимость" в узком смысле. В таком
понимании экономическая стоимость возникала только тогда, когда были
деньги, а деньги существовали только в тех случаях, когда драгоценные
вещи, сами накопленные богатства и знаки богатств действительно превратились
в деньги, т. е. были отчеканены, обезличены, оторваны от всякой
связи с любым юридическим лицом, коллективным или индивидуальным,
кроме государственной власти, которая их печатает. Но вопрос, поставленный
таким образом, сводится лишь к произвольным границам, которые
могут быть поставлены употреблению слова. На мой взгляд, таким образом
определяют только второй тип денег - наш.
Во всех обществах, предшествующих тем, в которых стали превращ
ать в деньги золото, бронзу и серебро, существовали другие вещи: камни,
раковины и драгоценные металлы, в особенности те, которые служили
средством обмена и платежа. Во многих обществах, окружающих пас
до сих пор, фактически функционирует та же самая система, и именно ее
мы и описываем.
Да, эти драгоценные предметы отличаются от того, что мы привыкли
воспринимать как орудие освобождения. Вначале, помимо своей экономической
сущности, своей стоимости, они обладают преимущественно магической
сущностью и выступают главным образом как талисманы: tife-givers
(дающие жизнь], как говорил Риверс и как говорят Перри и Джексон.
Более того, они весьма широко циркулируют внутри общества и даже
между обществами. Но они еще привязаны к лицам или кланам (первые
римские монеты чеканили gentes), к индивидуальности их прежних собственников
и к прошлым договорам между юридическими лицами. Их
стоимость еще субъективна и личностна. Например, монеты из нанизанных
раковин в Меланезии еще измеряются пядью дарителя (Rivers. History
of the Melanesian Society, т. 2, с. 527; т. 1, с. 64, 71, 101, 160 и ел.).
Ср. выражение Schulterfaden {плечевая сажень] (Thurnwald. Forschuiigen.
etc., т. 3, с. 41 и ел.; i, с. 189, стих 15); Huftschnur [нем. "пояс"] т. 1,
с. 263, 1.6. Мы увидим и другие важные примеры этих институтов. Верно
также, что эти стоимости неустойчивы и лишены свойств, необходимых
для эталона, меры. Например, их цена растет и снижается вместе с числом
и величиной передач, в которых они были использованы. Малиновский
проводит очень красивое сравнение eauey'a островов Тробриан, обретающих
престиж в процессе путешествий, с жемчужинами в короне. Подобно
этому стоимость медных пластин, украшенных гербами, на северо-западе
Америки и циновок на Самоа растет с каждым потлачем, с каждым
обменом.
Но, с другой стороны, с обеих точек зрения эти драгоценные вещи
выполняют те же функции, что деньги в наших обществах, и, следовательно,
могут удостоиться включения в ту же категорию, по крайней
мере. Они обладают покупательной способностью, и эта способность исчисляется.
За такую-то американскую "медь" причитается плата в столько-то
одеял, такому-то eauey'a соответствует столько-то корзин ямса. Идея
сивые браслеты, сделанные из полированных раковин и надев
аемые по поводу важных событий их владельцами или
родственниками последних; сулава, ожерелья, изготовленные
искусными токарями Синакеты из красивых, туго завитых
красных раковин, отливающих перламутром. Их надевают в
торжественных случаях женщины '^, в виде исключения -
мужчины, например чтобы отогнать беду ^ш. Но обычно и
ожерелья и браслеты накапливают как сокровища. Их держ
ат, чтобы наслаждаться их обладанием. Изготовление укр
ашений, добыча и ювелирная обработка раковин, торговля
числа там присутствует даже тогда, когда это число устанавливается
иначе, чем авторитетом государства, и варьирует в ряде кул и потлачей.
Более того. эта покупательная способность по-настоящему освобождает
от обязательств. Даже если она признана только между определенными
индивидами, кланами и племенами и только между союзниками, она носит
не менее публичный, официальный, фиксированный характер. Брудо, друг
Малиновского, как и он долго живший на островах Тробриан. платил
ловцам жемчуга ваигу'а, так же как и европейскими деньгами или товар
ами по твердому курсу. Переход от одной системы к другой осуществлялся
легко, стало быть. был возможен. Армстронг по поводу денег острова
Россел. расположенного по соседству с Тробрианскими островами, дает
очень четкие указания и настаивает на той же ошибке (если есть ошибк
а), что и мы (см. Armstrong. A unique monetary system.-Economic
Journal, 1924).
На наш взгляд, человечество долго действовало на ощупь. Вначале.
на первой фазе, оно обнаружило, что некоторые вещи, почти все магические
и драгоценные, не разрушались в результате использования, и наделило
их покупательной способностью (см.: Mauss. Origines de la notion
de Moniiaie. Anthropologie, 1914.-Proc. verb. de L'I.F.A.). (В то время
мы обнаружили древность происхождения денег.) Далее, на второй фазе,
после того как удалось заставить циркулировать эти вещи в племени
и за его пределами, человечество обнаружило, что эти инструменты покупки
могут служить средством исчисления и циркуляции богатств. Это
стадия, которую мы сейчас описываем. И только начиная с этой стадии,
п семитских обществах в достаточно древнюю эпоху, а в других местах,
вероятно, в не очень отдаленные времена, изобрели третью фазу-средство
оторвать эти драгоценные вещи от групп и людей, сделать их постоянным
инструментом измерения стоимости, прямо-таки всеобщей, хотя
и не рациональной мерой - в ожидании лучшей. Стало быть, на наш
взгляд, существовала форма денег, которая предшествовала нашим форм
ам, не считая тех, которые относятся к предметам обихода (например,
медные и железные пластинки, слитки и т. д. в Африке и в Азии), и не счит
ая скот в европейском древнем обществе и в современных обществах
Африки (по поводу скота см. далее, с. 173, примеч. 366).
Приносим извинения за то, что были вынуждены затронуть столь
обширный вопрос. Но он слишком тесно связан с нашим предметом, поэтому
необходимо было его прояснить.
'^ См. фото XIX у Малиновского. По-видимому, женщина на Тробри-
анских островах, как и "принцессы" на северо-западе Америки и некоторые
другие лица, служит своего рода средством экспонирования предметов
роскоши, не говоря уже о том, что их "зачаровывают" таким образом.
Ср. Thurnwald. Forsch. Salomo Insein. t. I, c. 138, 192, стих 7.
^ См, ниже.
120 Очерк о даре
этими двумя объектами обмена м престижа, вместе с другими,
более светскими и заурядными видами тортовли, являются
источником богатств тробрианцев.
Согласно Малиновскому, эти ваигу'а охвачены 'чем-то
вроде щиркулярного движения: мвали, браслеты, постояяно
передаются с залада 'на восток, а сулава всегда путешествуют
с востока на запад '^.
Эти два противоположно направленные движения соверш
аются между всеми островами Тробриан, Д'Антркасто, Амфлетт
и отдельными островами Вудлар!К, Маршалл Беннетт,
Тюбе-тюбе и, наконец, крайним юго-востоком побережья Новой
Гвинеи, откуда идут грубо обработанные браслеты. Там
эта торговля встречается с большими экспедициями того же
рода, идущими от Новой Гвинеи (южная часть островов
Масоим) '^, 'которые описывает Селигмая.
В !Принци.пе циркуляция этих знаков богатства беспрерывн
а и 'неотвратима. Их нельзя ни хранить слишком долго, ни
медлить или скупиться '" при избавлении от них, нельзя преподносить
их никому иному, кроме как определенным партнер
ам в определенном направлении: ".браслетное нашравление"-"ожерельное
направление"'^. Должно и можно хранить
их от одной кулы к другой, и вся община гордится
ваигу'а, 'которые получил 'кто-нибудь из ее вождей. Бывают
даже такие случаи, "ак подготовка погребальных торжеств,
больших сои, во время которой дозволено все время получ
ать и ничего не возвращать '^. Но это только для того, 'чтобы
устроитель все вернул, все израсходовал во цремя самого
торжества. Стало быть, полученный подарок становится
собственностью. Но это собственность особого рода. Можно
сказать, 'что она причастна к разнообразным правовым
принципам, которые мы, люди нового времени, тщательно
отделили друг от друга. Это собственность и владение, залог
и аренда, вещь продаваемая и покупаемая и а то же время
сданная на хранение, подлежащая передаче и фидеико"'
См. карту, с. 82. Ср. Kula.-Man. 1920, с. 101. Малиновский не обн
аружил, по его словам, мифических оснований или иного смысла этой
циркуляции. Было бы очень важно их установить, так как, если основание
- в какой-то пространственной ориентации этих объектов, стремящихся
вернуться к месту своего происхождения и следующих путем мифического
происхождения, тогда этот факт великолепно совпадал бы с полинезийским
фактом, маорийским хау.
'" Об этой цивилизации и торговле см.: Seligmann. The Melanesians
of British New-Guinea, гл. XXXIII и ел. Ср. Annee sociologique, t. 12,
с. 374; Argonauts, с. 96.
'^ Люди добу "скупы в куле*.- Arg., с. 94.
'^ Там же.
"" С. 502, с. 492.
миссу*, так как она дается вам лишь при условии ее использов
ания для другого или для передачи ее третьему, "отдаленному
партнеру", мури-мури '^. Таков экономический, юридический
и моральный комплекс, подлинный тип, который Малиновский
сумел открыть, определить, наблюдать и описать.
Этот институт имеет также свою мифологическую, религиозную
и магическую сторону. Ваигу'а-это 'не просто индифферентные
предметы, не .просто монеты. Все они, по край-
ней мере наиболее дорогие и желанные (и другие объекты
обладают таким же престижем) '", имеют имя ^, личность,
историю; с ним.ч случаются даже любовные приключения. Дело
доходит до того, что некоторые индивиды даже за,имс"пвуют
их имена. Нельзя сказать, чтобы в действительности они были
объектом некоего культа, так как тробрианцы - позитивисты
в своем роде. Но нельзя не признать важность и священность
природы этих предметов. Обладание ими "само по себе веселит,
ободряет, утешает" '^. Собственники ощупывают их и
смотрят на них часами. Простой контакт способен передать их
свойства '"ш. Ваигу'а кладут на лоб, на грудь умирающего,
ими трут его живот, их заставляют плясать 'перед его носом.
Они составляют его последнюю поддержку.
Но более того. Сам договор ощущается в этой' природе
ваигу'а. Не только браслеты и ожерелья, но даже любое имущество,
украшения, оружие - все, что принадлежит партнеру,
настолько оживлено чувством, если не собственной душой.
что O.IPU сам.и .принимают участие в договоре"". Прекр
асная формула заклинания, формула "завораживания двустворч
атой раковиной" '^, будучи произнесенной, служит то"^
"Remote partner" (мури-мури: ср. Seligmann. Melanesians, с. 505,
752) известен, по крайней мере, части из серии "партнеров", как наши
банковские корреспонденты.
'" См. обоснованные и имеющие общее значение наблюдения об объект
ах церемонии (с. 89,90).
'^ С. 504, имена пар; с. 89, с. 271. См. миф на с. 323; как понимают
речь сцлавы.
^ С. 512.
'" С. 513.
^ С. 340, комментарий; с. 341.
'^ Об употреблении двустворчатой раковины см. с. 340, 387, 471.
Ср. фото LXI. Двустворчатая раковина-это инструмент, п который гудят
при каждой передаче, в каждый торжественный момент совместной трапезы
и т.д. О распространении и в какой-то мере об истории использования
двустворчатой раковины см.: lackson. Pearls and Shells (Univ. Manchester
Series, 1921). Использование труб, барабанов во время праздников и договоров
встречается i) очень многих негритянских (гвинейских и банту),
азиатских, американских, индоевропейских и других обществах. Оно смык
ается с исследуемой нами здесь правовой и экономической темой и заслужив
ает самостоятельного, в частности исторического, исследования.
122 Очерк о даре
му, чтобы приворожить, привлечь '^ к "кандидату в партнеры"
вещи, которые ему надлежит просить и получать:
(Возбуждение'^ овладевает моим партнером'^),
Возбуждение овладевает его собакой,
Возбуждение овладевает его поясом...
И так далее: его гварой (табу на кокосовые орехи и бетель)
^ ... его ожерельем багидо'у... его ожерельем багирику
...его ожерельем багидуду '^" и т. д.
^ С. 340: Мванита, мванита. Ср. текст на киривина двух первых стихов
(2-го и 3-го, по нашему мнению), с. 448. Это слово обозначает длинных
червей, покрытых черными кольцами, с которыми отождествляются
ожерелья из перламутровых раковин (с. 341). Следует напоминание-призыв:
"Приходите туда вместе. Я заставлю нас прийти туда вместе. Приходите
сюда вместе. Я заставлю вас прийти сюда вместе. Радуга появляется
там. Я заставлю радугу там появиться. Радуга появляется здесь.
Я заставлю радугу здесь появиться". Малино
...Закладка в соц.сетях
