Жанр: Любовные романы
Танец богов том 1-2.
...тала она дрогнувшим
голосом.
- Вы знаете меня, как никто другой, - сказал Александр, снова целуя ее.
- Я чувствую себя мотыльком, который залетел в самое пламя, - промолвила
она.
Александр грустно улыбнулся.
- Вопрос только, кто из нас мотылек, а кто - огонь, - усмехнулся он.
- Я не хочу снова обжечься, - прошептала Мередит.
- Давайте начнем заново, Мередит, - настаивал Александр. - Попытаем
счастья еще раз. Мы должны быть вместе.
Мы созданы друг для друга.
- Да, мне тоже так казалось.
- Мой дом неподалеку отсюда, - произнес Александр. - Я собирался пожить в
нем до конца недели. Давайте
останемся здесь вместе. Дайте мне возможность доказать, что моя любовь к вам -
не пустые слова.
- Я не могу... - пролепетала Мередит. - У меня дела, обязательства перед
студией...
- У меня тоже, - улыбнулся Александр. - Но главные наши обязательства -
друг перед другом.
- Объясните это моему продюсеру, - устало улыбнулась Мередит.
Александр на мгновение призадумался.
- Позвоните ему от меня, - предложил он наконец. - Передайте, что я дал
вам разрешение записать интервью
прямо в Саутгемптоне, где собираюсь задержаться на несколько дней. Скажите, что
проведете эти дни у меня, чтобы детально
разработать план интервью. Пусть в четверг или в пятницу пришлет съемочную
бригаду. Это позволит нам провести
несколько дней вдвоем.
Мередит заколебалась:
- Я не знаю...
Александр посмотрел ей в глаза.
- Я люблю вас, Мередит. И не хочу вас терять.
- У меня нет с собой ни одежды, ни...
- Здесь есть магазины.
Она отвела взгляд в сторону. Потом сказала:
- У вас на все есть ответ.
- На все, - подтвердил Александр, беря ее за руки. - Кроме одного. Того,
что нужно мне больше всего на свете.
В Саутгемптоне у Александра был огромный, с видом на Атлантический океан,
пятнадцатикомнатный особняк в
георгианском стиле, который располагался на ухоженном участке земли площадью
десять акров. Выглядел дом
необыкновенно элегантно: высоченные потолки, колонны, застекленные двери на
веранду, с которой открывался
изумительный вид на сад и океан. В доме имелся свой оздоровительный центр, в
который входили сауна, парная,
гимнастический зал и джакузи; во внутреннем дворе были оборудованы бассейн и
солярий; были также музыкальный салон и
винный погреб. За домом располагались конюшни и отдельные жилые помещения для
прислуги. Мередит поразилась, увидев,
насколько интерьер особняка отличается от обстановки квартиры Александра в
"Олимпик-тауэр". Мраморные камины в
гостиной и библиотеке, створчатые окна, лепные потолки, узорчатый паркет - все
это напоминало прошлый век. Под стать
была и мебель: огромные мягкие диваны и кресла, расставленные повсюду предметы
антиквариата и полотна
импрессионистов на стенах, старинные часы в библиотеке. Поразил Мередит стоявший
там же резной стол тончайшей
работы. Александр рассказал, что его много лет назад изготовили знаменитые
цыганские мастера.
- Для меня этот дом - убежище отшельника, - добавил он, пока Мередит
обходила библиотеку, любуясь книгами и
предметами искусства. - Сюда я приезжаю, когда ощущаю необходимость уединиться,
сбежать от манхэттенской суеты.
Мередит посмотрела на него и улыбнулась.
- Забавно, но мне всегда казалось, что такой человек, как вы, не в
состоянии надолго отлучиться от своей работы, -
сказала она.
- Это верно, - кивнул Александр. - Однако я уже давно пришел к выводу, что
даже самым фанатичным
трудоголикам порой совершенно необходимо вырваться из привычной рабочей
обстановки - это идет лишь на пользу. Одно
время - я тогда только стал председателем совета директоров - вся моя жизнь без
остатка была посвящена исключительно
делам корпорации. И я отчаянно пытался убедить себя, что ничего другого мне
больше в жизни не нужно.
- Но у вас ничего не вышло, - заключила Мередит.
- Да, - улыбнулся Александр. - Корпорация до сих пор необычайно важна для
меня. Она досталась мне по праву
наследования - ее завещал мне отец. Но теперь я точно знаю, что не это в жизни
главное. То же можно сказать о вашей
карьере. - Он наполнил бокал вином и протянул Мередит. - Попробуйте - вам
понравится. Оно с моих собственных
виноградников.
- Как, вы и виноделием занимаетесь? - изумилась Мередит.
- У меня есть замок во Франции, - ответил Александр. - В районе Кот-дюРоны.
К превеликому сожалению, в
последние годы я проводил там куда меньше времени, чем хотелось бы. Прежде я
каждый год ездил туда снимать урожай.
Обожаю работу в винокурне. Мередит невольно рассмеялась.
- Простите, - спохватилась она. - Но мне нелегко представить, как вы
занимаетесь физическим трудом.
- Вообще-то мне любая работа по душе, - сказал Александр, подливая еще
вина. - Мне было всего четырнадцать,
когда отец купил эти виноградники. Францию я любил всегда - должно быть,
унаследовал привязанность к ней от мамы, -
поэтому был страшно рад, когда выпала возможность туда поехать. Маме, правда, не
нравилось, что ее сын до седьмого пота
вкалывает на винокурне, зато отец гордился мной, считая, что любой физический
труд пойдет мне только на пользу. И он
оказался прав.
- Вижу, вам очень недостает ваших родителей, - задумчиво проговорила
Мередит.
Александр кивнул:
- Да, и лишь потеряв их обоих, я понял, насколько важно иметь собственную
семью. Человека, с которым можно
поделиться самыми сокровенными мыслями, - тихо добавил он.
Их взгляды встретились, и Мередит почувствовала, как по спине ее бегут
мурашки. От вина? Или от его взгляда?
Мередит поняла, что краснеет, но ничего поделать не могла.
- Всем нам, наверное, недостает близких людей, - уклончиво пробормотала
она, потупив взор.
Александр заметил, что ее бокал опустел.
- Еще вина? - спросил он.
- Нет, мне, пожалуй, достаточно, - ответила она. - У меня уже в голове
немного шумит. Да и поздно уже...
Александр кивнул.
- Извините меня, - сказал он. - Я так наслаждался общением с вами, что
перестал замечать время. Вы, наверное,
устали?
- Немного, - призналась Мередит. Александр улыбнулся:
- Идемте... Я покажу вам вашу комнату.
- На следующее утро Мередит разбудило солнце, залившее ярким светом ее
спальню. Присев в постели, Мередит
сладко потянулась и только тогда поняла, что с вечера забыла задернуть шторы.
Она кинула взгляд на трюмо, где стояли
изящные антикварные часы. Почти полдень. Интересно, проснулся ли уже Александр?
В дверь негромко постучали. Прежде чем Мередит успела ответить, дверь
открылась и в спальню вошла горничная.
- Доброе утро, мадемуазель, - поздоровалась она с отчетливым французским
акцентом. - Меня зовут Даниель.
Мсье Киракис поручил мне прислуживать вам, узнать, что подать на завтрак, а
также передать эти вещи. - Она указала на
картонные коробки, поставленные друг на друга. - Это ваша новая одежда. Надеюсь,
что она вам подойдет.
- Да, спасибо, - растерянно поблагодарила Мередит.
- Что вам подать на завтрак, мадемуазель? Мередит на мгновение
призадумалась. Особого аппетита она не ощущала.
- Что-нибудь легкое, - попросила она. - Например, булочку с маслом и
джемом, чашечку кофе.
- Хорошо, мадемуазель. - Горничная повернулась, чтобы идти.
- Постойте, Даниель! - окликнула Мередит. - А Александр... Мистер Киракис?
Он уже встал?
- Да. Мсье Киракис - настоящий жаворонок, всегда встает рано. С самого
рассвета он сегодня в конюшне, -
сказала Даниель. - Он просил, чтобы вы пришли туда к нему после завтрака.
- Хорошо, - кивнула Мередит.
- Принести вам завтрак сюда или сойдете вниз? - спросила горничная.
Мередит улыбнулась:
- Я спущусь. Спасибо.
Открыв верхнюю коробку, она достала лежавшие в ней вещи. Джинсы, брюки,
блузки и даже сапоги для верховой
езды. По размерам - в самый раз. Мередит улыбнулась. Александр предусмотрел все.
Мередит выбрала джинсы и розовую блузку. Одеваясь, она пыталась
припомнить, когда ездила верхом в последний раз.
Сумеет ли не ударить лицом в грязь?
"Скоро я это выясню", - подумала Мередит.
Александра она застала на площадке для верховой езды - он объезжал
великолепного вороного жеребца. Да, сейчас
Александр мало походил на всегда одетого с иголочки президента "Корпорации
Киракиса". На нем были серые спортивные
брюки, заправленные в черные сапоги, и белая рубашка с закатанными рукавами.
Черные как смоль волосы Александра
развевались на ветру - Мередит показалось, что еще никогда она не видела его
таким беззаботным.
- Доброе утро! - выкрикнула она, пристраиваясь на заборе.
Александр обернулся, и лицо его осветилось улыбкой.
- Доброе утро, - ответил он. - Как спали?
- Изумительно, - ответила Мередит. - Как убитая. А вот у вас, я слышала,
утро выдалось занятое.
- Я привык вставать рано, - ответил Александр, удерживая своего коня. -
Вне зависимости от того, во сколько
ложусь. Как насчет того, чтобы покататься вместе?
- С удовольствием, - ответила Мередит.
- А вы умеете? - поинтересовался Александр.
Мередит рассмеялась.
- Там, где я выросла, ездить верхом учатся чуть ли не с пеленок. Я,
конечно, уже много лет не садилась на лошадь, но,
говорят, такие навыки долго не забываются.
- Что ж, проверим, - сказал Александр. - Правда, лошадки у меня
строптивые. Для меня лошадь без норова, как и
женщина, сразу теряет привлекательность.
Мередит понимающе улыбнулась.
- Не сомневаюсь, - прошептала она себе под нос. Александр жестом подозвал
конюха.
- Оседлай для мисс Кортни Аполлона, - приказал он.
- Хорошо, сэр.
Александр повернулся и посмотрел на Мередит.
- Мисс Кортни, - повторил он негромко, но с тем расчетом, чтобы она его
слышала. - Надеюсь, теперь уже
ненадолго.
Мередит и сама поразилась, насколько быстро восстановились навыки верховой
езды. Она уже почти забыла, какое
удовольствие испытывала некогда, находясь в седле. Больше часа они с Александром
ездили по площадке, а потом еще минут
пятнадцать скакали галопом по берегу. Потом спешились и повели своих коней за
поводья вдоль полосы прибоя, наслаждаясь
свободой и обществом друг друга. Мередит была рада без памяти, что согласилась
приехать сюда и дать Александру
возможность объясниться. Рассказать, как было дело. Она поверила ему
безоговорочно, и не только потому, что хотела
поверить, но и потому, что окончательно поняла: Александр ее любит.
- Этот песчаный пляж напоминает мне берега моего родного острова, -
задумчиво сказал Александр, когда они с
Мередит возвращались с прогулки. - Наверное, поэтому я так люблю приезжать сюда.
- Да, я понимаю, - сказала Мередит. - Когда я жила в южной Калифорнии, я
тоже обожала бродить утром вдоль
берега, плавать в океанских волнах, вдыхать соленый воздух...
- Когда вы жили с Ником Холлидеем, - внезапно прервал ее Александр, - вы
собирались выйти за него замуж?
Мередит воззрилась на него в изумлении.
- Нет, - ответила она.
Александр подобрал какую-то выброшенную на берег деревяшку и,
размахнувшись, бросил ее вперед.
- Но ведь вы, наверное, его любили, - произнес он.
- Да, - ответила Мередит, чуть помолчав. - Поначалу. Но потом все у нас
пошло вкривь и вкось, и я... - Голос ее
оборвался.
- И вы больше не хотели сближаться с другими мужчинами, - закончил за нее
Александр.
- Долгое время мне казалось, что я никогда больше не смогу полюбить, -
призналась Мередит. - Но теперь... я
поняла, что ошибалась.
Александр остановился и повернулся к ней.
- Я рад это слышать, - сказал он, глядя ей в глаза. - Я хочу, чтобы мы
были вместе. И еще я хочу, чтобы вы были со
мной счастливы, хотя мне нелегко будет конкурировать с человеком из вашего
прошлого.
- В моем прошлом никого не было, Александр, - твердо ответила Мередит.
Александр обнял ее, и их губы слились. Обняв его за шею, Мередит жадно
впилась в его губы, впервые позволив себе
отдаться страсти, давно поселившейся в ее сердце.
- Я и подумать не могла, что может так похолодать, - сказала Мередит,
вытягиваясь во весь рост на огромных и
мягких, как пух, подушках перед растопленным камином; свет в гостиной был
выключен, и она освещалась только бликами
пламени.
- Да, порой даже в это время года вечера выдаются холодные, - заметил
Александр. Он принес бутылку
шампанского "Дом Периньон" и поставил ее рядом с двумя хрустальными бокалами
прямо на пол.
Увидев шампанское, Мередит улыбнулась.
- Мы отмечаем вашу победу в поло? - спросила она.
- Нет, - серьезно ответил Александр. - Мы отмечаем совсем другой повод -
что мы наконец вместе. - Он поддел
пробку, не спуская глаз с Мередит. Вдруг пробка с громким хлопком вылетела, и из
горлышка бутылки прямо им на головы
извергся пенный фонтан. Мередит испуганно посмотрела на себя: ее шелковая блузка
вымокла до нитки и, прилипнув к телу,
казалась совершенно прозрачной.
- По-моему, вы только что выбросили коту под хвост целую бутылку
шампанского, - заметила Мередит, чувствуя,
что краснеет.
- Напротив, - улыбнулся Александр. - На мой взгляд, оно потрачено не зря.
И они взглянули друг на друга, словно лаская взорами. Александр медленно
придвинулся к Мередит и принялся
осторожно, наслаждаясь каждым мгновением, расстегивать ее блузку. Добравшись до
последней пуговки, он стянул блузку с
плеч Мередит. Лифчика под блузкой не оказалось. Александр осторожно опрокинул
Мередит на подушки и нежно поцеловал
ее. Затем стал медленно слизывать ручейки шампанского, стекающего в ложбинку
между грудей Мередит, то и дело
отрываясь, чтобы снова поцеловать ее в губы. Он ласкал розовые ореолы вокруг
сосков, время от времени легонько
покусывая сами соски.
- Я люблю тебя, - прошептал он, привставая и расстегивая "молнию" на ее
джинсах. - И сейчас покажу, насколько
сильно тебя люблю...
- О да! - простонала Мередит, выгибаясь дугой ему навстречу, чтобы
избавиться от одежды, которая вдруг стала
лишней и ненужной. - Я хочу тебя, Александр! Я так тебя хочу! - Она расстегнула
его рубашку и, нащупав пряжку ремня,
принялась расстегивать его, в то время как их губы слились в жарком и страстном
поцелуе.
Затем Александр пригнулся и принялся снова целовать ее груди, в то время
как Мередит, закрыв глаза, гладила его по
голове, ероша мягкие и густые волосы. Рука Александра проскользнула вниз и
проникла между бедер Мередит. Мередит
сладостно застонала, по ее телу пробежала легкая дрожь. В следующее мгновение
она опустила руку и, нащупав его
восставшую плоть, принялась, в свою очередь, ласкать и гладить ее, сначала
боязливо и робко, а затем все быстрее и быстрее.
Александр запрокинул голову и, закрыв глаза, протяжно застонал: волна
захлестнувшего его удовольствия была необычайно
сильной и быстро сделалась почти невыносимой.
- Я люблю тебя, Александр, - жарко зашептала ему на ухо Мередит. - Долго,
слишком долго я пыталась это понять,
а теперь... Боже, как я тебя люблю! - Приникнув к нему, она страстно поцеловала
его в губы.
Александр же продолжал ласкать ее пальцами и быстро довел до пика
наслаждения. Судорожно дыша, Мередит
перевернулась на спину, дрожа всем телом, а Александр, разведя в стороны ее
согнутые в коленях ноги, одним движением
слился с ней и принялся двигаться быстрее и быстрее, со все нарастающей
страстью, пока, стиснув зубы и застонав, не начал
изливаться в нее, испытав воистину безумный, всесокрушающий оргазм. Одновременно
с ним повторный экстаз ощутила и
Мередит. Когда Александр, внезапно обессилев, обмяк в ее объятиях, Мередит
показалось, что потолок гостиной завертелся
вихрем и вот-вот обрушится на них. Александр, тяжело дыша, любовно поцеловал ее.
Потом они долго молча лежали в объятиях друг друга. Наконец Александр
приподнялся, опираясь на локоть, и,
посмотрев на Мередит, лицо которой матово отсвечивало в отблесках затухающего
пламени камина, зашептал:
- Я никогда прежде не предавался любви. Да, сегодня вечером я впервые
познал это чувство. Даже представить не
мог, какая неизмеримая разница лежит между ним и обычным сексом. - Восторг и
изумление от только что сделанного
открытия отражались в его бездонных черных глазах.
Александр и вправду не предполагал, что физическая близость с любимой
женщиной может таить в себе целую бездну
столь удивительных ощущений. Он вдруг понял, что до встречи с Мередит его жизнь
была неполноценной, что в ней не
хватало едва ли не самого главного. Не говоря уж о том, что именно Мередит
научила его от души смеяться и находить
удовольствие в разных приятных мелочах.
- Мне тоже никогда еще не было так хорошо, - прошептала Мередит, вдыхая
пряный аромат его кожи. Она даже
представить себе не могла, что будет когда-нибудь лежать нагая рядом с печально
знаменитым Александром Киракисом и
именно с ним познает поистине неземное наслаждение.
- Как мне жаль теперь, что мы потеряли столько времени, - добавила она. -
Ведь мы могли... гораздо раньше.
Александр засмеялся.
- Я пытался объяснить тебе это, любовь моя, но ты на редкость упряма. - Он
поцеловал ее в лоб, затем начал
покрывать поцелуями глаза, кончик носа, губы. - Впрочем, теперь все это больше
не имеет значения. Главное, что мы оба
убедились: ожидание было не напрасным, верно?
- О да! - Синие глаза Мередит засияли. Александр прижал ее к себе.
- Господи, как я хотел бы всегда сжимать тебя в объятиях и не выпускать ни
на минуту...
Проснувшись на следующее утро, Мередит обнаружила, что лежит обнаженная в
постели вместе с Александром,
повернувшись спиной к нему. Он обнимал ее сзади, тесно прижавшись к ней всем
телом и легонько целуя в шею. Мередит
даже не помнила, как он отнес ее наверх и уложил в постель. Там, в гостиной, они
еще не раз предались любви у потухшего
камина, пока наконец Александр не подхватил ее на руки и не перенес, полностью
обессиленную от нескончаемых ласк, в
спальню. Да, то была незабываемая ночь...
- Доброе утро, - произнес Александр. - Я тебя разбудил?
- Не знаю, - с сомнением промолвила Мередит. - А что, ты пытался?
- Да, только этим и занимался последние полчаса. Мередит перекатилась на
спину и посмотрела на него.
Александр облокотился на подушки и, в свою очередь, взглянул на нее. Глаза
его светились любовью.
- Эта ночь была для меня как божественный и дивный сон, - призналась
Мередит. - Я так боялась проснуться!
Александр улыбнулся.
- Это был вовсе не сон, любовь моя, - сказал он, целуя ее. - Я проснулся с
рассветом и лежал, пытаясь изобрести
хоть какой-то достойный предлог, чтобы нам с тобой не возвращаться на Манхэттен,
однако ничего путного так и не
придумал. - Он погладил ее по волосам. - Я никогда не был суеверным и не верил в
приметы, но сейчас почему-то боюсь
даже подумать о том, чтобы расстаться с тобой хоть на минуту. Как будто
расставание может разрушить волшебные чары.
Мередит поцеловала его.
- Никто на свете теперь не сможет меня расколдовать, - сказала она. - Этой
ночью ты приворожил меня навсегда.
Теперь при всем желании тебе не удастся от меня избавиться. Я люблю тебя,
Александр.
Он откинул прикрывавшую Мередит простыню и вновь залюбовался ее обнаженным
телом. Затем он принялся гладить
ее груди, одновременно целуя ее за ухом и слегка покусывая нежную мочку.
- А может, задержимся здесь еще на недельку? - прошептал он, поглаживая
указательным пальцем сосок Мередит.
- Всего на недельку! - добавил он, страстно целуя ее.
- Я бы рада, - прошептала она, чувствуя, что снова возбуждается. - Но не
могу. На мне висит программа...
Александр уже приник к ее груди, поочередно целуя и лаская набухшие соски.
- Неужели тебе не подыщут замену всего на неделю? - спросил он. - Хоть на
несколько дней.
- Я незаменима, - рассмеялась Мередит, начиная тяжело дышать. Грудь ее уже
судорожно вздымалась, внизу живота
разлилось знакомое приятное тепло.
- Это несомненно, - подтвердил Александр, поглаживая ее в перекрестье
бедер, - но хоть на один разик-то тебя
смогут подменить?
- Нет... наверное... не знаю... - Мередит уже с трудом понимала, что
говорит: она принялась стонать от удовольствия.
Опустив руку, она отыскала его разбухший ствол, но Александр высвободился,
сползая вниз.
Теперь он уже целовал живот Мередит, пупок, затем бедра, постепенно
приближаясь к средоточию ее женственности.
Мередит, вся дрожа, замерла. И вот пальцы Александра раздвинули нежнейшие
складки, а язык коснулся трепещущего
бутона. Мередит выгнулась дугой, устремляясь навстречу острой и сладостной
ласке. Уже через несколько мгновений она
достигла вершины. Все еще ощущая, что ее захлестывают волны наслаждения, Мередит
нащупала мощный фаллос
Александра и принялась страстно ласкать его.
Не выдержав, он отстранил ее руку и решительно, одним точным движением
вошел в ее лоно. Он любил Мередит
бурно и в то же время нежно, пока сам не выплеснул в нее свою страсть. Потом,
когда тело его перестало содрогаться, а
дыхание немного восстановилось, Александр поцеловал Мередит в шею.
- Ты хоть представляешь, что со мной делаешь? - прошептал он.
- Да, - улыбнулась Мередит. - Потому что ты со мной делаешь то же самое. -
И прильнула к нему, не желая
отпускать.
- По-моему, мы с тобой могли бы целую неделю не вылезать из постели, -
произнес Александр.
- Увы, это несбыточная мечта, - прошептала Мередит.
- Я больше никогда не отпущу тебя, - сказал Александр. - Мы не должны
расставаться!
В его голосе прозвучало столько волнения, что Мередит взглянула на него с
удивлением.
- Мы никогда не расстанемся, - пообещала она. - Я сама не отпущу тебя.
- Этого мало, - сказал Александр. - Мне нужно больше, чем обещание.
Мередит вопросительно посмотрела на него.
- Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Мередит, - произнес Александр. - И
как можно быстрее.
- Тебе придется надеть вот это, - сказал Александр, доставая из стенного
шкафа один из своих шелковых халатов. -
Боюсь, что вся твоя одежда разбросана внизу, в гостиной.
Мередит присела в постели, отбросив назад сбившиеся на лицо волосы.
Внезапно комизм положения заставил ее
хихикнуть.
- Хотела бы я взглянуть на лицо твоей горничной, когда, зайдя в гостиную,
она найдет там все эти тряпки, -
пробормотала она, давясь от смеха. - Или Даниель привыкла к такому?
Александр посмотрел на нее и произнес, чуть нахмурившись:
- Я никогда еще не приглашал сюда женщин. Вплоть до вчерашнего дня.
Мередит соскочила с кровати и, облачившись в его халат, запахнула полы и
завязала поясок. Затем подошла к
Александру и обняла его.
- Ты уверен, что можешь позволить себе обзавестись семьей? - игриво
спросила она. - И ни разу не пожалеешь,
что расстался с холостяцким образом жизни? Ведь брак заставит тебя изменить
некоторые привычки.
- С тобой рядом у меня будет все, что мне нужно в жизни, - твердо заявил
Александр. - А что касается
холостяцкого образа жизни, то с ним я расстаюсь без малейшего сожаления. Ты -
единственная женщина, которая мне
нужна. - С этими словами он порывисто привлек ее к себе и поцеловал в губы.
Почувствовав, что к ее животу прижимается что-то твердое, Мередит
выскользнула из его объятий и улыбнулась.
- Пожалуй, мне все-таки пора одеться, - сказала она. Александр изучающе
посмотрел на нее, затем кивнул.
- Мой халат тебе очень идет, - сказал он, натягивая трусы. - Хотя ты в
любой одежде прекрасна. Или - без нее...
Мередит улыбнулась и послала ему воздушный поцелуй.
- Я быстро, - сказала она и, выйдя из спальни, направилась через холл в
свою комнату. Принимая душ и одеваясь,
она, не переставая, обдумывала все, что между ними произошло. Александр считал,
что их бракосочетание должно
состояться как можно быстрее, - он дал ей это понять весьма недвусмысленно.
Мередит же хотела, чтобы свадьба была
подготовлена как можно тщательнее, со всеми необходимыми атрибутами. "Для меня
это будет в первый и последний раз, -
подумала она. - И пусть этот день запомнится на всю жизнь!"
Посмотревшись в зеркало, Мередит поразилась: на нее смотрела совершенно
другая женщина. Взлохмаченная, с
раскрасневшимися щеками и горящими глазами. "Влюбленная женщина", - машинально
отметила она.
Следующие три дня промелькнули для Мередит и Александра как одно
мгновение. Поразительно, но ни одного из них,
несмотря на всю занятость, совершенно не тянуло вернуться в Манхэттен к своим
привычным делам и обязанностям. Они
были слишком поглощены друг другом, чтобы вспоминать про мир, который
существовал за пределами их убежища в
Саутгемптоне. С той самой ночи, когда они впервые предались любви, Александр и
Мередит вели уединенное и идиллическое
существование в своем собственном мирке. Они не расставались ни на миг. Подолгу
гуляли, беседовали, строили планы и
познавали, познавали и познавали друг друга. Плавали в океане и предавались
любви на берегу под лунным светом. Каждое
утро, а иногда и по вечерам ездили верхом. Обедали на веранде, а ужинали в
столовой при свечах. Затем закрывались в
библиотеке и, потушив свет, слушали музыку перед полыхающим камином. Мередит
была приятно удивлена, узнав,
насколько Александр любит и понимает классическую музыку. У него была огромная
фонотека и множество дисков с
записями самых лучших исполнителей, а великолепная стереосистема позволяла
получать качество звучания, неотличимое от
живого. Всякий раз прослушивание заканчивалось тем, что они раздевались и
предавались любви прямо на ковре перед
камином, после чего Александр на руках относил Мередит в спальню, где они и
засыпали в объятиях друг у друга.
В Александре Мередит нашла все, что искала в мужчинах. Конечно, он был
красив, элегантен и сказочно богат, но не
это было для нее главным. Александр был также необыкновенно учтив, обходителен и
романтичен. Он был сказочным
любовником. Он был терпелив и великодушен. И главное, он был первым в жизни
Мередит мужчиной, который любил ее
такой, какой она была, и не пытался ее изменить. Он не только безоговорочно
принимал ее честолюбивую натуру, но даже
поощрял ее амбициозные устремления. Александр сам сказал: женщина без норова
быстро теряла для него
привлекательность. "Словно в волшебной сказке", - думала Мередит, вздыхая от
счастья.
В пятницу утром в Саутгемптон прикатила съемочная группа Ай-би-эс. Пока
оператор устанавливал в библиотеке
освещение и съемочную аппар
...Закладка в соц.сетях
