Жанр: Мемуары
Аркадий и борис Стругацкие,- двойная звезда.
.... В Европе же - все государства
практически однонациональны. США - государство искусственное, они
исторически образовывались из эмигрантов, которые перемешивались в "котле",
а в Европе, где население стабильное, в каждом регионе - свой народ,
образовались именно мононациональные государства. Многонациональные же рано
или поздно распадались - как Австро-Венгерская империя...
Б.С. Речь не о том, должны ли распадаться многонациональные
государства, а о том, могут ли существовать искусственно образованные
государства, состоящие из небольшого числа мононациональных территориальных
образований. Это - очень трудный вопрос. Но я не вижу никаких причин, по
которым это было бы невозможно. У меня нет научно выверенных аргументов, я
же не специалист, но есть ощущение, что Россия в нынешнем виде все-таки
уцелеет. В этих границах Россия устоит, и я надеюсь, что без особой крови.
Политика не любит парадоксов. Политика тяготеет к очевидному. А то, что
отделение, скажем, Татарстана - нонсенс, это очевидно, это прекрасно
понимает 70 - 80 процентов населения, вовсе не являющиеся ни политологами,
ни специалистами по национальному вопросу. Не надо быть профессионалом,
чтобы интуитивно ощущать полную бессмысленность выделения, скажем, Якутии,
Татарстана, образования Иркутской республики...
Б.В. В Татарстане уверяют: завтра мы отделимся от России, нефть и газ
будем оставлять себе и жить, как Кувейт или Арабские Эмираты... При этом
никто не задумывается, что все остальное им придется везти из той же
России!
Б.С. Да и нефть им придется перевозить по воздуху...
Б.В. Но смотрите: более всего бьют себя кулаком в грудь и кричат о
независимости в тех республиках, где правят перекрасившиеся коммунисты!
Понятно, что для них эта социальная мимикрия никакой трудности не
представляет - будет выгодно, они себя объявят хоть огнепоклонниками...
Б.С. Это меня не так волнует, как события ближайшего времени - эта
"красно-коричневая" волна, которая поднимается. Очень боюсь, что обнищавший
народ поверит этим людям. Боюсь 100-тысячных демонстраций. Боюсь, что
нервишки не выдержат у правительства Москвы, Петербурга, начнут глупости
вытворять по отношению к этим демонстрантам. Боюсь, что найдутся негодяи
среди красно-коричневых, которые спровоцируют вмешательство!
Б.В. Хочется процитировать Валерию Новодворскую: "Диктатура - это
когда запрещают демократов, а демократия - это когда запрещают
демократы..." Кажется, что существует "вирус власти", поражающий лиц,
занимающих руководящие посты, независимо от того, какие взгляды они имели
до того!
Б.С. Меня это совершенно не удивляет! Иначе не удержаться у власти. Но
меня больше беспокоят красно-коричневые - потому что они крови не боятся и
даже считают ее пролитие определенной доблестью! Что касается ныне власть
имущих - от них требуется только одно: сохранять спокойствие. Относительно
событий 23-го февраля в Москве*3 - я с большим интересом жду, что решат по
этому поводу прокуратура и суд. Законны ли были действия правительства
Москвы о запретах и ограничениях? Но и организаторы митингов несут полную
ответственность за все, что происходит! Эти люди должны были просто трупами
лечь на дороге толпы, не допустить контактов между толпой и ОМОНом! Они
должны были умереть, но не допустить беспорядков! Ведь я по-прежнему
уверен: главное - не допустить пролития крови, не допустить к власти
Повелителей Дураков. Потому что единственное, что может остановить шествие
экономических законов, - кровь. Кровь застилает глаза разуму, кровь
порождает ненависть, а ненависть убивает все, что есть в людях разумного,
доброго и вечного. Вот почему мне отвратителен национализм, любой, всегда и
везде: национализм - это обязательно ненависть к другому народу или к
другим народам. Не любовь к своему - а ненависть и презрение к другому. Где
национализм, там кровь, где кровь, там конец разуму, там вспыхивает огонь
безумия и все экономические законы перестают действовать, а политика из
искусства возможного превращается в служанку войны. Ах, если бы можно было,
оставаясь в рамках закона, заткнуть глотку националистам всех стран! Но
это, как показывает опыт, практически невозможно. К сожалению, похоже, в
каждом из нас сидит националист, и это так удобно бывает власть имущим!..
Но мне совершенно ясно: справимся с национализмом, - справимся с распадом,
и все обойдется, хотя нервы нам все это и попортит изрядно... Самое
замечательное, что несмотря ни на что - "караван идет"! Вы только
оглянитесь - какой путь пройден за последние пять лет. Произошли вещи
совершенно невероятные, мы живем в другой стране! Когда вспоминаешь, что
1-й съезд был всего лишь в 1989-м году, не верится!
Б.В. Как будто прошло сто лет!
Б.С. Это было безумно давно! Да, может быть, и люди почти те же
управляют - но страна другая, все другое, цели другие, надежды другие, даже
страхи - другие!
Б.В. Ощущение, что изменился масштаб времени, оно пошло быстрее!
Ю.К. Слушая I съезд, ведь мы не верили своим ушам! Что-то невероятное!
Б.В. Да еще 19-я партконференция - помните?
Б.С. Какие выступления! Казалось, сейчас после них должны тут же
подойти... экономисты в штатском...
Б.В. ...Да под белы рученьки - из зала!
Ю.К. И этот отставной Ельцин, которого выгнали, - он, оказывается, не
расстрелян - он речь произносит на всю страну!
Б.С. ...Он остался членом ЦК! Мы, помнится, философствовали на кухнях
- почему Михаил Сергеевич его министром сделал, не для того ли, чтобы
оставить в ЦК и опираться на Ельцина в борьбе с консерваторами?
Б.В. А самый храбрый человек в стране был Леонид Иванович Абалкин,
который посмел публично не согласиться с Михаилом Сергеевичем... Интересно
- что будут говорить о нынешнем времени через 3-4 года?
Б.С. Нет ничего более трудного, чем делать прогнозы на 3 - 4 года! Бот
на 100 лет - пожалуйста...
Б.В. Борис Натанович, "ловлю на слове": а что будет через 100 лет? На
что из того, что вы написали, это будет похоже?
Б.С. На "Хищные вещи века".
Б.В. Не дай бог!
Б.С. Почему? Очень неплохое общество, если подумать. Очень
справедливое: каждому свое, каждый волен заниматься тем, что ему нравится и
что ему по силам.
Б.В. Лучше бы было похоже на "Полдень, XXII век"!
Б.С. Боюсь, что это нереально. Это общество может возникнуть лишь в
том случае, если человечество разработает систему высокой педагогики, если
мы научимся с детства определить и "поставить" в человеке его главный
талант. Чтобы не было людей заброшенных, ущербных, ощущающих свою
никчемность, ищущих утешения там, где его нет и быть не может, - в насилии,
в наркотиках, в извращениях...
Б.В. Чтобы "никто не уходил обиженный"?
Б.С. В конечном итоге да! Чтобы каждый, склонный от природы стать "out
law" - "вне закона", мог получить социальную нишу, где он не мешал бы, а
помогал обществу и чувствовал бы себя нужным и "единственным". Тогда
возможен "Полдень", иначе - "Хищные вещи века", что, повторяю, - тоже не
так уж плохо! Там каждый выбирает себе тот образ жизни, который ему по душе
и по силам. Это - свобода!
Б.В. А вы сами - в мире какой из ваших книг хотели бы жить?
Б.С. Конечно, "Полдень"' Этот мир и был написан специально - как мир,
в котором мы хотели бы жить.
Б.В. Борис Натанович, много лет хорошая фантастика была "отдушиной" в
тоталитарном мире, "глотком свободы". Теперь этот мир рухнул - не утратит
ли свое значение фантастика?
Б.С. Вопрос этот, мне кажется, следует ставить по поводу литературы
вообще, а не только по поводу фантастики. Как известно, "поэт в России -
больше, чем поэт". И действительно, так в России и сложилось - по крайней
мере, со времен Пушкина. И писатель уж два века в России больше, чем
писатель. На Западе писатель - это человек, доставляющий сравнительно
узкому кругу читателей эстетическое наслаждение или, скажем, развивающий
некие социально-философические идеи! А в России каждый хороший писатель нес
глоток кислорода человеку, задыхающемуся в атмосфере несвободы... А сейчас
атмосфера очистилась! Что бы ни говорили про перестройку - она освободила
печать. Она освободила народ от государственной идеологии, каждый волен
теперь думать так, как ему нравится, и говорить то, что ему хочется. В этих
условиях старая роль литературы изменяется радикально. Сегодня в России
поэт - не больше, чем поэт! Поэт - это поэт, и не более того. Но и не
менее, разумеется! Обязанности его - "глаголом жечь сердца людей" - никто
не отменял...
Б.В. Но фантастика - специфический жанр! Отнюдь не вся литература была
"отдушиной"!
Б.С. А я обо всей и не говорю... Я говорю о хорошей литературе!
Впрочем, плохая литература - это не литература, а макулатура... Когда
десять лет назад я читал Окуджаву, чудом вышедшего из печати, Юрия
Трифонова, Фазиля Искандера, чудом пробившихся сквозь цензуру, - это было
прекрасно, это был глоток кислорода! Они несли идеи - те самые, что осеняли
и меня, они исповедовали нравственность, которую и я как читатель, как
человек исповедовал, и я видел: я не один! Они поддерживали во мне мое
мировоззрение! В этом и было главное назначение свободной литературы России
- поддерживать демократическое мировоззрение! А сейчас такая роль хотя и
осталась - но это мировоззрение поддерживается уже и самой жизнью! Для
этого уже не надо книг - есть газеты, журналы, митинги, телевизор...
Б.В. Борис Натанович, последний вопрос. Не осталось ли каких-то
замыслов, которые возникли еще с Аркадием Натановичем и которые вы
планируете довести до конца?
Б.С. Замыслы-то есть, конечно. Буду ли я их доводить до конца - другое
дело. Сейчас мне об этом очень тяжело думать. Последние годы нам и
вдвоем-то не очень хотелось писать. Интереснее было читать и писать
публицистику. А художественную литературу - даже вдвоем - писать не очень
хотелось. Сегодня, когда я остался один, - совсем уж мало желания этим
заниматься... Хотя замыслы, конечно, остались, они никуда не делись, более
того - они, сукины дети, эти замыслы, по-прежнему появляются в голове! Но
захочу ли я этим обстоятельством воспользоваться?.. Не знаю. Просто не
знаю.
Б.В. Борис Натанович, существует огромное количество людей, которые
никогда не смирятся с мыслью, что ничего нового не будет!
Б.С. Я понимаю, и благодарю вас за эти добрые слова, но что получится
и получится ли что-нибудь вообще - не знаю...
ИМПЕРИЯ НАНОСИТ ОТВЕТНЫЙ УДАР
С писателем Борисом Натановичем СТРУГАЦКИМ беседуют Борис Вишневский,
Константин Селиверстов и Юрий Флейшман
10 июня 1992 г., Санкт-Петербург
Опубликовано в газете "Петербургский литератор", июнь 1992 г.
Примечание: беседа эта была организована специально для
"Петербургского литератора", но во многом оказалась продолжением
предыдущей. Что ж, некоторые из опасений БНС оправдались - хотя опасность
пришла не с той стороны, с какой он ее предвидел...
- Борис Натанович, в ваших книгах есть очень много любопытных
предсказаний. И они довольно часто сбываются. Создается впечатление, что Вы
все уже давно "просчитали" заранее. И все-таки, какое событие из
происшедших за последние годы оказалось для вас неожиданным?
- Во-первых, я хотел бы внести поправку. Мне кажется, нет никаких
оснований говорить, что мы так уж много предвидели. Действительно, два,
может быть - три серьезных исторических события нам предсказать удалось, но
не больше. Я вот только что перечитал "Отягощенные злом". Действие этой
повести мы перенесли на 40 лет вперед, в начало 30-х годов XXI века.
Писалось все это в 86-87-х годах. Замечательно: у нас там есть ГОРКОМ! У
нас там фигурирует "ПЕРВЫЙ" этого горкома! Хотя я с некоторым
удовлетворением отметил, что при этом в повести не сказано, горком какой
именно партии имеется в виду. Совершенно не исключено, что это - горком
какой-нибудь Демократической Партии Радикальных Реформ, например, или
что-нибудь в этом же роде. А может быть, и опять коммунистической партии...
Вот я читаю сейчас о перестановках в правительстве, наблюдаю все эти
осатанелые митинги под кровавыми знаменами и думаю, не могу не думать: а
ведь чем черт не шутит! Ведь настроение у людей настолько черное, все и
всем настолько недовольны... и демократы наши оказались настолько
беспомощны у кормила власти... а демагоги наши красно-коричневые обещают
так много, так быстро и ведь совсем задаром... И я подумал: вот это вот -
тот самый случай, когда лучше уж оказаться плохим пророком, чем хорошим.
А ведь когда мы писали эту повесть (всего-то пяток лет назад!), мы
были совершенно уверены, что коммунистическая партия вечна. Что если она и
уйдет с политической арены в нашей стране, то очень и очень нескоро...
- Вы не исключаете возможности "поворота назад". В какой форме?
- Я сам ломаю голову над этим вопросом. И конечно, никакого
определенного ответа у меня нет. Все может повернуться совершенно
неожиданным образом. Я сейчас перечитываю замечательную книгу Уильяма
Ширера "Взлет и падение Третьего рейха". Когда читаешь там описание
обстановки - социальной, экономической, политической, которая
предшествовала приходу к власти коричневых в Германии, - иногда обливаешься
холодным потом при мысли о том, насколько все это похоже на нас... А через
страницу вдруг с облегчением переводишь дух: нет, все-таки непохоже,
все-таки у них там было по-другому... Вообще, можно только поражаться,
насколько все на свете правые - имперцы, националисты, ультрапатриоты,
называйте их как хотите, - насколько все они похожи друг на друга, будь то
Германия, Россия или Франция, девятнадцатый век, начало двадцатого, конец
двадцатого... Обязательно: милитаризация, мундиры, сапоги, значки, лычки,
страстное желание принять стойку "смирно" и поставить в эту стойку
окружающих; агрессивность, прямо-таки клокочущая ненависть по любому
поводу, истеричность - до визга, до пены на губах; и патологическая
лживость, и полное отсутствие чувства юмора, и полное отсутствие
элементарного благородства в речах и поступках, и, конечно же,
антисемитизм, слепой, запредельный, зоологический... Здесь - сходство
полное и угнетающее...
Сейчас лидеры ряда политических партий и газеты соответствующего
направления упорно проповедуют идею всеобщего поражения в стране сегодня,
всеобщего кризиса, всеобщего позора. Идет нагнетание страшненькой удушающей
атмосферы, для которой, на мой взгляд, никаких особенных оснований и нет.
Да, бесспорно, имеет место экономический кризис. Да, тяжелый, да,
мучительный. Но явление это не такое уж уникальное и редкостное в
человеческой истории. Экономика наша больна, это неприятно, даже опасно, но
ничего позорного в этой болезни нет. Несомненно, имеет место распад
империи. Но если не давать волю истерике, а отнестись к этому историческому
процессу без предвзятости, то ничего катастрофического и страшного вы не
увидите. Потому что гибель империи вовсе не есть гибель народов. Империи
возникают и рушатся, а народы продолжают жить. Возникают новые независимые
государства, которые вполне способны сосуществовать, как самые добрые
соседи. Да, распалась вбитая нам в головы и в души лживо-порочная идеология
и ушла в небытие. Так радоваться бы надо этому обстоятельству!
- Вы считаете, что в стране все хорошо?
- Конечно, не считаю. Но считаю, что ничего такого уж кошмарно
страшного и непоправимого в стране не происходит. Но правым силам НУЖНО
создать такую атмосферу в сознании людей, чтобы в очередях, в переполненном
транспорте, на "блошиных рынках" люди говорили бы друг другу: "Все!
Докатились! Дальше некуда! Позор стране, позор правительству!.." - и так
далее и тому подобное... И это в точности напоминает пропаганду правых в
Германии в самом начале 20-х. Пропаганда "позора нации" была тем
удобрением, на котором взросли страшные ядовитые коричневые сорняки,
задушившие Веймарскую республику... И я спрашиваю себя. так что же нужно
для того, чтобы вызрел правый переворот? Необходимы ли для этого
действительный позор и поражение страны во всем или для этого достаточно
МНИМОГО ПОЗОРА, существующего только в истерических речах красно-коричневых
лидеров и в газетных статьях? Я не знаю, но готов допустить, что мнимого
позора достаточно. Ведь в конце концов, возвращаясь к фашистской Германии:
позор военного поражения страна испытала в 1918 году, а Гитлер пришел к
власти в 1933-м! За эти 15 лет позор уже, казалось бы, пережили, пережили
чудовищную гиперинфляцию, совершенно несравнимую с той, которую мы
переживаем сейчас (доллар стоил 4 миллиарда марок!), путчи всевозможные
пережили... Казалось бы, все уже "устаканилось", демократическая Веймарская
республика укрепилась - но разразился экономический кризис 1929-1930 годов,
и коричневые поднялись во весь рост! И - как будто никакой стабилизации не
было, как будто только вчера Германия потерпела военное поражение, как
будто не успели уже стабилизировать марку... Снова оказались они на плаву
со своими злобными лозунгами, со своими призывами к Великой Германии "от
моря и до моря"...
Существуют идеи, которые опасны сами по себе, идеи, пробуждающие в
добром гражданине зверя, круто замешанные на ненависти, чреватые кровью и
смертью. Такова идея РЕВАНШИЗМА. Такова идея ИМПЕРИИ. Такова идея
НАЦИОНАЛЬНОГО ПРЕВОСХОДСТВА. Пока они живут - они грозят правым
переворотом! А живы они, пока существуют люди, пропагандирующие эти идеи.
Пока существуют газеты, книги, поддерживающие это мировоззрение... А
потому: нетрудно себе представить, что мы стабилизируем рубль; что
демократическое правительство окрепнет - пусть даже оно будет не совсем
демократическим, а более технократическим... Но вот стоит в этих вполне
благоприятных условиях разразиться действительному кризису перепроизводства
(что теоретически возможно, он и сейчас у нас тлеет - из-за нехватки
денежной массы), и они все встанут во весь свой рост.
- В начале беседы Вы упомянули о "беспомощности демократов". Что Вы
под этим подразумеваете?
- Я имею в виду совершенно очевидные вещи. Если бы демократы
попытались произвести путч 19 августа 1991 года (с тем же результатом), то
все бы они сейчас уже давным-давно гнили в концлагере. Все газеты были бы
закрыты, запрещены, все глотки, изрыгающие демократические истины - "ложные
истины", - были бы заткнуты. И это было бы естественно и понятно всем, в
том числе и затыкаемым демократам. Когда же путч поднимают правые силы,
находящиеся в оппозиции, демократы вынуждены - если они хотят оставаться
демократами - продолжать проводить политику свободы слова, плюрализма
мнений и т.д. В этом смысле демократия, если ее не поддерживает
благосостояние народа, обнаруживает свою ужасающую слабость и
беспомощность. Демократия оказывается беспомощным заложником своих
собственных политических принципов!
- После того как путч рухнул, Ельцин закрыл коммунистические газеты,
прославлявшие ГКЧП. И кто возмутился первым? Демократы! Еще не обидели ни
одного коммуниста, а демократы уже играли в политическое донкихотство,
требуя на митингах - не допустить "охоты на ведьм"!
- Самое замечательное не то, что демократы возмутились. Самое
замечательное - то, что коммунисты НЕ возмутились, они восприняли бы все
эти запреты как должное! Демократы уже кричали вовсю, предупреждая о
недопустимости "охоты на ведьм", а коммунисты только еще слабо попискивали
на эти темы или вообще помалкивали. Должно ли было демократам, которые
осудили действия Ельцина, сохранять интеллигентность в условиях
политической борьбы с прожженными циниками и политическими бандитами - это
вопрос! И вопрос вовсе не сугубо теоретический. Это вопрос политической
практики. Дело в том, что политика обладает определенной внутренней
логикой. Иногда она кажется жутко аморальной. Это происходит потому, что
основа любой политической логики - это полное отсутствие каких-либо
НРАВСТВЕННЫХ ПРИНЦИПОВ. Политика может быть и подлой, и гнусной, и грязной
- какой угодно. Но она не имеет права быть глупой, она не должна приводить
к поражению. Вот в конечном итоге единственное требование, которое извечно
предъявляется к любой политике. Если политика не приводит к поражению -
значит, это хорошая политика. А какова же цена победоносной политики? Это
уж как получится - ответит вам политик-профессионал.
Впрочем, когда речь идет о завтрашнем дне той или иной политики,
чрезвычайно трудно что бы то ни было рассчитать. Вот, например, печально
знаменитый Жириновский. Казалось бы, он отшлифовал совершенно безошибочный
набор обещаний, которые должны приманить на его сторону абсолютное
большинство! И при этом отработал и выковал для себя неоднократно
проверенный имидж классического Повелителя Дураков. Казалось бы, дело в
шляпе и победа - в кармане. Но тут начинают действовать неустранимые и
роковые факторы: вполне определенная внешность, неподходящее отчество,
никуда не годное происхождение ("мать русская, отец - юрист")... А ведь
Жириновский - это случай, так сказать, образцово-показательный. Куда
труднее взвесить плюсы-минусы таких имперских лидеров, как Павлов, Бабурин,
Стерлигов... И вот хотя все социологические расчеты показывают, что на
стороне красно-коричневых от силы 25 процентов, но начинается предвыборная
кампания - и что-то происходит. И это "что-то" переворачивает все расчеты
вверх тормашками. Очень хочу, чтобы эти слова мои не оказались
пророческими...
- К тому же эти опасения сейчас усугубляются резким снижением уровня
жизни...
- Я сильно подозреваю, что у правительства нет другой возможности
проводить реформу. Нельзя одновременно выполнять две задачи: и
стабилизировать экономику, и сохранять при этом достаточно высокий уровень
жизни. Слишком далеко зашла болезнь.
- Борис Натанович, реформа так же необходима, как операция, которая
хотя и болезненна, но без нее можно умереть. Но уже давно при операциях
применяют обезболивание! Существует огромная махина государственной
собственности. Почему ее не распродают направо и налево, чтобы наполнить
бюджет и смягчить издержки экономической реформы?
- Я сторонник "обвальной" приватизации. Но ведь очень многие считают,
что она приведет к самым разнообразным негативным последствиям, среди коих
важнейшую роль играет возможный захват собственности номенклатурой и
теневой экономикой. Но проблема приватизации сегодня - это не
экономическая, это социально-политическая проблема. Помните бессмертное
учение о надстройке и базисе? Так вот, в результате всех предшествующих
событий, начиная с 1985 года, мы начисто смели надстройку, которая была
создана в стране за 70 лет. Все надстроечные институты сменились - власть
другая, правительство другое, партии совершенно новые возникли, культура
изменилась, весь менталитет общества стал иным... И вот теперь мы добрались
до базиса, до базальтового основания общества, до того фундамента, на
котором стояли все эти 75 лет. Базис, как известно, - это отношения
собственности. Если сможем мы их изменить, если сумеем переменить хозяина у
госсобственности, если создадим мощный социальный слой собственников - слой
толщиною во многие десятки миллионов человек, - вот только тогда у нас в
стране ситуация станет воистину необратимой. До тех же пор, пока 90 - 95%
всей собственности продолжает принадлежать государству - можно в любой
момент повернуть назад, вернуться в старый, добрый, уютный, вонючий
закуток, в котором мы провели 70 лет... Именно поэтому месяц за месяцем
проходят после августовской победы, а по-настоящему существенных изменений
так и не происходит: базальтовая непробиваемая толща перед реформаторами -
миллионы начальников, миллионы "совков", отлично понимающих, что этот рубеж
- последний, и готовых на все, чтобы не позволить сделать ситуацию
по-настоящему необратимой.
В конечном итоге все, что происходит в той или иной стране,
определяется не желаниями отдельных людей, а общим настроем многих десятков
миллионов. И этот общий настрой рассчитать, вычислить, смоделировать
практически невозможно - можно разве что только угадать его. Кажется, у
Толстого очень точно сказано, что история есть равнодействующая миллионов
воль. И никогда история не движется в том направлении, в котором хочет ее
двигать отдельный человек или даже группа людей, - она движется туда, куда,
казалось бы, не хочет никто... Вот причина, по которой невозможно УПРАВЛЯТЬ
историей. Именно поэтому никакие революционеры и реформаторы НИКОГДА не
достигают той цели, к которой стремились изначально...
"ПОЛИТИК - ЭТО ПРОФЕССИЯ, КОТОР
...Поділитися у соцмережах
