Жанр: Любовные романы
Все только хорошее
...у,
которую он угнал, обнаружили в аэропорту. Там же они получили сведения о
том, что три пассажира, летевшие одним и тем же рейсом в Сан-Диего,
воспользовались крадеными билетами, но вовремя успели скрыться. Герти
удалось в тот же день встретиться и переговорить со стюардессой, и та,
похоже, припомнила, что видела в самолете похожую на Джейн девочку, хоть и
не смогла ничего сказать наверняка.
— Я склонен думать, что они махнули в Мексику. И намерены держать там
Джейн, пока вы не выложите деньги. Честно говоря, я вздохнул с облегчением,
когда прочел досье на Скотта. Там ни разу не упоминалось о попытках
прибегнуть к насилию. Это уже кое-что. Если нам повезет, она отделается
одним испугом.
— Но как же мы его разыщем?
— Приступим к поискам сегодня же. Если вы не против, мы могли бы уже
вечером отправиться в путь. Начнем с Сан-Диего, может, там мы нападем на
дальнейший след. Скорей всего им придется угнать еще одну машину или нанять
ее в агентстве проката, а потом где-нибудь бросить. Они действуют куда менее
ловко, чем может показаться на первый взгляд. По-моему, он отдает себе отчет
в том, что особая опасность ему не грозит. Никто не обвинит его в похищении,
речь идет о краже ребенка, а в глазах представителей закона это пустяки.
Упоминание об этом всякий раз приводило Берни в бешенство, но он понимал,
что Винтере говорит правду. И он был готов смириться с чем угодно, лишь бы
вернуть Джейн.
— Я попросил бы вас немедленно приступить к делу. Муж и жена молча
кивнули. Ожидая именно такой реакции, они заранее наметили план действий.
— Что мне говорить, когда Скотт позвонит? Он еще до сих пор никак не
проявился.
— Скажите, что предпринимаете различные шаги, чтобы раздобыть деньги.
Объясните, что для этого потребуется неделя, а то и две. А мы тем временем
доберемся до места и примемся за поиски. Думаю, двух недель нам хватит и к
концу этого срока нам удастся их обнаружить. — Такая оценка потребовала
изрядной доли оптимизма. Но, помимо прочего, у них имелось подробное
описание внешности подружки Скотта. За ней также числился ряд судимостей,
она недавно досрочно освободилась из тюрьмы, после чего поселилась с ним в
гостинице, из которой он выписался утром день назад.
— Вы на самом деле думаете, что справитесь за две недели?
— Будем стараться вовсю. — Эти слова не вызвали у Берни ни тени
сомнения.
— Когда вы планируете вылететь?
— Сегодня часов в десять вечера. До тех пор нам еще нужно уладить кое-
какие вопросы. — Они вели работу, выполняя поручения еще трех клиентов,
но дело Берни оказалось наиболее срочным, и остальными пока могли заняться
другие сотрудники их бюро. — Да, кстати... — Детектив назвал цену, и
весьма немалую, но Берни не дрогнул, решив, что как-нибудь наскребет денег.
Иного выхода просто нет.
— Отлично. Как мне переговорить с вами, если он вдруг позвонит?
Они оставили ему номер телефона, по которому он мог связаться с ними до их
отлета из Сан-Франциско, и ушли. А через двадцать минут ему позвонил
Чендлер.
— Как дела, милый друг?
— Прекрасно. Я принимаю все меры к тому, чтобы раздобыть денег.
— Хорошо, меня это радует. И когда, по-вашему, они окажутся у вас в
руках?
Внезапно Берни осенило:
— Вероятно, не раньше, чем через неделю, а может, и через две. Для
этого мне нужно будет наведаться в Нью-Йорк.
— Вот зараза, — судя по голосу, Скотт изрядно нализался. Берни
услышал, как они с подружкой обсуждают его ответ. Наконец Скотт снова
заговорил в трубку. Они решили поверить словам Берни. — Ладно. Две
недели я подожду, но никак не больше. Позвоню вам ровно через четырнадцать
дней, а если что-нибудь пойдет не так, я убью девчонку.
На этом телефон разъединился, он даже не дал Берни поговорить с Джейн.
Пребывая в полном смятении, Берни все же набрал номер Винтерса.
— А зачем вы ему сказали, что поедете в Нью-Йорк? — недоумевая,
спросил Винтере.
— Затем, что хочу полететь с вами в Мексику.
— А вы уверены, что стоит? — помолчав, спросил Винтере. — Эта
затея не из легких. А вдруг он вас узнает, когда мы подберемся близко к
нему?
— Мне хочется быть рядом на случай, если я понадоблюсь Джейн. Ведь,
кроме меня, у нее никого нет. Вдобавок мне невыносимо сидеть сложа руки и
ждать. — Берни не заметил, что все это время няня тихонько стояла в
дверях, прислушиваясь к его словам, а потом незаметно ушла. Она одобрила его
решение отправиться в Мексику и принять участие в поисках Джейн. — Ну
как, вы возьмете меня с собой? Я все равно заплачу вам столько же.
— Этот вопрос меня не беспокоит. Я думал о вас. Может, будет лучше,
если вы останетесь здесь и попытаетесь вернуться к нормальной жизни?
— Вчера в семь вечера нормальная жизнь для меня кончилась, и я не смогу
к ней вернуться, пока вы не отыщете мою дочку.
— Мы заедем за вами через час. Не берите с собой много вещей.
— Тогда до встречи.
Берни повесил трубку и почувствовал, что у него немного отлегло от сердца.
Он позвонил Гроссману, и тот пообещал, что утром известит судью о том, какая
стряслась беда. Затем он позвонил Полу Берману в Нью-Йорк, а после своему
заместителю из
Вольфа
. И наконец, набрал номер матери.
— Мама, у меня дурные новости. — У него дрожал голос, ему очень не
хотелось ее пугать. Но объяснить необходимо. Все планы на День Благодарения
полетели к черту, и, возможно, этот кошмар затянется до Рождества и до
Нового года, а то и до конца жизни...
У Руфи замерло сердце.
— Что-то случилось с малышом?
— Нет, с Джейн. — Он глубоко вздохнул и заговорил снова:
— Сейчас я не успею объяснить тебе все как следует. Но некоторое время
тому назад тут появился бывший муж Лиз, законченный негодяй, который за
последние десять лет большую часть времени провел в тюрьмах. Он попытался
вытянуть из меня деньги путем шантажа, но я отказался ему заплатить. А
теперь он похитил Джейн и требует в качестве выкупа полмиллиона долларов.
— Ох, господи, — еле слышно выдохнула Руфь. Она заговорила как
человек, на которого только что обрушился чудовищный удар:
— Боже мой... Берни... — Его слова никак не укладывались у нее в мозгу.
И кому только такое может взбрести на ум? Наверняка это опасный псих. —
А ты не знаешь, с девочкой все в порядке?
— Мы надеемся, что да. Полицейские не захотели вмешиваться, поскольку
он — родной отец ребенка, и это рассматривается как мелкая кража, а не как
похищение. Их это совершенно не волнует.
— Ой, Берни... — Руфь заплакала.
— Мама, не надо, я этого не вынесу. Я позвонил, потому что сегодня
вечером вылетаю в Мексику, чтобы попытаться отыскать ее. Я нанял в помощь
двух детективов. Они предполагают, что Джейн находится где-то там. И мы не
будем праздновать День Благодарения.
— Бог с ним, с Днем Благодарения. Лишь бы найти ее. Ох, господи... —
Впервые в жизни Руфи показалось, что у нее на самом деле вот-вот начнется
сердечный приступ, а Лу, как назло, ушел на какое-то врачебное собрание, и
она начисто забыла, куда именно.
— Я позвоню, если удастся. Детективы надеются разыскать ее не поздней
чем через пару недель... — Берни полагал, что это прозвучит обнадеживающе,
но Руфь пришла в ужас и принялась громко всхлипывать.
— Боже мой, Берни...
— Мама, мне пора идти. Я тебя целую. — Повесив трубку, он собрал
вещи в маленькую сумку, надел рубашку, теплый лыжный свитер, синие джинсы,
парку и прочные удобные ботинки. Он нагнулся за сумкой и тут заметил, что
няня Пиппин стоит в дверях, держа Александра на руках. Он посвятил ее в свои
планы, сказал, что отправляется в Мексику, и пообещал по возможности звонить
ей. И попросил хорошенько присматривать за малышом. После того, что
случилось с Джейн, он стал испытывать тревогу за всех. Но няня заверила его,
что у них все будет хорошо.
— А вы поскорей привезите Джейн домой. — Ее слова прозвучали как
приказ, и ее гортанный акцент вызвал у Берни улыбку. Он поцеловал
сына. — И будьте осторожны, мистер Фаин. Вы нужны нам целым и
невредимым.
Он молча обнял ее и, не оглядываясь, пошел к дверям. Сколько потерь выпало
на его долю... сначала Лиз, а теперь Джейн... Но Винтере уже подъехал к дому
на стареньком
Универсале
, за рулем которого сидел один из сотрудников его
бюро, и, услышав звук гудка, Берни торопливо спустился по лестнице.
Глава 30
По пути в аэропорт Берни невольно задумался о том, какой странный характер
приобрела его жизнь. А всего чуть больше года тому назад она была совсем
обычной.
Любимая жена, новорожденный ребенок и дочка, которая и раньше жила с ней. Но
внезапно Лиз не стало, Джейн похитили и за нее требуют выкуп, и он вот-вот
полетит в Мексику вместе с парой незнакомых людей, которых нанял, чтобы
разыскать ее. Он смотрел в окошко, постоянно думая о Джейн. Он боялся, как
бы Скотту Чендлеру и его сообщникам не вздумалось поиздеваться над девочкой,
и эти тревожные мысли не давали ему покоя на протяжении всей ночи. В
аэропорту он поделился своими опасениями с Герти, но она сказала, что Скотта
явно ничего, кроме денег, не интересует, и Берни постарался проникнуться
такой же убежденностью.
Он позвонил Гроссману из аэропорта и пообещал держать его в курсе дел. А
потом наступила долгая для него ночь. Они прилетели в Сан-Диего в
одиннадцать тридцать и взяли напрокат машину с четырьмя ведущими колесами;
Винтере заранее условился с агентством, чтобы ее пригнали в аэропорт, и они
сразу же отправились на ней в путь. Они решили обойтись без остановки в
гостинице, чтобы не терять времени, и пересекли границу в Тихуане, на
большой скорости миновали Росарито и Дескансо, а спустя час уже добрались до
Энсенады. Винтерсу показалось, что Скотт скорей всего выберет именно такой
маршрут. В Тихуане он заплатил пограничнику пятьдесят долларов, и тот
припомнил, что видел интересующую их троицу.
Часы уже показывали час ночи, но бары еще нигде не закрылись, и они обошли
все питейные заведения Энсенады, распределив их между собой и прихватив
фотографию Скотта, чтобы, заказав кружку пива, извлечь ее и показать
бармену. Герти удалось напасть на след. Бармену хорошо запомнилась милая
девочка, которая явно побаивалась взрослых, бывших при ней. Подружка Скотта
расспрашивала бармена о пароме, который курсирует между Кабо-Аро и Гуаймас.
Узнав об этом, Герти тут же вернулась к машине, и они отправились в дорогу,
придерживаясь указанного барменом маршрута: сначала на юг через Сан-Висенте,
Сан-Тельмо и Росарио, а затем на восток по направлению к Эль-Мармоль. Путь
протяженностью в двести миль оказался непростым даже для машины с четырьмя
ведущими колесами, и они потратили на него пять часов. В семь утра они
заправились на бензоколонке в Эль-Мармоле, а в восемь остановились, чтобы
поесть перед тем, как отправиться дальше вдоль восточного побережья
Калифорнии. До Санта-Росалии оставалось еще двести миль. Они добрались туда
к трем часам, чувствуя изрядную усталость, и обнаружили, что паром
отправится в Гуаймас только через два часа. Зато паромщик, помогавший им
загрузить машину, вспомнил, что видел Скотта, женщину и сидевшую между ними
девочку.
— Как вам это нравится, Джек? — спросил Берни, стоя рядом с
Винтерсом и глядя на скрывающиеся из виду берега Калифорнии. Герти только
что отошла в сторону.
— Пока все идет хорошо, но неизвестно, что будет дальше. Не стоит
рассчитывать на сплошное везение, хотя начали мы совсем неплохо.
— Может, нам выпадет удача, и мы скоро их найдем. — Берни очень
хотелось в это верить, но Винтере знал, что такой вариант маловероятен.
Сотня миль от Санта-Росалии до Эмпальме и еще двести пятьдесят от Эмпальме
до Эспириту-Санто, где, как показалось паромщику. Скотт сошел на берег. Но
на причале в Эспириту-Санто они узнали, что он отправился в Масатлан, и им
пришлось проделать путь еще в двести пятьдесят миль. А там всякий след
пропал. Наступила среда, но им так и не удалось ничего прибавить к тем
сведениям, которые имелись у них еще до отлета из Сан-Франциско. Они провели
неделю в неустанных трудах и побывали чуть ли не в каждом баре, ресторане,
отеле и магазине Масатлана и наконец выяснили, что следующим городом на пути
Скотта стала Гуадалахара, находившаяся всего в трехстах двадцати четырех
милях от Масатлана, но им пришлось потратить восемь дней и приложить немало
сил, чтобы добыть эту информацию.
В Гуадалахаре им удалось узнать, что Скотт останавливался в маленькой
захудалой гостинице под названием
Росальба
, и почти ничего больше. Джек
высказал предположение, что, вероятно, они отправились в глубь материка,
скорей всего в какой-нибудь из захолустных городков на пути к
Агуаскальентес. На поиски ушло еще два дня, наступила пятница, и срок,
отпущенный Берни, подошел к концу. Через два дня Скотт должен позвонить, и к
этому времени ему необходимо быть в Сан-Франциско.
— Как мы поступим теперь? — Они заранее уговорились, что Берни
вылетит из Гуадалахары в Сан-Франциско, чтобы оказаться на месте, когда
Скотт позвонит, если к тому времени они так и не сумеют найти Джейн, а
Винтерсы останутся в Мексике и будут поддерживать с ним связь по телефону.
Они ежедневно сообщали Гроссману о том, как продвигаются поиски, а Берни
звонил домой, чтобы проведать няню и Александра. Он знал, что дома все
обстоит благополучно, но очень скучал по сыну. Впрочем, к исходу недели он
утратил всякую способность думать о чем-либо, кроме Джейн и державшего ее в
заложницах негодяя.
— По-моему, завтра вам лучше бы вылететь домой, — сказал Винтере и
призадумался. Они уже вернулись в гостиницу и сидели, попивая пиво. —
Пожалуй, вам стоит сказать, что вы раздобыли деньги. — Винтере
прищурился, тщательно обдумывая новый план, но Берни встревожился.
— Пятьсот тысяч долларов? А как мне быть, когда наступит время вручить
их ему? Объяснить, что я пошутил?
— Пусть он назначит место встречи. О дальнейшем мы подумаем потом. Но
если он захочет встретиться с вами где-нибудь неподалеку отсюда, мы сможем
сделать свои выводы. Скажите, что вам понадобится еще пара дней, чтобы
добраться до места, а к тому моменту мы, бог даст, найдем его.
Винтере тщательно взвесил все возможности. Но и Берни сделал то же самое.
— А вдруг они уже вернулись в Штаты?
— Исключено, — с уверенностью заявил Винтере. — Если у него
все в порядке с мозгами, он должен как огня бояться полиции. За то, что он
сделал с девочкой, ему ничего не будет, а вот за угон машины, учитывая
прошлые судимости, он непременно получит новый срок, и к тому же он нарушил
условия досрочного освобождения.
— Поразительная ситуация. — Берни с горечью посмотрел на
Винтерса. — Он украл девочку, угрожал ей и, вероятно, причинил ребенку
тяжелейшую психологическую травму, следы которой сохранятся на всю жизнь, а
полицию волнует только кража старой машины. Что за чудесные у нас законы?!
Черт возьми, начинаешь понимать коммунистов. Я был бы рад, если бы его
вздернули за то, что он наделал.
— Это ему не грозит. — Винтере философски относился к жизни. Ему
довелось повидать немало ситуаций вроде этой или еще страшней, в результате
чего он решил никогда не заводить детей, и жена согласилась с ним. Они
перестали держать в доме даже собак после того, как последнюю из них украл,
отравил и подбросил к ним под дверь один из людей, попавших их стараниями в
тюрьму.
На следующий день они не смогли разузнать ничего нового, и в субботу вечером
Берни вылетел в Сан-Франциско. Самолет приземлился около девяти часов, и он
срочно отправился домой, внезапно ощутив неодолимое желание как можно скорей
увидеть сына. Ведь только он у него и остался. Лиз больше нет и Джейн тоже,
и он уже не знает наверняка, доведется ли ему когда-нибудь снова услышать,
как в стенах коридора отдается эхом ее звонкий голосок, и увидеть, как она
бежит ему навстречу с криком:
Привет, папочка!
При мысли об этом он почувствовал, что у него разрывается
сердце, и, оставив сумки в няниной комнате, тихонько вышел в гостиную, сел в
кресло и заплакал, закрыв лицо руками. Потеря за потерей — это невыносимо, и
то, что случилось с Джейн, можно было предотвратить. Ему казалось, что он
подвел Лиз в том, что для нее было важней всего на свете.
— Мистер Фаин? — Заметив, какое у Берни выражение лица, няня
оставила спавшего Александра в кроватке и отправилась к его отцу. Она
тихонько вошла в темную гостиную... Как тяжело ему пришлось в последние
четырнадцать дней... они наверняка показались ему долгими, как четырнадцать
месяцев... Такой достойный человек и так страшно мучается. Лишь вера в Бога
поддерживала в ней надежду на то, что Джейн найдут и она вернется домой.
Миссис Пиппин как могла попыталась убедить в этом Берни, но прошло немало
времени, прежде чем он откликнулся на ее слова.
— Джейн непременно возвратится домой. Господь научит нас, как ее найти.
Но ему вдруг вспомнилась история похищения ребенка Линдбергов и трагедия,
которая постигла его родителей.
— А если мы так их никогда и не отыщем? — по-детски жалобно
спросил он, полагая, что все уже потеряно. Но миссис Пиппин не хотела верить
в худшее. Она стояла в дверях в лучах падавшего на нее из коридора света, и
Берни поднял голову и посмотрел на нее.
— Няня, я этого не переживу.
— Господь милостив, и беда минует вас. — Подойдя поближе к Берни,
она ласково потрепала его по плечу и зажгла свет. А несколько минут спустя
принесла ему сандвич и чашку горячего чая. — Ложитесь-ка сегодня
пораньше спать. Завтра вам понадобится ясная голова, мистер Фаин. — Но
к чему ему ясная голова? Чтобы притвориться, будто он раздобыл полмиллиона
долларов, которых у него на самом деле нет? Страх не давал ему покоя, и в ту
ночь он почти не спал, а все ворочался с боку на бок, терзаясь в мучительном
раздумье.
Наутро к нему приехал Билл Гроссман. Берни долго рассказывал ему о местах, в
которых они побывали, о сведениях, которые удалось добыть, и о том, как
Гуадалахара оказалась мертвой точкой на их пути. Утром позвонил Винтере, но
он не сообщил ничего нового. Вот только Герти пришла в голову одна идея.
— Она считает, что нужно поискать в Пуэрто-Вальярта. — Они и
раньше обсуждали этот вариант, но сочли, что Скотт побоится, как бы его там
не заметили, и скорей отправится в глубь страны. — Возможно, она права.
Вдруг у него хватило наглости показаться там. Ведь ему нравится шикарная
жизнь. Не исключено, что он присматривает себе яхту.
Хотя Берни и сомневался в этом, он согласился с Винтерсом, что попробовать
стоит. Он весь день не выходил из дому на случай, если Скотт позвонит раньше
срока.
Берни боялся пропустить его звонок. Гроссман просидел вместе с ним до
вечера. Он уже рассказал о том, что работники суда выразили
крайнее
огорчение
в связи с
неразумным поступком
мистера Скотта.
— Огорчение? — закричал в ответ Берни. — Огорчение? Да в
своем ли они уме? Из-за их глупости моя дочка пропала бог знает куда, а они
говорят об огорчении? Как трогательно с их стороны.
Гроссман понимал, что Берни вне себя от тревоги, и находил ее обоснованной.
Он умолчал о заявлении сотрудницы социальной службы, которая предположила,
что мистеру Скотту, видимо, не терпится наверстать упущенное время и он
просто хочет поближе узнать свою дочку. Гроссман побоялся, что, узнав о ее
словах, Берни разыщет ее в мэрии и придушит. Не то чтобы он всерьез считал
это возможным, но мало ли что бывает. Берни находился на грани срыва. В пять
часов зазвонил телефон, и Берни кинулся к нему, нимало не сомневаясь, что
это Скотт. Он сделал глубокий вдох прежде, чем снять трубку.
— Да?
Но в трубке раздался голос Винтерса, а вовсе не Скотта.
— У нас есть для вас новости. Он еще не звонил? — Все это походило
на игру
полицейские и воры
, только у Берни украли смысл его жизни...
любимую дочку...
— Нет. Я все еще сижу и жду. А что у вас?
— Я не совсем уверен... но, похоже, мы его нашли. Герти оказалась
права. Он оставил след чуть ли не на каждом углу в Пуэрто-Вальярта.
— А Джейн при нем? —
Господи... прошу тебя... только бы они ее не
убили
. Ему вспомнилось множество историй с похищением, в результате
которого родители навсегда потеряли своего ребенка. Ежегодно происходит не
одна тысяча таких происшествий... чудовищная статистика, чуть ли не целых
сто тысяч...
— Точно не знаю. Он часто появлялся в заведении под названием
У
Карлоса О'Брайана
, как и все, кому случается оказаться в Вальярте. Это
самый популярный бар в городе, и Скотт допустил ошибку, зачастив туда. Но
никто не видел там ни женщины, ни ребенка. Наверное, они сидят в гостинице.
Когда он позвонит, попробуйте разговорить его и выудить какие-нибудь
сведения... не проявляйте враждебности.
При мысли об этом у Берни вспотела рука, в которой он держал трубку.
— Постараюсь.
— И уговоритесь с ним о встрече. Скажите, что вы раздобыли деньги.
— Хорошо.
Берни повесил трубку и дрожащим от волнения голосом сообщил последние
известия Гроссману. Не прошло и пяти минут, как телефон зазвонил снова.
Сквозь помехи на линии междугородной связи до Берни донесся голос Скотта.
— Как дела, приятель? — Он говорил веселым и спокойным тоном, и
Берни страшно захотелось добраться до него и придушить на месте.
— Отлично. У меня для вас хорошие новости. — Берни пришлось
повысить голос, чтобы докричаться сквозь помехи, но он постарался говорить
так, чтобы ответ прозвучал невозмутимо и ровно.
— Какие именно?
— Новости ценой в полмиллиона долларов. — Берни неплохо справился
со своей ролью. — Как Джейн?
— Прекрасные новости. — Скотт явно обрадовался, но не так сильно,
как того хотелось бы Берни.
— Я спрашиваю: как Джейн? — Он крепко стиснул трубку в руке.
Гроссман сидел, не сводя с него глаз.
— С ней все в порядке. Но у меня для вас есть неприятное
известие. — У Берни замерло сердце. — Цена увеличилась. Она такая
очаровательная малышка, и я понял, что она стоит куда дороже.
— В самом деле?
— Да. Мне кажется, она стоит целого миллиона, разве я не прав?
— Мне не так-то просто его раздобыть. — Он написал сумму на листке
бумаги и показал его Гроссману. Но это позволит им выиграть время. —
Мне придется снова проделать такое же путешествие.
— А пятьсот тысяч у вас на руках?
— Да, — соврал он.
— Почему бы нам не разделить сумму на два взноса?
— Вы вернете мне Джейн после первого взноса? Скотт засмеялся:
— Навряд ли, милый друг.
Сукин сын. Никогда в жизни Верни не испытывал столь острой и столь
обоснованной ненависти.
— Вы получите ее, когда вручите нам миллион.
— Тогда никаких первых взносов. Скотт изменил тон и заговорил жестче:
— Я дам вам неделю на поиски денег, Фаин. А если вы их не
раздобудете... — Он оказался невероятно жадным выродком. Но теперь у них
есть еще неделя на поиски Джейн. Если повезет, они найдут ее в Пуэрто-
Вальярта.
— Я хочу поговорить с ней. — Голос Берни тоже посуровел.
— Ее здесь нет.
— А где она?
— В укромном месте. Не беспокойтесь.
— Скотт, постарайтесь со всей отчетливостью уяснить себе следующее:
если хоть один волос упадет с ее головы, я убью вас. Понятно? И вы не
получите ни цента, пока я не увижу, что она цела и невредима.
— С ней все хорошо. — Он хохотнул. — Черт возьми, она даже
успела загореть.
— Где она?
— Неважно. Она вам обо всем расскажет, когда вернется домой. Я позвоню
вам ровно через неделю, и будьте добры, Фаин, держите денежки наготове.
— Непременно. А вы не потеряйте Джейн.
— Договорились. — Он засмеялся. — Сделка на миллион
долларов. — Вслед за этим он повесил трубку, а Берни, еле ды
...Закладка в соц.сетях
