Жанр: Любовные романы
Полет длиною в жизнь
...... Мне кажется, ты легко
отделалась. С такими, как Джо, одинаково тяжело что жить, что разводиться.
Сложный, властный характер, острый ум, активное творческое начало, привычка
всегда и во всем быть лидером... Извини, — добавил он, увидев, как
омрачилось ее лицо. — Ты слишком сильно любила его и не замечала
очевидного, к тому же верно говорят — солнце лучше всего наблюдать издалека.
Кейт рассеянно кивнула. Она действительно любила Джо, любила его вместе со
всеми недостатками, которые Энди только что перечислил. Только он был для
нее не солнцем, а скорее звездой — прекрасной, сверкающей, но недосягаемой.
И именно это последнее обстоятельство и привлекало ее к нему едва ли не
сильнее всего остального.
— Ты хочешь сказать, что замуж лучше всего выходить за умственно
отсталого, безвольного кретина со склонностью к коллекционированию?
— Опасная склонность, кстати говоря. Среди коллекционеров маньяков
гораздо больше, чем среди обычных людей, — можешь поверить мне, как
юристу, — ответил Энди, смеясь. Впрочем, он тут же снова
посерьезнел. — Нет, я хотел сказать, что тебе нужен человек, который...
который был бы больше похож на человека! Джо, конечно, уникальная личность,
его даже трудно оценить по достоинству, но еще труднее — следовать за ним
повсюду, быть с ним изо дня в день. Кейт Джемисон заслуживает лучшей участи
— таково мое глубокое убеждение, господа присяжные! — Он фыркнул, и
Кейт почувствовала, как в груди ее рождается новое теплое чувство. Энди был
мягким, чутким и добрым, и Кейт в очередной раз удивилась тому, что он до
сих пор не женат.
— Я тебе позвоню, — сказал Энди, когда они попрощались и уже
готовы были разойтись в разные стороны. — Как мне тебя найти?
— Кажется, моя фамилия уже есть в телефонном справочнике. В крайнем
случае, можешь позвонить мне в музей.
Энди позвонил ей через два дня и пригласил в кино. А потом — на каток в Рокфеллер-
центр. А потом — на ужин в дорогой ресторан. К Рождеству, когда Кейт поехала
в Бостон, они виделись уже почти каждый день, однако она не рассказала об
этом ни отцу, ни матери, не желая, чтобы родители начали очередную кампанию
по выдаче ее замуж за Энди. Но она рада была слышать его, когда он позвонил
ей утром в первый день Рождества. Этот звонок напомнил ей прошлое, только
теперь Энди нравился ей даже больше. Он был добр и предупредителен, с ним ей
было уютно и просто.
— Я скучаю без тебя, — сказал Энди. — Когда ты собираешься
назад в Нью-Йорк?
— Дня через два. Я еще точно не знаю, — ответила она, и на душе ее
стало тепло оттого, что кто-то ждет ее.
— Когда ты снова начала встречаться с Энди? — спросила Элизабет,
когда Кейт положила трубку.
— Я случайно столкнулась с ним в магазине несколько недель назад.
— Он женат?
— Да. На манекенщице, и у него восемь детей, — поддразнила Кейт
мать, но Элизабет даже не улыбнулась.
— Я всегда говорила, что вы прекрасно друг другу подходите, —
заметила она.
— ; Я знаю, мама. Но мы с ним просто друзья, и пусть это так и
останется, ладно? Так будет лучше и для него, и для меня.
Три года назад Кейт больно ранила Энди, она до сих пор чувствовала себя
виноватой перед ним, и ей не хотелось, чтобы между ними снова произошло какое-
то недоразумение. Она провела в Бостоне еще два дня и вернулась в Нью-Йорк,
где ее дожидался щенок, за которым это время присматривала соседка. Оба были
очень рады встрече, но не успели они с Паппи подняться в квартиру, как ей
позвонил Энди.
— Привет, ты уже на месте? — спросил он.
— Да, только что вошла. А ты откуда знаешь? У тебя что, радар?
— Нет, собственная секретная служба. Мои люди вели тебя от самого
Бостона, — сказал Джо зловещим голосом. — Как насчет того, чтобы
сходить в кино?
Кейт согласилась, а потом они вместе встретили Новый год — пили шампанское в
клубе
Эль Морокко
, и Энди рассказывал ей всякие забавные случаи из своей
практики. В клубе Кейт неожиданно понравилось: со вкусом подобранная
обстановка создавала ощущение уюта. И все же клуб показался ей каким-то
слишком уж солидным, респектабельным. Не этого она ожидала от одного из
самых модных мест Нью-Йорка.
— Что тут плохого? — удивился Энди, когда она поделилась с ним
своими впечатлениями. — Неужели ты думаешь, что я повел бы тебя в какую-
нибудь забегаловку? Кроме того, я и сам — солидный и респектабельный молодой
мужчина в расцвете сил. Или ты считаешь иначе?
Кейт рассмеялась. За то время, что они не виделись, Энди и в самом деле
повзрослел и производил впечатление человека искушенного и вполне светского.
Она невольно сравнила его с Джо, который чувствовал себя неловко и скованно
в роскошных залах, и подумала, что именно эта его неловкость и
стеснительность как раз и нравились ей.
— А вот я пропустила свой расцвет, — пожаловалась Кейт после
третьего бокала шампанского. — Только что я была юной, неопытной
девушкой, и бац! — сразу стала старухой или, точнее, старой девой.
Иногда я чувствую себя даже старше своей матери!
— Ничего, это пройдет, — утешил ее Энди. — Дай только срок...
Время лечит все, — добавил он серьезно.
— И сколько времени тебе понадобилось, чтобы вылечиться после... после
меня? — требовательно спросила Кейт.
Шампанское ударило ей в голову, и по телу разливались приятная легкость и
тепло. Она чувствовала, что может говорить с Энди буквально обо всем на
свете, словно он был ее вторым
я
. Правда, у ее первого
я
язык уже слегка
заплетался, но Кейт этого не замечала.
— Не больше пятнадцати минут, — ответил Энди, не моргнув глазом.
На самом деле он пытался забыть ее долгих два года, но говорить об этом Кейт
ему не хотелось. К тому же Энди не был уверен, что забыть ее ему вполне
удалось — ведь именно Кейт он пригласил сегодня в клуб, хотя не меньше
полудюжины женщин, с которыми он встречался, были бы счастливы оказаться на
ее месте.
— А что? — Он лукаво посмотрел на нее. — По-твоему, я должен
был мучиться дольше? Мучиться, худеть и в конце концов испустить дух, в
последний раз прошептав дорогое имя?..
— Наверное, нет, — грустно сказала Кейт. — Во всяком случае,
я этого ничем не заслужила. Я очень плохо поступила с тобой тогда, Энди...
От ее игривой веселости не осталось и следа, теперь она гадала, где сейчас
Джо и что он делает. Встречает ли он Новый год один или с кем-то, а может,
копается в одном из своих моторов, который почему-либо начал барахлить...
— Мне кажется, иначе ты поступить не могла, — сказал Энди. —
Ты была без ума от него и ждала его так долго. Тут, наверное, ничего нельзя
было поделать. Я до сих пор благословляю судьбу за то, что мы не успели
пожениться. Это могло сильно осложнить нам жизнь.
— Это было бы просто ужасно! — с чувством сказала Кейт.
— Да, — кивнул Энди. — Так что нам повезло. Обоим. И сейчас
тебе нужно только одно: постараться забыть Джо раз и навсегда.
— А что, если я не смогу? — спросила Кейт жалобно, и Энди
рассмеялся.
— Сможешь, если захочешь. Но только вряд ли тебе это удастся, если ты
станешь горькой пьяницей. Ты совсем пьяна, Кейт!
— Ничего подобного! — возмутилась Кейт и попыталась вскочить, но
покачнулась и поскорее ухватилась за край столика, который почему-то начал
медленно вращаться вместе с комнатой.
— Ты пьяна... — повторил Энди, мягко улыбнувшись. — Но тебе это
очень идет — ты просто прелестна. Может быть, потанцуем, пока ты еще не
отключилась?..
Она не отключилась. Они провели вместе чудесный вечер, а на следующий день
ее настроение не могла испортить даже сильнейшая головная боль, с которой
Кейт проснулась утром. Она была не в силах даже встать и дойти до кухни, но
ее выручил Энди, явившись к ней спозаранок с пакетом круассанов, аспирином и
бутылкой апельсинового сока. После таблеток головная боль Кейт немного
улеглась, и она решила во что бы то ни стало приготовить им завтрак. Правда,
она круассаны сожгла, сок разлила и раздавила оба желтка, пытаясь
приготовить глазунью. Но Энди не сказал ни слова — только довольно едко
поблагодарил ее за заботу и расправился с яичницей в два счета. Сама Кейт
так ни к чему и не прикоснулась.
— Я ужасно готовлю, — пожаловалась она, хотя это было не совсем
так. Просто сегодня ей особенно хотелось, чтобы ее кто-нибудь пожалел.
— А-а, вот почему Джо Олбрайт удрал от тебя! — догадался Энди.
Казалось, он шутил, но Кейт поняла, что он хочет спросить, почему они
расстались. До сегодняшнего дня он ни разу об этом не заговаривал.
— Это я ушла от него, — поправила Кейт, отворачиваясь, чтобы Энди
не видел горя и тоски в ее глазах. — Он не хотел жениться на мне, не
хотел заводить детей. Я же говорила тебе: его семья — это самолеты.
— Зато теперь Джо — богатый человек, — не скрывая своего
восхищения, заметил Энди.
Впрочем, он прекрасно знал, что и кроме этого в Джо было, чем восхищаться.
Его талант летчика, технический гений — все это было достойно самой высшей
оценки. Единственное, чего Джо не мог и не умел, это правильно вести себя с
женщинами. Про себя Энди считал его круглым идиотом за то, что Джо не
женился на Кейт, однако это его нисколько не огорчало. Скорее наоборот.
— А почему ты не женат? — спросила Кейт, блаженно вытягиваясь на
кушетке.
— Не знаю... — Энди пожал плечами. — Сначала я был слишком молод,
потом — слишком занят. А может быть, просто не нашел никого
подходящего. — Он внимательно посмотрел на нее. — Ты тоже не спеши
с этим, ладно? У тебя еще есть время...
— О чем это ты? — удивилась Кейт.
— О браке, разумеется! Об этих пресловутых узах Гименея. В отцовской
фирме я видел так много разводов, что иногда мне хочется навсегда остаться
холостяком.
— Ты что же, принципиальный противник брака? — удивилась Кейт.
— Где уж мне... — Энди вздохнул. — Но торопиться я не буду. Я же
сказал, у нас обоих времени предостаточно...
— Моя мама считает, что у меня-то как раз времени нет. Она просто в
панике — боится, что я останусь старой девой.
— На ее месте я бы тоже волновался: похоже, от тебя не так-то легко
избавиться.
Они оба расхохотались, и Кейт почувствовала, что у нее стало легче на душе.
Потом они пошли гулять в Центральный парк. Стоял морозный зимний день, и
земля и все дорожки были покрыты тонким снежным покрывалом. Паппи, которого
они взяли с собой, с лаем носился вокруг них и хватал снег зубами. Все
вместе казалось Кейт таким нормальным, таким естественным, что она едва не
зарыдала, подумав, что ничего подобного в ее жизни никогда не будет. Во
всяком случае — не с Джо.
Но вскоре она успокоилась. С Энди ей стало хорошо и спокойно, и Кейт
постаралась не думать о своей потере. Тем же вечером они пошли в кино, и с
тех пор проводили много времени вместе. С ним Кейт чувствовала себя не так
одиноко; Энди был старым, испытанным другом, на которого она могла
положиться и который понимал ее с полуслова, а чаще — вовсе без слов.
Так прошло еще полтора месяца. Обеды и ужины, вечеринки с друзьями, прогулки
с собакой и походы на каток заполняли ее свободное время, создавая весьма
правдоподобную иллюзию нормальной жизни. Несколько раз Энди заходил к ней в
музей, а каждую субботу они вместе отправлялись за продуктами. Кейт было
очень приятно делать все это с ним, и порой она не без горечи думала, что у
Джо никогда не хватало времени на подобные
пустяки
. Он был слишком занят
своими самолетами. Энди, напротив, посвящал ей все свободное время, и Кейт
чувствовала, что и ему тоже приятно бывать с ней повсюду.
В День святого Валентина он появился на пороге ее квартиры с двумя дюжинами
красных роз и большой розовой коробкой шоколада, выполненной в форме сердца.
— Боже мой, чем я заслужила все это?! — воскликнула Кейт, открывая
дверь.
Весь день она больше обычного думала о Джо, но вместе с отчаянием и тоской в
ней постепенно росла и обида. Как мог человек, которого она любила так
долго, так безумно и так самоотверженно, жить без нее и при этом — не
испытывать ни малейшего беспокойства? За все время Джо даже ни разу не
позвонил ей, и Кейт это казалось неправильным, несправедливым. После всего,
что они пережили вместе и поодиночке, они должны были обязательно найти какой-
то разумный выход. Очевидно, каждый из них запутался в собственном и в чужом
страхе и не сумел вовремя прийти в себя. Теперь же Кейт оставалось только
сожалеть об этом. Она вдруг открыла, что не все сказки заканчиваются хорошо,
и это открытие было не из приятных.
— Ты что такая мрачная? — спросил Энди, заметив выражение ее лица.
— Снова жалею себя, — ответила она.
— Фи, как скучно! На-ка, съешь лучше шоколадку и подумай о чем-нибудь
веселом. И оденься поприличнее — мы едем ужинать.
— А как же твои подружки? — Иногда Кейт чувствовала себя
виноватой, словно она незаконно присвоила Энди, чтобы пользоваться им без
помех.
— Мои подружки подойдут позже. Все четырнадцать штук. Я думаю, тебе они
понравятся.
— А куда мы поедем?
— Сама увидишь. Только надень что-нибудь шикарное и постарайся в этот
раз не напиться.
— Тогда был Новый год, а в Новый год полагается напиваться! Кроме того,
я имею право немного выпить, потому что...
— Нет, не имеешь. Ведь говорила же тебе мама, что у тебя совсем мало
времени и ты можешь не успеть подцепить кого-нибудь приличного. Не забывай
об этом!
Энди дождался, пока она переоденется, и спустился вместе с ней вниз. У
подъезда их ждало не такси, а самый настоящий закрытый фиакр с полированными
перилами и подножками, с фонарями и кучером, запряженный самой настоящей
серой в яблоках лошадью. Голову лошади украшал белый плюмаж из перьев. У
экипажа был такой романтический вид, что Кейт, не раздумывая, вскарабкалась
на высокое сиденье, обтянутое красным плюшем. Энди сел следом, закрыл дверцу
и закутал ей колени толстым шерстяным пологом. В закрытом экипаже было тепло
и уютно, водители такси и прохожие улыбались им вслед, и Кейт, прислушиваясь
к неспешному цокоту копыт по асфальту, невольно подумала о том, что ожидать
чего-то подобного от Джо было бесполезно. Уж он-то скорее повез бы ее в
ресторан на одном из своих новых самолетов. Наконец фиакр свернул на
Пятьдесят вторую улицу и остановился у клуба
21
. Энди вылез первым и подал
ей руку; Кейт спрыгнула на мостовую и улыбнулась ему.
— Ты меня избалуешь!
— Ты заслуживаешь, чтобы тебя баловали, — очень серьезно ответил
он, ведя ее к дверям.
Очевидно, они были красивой парой: Кейт с удивлением заметила, что многие
головы повернулись в их сторону. Тут же к ним подошел один из помощников
метрдотеля, и через минуту они сидели за уютным маленьком столиком в одном
из верхних этажей.
Это был волшебный вечер. Негромкая приятная музыка, изысканная кухня,
безупречное обслуживание произвели на Кейт совершенно ошеломляющее
впечатление — у них в Бостоне не было ничего подобного. Она, однако, быстро
справилась с растерянностью и почувствовала себя так, словно всю жизнь
ужинала только в самых лучших и дорогих ресторанах.
На десерт ей подали заранее заказанное Энди крошечное пирожное в форме
сердца. Пытаясь отломить кусочек, Кейт почувствовала внутри что-то твердое.
С помощью специальной лопаточки она разломила пирожное и увидела небольшую
коробочку, в каких обычно хранят ювелирные украшения.
— Что это? — удивилась она, озадаченно глядя на Энди.
— Открой и посмотри. Может быть, там, внутри, что-нибудь есть. Мне эта
коробочка нравится.
Кейт неожиданно почувствовала, как кровь отхлынула у нее от лица, а сердце
учащенно забилось. Дрожащими пальцами она открыла коробочку... и подняла на
Энди изумленные глаза.
— Все в порядке, Кейт, не бойся, — улыбнулся он. — Вот
увидишь, все будет хорошо.
— А если нет? — Кейт испугалась по-настоящему: ей очень не
хотелось совершать ошибку, о которой впоследствии им обоим придется жалеть.
Будет, обязательно будет! — сказал Энди уверенно. — Ведь мы
постараемся, чтобы все было хорошо, правда, дорогая? Все будет зависеть
только от нас, случайности и стихийные бедствия исключаются.
Кейт снова посмотрела на обручальное кольцо с бриллиантами. Это было именно
то, чего она всегда хотела, только человек, который подарил ей его, был не
тот. Не об Энди она мечтала долгими бессонными ночами! Но с другой
стороны... почему бы нет? Кейт уже поняла — в этом мире никогда не получаешь
всего, чего хочется, а вариант, который предлагал . Энди, был еще более или
менее приличным.
Она быстро слизнула с пальцев налипшие крошки от пирожного, и Энди надел ей
кольцо. Оно оказалось точно по размеру.
— Ты выйдешь за меня замуж, Кейт? — спросил он серьезно. —
Скажи, выйдешь?
— Я... — Кейт заколебалась.
— Я все понимаю, — быстро сказал он. — Но поверь мне, на этот
раз все действительно будет хорошо. Я уверен — это именно то, что нужно нам
обоим. Кстати, чуть не забыл: я люблю тебя.
— Кстати?.. Вот так предложение! — Растерянность и радость все еще
боролись в ее душе, и Кейт не очень хорошо представляла, что делать, что
говорить.
— Это очень хорошее предложение, — сказал Энди уверенно. — Я
знаю: мы будем счастливы вместе.
— Моя мама всегда говорила, что ты мне подходишь.
— А моя мама назвала тебя стервой, когда ты меня бросила.
Рассмеявшись, Энди поцеловал Кейт, и этот поцелуй неожиданно показался ей
крепче и слаще, чем те, которые она помнила. Очевидно, Энди действительно
изменился. С ним было уютно, спокойно, надежно, он был идеальным спутником
жизни, он не был ей противен физически... Так что же, — снова подумала
Кейт, — неужели в жизни действительно нельзя получить все сразу —
великую любовь, жгучую страсть и надежную семью? Неужели в конечном счете
всегда выигрывает тот, кто не мечтал, кто не сгорал от страсти, кто любил
вполсилы?
Похоже, что так...
— Твоя мама была права, — сказала Кейт, когда они оба слегка
отдышались. — Насчет меня, я имею в виду. Я действительно обошлась с
тобой не самым лучшим образом и теперь жалею об этом.
— Это хорошо, потому что я как раз собираюсь заставить тебя
расплачиваться за ту твою ошибку до конца жизни. Ты — моя должница, не
забывай об этом.
— Не забуду. Каждое утро я буду подавать тебе в постель кукурузные
хлопья с виски.
— Если ты собираешься готовить мне завтраки, без этого не обойтись...
Постой-постой, уж не означает ли это, что ты согласна выйти за меня замуж?
Энди выглядел таким счастливым, что Кейт почти машинально кивнула, все еще
не отдавая себе отчета в том, что делает.
— Придется выйти, — сказала она. — Мне слишком понравилось
кольцо, жаль будет его возвращать.
Энди снова улыбнулся и еще раз поцеловал Кейт.
— Я люблю тебя, Кейт. Мне не хотелось этого говорить, но... я рад, что
у вас с Джо ничего не вышло, — честно признался он, и Кейт
почувствовала, как ее сердце сжалось от боли.
Она не могла радоваться тому, чему радовался Энди, но ей надо было научиться
жить с этим фактом, принять его, примириться. И она надеялась, что Энди
поможет ей в этом.
— Я тоже тебя люблю, — ответила она чуть слышным шепотом. Потом
весело усмехнулась и посмотрела на него. — А когда наша свадьба?
— В июне! — решительно сказал Энди, и Кейт, рассмеявшись,
обхватила его за шею обеими руками.
Она была счастлива и знала, что приняла правильное решение. А может быть,
это Энди принял...
Глава 14
На следующий день после того, как Энди сделал ей предложение, Кейт позвонила
родителям в Бостон. Как она и ожидала, Элизабет пришла в восторг и принялась
расспрашивать Кейт об их планах. Узнав, что свадьба состоится в июне, она
почувствовала себя совершенно счастливой, и Кейт казалось, что она понимает
мать. Свадьба, самая настоящая свадьба, и не
когда-нибудь
, а во вполне
конкретном и не таком уж далеком июне — это была долгожданная,
восхитительная в своей осязаемости реальность.
— Наконец-то! — воскликнула Элизабет, и в этом крике души
прозвучали облегчение, удовлетворение и радость.
На протяжении последующих четырех месяцев Кейт и ее мать были очень заняты
приготовлениями к свадьбе. Кейт всегда мечтала о наряде из бледно-голубого
органди, и Элизабет специально приехала в Нью-Йорк, чтобы помочь Кейт
заказать его. На первой примерке Элизабет плакала; Кларк — и тот
прослезился, когда увидел дочь в наряде невесты. Платье было простым, но
элегантным, и очень шло Кейт.
Свадьбе предшествовало несколько официальных приемов и неофициальных
вечеринок. Смотрины, званые обеды, ужины с вручением свадебных подарков —
вся эта суматоха доставляла Кейт ни с чем не сравнимое удовольствие.
Пожалуй, еще никогда она не чувствовала себя такой беззаботной и счастливой.
Свой медовый месяц они с Энди решили провести в Париже и Венеции — этот
маршрут казался Кейт самым подходящим; романтическое очарование двух
европейских столиц любви было бесспорным.
Но в глубине души Кейт продолжала ждать хоть какой-нибудь весточки от Джо.
Ей казалось, что теперь, когда о ее помолвке было написано во многих
газетах, он был просто обязан что-то предпринять, если, конечно, она была
ему не безразлична. Он должен был примчаться в Нью-Йорк на одном из своих
скоростных самолетов, чтобы остановить Кейт, заявить свои права на нее...
Однако Джо даже не позвонил, и Кейт попыталась убедить себя в том, что это к
лучшему. Ей достаточно было просто услышать его голос, чтобы наделать
глупостей; она и так тратила слишком много сил, чтобы не думать о нем, не
вспоминать. Воспоминания о нем прокрадывались к ней в голову чаще всего
поздно вечером, когда она ложилась, или рано утром, пока она еще не встала.
И стоило ей только вспомнить его глаза, его руки, его улыбку, как ее сердце
сжималось от боли. Она начинала сомневаться, правильно ли поступила, решив
выйти замуж за Энди. Впрочем, о своих сомнениях Кейт никому не говорила и
пыталась убедить себя, что, даже если бы она пожертвовала своим желанием
иметь мужа и детей, ее жертва все равно оказывалась бы бессмысленной. Она не
принесла бы ей ничего, кроме новых страданий.
Церемония бракосочетания прошла превосходно. Кейт в своем новом светло-
голубом платье с невесомым кружевным шлейфом была похожа на принцессу
эльфов. Фата полностью скрывала ее лицо, но, когда у алтаря Энди поднял
легчайший газ, чтобы поцеловать Кейт, он заметил в ее глазах выражение такой
глубокой нежности и печали, что едва не заплакал.
— Все будет хорошо, Кейт... Я люблю тебя, — шепнул он и увидел,
как из уголков ее глаз выкатились две крошечные слезинки.
Все утро Кейт думала о Джо, и ей казалось, что она снова уходит от него, на
этот раз — навсегда. Мужество едва не изменило ей в самый последний момент,
и Кейт удержалась от опрометчивого поступка, только подумав об Энди. Она не
имела права снова причинить ему боль, сбежав из-под венца. К тому же, если
судить по упорному молчанию Джо, ему она была совершенно не нужна, а с Энди
— в этом Кейт ни секунды не сомневалась — ей будет хорошо. Он был человеком
порядочным и любил ее. И она тоже любила его — не так страстно, как Джо, но
все-таки любила и готова была ответить на нежность нежностью и пониманием на
понимание.
Пусть Джо остается со своими самолетами, — решила она, уже
шагая к алтарю. — Я поступила правильно, уйдя от него, и буду очень
стараться, чтобы наш брак с Энди был удачным и счастливым — хотя бы для него
одного
.
Свадебный ба
...Закладка в соц.сетях
