Жанр: Любовные романы
Танец богов том 1-2.
...льно
вздохнула Мередит. Стоя на балконе, она
любовалась бесподобным видом на изумрудную зелень сада и бирюзовую гладь
Эгейского моря, окаймленного со стороны
берега золотой полоской песка. - Если бы я родилась и выросла здесь, то просто
не представляю, как могла бы уехать
отсюда.
- А я, к великому сожалению, никак не могу остаться и пожить здесь вволю,
- сказал Александр и вдруг пристально
посмотрел на нее. - Кто знает, может, в один прекрасный день мы привезем сюда
своих детишек.
Свадебная церемония состоялась чудесным и спокойным вечером на закате
солнца в крохотной белокаменной часовне,
построенной почти на краю высоченного утеса. На Мередит было белое шелковое
платье свободного покроя, украшенное
жемчужным ожерельем в четыре нитки - когда-то им очень дорожила Мелина Киракис.
Пышные белокурые волосы
Мередит с вплетенными в них нежными оранжевыми цветами волнами ниспадали на
плечи. Букетик таких же цветов торчал
из петлицы темно-синего пиджака Александра. Стоя перед алтарем, Мередит украдкой
посмотрела на Александра. Его
темные глаза блеснули в свете канделябра.
- Ты сегодня еще прекраснее, чем всегда, - прошептал он. - Ты тоже
счастлива сейчас? Как и я?
Мередит только кивнула, застрявший в горле комок не позволил ей ответить.
По мановению руки величавого бородатого священника в черном одеянии
начались торжественные песнопения.
От традиционной церемонии отступили лишь раз: по настоянию Мередит и
Александра священник не стал
произносить старинную византийскую заповедь "Жена да убоится мужа своего". А вот
свидетелем, или koumbara, Александр
избрал Джеймса Вудхилла, своего личного пилота. Во время обряда тот стоял за их
спинами, держа над головами жениха и
невесты изящные венцы, сотканные из белых цветов и соединенные между собой
длинной белоснежной лентой. Наконец по
знаку священника Вудхилл возложил венцы на головы Мередит и Александра, после
чего вынул обручальные кольца и,
трижды поменяв их местами согласно обряду, надел жениху и невесте на безымянный
палец левой руки. Затем Вудхилл
поднес к губам Александра массивный золотой кубок. Александр поцеловал его и
передал Мередит, которая тоже
приложилась губами к сверкающей чаше с вином. Новобрачные поочередно отпили из
кубка. После этого они взялись за
руки, и священник, держа Александра за свободную руку, трижды обошел с ними
вокруг алтаря. На этом торжественная
церемония завершилась. Под дождем из рисовых зернышек и розовых лепестков,
которыми щедро осыпала их Елена -
второй и последний свидетель таинства, - Александр поцеловал свою прекрасную
жену.
Наконец он мог с полным основанием назвать ее так.
Обычно греческие свадьбы - это грандиозные семейные торжества, на которые
собираются все родные и близкие и
которые нередко растягиваются на несколько дней. А вот Александр с Мередит,
обвенчавшиеся тайно, не стали устраивать
пышного праздника. Вернувшись на виллу, они уединились в спальне, где отметили
событие бутылкой шампанского и икрой.
- Тебе, наверное, хотелось закатить пир на весь мир? - спросил Александр,
когда они с Мередит стояли обнявшись
на залитом лунным светом балконе и допивали шампанское. - Уйму гостей назвать,
да? Ты огорчена?
- Нисколько, - ответила Мередит, опустив голову на его плечо. - Этот день
навсегда останется в моей памяти.
Более чудесной и романтической свадьбы я и представить не могла. Ничего другого
мне не нужно.
Александр задумчиво посмотрел на нее, затем произнес:
- Интересно, появляется ли какая-нибудь разница в постели, когда твоя
любовница становится женой?
Мередит улыбнулась.
- Есть лишь один способ проверить это, - сказала она и, взяв Александра за
руку, направилась в спальню. Здесь она
взяла у него из руки опустевший бокал и поставила вместе со своим на столик. Ее
губы прильнули к его губам. - Я всегда
представляла, что первая брачная ночь будет необыкновенной, - прошептала она,
развязывая его галстук. - Однако о том,
что она будет настолько прекрасной, я и мечтать не могла.
- Я тоже, - внезапно охрипшим голосом ответил Александр, целуя ее шею и
плечи. Медленно, наслаждаясь каждым
мгновением, он стал расстегивать "молнию" на платье Мередит, лаская ее
обнаженную спину. Стянул платье с плеч до самой
талии, обнажив тугие груди. Тяжело дыша, Александр стал гладить эти чудесные
груди, чувствуя, как набухают и твердеют
соски от его прикосновений. Затем, уже с трудом сдерживаясь, он полностью стянул
с нее платье, и оно вместе с трусиками
соскользнуло вниз, на пол. Его руки жадно ласкали бедра Мередит, сжимали
ягодицы. Мередит же дрожащими руками
расстегнула пряжку его ремня и потянула вниз замочек "молнии".
- Я хочу тебя... - жарко зашептала она.
- Потерпи еще немножко, любовь моя, - пробормотал он, покрывая поцелуями
ее шею.
Опустив Мередит на кровать, Александр быстро разделся и, опираясь на
локти, возлег на нее. Он жадно целовал ее, без
устали покрывая поцелуями ее прекрасное тело. Мередит, в свою очередь, ласкала
его, возбуждая все больше и больше.
Наконец, не выдержав этой сладостной пытки, Александр перевернулся на спину и
усадил Мередит сверху. Она осторожно
опустилась на его пульсирующий фаллос, и они слились воедино. И он, и она
испытывали такое же наслаждение, как и в
самый первый раз, когда они были вместе. Поглощенные сжигающим их огнем, оба
вконец утратили ощущение времени.
Позже, слишком утомленные, чтобы шевелиться, Александр и Мередит замерли,
время от времени перебрасываясь
словами. Они строили планы на будущее... Обоим не хотелось даже думать о том,
что настанет день, когда придется
вернуться в опостылевший Нью-Йорк.
Когда Александр наконец уснул, Мередит еще долго лежала, глядя в темноту.
Она размышляла о том, какой будет ее
новая жизнь. В конце концов, она встала, осторожна, стараясь не разбудить
Александра, набросила халат и на цыпочках
прокралась на балкон. Там, опираясь на перила, она залюбовалась величавой
синевой Эгейского моря, мерцающей в
серебристом лунном свете. Затем она вытянула вперед руку и начала пристально,
словно впервые увидев, разглядывать
платиновое обручальное колечко на левой руке. Нет, ей не приснилось. Это правда
- они поженились.
Теперь она была миссис Александр Киракис.
Они пробыли на острове еще неделю. Днем ездили верхом, прогуливались по
берегу и плавали в море. Катались на
яхте и восхищались нетронутой, дикой природой заповедника. По вечерам ужинали
вдвоем на балконе спальни, наслаждаясь
одиночеством и покоем, а потом допоздна блаженствовали, предаваясь любви.
Постепенно жизнь на острове начала казаться
Мередит настоящим земным раем.
- Если есть еще в мире скептики, сомневающиеся в существовании райских
кущ, их нужно было бы пригласить сюда,
- сказала она Александру вечером накануне отъезда. - Как жаль, что мы не можем
остаться здесь навсегда.
- В конечном итоге тебе бы тут надоело, - улыбнулся Александр. - Ты ведь
не из тех людей, которые способны
долго бездельничать. Даже в таком замечательном месте, как это.
Рано утром они покинули остров на борту яхты "Дионис", и на сей раз
Мередит провели по всему судну. Его
водоизмещение составляло две тысячи тонн, а первоначально это был фрегат,
плававший под канадским флагом. Константину
Киракису пришлось выложить семь миллионов долларов, чтобы превратить его в
настоящий плавучий дворец. Ослепительно
белая яхта с изящными очертаниями сверкала необыкновенной чистотой. На палубах
ее хватало места для двух гидропланов,
катеров, глиссера и небольшой парусной яхты, не говоря уже о множестве
спасательных шлюпок. Между палубами
функционировала ультрасовременная система кондиционирования, а в рубке была
устроена чрезвычайно хитроумная
сигнализация, которая реагировала не только на внезапное повышение температуры,
но даже на открывшийся иллюминатор.
Другое устройство поддерживало температуру воды в бассейне на несколько градусов
прохладнее воздуха, чтобы любой
гость всегда мог освежиться, нырнув в бассейн с палубы. Мередит поразилась,
впервые увидев бассейн. Дно его было
выложено мозаикой с изображением сцены из греческой мифологии. Дионис,
окруженный вакханками. А вот кабинет
Александра был оборудован не только всеми мыслимыми средствами связи, но и
скремблером, позволяющим вести с борта
яхты самые секретные переговоры. Судно было настолько нашпиговано сложной
электроникой, что четыре генератора
жужжали круглосуточно, питая ее энергией.
Каюты поражали богатым убранством. Двери были покрыты японскими лаковыми
миниатюрами, а камины украшены
нежными лазурными изразцами. Стены кают-компании были расписаны фресками -
творение известного французского
художника. Девять кают для гостей по выбору Мелины Киракис обставляли лучшие
специалисты по интерьеру из разных
стран. Но самой роскошной была, конечно, главная каюта - античные статуи,
полотна известных мастеров и пышные ковры
придавали ей сходство с дворцом-музеем. Мебель была выполнена из черного дерева
и на фоне обоев нежно-голубых и
зеленых оттенков смотрелась ошеломляюще.
- В жизни не видела такой красоты, - шепнула Мередит Александру. - Как я
рада, что могу находиться здесь
сколько хочу.
Они пустились в круиз по Средиземному морю, бросая якорь там, где только
вздумается. Первым делом отправились в
Рим, где вдоволь нагулялись по древним улочкам, наслаждаясь величием Вечного
города и перекусывая в бесчисленных
уличных ресторанчиках. Посетили уйму музеев - Мередит поразилась тому, насколько
ее муж увлечен итальянским
Возрождением. Александр был готов исполнить любую ее прихоть, любой каприз.
Стоило Мередит восхититься какой-нибудь
драгоценностью или выставленным в витрине платьем, и Александр тут же, не
допуская никаких возражений, покупал его.
- Ты меня испортишь, - предупреждала Мередит.
- Ты делаешь меня счастливым, - отвечал Александр.
Из Рима на машине съездили в Венецию, потом перебрались в Милан и
закончили путешествие по Италии в
Портофино. Там поднялись на борт "Диониса" и отплыли на Сардинию. Мередит
полюбила Коста-Смередду с первого
взгляда. Они с Александром сняли великолепную виллу на полпути между Кальяри и
Вилласимусом. Старинный дом, густо
обсаженный можжевельником и увитый плющом, был выстроен в несколько этажей, на
каждом из которых имелся свой
камин. Наверх вела винтовая лестница с резными перилами и скрипучими
ступеньками. Мебель тоже была старинная, под
стать всему остальному. Александр пояснил, что ковры и гобелены с бахромой
ручной работы изготавливались здесь же, на
острове, как и небольшие акварели, развешанные по стенам. Прислуги на вилле не
было вовсе, и Мередит, к изумлению
Александра, попыталась взять бразды правления в свои руки и стряпать сама.
- Да, дорогая, - сказал Александр со смехом после особенно не удавшегося
ужина, - шеф-повара из тебя не выйдет.
Впрочем, это не важно - я ведь не на поварихе женился.
Однако куда чаще они ужинали в очаровательной крохотной харчевне под
Вилласимусом. Никакой роскоши там и в
помине не было - ни хрустальных с золотом канделябров, ни марочных вин, - и тем
не менее Александр чувствовал себя
там куда лучше, чем в шикарных "Максиме" или "Лютеке". Он охотно кружился с
Мередит на погруженной в полумрак
танцевальной площадке или сражался в дартс с местным чемпионом, который, по
собственному признанию, никогда еще не
сталкивался со столь умелым и упорным противником. Александр настолько
наслаждался всем этим, что перед Мередит стал
постепенно открываться новый человек. Всякий раз они покидали харчевню уже за
полночь и, вернувшись на виллу,
предавались в спальне любви на пуховых пледах под негромкое потрескивание дров в
камине. Для последних дней августа
вечера стояли на удивление холодные, однако Мередит этого даже не замечала - с
Александром ей всегда было тепло. Тепло
и радостно.
В Кальяри они снова поднялись на борт "Диониса" и в течение трех дней
бороздили Средиземное море, после чего
вновь сошли на берег - в последний уже раз - в Монте-Карло, где их поджидал
белый лимузин Александра. Проведя два
дня в казино и познакомившись с ночной жизнью Монте-Карло, они отправились в
автомобильное путешествие по Лазурному
берегу, останавливаясь по пути в Вильфранше, Ницце, Антибе, Каннах и СенРафаэле.
Закончили они свой путь в СенТропез,
где Александр без труда снял самый дорогой номер в лучшем отеле этого
модного курорта.
- В каждом новом месте вид все прекраснее, - сказала Мередит, любуясь из
окна номера лазурными водами
Средиземного моря.
Александр, который, не теряя времени зря, расстегивал пуговицы ее блузки,
улыбнулся.
- Ни один вид на свете, - промолвил он, стаскивая блузку с плеч Мередит и
любуясь ее изумительной грудью, - не
сравнится с тем, что предстало перед моим взором сейчас...
Утром они наконец выбрались в городок, который, к изумлению Мередит,
оказался совершенно крошечным.
Александр рассказал ей, что до начала 50-х годов Сен-Тропез был обыкновенной
рыбацкой деревушкой, которая затем
попалась на глаза одному богачу. Тот был настолько восхищен местными красотами,
что приезжал сюда снова и снова,
приглашал друзей и знакомых, и Сен-Тропез начал буквально на глазах
преображаться. Однако старые домишки столь тесно
лепились друг к другу, что построить что-нибудь поблизости от них превращалось в
практически невыполнимую задачу. Зато
Сен-Тропез можно было до сих пор видеть таким же, каким его видели знаменитые
французские художники и писатели,
например Колетт. Тем не менее подлинную красоту этого местечка можно было
оценить лишь осенью, когда наплыв туристов
прекращался.
Александр и Мередит взяли напрокат велосипеды и покатили на Пляж де
Памплон, один из самых знаменитых пляжей
вблизи Сен-Тропез, и Александр немало позабавил Мередит своим наблюдением,
согласно которому по мере удаления от
городка количество людей, загорающих в купальниках, резко уменьшалось.
Молодожены с удовольствием побродили по
местному антикварному магазинчику, а затем вдвоем попозировали уличному
художнику, за короткое время написавшему
углем изумительный портрет. Они забрели в гавань, где понаблюдали за пестро
раскрашенными суденышками, весело
бороздившими залитые солнцем воды Средиземного моря.
Сидя рядом с Александром на открытой террасе приморского ресторанчика и
потягивая вкуснейшее красное вино,
Мередит решила, что ее супруг был прав. Именно такой отдых был им необходим.
Мередит еще никогда не видела
Александра настолько беззаботным. За время свадебного путешествия он освободился
от чудовищного груза ответственности
и проблем и выглядел теперь спокойным и отдохнувшим, как никогда. Перемена в его
облике нисколько не удивила Мередит
- жизнь Александра в Нью-Йорке была более напряженной и насыщенной, чем ее
собственная. Дела корпорации поглощали
все его время без остатка. Сколько раз им приходилось срываться с места прямо
посреди ужина в дорогом ресторане лишь
потому, что неотложный телефонный звонок из другого города или даже из-за океана
требовал его немедленного внимания!
Даже в Саутгемптоне им не удалось полностью отгородиться от окружающего мира.
Мередит уже начинало казаться, что у
них вообще никогда не будет возможности остаться вдвоем, и теперь, когда они
наконец обрели друг друга, ей мучительно не
хотелось расставаться с этим счастьем.
- Господи, до чего же мне не хочется возвращаться! - заявила она.
Александр откинулся на спинку кресла и тепло улыбнулся.
- Ну что, задержимся еще на месяц? - предложил он.
- Я ни о чем так не мечтаю, - ответила Мередит. - Но если к середине
сентября я не выйду на работу, Гарв
Петерсен отрядит за мной национальную гвардию. - Она тяжело вздохнула. - Ты
просто не представляешь, в какое
бешенство он впадает, стоит кому-то нарушить его замыслы.
Александр вздохнул и с огорченным видом махнул рукой.
- Жаль, конечно, но это было замечательно, - сказал он, допивая вино.
Затем жестом подозвал официанта.
Чуть помолчав, Мередит спросила:
- Какие у тебя планы на сегодняшний день? Александр пожал плечами:
- Никаких. Я готов исполнить любое твое желание.
- Ты когда-нибудь ходил к гадалке? - спросила она. Александр метнул на нее
странный взгляд.
- Нет. А почему ты спрашиваешь? - В его голосе звучало нескрываемое
удивление.
Мередит улыбнулась:
- Просто мне вдруг стало любопытно, вот и все. - Они помолчали, затем
Мередит сказала: - Когда мы утром
возвращались с Пляж де Памплон, я заметила на окраине города довольно необычный
домик. В окне стоял плакатик, на
котором было что-то написано о предсказании судьбы.
Александр изучающе посмотрел на нее.
- И ты хотела бы сходить к гадалке?
- А почему бы и нет? - улыбнулась Мередит. - Хоть посмеемся потом.
Александр ответил не сразу. Наконец, снова пожав плечами, улыбнулся и
кивнул:
- Хорошо, будь по-твоему.
Домишко и в самом деле приютился на самой окраине Сен-Тропез. Был он
совсем крохотный, скособоченный и
мрачноватый. "Этой хибаре лет двести", - решил Александр. В окне красовалось
написанное от руки объявление:
МАДАМ РОЗА - ПРЕДСКАЗАТЕЛЬНИЦА СУДЬБЫ
Войдя, молодожены оказались в малюсенькой полутемной гостиной, которую
освещали только свечи, расставленные
по углам. Ветхая мебель, казалось, вот-вот рассыплется в прах. На полу лежал
старинный цветастый ковер ручной работы, на
котором был выткан затейливый узор. Квадратный стол посреди комнаты был застлан
тяжелой алой скатертью, свисавшей до
самого пола, на нем высились две массивные свечи в резных подсвечниках. В
комнате стоял устойчивый запах каких-то
диковинных трав.
- Похоже, тут никого нет, - произнес Александр, оглядываясь по сторонам. -
Как, по-твоему, куда все подевались?
- Во дворе, должно быть, - зловеще прошептала Мередит. - Мертвецов
закапывают.
В это мгновение из-за занавески появилась сгорбленная старушка с
изрезанным морщинами лицом. Одета она была в
традиционную цыганскую одежду, а голову покрывал длинный черный шарф, из-под
которого торчал только нос. Шаркая
ногами, старушка приблизилась к столу и жестом пригласила Александра и Мередит
присаживаться. Затем села сама. Ее
зоркие темные глаза сначала пристально осмотрели Александра, затем переместились
на Мередит. Потом она снова
устремила изучающий взгляд на Александра. Секунд десять гадалка поедала его
глазами. Затем сказала по-французски:
- Покажите мне свои руки! - Голос у нее оказался неожиданно звучный и
повелительный.
Александр покосился на Мередит, затем протянул руки вперед над столом.
- Ладонями вверх! - приказала гадалка.
Александр перевернул ладони, и старушка пригнулась к столу, внимательно
разглядывая их. Затем посмотрела ему в
лицо и кивнула. Выдвинув какой-то ящичек, она достала из него небольшой предмет,
завернутый в шелковый синий носовой
платок. Развернула, и Александр увидел колоду карт таро. Выбрав одну карту,
старушка положила ее на стол.
- Это ваша карта, - сказала она. - Король мечей. Это очень сильная карта.
Он очень могущественный. Преданный
друг, но может стать сильным и коварным врагом. - Она вручила Александру колоду.
- Перетасуйте их как можно лучше -
картам должны передаться вибрации ваших рук. Но только всегда тасуйте в левую
сторону, это исключительно важно.
Александр с трудом сдержал улыбку. Перетасовав карты, как просила гадалка,
он разложил их перед собой на три
стопки. Старушка отобрала десять карт из первой стопки и поместила первую из них
на короля, а затем крест-накрест
положила на нее следующую карту. Оставшиеся карты разложила на столе в виде
креста. Затем возвела глаза на Александра.
- Сосредоточьтесь, - сказала она. - Думайте только о том, что вас больше
всего интересует.
Александр кивнул, но лицо его выражало полное недоверие. Мередит,
напротив, следила за манипуляциями - гадалки
с нескрываемым любопытством.
Мадам Роза задумчиво разглядывала карты.
- У вас неприятности, да?
Александр отрицательно помотал головой.
- Несмотря на то, что вы несметно богаты и влиятельны, в ближайшее время
вас ожидают весьма серьезные
финансовые проблемы, - медленно заговорила старушка, не отрывая взгляда от карт.
- Если вы не стушуетесь и проявите
мудрость и выдержку, то одержите верх. Вам придется вынести немалые испытания.
Но в конце концов вы обретете покой,
хотя и дорогой ценой.
Александр бросил взгляд на Мередит. Она следила за гадалкой словно
завороженная.
- В вашем прошлом - королева мечей, - продолжила гадалка. - Прекрасная
темноволосая женщина. Была у вас
такая?
Мередит улыбнулась.
- Их, наверное, было не меньше сотни, - сказала она. Александр метнул на
нее быстрый взгляд.
- На сердце у нее давно лежит глубокая печаль, - добавила мадам Роза. -
Она несчастна. У нее отняли любимых
людей - они отделены от нее и временем, и пространством.
Александр покачал головой, но говорить ничего не стал. Гадалка явно дала
маху - такой женщины в его прошлом не
было.
- Валет мечей, - продолжила цыганка, - представляет молодого человека из
самого недавнего прошлого. Он
отважен и смел, хотя и излишне горяч. Его раздирают внутренние противоречия.
Возможно, это вы сами?
Александр посмотрел ей в глаза, но промолчал.
- А эта карта, - нараспев продолжила старушка, - изменение в вашей судьбе.
Она легла вверх ногами - это весьма
влиятельная личность. И возможно, чрезвычайно опасная. - Ее пальцы переместились
на соседнюю карту. - Вы должны
остерегаться любой помощи, которую он может предложить вам. Вы можете счесть его
другом, но его поступками движут
предательство и корысть. Он хочет похитить у вас то, что принадлежит вам.
Александру составило немало труда удержаться от улыбки. Да, старушенция
умела вешать лапшу на уши.
- Ждите от этого человека больших неприятностей, - предупредила цыганка. -
Он может подделать завещание или
оспорить ваше наследство. - Она подняла голову, и Александр поразился живости и
уму, светившимся в ее темных глазах в
отблеске свечей. - Скоро вас ждет дальняя дорога. Долгое путешествие по далеким
странам, в котором вы познаете вещи,
которые кажутся невозможными. - Мадам Роза перевела взгляд на Мередит. - А это -
ваша карта. Королева палочек. Вы
должны всегда держаться рядом, ибо вы - его единственная опора в жизни.
Запомните - это крайне важно.
Мередит откинула с лица волосы. Было что-то в этом странном доме, да и в
облике старушки, отчего ей было не по
себе. По телу бежали мурашки. Мередит не верила в предсказания, однако старая
гадалка чем-то пугала ее.
- Исходом сражения ведает император, - продолжила гадалка. - Вы должны
быть предельно бдительны, чтобы
избежать обмана. Битва вас ждет нешуточная, но помните: вступив в сражение, вы и
сами рискуете пасть от руки врага. -
Она вдруг резко выпрямилась. - Не советую вам пренебрегать моими советами, мсье.
Карты легли на редкость убедительно.
Александр кивнул, не проронив ни звука. Сунув руку в карман, он достал
несколько банкнот и протянул гадалке. Затем
посмотрел на Мередит.
- Хочешь, тебе тоже погадают?
Но Мередит лишь покачала головой.
- Нет, на сегодня хватит, - сказала она. Хотя она и не могла разговаривать
по-французски, как Александр, она поняла
почти все, сказанное старой гадалкой.
Александр снова кивнул и встал из-за стола. Попрощавшись с цыганкой пофранцузски,
он повернулся и, взяв Мередит
за руку, повел к двери. Едва выйдя наружу, разразился смехом.
- Ну, что я тебе говорил? - спросил он, помогая Мередит сесть в лимузин. -
Все эти гадалки и прорицатели -
типичные обманщики и шарлатаны.
- Неужели она совсем ничего не угадала? - полюбопытствовала Мередит.
Александр улыбнулся.
- Она попала пальцем в небо, - сказал он, усаживаясь за руль.
- А мне показалось, что ты слушаешь очень внимательно.
- То немногое, что могло бы иметь хоть какой-то смысл, ничего не стоит
найти в любой газетенке или журнале, -
сказал Александр, сворачивая на дорогу к отелю "Вавилон". - Впрочем, насчет
опасного соратника-соперника она тонко
сработала, тут уж нужно отдать ей должное. А вот что касается таинственной
темноволосой дамы из прошлого... - Он
хохотнул. - Должно быть, все гадалки так рассуждают. В конце концов, не бывает
мужчин, в прошлом у которых не
встречалась хотя бы одна жгучая брюнетка. Точно так же, как не бывает женщин,
которые хоть раз не влюблялись бы в
красавца брюнета.
- Это точно, - подтвердила Мередит смеясь. - Я, между прочим, тоже из их
числа.
- Мы с тобой знали это и без прорицательницы, - напомнил Александр. - Если
помнишь, я предсказал наше
будущее в тот самый день, когда мы только встретились.
- Да, это верно. - Мередит чуть помолчала, потом спросила: - А ты уверен,
что в твоем холостяцком прошлом не
было этой женщины, про которую она говорила?
- Женщины, у которой отняли любимых людей и которые отделены от нее и
временем, и пространством? -
Александр рассмеялся. - Нет, такой женщины у меня точно не было.
- Может, ты просто забыл...
Александр, вдруг посерьезнев, посмотрел на нее.
- Скажи, тебя и правда так волнует мое прошлое? - спросил он.
- Да, - вздохнула Мередит. - И это вполне естественно - я ведь живая
женщина, из плоти и крови. Но я
постепенно привыкаю.
- У меня никого больше нет, - улыбнулся Александр. - Кроме тебя.
Глава 20
Покинув Сен-Тропез, Александр и Мередит направились вдоль берега на запад,
к Марселю, затем свернули на север и
двинулись вдоль Роны. Миновав сначала Арль, а затем Авиньон, они остановились на
несколько дней в особняке Киракисов,
в пятнадцати километрах к северо-востоку от Авиньона.
- Знаешь, пока мы были вдвоем, я все время пыталась представить тебя здесь
за тяжелой физической работой, -
сказала Мередит, когда они с Александром прогуливались по виноградникам. - Так
вот, вынуждена признаться: мне это так и
не удалось. - Возведя на него глаза, она лукаво улыбнулась. - Разве что в
спальне.
- Ах распутница! - засмеялся Александр, обнимая ее за талию. - А известно
тебе, какая разница между работой и
удовольствием?
- Пожалуй, да, - ответила Мередит. - Ведь я уже давно тебя знаю.
Из особняка молодожены выбрались, твердо намереваясь ехать без остановок
...Закладка в соц.сетях
