Жанр: Любовные романы
Танец богов том 1-2.
...одной. Накануне вечером он, как всегда, позвонил и оставил на
автоответчике сообщение: картина закончена,
ближайшие два дня, а то и больше, он собирается провести "в полной праздности".
"Что ж, вот и прекрасно", - решила
Мередит. Нужно сделать так, чтобы сегодняшний день им обоим запомнился надолго.
Спустившись в гостиную, она увидела, что Ник сидит на веранде в шезлонге и
что-то читает. Отодвинув застекленную
дверь, она вышла наружу. Увидев ее, Ник радостно улыбнулся и встал.
- Привет, малышка, - прогудел он, заключая ее в объятия. - Ты настоящая
соня.
- Зато ты у нас ранняя пташка, - сказала Мередит, целуя его. - Почему ты
меня не разбудил?
- Не хотел тебя тревожить. Нашел твою записку, прочитал, что сегодня у
тебя выходной, вот и подумал: наверняка
моя малышка хочет выспаться до отвала. - Он положил на стол журнал "Вэрайети",
который читал. - Отдых тебе
необходим - мы ведь сегодня празднуем.
Мередит озадаченно посмотрела на него. Откуда он узнал? Ах да, конечно же,
он позвонил вчера вечером на студию и
кто-то ему напел. Скорее всего Кей.
- Кто твой осведомитель? - спросила она. Ник вопросительно поднял брови.
- Что ты имеешь в виду?
- Нечего выгораживать доносчиков. Я знаю, что ты звонил в студию, -
заявила Мередит, устраиваясь в шезлонге
напротив. - Я не злюсь, не подумай - просто я хотела сама тебе рассказать...
- Господи, Мередит, я ни черта не понимаю, - улыбнулся Ник. - Что ты
говоришь?
- Да брось, Ник...
- Я вовсе не шучу, - сказал он. - Я никому не звонил и ни с кем из ваших
не разговаривал с того самого дня, когда
Кей приезжала сюда к ужину.
- Так ты и правда не знаешь?
- Не знаю чего? - нетерпеливо спросил Ник.
- Я лечу на три недели в Нью-Йорк! - выпалила Мередит. - Меня берут
ведущей программы новостей на
телевидение! - Не обращая внимания на его странный взгляд, Мередит продолжила: -
Карла Гранелли отправляется с
важным заданием в Европу, и на ее место нужна замена. Чак Уиллард сказал, что
они выбрали меня. Некоторое время назад
он послал им мои записи, и, судя по всему, я произвела на них впечатление. Вот я
и взяла сегодня выходной, чтобы побыть с
тобой перед отлетом.
- А когда ты улетаешь? - сдержанно поинтересовался Ник.
- В четверг, сразу после вечерних новостей, - ответила Мередит. - Чак
сказал, что в Нью-Йорке на меня очень
рассчитывают. Возможно, это только начало. Если я их устрою, то, возможно, мне
предложат остаться. Здорово, да?
- Да, лучше некуда, - раздраженно пробурчал Ник и отвернулся, рассеянно
глядя на океан.
Мередит растерянно посмотрела на него. Что с ним? Какая муха его укусила?
Он выглядел, как затравленный зверь.
- В чем дело, Ник? - спросила она. - Я думала, что ты порадуешься за меня!
- Ну еще бы - я просто счастлив! Неужто сама не видишь? - напустился он на
нее. - Еще бы мне не радоваться -
ты на целые три недели улетаешь в Нью-Йорк!
- Но, Ник, ведь это моя работа, - попыталась оправдаться Мередит. - А это
- такой шанс.
- Шанс перебраться в Нью-Йорк навсегда! - сухо заключил он.
Мередит недоуменно уставилась на него.
- Да, Ник, но что в этом удивительного? Ты же знаешь, насколько я дорожу
своей работой. Я тебе говорила, что не
хотела бы всю жизнь прозябать в должности ведущей местных теленовостей.
- Правильно, - кивнул Ник. - Просто я не думал, что свою карьеру ты ценишь
гораздо дороже меня. Нас с тобой.
Мог ли я представить, что, как только подвернется удобный случай, ты меня
бросишь? - Он поднял было руку, но затем, не
зная, что сказать, почесал в затылке.
Сердце Мередит оборвалось.
- Но это вовсе не так... - начала она.
- Да неужели? - Его синие глаза были холодны как лед. - Неужели ты хочешь
сказать, что, получив предложение
перебраться в Нью-Йорк на постоянную работу, ты от него откажешься?
- Нет, - покачала головой Мередит. - Не откажусь.
- Вот видишь, - нахмурился Ник. - Я знал, что услышу правду. Ты не умеешь
врать. У тебя все всегда на лице
написано.
Голос его звенел, как металл.
- Тогда почему ты сомневаешься в моих чувствах? - спросила Мередит
внезапно дрогнувшим голосом.
- А как же мне в них не сомневаться? - вскричал Ник. - Если собственная
карьера тебе дороже нашего счастья!
- Ты несправедлив ко мне, Ник, - не долго думая ответила она. - Я ведь
никогда не мешала тебе делать ради
карьеры то, что считаешь нужным. И никогда не жаловалась, когда ты неделями
пропадал на съемках. Я всегда принимала это
как должное, потому что точно знала: я нужна тебе, а это самое главное. Почему
же ты теперь не в состоянии понять меня и
пойти мне навстречу? - В ее голосе слышались сразу обида и досада.
Ник покачал головой.
- Неужели ты сама не видишь, что с нами происходит? - спросил он. - Мы
ведь и так разбегаемся в разные
стороны. Видимся все реже и реже. А теперь, когда ты будешь жить в Нью-Йорке,
думаешь, мы будем видеться чаще?
- Это бесполезный разговор, Ник, - устало промолвила Мередит. - Тем более
что в Нью-Йорк я лечу всего на три
недели. Вполне возможно, что мне вовсе и не предложат остаться там. Поживем -
увидим.
- Да брось ты! - отмахнулся Ник. - Мы оба прекрасно знаем, что ты
блестящий репортер, и они, если не слепые,
тоже мигом это смекнут. Никуда тебе от них не деться.
Мередит умоляюще посмотрела на него.
- Ну и что из этого? - спросила она. - Пусть даже мне и сделают
предложение остаться. Нам ведь с тобой и прежде
приходилось расставаться довольно часто. Мы всегда это выдерживали, выдержим и
на этот раз. Нужно только захотеть.
- Конечно, выдержим, - язвительно произнес Ник. - Поначалу будем
встречаться на уик-энд пару раз в месяц.
Изредка я буду прилетать в Нью-Йорк, а иногда ты будешь вырываться на
Тихоокеанское побережье, чтобы сварганить
очередной репортаж. Тогда, возможно, нам удастся урвать ночку-другую, если,
конечно, я не уеду на съемки. В первое время
мы будем стараться улучить любую минутку, чтобы встретиться, но потом, когда
работа затянет, времени будет оставаться все
меньше и меньше. Да и желание потихоньку утихнет. В Нью-Йорке ты начнешь новую
жизнь. Возможно, найдешь себе когонибудь.
Да и я, наверное, один не останусь.
- Да, невысокого ты мнения о силе нашей любви, - тихо промолвила Мередит,
потупив взор.
- Просто я не в силах конкурировать с твоей карьерой, - упрямо процедил
Ник. - Когда ты стоишь перед выбором,
ты всегда выбираешь свою работу. Я устал от этого.
- Значит, если я правильно поняла, ты предлагаешь мне выбирать между тобой
и моей карьерой, - медленно
произнесла Мередит. - Это так? - В голосе ее слышался сдерживаемый гнев.
- Если все останется так, как сейчас, то, боюсь, это неизбежно, - ответил
Ник, отводя глаза.
- Понимаю, - глухо сказала Мередит. - Получается, тебе наплевать на то,
сколько я вкалывала до седьмого пота,
чтобы заполучить этот шанс? Так вот, я собираюсь - и не стану его терять! Я
никогда не препятствовала твоим делам, из-за
которых ты так часто и надолго уезжал от меня. - Она приумолкла, опасаясь, что
не совладает с собой. - Я никогда не
мешала твоей карьере и прошу тебя: не мешай моей.
Ник холодно посмотрел на нее.
- Значит, ты все-таки решила лететь в Нью-Йорк?
- Да! - выкрикнула Мередит распаляясь. - Не каждый день подворачивается
такая возможность! И мне жаль, что
ты этого не понимаешь.
- Мне тоже жаль. - Ник отшвырнул в сторону салфетку и резко вскочил,
разлив кофе на желтую скатерть. В глазах
его полыхала ярость. Покидая веранду, он хлопнул дверью с такой силой, что
стекло треснуло. Мередит проводила его
недоуменным взглядом: она до сих пор не могла прийти в себя от неожиданности.
"О, Ник, - подумала она, - не заставляй меня делать выбор, прошу тебя!"
На закате дня Мередит, погруженная в свои мысли, бродила по пустынному
пляжу. Уехав утром, Ник до сих пор не
вернулся. Никогда еще она не видела его в таком бешенстве. Да, за пять месяцев,
что они жили вместе, у них не раз бывали
споры и даже перепалки, но такое! И никогда еще ей не приходилось выбирать между
чувствами и карьерой. Потом - она
ведь понимала Ника; почему же он не может войти в ее положение? Хотя бы
попытаться. Мередит прекрасно знала: уступи
она сейчас его прихоти и откажись от поездки в Нью-Йорк, и все - другого такого
шанса ей уже не выпадет. Если же она
полетит в Нью-Йорк, то скорее всего потеряет Ника навсегда. Он был настолько
взбешен ее планами, что, похоже, всерьез
собирался поставить крест на их отношениях. "Господи, Ник, ну почему ты не
можешь образумиться? Попытайся понять
меня так, как я тебя понимаю!"
Утренняя ссора впервые заставила Мередит по-настоящему задуматься об их
будущем. И вот теперь, идя в сумраке по
упругому песку, она с холодеющим сердцем поняла: если Ник все-таки поставит ее
перед выбором, она без всякого колебания
предпочтет карьеру.
Мередит вернулась домой уже совсем поздно. Она зажгла свет в столовой и
гостиной, затем еще раз удостоверилась,
что входная дверь заперта. У Ника ключ был, так что он в дом попадет. Если,
конечно, соблаговолит вернуться. Хотя вполне
возможно, что он не захочет возвращаться, пока она не уедет.
Войдя в спальню, Мередит включила ночнике, разобрала постель и разделась.
Решив, что ждать Ника бесполезно, она
отправилась принимать ванну. Все тело мучительно ныло, а впереди ее ждал трудный
и полный испытаний день. Мередит
собрала волосы в пучок и заколола на затылке. Из-за поведения Ника на душе у нее
скребли кошки. Не желая впадать в
хандру, Мередит отбросила тягостные мысли прочь и залезла в ванну с
ароматическими солями. Душистые пузырьки приятно
щекотали тело. Теплая, с ароматом жасмина вода ласкала кожу. Удивительно
приятное ощущение! Полная решимости
выкинуть размолвку с Ником из головы, Мередит самозабвенно наслаждалась
купанием.
Один раз ей вдруг послышалось, что из спальни доносится какой-то шум,
однако Мередит решила, что скорее всего это
лишь плод ее воображения. Она нежилась в ванне бесконечно долго, пока наконец,
боясь уснуть прямо в воде, не решила
перебраться в спальню. Тогда она встала, ступила на пол и, тщательно вытершись
махровой простыней, завернулась в
полотенце и пошла в спальню. На кровати, вытянувшись во весь рост и положив
голову на руки, лежал Ник. Глядя прямо в
потолок, он подчеркнуто не замечал Мередит.
- А я уже начала думать, что ты никогда не вернешься, - сказала она,
подходя к кровати.
- А что, разве тебя это еще интересует? - огрызнулся он, не поворачивая
головы.
Мередит вздохнула и покачала головой.
- Да, интересует, - проговорила она и сбросила полотенце. Затем,
облачившись в прозрачную ночную рубашку,
присела на край кровати. Ник повернулся на бок, спиной к ней. - Ты ведешь себя
по-ребячески, Ник, - спокойно сказала
она. - Так мы ничего с тобой не решим.
Он обернулся к ней.
- Ты называешь ребячеством то, что я тебя люблю и не хочу тебя потерять?
Мередит недоуменно уставилась на него.
- Почему ты думаешь, что можешь потерять меня? - спросила она.
- Да брось, Мередит! - досадливо отмахнулся он. - Что я, по-твоему,
слепой? Неужели я сам не вижу, куда все
идет?
- Я не понимаю, о чем ты говоришь, - ответила Мередит.
- С первого дня нашего знакомства я понял, насколько ты честолюбива, -
сказал Ник. - Однако не переставал
надеяться, что ты образумишься и наша близость наконец станет для тебя важнее
карьеры.
- А ты ставил себя на мое место? - спросила Мередит. - Для тебя наши
отношения могут стать важнее твоей
карьеры?
Ник вытаращился на нее.
- Да как у тебя язык повернулся такое спросить?
- Я не поняла - да или нет? - настойчиво уточнила Мередит. - Что для тебя
важнее?
- Господи, ну конечно же, ты! - вскричал Ник. Даже в полумраке она видела,
как исказилось его лицо.
- Тогда объясни мне кое-что, - терпеливо промолвила Мередит. - Потому что
я уже просто теряюсь в догадках. По
твоим словам, ты дорожишь мной больше своей работы, но, с другой стороны,
считаешь, что для меня важнее карьера, лишь
на том основании, что я на три недели улетаю в Нью-Йорк. Меж тем как сам порой
месяцами пропадаешь вдали от меня на
съемках! - не удержавшись, напомнила она.
- Если бы речь и правда шла всего о трех неделях, я бы и слова тебе не
сказал, - произнес он, приподнимаясь и
опираясь на локоть. - Но ведь мы оба с тобой знаем, что это только начало. Ты
очень талантлива, а упорства и
настойчивости тебе не занимать. Карьера для тебя - главное. В Нью-Йорке все это
сразу поймут. Не успеешь и глазом
моргнуть, как тебе сделают предложение, отказаться от которого ты будешь не в
силах. Что тогда, по-твоему, будет с нами?
- На нас с тобой это не отразится, Ник, - мягко сказала она. - Да, верно,
времени для встреч у нас станет меньше,
но ведь мы с тобой умеем пользоваться каждой свободной минуткой.
- И сколько, по-твоему, такая жизнь может продлиться? - спросил он. - Я
ведь уже сказал тебе - со временем мы
будем встречаться реже и реже и с каждым днем будем все больше отдаляться друг
от друга. Кончится тем, что окончательно
расстанемся.
- Если ты думаешь, что мы способны расстаться так легко, то, по-моему, не
стоило и сходиться, - сказала Мередит.
- К сожалению, такая участь постигает и людей, которые жили вместе куда
дольше нас, - сказал Ник.
- Но ведь до сих пор мы с тобой немало времени проводили врозь, и это на
нас не сказывалось, - напомнила
Мередит.
- Верно, но это ни в какое сравнение не идет с твоим переездом в Нью-Йорк,
- сказал Ник. - Я просто не
представляю, как мы выживем.
- Давай хотя бы попытаемся. Ник посмотрел на нее в упор.
- Господи, ну почему все это настолько важно для тебя? - в отчаянии
воскликнул он. - Почему?!
Мередит отпрянула словно ужаленная.
- Как же ты этого не понимаешь? - всплеснула руками она. - Я дорожу своей
работой. Мне нужна финансовая
независимость. Я не хочу ни в чем быть от кого-либо зависимой. Не хочу быть
обузой ни любовнику, ни мужу - никому! Не
хочу быть обязанной мужчине лишь потому, что он платит по моим счетам. Я ведь, в
конце концов, живой человек, а не
марионетка! Да, я люблю свою работу! Мне нравится выступать по телевидению,
нравится, когда меня узнают. Меня, а не
мужчину, которого я сопровождаю! Что в этом дурного?
- Если тебе так важна независимость, то зачем ты вообще согласилась
переехать ко мне? - запальчиво выкрикнул он.
Лицо Мередит вмиг посерьезнело.
- Потому, Ник, что я тебя полюбила, - сказала она. - И хотела жить с
тобой. Но только ради тебя - а не ради
твоего банковского счета! Неужели ты этого не понимаешь? Я здесь лишь потому,
что сама этого хочу! Или ты предпочел бы,
чтобы было иначе?
- Я не хочу тебя терять, - грустно промолвил он. - И это единственное, что
меня сейчас волнует.
- Я тоже не хочу тебя терять, - сказала Мередит, прикасаясь к его руке.
Голос ее смягчился - она поняла, что
режиссер скорее испуган, нежели разгневан. - Но ты должен понять, Ник, что моя
работа столь же важна для меня, как и
твоя - для тебя. И тебе придется с этим смириться, поскольку серьезно изменить
что-либо ни один из нас не в силах.
- Я не хочу тебя терять, - уныло повторил он. Мередит задумчиво посмотрела
на него.
- Но чего именно ты боишься, Ник? - спросила она наконец. - Ты ведь всегда
чего-то боялся. Так мне, по крайней
мере, казалось. Поначалу ты, похоже, боялся, что между нами возникнет что-то
серьезное. Словно не хотел меня подпускать.
Потом все же пошел на сближение, хотя и с крайней неохотой. И вот теперь главной
угрозой для наших отношений стала уже
моя карьера. Почему?
Ник покачал головой.
- По-моему, тебе и так все ясно, - сказал он сердито.
- И все-таки скажи мне, Ник, - настаивала она. - Обычно так ведет себя
лишь тот, кто в прошлом здорово обжегся.
Скажи, кто причинил тебе боль?
- Никто, - раздраженно пробурчал он. - Просто я еще в самом начале
опасался, что твоя карьера в конце концов
станет препятствием для наших отношений. И в итоге так и вышло. Хотя на каком-то
этапе мне стало казаться, что, может
быть, дело не в этом и наши чувства станут для нас важнее работы, карьеры и
всего остального. - Он встал. - Увы, похоже,
я просчитался.
- Мы не должны этого допустить, - сказала Мередит. - Мы выдержим это
испытание. Просто каждый из нас
должен с равным уважением относиться к работе другого.
- Да, похоже, ты не оставляешь мне другого выбора, - мрачно произнес Ник.
- Ты нужен мне, Ник - сказала Мередит. - Нужен, как никто и никогда. И мне
бы очень хотелось, чтобы мы с тобой
всегда оставались вместе.
- Что ж, по крайней мере, хоть в одном наши взгляды совпадают, - с горечью
промолвил он.
- Я люблю тебя, - продолжила Мередит. - Но ты не должен требовать, чтобы я
пожертвовала всем, чего добилась
после стольких лет труда.
Ник посмотрел на нее.
- По-моему, я еще ни разу не просил тебя чем-то пожертвовать, - с упреком
сказал он.
- Но тем не менее хочешь, чтобы я отклонила самое привлекательное
предложение, которое когда-либо получала.
- Только по той причине, что, увидев тебя в деле, нью-йоркские
телевизионщики непременно захотят заполучить тебя
с потрохами, - сказал он. - Я понимаю, что рассуждаю как последний эгоист, но
просто высказываю наболевшее. Я не могу
без тебя жить, и мне даже подумать страшно, что произойдет, если я тебя потеряю.
Я хочу, чтобы мы всегда были вместе.
Чтобы мы были счастливы вдвоем.
Мередит обняла его и прижалась к нему всем телом.
- Я люблю тебя, Ник, и тоже хочу, чтобы мы были вместе, - сказала она. -
Но я не могу и не собираюсь
отказываться от своей работы. Если ты способен это понять, то все у нас будет
хорошо.
Но, даже целуя его, она задавала себе вопрос: а удалось ли им хоть что-то
прояснить? Сможет ли он согласиться с ее
решением?
На следующее утро Ник и Мередит завтракали на веранде. Во время еды оба
хранили неловкое молчание. Хотя
накануне вечером они долго обсуждали возникшие сложности и на словах пришли к
определенному согласию, в глубине
души Мередит понимала: Ник никогда не сумеет смириться с ее фанатичной
преданностью работе. Она покосилась на
огромную трещину в стеклянной двери. Придется вызвать стекольщика. Жать, что
нельзя с такой же легкостью устранить все
более заметную трещину в их отношениях с Ником.
- Когда я вчера вечером возвращалась домой, дорожные рабочие устанавливали
новое ограждение в том месте, где
погиб Том Райан, - сообщила Мередит, пытаясь завязать разговор.
Ник оторвался от тарелки с омлетом.
- Да, я знаю, - только и сказал он.
- Хорошо, что решили его заменить.
- Да. Жаль только, что на это их подвигла смерть Тома, - вздохнул Ник,
снова принимаясь за омлет. Легкий бриз с
океана ерошил его волосы.
Мередит добавила себе в кофе немного корицы и размешала, взгляд ее был
задумчив.
- Как, по-твоему, что будет теперь с его состоянием? - спросила она. -
Кажется, родственников у него не осталось?
- Насколько я знаю, не осталось, - подтвердил Ник, озабоченно потирая
бородку. - Том никогда не упоминал о
каких-либо родственниках, и, зная его, я готов держать пари, что завещания он не
оставил.
- Значит, на все его имущество наложит лапу государство?
- По всей вероятности, да, - кивнул Ник. - Если не объявится какой-нибудь
претендент на наследство. - Он
подцепил на вилку и отправил в рот последний кусочек омлета. - Хотя, на мой
взгляд, это маловероятно.
Мередит отпила кофе.
- Я все время думаю, что станет с его особняком. Наверное, его выставят на
продажу.
- Должно быть. - Ник не сдержал усмешки. - А что, хочешь его приобрести?
Мередит улыбнулась.
- Я бы с удовольствием, - сказала она, откусив кусочек халвы. - Но больше
всего меня волнует судьба его реликвий
- портрета Элизабет и Дэвида, статуэтки "Оскара", семейных фотографий. Том так
бережно хранил все это. Как будто ждал,
что в один прекрасный день его жена вернется.
Ник пожал плечами.
- Думаю, что все вещи скорее всего выставят на аукцион, - предположил он.
- Так что большая часть его
имущества разойдется по частным собраниям.
- Жаль, - вздохнула Мередит. Затем, чуть помолчав, продолжила: - А ведь
Том так свято берег память Элизабет! Ты
не заглядывал в ее комнату наверху?
Ник покачал головой:
- Том никогда не приглашал меня зайти туда, а сам я не напрашивался.
- В жизни ничего подобного не видела, - сказала Мередит, вызывая в памяти
день, когда Том проводил ее наверх. -
Как будто я вдруг очутилась в 1953 году. Спальня Элизабет выглядела точь-в-точь
так, как показывали в старых фильмах.
Ник усмехнулся:
- Может, тебе и в самом деле стоит сходить на аукцион, если его устроят,
конечно, и все скупить - оптом. На память,
разумеется.
- Не думай, что мне это не приходило в голову, - быстро сказала Мередит.
Ее голубые глаза взволнованно сияли.
- Да ладно, Мередит, - махнул рукой Ник. - Я пошутил.
- А я вовсе не шучу, - заявила она. - Может, нам и правда сходить на
аукцион? Я бы очень хотела купить этот
портрет.
- Зачем? - изумленно вскинул голову Ник. - Вот уж никогда не думал, что в
тебе живет коллекционер.
- Я и сама не могу это объяснить, - призналась Мередит. - Но мне кажется,
что в нем заключена какая-то
магическая сила. Он меня просто притягивает.
Ник пожал плечами:
- Дело твое. Хочешь - покупай. - Он встал. - А мне пора. Меня ждут в
студии.
- Мне казалось, что ты собирался взять передышку на несколько дней.
- Да, я поначалу так и хотел, но теперь, поскольку ты летишь в Нью-Йорк,
мне тут делать нечего. Я встречаюсь с
руководством студии, чтобы обсудить финансовую поддержку следующей картины.
Мередит взяла его за руку и, прижав ее на мгновение к своим губам,
промолвила:
- Мы выстоим, Ник. Вот увидишь.
Чуть помедлив, Ник нагнулся и поцеловал ее.
- Мне по-прежнему не по душе вся эта затея, - признался он. - Но лучше
видеть тебя хоть изредка, чем вообще
никогда.
- Значит, ты меня понял? - В голосе Мередит прозвучала слабая надежда.
- Пытаюсь понять. - Ник быстрыми шагами вышел с веранды.
Оставшись одна, Мередит озабоченно нахмурилась. "А может, Ник прав?" -
вдруг подумала она. Что, если
вынужденная разлука в конце концов погубит их любовь?
Нью-Йорк
Те три недели, которые Мередит проработала в Нью-Йорке в качестве ведущей
теленовостей, оказались самыми
насыщенными, суетливыми и беспокойными за всю ее профессиональную карьеру.
Целыми днями напролет она просиживала
в огромном здании "Интеркон-тинентал" на Западной Пятьдесят второй улице перед
камерами или в отведенном ей кабинете,
составляя и редактируя материалы для вечерних выпусков "Новостей". Если
оставалось свободное время, Мередит общалась
с руководством компании, а также с дикторами и другими людьми, способными, как
ей казалось, помочь в осуществлении ее
цели. Да, Мередит - Нику, конечно, она никогда бы в этом не призналась - делала
все, что в ее силах, чтобы остаться в
Нью-Йорке на постоянной работе. С Ником они не виделись; хотя он и обещал, что
прилетит на первый же уик-энд, дела так
и не позволили ему вырваться из Лос-Анджелеса. Вдобавок на него свалились
неожиданные заботы - вскоре после отъезда
Мередит ему позвонили из адвокатской конторы и сообщили ошеломляющую новость:
Том Райан завещал ему все свое
имущество. Согласно завещанию, Нику достался особняк в Бель-Эйр и все, что в нем
находилось.
- Черт знает что, - растерянно сказал Ник по телефону Мередит. - Самое
поразительное, что это завещание
скрывает настоящая завеса молчания. Мне даже его не показали - только сообщили,
что Том отписал мне особняк со всей
обстановкой, поскольку я был ему как сын.
На мгновение в голову Мередит закралась шальная мысль: не удастся ли
благодаря этому стечению обстоятельств
возродить ее первоначальный замысел и сделать фильм о загадке гибели семьи
Райана, - но затем она отмела ее прочь. Том
Райан настолько бережно охранял эту тайну при жизни, что вряд ли оставил в доме
документы или иные материалы,
способные пролить на нее свет. Во время последней недели пребывания Мередит в
Нью-Йорке Сэм Клиффорд, продюсер
вечерних выпусков новостей Ай-би-эс, пригласил ее поужинать с ним и его
съемочной группой в ресторане "Радуга".
Мередит согласилась сразу.
Заоблачный ресторан "Радуга", находившийся на шестьдесят пятом этаже
одного из небоскребов на Пятой авеню,
сразу поразил воображение Мередит. Пышное великолепие интерьера 30-х годов
привело ее в восторг, а от величественного
вида на панораму раскинувшегося внизу Манхэттена и вовсе захватывало дух. Да и
бифштекс "Веллингтон" был просто
восхитителен. Во время ужина Мередит постоянно ловила на себе пристальные
взгляды коллег и понимала, что ее оценивают.
Впрочем, ее это не смущало. Она была уверена в себе и своих силах. К тому же она
слишком долго и тщательно готовилась к
этому и теперь не собиралась упускать столь удобного случая.
- Должен вам заметить, Мередит, вы нас просто поразили, - сказал ей за
десертом Клиффорд. - Вы совершенно
необыкновенны... - Он вдруг осекся, а Мередит уголком глаза заметила, что кто-то
подошел к ней сзади.
- Вы не возражаете, если я на несколько минут похищу у вас мисс Кортни?
Голос человека, прервавшего их беседу, был ей, безусловно, знаком. Все
разговоры за столом вмиг прекратились. Ее
коллеги как завороженные взирали на Александра Киракиса, с улыбкой
остановившегося возле Мередит. Сердце ее
затрепетало. Пытаясь скрыть волнение, она подняла голову и посмотрела на
Александра. Он был все так же элегантен и
неотразим. "Господи, и почему я всякий раз так волнуюсь?" - только и успела
подумать Мередит. А вслух сказала:
- Давно мы с вами не виделись.
- Чересчур давно. - В этот миг заиграл оркестр, и Александр протянул ей
руку. - Могу я пригласить вас
потанцевать?
Мередит чуть поколебалась, чувствуя, что на нее устремлены все взоры. "Ну
и пусть смотрят", - подумала она.
- Да, конечно, - с улыбкой сказала она, поднимаясь из-за стола.
Так, рука об руку, сопровождаемые взглядами всех без исключения
посетителей ресторана, они прошествовали на
танцевальную площадку. Сердце Мередит колотилось с такой силой, что она всерьез
опасалась: а вдруг Александр услышит?
- Не ожидала встретить вас здесь, мистер Ки
...Закладка в соц.сетях
