Жанр: Энциклопедия
Энциклопедический биографический словарь
...овакию. Продолжил
свою педагогическую деятельность в Институте
сельскохозяйственной кооперации и в Чешском
коммерческом институте, На 2-ю половину
20-х приходилось руководство Б. работами
общественно-экономического кружка при Русском
народном университете. Участники
кружка - ученые, преподаватели, журналисты,
студенты - обсуждали проблемы общественной
жизни России и европейских стран, а
также трудности, стоящие перед сельским хозяйством,
промышленностью, транспортом, кооперацией,
По приглашению Чехословацкого
правительства Б. консультировал чиновников
министерства земледелия республики по
различным вопросам агрономии и крестьянского
хозяйства. В 1929 научные круги русской
эмиграции и чешская общественность торжественно
отметили 40-летний юбилей его агрономической
и общественной деятельности. Похоронен
Б. на Ольшанском кладбище в Праге.
В. Телицын
\БРУЦКУС Борис (Бер) Давидович
(15.10.1874, Паланга, Курляндия - 6.12.1938,
Иерусалим) - экономист, агроном, публицист.
Отец - огранщик янтаря, позднее - владелец
фабрики кожаных изделий в Москве. В 188491
Б. учился в московской гимназии; в 189194-на
медицинском факультете Варшавского
университета; в 1894-98 в Институте сельского
хозяйства и лесоводства в Новой Александрии,
который окончил с золотой медалью и
званием "ученый агроном первого разряда".
С 1898 Б. руководил земледельческими
службами в Центральном комитете Еврейского
колонизационного общества в Петербурге. В
том же году издал свою первую работу "О питательном
значении аспаргина", опубликовал
ряд статей по вопросам экономики и
еврейской колонизации в периодических изданиях,
С 1907 Б. состоял лектором кафедры
экономики и истории сельского хозяйства и
аграрной политики столичных Высших сельскохозяйственных
курсов. С 1909 сотрудничал в
"Российском транспортном страховом обществе";
в 1915-18 - в страховом обществе
"Россия"; с 1913 исполнял обязанности члена
редколлегии "Агрономического журнала".
Б. вел активную преподавательскую работу.
С 1917 он читал курс лекций в Петербургском
сельскохозяйственном институте. В 1921-22
OHi уже в звании профессора, занимал пост декана
факультета экономики и сельского хозяйства.
Одновременно Б. читал цикл лекций
"Сельскохозяйственные возможности Палестины"
на курсах палестиноведения, а также
руководил экономическим курсом в Еврейском
университете. В 1918-21 Б. работал над "Экономикой
сельского хозяйства", которую издал
уже в эмиграции. В Советской России книга
была опубликована в 1924 и принята в качестве
учебника для большинства сельскохозяйственных
учебных заведений, нов 1928 изъята
из библиотек.
Б. принадлежал - совместно с Н.Кондратьевым,
В.Косинским, Л.Литошенко, Н.Макаровым,
А.Мининым, Н.Огановским, А.Чаяновым,
А.Челинцевым - к "мозговому центру"
российской аграрной науки, в которой был
признанным авторитетом, сторонником либерального
направления. В своих работах, посвященных
аграрной проблематике, Б.
теоретически обосновывал прогрессивность
столыпинских реформ, доказывал соответствие
последних интересам крестьянства, народного
хозяйства в целом, оценивал преимущества,
связанные с проникновением в крестьянское
хозяйство "хрематистического (стяжательского)",
т.е. рыночного духа.
В 1922 вошел в редакцию журнала "Экономист"
(Вестник 1 1 -го отдела Русского технического
общества), где опубликовал серию статей
по проблемам народного хозяйства при социалистическом
строе, в которых доказывал, что
социализм невозможно сконструировать на
практике ни в отдельно взятой стране, ни в
мировом масштабе. Выступая на сельскохозяйственном
съезде в Москве в 1922, Б.-в качестве
председателя сельскохозяйственного
совета Петроградского района - обвинил советскую
власть в организации голода на
территории Поволжья. 17.8.1922 был арестован
как "непримиримый враг Советской власти"
(Г.Зиновьев), и в ноябре того же года выслан
за границу. С 1923 по 1932 читал лекции
по сельскому хозяйству и политической экономии,
руководил исследованиями советского хозяйства
и аграрной политики в Русском научном
институте в Берлине; преподавал в Идишском
университете в Вильнюсе. Участвовал в
работе 1 -го съезда русских деятелей сельского
хозяйства (апр. 1924, Прага). В начале 1935
эмигрировал в Палестину, где с апреля этого
же года заведовал кафедрой сельскохозяйственной
экономики и политики Еврейского университета
в Иерусалиме, входил в редакцию
научно-публицистических обзоров еврейской
экономики и демографии. Печатался в ряде
эмигрантских периодических изданий.
В эмиграции Б. опубликовал 298 своих
работ, в которых проанализированы проблемы
экономического планирования, "социалистического
хозяйства", аграрной революции, сельского
хозяйства, земельного права, статистики,
колонизации в Палестине, российской истории.
Наиболее значимы те труды, где раскрываются
концептуальные подходы Б. к проблемам
политической экономии и общественной эволюции.
По своим научным взглядам Б. был близок
к новой либеральной школе экономической
мысли, представленной Л.Мизесом, Ф.Хайеком
и др. Основные положения его позиции сводились
к следующему: конечного "райского" состояния
общества нет и быть не может, неизвестен
и механизм общественного развития: благополучие
общества заключается в движении
вперед, источником которого является волевой
субъект действия - творческая личность; поэтому
высшая ценность общественного развития
есть принцип свободы личности. Оценивая с
этой точки зрения российский опыт, Б.
предпринял попытку сконструировать хозяйственный
строй при социализме уже
рефлексорно. Он пришел к выводу, что при отсутствии
свободы личности исчезает объективный
оценочный критерий происходящих
процессов хозяйственной жизни. Все подчинено
единому обезличенному государственному
плану, все зависит от бесконтрольных действий
клана чиновников, а это означает, что общество,
превращаясь в казарму, теряет способность к
саморегуляции, координации собственных действий
и движется к "суперанархии". Благодаря
своим трудам в области политической экономии
и истории Б. приобрел среди западных экономистов
авторитет одного из ведущих исследователей
доктрины социализма, практики советского
хозяйства, причин и условий, обуславливающих
революционные потрясения.
Соч.: Социалистическое хозяйство. Теоретические
мысли по поводу русского опыта. Берлин, 1923 (Париж,
1988); Экономика сельского хозяйства.
Народнохозяйственные основы. Берлин, 1923;
Agrarentwicklung und Argarrevolution in Russland.
Berlin, 1926; Die Lehren des Marxismus im Lichte del
russischen Revolution. Berlin, 1928.
Лит.: Каган В.К. Борис Бруцкус. Иерусалим, 1989.
В. Телицын
\БУБНОВА Варвара Дмитриевна (5.5.1886,
Петербург - 28.3.1983, Ленинград) - художник,
искусствовед, педагог. Из дворянской
семьи. Отец, Дмитрий Капитонович, банковский
служащий, коллежский советник: мать -
урожденная Н.Вульф, обладала прекрасным голосом
и была музыкально одаренным человеком.
Детство Б. и ее сестер прошло в имении
матери Берново Тверской губернии, где бывал
А.Пушкин. Они выросли в атмосфере поэзии и
музыки. Б. училась в Рисовальной школе Общества
поощрения художеств, в 1907-14 в Петербургской
Академии художеств. Выйдя замуж
за соученика, теоретика русского авангарда
В.Матвея (Матвейса, псевд. В.Марков),
вступила в объединение художников "Союз
молодежи", с которым были связаны П.Филонов,
М.Ларионов, Н.Гончарова, К.Малевич,
В.Татлин и др.; сотрудничала в одноименном
журнале, участвовала в совместных с объединениями
"Бубновый валет" и "Ослиный хвост"
выставках Союза молодежи, В 1913 совершила
вместе с мужем поездку по этнографическим
музеям Западной Европы для
сбора материалов и фотографирования
африканской скульптуры. После скоропостижной
смерти мужа (1914) подготовила к печати
его книгу "Искусство негров" (1919), В 1915
окончила Петербургский археологический институт.
В 1917-22 работала в московском Историческом
музее, изучала древнерусские миниатюры
в Отделе древних рукописей и
организовала первую их выставку; являлась
членом Института художественной культуры
(Инхука).
В 1922 по вызову младшей сестры А.Бубновой-Оно
уехала вместе с матерью в Японию. В
1927 вышла замуж за русского эмигранта
В.Головщикова (1897-1947). В середине
1930-х была лишена советского гражданства
за "связь с врагом народа" (по поручению советского
посольства знакомила видного советского
деятеля (фам. неизвестна) с японскими
достопримечательностями; по возвращении в
СССР он был арестован). Впоследствии писала:
"Свою жизнь в Японии я могла бы назвать счастливой,
если бы не мысли о Родине, к которой
меня так тянуло, что каждый пароходный гудок
или свисток поезда пробуждал острую тоску...
Только заполненность работой и искусством
спасала меня от тоски по Родине". Преподавала
с 1924 русский язык и литературу в Токийском
университете Васэда. Б. вырастила несколько
поколений японских русистов, которых
учила понимать не только русский язык,
не только "букву", но и дух русской литературы,
Как утверждала японская газета "Цусё
симбун", "если бы не она, переводы русской
литературы в Японии не достигли бы, наверное,
такого высокого уровня". Особую роль Б.
сыграла в развитии японского пушкиноведения:
все шесть переводчиков "Евгения Онегина" были
ее учениками или добрыми знакомыми, и
всем она помогала преодолеть трудности
перевода. Первый в Японии сборник пушкинской
лирики (1936) вышел в переводе ее ученика
Уэда Сусуму с ее иллюстрациями. Иллюстрации
Б. к переводам Пушкина, Гоголя,
Толстого, Достоевского способствовали раскрытию
глубинного смысла их произведений.
Профессор Енэкава Масао писал о Б.: "Она делает
свое дело так мастерски, что назвать ее
основную профессию невозможно, она в одинаковой
мере и художник и литератор". За
вклад в развитие японо-русских культурных
связей и за заслуги в области изучения в Японии
русского языка и литературы Б. была
награждена впоследствии орденом Драгоценной
короны.
В Японии Б. "старалась не забывать" о своем
призвании художника, Она участвовала в
выставках японского авангарда 20-х; в октябре
1922 опубликовала в журнале "Сисо"
("Мысль") статью "О направлениях в современном
русском искусстве" (главным образом, о
конструктивизме); входила в организации японских
художников "Никакай", "Санка", "МАВО".
О русском искусстве много писала и позднее,
в частности, в многотомном издании
"Мировое искусство".
Поступив вскоре после приезда в Японию в
Токийское художественно-промышленное училище,
Б. разработала метод автолитографии на
цинке, с помощью которого стремилась
передать нюансы перехода тонов, характерные
для японской тушевой живописи. "Что такое
литография, какое это большое искусство, я
впервые понял из ее работ", - писал художник
Оно Тадасигэ. В Японии с успехом прошло
6 персональных выставок Б. (две в 1932, в
1938, 1948, 1954, 1958). Сама Б. утверждала,
что сохранила в портретах, пейзажах,
в сценках народной жизни принципы
русской школы, но изучение японского искусства
расширило изобразительные возможности
ее графического языка. При этом ее занимала
не восточная экзотика, а обычная жизнь японцев;
"Управляется она здесь, как и везде, экономическими
условиями, которые рождают все
ту же борьбу за существование, здесь далеко
не легкую".
После т.н. "путча молодых офицеров"
(1936) Б. и ее муж были объявлены нежелательными
иностранцами, за ними велось
строгое полицейское наблюдение. В те годы
было закрыто русское отделение университета
Васэда, позднее Б. была вынуждена покинуть
Токийский институт иностранных языков. В
конце 2-й мировой войны их выселили из Токио
в горное место Каруидзава. Дом в Токио и
все их имущество, включая библиотеку и литографии,
погибли в результате бомбежки. В
послевоенный период Б. снова преподавала и
работала как художник, много сил отдавала
Русскому клубу, вокруг которого группировались
молодые люди, намеревавшиеся вернуться
в СССР (Б. "дала нам почувствовать, что мы
русские", - свидетельствовали они).
В 1958 Б. возвратилась в СССР и поселилась
в Сухуми, где жила ее старшая сестра.
При жизни Б. состоялось более 20 выставок,
ей было присвоено звание заслуженного художника
Грузинской ССР (1964). Работы Б.
приобретались советскими музеями, в том числе
Музеем изобразительных искусств им.
А.Пушкина, Третьяковской галереей, Русским
музеем. Б. работала над статьями и воспоминаниями,
получившими одобрение А.Твардовского,
ЕДороша, К.Симонова, МАлпатова, но опубликовать
удалось лишь малую часть написанного,
т.к. взгляды Б. на искусство не совпадали с
официальными установками.
До конца жизни Б. поддерживала связь с
Японией, встречалась с приезжавшими в СССР
друзьями и учениками, В Японии изучают ее
деятельность, отмечался ее 100-летний юбилей.
В Литературно-художественном музее
Пушкина в' Бернове открыта мемориальная
комната Б" в которой экспонируются
присланные из Японии переводы произведений
Пушкина с ее иллюстрациями.
Соч.: Уроки постижения. Воспоминания, статьи,
письма. М., 1994.
Лит.: Кожевникова И.П. Варвара Бубнова -
русский художник в Японии. М., 1985.
И. Кожевникова
\БУБНОВА-ОНО Анна Дмитриевна (1.3.1890,
Петербург - 8.5.1979, Сухуми) - скрипачка,
педагог. Младшая сестра В.Бубновой. Училась в
Петербургской консерватории (1904-11) по
классу скрипки (ведущий профессор -
Л.Ауэр). Окончив ее, преподавала музыку и выступала
в концертах. В 1915 на концерте в
пользу раненых ее увидел студент-вольнослушатель
естественного факультета Петербургского
университета японец Оно Сюнъити:
обвенчавшись с ним, в феврале уехала в
Японию. Убедившись, что европейская музыка
здесь малоизвестна, а уровень исполнительского
мастерства низок, решила, что ее долг "содействовать
созданию условий для утверждения
истинной музыки", ибо "без
правильно поставленного музыкального образования
настоящая музыка в Японии не
расцветет". Первой в Японии стала заниматься
с маленькими детьми (японцы начинали учиться
играть на скрипке или на рояле взрослыми),
открыв в своем доме детскую музыкальную
школу; среди ее первых учениц - Сува
Нэдзико и Ивамото Мари - впоследствии знаменитые
скрипачки.
В середине 30-х от нелепой случайности
погиб единственный сын Б,-О., обещавший
стать выдающимся скрипачом; вскоре последовал
развод с мужем. В дальнейшем она была
профессором Музыкальных институтов Тохо и
Мусасино, подготовила свыше тысячи учеников.
По свидетельству президента Мусасино
Фукуи Наоаки, Б.-О. была высоко ценима за
свое "великолепное искусство и высокие человеческие
качества". Как писал музыкальный
критик Сонобэ Сабуро, "профессор Оно Анна
воспитала в Японии два поколения скрипачей,
пользующихся известностью и популярностью".
В 1946 ее ученики объединились в музыкальное
общество имени Б.-О. В 1959 за заслуги
в музыкально-педагогической деятельности
Б.-О. была награждена орденом Священного
сокровища 4-й степени.
Следила за музыкальной жизнью в СССР,
посещала все гастрольные концерты советских
исполнителей, начиная с М.Эрденко и Н.Блиндера
(1927) и кончая в послевоенные годы
Д.0йстрахом, Э.Гилельсом, Л.Коганом и М.Вайманом,
которые прослушивали ее учениц.
На родину вернулась в 1960. В статье "До
свидания, любимая Япония" писала: "Главная
причина моего возвращения заключается в том,
что Советский Союз - моя родина. Как бы ни
привыкла я к Японии, каким бы вниманием и
заботой меня здесь ни окружали, все-таки Япония
не моя родная страна. Поэтому я решила
вернуться домой и работать там на благо моей
родины... Но я никогда не забуду Японию, ее
прекрасные пейзажи и, самое главное, ее
сердечных людей".
Вместе с сестрой В.Бубновой поселилась в
Сухуми, преподавала в музыкальном училище,
Переписывалась с учениками, встречалась с
ними в Москве и Ленинграде, в частности, на
Международном конкурсе им. П.Чайковского
(1966), где 2-е место заняла ее ученица Усиода
Масуко.
В Японии Б.-О. называют "матерью японских
скрипачей"; в 1990 был торжественно отмечен
ее 100-летний юбилей. В 1992 ученик
Б.-О, профессор Уракава, исполнил в Петербургской
консерватории "Чакону" Баха, которую
она исполняла здесь на концерте в
1915. Племянница мужа Оно Сюнъити, Оно
Еко, вдова Джона Леннона, часто вспоминала
во время приездов в Москву свою "ласковую
русскую тетю".
Лит.: Учитель Оно Анна в воспоминаниях (на
япон. яз.). Токио, 1988; Кожевникова И. Анна Бубнова-Оно
- скрипач и педагог (К ЮО-летию со дня
рождения) / Зарубежный Восток. Лит. панорама, вып. 18.
М., 1990.
И. Кожевникова
\БУЙНЕВИЧ Казимир Альбинович (16.11.1872,
Чернигов - 19.8.1953, Инсбрук) - ученыйтерапевт.
Родился в семье потомственных
дворян. Окончив в 1892 черниговскую гимназию,
поступил на медицинский факультет Московского
университета. После его окончания
(1898) начал работать в Старо-Екатерининской
больнице, стал сверхштатным лаборантом
размещавшейся здесь госпитальной терапевтической
клиники университета, которой
руководил профессор К.Павлинов - известный
московский врач-терапевт, В соответствии
с положением о сверхштатных сотрудниках
работал в клинике "без содержания", бесплатно,
поэтому вынужден был по совместительству
трудиться в елисаветинских детских яслях
Елисаветинского благотворительного, общества.
По совету Павлинова Б. занялся одной из
актуальнейших проблем нефрологии - определением
функциональной способности почек.
Свои наблюдения Б. обобщил в диссертации "К
теории мочеобразования. Криоскопический метод
в вопросе об определении функциональной
способности почек", которую он защитил в
1902 в Московском университете. Диссертация
отличалась насыщенностью данными из
стремительно развивавшейся тогда физической
химии, а также использованием математического
аппарата - в то время для научных исследований
по клинической медицине это было
редкостью. Работа получила высокую оценку
медицинской общественности; в 1902 она была
издана.
В 1903 медицинский факультет избрал Б.
ассистентом госпитальной терапевтической
клиники Московского университета, а вскоре
он был избран приват-доцентом Московского
университета для преподавания необязательного
практического курса "Диагностика внутренних
болезней". Одновременно он стал врачом
Лазаревского института восточных языков, где
проработал до 1917.
Лекции Б, - глубокие по содержанию и интересные
по форме - пользовались успехом у
студентов и получили одобрение его коллег по
кафедре. Возникла мысль написать на их основе
учебное руководство. В 1905 вышло в свет
1-е издание "Руководства к изучению внутренних
болезней. Частная патология и терапия",
встреченная медицинской общественностью с
большим интересом. Общество русских врачей
в Москве удостоило труд Б. премии им. Голицынского.
Готовя 2-е издание своего руководства (М.,
1909), Б. коренным образом переработал его:
дополнил новым клиническим материалом, обогатил
данными о применении новых, только входивших
в практику методов инструментального
исследования,
таких как эзофагоскопия,
бронхоскопия,
цистоскопия и катетеризация
мочеточников,
а также большим справочным
материалом -
рецептами, описанием реактивов,
препаратов, питательных сред, диетическими
предписаниями. Изменил он и структуру
книги - теперь она уже нисколько не походила
на клинические лекции, а отвечала всем
требованиям учебного руководства и
врачебного терапевтического справочника,
Фактически эта книга Б. стала единственным
российским учебником по терапии для студентов-медиков.
Учебник Б., наряду с клиническими
лекциями С.Боткина, Г.Захарьина,
А.Остроумова и иностранными учебниками
Нотнагеля, Шарко, Штрюмпеля, рекомендовался
студентам Московского университета, а потом и
других университетов России. В 1910 вышло
3-е, в 1912 - 4-е, ав 1916- 5-е издание
книги Б,
В 1911 в знак протеста против действий
министра просвещения Л.Кассо группа
профессоров и преподавателей покинула Московский
университет, на место ушедших
пришли новые люди, в том числе Б., который
был назначен экстраординарным профессором
по кафедре частной патологии и терапии (одновременно
он исполнял обязанности врача
Лазаревского института восточных языков). В
последующем был (вплоть до 1917) сверхштатным
экстраординарным профессором по
кафедре терапевтической госпитальной клиники.
Но Б., в отличие от некоторых других
новых профессоров, не был "ставленником
Кассо".
В годы 1-й мировой войны Б. занимался лечением
больных и раненых воинов; работал в
Московском главном военном госпитале; не
прекращал и педагогической работы.
После Февральской революции Совет Московского
университета, отражая настроения
медицинской общественности и студенчества,
решил обсудить судьбу тех профессоров, которые
в 1911 ушли из университета: 5.3.1917
было принято решение ходатайствовать перед
министром народного просвещения о возвращении
их в университет, а позднее - об увольнении
"ставленников Кассо". В этот список попал
и Б, Ни апелляция к университетскому уставу,
ни ссылки на существовавшую практику
не помогли - Б, пришлось уйти из Московского
университета. Опытный и квалифицированный
педагог оказался не у дел. Правда
вскоре медицинский факультет, столкнувшийся
с нехваткой знающих преподавателей, решил
пригласить его вновь заняться педагогической
работой. 1.6.1917 декан медицинского факультета
Н.Митропольский ходатайствовал о
разрешении взять Б. на работу в качестве приватдоцента
"для преподавания систематического
курса". 27.9.1917 попечитель московского
учебного округа удовлетворил это ходатайство.
В 1918 Б. переехал из Москвы в Екатеринослав,
стал директором 1-й терапевтической
клиники Екатеринославского университета.
В 1920 вышла его книга "Клиническое
руководство для студентов и врачей. Внутренняя
патология и терапия".
В 1922 Б. принял решение уехать.
17.8.1923 он стал профессором терапии медицинского
факультета Каунасского (Литовского)
университета Витаутаса Великого, созданного в
1920 и крайне нуждавшегося в квалифицированных
педагогах. В 1924 в Каунасе были
опубликованы (на рус. яз.) его книги: "Клинические
лекции о нефрите и отеках", "Приемы симуляции
и членовредительства", "Лекции по
климато- и бальнеотерапии", представлявшие
собой учебные руководства, в которых содержался
обзор современного состояния
проблем клиники внутренних болезней.
В 20-х - начале 30-х Б. часто выступал на
страницах влиятельных органов российского
медицинского зарубежья - медицинских журналов
"Врачебное обозрение" (Берлин) и
"Врачебный вестник" (Париж), Его статьи были
посвящены самым различным разделам терапии
- кардиологии, гепатологии, гастроэнтерологии,
болезням кроветворных органов; чаще всего он
обращался к проблемам нефрологии, выдвигая
новые оригинальные теории ("Моя теория мочеобразования",
1928), высказывая свою точку
зрения по вопросам патогенеза и симптоматики,
диагностики и терапии болезней почек.
Представитель российской терапевтической
школы, Б. приложил много усилий к тому, чтобы
в Литве интенсивно развивалась собственная
медицинская литература, В выходившем в Каунасе
журнале "Медицина" (на литов. яз.) он уже
в 1923 поместил интересную статью "Брайтология"
- о заболеваниях почек. В дальнейшем
Б. стал постоянным автором этого литовского
медицинского журнала. Свои статьи он посвящал
артериосклерозу и бальнеотерапии (1925),
диабету, патологической конституции, туберкулезу
(1927), аппендициту, костным осложнениям,
анемиям (1928) и мн. др. проблемам клинической
медицины. Наиболее интересные его
статьи были посвящены нефрологии (1923,
1924,1928,1938 идр.).
Лекции Б. вызывали большой интерес: опытный
педагог, он строил их - так же, как и в Московском
университете и в Екатеринославле -
на материале клинического разбора "историй
болезней", и это помогало лучше усвоить учебный
материал.
В начале 30-х Б. начал публиковать статьи в
научных журналах, выходивших на различных
языках - немецком (св. 30 работ: в Германии
- журналы по урологии, "Медицинское обозрение",
"Обозрение внутренней медицины",
"Медицинский мир" и др., а также в Швейцарии
и Австрии), английском (ок. 10 работ: в
США - Сент-Луис, журнал по урологии), польском
(св. 10 работ: в Литве и Польше), Эти
труды завоевали ему высокий авторитет в
различных странах.
Основываясь на богатом клиническом опыте
и использовав материал лекций в Литовском
университете, он выпустил "Клинику внутренних
болезней" (ч. 1-V. Каунас, 1928-30, на литов.
яз.); новое руководство "Клинические лекции"
на русском языке (вып. 1-V. Каунас, 193338),
на польском (Каунас, 1933) и немецком
языках (ч. 1-11. Каунас, 1933-36).
По воспоминаниям знавших его людей, Б.
жил очень скромно, в двухкомнатной квартире
в старой части Каунаса, недалеко от больницы,
в которой работал. Жена его была врач-педиатр,
но по специальности не работала. У Б. было
4 сына. Мать с двумя из них много времени
проводила в Париже, а двое других жили в Каунасе.
Семейная жизнь Б., видимо, не была
удачной.
В 1939 Б. отошел от активной научнопрактической
и педагогической деятельности, В
годы 2-й мировой войны он, по-видимому,
продолжал жить в Каунасе. Однако в 1944,
когда Красная армия стала приближаться к
границам Литвы, опасаясь возможных репрессий,
решил эмигрировать на Запад. Он уехал в
Мюнхен и, в конце концов, как российский
эмигрант оказался в Австрии, где и провел последние
годы жизни.
Лит.: Межкаускас Ю. История медицины Литвы.
Чикаго, 1987 (на литов. яз.).
М. Мирский
\БУЛГАКОВ Сергей Николаевич (16.4.1871,
Ливны, Орловской губ. - 12.7.1944, Париж) -
философ, экономист. Родился в семье священника.
Окончив духовное училище, поступил
в Орловскую духовную семинарию (1885), но,
проникшись материалистическими и революционными
идеями, оставил ее (1888) и окончил
елецкую гимназию. В 1890-94 учился на
юридическом факультете Московского университета:
вошел в ряд оппозиционных студенческих
организаций и сблизился с марксистами.
В 1895 оставлен при кафедре политической
экономии и статистики для приготовления
к профессорскому званию. Написанный им в
качестве магистерской диссертации труд "О
рынк
...Закладка в соц.сетях
