Жанр: Любовные романы
Все только хорошее
...еган и на этот раз забрался к ней на
колени, даже не спрашивая ее согласия. Меган дала ему кусочек пирога, но
малыш тут же его выплюнул. — Видите, Александр сразу во всем
разобрался. Да? — Он закивал с серьезным видом, и все рассмеялись.
— А моя мама потрясающе готовила, правда, папа? — В голосе Джейн
одновременно прозвучали вызов и тоска.
— Да, солнышко, именно так.
— Она очень часто что-нибудь пекла. — Ей вспомнились кексы в форме
сердечка, которые Лиз принесла в школу в последний день занятий, и она чуть
не плача грустно взглянула на Меган.
— Это замечательный талант, который вызывает у меня восхищение. Джейн
кивнула.
— А еще она была красивая. — Взгляд ее стал совсем печальным, и
Берни догадался, что она уже не пытается уязвить этими сравнениями Меган, а
просто вспоминает вслух. У него защемило сердце, но он понимал, что Джейн
необходимо выговориться. — Светловолосая, невысокая и довольно
худенькая.
Меган улыбнулась. Значит, Берни привлекло в ней отнюдь не сходство с его
покойной женой. Судя по всему, они с ней непохожи, как день и ночь, и это
обрадовало Меган. Нередко, понеся утрату, люди пытаются найти чуть ли не
двойника любимого или любимой, чем только усложняют положение. Солнце все
время движется по небу, и невозможно укрыться в тени, стоя на одном месте.
Меган ласково посмотрела на Джейн.
— Ты, наверное, не поверишь мне, но моя мама тоже маленького роста,
светловолосая и худенькая. И мой брат такой же.
Джейн даже рассмеялась.
— Правда?
— Правда. Мама мне примерно вот посюда. — Меган показала рукой на
плечо. — А я пошла в папу. — Что совсем неплохо, ведь они оба
весьма привлекательны.
— А ваш брат такой же невысокий, как и мама? — Джейн вдруг
увлеклась, и Берни улыбнулся. Все-таки можно надеяться, что когда-нибудь
Джейн образумится.
— Да. Я называю его карликом.
— Наверное, он жутко на это обижается. — Джейн захихикала, и Меган
ухмыльнулась:
— Да уж, конечно. Видимо, он стал психиатром, чтобы найти этому научное
обоснование. — Все дружно рассмеялись, а няня налила Меган чаю, и
женщины с пониманием посмотрели друг на друга. Вскоре няня повела Александра
купаться, а Меган помогла Берни и Джейн убрать со стола. Они соскребли
остатки еды с тарелок в мусорное ведро, убрали продукты в холодильник,
загрузили посуду в моечную машину, и к тому времени, когда няня вернулась,
все уже было готово. Она чуть было не сказала, мол, как приятно, когда в
доме появляется женщина, но вовремя удержалась, сочтя такое высказывание
недипломатичным, и просто поблагодарила всех за помощь.
Меган провела с ними еще около часа. Все расселись возле камина и принялись
болтать о том о сем. Когда послышался сигнал вызова, Меган разрешила Джейн
набрать вместо нее номер диспетчера и послушать, о чем они будут
разговаривать. Чей-то ребенок подавился костью индейки. К счастью, ее
удалось вытащить, но малыш сильно поцарапал горло. Как только Меган повесила
трубку, снова зазвучал сигнал вызова. Девочка поранила руку кухонным ножом,
и ей нужно наложить швы.
— Бр-р-р. — Джейн скорчила гримасу. — Просто ужас.
— Порой случаются очень неприятные вещи. Но, я думаю, с девочкой все
будет в порядке. По крайней мере, пальцы на месте, а руку мы зашьем. —
Она с улыбкой взглянула на Берни. — Боюсь, мне пора идти.
— Может, вы потом еще вернетесь? — с надеждой спросил Берни, но
Меган сочла, что необходимо проявить деликатность по отношению к Джейн.
— Думаю, потом будет слишком поздно. Как правило, в таких случаях
приходится задержаться дольше, чем рассчитываешь. Вы ведь не очень-то
обрадуетесь, если я постучусь к вам часов в десять вечера. — Берни
подумал, что вовсе в этом не уверен, и все огорчились из-за того, что Меган
ушла так рано, даже Джейн, а особенно Александр. После купания он вернулся в
гостиную и, обнаружив, что Меган уже нет, горько заплакал.
Это напомнило Берни о том, чего лишены его дети, и в мозгу его всплыл
вопрос: что, если няня права и в будущем жизнь их изменится? Но представить
себе такого он не мог, какие могут быть перемены? Разве что переезд из Сан-
Франциско в Нью-Йорк, который теперь редко занимал его мысли. Он вполне
свыкся с жизнью в Калифорнии.
Они улетели в Нью-Йорк на Рождество, так и не повидавшись за это время с
Меган. На Берни обрушилась лавина дел, связанных с магазином, у детей
появилась масса занятий в городе, и они ни разу не выбрались в долину Напа.
В сопровождении миссис Пиппин Александр и Джейн посмотрели
Щелкунчика
и
побывали на детском концерте в филармонии. И, конечно же, на елке в магазине
Вольф
. Алекс с замиранием сердца ждал встречи с Санта-Клаусом. Джейн
исполнилось почти десять лет, и она уже не верила в его существование, но
пошла вместе с Алексом на елку, чтобы доставить ему удовольствие. Перед
отъездом Берни позвонил Меган.
— Желаю вам отлично провести праздники, — выразительно сказал он.
Меган столько трудится на протяжении всего года, она как никто заслужила
право на отдых и развлечения.
— И вам того же. Передайте привет Джейн. — Меган послала ей теплую
розовую шапочку и шарфик, чтобы девочка смогла надеть их в поездку, и
игрушечного Санта-Клауса Алексу, но им еще не доставили посылку.
— Жаль, что мы не успеем повидаться с вами до праздников. — Он
жалел об этом сильней, чем можно было предположить. В последние несколько
недель он часто вспоминал о ней.
— Возможно, мы с вами встретимся в Нью-Йорке, — задумчиво ответила
она.
— Я думал, вы отправитесь к родным в Бостон.
— Так оно и есть. Но мой сумасшедший брат и его жена собираются в Нью-
Йорк и упорно зовут меня с собой. Один из наших аристократических
родственников женится и устраивает пышную свадьбу в клубе Колони. Я не
уверена, что мне по вкусу подобное мероприятие, но им хочется, чтобы я
поехала с ними, и я обещала, что подумаю.
На самом деле она уже согласилась, надеясь, что заодно повидается в Нью-
Йорке с Берни, но не решилась признаться ему в этом. Берни очень оживился и
обрадовался.
— Вы позвоните мне, если надумаете ехать?
— Конечно. По приезде я выясню, что у нас в программе, а потом сразу же
дам вам знать. — В надежде на удачное стечение обстоятельств Берни
продиктовал ей номер телефона родителей в Скарсдейле.
В тот же вечер по возвращении домой он увидел огромную коробку с подарками,
которые прислала Меган. В ней лежали шапочка с шарфиком для Джейн, Санта-
Клаус для Алекса, свитер фирмы
Прингл
для няни, который очень ей
понравился, и красивая книга в кожаном переплете для Берни. Он сразу же
заметил, что книга старая, и догадался, что это раритет. Меган вложила
записку, в которой сообщала, что книга принадлежала ее деду и помогла ей
пережить трудные времена. Она выразила надежду, что эта книга станет
источником утешения и для Берни, а еще пожелала им веселого Рождества и
всяческого счастья в новом году. Читая записку, Берни загрустил по Меган.
Ему стало обидно, что они не смогут провести праздники в одном и том же
городе, и он посетовал на жизнь, которая порой бывает чересчур сложной. С
приближением Рождества он стал острее воспринимать свое одиночество, все
чаще вспоминая о Лиз и думая о годовщине их свадьбы. Во время полета он
совсем притих, и няня решила, что это не к добру. Лицо его стало совсем
печальным, и она догадалась, что он думает о Лиз и по-прежнему отчаянно
тоскует о ней.
А мысли сидевшей в другом самолете Меган занимали Марк и Берни. Она
попыталась сравнить этих столь непохожих друг на друга мужчин, которые
вызывали у нее глубокое уважение. Но в эту минуту ей недоставало именно
Берни, и вечером она позвонила ему просто затем, чтобы поговорить. Звонок
раздался вскоре после того, как они добрались до дому, когда няня укладывала
детей в постель, и Руфь переполошилась. Меган представилась как доктор
Джонс, и Руфь продолжала стоять у телефона, пока Берни не замахал на нее
руками и не прогнал ее. Она решила, что кто-то заболел, и Берни чуть ли не
со смехом отобрал у нее трубку. Он понимал, что потом мать потребует у него
объяснений, но ему хотелось сначала поговорить с Меган. Ему не терпелось
услышать ее голос.
— Меган? — спросил он, сияя, как рождественская елка. — Как
вы долетели?
— Неплохо. — Похоже, ей тоже очень хотелось услышать голос Берни,
хотя звонить первой было неловко. Но она решила побороть свою застенчивость.
Вновь оказавшись в Бостоне, Меган так сильно заскучала по Берни, что желание
немедленно набрать его номер пересилило все сомнения. — Когда я
возвращаюсь домой, я всякий раз чувствую себя очень странно. Родители словно
забывают, что мы уже выросли, и начинают командовать нами, как в детстве. Но
почему-то об этом забываешь до тех пор, пока снова их не увидишь.
Берни рассмеялся: это ощущение было ему прекрасно знакомо. И ему
вспомнилось, как неловко они с Лиз чувствовали себя, ночуя в его бывшей
комнате. Как будто им опять по четырнадцать лет и секс является чем-то
запретным. Куда проще останавливаться в гостинице, но теперь он приехал с
детьми, а им лучше пожить у бабушки с дедушкой, ведь они хотели вместе
провести праздники. Рядом с ними он менее остро воспринимал свое одиночество
и поэтому не стал заказывать номер в гостинице. Но Меган, безусловно, права.
— Я отлично понимаю, о чем вы говорите. Как будто время пошло вспять, и
вдруг выяснилось, что они во всем были правы. И тебе опять четырнадцать лет,
и на этот раз ты последуешь их мудрым советам... но оказывается, что это не
так. И через некоторое время все начинают на тебя злиться.
Меган расхохоталась. В Бостоне злиться уже начали. Примерно через час после
того, как она переступила порог родного дома, ее отца вызвали принимать
роды, а она отказалась поехать с ним, поскольку устала с дороги, и он ушел
один, явно досадуя на нее. Ей пришлось выслушать нарекания матери по поводу
того, что она взяла с собой не самые теплые сапоги и не так уложила чемодан.
Немного погодя мать принялась ругать ее за беспорядок в комнате. После
восемнадцати лет самостоятельной жизни это кажется утомительным, мягко
говоря.
— Брат пообещал вызволить меня вечером. Он устраивает вечеринку у себя
дома.
— В лучших традициях чопорного Бостона или там будет полнейшее
безобразие?
— Если учесть, что они с женой за люди, нас ждет и то, и другое.
Вероятно, он напьется до бесчувствия, а кто-нибудь из психоаналитиков школы
Юнга, наклюкавшись пунша, от которого можно и ноги протянуть, примется
раздеваться у всех на виду. Он любит устраивать такие гулянки.
— Смотрите, не попадитесь кому-нибудь в руки. — Берни никак не мог
представить себе Меган в подобном окружении, и ему стало одиноко. Он вдруг
почувствовал, как ему тоскливо без нее, но не решился заговорить об этом.
Они всего лишь друзья, и такие признания совсем не к месту. Впрочем, их
отношения подразумевают нечто большее, и многое еще впереди. — А вы
прилетите в Нью-Йорк на свадьбу ваших родственников? — Он умолчал о
том, что сильно надеется на это.
— Брат с женой полетят в любом случае. Не знаю, что скажут мои
родители, ведь я вроде бы собиралась погостить у них. Но я заведу разговор
на эту тему и посмотрю, что будет.
— Надеюсь, они все-таки отпустят вас. — Он заговорил как
подросток, и они оба рассмеялись. Все тот же синдром вернувшегося детства.
— Теперь вы понимаете, на что я жалуюсь?
— Меган, прилетайте хоть на денек, было бы так приятно повидаться с
вами.
Меган и самой хотелось встретиться с ним, и она не стала спорить. Уже не
одну неделю подряд она постоянно думала о Берни, жалея о том, что им ни разу
не удалось увидеться друг с другом до праздников, но у них обоих было
множество дел и обязанностей. Возможно, встреча в Нью-Йорке — совсем
неплохая идея.
— Я постараюсь, мне бы самой очень этого хотелось. — И тут ей в
голову пришла еще более удачная мысль:
— А может быть, мы могли бы вместе пойти на свадьбу? — по-детски
нерешительно спросила она. Чем дольше она об этом думала, тем больше ей
нравилась эта идея. — Вы прихватили с собой смокинг?
— Нет, но я знаю отличный магазин, где они продаются. — Они дружно
рассмеялись. — А вы уверены, что это удобно? Ведь я не знаком ни с
женихом, ни с невестой. — Ему казалось, что свадьба в клубе Колони
должна быть крайне внушительным мероприятием, и он несколько оробел, но в
ответ услышал смех Меган:
— Все так отчаянно напьются, что никого вообще не заинтересует, чей вы
знакомый. А мы могли бы вскоре сбежать оттуда и отправиться в какое-нибудь
другое место... например, в
Карлайл
, послушать Бобби Шорта. — Услышав
ее предложение, Берни не сразу нашелся с ответом. Когда он жил в Нью-Йорке,
это было одним из его самых любимых развлечений, и он подружился с Бобби еще
в те времена, став его поклонником на всю оставшуюся жизнь.
— Это было бы замечательно. — В голосе Берни появилась легкая
хрипотца. Думая о Меган, он вновь чувствовал себя молодым человеком, для
которого жизнь еще только начинается, а вовсе не закончилась трагедией чуть
менее двух лет тому назад. — Постарайтесь выбраться сюда, Мег.
— Хорошо. — Им обоим не терпелось увидеть друг друга, это желание
стало таким сильным, что Мег слегка испугалась, но решила не отказываться от
своей затеи. До тех пор, пока они вернутся в Напу, пройдет слишком много
времени. — Я приложу все силы. А вы отметьте в календаре двадцать
шестое число. Я прилечу утром и остановлюсь в
Карлайле
. Мой безумный
братец всегда там останавливается.
— А я куплю смокинг на этой неделе. — Похоже, они славно проведут
время. Хотя Берни немного побаивался идти на свадьбу. Через три дня, будь
все иначе, они с Лиз смогли бы отпраздновать четвертую годовщину своей
собственной. Но он решил, что не будет думать об этом. Нельзя же отмечать
несуществующие праздники. Внезапно ему захотелось оказаться рядом с Меган,
чтобы воспоминания перестали его тревожить, и в голосе его зазвучали
странные нотки. Меган забеспокоилась. Ей показалось, будто они знакомы
гораздо ближе, чем на самом деле. Им так легко общаться друг с другом, и они
оба успели это заметить.
— С вами все в порядке? — негромко спросила она. Берни устало
улыбнулся и кивнул:
— Все нормально. Просто порой мне являются призраки... а в это время
года такое случается особенно часто.
— Да, это тяжело. — Ей пришлось пережить то же самое, но теперь
это осталось далеко позади, и к тому же она проводила рождественские
праздники с каким-нибудь мужчиной, или дежурила в больнице, или же мчалась
куда-нибудь к заболевшему ребенку. Все-таки ей приходилось легче, чем Берни.
Хорошо, если родители сумеют поддержать его. Эти праздничные дни могут
показаться тягостными и ему, и детям или, по крайней мере, Джейн. — Как
ваша дочка?
— Она рада, что мы здесь. Их с бабушкой водой не разольешь. У них уже
появилась масса планов на ближайшие три недели, и няня останется с ними в
Нью-Йорке, когда я уеду. Мне нужно успеть к тридцатому числу на собрание в
Сан-Франциско, а занятия в школе начнутся только десятого, так что им
предстоит провести тут две недели без меня, и все от этого в восторге.
Меган подумала, что Берни будет одиноко без детей.
— А вы не заедете в это время в Напу?
— Может быть.
Оба надолго замолчали, думая об одном и том же, стараясь отмахнуться от
навязчивых мыслей.
Меган пообещала позвонить Берни в конце недели, чтобы сообщить о своих
планах. Но вышло так, что он позвонил ей раньше этого. С тех пор, как он
прилетел в Нью-Йорк, прошло два дня и наступил праздник Рождества. К
телефону подошел отец Меган, и Берни отметил, какой звучный у него голос.
Отец позвал Меган и попросил ее поторапливаться.
Послышались ее быстрые шаги, и по дыханию Меган Берни понял, что она
запыхалась. Стоило ему услышать ее голос, как на лице его появилась улыбка.
— Желаю вам веселого Рождества, Мег.
Меган тоже улыбнулась, услышав, как Берни назвал ее. Только самая лучшая
подружка называла ее так, когда они обе были совсем маленькими, и теперь у
нее вдруг потеплело на душе.
— Я тоже желаю вам веселого Рождества. — Она обрадовалась его
звонку, но в комнате, из которой она говорила, стоял шум, и кто-то несколько
раз окликнул ее.
— Я выбрал неудачное время?
— Нет-нет. Но мы как раз уходим в церковь. Давайте я перезвоню вам
попозже.
Так она и сделала и снова представилась его матери как доктор Джонс. Они с
Берни завели долгую приятную беседу, а когда он повесил трубку, Руфь с
любопытством поглядела на него. Дети играли у себя в комнате, рассматривая
подарки вместе с няней Пип. Они получали большую часть подарков от бабушки с
дедушкой на праздник Ханука, но Руфь не смогла полностью обойти вниманием
Рождество, боясь разочаровать детей, поэтому теперь Санта-Клаус стал
заглядывать и к ней в дом, что показалось Берни крайне забавным. Если бы ему
в детстве захотелось отпраздновать Рождество, родители пришли бы в ужас. Но
ради внуков они были готовы на все. С годами они стали намного терпимее. Но
не вполне.
— Кто это звонил? — Руфь постаралась, чтобы вопрос прозвучал как
можно более невинно, но ей это не удалось.
— Одна знакомая. — Эта игра была ему знакома с давних лет, но они
уже долгое время не играли в нее, и Берни почувствовал, что вот-вот
рассмеется.
— А я ее видела?
— По-моему, нет.
— А как ее зовут?
Обычно этот вопрос вызывал у него раздражение, но не на этот раз. Берни
решил, что ему нечего скрывать, даже от матери.
— Меган Джонс.
Руфь посмотрела на Берни. С одной стороны, ее порадовало, что ему позвонила
женщина, а с другой — досадно, что ее не зовут Рэчел Шварц.
— Опять одна из этих. — Но втайне Руфь приободрилась. Ее сын снова
ожил. Что-то новое появилось в его взгляде, и в сердце матери затеплилась
надежда. Когда Берни только-только прилетел, она упомянула об этом в
разговоре с Лу, только Лу сказал, что он не заметил в нем никаких перемен. А
Руфь заметила. И теперь убедилась в своей правоте. — Почему же ты
никогда не знакомишься с еврейками? — Она заговорила жалобным тоном, и
Берни улыбнулся в ответ.
— Наверное, потому, что я больше не хожу в синагогу. Она кивнула, и ей
подумалось: уж не рассердился ли он на бога из-за смерти Лиз, но, к счастью,
поняла, что не стоит спрашивать его об этом.
— А к какой церкви она принадлежит? — спросила она, помолчав
немного. Берни ухмыльнулся.
— К англиканской. — Им обоим припомнилась сцена, которую она
устроила в ресторане
Берег басков
.
— Ой! — На этот раз она ограничилась коротеньким восклицанием,
которое отнюдь не предвещало сердечного приступа. — К англиканской. У
вас с ней все всерьез?
Берни тут же замотал головой, но Руфь усомнилась в его правдивости.
— Нет, мы просто друзья.
— Она часто тебе звонит.
— Да, целых два раза. — Руфь знала, что он и сам ей звонил, но
промолчала об этом.
— Она симпатичная? А детей она любит? — Вопросы уже посыпались
один за другим, и Берни решил кое-что рассказать ей о Меган, чтобы мать
прониклась к ней должным почтением.
— Она — детский врач, раз уж тебе так хочется все знать. — Это был
удачный ход с его стороны. Сто очков в пользу Меган Джонс! Он постарался
сдержать улыбку, когда заметил, какое выражение появилось на лице у матери.
— Врач?.. Ну да, конечно... Доктор Джонс... Почему ты мне раньше не
сказал?
— Ты не спрашивала. — Опять все те же слова и эта старая игра.
Словно песня, которую они исполняли дуэтом многие годы. Теперь она уже
звучит как колыбельная.
— Извини, как ее зовут? — Берни сообразил, что теперь Руфь
заставит мужа хорошенько выяснить все об этой женщине.
— Меган Джонс. Она обучалась в Гарварде, а потом в Стэнфордском
медицинском колледже и закончила аспирантуру при Калифорнийском
университете. Можешь не заставлять папу наводить справки. Пусть он лучше
побережет свои глаза.
— Не груби. — Руфь сделала вид, будто рассердилась, но на самом
деле ей очень все понравилось. Конечно, было бы куда лучше, если бы она
работала в магазине
Вольф
, а Берни лечил бы больных, ну да ладно, нельзя
же иметь все сразу. Она свыклась с этой мыслью за долгие годы. — А
какая она из себя?
— У нее кривые зубы и куча бородавок. На этот раз Руфь рассмеялась.
Потребовалось сорок лет для того, чтобы она научилась смеяться вместе с ним.
— А ты когда-нибудь представишь мне эту красотку с кривыми зубами,
кучей бородавок и блестящим образованием?
— Представлю, если она не исчезнет из моего поля зрения.
— У вас это всерьез? — прищурив глаза, снова спросила Руфь, но
Берни уклонился от разговора на эту тему. Ему понравилось играть с ней в
старую игру, но время для серьезного обсуждения еще не настало. Они с Меган
всего лишь друзья, и неважно, как часто они разговаривают друг с другом по
телефону.
— Нет.
За прошедшие годы Руфь научилась многому. И теперь, заметив, какое у него
выражение лица, сразу же оставила его в покое. И не сказала ни слова до тех
пор, пока Меган опять не позвонила. Это случилось в тот же вечер. Она
сообщила, что назавтра уже поселится в
Карлайле
и будет ждать там Берни,
чтобы вместе с ним отправиться на свадьбу. Он уже успел обзавестись
смокингом, который безукоризненно сидел на нем. Руфь испытала приятное
потрясение, когда увидела сына на следующий день. И даже впала в легкую
оторопь, заметив, что на улице его дожидается черный лимузин.
— Это ее машина? — тихонько спросила Руфь, широко раскрыв глаза от
изумления. Что же она за врач такой? Лу не может себе позволить приобрести
лимузин, а ведь он уже сорок лет практикует в Нью-Йорке, и приемная у него
не где-нибудь, а на Парк-авеню. Конечно, им с мужем лимузин ни к чему, но...
Берни улыбнулся:
— Нет, мама, моя. Я взял ее напрокат.
— А-а. — Руфь немного сникла, но совсем чуть-чуть. Стоя за
занавесками, она увидела, как сын сел в автомобиль и укатил прочь, и
почувствовала, что очень гордится им. Потом она тихонько вздохнула, отошла
от окна и заметила на себе взгляд няни Пиппин.
— Я... мне просто... хотелось убедиться, что с ним все в порядке...
Сегодня так скользко. — Как будто кто-то потребовал у нее объяснений.
— Он очень хороший человек, миссис Фаин. — По тону няни Руфь
догадалась, что она тоже гордится Берни, и ее слова тронули сердце матери.
Руфь Фаин огляделась по сторонам, проверяя, не может ли их кто-нибудь
подслушать, а затем попыталась осторожно порасспросить няню Пип. За
прошедший год они не успели подружиться, но миссис Пиппин вызывала у Руфь
уважение, и она явно относилась к ней с симпатией. И Руфь ничуть не
сомневалась в том, что няне известно обо всех событиях в жизни Берни.
— Что за человек эта доктор? — едва слышным голосом спросила она,
и няня улыбнулась.
— Она — хорошая женщина. И очень умная.
— А она красива?
— Весьма привлекательна. — Из них с Берни получилась бы прекрасная
пара, но няня сочла, что говорить об этом преждевременно. Она была бы очень
рада, если бы отношения между Берни и Меган приняли серьезный оборот, они
очень подходят друг другу, но пока надеяться на это еще рано. — Она —
славная женщина, миссис Фаин. Возможно, со временем их дружба перерастет в
нечто большее.
Но она не сказала ничего более конкретного, и Руфь молча кивнула, пытаясь
представить себе, как ее сын едет сейчас где-то в центре города во взятом
напрокат лимузине. Каким славным он был в детстве... да
...Закладка в соц.сетях
