Жанр: Любовные романы
Полет длиною в жизнь
... Энди. Он учился уже на
третьем курсе Гарвардской школы права и был очень занят. Семинары и
письменные работы отнимали у него почти все время, и он не мог приезжать к
ней слишком часто. Без него Кейт чувствовала себя довольно одиноко, так как
несколько ее близких подруг не вернулись в колледж этой осенью. Две из них
успели за лето выйти замуж, а одна девушка вернулась домой на Западное
побережье: она была вынуждена пойти работать, чтобы содержать больную мать.
Ее отец и двое братьев — все погибли на Тихом океане в течение одного
летнего месяца, и у бедняжки не оставалось другого выхода.
Сама же Кейт просто боялась заглядывать в будущее. Ей двадцать один год,
через считанные месяцы она закончит колледж, а что потом? Все говорили, что
она — интересная, красивая, умная, начитанная и приятная в общении молодая
женщина, но для нее это были пустые слова. Кейт не представляла себе, как
она будет жить без Джо, хотя этот вопрос не мог не вставать перед ней.
Конечно, ей было бы легко найти поклонника, но она к этому не стремилась. С
тех пор как Джо пропал без вести, ей даже в голову не приходило пойти к кому-
нибудь на свидание. Несколько приятных молодых людей из Массачусетского
технологического института не раз приглашали ее в кино или в ресторан, но
Кейт каждый раз отвечала отказом, не давая себе труда даже объяснить
причину. Не могла же она сказать, что на самом деле ее никто не интересует!
Кейт по-прежнему ждала звонка из Вашингтона, который прояснил бы судьбу Джо.
Каждый раз, когда она оказывалась на многолюдной улице, входила в магазин
или в автобус, ей начинало казаться, что она вот-вот столкнется с ним лицом
к лицу. Когда же ей сообщали, что кто-то ожидает ее в вестибюле общежития,
она летела вниз, точно на крыльях, в полной уверенности, что это он вернулся
— вернулся, чтобы больше никогда не уходить. И хотя всякий раз это
оказывался кто-то другой, Кейт по-прежнему не могла примириться с мыслью,
что Джо больше нет, что он исчез, растворился, растаял в воздухе, словно
никогда и не существовал. Смерть казалась ей бессмысленной и жестокой, и
Кейт отказывалась верить, что никогда больше не увидит Джо.
Впрочем, в этом году она, казалось, немного успокоилась, а вернее —
запрятала свою боль так глубоко, что никто ее не замечал; порой ее лицо даже
озарялось слабой улыбкой. С родителями она больше не спорила, но каждый раз,
когда мать намекала, что не плохо бы ей начать встречаться с каким-нибудь
юношей, Кейт стремилась либо поскорее сменить тему, либо выйти из комнаты.
По всему было видно, что она не собирается менять принятого решения, и
Элизабет начала всерьез опасаться, как бы Кейт не осталась старой девой.
Когда она поделилась своими тревогами с мужем, Кларк только рассмеялся.
— О чем ты говоришь! — воскликнул он. — Какая
старая дева
?!
Ведь Кейт только двадцать один год, к тому же идет война. Подожди, пока она
кончится и молодые люди начнут возвращаться домой. Вот если ничего не
изменится, тогда можно начинать волноваться.
— И когда же она кончится? — спросила Элизабет с мрачным
скептицизмом.
— Скоро. Я думаю, что скоро, — ответил Кларк.
Но до конца войны было еще далеко. В августе был освобожден Париж, а русские
вступили в Польшу, но уже в сентябре нацистская Германия снова усилила
бомбардировку английских городов, впервые в мире применив ракетное оружие.
Прорыв немецких войск в Арденнах также заставил союзников пережить несколько
очень неприятных недель. Правда, контрнаступление немцев захлебнулось
довольно скоро, однако англичане и американцы понесли огромные потери, и
настроение у многих было траурным.
В последний день рождественских каникул к Кейт заглянул Энди с группой
друзей. Он пригласил ее на каток, и Кейт неожиданно даже для самой себя
согласилась. Элизабет отпустила дочь с легким сердцем — она все еще
надеялась, что когда-нибудь общество этого интересного молодого человека
пробудит в Кейт какие-то романтические чувства. Правда, Кейт всегда
говорила, что они просто друзья, однако ее матери казалось, что в последнее
время их отношения стали более близкими и доверительными, и это давало
Элизабет повод надеяться. По ее мнению, Энди был бы для Кейт идеальным
мужем. Кларк был с ней вполне согласен, но считал, что окончательный выбор
следует предоставить самой Кейт.
Компания отправилась на ближайшее озеро и провела прекрасный день, катаясь
на коньках, падая, толкаясь и хохоча. Потом друзья Энди устроили шуточный
хоккейный матч, который, по совести сказать, гораздо больше напоминал
футбол, поскольку на льду то и дело образовывалась самая настоящая куча-
мала. Кейт в этой забаве не участвовала. Выбрав свободный участок льда в
самом центре озера, она спокойно описывала круг за кругом, время от времени
пробуя исполнить фигуры и танцевальные па, которые учила много лет назад.
Фигурное катание всегда ей очень нравилось, в детстве Кейт даже занималась в
спортивном клубе и подавала большие надежды.
С озера они всей компанией пошли в ближайшее кафе и пили там горячий
шоколад, а потом отправились гулять, хотя уже настал вечер и ясный, чистый
воздух звенел от мороза. Кейт и Энди вскоре отстали от основной группы и
пошли медленнее. Они прекрасно провели время, и Кейт была благодарна Энди за
то, что он вытащил ее из дома. Энди в свою очередь был просто счастлив, что
Кейт перестала наконец горевать и начала понемногу возвращаться к нормальной
жизни. И, самое главное, за все время она ни разу не вспомнила о Джо. Энди
решил, что это Рождество стало для нее поворотным пунктом — Кейт оставила
пустые надежды и тоску по прошлому и обратилась к будущему.
— Что ты собираешься делать летом? — спросил он, когда Кейт взяла
его под руку. На самом деле у нее просто начинали мерзнуть пальцы, но его
этот жест сильно приободрил.
— Не знаю. Я пока не думала, ведь до лета еще так далеко, —
рассеянно ответила она, следя за тем, как пар от ее дыхания клубится и тает
в неподвижном, холодном воздухе. — А ты?
— У меня есть одна замечательная идея, — сказал Энди доверительным
тоном и слегка наклонился к ней. — Ведь мы оба заканчиваем в июне,
верно? Отец говорит, что мне не обязательно начинать работать в его фирме
сразу после выпуска, вот я и подумал о том, чтобы устроить себе медовый
месяц. Как ты на это смотришь?
Сначала Кейт не поняла, что он имеет в виду, и кивнула, но сразу же
нахмурилась.
— А при чем тут я? — спросила она, заглядывая в его красивые темно-
карие глаза. Энди смотрел на нее как-то очень странно; он даже остановился,
и Кейт пришлось остановиться тоже. — С кем ты собираешься провести этот
медовый месяц, Энди?
— Я... я думал, что, быть может, мы проведем его с тобой, —
проговорил он, слегка запинаясь.
Кейт тяжело вздохнула. Она-то думала, что они оставили всю эту романтическую
чушь в прошлом и стали просто друзьями. Кейт относилась к Энди даже лучше,
чем к другу; для нее он был как брат, и вот теперь... теперь он все
испортил.
— Ты что, шутишь? — спросила она с надеждой, но Энди покачал
головой.
Он смотрел на нее так торжественно и серьезно, что Кейт поняла: ему не до
шуток. Она высвободила руку и отступила на полшага назад.
— Прости, Энди, но я не могу. И ты это знаешь. Я люблю тебя, но...
только как брата. — Она печально улыбнулась. — Именно поэтому я не
могу выйти за тебя замуж: это было бы кровосмешением.
— Я знаю, что ты любила Джо. — Энди упрямо тряхнул головой и
нахмурился. — Но его больше нет. А я любил тебя всегда, с самого
первого дня. И знаешь, мне кажется, что мы могли бы быть счастливы вместе.
Кейт слегка пожала плечами. Она не исключала, что с Энди ей действительно
было бы хорошо, — но не так, как с Джо. Они были слишком разными: Джо
воплощал страсть, восторг, сумасшествие, а Энди... с Энди у нее были связаны
только недолгие прогулки в парке студгородка, горячий шоколад в кафе, каток,
цветы ко дню рождения. Кейт к нему прекрасно относилась, но была уверена,
что никогда не сможет полюбить Энди так, как любила Джо.
— Мне кажется, что это было бы нечестно по отношению к тебе, —
твердо сказала она. — Нечестно и несправедливо. Я не могу поступить с
тобой так...
С этими словами она снова взяла его под руку и медленно двинулась вперед.
Энди неохотно подчинился. Ему давно уже хотелось поговорить с Кейт серьезно,
и вот представилась такая удобная возможность... только сейчас. Но ничего не
вышло. Разговор практически закончился, не успев даже начаться.
— Но почему?! — воскликнул он, не сумев скрыть своей
досады. — Из-за него, да? Но ведь он... он...
— Я не верю, что Джо умер. До сих пор не верю, — сказала Кейт
негромко.
Энди не нужно было знать, что в последнее время эта мысль все чаще и чаще
приходила ей в голову. Она даже пыталась как-то примириться с ней, но у нее
ничего не вышло. Стоило Кейт подумать о том, что ей придется жить без Джо, и
холодный страх пронизывал все ее существо. Страх и безмерное, бесконечное
одиночество...
— Но ведь прошел уже почти год, — не отступал Энди. — Это
вполне достаточный срок для траура и для всего... К тому же вы ведь даже не
были помолвлены! Впрочем, я помню: ты говорила, что помолвка и брак — это
пустые формальности. Но я вот что хочу сказать... У многих людей бывают
увлечения до того, как они женятся или выходят замуж. Некоторые даже
разрывают помолвку, если им случается встретить кого-то более подходящего...
— Он серьезно посмотрел на нее. — Я хочу, чтобы ты подумала вот о чем,
Кейт: когда война закончится, многие женщины окажутся в таком же положении,
что и ты сейчас. Некоторые вдовы еще моложе, чем ты, и они остались одни с
детьми на руках. Эти женщины не могут позволить себе оплакивать своих
любимых до конца жизни. Они будут бороться, будут строить жизнь заново, и ты
должна брать с них пример. Нельзя горевать вечно, Кейт, нельзя прятаться от
жизни, подобно страусу зарывая голову в песок. Нужно иметь смелость
взглянуть правде в глаза...
— А я и смотрю ей в глаза. — Кейт дерзко вскинула голову. —
Только у нас разные правды, Энди.
В том, что он говорил, многое было справедливо, но Энди не знал главного. Он
не знал, какой удивительной, чудесной, неповторимой была ее любовь к Джо. Он
думал, что Кейт оплакивает свою потерю, но ее любовь не умерла — она была
жива, и Кейт не сомневалась, что ей хватит этого чувства до конца жизни. В
ее сердце было место только для одного человека, и это место навсегда занял
Джо.
— Правда всегда одна, Кейт. И мне кажется, что ты совершаешь ошибку,
когда отказываешься это признать. Тебе необходимы муж, семья, дети,
нормальная жизнь. Поверь, стоит только попробовать, и ты... —
И ты забудешь
его
, — хотел сказать он, но сдержался. — ...И ты увидишь, что это
— настоящее, — закончил он неуверенно.
Кейт невесело усмехнулась. Его слова звучали бы райской музыкой в ушах ее
матери, но на нее они не произвели особого впечатления. Быть может, когда-
нибудь потом она и задумается о чем-то в этом роде, но не теперь, не сейчас.
Она была просто не готова к этому.
— Тебе нужна нормальная женщина, Энди. Нормальная, а не та, которая
влюблена в тень, мираж, привидение...
Кейт вдруг поймала себя на том, что впервые за много месяцев она высказала
вслух то, о чем не осмеливалась даже думать. И Энди тотчас это заметил —
заметил и счел обнадеживающим признаком. Ему показалось, что Кейт сделала
первый шаг к тому, чтобы освободиться от Джо.
— Может быть, в нашей жизни найдется место и для миража, — сказал
он, заметно приободрившись.
Он был уверен, что рано или поздно Кейт найдет в себе силы выбросить Джо
если не из памяти, то из своего сердца.
— Не знаю, будет ли это хорошо, — с сомнением произнесла Кейт, но
и такой ответ больше понравился Энди, чем твердое
нет
, которое она
говорила раньше.
— Нам вовсе не обязательно жениться следующим летом, Кейт, —
сказал он. — Я назвал этот срок... просто так, чтобы посмотреть, что ты
скажешь. Я готов ждать столько, сколько будет нужно. Если хочешь, некоторое
время мы можем просто встречаться, как...
— Как делают
нормальные люди
? — с усмешкой перебила Кейт.
У нее по-прежнему не укладывалось в голове, как можно влюбиться в Энди. Ему
было двадцать три года, но Кейт он казался совсем еще ребенком. Разве можно
было сравнить Энди с Джо — с его жизненным опытом, характером, волей? Джо
был как взрыв, как ураган, пронесшийся через ее сердце и душу, перевернувший
всю ее жизнь. Энди был совсем другим. Добрый и верный товарищ, приятный
молодой человек, отзывчивый, честный, хорошо воспитанный... именно таким и
должен быть идеальный муж. Так считала Элизабет, и в принципе Кейт была с
ней согласна. Но самой ей нужен был совсем другой человек — Джо.
— Так каков же будет твой ответ? — осторожно поинтересовался Энди,
и Кейт рассмеялась. Он действительно был сейчас похож на мальчишку, который
приглашает девушку на первое свидание, и она просто не могла воспринимать
его всерьез.
— Я думаю, что ты сумасшедший, Энди, — честно сказала она. —
На твоем месте я бы обратила внимание на кого-нибудь другого. Разве мало
вокруг нормальных восемнадцатилетних вдовушек с детьми?
Лицо Энди обиженно вытянулось.
— Не шути так! Мне нужна только ты!
Кейт покачала головой.
— Я просто не могу себе представить, как это у нас получится. Дай мне
подумать, хорошо? И все равно мне кажется, что с нашей стороны это будет
самой настоящей глупостью.
В надежде отвлечь внимание Энди от своей персоны, Кейт в последние три с
половиной года только и делала, что пыталась свести его со своими подругами
по общежитию, но из этого так ничего и не вышло. После короткого, но бурного
романа Энди неизменно возвращался к ней.
Однако охладить любовный пыл Энди было не так просто. Объяснение прошло
гораздо лучше, чем он рассчитывал, и в его сердце затеплилась надежда. Он
ждал очень долго и только теперь, когда минул год с тех пор, как Джо пропал
без вести, осмелился сделать Кейт предложение. По его мнению, год был вполне
достаточным сроком.
— Не так уж это и глупо, как тебе кажется, — сказал он
мягко. — Хочешь, подождем еще несколько месяцев? Подождем и посмотрим,
как все будет...
Это было разумно, и Кейт кивнула почти против своей воли. В конце концов,
родители все равно не оставят ее в покое, а лучшего мужа, чем Энди, ей,
наверное, не найти!
Но вечером — после того как Энди, проводив ее домой, ушел в самом радужном
настроении — Кейт почувствовала себя самой настоящей предательницей. Ей
казалось, что она изменила Джо, даже просто позволив Энди разговаривать с
ней о таких вещах, как замужество. И чем больше она думала об их объяснении,
тем сильнее становилась ее тоска.
Джо и Энди были не просто разными — они были жителями разных миров,
различных вселенных, которые даже не соприкасались. Джо гипнотизировал,
завораживал, приводил ее в восторг одним своим присутствием, его рассказы о
небе заставляли грезить наяву, а их совместный полет стал для нее одним из
самых ярких и дорогих воспоминаний. Между ними существовало неослабное
взаимное притяжение, которое становилось только сильнее год от года, день
ото дня, хотя встречались они далеко не так часто, как им хотелось. С Энди
Кейт ничего подобного не испытывала. С ним ей было уютно, спокойно — но и
только. Кейт понимала, что он просто не в состоянии дать ей ничего из того,
что она имела с Джо, а сумеет ли она приспособиться к этому, сказать было
невозможно.
Все это она попыталась объяснить Энди, когда почти неделю спустя встретилась
с ним в студенческом городке, но он не дал ей договорить.
— Ш-ш, молчи! — воскликнул он, прижимая палец к губам. — Я
все знаю, что ты хочешь сказать. Так вот: я не желаю ничего слышать сейчас.
Подожди хотя бы месяц, и если ты снова захочешь сказать мне то же самое —
тогда валяй! Сейчас ты просто напугана, тебе неуютно, непривычно, страшно...
Поверь мне, это пройдет.
И снова Энди был во многом прав, но главного он так и не понял: она не
любила его и вряд ли сумела бы полюбить через месяц. Тем не менее Кейт не
хватило мужества сказать ему об этом прямо. Ничего не рассказала она и своим
родителям, не желая внушать матери напрасные надежды. Она знала, что
Элизабет будет волноваться, суетиться и, чего доброго, всерьез начнет
готовиться к свадьбе, а ведь Кейт еще сама не была уверена, что их разговор
с Энди будет иметь сколько-нибудь серьезные последствия. Она даже не
собиралась с ним
встречаться
, как он предлагал: это казалось ей глупым и
каким-то детским.
— Но давай хотя бы попробуем, — сказал ей Энди перед тем, как
попрощаться. — Как насчет того, чтобы поужинать вместе в пятницу? А в
субботу мы могли бы сходить в кино.
Услышав это потрясающее предложение, Кейт едва не расхохоталась ему в лицо.
Трудно было поверить, что Энди уже двадцать три: вел он себя совершенно как
четырнадцатилетний подросток. Молочная болтушка в кафе, поп-корн, кино и
поцелуи на последнем ряду на закуску... Смешно!
Неужели я такая старая, — неожиданно подумалось Кейт. — Неужели я
не заметила, как сама себя похоронила? Ведь не радоваться вниманию мужчин в
моем возрасте по меньшей мере противоестественно. А Энди кажется мне
мальчишкой, наверное, только из-за того, что он вынужден был остаться дома,
в то время как все его ровесники ушли на войну
.
Как бы то ни было, в пятницу вечером Кейт надела длинное черное платье,
которое мать подарила ей на Рождество, надела туфли на высоком каблуке,
короткий меховой жакет, сапфировое ожерелье и такие же серьги. Она выглядела
очень эффектно, и Энди, который заехал за ней на такси, не сдержал
восторженного возгласа. Сам он был в строгом темном костюме и, если говорить
откровенно, выглядел воплощенной мечтой всякой старшекурсницы. За
исключением, разумеется, Кейт.
Энди повел ее в один из лучших итальянских ресторанчиков в Норт-Энде. Они
весьма чинно посидели за столом, а после десерта Энди пригласил Кейт
танцевать. Она очень старалась не рассмеяться, но все происходящее казалось
ее не то шуткой, не то игрой. Кейт предпочла бы пообедать с ним в
студенческом кафе, как они часто делали, но Энди она об этом не сказала — уж
очень он старался сделать ей приятное. Вечером Энди отвез Кейт на такси
домой. Он держался подчеркнуто уважительно и даже не попытался поцеловать ее
на прощание, прекрасно понимая, что всякая спешка может только отпугнуть ее
и испортить все дело.
На следующий день Энди снова заехал за ней, чтобы повезти в кино. Они
смотрели
Касабланку
, а после заскочили в кафе, где съели по гамбургеру и
запили колой. На этот раз Энди держался заметно свободнее, хотя по-прежнему
не позволял себе никаких вольностей, и Кейт с удивлением поймала себя на
том, что получает от общения с ним самое настоящее удовольствие.
Если это
называется свидание
, — думала она, — то мне это нравится
. У них
с Джо не было никаких свиданий — чувство захватило их сразу и полностью, так
что им даже не понадобилось ждать, пока оно созреет. Впрочем, Кейт тут же
попыталась оправдаться, сказав себе, что в их
свидании
с Энди не было
ничего чувственного. Он по-прежнему оставался ее близким другом, с которым
ей было легко и просто. И ничего, кроме дружеского расположения, Кейт к нему
не испытывала, во всяком случае — пока. Сознательно же пытаться разбудить в
себе страсть к Энди... это было в лучшем случае смешно, а в худшем — просто
глупо.
Была середина февраля, когда Энди впервые отважился поцеловать ее. Джо
пропал без вести почти полтора года назад, но Кейт могла думать только о
нем, когда почувствовала губы Энди на своих губах. Энди был молод,
привлекателен, сексуален и достаточно мужественен, и все же это было не то.
Дело было даже не в нем, а скорее в ней самой. Внутри у нее все словно
онемело, стало бесчувственным, неподатливым и никак не отозвалось на
страстный поцелуй Энди. С исчезновением Джо душа Кейт как будто погрузилась
в холодный мрак полярной ночи, и ничто не в силах было пробудить ее от этого
ледяного сна.
Энди все понял, но не подал вида. Во всяком случае, на протяжении еще
нескольких месяцев он не повторял своих попыток, хотя они регулярно
встречались каждые выходные. Правда, привозя ее вечером домой, он иногда
позволял себе братский поцелуй в щечку, но дальше этого дело не заходило, и
Кейт была благодарна ему.
Вместе с тем, не смущаясь ее чисто платоническим к нему отношением, Энди
постоянно твердил ей о своей любви. Кейт тоже была по-своему привязана к
нему, хотя, разумеется, совсем не так, как к Джо. Ее родителям, однако,
этого было достаточно. Элизабет была в полном восторге и не желала ее
слушать, когда Кейт говорила, что все это несерьезно. Даже Кларк,
загипнотизированный собственным желанием видеть дочь счастливой, поверил,
что из этого ухаживания может что-то выйти. Только изредка, заглядывая Кейт
в глаза, он замечал в них нечто, от чего у него начинало ныть и сжиматься
сердце, однако всякий раз ему удавалось убедить себя, что эта печаль —
ненадолго, что она пройдет, как только Кейт и Энди поженятся и у них
появятся дети.
Однажды за ужином, когда Энди и Кейт ушли в кино на последний сеанс,
Элизабет по обыкновению завела речь о том, как они подходят друг другу и
какая замечательная у них может получиться семья. Но хотя Кларк был с ней
согласен, почему-то в этот вечер он не испытывал своей обычной уверенности в
том, что все будет так легко и просто.
— Не надо их торопить, Лиз, — сказал он. — Они не маленькие и
сами знают, что и как им делать.
Я вовсе не собираюсь их торопить. Мне кажется, они и так в ближайшее время
объявят о своей помолвке. Меня только огорчает, что Кейт все еще слишком
много думает об этом своем Джо. Ей нужно забыть его как можно скорее, иначе
это может помешать ей в ее отношениях с Энди.
Кларк задумался. Неужели для того, чтобы забыть Джо, Кейт необходимо как
можно скорее выйти замуж за первого встречного, вне зависимости от того,
нравится он ей или нет? Кларк понимал, что Энди, скорее всего, нравится
Кейт, и все же их отношениям недоставало чего-то самого главного. Сам Кларк
считал, что семья без любви — не семья. Они с Элизабет были женаты уже
больше тринадцати лет, но он продолжал любить ее так же сильно, как и в
первые дни их совместной жизни. Это было настоящее чудо, и Кларк хотел для
дочери того же.
— Мне кажется, ей все-таки не стоит выходить за него замуж, —
сказал он, и брови Элизабет изумленно поползли вверх.
— Это еще почему? — удивилась она. Ей очень не хотелось, чтобы Кларк что-нибудь испортил.
— Потому что она его не любит, — тихо ответил он. — Погляди
на нее повнимательнее, Лиз. Кейт все еще любит Джо.
— Он никогда ей не подходил! — выпалила Элизабет. — К тому же
Джо погиб.
— Боюсь, что это ничего не меняет, во всяком случае — для Кейт.
Наоборот, ей еще тяжелее забыть его.
На самом деле Кларк начинал бояться, что Кейт не сможет забыть Джо никогда.
И ее брак с Энди мог только ухудшить положение, в особенности если она
выйдет за него из жалости. Кларк знал, что жалость — плохой советчик. Она
могла окончательно сломить дух Кейт и заполнить ее душу отчаянием, из
которого, как из болота, невозможно будет выбраться. В этом случае ей лучше
было бы оставаться одной, какими бы достоинствами ни обладал Энди.
— Оставь их в покое и дай им самим во всем разобраться, — добавил
он.
Элизабет нахмурилась.
— Ей нужно как можно скорее выйти замуж и завести детей, — сказала
она упрямо. — Только это может избавить Кейт от... от ее навязчивой
идеи. Кроме тога, так ей будет чем заняться, когда в июне она закончит
колледж.
Брак в ее представлении был похож на психотерапевтическую процедуру —
подобно тому как лечат алкоголиков, приучая их вырезать по дереву или
рисовать акварелью, — и Кларка это заявление покоробило.
— Пусть лучше
...Закладка в соц.сетях
