Жанр: Электронное издание
Армяне. История и этнокультурные традиции.
...ребенка среди работников неквалифицированного
физического труда в старшей возрастной группе 34,1% респондентов,
в младшей - 27,6%, а среди представителей умственного труда - соответственно
26,6 и 9,4% "6.
Косвенным свидетельством того, что браки у армян все чаще заключались
по любви, может служить увеличение доли браков ровесников или
с небольшой возрастной разницей между мужем и женой и, напротив,
уменьшение доли браков, в которых возрастная разница между супругами
была 6-10 лет и более (данные 70-80-х годов). Так, процент браков мужчин
в возрасте 20-24 лет и женщин в возрасте до 24 лет равнялся в 1970 г.
в городе 30, в селе 33,1; в 1974 г. - соответственно 40,8 и 49,5; в 1979 г. -
45,3 и 59,8; в 1983 г. - 44,1 и 60,7. Процент браков мужчин в возрасте 25163
29 лет с женщинами до 20 лет и браков мужчин в возрасте 30-34 лет
с женщинами до 24 лет равнялся в 1970 г. в городе 21,7, в селе 24,1;
JU^Lr. - соответственно 12,4 и 13,2; 81979^.-10,3 и 9-, в 1983 г. -10
и 9,6'^. Та же тенденция в изменении возрастной разницы между супругами
отмечалась в 60-80-е годы и у карабахских армян ^.
В прошлом у армян, как и у других народов Кавказа, был широко раслростр
анен сговор между родителями относительно обручения младенцев
или малолетних детей, а иногда даже еще неродившихся детей. Особенно
частым было так называемое люлечное обручение - оророци ншанадрутюн,
оророци хаз. В знак свершения уговора отец мальчика делал на люльке девочки
отметку, а иногда перекладину люльки трижды перевязывали хлопчатобум
ажными нитками, вешали на люльку кусочек серебра или золота, серебряную
монету. Такая форма обручения была вызвана главным образом
желанием обеих сторон путем будущего брака детей установить тесные
родственные отношения. К сговору прибегали и в том случае, если дети
в семье умирали: полагали, что счастье ребенка из благополучной семьи
"перейдет" на обрученного и он останется жить '^.
Однако эта часто практиковавшаяся в народе и допускаемая обычным
правом традиция входила в противоречие с нормами армянского законод
ательства и церкви, которые запрещали обручение и брак малолетних.
"Никто не вправе венчать детей, пока они не достигнут возраста, когда осозн
ают собственные желания. Священника, дерзнувшего венчать, лишить священнического
сана и подвергнуть штрафу в пользу церкви в размере ста
драхм", - гласит одна из статей средневекового судебника Мхитара Гоша.
И далее: если молодые люди "обвенчаны в детском возрасте и по достижении
совершеннолетия не пожелают быть супругами, то пусть невольное для
них венчание не служит препятствием ко вступлению в брак с другими"^^.
В народе же считалось недопустимым, чтобы такой брак не состоялся.
С течением времени, однако, обычай "люлечного обручения" стал исчезать
и к концу прошлого столетия пропал из обихода армян.
В старину сговор о предстоящем браке был исключительно делом родителей
и желание юноши и девушки не имело никакого значения. Более
того, как пишет Е.Лалаян, считалось даже неприличным для молодых выр
ажать свои чувства по этому поводу. Родители юноши были заинтересованы
в том, чтобы взять в дом здоровую и хозяйственную невестку, а родителей
девушки заботил в основном выкуп, который должна была заплатить
сторона жениха за невесту, в связи с чем отец девушки старался подороже
"продать" свою дочь. Выбирая невесту, смотрели на ее мать, а жениха - на
его отца'^'. Такой характер сговора отмечали многие бытописатели прошлого.
"Нравится или нет ему (жениху. - А.Т.-С.) невеста, - писал один
из них, - это не принимается во внимание: его дело - вполне повиноваться
родителям"^. Были нередки случаи, когда жених и невеста впервые видели
друг друга только во время венчания, а иногда только в брачную ночь.
Бывало, что родители обручали сына с выбранной ими девушкой в его
164
отсутствие; тогда, как, например, в Арцахе, (по свидетельству Е.Лалаяна)
они брали его шапку и совершали обряд обручения. В начале века юноша
из Гохтна, находясь на чужбине, мог получить "известие из дому, что родители
уже обручили его", и это не было редкостью'^.
Обычай заключения брака по воле родителей без учета желания детей
сохранялся у армян долго, почти до начала XX в., несмотря на то, что армянск
ая церковь считала необходимым согласие молодых. В то же время в
литературе прошлого встречаются сообщения и о браках по любви. Так,
А. Гакстгаузен, описывая нравы XIX В., отмечал, что в Армении девушкам
"не воспрещается общение с молодыми людьми. Они без покрывала и с обнаженною
головою могут идти куда хотят; молодые люди открыто ухаживают
за ними, и очень часто браки основываются на взаимной привязанности".
В.Н. Акимов писал об ахалцихских армянах XIX в., что браки у них "заключ
аются с обоюдного согласия жениха и невесты. При незамкнутой жизни
ахалцихских армянок свободный выбор вполне возможен. Браки по принуждению
родителей жениха или невесты почти не встречаются"^. Однако такие
примеры были скорее исключением, а в целом в XIX - начале XX в. браки
заключались по желанию родителей.
Брак считался нерушимым, особенно в крестьянской среде, разводы были
чрезвычайной редкостью. Но в ряде случаев развод разрешался: если,
например, степень родства супругов была ближе дозволенной обычным
правом; если супруги (либо один из них) были обвенчаны насильно; в случ
ае неверности одного из супругов. Вполне обоснованным поводом к разводу
в глазах общества было бесплодие жены, поскольку именно рождение
детей, т.е. продолжение рода, считалось предназначением женщины в доме
мужа. Однако в этих случаях не всегда прибегали к разводу, поскольку
обычное право разрешайте мужчине сожительствовать с другой женщиной,
причем, как правило, с согласия бездетной жены. За многие годы полевой
практики я трижды встречала подобные семьи (данные 70-х годов). Если же
причиной отсутствия потомства был мужчина, обычное право проявляло
снисходительность к его жене, которая, как образно говорили армяне,
"меняла подушку" (бардз похел), т.е., не разводясь с мужем, сожительствов
ала, обычно с ведома матери мужа, с другим мужчиной, чтобы иметь детей^.
Свадебный цикл у армян при браке по сговору состоял из предварительного
этапа (сватовство, сговор, обручение), собственно свадьбы (обряд бракосочет
ания и переезд новобрачной в дом мужа) и обрядов послесвадебного
цикла. Эта традиция сохранилась до наших дней, хотя и претерпела некоторые
изменения.
По армянскому обычаю невесту обычно выбирали родители юноши,
причем инициатива принадлежала матери. Остановив свой выбор на той
или иной девушке, она предварительно совещалась с мужем и со своими
родственниками, прежде всего с родным братом, что указывает, как уже говорилось,
на значительную роль дяди со стороны матери (керри) в семей-
ных делах. Затем они старались собрать интересующие их сведения о предпол
агаемой невесте и ее семье. Основное внимание обращали на скромность,
трудолюбие и хорошее здоровье будущей невестки. При этом внешности
не придавалось особого значения, о чем свидетельствует и известная
поговорка: "Пусть будет некрасивой, лишь бы хорошей женой была"^. В то
же время внимательно присматривались к характеру родителей девушки,
особенно матери; недаром говорилось: "Беря в жены дочь, посмотри на ее
мать".
В наше время, подыскав юноше невесту, родители или близкие родственники
стараются, чтобы он смог под каким-нибудь предлогом заранее
увидеть девушку. Сейчас при вступлении в брак решающую роль играет
согласие молодых, а не родительское слово, как это было раньше, хотя
к совету родителей прислушиваются по-прежнему.
Среди оценочных критериев современной невесты в 70-80-е годы, помимо
традиционных, заметное место занимал уровень ее образования. Невестк
а "с дипломом" - предмет гордости современной семьи. Высокий
уровень образования и хорошая специальность еще более престижны для
жениха.
Наряду с традиционным вариантом первого этапа свадебного цикла существует
и новый, получивший распространение в основном с начала 60-х
годов. Его главными действующими лицами являются будущие супруги:
они сами знакомятся и сами же принимают решение о вступлении в брак,
правда, предварительно ставя об этом в известность своих родителей, в первую
очередь мать. Этот вариант наиболее распространен у армян, живущих
вне Армении, например в Абхазии. В тех редких случаях, когда юноша и
девушка любят друг друга, а родители не дают согласия на брак, мотивируя
отказ тем, что дочь еще слишком молода (16-18 лет) и должна учиться,
молодые прибегают к старинной форме брака уводом, т.е., попросту говоря,
убегают.
Выбрав невесту, родители юноши обращались к одной из своих родственниц,
знавшей также и семью девушки, с просьбой быть посредницей
(миджнорд кин) в переговорах с матерью их избранницы и уговорить ее получить
согласие отца на замужество дочери. Чтобы обеспечить успех переговоров,
родители юноши во время визита посредницы в дом девушки веш
али на столб своего дома расческу или шереп - большую разливательную
ложку '^. Узнав о намерении жениха, мать девушки, как и мать юноши,
в первую очередь советовалась со своим родным братом. Обычай посылать
до официальных сватов в дом родителей девушки посредницу, чтобы та
окольным путем по возможности больше узнала об их намерениях, сохраняется
иногда и поныне в сельской среде.
Через несколько дней происходило основное сватовство. В дом родителей
девушки отправлялись сваты (патвирак, букв. "делегат") '^ из числа
близких родственников-мужчин по отцовской линии, с которыми шла посредниц
а, а иногда и мать жениха. О приходе сватов родителей девушки,
как правило, оповещали заранее. После обычных приветствий сваты в иноск
азательной форме сообщали о цели своего прихода: "Мы пришли взять из
вашего очага горсть золы, чтобы смешать ее с золой нашего очага; пришли,
чтобы от вашего светильника зажечь наш светильник; пришли, чтобы ваш
камень заложить в нашу стену".
Даже если родители девушки были согласны выдать дочь замуж, этикет
не позволял им принять предложение сразу. Обычно они отвечали, что им
надо подумать, посоветоваться с родственниками, тем самым стараясь повысить
"цену" невесты. Поэтому сваты приходили во второй, а иногда и
в третий раз. Только после того как отец девушки объявлял о своем согласии,
которое также нередко выражалось в иносказательной форме (например,
говорилось так: "Не будем спорить, платок наброшу на вашу руку или
платок пусть будет ваш" и т.д.), накрывали стол и выпивали по стакану
принесенной сватами водки. Ранее сватов не полагалось угощать, поскольку
считалось, что "если свату хлеба дать, нужно и дочь отдать"^.
Сейчас в роли сватов в большинстве районов по-прежнему выступают
родственники жениха - мужчины (брат отца, муж сестры отца или муж сестры
самого жениха). Но теперь в дом девушки нередко идут отец и мать
юноши, а иногда с ними приходит и сам жених. Если сваты надеются на
положительный ответ, то берут с собой водку или коньяк и сладости. Если
же уверенности в получении согласия на брак нет, то они идут без "угощения".
Придя в дом родителей девушки, сваты начинают разговор о, казалось
бы, не относящихся к цели их прихода посторонних вещах: местных
новостях, видах на урожай, здоровье и погоде. И только после этого приступ
ают к главному. О цели визита, как того требует традиция, говорят
иносказательно, например: "Мы пришли, чтобы из вашего дома сорвать один
цветок; пришли, чтобы из вашего дома взять горсть земли" и т.п. Родители
девушки и сегодня, согласно традиции, считают неприличным соглашаться
на брак дочери с первого раза, и сватам приходится приходить вновь.
Прежде чем дать положительный ответ, отец девушки обязательно заручается
согласием своего брата, сыновей и жены. А затем (что особенно важно -
в присутствии всех) спрашивает дочь о ее согласии. Если в прежние времен
а такой публичный опрос носил формальный характер, так как дочь вряд
ли осмелилась бы перечить воле отца, то сейчас с ее мнением считаются,
и если девушка против брака, свадьба отменяется^.
Момент, когда родители девушки давали положительный ответ, считался
официальным сговором. В разных районах Армении его называли по-разному,
например: хоск арнел, хоск кап (букв. "взять слово", "скрепить слово"),
арах хмел ("выпить водки"), Нац ктрел ("преломить хлеб")^. Сговор
скрепляли подарком, обычно это были шаль, кольцо или другое украшение
для невесты; этот обряд так и назывался - 6eh тал (букв. "дать задаток").
В прошлом это был один из важнейших актов при заключении договора
о браке. Обычай преподносить невесте в качестве залога какой-нибудь ценный
подарок, главным образом золотое кольцо, сохраняется и в наше
время. После сговора родители жениха приглашают родителей невесты
к себе.
В старину обязательно устраивали смотрины невесты - Ьарснтэс, ахчиктэс,
ересацтэс (букв. "виденье невесты, девушки, лица"). Обычно они проходили
во время одного из посещений сватов либо через месяц после сватовств
а. Во время смотрин знакомились с физическими достоинствами и
способностями девушки, и иногда это выглядело несколько прямолинейно.
В некоторых районах проверяли и физическую силу жениха вовремя обряд
а так называемой рубки женихова пня - песакотук джардел^.
Наиболее важным обрядом предварительного этапа свадебного цикла, не
потерявшим своего значения и теперь, было обручение, или помолвка, -
ншандрек, ншанадрутюн (букв. "поставить метку, знак"). О его дне, числе
участников с обеих сторон, о посылаемой из дома жениха в дом невесты
доле угощения договаривались во время специального визита отца юноши
к родителям девушки. Сейчас день обручения чаще всего согласовывается
уже во время сговора.
Раньше утром в день обручения отец жениха, послав в дом невесты угощение
(мясо, напитки, сладости), приглашал к себе родственников, священник
а, кавора, а нередко и музыкантов. В доме жениха приглашенных
угощали. Собравшиеся желали благополучного свершения предстоящего
обручения. Затем сторона жениха, взяв с собой ншан - обручальный подарок
невесте (обычно какое-нибудь украшение - кольцо, серьги, браслет,
в основном из серебра) и несколько больших деревянных или медных подносов
со сладостями, сухофруктами, головкой сахара, вином и водкой, в сопровождении
музыкантов направлялась к дому невесты, где и совершался
обряд обручения.
Он начинался праздничной трапезой, во время которой провозглашались
поздравительные тосты с пожеланием счастья и долгой совместной жизни
молодым. Священник освящал принесенные стороной жениха сладости,
фрукты и обручальный подарок, после чего совершался основной акт обручения
- передача ншана невесте. Обычно это делал жених, но если он
в обручении не участвовал, ншан невесте вручал священник или отец жених
а. Если же и невеста не присутствовала на обручении,, то ншан передавали
ее матери.
По свидетельству С.ДЛисициана, в старину у армян "ни невеста, ни жених
не присутствовали на помолвке". Только иногда, например в СюникеЗ
ангезуре, в конце церемонии невесту приглашали в комнату, где происходило
обручение. Войдя с закрытым лицом, она по очереди обходила всех
присутствующих и каждому целовала руку, а ее одаривали мелкими монетк
ами^. По сообщению Е.Лалаяна, в конце XIX - начале XX в. в Вайоцдзоре,
например, невеста и жених не присутствовали на обручении; в Гандз
аке и Борчалу, напротив, священник совершал акт обручения в присутствии
молодых и жених сам надевал ншан невесте; в Джавахке жених на
обручении обычно не присутствовал и к гостям выводили только невесту ^.
В Арцахе жених сам надевал кольцо на палец невесте. Если он отсутствов
ал, то его символически заменяла его шапка, а обручальное кольцо невесте
надевала ее мать. Иногда обручение совершали и без священника. "В нашем
деле честное слово дороже всякого присутствия чужих", - говорили родители
молодых в Сюнике-Зангезуре^.
В Армении были приняты и другие способы сговора и обручения, происходившие
обычно во время народных праздников, чаще всего летнего
праздника Вардавар. Этот вид обручения так и назывался - вардавари
ншандрутюн: юноша, обычно через своих товарищей, посылал понравившейся
ему девушке яблоко, в которое она, в знак согласия, втыкала, (как,
например, в Вайоц-дзоре) зернышко сушеной гвоздики и возвращала юноше.
В других районах расселения армян, например в Гандзаке.в праздник
Вардавар мать юноши, заранее получив согласие родителей избранной девушки,
во время танцев набрасывала ей на голову красный платок и вручал
а яблоко с воткнутыми в него кольцом или серебряной монетой, а в карм
ан насыпала немного сушеных фруктов. В Арцахе и Сюнике бывало, что
во время утренней службы в Вербное воскресенье какая-нибудь родственниц
а юноши давала избранной девушке зажженную свечу, к которой было
привязано кольцо, и одновременно набрасывала ей на голову красный платок.
С этого момента девушка считалась обрученной ^. По народным предст
авлениям обручение считалось в свадебном цикле одним из важнейших
обрядов и по значению было равносильно самой свадьбе. Нарушить обручение
считалось позором для обоих семейств.
От обручения до свадьбы устанавливались самые различные сроки - от
5-6 месяцев до нескольких лет, что бывало связано со слишком ранним
возрастом жениха или невесты (выше я упоминала об этой традиции). Но
обычно этот срок равнялся одному-двум годам, и в это время жених и невест
а не имели права встречаться на людях, хотя тайные свидания допускались,
и мать невесты, и ее сестры, и тетки по материнской линии были
осведомлены об этом. В тайну не были посвящены только отец, братья и
родственники невесты со стороны отца^. Во время таких встреч мать невесты
непременно готовила для будущего зятя яичницу, которая имела некое
магическое значение. Отголоски этого старинного обычая были услыш
аны мною в 1988 г. у армян в нескольких селах Ахалкалакского района
Грузии. Здесь жених и невеста после обручения не только свободно встреч
ались, но и могли быть близки, так что свадьба иногда справлялась, когда
невеста уже ждала ребенка. Для сельских армян большинства районов
Армении это недопустимо'^.
После обручения оба семейства становились свойственниками - хнами и
старались во всем помогать друг другу, особенно в хозяйственных работах.
Между ними начинался традиционный обмен подарками - архаический
обычай, хронологически относящийся, по мнению Ю.И.Семенова, к периоду
возникновения парного брака и характерный для большинства доклассовых
обществ^. Так, по большим праздникам из дома жениха в дом невес169
ты, например в Сюнике, посылали в подарок хонча со сладостями, вином,
водкой, фруктами, причем обязательно среди фруктов должны были быть
яблоко или гранат, символизирующие плодородие. На Пасху в дом невесты
посылали крашеные яйца, сдобный хлеб, а также ягненка, которого закалыв
али у порога дома обрученной девушки в качестве пасхальной жертвы -
ахар. В Гандзаке в первые дни Великого поста из дома жениха посылали
в дом невесты готу (обычно семь штук), приготовленную на постном масле,
лоби, вареную картошку, вино. В дом жениха на Пасху сторона невесты, в
свою очередь, посылала крашеные яйца, фрукты и вино, а во время праздник
а Вардавар - гату, жареную курицу, молочную кашу, две порции яичницы
(одну - для жениха), а также собранные невестой в этот день цветы^.
Теперь армяне также считают обручение значительным актом свадебного
цикла, хотя кое-где наблюдается тенденция к объединению этого обряда
либо со сговором (например, в ряде сел Арагацотна), либо со свадебным
пиром, как в селах Джавахка.
В назначенный для обручения день в доме жениха собираются близкие
родственники. Каждый из них приносит подарок невесте, главным образом
украшение, но теперь уже не из серебра, а из золота. Центральной фигурой
среди приглашенных по-прежнему бывает кавор. К этому дню отец жениха
должен зарезать барана или теленка и приготовить разнообразные напитки.
Однако начиная с 60-х годов продукты в дом невесты, как правило, не посыл
ают: теперь сторона невесты считает "неприличным" принимать их, поскольку
сама в состоянии подготовить и накрыть богатый праздничный
стол.
После небольшого застолья в доме жениха, где поднимают бокал за
благополучное достижение намеченной цели, жених вместе с отцом, кавором
и его женой, а также близкими родственниками в сопровождении музык
антов и молодежи (как правило, набирается 20-25 человек) отправляется
в дом невесты. Теперь обычно с ним идет и его мать, что раньше не
делалось. Процессия несет, подняв над головой, подносы с подарками,
сладостями, фруктами и напитками; если невеста живет в этом же селе,
идут пешком, с танцами и музыкой, если она из другого села - к ней едут
на машинах.
В доме невесты к приходу гостей готовятся заранее: накрывают стол,
приглашают близких родственников. Невеста удаляется в отдельную комнату.
Примерно через час после прибытия стороны жениха жена кавора выводит
невесту и сажает ее за стол рядом с женихом, что раньше не делалось.
После тостов за здоровье жениха и невесты начинается ритуал преподнесения
ншана. Жених надевает невесте обручальное кольцо, будущая свекровь
- золотые часики, а кавор - золотую цепочку или золотое кольцо
с красивым камнем. Затем все пьют за "два цветка", т.е. за жениха и невесту.
В ответ жених благодарит и обещает сделать все, чтобы сбылись все
пожелания счастливой жизни. Невеста благодарит молча, слегка наклонив
голову, и передает свой бокал отцу.
Затем вносят подносы с подарками, которые так торжественно несли над
головой, и начинается одаривание невесты. Потом все танцуют: первой -
жена кавора, пригласившая к танцу жениха и невесту, после них вступают
и другие участники обряда. По окончании танцев вновь провозглашаются
тосты за счастье жениха и невесты, которые вскоре в сопровождении жены
кавора уходят в отдельную комнату. Это, вероятно, отголосок старого обыч
ая, согласно которому молодые не могли присутствовать на торжественных
застольях свадебного цикла. После ухода жениха и невесты веселье с песнями
и танцами длится еще пять-шесть часов, а иногда и всю ночь.
Обычно к концу застолья отец жениха и кавор при всех договариваются
с отцом невесты о дне свадьбы. В 60-80-е годы свадьба чаще всего назнач
алась через месяц после обручения. Согласовав день свадьбы, собравшиеся
провозглашают тост за благополучие этого дня, а затем расходятся по дом
ам. Если жених из соседнего села, то с согласия родственников невесты
он может остаться ночевать в ее доме, но не более того.
Через несколько дней после обручения жених вместе с одной из родственниц
навещает невесту по приглашению ее родных. Это посещение назыв
ается ншанацтэс (букв. "видение обрученной"). Гости приносят всевозможные
сладости и небольшие подарки для сестер невесты, ее мать готовит
курицу, жарит яичницу и угощает будущего зятя, а принесенные
им сладости раздает на следующее утро соседям. Обычно в течение двухтрех
дней жених ночует в доме невесты, а ее близкие родственники пригл
ашают будущих молодоженов в гости, угощают, преподносят небольшие
подарки.
За 15-20 дней до свадьбы отец жениха вместе с тремя-четырьмя близкими
родственниками идет к кавору, чтобы получить его согласие на организ
ацию свадьбы. Затем они отправляются в дом невесты, чтобы решить
с ее отцом все организационные вопросы, касающиеся свадьбы: уточняются
число и состав гостей, а также меню и т.д. Для гостей готовят специальные
пригласительные билеты, которые раздает молодежь. Этот обычай, в прошлом
характерный только для наиболее состоятельных городских армян,
с 60-х годов стал популярен и в селах. Принявший приглашение обязательно
должен прийти, а если не сможет быть на свадьбе, то пригласительный
билет не берет ^'.
Переговоры организационно-хозяйственного характера накануне свадьбы
были обязательны и в прошлом, но раньше их основной целью было
установление размера выкупа за невесту, поскольку, как уже отмечалось,
наиболее распространенной формой заключения брака у армян был брак
покупкой. В старину традиционные предсвадебные переговоры зачастую
принимали характер откровенного торга, что нашло отражение даже в их
названиях, например: тур ев ар (букв. "дай и возьми"), галан ктрел ("определить
выкуп"), Иге ктрел ("резать путь"), джанапар днелу ("установить дорогу"),
ктрвацк ("условие")^. Для ведения переговоров с обеих сторон выбир
али специальных посредников - хнамахос, векилнер.
Во время этих переговоров назначался день свадьбы, определялось число
гостей со стороны невесты, оговаривалось, сколько и какой ткани должна
купить сторона жениха для свадебного наряда невесты, кройка и шитье которого
обставлялись особым обрядом - шордзевек, шорктрел. Он совершался
в торжественной обстановке в доме невесты, на него специально пригл
ашали хорошую портниху, а также близких родственниц с обеих сторон.
В селениях Армении шордзевек бытовал еще в 60-е - начале 70-х годов.
Позднее, когда свадебное платье стали покупать в магазине, а иногда даже
брать напрокат, этот обряд постепенно исчез. В заключение переговоров
сторона жениха выясняла, какое именно приданое - ожит, бажинк,
джеНез отец невесты дает за дочерью.
Традиционное приданое армянской невесты составляли: постель, ковер,
хурджин, посуда, одежда, украшения, в основном серебряные, предметы
туалета, сундук и мафраш для хранения приданого. Подсчитывая общую
стоимость приданого армянской девушки в конце XIX в., Э.Т.Карапетян
называет сумму в 230-250 руб.'^, что фактически было равно выкупу, выпл
ачиваемому стороной жениха. Но если выкуп к нашему времени практически
исчез, то приданое, напротив, не только не исчезло, но и приобрело
еще большее значение, особенно начиная с 60-х годов, когда наметилась
явная тенденция к значительному увеличению его объема и стоимости.
В конце 80-х годов приданое, в которое по традиции входили и подарки
невесте на свадьбе, включало обычно два комплекта постели (два шерстяных
тюфяка и два одеяла
...Закладка в соц.сетях
