Жанр: Электронное издание
Армяне. История и этнокультурные традиции.
..., и в дни поминовения
усопших (мерелоц). Таким днем считался и Сурб Хач - день
Святого Креста, отмечаемый в воскресный день в середине сентября. В ряде
районов Армении, например в Тавуше, Сюнике, Арцахе, уже с 20-х годов
вошло в обычай поминать умерших не по церковному календарю, а на
следующий день после Нового года и 1 Мая.
В наше время армяне хоронят умерших, как правило, на третий день после
смерти, но не в понедельник. На покойника принято надевать хорошую
одежду, лучше всего - новую, но если приходится ее специально шить, то
полагается это делать на руках и так, чтобы не оставлять никаких узелков.
В ряде мест, например в Арцахе - с конца 50-х годов, в Вайоц-дзоре, Сюнике
- с начала 70-х, одежду покойного перестали раздавать, считая это
202
^ ''
.. -^.^
a - в виде стилизованного барана. Лори,
сел. Мецаван
б - в виде коня. Ширак, сел. Джаджур в - в виде хачкара. VII в. Сюник,
сел. Ангехакот
i- - в виде саркофагов. Арагацотн, сел. Ошакан
Рис. 68
Старинные надмогильные памятники
"неприличным", а связывают ее в большой узел (по-армянски бохча) и хоронят
вместе с ним. Незамужнюю принято хоронить в свадебном наряде.
Молодым покойникам на руки одевают часы и кольца.
После похорон родственники окружают близких покойного вниманием и
заботой. Ежедневно в течение недели, а иногда и дольше они приходят
к ним в дом на 2-3 часа, приносят еду, в том числе и горячую.
В современной похоронно-поминальной обрядности армян в той или
иной степени сохраняются некоторые архаические традиции, хотя первонач
альный магический смысл многих из них, несомненно, утрачен. Так, попрежнему
существует обычай сразу после смерти открывать настежь окна;
зажигать свечу на доске, если на ней обмывали покойного; семь, а иногда и
40 дней держать в доме зажженным свет; трижды поднимать и тяжело опуск
ать гроб; класть камень на то место, где стоял гроб; оборачивать гроб
с покойным по ходу солнца три, а иногда семь раз; сохраняются и обряды
оплакивания, "кормления" усопших, поминальное застолье, траур. И тем не
менее и в этой сфере произошли и продолжают происходить существенные
изменения.
Это прежде всего касается появившейся с конца 60-х годов и наблюдаемой
теперь практически повсеместно тенденции сокращения числа помин
альных дней за счет их объединения. Так, в одних районах, например
в Айрарате, стали объединять 7-й и 40-й дни, устраивая поминки только на
7-й день (на 40-й в этом случае собираются только самые близкие); в других
районах, например в Лори, Гехаркунике, Арцахе, напротив, стали отмеч
ать только 40-й день, а на 7-й здесь собираются только близкие; в селах
Ширака объединяют поминки 2-го после похорон и 7-го дней, отмечая поминки
только на экнаНог (а на 7-й день в дом покойного приходят самые
близкие), объясняя это тем, что родственники часто приезжают на похороны
издалека и ждать несколько дней очередных поминок бывает затруднительно.
Поминальные дни обычно объединяют в случае смерти стариков,
так как считается, что их смерть - естественное явление. Если же умер молодой
человек, то, как правило, соблюдается весь традиционный помин
альный цикл.
В поминальные дни сначала все собираются в доме покойного, где заранее
готовят столы с легкой закуской и напитками. В селах Ширака с конца
60-х годов принято подавать также и какао с молоком, а с конца 70-х -
черный кофе. В 80-е годы кофе с печеными сладостями начали подавать и
в других районах, например в Айрарате, Котайке. Затем, взяв с собой немного
еды (сыр, хлеб, мясо) и напитки (вино, водку), отправляются на кладбище,
где в память покойного немного закусывают и выпивают, а большую
часть еды оставляют по традиции на могиле как "долю" покойного. С конц
а 70-х годов в ряде районов, например в Лори, Вайоц-дзоре, Арцахе, сельские
жители перестали брать еду на кладбище, а в других - в Гехаркунике,
например, ее раздают собравшимся у могилы. Затем все возвращаются в дом
покойного и вновь садятся за стол.
В последние десятилетия наблюдаются изменения и в поминальном
угощении. Теперь к столу, накрытому для поминок, готовят разнообразную
и обильную еду: всевозможные закуски, салаты, толму, рыбу, кур, из напитков
употребляется только водка, причем покупная, а также минеральная
вода. Иными словами, современный поминальный стол мало отличается от
обильной праздничной трапезы. Однако в память о прошлом у карабахцев,
например, до недавнего времени бытовало проклятие: "Чтоб я съел твою
фасоль!" (имеется в виду поминальное блюдо). Собравшиеся на поминки
полтора-два часа вспоминают покойного добрыми словами, утешают его
родных. Поскольку многие приезжают на похороны издалека и народу собир
ается очень много, кое-где, например в Арцахе, Тавуше, с 70-х годов на
средства жителей (включая и бывших односельчан, уехавших в город) прямо
на кладбищах стали строить специальные помещения с навесами, иногд
а даже застекленными, со столами и скамейками, приобретать кухонную
и столовую посуду.
Стало модным приглашать на похороны оркестр, но не народных инструментов,
который, по словам сельских жителей, играет на свадьбах, а духовой,
в основном из города. В последнее время вошло в обычай приносить
на похороны живые цветы.
Как и в старину, самые близкие родственники покойного в знак траура
не бреются обычно 7, а иногда и 40 дней, не смотрят телевизор, не выходят
из дома, пожилые женщины носят черный платок. Еще в конце 60-х годов
было принято носить на груди фотографию покойного, позднее ее заменила
траурная повязка на рукаве.
Заметные перемены произошли в похоронно-поминальной обрядности
армян Абхазии. Так, с 60-х годов здесь увеличился от 3 до 5 и даже 7 дней
интервал от момента смерти до похорон; увеличилось и число поминок,
которые здесь, помимо прочих, устраивают в день похорон, но до погребения,
как это принято у здешних абхазов и грузин. Эти поминки весьма
многолюдны, на них собирается до тысячи и более человек, и, подчиняясь
местным порядкам, армяне не готовят мясные блюда, а подают только лоби,
сыр, маслины, овощи, фрукты, конфеты, а также вино (хотя раньше напитков
на поминальном столе, по их словам, у них не было). Следуя здешнему
обычаю, армяне стали вешать на фасаде дома покойного его большой портрет
с указанием имени, фамилии и дат рождения и смерти. Как принято
в Абхазии, портрет не снимают весь год.
Появившийся в 60-х годах обычай сбора денег для семьи покойного распростр
анился позднее на все армянские селения, за исключением некоторых
высокогорных, где по-прежнему полагалось приносить в дом продукты.
В 70-х - середине 80-х годов в ряде селений существовали обе формы помощи:
традиционная - продуктами, отрезами ткани и современная - деньг
ами, которые приносили в первую очередь близкие родственники покой-
ного. Деньги принято приносить в день похорон, а также на 2-й и 7-й дни
после смерти, а сахар, рис, водку, отрезы ткани - и на 7-й, и на 40-й.
Сумма денежной помощи увеличивалась с 3-5 рублей в 60-е годы до 1030
рублей в 70-е и до 50-100 рублей в 80-е; близкие родственники давали
обычно до 200 и более рублей. В результате собиралась значительная по тем
временам сумма, большая часть которой уходила на памятник.
В целом расходы на похороны (включая многочисленные поминки,
а также установку дорогих, ценой от 500 до 8 тыс. рублей, памятников)
были в те годы весьма обременительны и вызывали справедливое недовольство
многих сельских жителей, особенно сельской интеллигенции, однако
никаких конкретных мероприятий по этому поводу, за исключением некоторого
сокращения числа поминальных дней, не проводилось. Поэтому все,
опасаясь непонимания и осуждения со стороны родственников и односельч
ан, независимо от своего материального достатка, были вынуждены соблюд
ать установившийся ритуал^.
Календарные праздники и обряды
Календарные обряды, в большинстве своем возникшие еще в глубокой
древности, теснейшим образом связаны с хозяйственной деятельностью человек
а и имеют общие исторические корни у самых разных этносов^. Как
и у других земледельческих народов, календарная обрядность армян носит
ярко выраженный аграрный характер, отражает их древние взгляды на
природу, их нелегкие заботы об урожае. Календарные праздники у армян
издавна проводились по народному сельскохозяйственному календарю,
отмечавшему начало и конец сельскохозяйственных работ. Позднее, с распростр
анением христианства, многие древние праздники были приспособлены
церковью к соответствующим датам церковного календаря, и, получив
новые, христианские названия, проводились в те же дни, что и раньше, и
по своей сути оставались языческими.
Одним из самых торжественных и радостных праздников у армян всегда
был Новый год - Аманор, однако в ходе исторического развития дата Нового
года и сопровождавшие его формы праздничной обрядности менялись.
Наиболее архаичным новогодним праздником считался Барекендан (от слов
бар, бари, барик, что значит "плод", "добро", "блага") - день весеннего равноденствия
22 марта. Этот праздник означал наступление весны, и именно
с этого дня начинался новый хозяйственный год, и все обрядовые действия
вокруг этого праздника связывались с заботой о плодородии почвы и будущем
хорошем урожае. После принятия армянами в 450 г. до н.э. лунносолнечного
календаря в праздновании новогоднего цикла произошли изменения.
Новогодний праздник стал называться, как и первый месяц календ
аря, Навасард и переместился на середину августа. Теперь он стал праздником
сбора урожая. В тех районах Армении, где климат более суров, этот
Новый год отмечали в сентябре, октябре, даже в ноябре.
О конкретном содержании новогодних обрядов сейчас сказать трудно.
Согласно преданию, в дни Навасарда в древней Армении исполнялись риту
алы, посвященные культу праотца Ноя и языческих богов Арамазда и
Анаит. По представлениям древних армян, их боги и богини, искупавшись
в водах Евфрата и священной реки Арацани, поднимались на заснеженные
горные вершины и оттуда наблюдали за пышными новогодними праздне207
ствами, сопровождавшимися обильными жертвоприношениями, музыкой,
обрядовыми песнями и плясками, театрализованными военными играми,
различными состязаниями. Известны также и некоторые другие обычаи,
связанные с этим праздником. Так, в домах варили обрядовую пищу, в частности
hapucy, пропускали нанизанные на нитки сладости через дымовое
отверстие в крыше, посылали из дома обрученной девушки в дом жениха
подарки, привязывали красные лоскутки (этот цвет символизировал Солнце
и был оберегом) на считавшиеся святыми деревья, и, конечно, все поздравляли
друг друга с Новым годом. Следует отметить, что если вначале Навас
ард, как результат календарных изменений, с трудом входил в народный
быт, то в дальнейшем, после принятия армянами христианства, он с таким
же трудом уступал свое место христианскому Новому году^б.
Дольше всего Навасард сохранялся в восточных областях, например в
Арцахе, где отмечался в крестьянском быту, по свидетельству С.Д.Лисици
ана, вплоть до 20-х годов нашего столетия. К этому празднику здесь, как
и прежде, готовили разные обрядовые печенья, варили ритуальное блюдо -
куркут из пшеничной крупы и баранины или свиной головы, покупали для
всех членов семьи, особенно для детей, обновки, угощались фруктами и
сладостями; семья жениха одаривала невесту подарками - платком, отрезом
на платье, фруктами, причем иногда, как того требовала старая традиция,
эти подарки, завернутые в платок, накануне вечером незаметно опуск
али в ее дом через дымовое отверстие в крыше; небольшими подарками
обменивались друзья и соседи; на деревьях во дворах вешали платья или
красные лоскутки. В этот день считалось обязательным поздравить и одарить
(вином, фруктами) сельского старшину, священника и кавора. В то же
время в центре Арцаха - Шуше - Навасард уже не отмечался, уступив место
христианскому Новому году^.
Первое января как начало Нового года стало входить в быт армян много
веков спустя, причем сначала в западных областях, в бассейне Ванского
озера и западнее, где Новый год стал называться Каханд (от древнеармянского
каланд, букв. "календы"). И хотя этот праздник был освящен христи-
анской религией, в народе продолжали бытовать выработанные веками
обычаи, обряды, восходившие к старинным земледельческим ритуалам. Об
этом говорят и слова некоторых дошедших до нас поздравительных обрядовых
песен - аветисов. Вот две из них:
С добром пусть придет к вам Новый год,
Исполнит все ваши желания,
Наполнит ваш дом добром,
Полбой, пшеницей, ячменем, овсом.
Пусть радостям вашим не будет конца.
С добром пришел. Новый год,
Дай нам пшеницу и ячмень,
Загрузи наш улей.
А хозяйка просит дров,
Саду и бахче дай плоды,
Нашей девушке дай жениха,
А юноше дай невесту.
Пусть не будет болезней.
Здравствуй, Новый год^^.
В народе верили, что эти песни (как говорят теперь исследователи - по
законам имитативной магии) могут вызывать реальное плодородие и благополучие.
С этой же целью под Новый год пекли обрядовый хлеб круглой формы
- тори (букв. "год"), новогоднюю гату или хлебцы в форме хозяйственных
и бытовых предметов, например сельскохозяйственных орудий,
кувшинов, ножниц, что, по поверью, должно было способствовать будущей
удачной пахоте, большому урожаю, богатому настригу шерсти. В некоторых
западноармянских районах хозяйка несла свежеиспеченный хлеб к роднику
и бросала его в воду, чтобы, как говорили в народе, родник "отметил"
каханд, а затем ее муж брал воду из этого родника и поил домашний скот,
делая новогодний подарок и скоту^.
Придавая большое значение разного рода приметам, особенно в некоторых
районах, например в Шираке, Лори, женщины пекли лепешки с отверстием
посередине, символизирующим зерновые ямы. Если такая свежеиспеченн
ая лепешка получалась пышной, это было хорошим знаком, а если
выходила плоской, это предвещало неважный урожай. Лепешка, упавшая на
дно тонира, могла быть предвестьем несчастья. В день Нового года эти лепешки
одевали на рога буйвола или быка, чтобы скот был плодовит, а значит
- дом богат. С этой же целью для домашнего скота пекли и специальные
лепешки зооморфной формы и "угощали" ими животных^.
Магическое содержание имел, например, и такой обряд, зафиксированный
в Джавахке. Здесь хозяйка ранним новогодним утром помещала свежеиспеченный
хлеб тори, начиненный изюмом, ягодами, фруктами и с запеченной
в нем монетой, на лоток, сверху поливала медом и, выйдя из дома,
стучала палкой по земле, трижды восклицая: "Счастье, в горах ли ты,
в ущельях ли, - иди домой!" Затем она возвращалась в дом, раздавала мед
домочадцам, чтобы Новый год был "сладким", а хлеб сохраняла для вечерних
гаданий^'.
Новогоднее обрядовое гадание у армян было распространено повсеместно
и связано с магическими представлениями о том, что все "первое"
влияет на все последующее. Люди верили, что благополучиб семьи в Новом
году зависит, например, от того, кто будет первым гостем дома в день
встречи Нового года: если это хороший, добрый человек, то все сложится
благополучно. По этой причине старались впустить в дом первым ребенка
или девушку как олицетворение всего чистого и доброго. Согласно магии
"первого дня", если в этот день что-то сделано хорошо, то весь год будет
удачен. Поэтому в день Нового года старались не обидеть друг друга, не говорить
громко, чтобы год был спокойным. Подобным восприятием всего
"первого" объясняется торжественность и значимость новогоднего праздник
а, как "первого" дня грядущего года. Эти же пожелания отражены
в словах ритуальных аветисов, пением которых сопровождались новогодние
поздравления:
Каждый год пусть будет добрым, аветис,
Долго чтоб все прожили, аветис,
Не будьте ни с кем в ссоре, аветис,
И не смотрите на других сумрачно, аветис,
Пожертвования делайте с любовью, аветис,
Говорите сладким языком, аветис,
И мы вас благословляем с любовью, аветис,
Чтоб вы весь год прожили в добре, аветис^.
Вечернее новогоднее гадание с обрядовым хлебом происходило следующим
образом. Для этого тара разрезали на куски соответственно числу
членов семьи, а иногда, как, например, в Амшене^, считая и домашний
скот, после чего каждому вручалась его доля. Тот, кому попадалась запеченн
ая монета, считался "счастливым", и все последующие удачи в году
приписывались именно этому факту. "Счастливая" монета (иногда это была
пуговица или какой-нибудь блестящий предмет) хранилась в кошельке,
чтобы весь год он был "туго набит деньгами"^. Похожий обряд, но только
с тыквой, был записан мною в 1980 г. у абхазских армян, выходцев из
Амшена. Здесь вареную тыкву разрезали на куски по числу членов семьи,
причем в один из кусков прятали монету "на счастье". Найденную монету
отдавали хозяйке дома, а тот, кому она попалась, должен был исполнить
чье-нибудь желание, например, пойти в хлев и накормить скот, принести
воды и т.п.^.
Во многих западноармянских районах бытовало поверье, что накануне
Нового года, ровно в полночь, все проточные воды (родники, ручьи, реки)
на мгновение превращаются в золото и тот, кто зачерпнет в этот момент
воды, станет богатым. Поэтому многие, особенно молодые, шли в полночь
к воде, надеясь "поймать" этот волшебный миг^. Среди армян было широко
распространено представление об "открытии неба", которое происходит
в новогоднюю ночь, когда на небе вдруг появляется яркий свет, потом
он исчезает и небо "открывается". Если в этот момент что-нибудь загадать
или попросить (чаще всего просили хлеба и корову), то это обязательно
исполнится^.
Новогодняя трапеза длилась один-два дня. Поскольку этот праздник приходился
на период предрождественского недельного поста, во всех домах
хозяйки готовили постные кушанья - пасуц толму с начинкой из дзавара,
лоби, отварной картофель. К столу полагалось подать сушеные фрукты
(чир), а также разнообразные сладости - гату, суджук, алана, халву, гози210
нах. Помимо этого в разных областях Армении нередко готовили и другие
блюда, например в Арцахе и Сюнике - плов с курицей, в Айрарате -
шашлык, хашламу.
Встречали Новый год обычно у старших в роду - у родителей, старшего
брата, дяди. В новогоднюю ночь полагалось, чтобы младшие шли с поздр
авлениями к старшим родственникам, соседям. Обязательным было посещение
с подарками кавора, который в ушедшем году крестил в этой семье
ребенка. Кавор, в свою очередь, посылал подарки новобрачным, на свадьбе
которых он был посаженым отцом в прошедшем году. Посещали и те семьи,
где в прошедшем году кто-нибудь умер, там выпивали рюмку водки на
помин души покойного, желали, чтобы наступивший год был мирным и
радостным, старались помирить всех, кто в ссоре. Взаимные поздравления
длились обычно несколько дней, и все это время в домах были накрыты
праздничные столы, готовые к приему гостей. Новый год и сейчас остается
самым любимым праздником.
Христианские праздники Рождество и Крещение армяне отмечали один
за другим, с вечера 5 января (после заката солнца) до вечера 6 января.
Накануне, 4 января, в домах пекли в горячей золе пресный обрядовый пирог
кркени на постном масле с запеченной в нем монеткой, бусинкой или
фасолинкой. Этот пирог торжественно, в присутствии всей семьи, разрезали
на части, каждому по одной, считая и отсутствующих членов семьи,
а нередко и домашних животных. В Арцахе отдельную часть выделяли и
домашнему очагу, причем считалось особенно хорошей приметой, если запеченн
ая монетка или бусинка "попадала" именно ему (кусок пирога с таким
сюрпризом вообще означал достаток, благосостояние - довлат). Одновременно
для каждого члена семьи пекли особые фигурные хлебцы "на
счастье" - для женской половины дома в виде заплетенных кос, для мужской
- в виде кошельков^.
В сочельник ели скоромные блюда, но не мясо. Днем 6 января хозяй-
ка обычно готовила плов, варила или жарила рыбу, а также другие блюд
а, например, в Айрарате - hapucy, в Сюнике - толму, в Шираке - колол
ак^.
В некоторых районах в ночь под Рождество по домам ходили ряженые.
Обычно это были дети и молодые люди, причем последние изображали
различных песонажей, например в Амшене - "деда" или "жениха", "невесту",
"арапа". В Лори кто-то наряжался "козлом". На нем был вывернутый
наизнанку тулуп, на голове - конусообразная шапка из коричневой овчины
с пришитыми к ней рогами из войлока, на вымазанном сажей лице -
усы и борода из козьей шерсти, на ногах - лапти. Распевая аветисы, они
всей гурьбой заходили в дом, пели, плясали, разыгрывали шуточные предст
авления, превознося детей хозяев и требуя подношений. Хозяева одаривали
их сладостями, фруктами, а со временем стали дарить и деньги. На следующее
утро все собранное во время колядования относили в церковь и там
раздавали нищим^.
* " "я
1^И-'^
В день Крещения на реке происходил обряд освящения воды, и хотя его
связывали с христианской легендой о крещении Христа, в основе его были
древние народные верования, широко распространенный в мире культ воды.
Во время этого обряда в воду погружали крест, очищая ее от злых духов.
Затем юноши и мужчины разных возрастов прыгали в освященную воду,
чтобы набраться ее живительной силы. В этот день выпускали голубей,
которые, по народному поверью, символизировали языческую богиню
Астхик и были связаны с культом вечно обновляющейся силы воды^'.
Через 40 дней начинался праздник, основанный на древнем культе огня
как символа "новой жизни, возродившегося Солнца"^ Он отмечался
14 февраля, в то время, когда, как говорили, "зима с весной встречаются".
Его всюду называли Дерендез, и были только различия в произношении,
например Трндез, Дерендаз (букв. "стог у дверей"). Позднее он был приурочен
христианской церковью к празднику Сретенья господня, но его церковное
название - Теарнындарач (букв. "Навстречу Господу") в народе не
прижилось.
Накануне вечером, 13 февраля, молодые люди, вступившие в этом году
в брак, зажигали на церковном дворе большой общесельский костер, которому
придавали пирамидальную форму. Молодые девушки и недавно вышедшие
замуж женщины составляли вокруг костра хоровод и кружились до
тех пор, пока пламя не снижалось. Затем юноши и недавно женившиеся
молодые люди начинали прыгать через костер. Потом через огонь прыг
али молодые невестки, а также бездетные женщины. Поскольку огонь
в представлениях армян, как и многих других народов, издревле был связан
с культом плодородия, все это делалось для того, чтобы обеспечить им всем
потомство. Вера в сверхъестественную благодатную силу пламени заставлял
а внимательно следить, в какую сторону оно направляется и куда стелется
дым: если они были направлены в сторону пашни, то год предполагался
урожайным, если же в другую сторону, то неблагоприятным. С этой же целью
по окончании праздника пепел костра рассеивали по пашням, сыпали
под деревьями в садах.
От общественного костра разжигали костры и возле домов, что, по предст
авлению народа, должно было способствовать благополучию каждого из
них. На Дерендез было принято также, чтобы мать жениха и близкие родственницы
с подарками шли в дом невесты и вели ее в церковь. Отсюда с зажженными
свечами (которые, как известно, также представляют собой
ритуальный огонь) они возвращались в дом невесты, где она трижды перепрыгив
ала через костер, зажженный обычно на плоской крыше дома, с тем,
чтобы в будущем родить много детей. С особой торжественностью, с песнями
и танцами, с угощением, этот праздник отмечался в домах, где были
новобрачные^.
В начале февраля, когда погода крайне неустойчива и часты сильные
снегопады, особенно опасные в горах, армяне праздновали день Святого
Саркиса (Сурб Саркис), бывшего когда-то языческим богом бурь и вихря.
Согласно преданию, в этот день мчался Сурб Саркис с запада на восток на
белом коне, увозя похищенную им девушку и поднимая на дороге вихри
снега и пыли там, где не было снега. Этому празднику предшествовал
строгий недельный пост, когда запрещалось есть днем и разрешалась только
растительная пища один раз в день после захода солнца. В домах к этому
празднику заранее заготовляли похиндз как символ снега и пыли. Обычно
в канун праздника хозяйка выставляла его на ночь на подносе у порога дом
а или в каком-нибудь другом доступном месте, а утром всей семьей проверяли,
нет ли там следа подковы коня Сурб Саркиса. Армяне верили, что
ночью святой разъезжал по всем дворам и там, где был доволен хозяевами
и их подношениями, оставался след копыта его белого коня. Это означало,
что Сурб Саркис будет милостив к ним и сможет спасти их, если они
окажутся в какой-то беде в пути. После этого хозяйка варила из похиндза
обрядовую кашу хашил, которую ели с горячим топленым маслом и сывороткой.
Во время этого праздника были и другие формы гадания, в основном о
будущих женихах и невестах. Например, сваренный вечером хашил размешив
али водой с сахаром, медом или сладким виноградным соком, затем из
полученной массы делали небольшие шарики, которые раздавали членам
семьи. Взрослые девушки и парни, откусив от шарика кусочек, из оставшейся
части скатывали свой шарик, который на следующий день рано
утром выставляли на крыше дома и следили, куда, клюнув его, полетит
с ним птица. Если она отнесет шарик на чужую крышу и станет там клев
ать, то из этого дома и будет будущий жених (или невеста), если же начнет
клевать его тут же на крыше, то свадьбе в этом году не бывать. Другое гадание
заключалось в том, что девушка, желая увидеть во сне своего будущего
жениха, съедала на ночь пересоленный хлеб, веря в то, что тот, кто даст ей
во сне напиться, и будет суженым^.
Ярким внецерковным праздником, отмечавшимся на переломе сезонов
года, была Масленица, называемая армянами, как и древний Новый год,
Барекендан (букв. "Оживление плодов"). Уже в самом названии этого праздник
а, а также в характере его проведения отразилась идея обновления,
а приуроченность его к переломному моменту в жизни природы свидетельствов
ала о вере в то, что это возрождение могло наступить только
...Закладка в соц.сетях
