Жанр: Экономика
Геоэкономика (господство экономического пространства).
...твами на уровне
законодательства и действий правоохранительных органов.
7. Проблема борьбы с отмыванием денег
в Италии
В Италии, стране, где рассматриваемое явление достигло
неприемлемых масштабов, отмывание денег считается в настоящее
время преступлением, караемым лишением свободы,
согласно ст. 648 прим Уголовного Кодекса. Данная норма
требует полноты выявления обстоятельств каждого конкретного
дела и суровой меры наказания, не имеющей аналогов
в юридических системах даже более передовых европейских
государств, которые тоже сталкиваются с этим явлением,
не обязательно привнесенным из Италии.
В частности, статья 648 прим:
в части первой параграфа первого предписывает наказуемость
- путем лишения свободы на срок от четырех до двенадцати
лет и наложения штрафа на сумму от 2 до 30 миллионов
лир - всякого, кто кроме случаев пособничества в преступлении,
заменяет или переводит деньги, ценности или иные
материальные средства, добытые путем непреднамеренного
преступления',
в части второй означенного параграфа предписывает то
же наказание в отношении лиц - связанных с вышеуказанными
доходами, - осуществляющих другие операции, затрудняющие
установление их преступного происхождения',
в любом случае, она предусматривает:
- увеличение срока наказания (на треть, в соответствии
со ст. 64 Уголовного Кодекса), в случае, если вышеоговоренные
действия будут осуществляться при исполнении служебных
обязанностей;
- сокращение срока наказания (на треть, в соответствии
со ст. 64 Уголовного Кодекса), в случае, если доходы получеОтмывание
денег и мировая экономика 189
ны в результате преступления, за которое установлено наказание
лишением свободы на максимальный срок, не превышающий
пяти лет;
- применение уголовной меры наказания и в том случае,
когда виновник предполагаемого преступления не подлежит
обвинению или не подлежит наказанию или же когда отсутствует
условие отдачи под суд за таковое преступление.
Срок наказания увеличивается с трети на половину, если
преступление совершено лицами, в отношении которых, во
исполнение окончательного решения, применены превентивные
меры, в течение периода применения меры и до тех лет с
момента прекращения ее исполнения.
В целом, данное положение (формулировка которого неоднократно
менялась за последние годы):
- придает большое значение явлению отмывания денег,
учитывая всю его сложность и запутанность; не только предусматривает,
что предполагаемым преступлением может быть
любое непреднамеренное преступление, но и распространяется
также на трансфер доходов, каковая деятельность обычно
осуществляется не только в среде организованной преступности
мафиозного толка, не требуя при этом - в целях наказуемости
лица, отмывающего деньги, - доказательства осведомленности
о происхождении доходов;
- ясно оговаривает действия, препятствующие установлению
преступного происхождения доходов, о чем говорилось
весьма размыто в предыдущих редакциях данной статьи.
Впрочем, эта редакция возникла в результате соглашений,
подписанных на международном уровне и вошедших в Страсбургскую
Конвенцию по отмыванию денег - заключенную в
1990 году, - ратифицированную и вступившую в силу в Италии
на основании Закона № 328 от 9 августа 1993 года. Именно
этот закон заменила ст. 648 прим Уголовного Кодекса, в которой
существенно пересмотрена формулировка преступных
обстоятельств отмывания денег, введенная в последний раз
так называемым Законом "Гава - Боссами "№55 от 19 марта
1990 года.
Статья 6 указанной Конвенции, в соответствии с внутренним
законодательством отдельных государств, их конституционными
принципами и основными положениями права,
предлагает считать преступлением всякое подобное деяние, совершенное
умышленно'.
190 Освальдо Кукуцца
- конверсия или трансфер ценностей, заранее известных
как доходы - подразумевая под этим термином любую экономическую
выгоду, полученную преступным путем, - с целью
сокрытия или утаивания незаконного происхождения таковых
ценностей либо пособничества лицам, вовлеченным в
совершение предполагаемого преступления, в их стремлении
избежать юридических последствий своих деяний;
- сокрытие или утаивание природы, происхождения, местонахождения,
актов, касающихся размещения или движения
ценностей, а также прав собственности и других относящихся
к ним прав на указанные ценности, о которых заранее
известно, что они являются доходами;
- приобретение, обладание или использование ценностей,
о которых известно, в момент их получения, что они
являются доходами;
- участие в заказе преступлений, предусмотренных в предыдущих
параграфах; объединение или заговор с целью совершения
подобных преступлений; попытка их совершения,
а также содействие, поддержка, пособничество и консультация,
касающиеся их заказа.
Все эти кардинальные положения носят всеобъемлющий
характер и направлены на борьбу с отмыванием денег. Особое
место в них уделено предполагаемым преступлениям,
обусловленным исключительно дефиницией, данной им в ст. 1
той же Конвенции, а именно: любое преступление, в результате
которого получаются доходы, которые могут стать объектом
одного из преступлений, определенных в ст. 6 данной Конвенции.
После принятия Конвенции возникла насущная необходимость
привести в соответствие с такой отчетливой логикоюридической
постановкой вопроса внутреннее итальянское
право. Об этом давно и настоятельно говорили специалисты
в области права, считавшие, что существовавшие нормы в
области уголовного законодательства совершенно не удовлетворяли
требованиям борьбы с отмыванием денег.
Новое положение представляет собой несомненное и существенное
улучшение итальянской нормативно-правовой
основы, необходимой для искоренения такого явления, как
отмывание денег. Теперь оно рассматривается во всей полноте,
а не в отдельных проявлениях уголовной, организованной
или экономической преступности.
Карло Жан и Паоло Савона
Выводы: геоэкономика
как инструмент геополитики.
1. Мировое экономическое соперничество
1.1. Глобализация мировой экономики
После того как мир перестал делиться на два противоположных
полюса, после объединения Германии, а также в результате
бурного экономического роста стран Юго-Восточной
Азии и стремительного технического прогресса в таких областях,
как информация, связь и транспорт, соревнование
между государствами переместилось из военно-стратегической
области в область экономическую. Европа и Япония
уже не испытывают былой военно-стратегической зависимости
от Соединенных Штатов.
Мир стал более глобальным и взаимозависимым. Необходимо
глубоко уяснить смысл глобализации и взаимозависимости,
чтобы разобраться в структуре и механизмах новой международной
среды. Глобализация и взаимозависимость вовсе
не означают возникновения так называемой "всеобщей деревни"
Маклухема или подтверждения прогнозов, выдвинутых
Фрэнсисом Фукуямой в его "Конце истории", разумеется, в
гегелевском понимании этого термина, вытекающем из окончательной
победы демократии и свободного рынка.
Глобализация объясняется тем, что территориальные границы
государств в значительной степени утеряли свой экономический
смысл, произошла детерриторизация и дематериализация
богатства, а либерализация мировой торговли,
понижение тарифных барьеров и сокращение ограничений
на движение капитала лишили национально-территориальные
государства части их полномочий по контролю за эконо192
Клрло Жан и Поено Савана
микой, то есть части их суверенитета в экономической области.
Взаимозависимость возросла не только благодаря увеличению
объема мировой торговли и существованию мощных
транснациональных сил и многосторонних организаций, но
и благодаря тому, что предприятия могут гораздо легче, чем
раньше, переносить свою деятельность в те районы, где им
предлагаются лучшие условия.
Протекционизм, не говоря уже об автаркии, перестал чтолибо
значить. Падение тарифных и территориальных барьеров
сочетается с другим явлением - преодолением "теории
цикла продукта". В прошлом промышленно развитые страны
были твердо уверены в своем монопольном положении в области
наиболее передовых производственных технологий
(к тому же при самой высокой добавленной стоимости, стабильной
заработной плате и завидном уровне благосостояния).
Только после того как технологии достигали порога зрелости,
граничащего с моральным устареванием, они переносились
в менее промышленно развитые страны, у которых
уже не было возможности конкурировать с первыми.
Информационная "революция" ведет к тому, что новые
индустриальные страны (NIC) могут зыпускать продукцию
высочайшего качества и достойно конкурировать с продукцией
промышленно развитых стран. Однако страны NIC, с
учетом их гораздо более низкой стоимости труда и менее
жестких социоэкологических требований (например, в вопросах
загрязнения окружающей среды, техники безопасности и
т. д.), подрывают позицию более развитых стран, подвергая
угрозе их благосостояние. Рост мирового богатства в результате
развития стран NIC, а также положительное воздействие
последних на экономику более передовых промышленных
стран, смягчают, но не устраняют такой угрозы.
Так или иначе, намечается новое международное разделение
труда. Процесс этот проходит чрезвычайно быстро, что
не позволяет проводить прогрессивных структурных изменений.
В данном процессе пострадают те страны, которые не
возьмут на вооружение эффективных стратегий.
Кроме того, нужно учитывать и следующее явление. Если
раньше "цикл" развивающихся стран зависел от "цикла" более
развитых стран, то теперь он стал независимым. В динамике
их роста наблюдается большая самостоятельность.
Выводы: геоэкономика как инструмент геополитики 193
В результате они становятся более опасными конкурентами,
особенно в части привлечения капитала. В периоды циклического
спада это может потеснить более передовые страны и
вызвать пагубные последствия, как прямые, так и косвенные,
из-за роста процентных ставок, которые могут замедлить
их экономический подъем.
1.2. Чрезвычайное положение
"экономических полюсов"
Всемирной глобализации препятствуют два фактора, имеющие
серьезные экономические причины и следствия.
Первый представляет собой тенденцию к созданию интегрированных
образований или региональных блоков, как по
параллелям, между странами с одинаковым уровнем развития
(Европейский Союз, АСЕАН и т. д.), так и по меридианам
(например НАФТА), когда богатый регион объединяется
с развивающимся регионом.
Заметим попутно, что традиционные геополитические
"панрегиональные" школы отдают предпочтение этому второму
случаю. Пол Кругман выделил его недавно в качестве
наиболее предпочтительного варианта в ходе полемики с американскими
экономистами, которых он называет "неомеркантилистами":
они составляют группу, поддерживающую
competitiveness при активном стимулировании со стороны
государства. Во главу угла они ставят рост конкурентоспособности
американской экономики, во избежание социального
кризиса, вызываемого падением реальной заработной платы,
что обусловлено прежде всего конкуренцией со стороны низкооплачиваемой
рабочей силы новых индустриальных стран
(впрочем, другие экономисты, в том числе и Кругман, объясняют
это экономической политикой администрации Рейгана,
направленной на рассасывание безработицы в Соединенных
Штатах).
Второй фактор представляет собой тенденцию к распаду,
регионализму и местничеству, другими словами, к "балканизации",
захлестнувшей не только многоэтнические и многонациональные
государства, такие, как бывшая Югославия,
бывший СССР, а также, в определенном отношении, бывшую
Чехословакию и Бельгию, но и более однородные национальные
государства Западной Европы. Это самый на194
Карло Жо" и Поено Савона
стоящий "бунт богатых", и государства почти не готовы противостоять
ему, в отличие от того, как это было с "бунтом
бедных". В самом деле, их структуры и принципы, пусть даже
символические, восходят как раз к буржуазной революции -
основе современного национального государства в Европе.
Исчезновение пограничных протекционистских барьеров,
сокращение государственных заказов, глобализация рынков
и наличие наднациональных и транснациональных сил ослабили
позиции государств в отношении богатых регионов.
С другой стороны, именно более бедные регионы и социальные
слои оказывают государствам основную поддержку, чтобы
воспользоваться плодами национальной солидарности,
то есть перераспределения богатства, осуществимого как раз
государствами.
Особенно отчетливо тенденция к образованию региональных
блоков проявилась после окончания холодной войны, не
только в Европе, но и на других континентах (НАФТА, АПЕК
и т. д.). Вопреки многосторонним правилам ГАТТ, эти региональные
полюса стремятся стать противостоящими экономическими
блоками, конкурирующими друг с другом по двум
причинам: во-первых, потому что видят в противоположном
блоке угрозу для самих себя; во-вторых, потому что чувствуют
угрозу со стороны периферийных районов с более дешевой
рабочей силой. С геополитической точки зрения важно
отметить, что уже проявившаяся тенденция к объединению
распространяется не только по оси Восток - Запад, но и по
оси Север - Юг, как это видно, в частности, на примере
НАФТА Каждый передовой полюс стремится к расширению,
вбирая в себя "резерв" дешевой рабочей силы, куда он переносит
наиболее трудоемкие виды производства и наращивает
таким образом собственную конкурентоспособность, постепенно
расширяя и собственные рынки.
В этом смысле Европа также не является исключением.
Подлинный Юг Европы представлен Центрально-Восточной
Европой и бывшим Советским Союзом, для которых Европейский
Союз и предусмотрел специальный банк развития,
независимый как от Всемирного банка, так и от Международного
валютного фонда. Аналогичный банк, ориентированный
на регионы, создается и для стран Средиземноморья и Ближнего
Востока, однако не столько по европейской, сколько по
американской инициативе, в соответствии с решениями КонВыводы:
геоэкономика как инструмент геополитики 195
ференции в Касабланке по экономическому сотрудничеству,
вытекающему из мирного процесса на Ближнем Востоке.
Экономический интерес сочетается с политико-стратегическим
интересом. Только экономическая интеграция позволит
обернуть в свою пользу такие отрицательные факторы,
как низкий уровень заработной платы, сокращение числа
собственных предприятий и массовую иммиграцию. Европа
находится в тяжелом положении: демографический спад, старение
населения, а следовательно, и увеличение социальных
затрат; относительная слабость технологической базы, ведущая
к преобладанию производств со средним уровнем добавленной
стоимости; высокий уровень заработной платы и финансового
бремени, вызванного как последствиями государства
всеобщего благосостояния, так и погашением государственного
долга, накопившегося в беззаботные 70-80-е годы.
Политика, проводившаяся по сей день и отдававшая предпочтение
настоящему за счет будущих поколений, более неприемлема.
Однако "возврат" к разумному равновесию должен
проводиться в очень сложной ситуации. Экономическая
конкуренция внутри отдельных региональных полюсов - как
между самими регионами, так и между регионами и окружающими
их странами - ведется не так, как в прошлом: нетарифные
барьеры, технологический контроль, привлечение
капитала на конкурентной основе за счет предложения лучших
производственных факторов и условий (инфраструктура,
услуги и т. д.) для его оптимального использования.
В сущности, обострившаяся международная конкуренция
заставляет государства наращивать свою конкурентоспособность
даже внутри экономического "полюса" или "блока", в
который они входят. Данный процесс проходит в условиях,
отличающихся от условий прошлого, и пользуется совсем
другими механизмами. Это объясняется отмиранием защитных
функций государственных границ, а также изменением
пространственно-временных характеристик экономики.
Чтобы изучить поведение государств в подобной ситуации
и выработать надлежащую технику, тактику, стратегию и политику,
возникла новая дисциплина - геоэкономика. Этот
термин обозначает также единый комплекс мер, предпринимаемых
государствами для повышения конкурентоспособности
собственной системы-страны на международной арене.
196 Карло Жан и Поодо Савана
1.3. Региональность, местничество и балканизация
Как уже упоминалось, помимо глобализации и макрорегиональной
интеграции, в мире наблюдаются явления, имеющие
прямо противоположную направленность.
Регионализм, местничество и бунты богатых регионов против
бедных представляют собой угрозу для выживания национальных
государств, которые, однако, остаются основной точкой
приложения, а иногда и навязывания интересов и политики,
а также поддержания равновесия между свободой и
солидарностью.
От свободы зависит экономическое развитие; от солидарности
- социальная сплоченность.
Современное государство XIX - начала XX века гарантировало
промышленности эксклюзивную экономическую зону,
общественный порядок, таможенную защиту на границах,
прямую помощь и массовые государственные заказы. Взамен
(опять же схематично и упрощенно) часть произведенного
промышленностью богатства передавалась наиболее бедным
регионам для их развития, а также самым слабым социальным
слоям для их "национализации".
Затем, после второй мировой войны, национальные государства,
тяготевшие к меркантилизму и автаркии, всячески
усиливались в предвидении военных конфликтов. Они превращались
в "государства благосостояния" еще и для того,
чтобы противостоять распространению коммунизма в массах.
По окончании холодной войны - рассуждая крайне схематично
- подобная стратегическая мотивировка отпала.
Одновременно началось международное экономическое соперничество,
о котором уже говорилось выше.
Отмирание биполярного мира и его жестких правил радикально
перекроило международную систему - не только в
связи с появлением региональных полюсов, но и вследствие
ослабления внутреннего единства национальных государств.
Последний процесс отчасти объясняется взрывом этнических
конфликтов. Однако на него влияют и новые экономические
структуры.
Некоторые исследователи (например Кемики Омае) говорили
о появлении на месте государств-наций государств-городов
или государств-регионов, которые якобы представляют
собой архипелаги богатства в океане если не бедности, то
Выводы: геоэкономика как инструмент геополитики 197
по крайней мере маргинальности по отношению к центрам
принятия решений. По существу это сценарий экономической
балканизации, предполагающий политико-экономическую
структуру средневекового типа, где наряду со "священными
римскими империями" (типа ГАТТ), осуществляющими
общую координацию во избежание полной анархии системы,
существуют и местные центры власти, принимающие
самостоятельные решения.
Подобное развитие событий ведет к структуризации по
принципу "центр - периферия", особенно опасному для
Италии с учетом ее экономической структуры и территориальных
различий.
Южная часть национальной территории неизбежно отделилась
бы от ядра Европы; ей была бы уготована роль туристического
парка или, что еще хуже, - буферной зоны на
пути "угроз" с Юга. Северные области стали бы конкурировать
в своем развитии с самыми сильными зонами Европы,
фактически примкнув к Средней Европе и все больше ориентируясь
на создание зон влияния и экономического проникновения
на Восток.
Только способность государств выдержать экспансию богатства
может существенно релегитимизировать их перед лицом
самых богатых регионов и социальных слоев, оправдав и
те жертвы, на которые они пошли во имя национальной солидарности.
В этом смысле пересмотр роли государств в теперешней
ситуации является предпосылкой, позволяющей избежать
развал и балканизацию международной системы. Именно эту
задачу и ставит перед собой геоэкономика.
2. Геоэкономика
как инструмент геополитики
2.1. Возникновение и значение геоэкономики
Термин "геоэкономика" был введен в конце 80-х годов
Эдвардом Люттваком. Так называется дисциплина, изучающая
политику и стратегию, применяемые для повышения
конкурентоспособности государств, остающихся основными
элементами международной системы в новых условиях. Во198
Карло Жан и Пасмо Савона
енная сила утеряла свою традиционную роль, определяющую
иерархию государств и составлявшую главный инструмент
геополитики. После исчезновения биполярного мира она
выполняет лишь остаточную функцию, меж тем как основным
определяющим параметром международного порядка
стала экономика.
С точки зрения геоэкономической, государство является
системой-страной, соревнующееся с другими системами. Это
соревнование разворачивается на глобальном театре действий
и проходит не произвольно, а по определенным правилам.
Правила бывают не только объективными, то есть вытекающими
из собственно экономических законов, но и субъективными
или договорными, то есть подкрепленными многосторонними
договорами о свободном товарообмене. Данные
правила нельзя нарушать безнаказанно, не вызывая тем
самым жестких ответных мер со стороны других государств,
включенных в систему.
Геоэкономика отличается от политической экономики тем,
что пользуется не только традиционными методами последней
(валютная, налогово-страховая политика, политика доходов,
рынок труда), но и другими методами, которые можно
объединить в две основные группы.
Первую можно было бы обозначить термином кольберизм
высоких технологий. Входящие в нее методы ориентированы
на рост внутренней конкурентоспособности системы-страны
как с помощью мер структурного характера (для геоэкономического
соперничества - это институционные механизмы
и разведка; для привлечения инвестиций с помощью, скажем,
налоговых льгот - это услуги, инфраструктура, научноисследовательская
деятельность), так и с помощью инвестиций
в человеческий фактор для приспосабливания его к новым
условиям рынка, чтобы гарантировать собственному населению
занятость с наибольшей добавочной стоимостью и,
следовательно, более высокий уровень заработной платы. Это
и необходимое условие гарантии благосостояния, которое уже
нельзя обеспечить защитными мерами на границе.
Вторая группа методов - это методы экономической "войны"
в узком смысле: то есть методы использования "ниш"
свободы действий, создаваемых глобальной регламентацией
рынка и нарушаемых фактически, хотя и не формально (например,
с помощью нетарифных барьеров; формально, но
Выводы: геоэкономика как инструмент геополитики 199
не фактически законной поддержки собственного экспорта;
контроля технологии; формальных ассигнований на развитие,
а в действительности - на экспансию и защиту собственной
экономики с неправомерным использованием механизмов
международного регулирования стратегических
эмбарго, ради извлечения выгоды для собственных предприятий
и т. д.).
Геоэкономика не является новой формой протекционизма
или меркантилизма, ибо существенно отличается от них.
Последние включали в себя прежде всего оборонительные,
защитные меры, проводимые на границах территориальных
государств. В новых условиях, учитывая главным образом
пористость экономических границ, оборонная стратегия уже
неприемлема и, в частности, неприемлема статическая оборона.
Пришло время наступления. Современное мировое экономическое
соревнование пронизано "культом наступления",
подобным тому, что определял европейские военно-стратегические
замыслы накануне первой мировой войны.
Очевидно, что и наступление, и оборона не могут существовать
раздельно. По крайней мере теоретически они представляют
собой неотъемлемые компоненты любой комплексной
геоэкономической стратегии. Отдельными ее аспектами
являются защита от враждебных приобретений (которые могут
превратить взаимозависимость в зависимость); охрана
промышленных секретов собственной технологической базы
от промышленного шпионажа и враждебных приобретений.
Однако общая стратегическая ориентация носит наступательный
характер, так как единственной альтернативой экспансии
является рецессия.
В данном контексте полностью, можно сказать на 180 градусов,
изменилось значение экономической войны.
В прошлом, в эпоху меркантилизма или металлического
денежного обращения, или сравнительно недавно, в эпоху
политических и стратегических эмбарго, вроде тех, что принимались
Западом против советского блока, "экономическое
оружие" применялось во вспомогательных целях и служило
для поддержки политических и стратегических акций (хотя
последние, в свою очередь, нередко проводились в экономических
целях, таких, как захват колоний, источников сырья и
т. д.).
В настоящее время намечается, хотя бы в соперничестве
200 КардоЖа"иПосиоСово"а
между промышленно развитыми странами, использование
политико-стратегических методов (стабилизация, дестабилизация,
вмешательство с целью снижения политического
риска в случае инвестиций в собственную зону интересов и
т. д.) в упорядоченном, функциональном виде, а также прямой
зависимости от применения стратегий геоэкономического
типа.
В этой связи происходят существенные изменения и в
международном праве. Речь идет о появлении так называемого
права-долга вмешательства в чужие дела в гуманитарных
целях, являющегося ослаблением формального суверенитета
государств, предусмотренного Хартией ООН.
Вся международная система, призванная сохранять мир и
поддерживать безопасность во всем мире, постепенно приспосабливается
к требованиям геоэкономики. В этом можно было
убедиться во время войны в Персидском заливе. Это все отчетливее
проявляется в ходе вмешательств с целью стабилизации
обстановки, решения о которых тесно увязываются государствами
с решениями о конъюнктурном вмешательстве.
Различи
...Поділитися у соцмережах
